АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1021/2021

26 марта 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 23 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 марта 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 16.06.2020 № 27АА1495427

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего Меньшова Константина Александровича

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 12.11.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021

по делу №  А73-1137/2018

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сев-транзит» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 680013, 

<

...>)

о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 08.02.2018             по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сев-Транзит» (далее – ООО «Сев-Транзит») возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее также – должник).

Решением суда от 18.04.2018 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3, член союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 12.11.2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 завершена процедура реализации имущества гражданки ФИО1, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в процедуре банкротства.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, арбитражный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 12.11.2020, апелляционное постановление от 27.01.2021 отменить, принять новый судебный акт об отказе в освобождении            ФИО1 от долговых обязательств перед кредиторами –                          ООО «Сев-Транзит», публичным акционерным обществом «Сбербанк» (далее – ПАО «Сбербанк).

В обоснование жалобы заявитель указывает, что должник не исполнил обязанность установленную пунктом 9 статьи 213.9 Федерального закона          от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) по передаче испрашиваемых финансовым управляющим сведений и документов, уклонялась от сотрудничества с финансовым управляющим, в действиях должника имеются признаки недобросовестности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) выраженные в последовательном наращивании задолженности перед кредиторами, поскольку, вступая в отношения поручительства с контрагентами контролируемых должником юридических лиц, ФИО1 фактически вводила кредиторов в заблуждение с целью склонения их к заключению договоров, осознавая при этом невозможность погашения будущей задолженности ввиду наличия уже имеющихся долговых обязательств в крупном размере. Ссылается на судебную практику.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

В судебном заседании суда округа представитель ФИО1 просил в удовлетворении кассационной жалобы арбитражного управляющего ФИО3 отказать, оставить обжалуемые судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Податель жалобы и иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание окружного арбитражного суда не явились.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке части 3 статьи 284                 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, с учетом доводов кассационной жалобы,  Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для их отмены не усматривает.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы  Х Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Как усматривается из материалов дела, объявление о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 28.04.2018.

Срок реализации имущества гражданина судом неоднократно продлевался.

К судебному заседанию, назначенному судом для  рассмотрения отчета финансового управляющего на 21.10.2020, ФИО3 направил в материалы дела письменное ходатайство о продлении процедуры реализации имущества гражданки ФИО1 на два месяца. В перерыве в заседании суда первой инстанции от финансового управляющего поступили отчет от 05.11.2020 по результатам процедуры реализации имущества, ходатайство об отложении судебного заседания, а в случае завершении процедуры реализации имущества должника – о неприменении правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Исследовав представленный финансовым управляющим имуществом должника отчет по результатам процедуры реализации имущества           ФИО1, установив, что в реестр требований кредиторов должника включены требования в общем размере 5559293,34 руб., требование                 ООО «Сев-Транзит» погашено в размере 150 500 руб. путем предоставления отступного; на супруга должника ФИО2 зарегистрировано                    право собственности на земельный участок, расположенный по адресу:           ЕАО, Смидовичский район, СНТ «Победа», участок №292а, с кадастровым номером 79:06:2902003:32, решением Индустриального районного суда г.Хабаровска от 13.05.2019 выделена 1/2 доля в праве общей собственности супругов на вышеуказанный земельный участок, имущество не реализовано; по результатам анализа финансового состояния должника финансовый управляющий сделал выводы о невозможности проведения проверки признаков фиктивного и преднамеренного банкротства; основания для обжалования недействительных сделок не выявлены,  суд первой инстанции пришел к выводу о достижении цели процедуры реализации имущества должника (осуществлены все мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы, имущество или источники дохода у должника не выявлены, продолжение процедуры реализации имущества при таких условиях не приведет к удовлетворению требований кредиторов), в связи с чем, руководствуясь положениями статьи 213.28 Закона о банкротстве, завершил процедуру реализации имущества гражданки ФИО1 и применил к должнику правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

При повторном рассмотрении дела судебная коллегия апелляционной инстанции сочла правомерными выводы суда первой инстанции об отсутствии препятствий для завершения процедуры реализации имущества должника, при этом отклонив доводы финансового управляющего о неправомерном освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в связи с отсутствием оснований для применения пункта  4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В части завершения процедуры реализации имущества гражданки ФИО1 определение от 12.11.2020 и апелляционное постановление от 27.01.2021 ФИО3 не оспаривается.

Как указывалось, при рассмотрении судом отчета финансового управляющего и вопроса о завершении процедуры банкротства    ФИО3 представлено ходатайство о неприменении в отношении ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, мотивированное тем, что должник уклонялся от сотрудничества с финансовым управляющим, действовал недобросовестно, последовательно наращивая задолженность перед кредиторами.

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Социально-реабилитационная цель потребительского банкротства достигается путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Этим устанавливается баланс между указанной целью потребительского банкротства и необходимостью защиты прав кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541 по делу № А70-14095/2015).

В основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по итогам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов. Суд вправе указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника.

Финансовый управляющий в обоснование доводов о неосвобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств ссылался на неисполнение должником обязанности по передаче сведений о принадлежащем ей имуществе и его местонахождении, составе обязательств и имеющихся у должника кредиторах, источниках доходов и их размере за последние три года, наличии (отсутствии) судимости, возбужденных уголовных дел, а также иных сведений, имеющих отношение к делу о банкротстве; наличие в действиях должника признаков последовательного наращивания задолженности перед кредиторами, так как, вступая в отношения с последующими кредиторами, ФИО1 не учитывала имеющуюся задолженность, не оценивала возможные риски при наличии задолженности в значительном размере, ввиду чего своими действиями увеличивала размер требований кредиторов, не имея возможности погасить задолженность.

Рассмотрев приведенные управляющим доводы и дав оценку действиям должника с точки зрения добросовестности, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, констатировал, что ФИО1 не препятствовала деятельности финансового управляющего (запрошенная финансовым управляющим информация представлена должником при подаче заявления о признании ее банкротом (дело №А73-3068/2018, определением от 06.04.2018 объединенное с настоящим делом №А73-1137/2018), в материалах дела не имеется доказательств противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение обязательств перед кредиторами, не установлено фактов  сокрытия и отчуждение имущества либо о принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов; умысел должника по наращиванию кредиторской задолженности с целью ее дальнейшего списания в результате завершения реализации имущества гражданина не доказан, притом, что анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил.

В связи с чем суды признали, что получение денежных средств путем заключения кредитных договоров, заключение договора поручительства, а также последующее обращение должника в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом не является признаком, исключительно достаточным для квалификации поведения должника как недобросовестного, и не может служить основанием для безусловного вывода о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Установив, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при возникновении или исполнении обязательств ФИО1 действовала незаконно, предоставила кредиторам заведомо ложные сведения при получении займов, злостно уклонилась от погашения кредиторской задолженности, скрыла или умышленно уничтожила имущество, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательства перед кредиторами.

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у суда округа не имеется.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу  статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение должником принятых на себя обязательств не может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств.

Указанная норма направлена на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

В настоящем деле судами не были установлены факты уклонения ФИО1 от исполнения обязательства перед кредиторами, в том числе ей не совершались действия, отрицательно повлиявшие на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов; не были выявлены признаки преднамеренного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и   ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств при представлении (непредставлении вообще) заведомо ложных сведений при получении кредитов, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное).

Ввиду изложенного, доводы арбитражного управляющего                   ФИО3 о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом, что в дальнейшем повлекло невозможность исполнения обязательств перед кредитором, об отсутствии оснований для применения правил об освобождении должника от обязательств судебной  коллегией суда округа отклоняются как необоснованные.

Проявляя должную заботу и осмотрительность, в частности, кредитные учреждения перед предоставлением заемных денежных средств самостоятельно осуществляют проверку финансового состояния заемщика, оценивая свои возможности и предполагаемые риски, именно кредитное учреждение, выдавая кредит, заинтересовано в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика. Перекладывание банком указанных обязанностей на должника не может быть вменено должнику в качестве противоправного поведения, влекущего отказ в освобождения должника от долгов.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы полагает, что вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами сделан на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствует установленным фактическим обстоятельствам данного дела и имеющимся в деле доказательствам, основан на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Все аргументы заявителя кассационной жалобы являлись предметом анализа и оценки судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, их необоснованность отражена в обжалуемых судебных актах с изложением соответствующих мотивов.

По своей сути, доводы, приведенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов и свидетельствуют о несогласии арбитражного управляющего с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Иная оценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для безусловной отмены судебных актов, не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 12.11.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021           по делу № А73-1137/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева

Е.О. Никитин