ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-80045/2015

01 июня 2017 года

г. Санкт-Петербург

/тр552

Резолютивная часть постановления объявлена     29 мая 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 июня 2017 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Глазкова Е.Г., Зайцевой Е.К.

при ведении протокола судебного заседания:  Афашаговой В.Ю.

при участии:  

Ахмадзяков А.Ю.: Ахнаева И.А. (дов. 1109.16)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8201/2017)  Романова А.А.

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2017 по делу № А56-80045/2015/тр.552 (судья Кулаковская Ю.Э.), принятое по заявлению Романова А.А.

о влечении в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Инвестиционная Компания «Энергокапитал»,

установил:

Определением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2017 Романову Александру Александровичу отказано в удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «Инвестиционная Компания «Энергокапитал» (далее – должник) 88 835 610 руб., из которых: 80 705 100 руб. – основной долг, 8 070 510 руб. – неустойка, 60 000 руб. – расходы по уплате госпошлины, как обеспеченных залогом имущества должника – денежных средств в размере 88 775 610 руб., находящихся на счетах в банках, на которые наложены аресты.

	Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными актами, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест; правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста); поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

	На определение суда Романовым А.А. подана апелляционная жалоба, в которой он просит отменить обжалуемый судебный акт и принять новый.

	По мнению подателя жалобы, судом не учтено, что денежные средства на счетах, т.е. безналичные денежные средства, являются особенным, специфичным объектом гражданских прав в соответствии со статьей 128 ГК РФ. Данный объект не обладает индивидуально-определенными признаками, а обладает родовыми признаками, выделенными по количественному показателю и фиксируется путем записей на банковских счетах. Октябрьским районным судом Санкт-Петербурга был наложен арест на конкретное имущество должника, с учетом специфики такого имущества. В соответствии с пунктом 2 статьи 336 ГК РФ законом может быть предусмотрен залог имущества, которое залогодатель приобретет в будущем. В соответствии с пунктом 2 статьи 341 ГК РФ, если предметом залога является имущество,  которое  будет  создано  или  приобретено залогодателем  в будущем, залог возникает у залогодержателя с момента создания или приобретения залогодателем соответствующего имущества. Права залогодержателя на денежные средства, находящиеся на счетах должника в Банках, возникли у Романова А.А. со дня вступления в силу Решения Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга по делу №2-381/2016 в отношении тех денежных средств, которые фактически находились на счетах должника и распространяются на денежные средства, которые будут поступать на счета в дальнейшем в пределах суммы задолженности, отраженной в судебном акте. Фактическое исполнение (либо не исполнение) банками судебного акта о наложении ареста на денежные средства должника, находящиеся на счетах должника в банках, не может влиять на комплекс прав и обязанностей залогодержателя в отношении заложенного имущества. Тем более, от такого фактического исполнения (либо не исполнения) не может зависеть возникновение права «судебного» залога, т.к. оно возникает в силу закона и ввиду активного процессуального поведения истца при рассмотрении дела, который воспользовался всем предоставленным ему законом комплексом прав и обязанностей участника гражданского процесса. Абзац четвертый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве, согласно которому с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения снимаются аресты с имущества должника, наложенные в ходе исполнительного производства - к рассматриваемым залоговым правоотношениям не применим, т.к. арест в ходе исполнительного производства не накладывался, а расширительному толкованию указанные нормы права не подлежат.

	В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должником Бирюкова Н.В. возражала против её удовлетворения, указав, что   требования на заявленную в данном случае сумму уже включены в реестр требований кредиторов должника; податель жалобы ошибочно ссылается только на нормы ГК РФ, в то время, как применению подлежат специальные нормы – Закона о банкротстве, согласно которым требования кредитора (взыскателя по судебному решению), в пользу которого наложен арест, не подлежат удовлетворению в индивидуальном порядке, привилегированное положение у такого кредитора в силу указанного обстоятельства не возникает; кроме того, после признания должника банкротом все аресты снимаются, новые аресты не накладываются; изложенное подтверждается выводами ВС РФ, сформированными в Определении № 301-ЭС16-16279 от 27.02.2017  по делу №А11-9381/2015.

	ООО «АвтоВыбор» в своём отзыве на апелляционную жалобу также возражало против её удовлетворения, указав, что кредитором не представлены доказательства исполнения судебного акта о наложении ареста, а также того, что денежные средства были фактически арестованы на счетах должника; также не представлено доказательств наличия у должника арестованных денежных средств; права залогодержателя возникают у кредитора, в обеспечение требований которого наложены обеспечительные меры в виде ареста или запрета на распоряжение имуществом, только при неправомерном отчуждении должником имущества в нарушение установленного ареста (запрета); залоговые правоотношения при аресте безналичных денежных средств не возникают ввиду специфики арестованного имущества; общий порядок исполнения судебных актов в случае введения процедур банкротства применению не подлежит. 

	Кредитор Ахмадзяков А.Ю. в своем отзыве просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, указав, что отсутствие прав залогодержателя у взыскателя, в пользу которого наложен арест, вытекает из существа отношений залога в ситуации банкротства должника; приоритет кредитора по удовлетворению его требования вытекает только в силу ординарного залога – залога на основании договора либо закона, т.е. когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства; арест, о котором говорит податель жалобы, по сути, выступает не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а является особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения; законом  допускается только залог прав по договору банковского счета, а не залог денежных средств на счетах в банках.

	В судебном заседании суда апелляционной инстанции явку своего представителя обеспечил кредитор Ахмадзяков А.Ю. 

	Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем, в соответствии со ст. 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

	Представитель Ахмадзякова А.Ю. возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

	Заслушав объяснения представителя кредитора, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на неё, выводы суда первой инстанции, представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд не усматривает оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов дела следует, что определением арбитражного суда от 28.01.2016 в отношении ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Бирюкова Н.В.

Публикация указанных сведений осуществлена в газете «Коммерсантъ» № 20 от 06.02.2016.

Решением суда от 03.10.2016 ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» признано несостоятельным банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Бирюкову Наталию Владимировну.

Определением суда от 03.11.2016 конкурсным управляющим должника утверждена Бирюкова Наталия Владимировна.

Определением суда от 19.08.2016 по обособленному спору №А56-80045/2015/тр413 в реестр требований кредиторов должника включено требование Романова А.А. в размере 88 835 610 руб., из которых: 80 705 100 руб. – основной долг, 8 070 510 руб. – неустойка, 60 000 руб. – расходы по уплате госпошлины.

Требование было основано на вступивших в законную силу судебных актах Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга по делу №2-5934/2015, № 2-381/2016 о взыскании с должника в пользу кредитора денежных средств в размере 80 705 100 руб. долга, 8 070 510 руб. неустойки и 60 000 руб. расходов по госпошлине. 

Позднее, 12.12.2016, кредитор Романов А.А. обратился с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 88 835 610 руб., из которых: 80 705 100 руб. – основной долг, 8 070 510 руб. – неустойка, 60 000 руб. – расходы по уплате госпошлины, указав на обеспечение требования залогом имущества должника в силу того, что судом общей юрисдикции в его пользу наложен арест на денежные средства должника, находящиеся на счетах в банках (определение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 18.11.2015 о наложении ареста).

Заявленное требование Романова А.А., по сути, является требованием об установлении за ним статуса залогового кредитора. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения данного требования.

Приведённые в апелляционной жалобе доводы подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм права.

	Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по обстоятельствам, за которые он отвечает (пункт 1 статьи 348 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 статьи 334 ГК РФ, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1 ГК РФ), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.02.2017 № 301-ЭС16-16279, которой соответствуют выводы суда первой инстанции, из буквального смысла нормы пункта 5 статьи 334 ГК РФ не следует, что запрет на распоряжение имуществом порождает такие залоговые свойства, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

В частности, в названном Определении указано, что неотъемлемой частью пункта 5 статьи 334 ГК РФ является отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя, к статье 174.1 ГК РФ, пункт 2 которой регулирует последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора. В соответствии с ранее действовавшим законодательством в ситуации, когда должник в нарушение ареста, наложенного на его имущество в пользу кредитора, отчуждал арестованное имущество третьему лицу, защита прав такого кредитора обеспечивалась посредством признания недействительной сделки по распоряжению имуществом и применением последствий ее недействительности. Согласно же действующим положениям пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ соответствующая сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте. Поэтому, наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 ГК РФ, обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно был знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества принципа следования обременения за вещью).

При этом, в пункте 5 статьи 334 ГК РФ законодатель лишь приравнял права взыскателя к правам залогодержателя, не указав на то, что в связи с введением запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный залог. Кроме того, как следует из буквального смысла указанной нормы, правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не вытекает из существа отношений залога.

Иное (отсутствие прав залогодержателя), как указал ВС РФ, вытекает из существа отношений залога в ситуации несостоятельности (банкротства) должника.

С учетом специального регулирования процедур банкротства и тех законных ограничений, принятых в отношении имущества должника (статьи 63, 64, 81, 94, 95, 126 и 213.11 Закона о банкротстве), а также с целью соблюдения равенства прав кредиторов относительно конкурсной массы должника, норма пункта 5 статьи 334 ГК РФ к спорным отношениям не может быть применена.

Так, в силу предусмотренного Законом о банкротстве (статьи 2, 18.1, 138 Закона) регулирования преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом основанию, обеспечены залогом. По смыслу названных статей Закона о банкротстве, при недостаточности имущества для распределения между всеми кредиторами должника подобный приоритет возникнет при ординарном залоге - залоге на основании договора либо закона (пункт 1 статьи 334.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства. Права же залогодержателя, указанные в пункте 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа (не являющегося стороной материальных отношений), как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста. Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом. Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения.

Порядок же исполнения актов о взыскании задолженности с несостоятельного должника регулируется нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим правилам исполнения. Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест. Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста).

Несогласие подателя жалобы с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации относительно применения положений  пункта 5 статьи 334 ГК РФ во взаимосвязи с положениями Закона о банкротстве является субъективным мнением кредитора, которое не может опровергать правильность применения судом первой инстанции указанной выше правовой позиции, подлежащей  применению к спорам со схожими обстоятельствами. 

Иные основания для признания за заявителями статуса залоговых кредиторов, в частности, связанные с заключением между сторонами договоров о залоге, предоставлением доказательств регистрации за заявителями прав залогодержателей (в отношении недвижимого имущества), отсутствуют.

Учитывая изложенное, обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от  06.03.2017 по делу №  А56-80045/2015/тр552 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Масенкова

Судьи

Е.Г. Глазков

 Е.К. Зайцева