ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-38873/2019

город Ростов-на-Дону

14 февраля 2022 года

15АП-20780/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 февраля 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сулименко Н.В.,

судей Николаева Д.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО2: представитель  ФИО3 по доверенности от 16.03.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 по делу № А32-38873/2019 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4

к ФИО2

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЖБИК ГЕО»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЖБИК ГЕО» (далее – должник, ООО «ЖБИК ГЕО») в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее - конкурсный управляющий должника ФИО4) с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению с расчетного счета должника в пользу ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) денежных средств со ссылкой на выдачу займа и оплату за аренду оборудования в общем размере 3 268 400 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде возложения обязанности на ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 3 268 400 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 по делу № А32-38873/2019 признаны недействительными сделками платежные операции, совершенные с расчетного счета должника в пользу ФИО2 в период с 27.03.2018 по 27.04.2019. Применены последствия недействительности сделок. С ФИО2 в пользу ООО «ЖБИК ГЕО» взысканы денежные средства в размере 3 268 400 руб.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 по делу № А32-38873/2019, ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что суд первой инстанции необоснованно признал совершенные должником в пользу ответчика платежи в период с 27.03.2018 по 27.04.2019 недействительными сделками, поскольку платежи являются платой за аренду оборудования на основании договора аренды № 1 от 07.06.2018 и предоставлением заемных денежных средств по договору займа № 1 от 27.03.2018. Договор займа и договор аренды заключены на рыночных условиях. По мнению апеллянта, реальность использования должником оборудования подтверждается фактом поступления на счета должника денежных средств по договорам оказания услуг (муниципальным контрактам), предполагающим использование такого оборудования. Должник за счет оборудования ответчика продолжал осуществлять текущую хозяйственную деятельность, погашать задолженность перед кредиторами, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения сделки. 

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника ФИО4 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 по делу № А32-38873/2019 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.06.2020 в отношении ООО «ЖБИК ГЕО» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению с расчетного счета должника в пользу ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) денежных средств в общей сумме 3 268 400 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде возложения обязанности на ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 3 268 400 руб.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ФИО4 указал, что за период с 27.03.2018 по 27.04.2019 с расчетного счета должника, открытого АО «Альфа-Банк», должник перечислил в пользу ФИО2 денежные средства в размере 3 268 400 руб.

Как следует из выписки движения денежных средств по расчетному счету должника, основанием для совершения расходных платежных операций послужили договор процентного займа № 1 от 27.03.2018 и договор аренды № 1 от 07.06.2018.

Полагая, что в результате совершения сделок по перечислению денежных средств в пользу аффилированного лица на общую 3 268 400 руб. должнику причинен имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые могли участвовать в формировании конкурсной массы, а также оказано предпочтение аффилированному лицу в удовлетворении его требований, конкурсный управляющий должника ФИО4 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий, предусмотренных этой нормой. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Из материалов дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.08.2019, а сделки по перечислению должником денежных средств ответчику совершались в период с 27.03.2018 по 27.04.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а часть сделок - в пределах сроков подозрительности, установленного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить не только факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, но и осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Обращаясь с апелляционной жалобой, конкурсный управляющий должника ФИО4 указал, что оспариваемые сделки по перечислению денежных средств имеют признаки неравноценного встречного предоставления, поскольку отсутствуют доказательства предоставления должнику в аренду оборудования по договору аренды № 1 от 07.06.2018, а также доказательства предоставления  ответчиком должнику денежных средств по договору займа № 1 от 27.03.2018, в связи с этим, перечисление денежных средств должником осуществлено в отсутствие встречного предоставления со стороны ФИО2, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате вывода из конкурсной массы денежных средств.

Признавая доводы конкурсного управляющего должника Шмидта О.А. обоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что факт перечисления должником денежных средств подтвержден материалами дела, в частности, выпиской по операциям по счету должника. 

Таким образом, применительно к настоящему обособленному спору, с учетом предмета и оснований заявленного требования, на ответчика возложено бремя доказывания наличия правоотношений, сложившихся между должником и ФИО2, являвшихся основанием для получения спорных денежных средств.

В условиях, когда в подтверждение доводов конкурсный управляющий ссылается на то, что сделка совершена безвозмездно, процессуальный интерес ответчика должен состоять в том, чтобы представить необходимые и достаточные доказательства существования и действительности сделки, что соотносится с обязанностью участвующих в деле лиц добросовестно осуществлять принадлежащие им процессуальные права, в том числе в части заблаговременного раскрытия доказательств перед другой стороной и судом (часть 2 статьи 41, части 3 и 4 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обращаясь с заявлением о признании сделок должника недействительными, конкурсный управляющий указал, что документы, указанные в выписке банка о движении денежных средств по расчетному счету должника как основания для платежа, конкурсному управляющему не переданы, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для перечисления должником денежных средств в пользу ФИО2

Указанные документы не были представлены ответчиком при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции.

Вместе с тем, ответчик, возражая против доводов конкурсного управляющего должника, на стадии апелляционного обжалования представил копии следующих документов:

-  договор процентного займа № 1 от 27.03.2018, согласно которому должник (займодавец) передал ФИО2 (заемщик) денежные средства в заем в размере 305 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в срок до 31.12.2018;

- договор аренды № 1 от 07.06.2018, согласно которому ИП ФИО2 (арендодатель) передает, а должник (арендатор) принимает во временное владение и пользование комплекс оборудования, перечень которого указан в приложении 1 к договору.

Согласно условиям договора аренды, оплата аренды производится арендатором в безналичной форме путем перечисления денежных средств на расчетный счет, указанный арендодателем. 

- Паспорта на оборудование; 

- акты учета времени использования оборудования;

- договоры ООО «ЖБИК ГЕО» на проведение исследований.

Проанализировав представленные ответчиком на стадии апелляционного обжалования документы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии со статьями 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование, а последний обязуется своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

По смыслу приведенных норм, правовыми последствиями договора аренды являются владение и пользование арендатором имуществом арендодателя и внесение платы за указанное владение и пользование арендодателю.

При установлении обстоятельств аффилированности сторон обязанность по доказыванию реальности хозяйственных операций между такими сторонами возлагается не на лицо, оспаривающее сделку, а на сторону сделки.

В данном случае к ответчику должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой ответчик должен исключить любые разумные сомнения в реальности договора с должником, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления ответчиком внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью изъятия из конкурсной массы в пользу аффилированных лиц имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В ситуации, когда под сомнение ставится факт существования долга, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора и платежных поручений к нему) в подтверждение реальности отношений.

Основанием требования конкурсного управляющего являлись доводы об отсутствии документального подтверждения факта предоставления должнику оборудования, принадлежащего ответчику, и использования арендованного имущества в производственной деятельности должника.

В рассматриваемом случае представленные в материалы обособленного спора договор аренды № 1 от 07.06.2018, паспорта на оборудование, акты учета времени использования оборудования, договоры ООО «ЖБИК ГЕО» на проведение исследований, не могут быть признаны отвечающими критерию достаточности при оценке обстоятельств реальности правоотношений сторон.

По существу, ответчиком не раскрыты исчерпывающим образом все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения договора аренды № 1 от 07.06.2018, предоставления должнику в пользование предмета аренды, его характеристик и назначения, установки и использования в производственной деятельности.

При этом судебная коллегия также учитывает, что согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, размещенным на сайте Федеральной налоговой службы в сети Интернет (www.egrul.nalog.ru), 07.06.2018 ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, то есть, в день заключения договора аренды № 1 от 07.06.2018, что в свою очередь вызывает сомнения относительно наличия в собственности у ФИО2  имущества, переданного должнику по договору аренды. 

Ответчик не обосновал и не доказал нуждаемость должника в спорном оборудовании, использование оборудования в хозяйственной деятельности должника, а также не представил доказательства наличия в собственности ФИО2 оборудования, которое было сдано в аренду.

ФИО2 не подтвердил документально приобретение оборудования в собственность, а также не раскрыл сведения об источниках финансирования сделки по приобретению оборудования.  

Более того, ФИО2 не обосновал экономические причины  использованной им схемы организации бизнеса ООО «ЖБИК ГЕО», при которой оборудование, необходимое должнику для осуществления предпринимательской деятельности и получения дохода, предоставлено ему учредителем ФИО2 на основании договора аренды, а не внесено учредителем как вклад в уставный капитал. При этом, отсутствуют доказательства, что ФИО2 приобрел имущество за счет собственных средств, а не средств, предоставленных должником. Такая схема организации бизнеса позволяет создать подконтрольную задолженность, придать видимость «законности» вывода денежных средств должника из оборота и избежать обращения взыскания на имущество по обязательствам перед независимыми кредиторами. 

В этом смысле платежи по договору аренды, совершенные должником в пользу своего учредителя и руководителя, свидетельствуют о наличии цели причинения вреда независимым кредиторам и фактически причинили вред кредиторам.         

Принимая во внимание совокупность перечисленных выше обстоятельств, не опровергнутых ответчиком относимыми и допустимыми доказательствами, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ответчиком не доказано встречное исполнение по спорному договору аренды № 1 от 07.06.2018.

При этом следует исходить из того, что в ходе рассмотрения спора ООО ФИО2 не были представлены доказательства фактической передачи оборудования по договору аренды и использование его должником в производственных целях.

Одних только актов передачи имущества и актов учета времени использования оборудования в условиях аффилированности сторон для подтверждения реальности хозяйственных операций и наличия задолженности недостаточно.

Ответчик в дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе указал,  что долг по возврату займа погашен зачетом в счет исполнения обязанности должника по оплате аренды оборудования за июнь 2018 года.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд исходит из того, что доказательств реальности передачи должнику оборудования и фактического использования должником оборудования, принадлежащего ответчику, и переданного по договору аренды № 1 от 07.06.2018, в материалы дела не представлено, что в совокупности свидетельствует о том, что фактически имело место безвозмездное финансирование заинтересованного лица с использованием формы договора займа в ущерб собственным кредиторам должника.

Таким образом, на момент перечисления должником ответчику денежных средств в основание платежа которого указано «перечисление денежных средств по договору процентного займа № 1 от 27.03.2018» договора должник осознавал, что не намерен возвращать перечисленные заинтересованному лицу заемные средства.

В данном случае обстоятельства дела не свидетельствуют о намерении займодавца впоследствии возвратить выданные заинтересованному лицу денежные средства.

Более того, ФИО2 не представил документально подтвержденные сведения о том, каким образом он использовал заемные денежные средства, не исключив тем самым возможность приобретения ФИО2 оборудования, предоставленного впоследствии должнику, за счет средств самого должника.    

При оценке совокупности вышеуказанных доказательств, судебная коллегия учитывает, что материалами дела подтверждена заинтересованность ответчика по отношению к должнику в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, размещенным на сайте Федеральной налоговой службы в сети Интернет (www.egrul.nalog.ru), директором ООО «ЖБИК ГЕО» с 09.08.2016 до даты введения процедуры конкурсного производства в отношении должника и учредителем должника являлся ФИО2, он же, являясь предпринимателем, предоставлял в аренду оборудование ООО «ЖБИК ГЕО» по договору аренды № 1 от 07.06.2018.

Таким образом, ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к ООО «ЖБИК ГЕО».

Соответственно, ФИО5 не мог не знать на момент совершения спорных сделок о наличии у ООО «ЖБИК ГЕО» признаков неплатежеспособности и совершении сделок с целью причинения вреда кредиторам должника.

ФИО5 располагал исчерпывающей информацией о деятельности должника, о его неблагополучном финансовом положении, и наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения спорных сделок и, следовательно, знал о совершении данных сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Заинтересованность ответчика по отношению к должнику позволяет презюмировать его осведомленность о цели совершения оспариваемых сделок.

Надлежащих доказательств, опровергающих указанные презумпции, ответчик в материалы дела не представил.

Суд первой инстанции установил,  что ООО «ЖБИК ГЕО» выступило поручителем по обязательствам ООО «ПКП «ЖБИК» перед ПАО «Сбербанк России», требования по которым включены в реестр требований кредиторов ООО «ПКП «ЖБИК» определением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2018 по делу № А32-41200/2018, и также включены в реестр требований кредиторов ООО «ЖБИК ГЕО» определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.11.2019 по делу № А32-38873/2019.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок.

ООО «ПКП «ЖБИК» расположено по адресу: 

<

...>, а ООО «ЖБИК ГЕО» расположено по адресу: 

<

...>. 

Согласно выписке банка о движении денежных средств по счету ООО «ПКП «ЖБИК» в ПАО «Сбербанк России», ООО «ПКП «ЖБИК» неоднократно предоставляло ООО «ЖБИК ГЕО» заемные денежные средства, ООО «ПКП «ЖБИК» оплачивало за ООО «ЖБИК ГЕО» оказанные последнему третьими лицами услуги, ООО «ПКП «ЖБИК» погашало за ФИО5 задолженность по заключенным им кредитным договорам. 

Как указал конкурсный управляющий и не опровергает ответчик, OOO «ЖБИК ГЕО» и ООО «ПКП «ЖБИК» имеют одинаковые логотипы, используемые с целью их индивидуализации. Бухгалтерское сопровождение деятельности и ООО «ЖБИК ГЕО», и ООО «ПКП «ЖБИК» осуществляло одно и тоже лицо - ФИО6 (ИНН 

<

***>), что подтверждают представленные налоговым органом сведения по форме 2-НДФЛ.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник, имея признаки неплатежеспособности и неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк», перечислял заинтересованному лицу ФИО5 денежные средства в сумме 3 268 400 руб. 

Оснований полагать, что оспариваемые перечисления совершены в обычной хозяйственной деятельности должника, у судебной коллегии не имеется.

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К таким основаниям может быть отнесен факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, заключение сделки с аффилированным лицом, что в своей совокупности является обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, указанные обстоятельства могут служить основанием для констатации наличия у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, недоказанность установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не может рассматриваться как единственное основание для отказа в удовлетворении заявления, в подобном случае суду надлежит исследовать все обстоятельства совершения сделок по общим процессуальным правилам доказывания.

На момент совершения оспариваемых платежей должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами:

- ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору № 8619OBJDWV9Q1Q0RQ0WZ1Q от 12.04.2018, заключенному с ООО «ПКП «ЖБИК», в обеспечение исполнения обязательств по которому ООО «ЖБИК ГЕО» выдано поручительство в размере 2 863 212,49 руб.;

- ИП ФИО7 по договору аренды № 77 от 01.08.2017 и договору аренды № 89 от 01.07.2018 за период с декабря 2018 года по сентябрь 2019 года в размере 762 593,67 руб.;

- ИФНС России № 2 по г. Краснодару в сумме 449 654,82 руб. (основания возникновения задолженности - неуплата налоговых платежей и страховых взносов за 2018 – 2019 годы).

ООО «ЖБИК ГЕО» на дату совершения вышеуказанных платежных операций перестало исполнять возложенные на себя обязательства перед вышеуказанными кредиторами.

Учитывая размер имеющихся у должника обязательств к моменту совершения спорных сделок, ответчик не представил доказательства, свидетельствующие о получении должником дохода, позволяющего ему их исполнять, или же наличия у него имущества, за счет обращения взыскания на которое возможно было погасить имеющиеся требования кредиторов. Доказательства, свидетельствующие о наличии у ООО «ЖБИК ГЕО» после совершения спорных сделок имущества, достаточного для расчетов со всеми кредиторами, отсутствуют.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт причинения вреда кредиторам должника и наличие цели причинения вреда.

При этом, сами по себе доводы апеллянта об отсутствии на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности должника, не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку выбытием ликвидного актива в пользу аффилированного лица независимым кредиторам причинен вред.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник, имея признаки неплатежеспособности и неисполненные обязательства перед иными лицами, перечислил заинтересованному лицу ФИО5 денежные средства в сумме 3 268 400 руб., причинив тем самым вред независимым кредиторам. 

С учетом указанных обстоятельств, в соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному к выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, не представлены.

Принимая во внимание, что ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, общедоступность сведений о неисполнении должником обязательств перед кредиторами, ответчик, действуя разумно, добросовестно и проявляя надлежащую осмотрительность, не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Поскольку при совершении оспариваемых сделок имущество должника уменьшилось на сумму 3 268 400 руб., произведенных в пользу ответчика, суд первой инстанции, исходя из абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, пришел к обоснованному выводу о причинении вреда оспариваемыми сделками. 

Перечисление денежных средств в пользу заинтересованного лица в условиях неисполнения существовавших обязательств должника перед кредиторами являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения оспариваемых сделок.

Поскольку по результатам рассмотрения обособленного спора установлено, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате их совершения такой вред был причинен, ответчик, будучи заинтересованным лицом по отношению к должнику, знал об указанной цели должника к моменту совершения сделок и был заинтересован в их совершении, суд правомерно признал сделки по перечислению денежных средств недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок, совершенных в период с 20.02.2019 по 27.04.2019, недействительными на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) было возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.08.2019, а сделки по перечислению должником денежных средств ответчику совершались в период с 20.02.2019 по 27.04.2019, то есть, в период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абзацу 4 пункта 12 постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Как установлено судом в рамках настоящего обособленного спор, на момент совершения платежей в пользу ответчика у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами: ПАО «Сбербанк России» в размере 2 863 212,49 руб.; ИП ФИО7 в размере 762 593,67 руб.; ИФНС России № 2 по г. Краснодару в размере 449 654,82 руб.

Требования указанных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, должник на момент совершения платежей обладал признаками неплатежеспособности.

Также в рамках настоящего обособленного спора установлен факт заинтересованности должника и ответчика (получателя денежных средств по сделке).

Таким образом, при перечислении денежных средств должником на счет ФИО2 у должника уменьшалась сумма денежных средств, которая могла быть направлена на соразмерное погашение задолженности перед другими кредиторами, по денежным обязательствам, срок исполнения которых уже наступил. 

Перечисление денежных средств при наличии задолженности перед другими кредиторами является преимущественным удовлетворением требований одного кредитора (ФИО2) перед другими кредиторами должника.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недействительности сделок, совершенных в период с 20.02.2019 по 27.04.2019, повлекших преимущественное удовлетворение требований ответчика.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве устанавливает, что кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В качестве последствий недействительности сделок суд первой инстанции обоснованно взыскал с ФИО2 в пользу ООО «ЖБИК ГЕО» денежные средства в размере 3 268 400 руб.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 по делу № А32-38873/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиД.В. Николаев

Г.А. Сурмалян