АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-49071/2019

г. Краснодар

13 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 июля 2022 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Рассказова О.Л., судей Артамкиной Е.В. и Афониной Е.И., при участии в судебном заседании от истца – акционерного общества «Ранд» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в интересах общества с ограниченной ответственностью «Кубанские деликатесы»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 29.06.2022), общества с ограниченной ответственностью «Кубанские деликатесы»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 17.07.2019), ФИО3 (ордер от 05.07.2019), ответчиков: ФИО4 (паспорт) и его представителя – ФИО5 (доверенность от 24.02.2021), ФИО6 (паспорт), ответчика – ФИО7 (паспорт), третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Яр-Ко» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) – ФИО8 и ФИО9 (доверенности от 26.02.2020 и 16.04.2021), временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кубанские деликатесы» ФИО10 и представителя ФИО11 (доверенность от 28.10.2021), извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Кубанские деликатесы» и акционерного общества «Ранд» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2022 по делу № А32-49071/2019, установил следующее.

АО «Ранд» (далее – фирма) в интересах ООО «Кубанские деликатесы» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО4 и ФИО6 7 502 555 рублей убытков (измененные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс). Делу присвоен номер № А32-49071/2019.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Яр-Ко» (далее – компания), ФИО7 и временный управляющий общества ФИО10

ФИО4, действуя в интересах общества, обратился с иском к  ФИО7 о взыскании 2 063 059 рублей убытков. Делу присвоен номер № А32-60574/2019.

Определением от 15.01.2020 дела № А32-60574/2019 и А32-49071/2019 объединены в одно производство, делу присвоен номер А32-49071/2019.

До принятия решения по делу ФИО4 отказался от своего иска, заявленного к ФИО7 

Решением от 11.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.03.2022, принят отказ истца от иска ФИО4 к ФИО7, в данной части производство по делу прекращено. В удовлетворении иска фирме в интересах общества отказано. 

В кассационной жалобе общество и фирма просят отменить решение и постановление, по делу – принять новый судебный акт и удовлетворить иск. По мнению заявителей,  выводы  судов о недоказанности убытков (упущенной выгоды) являются ошибочными, поскольку сделаны без учета всех фактических обстоятельств дела, в том числе результатов финансово-экономической экспертизы. Вывод суда о пропуске срока исковой давности по требованиям, основанный на договоре поставки от 22.01.2016, является ошибочным; срок необходимо исчислять с 14.03.2017 – даты проведения общего собрания участников общества по итогам 2016 года). Суды не дали оценки  наличию признаков заинтересованности и конфликта интересов при заключении убыточных сделок, наличию фактического контроля ФИО4 и Скрипки Я.В. над обществом. Кроме этого, фирма считает, что суд неправомерно принял отказ ФИО4 от иска.

В отзывах на кассационные жалобы компания и ФИО6 указали на их несостоятельность, ФИО7 и временный управляющий общества – необоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы жалоб и возражения отзывов.

В  соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 06.07.2022 объявлялся перерыв до 17 часов 00 минут 12.07.2022, о чем сделано публичное извещение.

После перерыва судебное заседание продолжено. 

Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что состоявшиеся судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям.

Из материалов дела видно и суды установили, что в рассматриваемый период ФИО4 и ФИО6 являлись членами совета директоров общества, ФИО4 также являлся участником общества с долей в уставном капитале предприятия в размере 50%, генеральным директором общества являлся ФИО7; единственным участником и генеральным директором компании являлся ФИО6

Истец утверждает, что в результате проведенной в отношении общества с 28.06.2018 по 12.04.2019 налоговой проверки установлено, что итогом хозяйственной деятельности между компанией, руководителем которой является ФИО6, и обществом, последнему причинен имущественный ущерб ориентировочно в размере 20 млн рублей (акт от 12.04.2019 № 13-35/9). Факт осуществления финансово-хозяйственной деятельности подтверждается бухгалтерской документацией.

На очередном общем собрании участников общества 29.04.2019 в повестку дня был включен вопрос № 3, в котором членам совета директоров общества Скрипке В.Э. и Скрипке Я.В. было предложено добровольно возместить убытки, причиненные обществу в результате исполнения обязательств по договорам от 12.12.2016 № 38/16, от 22.01.2016, заключенным обществом с компанией.

Члены совета директоров общества ФИО4 и ФИО6 не признали своей вины в причинении убытков обществу и от их возмещения в добровольном порядке отказались.

В целях определения размера ущерба, причиненного обществу деятельностью членов совета директоров общества Скрипкой В.Э. и Скрипкой Я.В. в рамках указанных договоров, истец обратился к ООО «Аудиторско-консалтинговый центр».

Согласно заключению ООО «Аудиторско-консалтинговый центр» финансовый результат по итогам сделки между обществом и компанией по договору поставки от 22.01.2016 составляет убыток в размере 461 364 рублей 40 копеек. Убытки возникли в результате финансовой операции по продаже собственной продукции общества – зеленого горошка консервированного на сумму 1 601 695 рублей покупателю –компании и последующего приобретения обществом этой же номенклатуры продукции в том же количестве у компании на сумму 2 063 059 рублей без учета НДС. Эксперты указали, что финансовый результат по итогам сделки между обществом и компанией по договору от 12.12.2019 № 38/16 составляет убытки в размере 13 450 465 рублей (ущерб по договору от 12.12.2016 № 38/16 в размере 1 690 213 рублей и упущенная выгода в размере 11 760 252 рублей). Финансовый результат по итогам заключенных договоров от 12.12.2016 № 38/16 и от 21.01.2016 составляет убытки в размере 13 911 465 рублей.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения компании в интересах общества к Скрипке В.Э. и Скрипке Я.В. с требованием о взыскании убытков.

При разрешении спора суды руководствовались следующим.

Согласно статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием).

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 данного Кодекса). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является установление совокупности следующих условий: факта причинения убытков, наличия причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

На основании пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т. п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 указанного Кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума № 62 даны разъяснения относительного того, какие действия (бездействие) директора могут свидетельствовать о его недобросовестности и/или неразумности.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно пункту 1 постановления Пленума № 62 судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами. Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. При этом арбитражные суды принимают во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) оборота. 

Суды установили, что требование о взыскании убытков, причиненных деятельностью членов совета директоров общества Скрипкой В.Э. и Скрипкой Я.В. в рамках договоров от 22.01.2016, от 12.12.2016 № 38/16, заключенных между компанией и обществом, основывается истцами на выводах, сделанных по результатам финансово-экономической экспертизы, проведенной ООО «Аудиторско-консалтинговый центр». Истцы указали, что в результате исполнения обществом договора от 22.01.2016 по поставке компании зеленого горошка и обратной поставки этого же товара от компании в адрес общества, оформленной УПД от 21.06.2016, обществу были причинены убытки в размере 461 364 рублей 40 копеек, определяемые как разница между ценой, по которой товар отгружался компании, и ценой, по которой этот же товар приобретался у компании. В результате исполнения договора от 12.12.2016 № 38/16 возникли убытки в виде ущерба в размере 1 690 213 рублей и упущенной выгоды в размере 11 760 252 рублей.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив сложившиеся фактические правоотношения между обществом и компанией в рамках хозяйственной деятельности, в том числе в рамках спорных договоров, а также с учетом выводов судебной экспертизы суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности причинения ответчиками обществу убытков. Суд исходил из того, что в результате заключения спорных договоров общество получило прибыль, кроме того, не доказано, что действиями ответчиков обществу причинены убытки в виде упущенной выгоды.

Суд апелляционной инстанции, проверив решение в обжалуемой части, также пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований и исходил из того, что документального обоснования ущерба в результате спорных сделок в материалы дела не представлено. 

Суды указали, что 22.01.2016 общество (поставщик) и компания (покупатель) заключили договор поставки, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить консервную продукцию, производимую поставщиком, в количестве и на условиях, согласованных в договоре (пункт 1.1 договора).

Общество (в лице директора ФИО7) и компания (в лице директора Скрипки Я.В.) подписали товарную накладную от 21.06.2016 № 199 на поставку компании зеленого горошка на сумму 1 890 тыс. рублей (с учетом НДС) по цене 18 рублей 09 копеек за банку. В тот же день стороны подписали УПД от 21.06.2016 на поставку в адрес общества зеленого горошка на сумму 2 434 410 рублей (с учетом НДС), по цене 23 рубля 31 копейка за банку. В рамках договора поставки от 22.01.2016 стороны также подписали спецификацию от 15.07.2016 № 2 на поставку обществом в адрес компании икры кабачковой в количестве 122 800 штук на сумму 2 949 120 рублей

Во исполнение договора компания внесла в адрес общества авансовые платежи в общей сумме 2 404 710 рублей (1 890 тыс. руб. за зеленый горошек и 514 710 рублей за кабачковую икру); это подтверждено представленными в материалы дела платежными поручениями и не оспаривается сторонами.

Суды, проверив факт несения со стороны общества каких-либо имущественных потерь в результате заключения договора поставки от 22.01.2016 и оформления товарной накладной от 21.06.2016 № 199 и УПД от 21.06.2016, не установили. Апелляционный суд констатировал, что результатом подписания между сторонами договора поставки от 22.01.2016 явилось получение обществом от компании денежных средств на общую сумму 2 404 710 рублей. Суд принял во внимание, что общество на полученные от компании в качестве аванса по договору от 22.01.2016 денежные средства произвело продукцию, однако данная продукция не была передана компании, а была продана обществом 21.06.2016 своему контрагенту ООО «Господарочка Крым». В связи с этим общество и компания оформили фиктивную товарную накладную от 21.06.2016 № 199, по которой общество якобы передало компании продукцию на 1 890 тыс. рублей. Такие действия сторон обуславливались тем, что у общества были неисполненные обязательства перед ООО «Господарочка Крым», так же общество, формально закрыв сделку с компанией, снижало налоговую нагрузку по выплате НДС за II квартал 2016 года и получало дополнительные денежные средства в оборот. Апелляционный суд указал, что материалах дела отсутствуют доказательства реальной оплаты обществом товара в адрес компании на сумму 2 434 410 рублей за товар по УПД от 21.06.2016 (обратная поставка), а представленную обществом бухгалтерскую документацию суд апелляционной инстанции признал ненадлежащим доказательством ввиду отсутствия достоверной первичной документации,  подтверждающей факт оплаты товара, поэтому заключил, что убытки в результате исполнения договора от 22.01.2016 не подтверждены. Заключение сторонами в последующем договора от 12.12.2016 № 38/16 на оказание услуг по переработке сырья было вызвано необходимостью погашения образовавшейся задолженности общества перед компанией. В рамках указанного договора компания передала обществу денежные средства и материальные ценности (сырье, крышки, банки, этикетки) на общую сумму 27 807 055 рублей 39 копеек.

Согласно выводам судебной экспертизы финансовый результат (прибыль) по договорам поставки от 22.01.2016, от 12.12.2016 № 38/16, от 01.03.2017  № 3, агентскому договору, с учетом перепродажи обществом произведенной продукции для компании клиентам общества, составил 1 801 757 рублей 08 копеек. Неполученные доходы (упущенная выгода) по договору поставки от 22.01.2016 и договору от 12.12.2016 № 38/16 составили 9 304 312 рублей 18 копеек.

Суды  указали, что согласно пункту 4 статьи 393 Гражданского кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. В рассматриваемом случае истец не доказал принятие необходимых меры для получения упущенной выгоды в размере 9 304 312 рублей 18 копеек. Суды исходили из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства противоправных действий ФИО4 и Скрипки Я.В., которые воспрепятствовали получению упущенной выгоды при совершении сделок. Сама по себе теоретическая возможность получить прибыль в большем размере, чем это получилось фактически, не может служить основанием для привлечения руководителя организации или членов коллегиального органа к ответственности.

Однако суды не учли следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Суд первой инстанции указал, что ответчики заявили о пропуске срока исковой давности по требованиям, основанным на договоре поставки от 22.01.2016. В подтверждение данного заявления стороны сослались на заседание совета директоров от 25.03.2016. Суд, учитывая изложенное, указал, что обсуждался портфель заказов на 2016 год, участник общества и член совета директоров ФИО12 присутствовал на заседании совета и должен был знать о существовании договора от 22.01.2016. Исковое заявление подано спустя более чем три года (18.10.2019), т. е. с пропуском срока исковой давности.

Вместе с тем утверждение о том, что на данном заседании обсуждался вопрос реализации договорных отношений по конкретному договору от 22.01.2016, сделано без учета содержания протокола от 25.03.2016 (т. 20, л. 

<

...>). Последний содержит четвертый вопрос о рассмотрении портфеля заказов на 2016 год в рамках которого обсуждались вопросы по расширению продукции и утверждению расходов по продвижению сайта.

Статья 10 Кодекса предусматривает, что арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

Арбитражный суд в силу частей 1, 4, 5, 7 статьи 71 Кодекса оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, каждое доказательство подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами, никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, а результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте.

В соответствии с частью 1 статьи 162 Кодекса при рассмотрении дела арбитражный суд должен непосредственно исследовать доказательства по делу: ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, заслушать объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключения экспертов, а также огласить такие объяснения, показания, заключения, представленные в письменной форме.

Суд апелляционной инстанции указал, что в нарушение положений статьи 65 Кодекса в материалы дела не представлены доказательства осуществления реальной оплаты товара со стороны общества в адрес компании на сумму 2 434 410 рублей. При этом суд апелляционной инстанции критически оценил факт доказанности внесения денежных средств посредством карточек счетов предприятий и журналами покупок-продаж, поскольку бухгалтерские регистры являются производными документами, составляемыми по итогам осуществления той или иной хозяйственной операции. Операции по движению денежных средств в арбитражном процессе должны подтверждаться первичными платежными документами, такие доказательства в материалы дела не представлены.

Однако истцы, доказывая свои требования, ссылались на карточки расчета 62 за 2016 год (предназначены для расчетов с покупателями и заказчиками), в которых отражена реализация товаров обществу на сумму 2 434 410 рублей, поступление продукции по складу общества (на сумму 2 434 410 рублей), движение денежных средств согласно банковской выписке по счетам (на сумму 2 434 410 рублей), товарно-транспортную накладную от 21.06.2016 (на сумму 2 434 410 рублей). 

В материалы дела также представлен акт сверки взаимных расчетов за 9 месяцев 2016 года, в котором отражены продажа (на сумму 1 890 тыс. рублей) и приход (на сумму 2 434 410 рублей) между обществом и компанией. Внесудебное и судебное исследования содержат тождественные выводы относительно реализации договора от 22.01.2016. Утверждение о том, что заявленные требования в данной части не подтверждены допустимыми и достоверными доказательствами, преждевременно, поскольку сделано без учета оценки совокупности всех представленных письменных доказательств в материалы дела.

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (частей 4 и 5 статьи 71 Кодекса); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Кодекса).

Суд апелляционной инстанции указал, что общество на полученные от компании денежные средства произвело продукцию, однако данная продукция не была передана компании, а продана ООО «Господарочка Крым». При этом оформлены фиктивная товарная накладная от 21.06.2016 № 199 и счет-фактура от 21.06.2016 № 243, по которым общество якобы передало компании продукцию на 1 890 тыс. рублей. Названные выводы не имеют документального подтверждения, находятся в противоречии с проведенным судебным исследованием (эксперт указал, что денежные средства использованы в рамках текущей деятельности общества), в отсутствие в состоявшихся судебных актов какого-либо опровержения выводов эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности. Утверждение о том, что фактически отношения хозяйствующих субъектов представляют собой извлечение дополнительных финансовых ресурсов посредством авансирования общества, также сделано без учета судебного заключения от 17.03.2021. Последнее содержит ответ на шестой вопрос исследования – авансах, полученных обществом от компании, составляющих от 0,90% до 4,87%. Обжалуемые судебные акты не содержат оценку наличию признаков заинтересованности и конфликта интересов при заключении сделок, а также наличия (отсутствия) фактического контроля ФИО4 и Скрипки Я.В. над обществом.

При указанных обстоятельствах вывод судов о недоказанности факта причинения ответчиками убытков обществу и, как следствие, совокупности условий, необходимых для возложения на ответчиков обязанности по их возмещению, не обоснован. 

Для принятия законного и обоснованного судебного акта требуется исследование и оценка совокупности всех письменных доказательств, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий. В связи с изложенным обжалуемые судебные акты  нельзя признать законными и обоснованными, поэтому они подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2022 по делу № А32-49071/2019 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                              О.Л. Рассказов

Судьи Е.В. Артамкина

Е.И. Афонина