РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Москва

02.06.2017                                                                     Дело № А40-180222/16-110-1598  

Резолютивная часть решения объявлена  26.05.2017

           Решение в полном объеме изготовлено 01.06.2017

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи ФИО1  /единолично/, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО2,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску   общества с ограниченной ответственностью "ТНГ"(ОГРН 

<

***>, 115280, 

<

...>, этаж7, пом. I, комн. 4) к обществу с ограниченной ответственностью  "УОЛТ ДИСНЕЙ КОМПАНИ СНГ"(ОГРН 

<

***>, 121099,Москва, Новинский бульвар, 8) о признании недействительным пункта приложения к договору, о взыскании 30 035 000 руб. 00 коп. ,  а также встречный иск о взыскании 105 304 608,25 руб.

при участии:

от истца – ФИО3 по дов.  от  30.06.2016

от ответчика- ФИО4 по дов.  от  10.10.2016, ФИО5 по дов.  от  26.04.2017, ФИО6 по дов. от  10.10.2016, 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «ТНГ»  обратилось с  иском к ООО «Уолт Дисней Компани СНГ» о признании недействительным п.6 Приложения-Перечня условий  № к  Лицензионному соглашению № 2133-13475 от 04.09.2013, взыскании  30 035 000 руб.

Ответчик иск не признал  по  основаниям, изложенным в отзыве,  предъявил встречный иск о взыскании 67  315 000 руб.  задолженности  по оплате вознаграждения, 37 989 608,25 руб.  пени за просрочку.

ООО «ТНГ» встречный иск  не признал по основаниям, изложенным в отзыве.

Заслушав представителей сторон, исследовав и оценив доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела,  между ООО «ТНГ» (далее ТНГ) и ООО «Уолт Дисней Компани СНГ» (далее - Дисней) заключено лицензионное соглашение № 2133-13475 от 24.09.13г. (далее - Соглашение), в соответствии с п. 5.1. которого ТНГ получает неисключительную лицензию на разработку, воспроизведение, импорт, если применимо, и распространение Продукции (без права производства Продукции). На основании п. 6.3. Соглашения ТНГ обязуется использовать лицензию путем активных продаж и продвижения Продукции, а также обеспечить поставку Продукции на розничный рынок в коммерческих объемах.

Право на производство Продукции принадлежит Дисней и отчуждается в соответствии с его волеизъявлением.

В обоснование своих требований истец ссылается на те обстоятельства,  что возможность реализации предоставленных Соглашением ТНГ прав и исполнения обязанностей напрямую зависит от распоряжения принадлежащим Дисней правом на производство Продукции.

 В момент заключения лицензионного соглашения ТНГ исходило из презумпции добросовестности участников правоотношений, в том числе Дисней. ТНГ получило от Дисней информацию о лицензированном производителе Продукции и заверения о безусловном росте производства.

Данный факт, по мнению истца, подтверждается, в частности, расчетом авансовых платежей (в п.6 Приложения-Перечне условий № 1 к соглашению), которые в каждый календарный год действия контракта увеличиваются в 1,5 раза, т.е. стороны исходили из того, что объем производства, а вследствие этого и объем продаж будет увеличиваться в 1,5 раза, начиная с 2015 года.

При этом Дисней, в отличии от ТНГ обладает информацией о сроке действия лицензионного контракта с производителем Продукции, что дает ему возможность оценить максимально возможный объем производства   Продукции,   а   также   оценить   последствия   смены—производителя и, как следствие, приостановку производства Продукции.

В связи с происходящей сменой производителя Продукции с Мател на компанию Хасбро (которая имеет право производить Продукцию только с 01.01.16г.) начиная с сентября 2014 года Продукция не производится вообще.

Следовательно, по мнению истца, действия Дисней по смене производителя и временной остановке производства Продукции лишают ТНГ возможности реализовывать права, предусмотренные Соглашением, в части распространения Продукции и исполнить обязательства по поставке Продукции на розничный рынок в коммерческих объемах.

В связи с вышеизложенным, ТНГ считает, что имеются основания для признания Соглашения в части установления Авансовых платежей недействительным.

В п.6 Приложения-Перечне условий № 1 к соглашению установлено, что ТНГ обязано уплачивать обязательные Авансовые платежи.

В соответствии с абз.1 ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

 Согласно пункту 3 статьи 380 ГК РФ, всякая предварительно уплаченная сумма признается авансом, если по поводу этой суммы в письменном соглашении не имеется прямого указания о том, что таковая является задатком.

Следовательно, предусмотренные Соглашением ежеквартальные авансовые платежи есть оплата вперед за подлежащее уплате в соответствующем квартале Роялти, определенное, в соответствии с п. 5 Приложения-Перечня условий № 1 к Соглашению, как 13% от Чистой суммы по внутренним продажам и 18,40% от Чистой суммы по внешним продажам.

При этом п. 6 Приложения устанавливает, что Авансы являются невозмещаемыми. Изначально наличие этого пункта в Соглашении объяснялось стимуляцией ТНГ к увеличению продаж, а на деле получилось так, что при невозможности реализовать имеющиеся у ТНГ права по Соглашению в связи с отсутствием производства Продукции в соответствующем периоде, ТНГ все равно обязано платить Авансовые платежи.

Дисней не сообщил ТНГ о предстоящем истечении действия лицензионного договора с производителем, равно как и о приостановке по этой причине производства Продукции.

Таким образом, в данном случае, как считает истец, поскольку п. 6 Приложения недействителен по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 179 ГК РФ, имеются основания для применения последствий недействительности, предусмотренных п. 2 ст. 167 ГК РФ, т.е. Дисней обязан возвратить ТНГ все полученное по сделке. Умолчание Дисней о том, что значительная часть Авансовых платежей (с 4 кв 2014г. до 01.01.16г.) должна будет быть выплачена при том, что обязанности по начислению Роялти у ТНГ не появится ввиду приостановления производства Продукции является безусловным основанием для применения к части сделки, а именно - к п. 6 Приложения вышеуказанной нормы закона.

ТНГ уплатило Дисней 30 035 000 рублей ,что подтверждается платежными поручениями и банковскими выписками,  следовательно, по мнению истца, Дисней обязан  их возвратить ТНГ.

ТНГ считает так же недействительным одностороннее расторжение договора, осуществленное Диснеем.

 Согласно п. 16.1 Соглашения, оно может быть расторгнуто в одностороннем порядке при условии, что другая сторона допускает нарушение существенных условий Соглашения.

Дисней расторг соглашение на том основании, что ТНГ не оплачивает авансовые платежи в соответствии с п. 6 Приложения.

Однако, поскольку по мнению истца, данная часть Соглашения недействительна,ТНГ не было допущено нарушение существенных условий договора.

Таким образом, у Дисней отсутствовали основания для одностороннего расторжения Соглашения. Следовательно, одностороннее расторжение Соглашения противоречит ст. 310 ГК РФ, что является основанием для признания его недействительным в силу ст. 168 ГК РФ.

Вместе с тем  в соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ устанавливает, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

 Как указано в ст. 180 ГК РФ, недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В соответствии с п. 4 ст. 179 ГК РФ, если сделка (часть сделки) признана недействительной по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 179 ГК, к ней (ее части) применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 ГК РФ. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (части сделки).

Ответчик не мог и не должен был сообщать Истцу об указанных обстоятельствах.

Согласно Договору, Ответчик предоставляет Истцу неисключительную лицензию на использование изображений персонажей и сопровождающих их художественных образов из серии «Принцессы», из художественных и мультипликационных фильмов «Храбрая сердцем» и «Холодное сердце», принадлежащих Ответчику (в Договоре -«Лицензированный материал»), способами, указанными в Договоре, в том числе путем разработки, воспроизведения, импорта и распространения продукции с использованием Лицензированного материала (пп. 1- 5 Договора, пп. 1-3 Приложения № 1). Истец, в свою очередь, обязуется выплачивать Ответчику вознаграждение в сумме и порядке, определенным Договором.

Согласно статье 1235 ГК РФ,одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах... По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Как пояснил ответчик , он входит в группу компаний The Walt Disney Company (TWDC, NYSE - DIS), крупнейшего правообладателя и лицензиара в отношении художественных и мультипликационных фильмов. Одним из направлений деятельности Ответчика является лицензирование потребительских товаров, в том числе на их изготовление и распространение. Истец же входит в группу компаний ТНГ, уже более десятилетия занимающихся оптовой дистрибуцией детских игрушек в России и странах СНГ.

По сложившейся распространенной на рынке схеме, Ответчик обеспечивает предоставление лицензии Истцу для законного распространения оригинальной продукции на согласованной сторонами территории. При этом, существуют также правоотношения между правообладателем и производителями продукции, и отношения между производителями и дистрибьютерами по фактическому приобретению и сбыту продукции. В данном случае, на момент заключения Договора производителем продукции с лицензированным материалом являлась компания Мател, как указывает Истец. Вместе с тем, данные обстоятельства не имеют значения для предмета настоящего дела ввиду следующего.

Ни конструкция лицензионного договора согласно ГК РФ, ни сам текст Договора не содержат указания на то, что исполнение каких-либо прав и обязанностей Истца как лицензиата или Ответчика как лицензиара по Договору напрямую зависит от действий третьих лиц, в частности, от действий производителя.

Права и обязанности Истца и Ответчика по Договору, в том числе, обязанность Ответчика по начислению Роялти и обязанность Истца по их оплате, возникают на основании Договора и вне зависимости от действий третьих лиц, либо могут возникнуть в силу прямого указания закона. Договор, в том числе, п. 6.3 Договора, посвященный как раз использованию лицензии путем активных продаж и продвижению Продукции, не содержит никакого указания на то, что такое исполнение должно быть поставлено в зависимость от действий производителя.

Обе стороны являются профессиональными участниками рынка дистрибуции и имеют представление о существе отношений и рисках в данной области. Если бы они видели необходимость включения какого-либо условия о связи между исполнением Договора и действиями третьих лиц (например, производителя), то они имели возможность включить такие положения, однако, стороны, каждая действуя в своем интересе и по своей воле, не стали включать их.

Истец не являля слабой стороной Договора и не мог не понимать существа отношений между лицензиатом и лицензиарами, о процессе закупок товара у производителя и о рисках, связанных с заключением договоров в данной сфере.

На момент заключения Договора и согласования условий об авансовых платежах, а именно июль - сентябрь 2013 года, Ответчик не мог обладать достоверной информацией о том, что может произойти в будущем.

При  этом истец доказательств того ,  что приостановка производства продукции компании Мател стала происходить начиная с сентября 2014 года, не представил,  как и не представил доказательств того, что у Ответчика мог иметься умысел на обман Истца путем умолчания о каких-либо обстоятельствах при заключении Договора,  и свидетельские показания эти обстоятельства не доказывают.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если установлен умысел лица, совершившего обман. В частности, в предмет доказывания по спору о признании такой сделки недействительной входит факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Исковое заявление не содержит конкретных фактов и ссылок на доказательства умысла Ответчика на обман Истца путем умолчания об отдельных обстоятельствах при заключении Договора и согласовании условий об авансовых платежах.

Истцом не доказана причинно-следственная связь между обстоятельствами, относительно которых Истец якобы был обманут, и решением Истца заключить Договор.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. Обман должен затрагивать такие представления о сделке, при достоверном представлении о которых сделка не состоялась бы или состоялась, но на иных условиях (п. 99 Постановления № 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года, п. 9 Информационного Письма № 162 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2013 года).

Поведение Истца после заключения Договора давало основания Ответчику полагаться на действительность Договора.

После заключения Договора и вступления его в силу, с 1 января 2014 года по июль 2015 года, Истец исполнял обязанность по выплате Авансовых платежей (п. 6 Приложения № 1, п. 7.9 Договора) путем перечисления суммы этих платежей по частям на счет Ответчика.

Истец подписал акты сдачи приемки и акт о доначислении лицензионных платежей во исполнение п. 7.9.3 Договора, подтверждающий разницу между суммой кумулятивных роялти и Гарантией (как этот термин определен Договором и которая, согласно условиям Договора, равна сумме Авансового платежа), обязался выплатить Ответчику согласованную сумму разницы во исполнение Договора и до июля 2015 года выплачивал ее, что подтверждается платежными документами, представленными самим Истцом в материалы дела.

Данное поведение Истца свидетельствовало о том, что Истец, действуя по своей воле и в своем интересе, понимал значение положений Договора об Авансовых платежах (п. 6 Приложения № 1, п. 7.9 Договора), считал их действительными, исполнял их, активно использовал полученные права на основании Договора в своей хозяйственной деятельности и давал все основания Ответчику полагаться на действительность данной части Договора.

Более того, из этого следует, что Истец продолжал исполнять обязанности, предусмотренные указанными положениями об Авансовых платежах, и после сентября 2014 года - даты, когда Истец якобы узнал о приостановке производства компанией Мател, как следует из Искового заявления. Таким образом, Истец знал или должен был знать об основаниях недействительности части Договора, на которые он ссылается в Исковом заявлении, уже в тот временной период, но все равно продолжал исполнять Договор в указанной части и не делал никаких возражений.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

При указанных обстоятельствах  первоначальный иск в этой части не подлежит удовлетворению.

Соответственным образом, не может быть признано обоснованным требование Истца о возврате всего исполненного им по Договору на протяжении более 1.5 лет. По сути, означало бы, что Истец вправе получать выгоду от использования объектов авторских прав Ответчика безвозмездно - между тем, именно такое использование составляет исключительную ценность для Ответчика, поскольку защищает его интеллектуальные права и предоставляет возможность извлекать прибыль из результата творческого процесса.

Срок исковой давности по требованию о признании части Договора недействительной истек.

Согласно ч. 2 ст. 180 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение такого срока начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно Исковому заявлению, требования Истца о признании недействительным части Договора основывается на том, что Ответчик якобы умолчал и не сообщил Истцу о том, что обязанность по начислению Роялти у Истца не возникнет ввиду приостановления производства продукции.

В Исковом заявлении Истец указывает не то, что начиная с сентября 2014 года якобы «Продукция не производится вообще». Таким образом, следуя логике Истца, Истец должен был уже в сентябре 2014 года знать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. С этого времени должен был начать течь срок исковой давности о признании части Договора недействительной.

Срок исковой давности по указанному требованию истек в сентябре 2015 года. Исковое заявление подано 30 августа 2016 года, что составляет фактически два года с того момента, когда Истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания части Договора недействительной, по собственному утверждению Истца.

Таким образом, как следует из доводов, изложенных в пунктах 1-3 выше, основания для признания Договора недействительным в части условий об авансовых платежах по п. 4 ст. 179 ГК РФ отсутствуют.

Договор был прекращен с 31 декабря 2015 года в соответствии с условиями Договора и действующим законодательством.

Доводы Истца о том, что одностороннее расторжение Договора Ответчиком недействительно - ошибочны, не находят подтверждения в Исковом заявлении, в материалах делах и не соответствуют фактическим обстоятельствам, по следующим основаниям:

Договор был прекращен вследствие одностороннего отказа Ответчика от Договора с предварительным письменным уведомлением без дополнительных оснований в соответствии с п. 16.3 Договора. Ссылка Истца на прекращение Договора вследствие существенного нарушения - не обоснована и не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Одно из оснований, указанное в п. 16.3 Договора - это односторонний отказ от Договора Ответчиком как лицензиаром путем направлении предварительного письменного уведомления. Согласно п. 16.3 Договора: (Disney [Ответчик] имеет право в любой момент расторгнуть Соглашение путем направления Лицензиату [Истцу] соответствующего письменного уведомления за 4 месяца до даты расторжения».

Ответчиком воспользовался этим правом на односторонний отказ. 31 августа 2015 года Ответчик направил Истцу письменное уведомление об одностороннем отказе от Договора и расторжении Договора с 31 декабря 2015 года на основании п. 16.3 Договора. Ответчик не получил каких-либо устных или письменных комментариев или возражений со стороны Истца по данному поводу. С 31 декабря 2015 года Договор считается расторгнутым. Это подтверждается документально: текстом Договора, уведомлением об отказе Ответчика (Приложение 1), документами о доставке уведомления Истцу (Приложение 2) и данные обстоятельства не оспариваются Истцом.

Довод Истца о том, что Ответчик расторг Договор на том основании, что Истец не оплачивает авансовые платежи, не соответствуют письменному уведомлению о расторжении, направленному Ответчиком Истцу. У Ответчика были основания для расторжения ввиду ненадлежащего исполнения Договора Истцом (в частности, не предоставление банковской гарантии, не предоставление отчетов о продажах - Роялти отчетов, неоплата долга за 2014 и 2015 гг. и прочие). Тем не менее, Ответчик не был обязан давать обоснования расторжения в соответствии с п.6.3 Договора, что и имело место.

Истцом не представлено допустимых доказательств, как предоставления Ответчиком заверения о безусловном росте производства продукции, так и того, что при заключении договора Истец исходил из этого заверения. При этом, ссылка Истца на ежегодное увеличение авансовых платежей не может являться таким доказательством, поскольку согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, а в оспариваемом соглашении отсутствует условие о том, что такое увеличение обусловлено именно увеличением объема производства;

Довод  Истца о том, что при заключении договора он исходил из якобы имевшего место заверения о безусловном росте производства продукции, опровергается отсутствием в оспариваемом соглашении как соответствующих заверений, отлагательных или отменительных условий, так и непредставлением доказательств их обсуждения сторонами (направления Истцом предложения обсудить такие заверения), а согласно п. 26 оспариваемого соглашения оно представляет договоренности между сторонами в полном объеме;

Истцом не представлено допустимых доказательств как наличия у Ответчика на момент заключения оспариваемого договора сведений о предстоящей смене производителя продукции (Компании Мател на Компанию Хасборо), указанных в исковом заявлении сроках прекращения и возобновления производства продукции, так и факта заключения Истцом оспариваемого договора под влиянием заблуждения - в связи с сообщением иной информации в отношении производителя или не сообщением данной информации. Более того, Истец и допрошенный по его ходатайству свидетель ФИО7 в судебном заседании 27.04.2017 г. пояснили, что как минимум спустя полгода после заключения Договора никто из сторон еще не знал, что состоится смена производителя.

При указанных обстоятельствах первоначальный иск удовлетворению не подлежит.

При  этом, согласно ч. 5 ст. 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение. Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

  УДК СНГ и ТНГ были вправе по своему усмотрению определить форму и порядок выплаты лицензионного вознаграждения (Роялти) по Договору. Как указано выше, стороны договорились, что ТНГ уплачивает УДК СНГ вознаграждение в форме Гарантии как суммы минимально гарантированных Роялти (п. 7.9.3 Договора).

Выплата таких сумм является, во-первых, формой оплаты лицензионного вознаграждения (Роялти) за соответствующий период по Договору (предварительная оплата), а, во-вторых, является минимальной суммой вознаграждения, которую получит лицензиар на основании согласованной формулы расчета вознаграждения (рассчитанной с учётом экономической модели работы по Договору и необходимой гарантии исполнения лицензиатом обязанностей по Договору).

Использование так называемых «минимальных гарантий» как формы уплаты лицензионных платежей является распространённой практикой в договорах, используемых в развлекательной и медиа индустрии. Согласно имеющейся судебной практике Верховного Суда РФ {например, см. Определение от 18 апреля 2016 г. N 305-ЭС16-2538, Определение от б октября 2015 г. N305-ЭС15-11871) и Суда по интеллектуальным правам (например, см. Постановление от 24 декабря 2013 г. по делу N А40-93/2013), минимальные гарантии являются правомерной формой уплаты лицензионных платежей и неисполнение обязанности по уплате таких гарантий является нарушением условий соответствующих лицензионных договоров .

Как было указано выше, согласно п. 7.9.3 Договора, ТНГ обязывался уплачивать УДК СНГ суммы Гарантий за соответствующие периоды времени в порядке, указанном в Договоре. 

На протяжении срока действия Договора ТНГ исполняло ненадлежащим образом указанную обязанность по оплате указанных Гарантий, либо не исполняло ее вовсе.

Так, ТНГ ненадлежащим образом исполнял обязанность по уплате Гарантий за период с 1 января по 31 декабря 2014, т.к. оплата производилась несвоевременно, в нарушение сроков, установленных в Договоре. За остальные периоды согласно Договору ТНГ вообще не исполнил обязанность по уплате Гарантий.

С 31 декабря 2015 года Договор был расторгнут на основании письменного уведомления № 140 от 31 августа 2015 года о расторжении Договора, направленного УДК СНГ на основании пункта 16.3 Договора и пункта 1 статьи 4501 Гражданского кодекса РФ (односторонний отказ от соглашения лицензиаром путем направления предварительного письменного уведомления).

В результате ненадлежащего исполнения обязательств по Договору со стороны ТНГ на дату расторжения Договора ТНГ имело задолженность перед УДК СНГ в размере суммы невыплаченных Гарантий в размере 67 315 000 рублей (с учетом НДС). Указанная сумма задолженности включает:

•8 905 000 рублей - разница между общей суммой Гарантии за период с 1 января 2014 года по 31 декабря 2014 года (с учетом НДС) и фактически произведенными оплатами по Гарантии за указанный период, признанной подлежащей оплате со стороны ТНГ (ТНГ признало данный долг при подписании ТНГ акта о доначислении лицензионных платежей от 13 марта 2015 года в размере 12 073 772,39 рублей (с НДС) - приведен в Приложении 5 к настоящему встречному иску); и

•58 410 000 рублей - сумма минимальной Гарантии за период с 1 января 2015 года по 31 декабря 2015 года (с учетом НДС), установленная Договором (п. 7 Приложения № 1) и в безусловном порядке подлежащая оплате со стороны ТНГ в сроки, установленные Договором.

Более того, согласно ст. 395 ГК РФ в случаях просрочки уплаты денежных средств подлежат уплате проценты на сумму долга, размер которых может быть определен договором между сторонами. Согласно п. 7.8.5 Договора на каждую невыплаченную в срок сумму начисляются проценты в размере 0.1% от невыплаченной суммы в день. .

На 16 декабря 2016 года (дата направления претензии ТНГ) размер пени за просрочку оплаты выставленных счетов по оплате Гарантии за период с 1 января 2014 года по 31 декабря 2014 года составлял 10 281 983,25 руб., а именно:

•по счету № 2676 от 03.02.2014 - 600 499,15 руб.,

•по счету № 2951 от 10.04.2014 - 1 656 970,34 руб.,

•по счету № 3101 от 02.07.2014 - 1 903 004,43 руб., 

•по счету № 3386 от 06.10.2014-6 121 559,32 руб.

Кроме того, размер пени за просрочку оплаты минимальной Гарантии за период с 1 января 2015 года по 31 декабря 2015 г. составлял 27 707 625,00 руб., а именно:

•по счету № 3745 от 12.01.2015 - 8 526 375,00 руб.,

•по счету № 4035 от 02.04.2015 - 7 536 375,00 руб.,

•по счету №4301 от 01.07.2015 - 6 422 625,00 руб., 

•по счету № 4586 от 06.10.2015 - 5 222 250,00 руб.

Ответчиком по встречному иску расчет не оспорен, контррасчет не представлен,  в связи с чем встречный иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167-171 АПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального иска отказать. Встречный иск удовлетворить.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью "ТНГ"  в пользу общества с ограниченной ответственностью  "УОЛТ ДИСНЕЙ КОМПАНИ СНГ" 67 315 000 руб.  задолженности, 37 989 608 руб.  25  коп. неустойки, 200 000 руб. в возмещение расходов по госпошлине.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение  месяца с даты его принятия.

Судья:               А.В.Мищенко