ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14284/2022

г. Челябинск

06 марта 2023 года

Дело № А07-8634/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 марта 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Матвеевой С.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.08.2022 по делу № А07-8634/2019.

В судебное заседание явились представители:

Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан - ФИО2 (паспорт; доверенность от 20.09.2022 сроком по 24.06.2023; диплом о высшем образовании); 

ФИО3  - ФИО4 (паспорт; доверенность от 09.06.2022 сроком на 50 лет).

 

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан 19.03.2019 поступило исковое заявление Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан (далее - УФНС России по РБ, уполномоченный орган, истец, податель жалобы) о привлечении ФИО3 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Топливно-сервисная компания» (далее - ООО «ТСКОМ», должник) в размере 7 346 551 руб.

Определением суда от 30.05.2019 к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен арбитражный управляющий ФИО5.

Решением от 23.08.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Управление Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт, ссылаясь на то, что судом первой инстанции не учтено, что организация фиктивного документооборота руководителем ООО «ТСКОМ» ФИО3 с контрагентами ООО «Торговый Дом», ООО «Мираторг», с фактическим перечислением на счета указанных фирм «однодневок» в течение 2014 - 2015 гг. денежных средств в размере 24 307 390,70 руб., свидетельствует о незаконном выводе активов ООО «ТСКОМ» (в виде денежных средств) в целях обналичивания средств через цепочку «подставных» лиц. Объективное банкротство должника явилось следствием применения схемы ведения бизнеса, включающей создание фиктивного документооборота и вывод в период с 2014 по 2015 денежных средств в размере 24 307 390,70 руб. Согласно бухгалтерскому балансу за 2014 год активы должника составили 36 043 тыс. рублей, обязательства перед кредиторами - 35 727 тыс. рублей.

Таким образом, с учетом объема незадекларированных должником налоговых обязательств, объективное банкротство ООО «ТСКОМ» наступило 31.03.2015 в результате превышения размера обязательств над размером его активов на сумму 956,9 тыс. рублей (35 727 тыс. рублей + 640,9 тыс. рублей (размер незадекларированных налоговых обязательств за 4 квартал 2014 года и 1 квартал 2015 года) - 36 043 тыс. руб. (активы должника по состоянию на 31.12.2014). 

В результате создания руководителем должника недобросовестной бизнес-модели, основанной на оформлении вымышленных фактов хозяйственной деятельности, с перечислением на счета «фирм-однодневок» в течение 2014-2015 года денежных средств, оно оказалось неспособно полностью погасить требования кредиторов и признано банкротом. 

Общая сумма выведенных денежных средств ООО «ТСКОМ» посредством заключения фиктивных сделок с ООО «Мираторг» и ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» составила 24 307 390,70 рублей. Допросы руководителей данных юридических лиц подтвердил отсутствие фактических взаимоотношений, отсутствие оказанных услуг, отсутствие осуществления фактических поставок. 

На основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции приобщены к материалам дела поступившие от УФНС по РБ возражения на отзыв ФИО3 на апелляционную жалобу, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле; от ФИО3 дополнения к отзыву на апелляционную жалобу от 20.02.2023 и 22.02.2023. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

 

В судебном заседании представитель УФНС по РБ с решением суда не согласился, считает его незаконным и необоснованным. Просил решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить; представитель ФИО3 просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «ТСКОМ»  зарегистрировано МРИ ФНС № 31 по РБ – 14.06.2011.

Основным видом деятельности общества является – Торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами.

Руководителем общества с 14.06.2011 по 08.09.2015, а также единственным его учредителем в период с 14.06.2011 по 27.02.2017 являлся ФИО3.

24.04.2017 единственным участником ООО «ТСКОМ» ФИО6 принято решение о ликвидации общества «Топливно-Сервисная Компания».

ФНС России 03.05.2017 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за №2170280533289 о принятии решения о ликвидации.

21.03.2017 на рассмотрение суда поступило заявление ФИО7 о признании ликвидируемого должника несостоятельным (банкротом). Основанием обращения ФИО7 в арбитражный суд с настоящим заявлением послужило наличие задолженности, подлежащей взысканию с ООО «ТСКОМ» согласно судебному приказу мирового судьи судебного участка №2 по Демскому району г. Уфы РБ от 03.03.2017 по делу №2-133/2017, в соответствии с которым с ООО «Топливно-Сервисная Компания» в пользу ФИО7 взыскано 350 000 руб. суммы задолженности по договору займа.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.05.2017 (резолютивная часть решения от 24.05.2017) по делу №А07-6432/2017, ликвидируемый должник - ООО «ТСКОМ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим ООО «ТСКОМ» утвержден арбитражный управляющий ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.10.2017 производство по делу № А07-6432/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТСКОМ» завершено.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2018 (резолютивная часть от 24.01.2018) определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.10.2017 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ТСКОМ» ФИО5 о завершении конкурсного производства в отношении должника отказано.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.03.2018 (резолютивная часть от 22.03.2018) в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ТСКОМ» включены требования ФНС России в размере 7 346 551руб., в т.ч. основной долг - 5 008 053 руб., пени - 1 323 287 руб. штрафы - 1 015 211руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.01.2019 (резолютивная часть от 17.01.2019), оставленным без изменения Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-3215/2019 от 25.03.2019, Постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-7881/18 от 03.06.2019, производство по делу №А07-6432/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ТСКОМ» прекращено, в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 57 Закона о банкротстве в случае отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему арбитражный суд прекращает производство по делу о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

На основании части 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

УФНС России по РБ, являясь конкурсным кредитором должника, обратился в суд с соответствующим заявлением о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Судом установлено, МРИ ФНС № 31 по РБ с 30.09.2016 по 25.05.2017 проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «ТСКОМ» по налогу на прибыль организаций за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по налогу на добавленную стоимость - с 01.01.2013 по 31.12.2015, по налогу на доходы физических лиц - с 01.01.2013 по 30.06.2016, по транспортному налогу с 01.01.2013 по 31.12.2015. Дата начала налоговой проверки – 30.09.2016, дата окончания налоговой проверки – 25.05.2017.

По результатам проверки налоговым органом составлен акт налоговой проверки №25 от 26.07.2017, вынесено решение №46 от 25.12.2017, в соответствии с которым ООО «ТСКОМ» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в результате занижения налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость за периоды 4 квартал 2014 года, 1, 2, 3 кварталы 2015 года. ООО «ТСКОМ» доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 5 008 053 руб., в соответствии с п. 2 ст. 57, п. 3 ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации, начислены пени по НДС в сумме 1 323 287 руб., в связи с несвоевременной уплатой НДС в соответствии с п. 1 ст. 122, п. 1 ст. 126 НК РФ наложен штраф в сумме 1 015 211 руб.

Письменные возражения на акт налоговой проверки № 25 от 26.07.2017 в целом, а также на отдельные его положения в порядке, предусмотренном п. 6 ст. 100 НК РФ, от налогоплательщика не поступали.

Решение не обжаловалось и вступило в законную силу.

Решением Управления ФНС по Республике Башкортостан № 150/17 от 25.08.2020 жалоба ФИО3 оставлена без рассмотрения по причине истечения срока обжалования решения МРИ ФНС № 31 по РБ и отсутствия уважительных причин его пропуска.

Решением Калининского районного суда г. Уфы РБ от 28.05.2021,оставленным без изменения Апелляционным определением Верховного судаРеспублики         Башкортостан от 25.08.2021, отказано в удовлетворении административных исковых требований ФИО3 к УФНС по РБ о признании незаконным решения от 25.08.2020 в связи с пропуском срока, предусмотренного п. 2 ст. 139 НК РФ.

Налоговым органом при проведении контрольных мероприятий была установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии реальных хозяйственных отношений между налогоплательщиком и спорными контрагентами ООО «Торговый Дом» и ООО «Мираторг», повлекших занижение налогооблагаемой базы.

Так, решением № 46 от 25.12.2017 было установлено создание ООО «ТСКОМ» фиктивного документооборота, оборота денежных средств с целью получения необоснованной налоговой выгоды по налогу на добавленную стоимость, а именно: необоснованное включение в состав налоговых вычетов по НДС счетов-фактур, оформленных ненадлежащим образом, подписанных не уполномоченными лицами по сделкам с ООО «Торговый Дом» и ООО «Мираторг».

Подписывая договоры и принимая счета-фактуры и другие документы, ООО «ТСКОМ» знало, что на основании этих документов будут заявлены вычеты по НДС, поэтому должно была убедиться в том, что они подписаны полномочным представителем, содержат достоверные сведения. ООО «ТСКОМ» не представило надлежащие доказательства того, что им осуществлены действия по проверке реальности         существования    спорного контрагента,  как субъекта предпринимательской деятельности, и полномочий лиц, действовавших от имени такого контрагента, а равно доказательства, указывающие на обстоятельства сотрудничества.

Таким образом, поскольку представленные ООО «ТСКОМ» в подтверждение налоговых вычетов по НДС счет-фактуры оформлены ненадлежащим образом, не подписаны уполномоченными лицами, что ООО «ТСКОМ» не представлено соответствующих требованиям НК РФ документов, подтверждающих обоснованность предъявленных Обществом сумм НДС к вычету по сделкам с ООО «Торговый Дом», ООО «Мираторг», и как следствие о том, что Общество не имеет право на получение налоговых вычетов.

Учитывая изложенные обстоятельства и то, что документы, составленные в связи с осуществлением хозяйственных операций между ООО «ТСКОМ» и его контрагентами - ООО «Торговый Дом», ООО «Мираторг» содержат недостоверные сведения об участниках хозяйственных операций (лице, выступавшем в качестве представителя - руководителя контрагента), а значит, не являются надлежащим документальным подтверждением реальности понесенных расходов, что Общество не имело права применять налоговые вычеты по НДС в размере 4367 131 руб. и обязано было уплатить налог на добавленную стоимость за 2 и 3 кварталы 2015 года, в полном объеме и без учета таких вычетов, по результатам проверки доначислен налог на добавленную стоимость в размере 4 367 131руб., в том числе за налоговые периоды: 2 квартал 2015 года - 1 760 147руб.; 3 квартал 2015 года - 2 606 984руб.; по контрагенту ООО «Мираторг» обязано было уплатить налог на добавленную стоимость за 4 квартал 2014 года и 1 квартал 2015 года, в полном объеме в размере 640 921руб. и без учета таких вычетов, по результатам проверки доначислен налог на добавленную стоимость в размере 640 921,0 руб., в том числе за налоговые периоды: 4 квартал 2014 года - 88 670 руб.; 1 квартал 2015 года - 552 251руб.

Таким образом, ООО «ТСКОМ» в нарушение 1,5,6 статьи 169 НК РФ, пункта 1 статьи 171 НК РФ, пункта 1 статьи 172 НК РФ завышены налоговые вычеты, отраженные в книге покупок за 2014, 2015 годы и как следствие, занижена сумма налога, подлежащая уплате в бюджет на 5 008 052 руб., в том числе по периодам:

- за 4 квартал 2014 года - 88 670 руб.; за 1 квартал 2015 года - 552 251руб.; за 2 квартал 2015 года - 1 760 147руб.; за 3 квартал 2015 года - 2 606 984руб.

Основание: налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость, договоры; счета-фактуры, книги покупок за 2014-2015 годы.

Как указывает истец, именно ФИО3 от имени должника заключены договоры с ООО «Торговый Дом» и ООО «Мираторг», в период наличия у него полномочий руководителя.

Так, договоры с ООО «Торговый Дом» заключены 02.04.2015 № 16/15, 30.07.2015 № 39/15 М, 30.07.2015 № 23/АН.

Оформлены счета-фактуры по контрагенту ООО «Торговый Дом» ИНН 

<

***> оформлены за 2 квартал 2015 года на сумму 11 538 739,3 руб.; за 3 квартал 2015 года на сумму 17 090 225,4 руб.

Договор с ООО «Мираторг» заключен от 07.11.2014 № 31/4. Счета-фактуры по контрагенту ООО «Мираторг» ИНН 

<

***> оформлены за 4 квартал 2014 года на сумму 581 280,0 руб., за 1 квартал 2015 года на сумму 33 620 372,2 руб.

Из протокола допроса свидетеля ФИО3 от 26.09.2017 № 1837 также следует, что именно в его обязанности входил поиск поставщиков, проведение переговоров с контрагентами, включая ООО «Торговый Дом» и ООО «Мираторг».

По мнению УФНС по РБ, все вышеизложенные факты свидетельствуют об умышленности действий должника, его контрагентов, об отсутствии реальных финансово-хозяйственных операций по поставке и приобретению товаров (работ, услуг) и позволяют сделать вывод о том, что реальная хозяйственная деятельность между контрагентами не осуществлялась.

К тому же факт того, что контролирующим лицом ООО «ТСКОМ» после 08.09.2015 являлся также  ФИО3,  подтверждается  доверенностью    № 8 от 01.03.2016, в соответствии с которой ФИО3 являлся коммерческим директором должника и уполномоченным представителем в части постановки на учет транспортных средств ООО «ТСКОМ».

В    период    проведения     налоговой     проверки,     проведенной  с    30.09.2016  по 25.05.2017, ФИО3 было реализовано 3 ед. транспортных средств должника:

- транспортное средство марки УСТ 54532О г.в. 2012 реализовано супруге ответчика - ФИО8 по договору купли-продажи от 30.09.2016;

- транспортное средство марки О АР РТ ХР105 460 г.в. 2013реализовано ФИО9 по договору купли-продажи 16.08.2016;

- полуприцеп цистерна 964846 2017 г.в. отчужден 05.04.2017 НургалеевуРамилю Зилаировичу, который с 19.03.2018 по настоящее время является руководителем ООО «Нигма» ИНН 

<

***>, учредителем со 100% долей участия в уставном  капитале является  ФИО3

В период отчуждения полуприцепа руководителем ООО «Нигма» являлся ФИО3

Ссылаясь на указанные обстоятельства, налоговый орган обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из недоказанности всей совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем   предъявления   исковых   требований   к   лицам,   указанным   в   пунктах   1   -   3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

  Так, в соответствии с пунктами 1, 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами пунктам 1-3 статьи 71 Закона № 208-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и    исполнении    обязанностей    должны    действовать    в    интересах    общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества,единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральныйдиректор), временный единоличный исполнительный орган, членыколлегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции),равно как и управляющая организация или управляющий, несутответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу ихвиновными      действиями      (бездействием),      если      иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Поскольку ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки, причиненные им, подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе, члене совета директоров.

На основании части 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Разъяснения по вопросам, касающимся возмещения убытков, причиненных действиями (бездействием) лиц, входящих или входивших в состав органов юридического лица, даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 (далее - постановление Пленума № 62).

В пункте 2 Пленума № 62 указано, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса РФ), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Согласно пункту 4 Пленума № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Согласно разъяснениям названного Пленума, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Вместе с тем, ссылка истца на обстоятельства, установленные в ходе выездной налоговой проверки, проведенной в отношении должника, по результатам которой был сделан вывод о необоснованном применении обществом налоговых вычетов по НДС по сделкам ООО «Торговый дом», ООО «Мираторг», и в ходе которой налоговым органом был установлено фиктивный документооборот, поскольку указанные общества обладают признаками анонимной структуры, не принята судом первой инстанции, поскольку само по себе наличие указанных обстоятельств, как и решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного в отношении общества, не может являться достаточным для вменения руководителю должника ответственности.

Из решения № 46 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.12.2017 следует, что определяя размер ответственности ООО «ТСКОМ»  за  совершение  налогового  правонарушения  и  степень  вины в  действиях налогоплательщика, которая определяется в зависимости от вины ее должностных лиц (п. 4 ст. 110 НК РФ) налоговым органом установлено совершение правонарушения по неосторожности, что образует состав, установленный пунктом 1 статьи 122 НК РФ, а не пункта 3, отличительным признаком которого является совершение деяния, предусмотренного пунктом 1 указанной нормы, умышленно, то есть лицом, осознававшим противоправный характер своих действий (бездействия), желавшего либо сознательно допускавшее наступление вредных последствий таких действий (бездействия) (п. ст. 110 НК РФ).

Однако, представленные уполномоченным органом документы свидетельствуют лишь о нарушении ООО «ТСКОМ» налогового законодательства, за что должник привлечен к налоговой ответственности. Данный факт сам по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника. Умысел руководителя должника на совершение налогового правонарушения не доказан, как не доказаны и фиктивность договоров с ООО «Торговый Дом» и ООО «Мираторг», подконтрольность спорных контрагентов ООО «ТСКОМ» или ФИО3 и недобросовестное поведение ФИО3 при совершении данных сделок. 

Привлечение общества к ответственности само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника.

В период исполнения лицом обязанностей руководителя должник осуществлял уставную деятельность, уплачивал налоги.

Материалы налоговой проверки в отношении ООО «ТСКОМ», по результатам которой вынесено решение № 46 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.12.2017 также не содержат в себе доказательств совершения ФИО3 умышленных действий, направленных на уклонение от уплаты налогов.

В отсутствие вышеуказанных доказательств, действия налогоплательщика и его руководителя не могут рассматриваться как умышленные, налоговый орган пришел к выводу о допущении заявителем нарушения в результате не проявления им должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента, что говорит о наличии вины в форме неосторожности, а не умысла.

На основании изложенного, суд первой инстанции не принял указанное решение налогового органа, как доказательство, подтверждающее, что налогоплательщик осознавал противоправный характер своих действий по включению в вычеты спорного НДС, допускал наступление вредных последствий в виде не поступления в бюджет НДС.

В обоснование правомерности применения налоговых вычетов по хозяйственным операциям, связанным с поставкой ООО «Торговый дом» во 2,3 кварталах 2015, ООО «Мираторг» в 4 квартале 2014, 1 квартале 2015в адрес ООО «ТСКОМ» товара, ответчиком в материалы дела представлены, в том числе договоры на поставку, товарные и товарно-транспортные накладные, подписанные директорами общества и контрагента, счета-фактуры.

В отсутствие при этом признаков их взаимозависимости (аффилированности) должнику, судом исключена возможность одностороннего создания ООО «ТСКОМ» фиктивного документооборота или влияния ответчика на дальнейшее движение потоков денежных средств, перечисленных спорным поставщикам в оплату за дизельное топливо.

У должника имелась фактическая возможность транспортировки топлива, при этом приобретаемый обществом товар у ООО «Торговый дом», ООО «Мираторг» использовался в последующем для дальнейшей его перепродажи третьим лицам, в т.ч.  ИП ФИО11,  ООО «Монолит», ООО «СХП  «Нерал-Буздяк», ООО «УфаПромНефть», СПК «Заря», ООО СХП «Нерал-Чишмы», ООО «БашАвтоСнаб», ОО НПП «Уфа-Кровля» и т.д.

Все отношения между организациями подтверждены соответствующие доказательствами, хозяйственные операции отражены в книге покупок и продаж ООО «ТСКОМ». Данные, содержащиеся в книгах продаж, отражают факт отгрузки товара покупателям, доказательств того, что поставленный в адрес третьих лиц товар приобретен покупателем не у поставщиков – ООО «Торговый Дом», ООО «Мираторг», а у иного лица, не представлено, опровергнуты не были.

 

Также судом первой инстанции не установлено оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основанию отчуждения транспортных средств должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановление Пленума № 53 под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве)     следует     понимать    такие     действия     (бездействие),     которые     явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных    на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующими лицами нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев 1 и 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что по данными бухгалтерского баланса от 16.03.2016 активы должника составили: основные средства 7890тыс. руб., дебиторская задолженность – 77720тыс.руб.

Таким образом, после совершения сделок по отчуждению транспортных средств должник не обладал признакам объективного банкротства, имел достаточно активов для осуществления хозяйственной деятельности, спорные сделки не оказали негативного воздействия на деятельность должника, финансовое положение должника не изменилось.

Кроме того, из пояснений ответчика, представленных суду апелляционной инстанции следует, что после прекращения полномочий ФИО3., обществом в лице директора ФИО12 были реализованы и получены денежные средства по договорам купли-продажи основных средств в сумме 5 780 700 руб., что подтверждается соответствующими договорами купли-продажи: 02ВА № 032898 от 16.08.2016, 02ИН № 090952 от 30.09.2016, 02ВА от № 037756  от 05.04.2017, 02ВА № 037687 от 21.03.2017, 02ВА № 037686 от 21.03.2017.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.07.2018 по делу № А07-6432/2017, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО5 к ООО «Розничная сеть АЗС-Петрол» о признании недействительными договоров купли-продажи серии 02 В А № 037687 от 21.03.2017, серии 02 ВА № 037686 от 21.03.2017 на сумму 5 млн. 150 тыс. руб. и применении последствий недействительности сделок отказано.

Судебными актами установлен факт оплат за отчуждаемые транспортные средства путем перечисления денежных средств на расчетный счет общества, а также соответствие отчётов оценщика Федеральному закону № 135-ФЗ от 08.12.1998 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

Таким образом, сумма поступивших денежных средств от реализованного имущества (5 780 700 руб.), полностью покрыло сумму долга доначисленного НДС (5 008 053 руб.).

Ссылается также на имеющееся в материалах дела заключение эксперта ЗАО АКЦ «Содействие», согласно которого: «Доначисление налога на добавленную стоимость в соответствии с Актом налоговой проверки № 25 от 26.07.2017 в сумме 5008 тыс.руб. не является причиной банкротства ООО «Топливно-сервисная компания. Причинами банкротства ООО «Топливо-сервисная компания» явились причины, возникшие в 2016 году:

• Снижение сбыта, выручка организации в 2016 году составила 33% от выручки в предыдущем году.

• Нехватка оборотных средств, которая является следствием снижением поступления выручки в 2016 году.

• Недостаточность производственных фондов, возникшая вследствие продажи основных средств в 2016 году.».

Таким образом, у Общества отсутствовали признаки неплатежеспособности, признаки недостаточности имущества, в связи с чем у ФИО3. отсутствовала необходимость обращения с заявлением в арбитражный суд в соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве, поскольку согласно ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В связи с этим отсутствует причинно-следственная связь между сделками по отчуждению транспортных средств должника и наступлением объективного банкротства должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Разрешая вопрос о том, явилось ли банкротство должника следствием поведения контролирующего лица, следует учитывать положения статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002, в которых раскрыты понятия «неплатежеспособность» и «банкротство». Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а последний стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Определение Судебной коллегии от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472).

В рассматриваемом случае при обращении с настоящим заявлением в суд истец в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не указал и не обосновал, какие действия (указания) ФИО3 привели к несостоятельности (банкротству) должника, какова причинно-следственная связь между этими действиями (указаниями) и несостоятельностью (банкротством) должника, а также не представил каких-либо доказательств в подтверждение факта совершения соответствующих действий (выдачи указаний).

Само по себе наступление неплатежеспособности юридического лица не свидетельствует о том, что причиной этого обстоятельства явились ненадлежащие действия его исполнительного органа либо его участников.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу, не представлено доказательств неправомерных действий руководителя должника, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. При том, что презумпции, установленные Законом о банкротстве о привлечении контролирующего должника лица, опровергнуты им с представлением документального подтверждения.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора судом верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующего должника лица и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредиторов.

Доводы апеллянта о фиктивном документообороте является необоснованным и противоречащим материалам дела.

Материалами дела установлено, что между ООО «ТСКОМ» и ООО «Торговый дом», ООО «Мираторг» сложились фактические отношения по поставке товара. Так, согласно заключения специалиста ЗАО «Содействие» от 14.06.2022, а также представленными в материалы дела товарными накладными, счетами фактурами подтверждается фактический товарооборот между ООО «ТСКОМ» и ООО «Торговый дом», ООО «Мираторг».

При этом само по себе не нахождение организаций по месту их регистрации (как указано в акте налоговой проверки), не может являться доказательством отсутствия фактических отношений сторон, поскольку согласно материалам дела следует, что фактичекская отгрузка товара производилась с базы поставщиков по адресу: 

<

...>.

Довод Заявителя о том, что для перевозки требовалось специальное разрешение является неверным, поскольку к дизельному топливу данное условие не распространяется. Более того, как установлено материалами дела, перевозка осуществлялась спецтехникой ООО «ТСКОМ».

Остальные доводы апелляционной жалобы фактически выражают несогласие с обжалуемым решением, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными.

Таким образом, на основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции законно и обоснованно принял судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.08.2022 по делу № А07-8634/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          С.В. Матвеева

                                                                                     А.Г. Кожевникова