189/2023-40291(4) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 18АП-1367/2023, 18АП-1368/2023

Дело № А47-7831/2021

13 июня 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 13 июня 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Румянцева А.А.,  

судей Поздняковой Е.А., Кожевниковой А.Г.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1  

В.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  

общества с ограниченной ответственностью «Ирбис», ФИО8  

Владимировича на решение Арбитражного суда Оренбургской области от  

13.12.2022 по делу № А47-7831/2021. 

В судебное заседание явились представители:  

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от  

12.11.2021 сроком на 3 года, диплом), ФИО4 (паспорт, доверенность от  

31.08.2022 сроком на 3 года, удостоверение адвоката), 

общества с ограниченной ответственностью «Ирбис» - ФИО5  

(паспорт, доверенность от 27.09.2021 сроком на 2 года, диплом). 

Общество с ограниченной ответственностью «Ирбис» (далее - истец)  обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 18 991 560 руб.  38 коп. и процентов с даты вступления решения в законную силу (требование с  учетом уточнения).  

Судом в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации к участию в деле привлечены третьи лица, не  заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:  ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, индивидуальный  предприниматель ФИО10.  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.12.2022 в  удовлетворении иска отказано.  

Не согласившись с указанным решением, ООО «Ирбис» и ФИО8 (далее также – податели жалоб) обратились в суд с  апелляционными жалобами.  

В своей апелляционной жалобе ООО «Ирбис» возражает по существу  принятого судом решения, сделанных выводов. Указывает на несоответствие  выводов суда обстоятельствам дела, в частности: о том, что ООО «Ирбис»  осуществляло деятельность в группе юридических лиц, объединенных брендом  боулинг-центр «Рина», не основан на материалах дела; о периодах и порядке  аренды не соответствует действительности; о том, что ИП ФИО10  осуществляла поиск и привлечение субарендаторов либо имела  соответствующую обязанность, является ошибочным; о необходимости  надлежащего исполнения обязательств потребителя необоснованно сделан без  учета того, что ФИО2 эти обязательства не исполнялись; о том, что  ООО «Ирбис», заявляя о недостоверности сформированной ФИО2  бухгалтерской отчетности, доказательств ее последующей корректировки, не  представил, противоречит материалам дела; о том, что после прекращения  полномочий ФИО2, в качестве директора ООО «Ирбис» размер  убытков юридического лица существенно увеличился, необоснованно сделан  без учета перечисленных выше обстоятельств; о том, что инициатором  расторжения договора аренды между ООО «Ирбис» и ООО «Аптус» являлся не  ФИО2, а ООО «Аптус», а также о причинах такого расторжения, не  основан на материалах дела; о том, что принадлежащее ООО «Ирбис» здание  продано и ФИО2 имеет к этому какое-то отношение, не соответствует  действительности и не основано на материалах дела.  

Также указал, что вывод суда первой инстанции о том, что этим  ФИО2 способствовал снижению налогового бремени ООО «Ирбис»  не основан на нормах права и фактических обстоятельствах.  

Ссылка суда первой инстанции на освобождение ООО «Ирбис» от  несения эксплуатационных расходов в результате сдачи помещений в аренду  ИП ФИО10 по прямому договору аренды является несостоятельной,  поскольку аналогичным образом несение эксплуатационных расходов могло  быть также возложено по прямым договорам аренды на ООО «Аптус», ООО  «Акватория», ИП ФИО11, ООО «Бирбар», ООО «Белая сметана»,  которые и так фактически их несли по договорам субаренды с ИП ФИО10  

Выводы суда первой инстанции о факторе низкой ликвидности  коммерческих площадей, об оценке рыночной стоимости площадей на  цокольных этажах ниже 50,00 руб. / кв.м., которые ИП ФИО10 сдавала  их в субаренду по ставкам 308,51 руб. / кв.м, 450,00 руб. / кв.м и 750,00 руб. /  кв.м., о наличии деловых рисков, о фактах недополучения ИП ФИО10  субарендной платы, о нецелесообразности перехода ООО «Ирбис» на  упрощенную систему налогообложения, о чистых денежных потоках являются  необоснованными, какими-либо доказательствами не подтверждаются.  

Считает, что только при ФИО2 помещения ООО «Ирбис»  сдавались в аренду по явно заниженной ставке.  

Судом не учтено, что ФИО2 в качестве директора ООО «Ирбис»  не провел ни одного общего собрания участников ООО «Ирбис». На его  рассмотрение и утверждение отчеты по финансово-хозяйственной  деятельности, годовая бухгалтерская отчетность, регулирующие внутреннюю  деятельность документы, а также вопросы определения основных направлений  деятельности ООО «Ирбис» ФИО2 не выносил.  

ФИО8 не являлся участником ООО «Ирбис», имеющиеся в деле  доказательства не позволяют сделать вывод о том, что ФИО8 являлся  бенефициаром ООО «Ирбис», получавшим выгоду от деятельности общества  либо от заключения сделок с ним, а потому следует признать неверным вывод  суда первой инстанции о наличии у ФИО8 статуса контролирующего  лица.  

Отсутствуют доказательства, что ФИО2 осуществлял свои  действия по согласованию с участниками ООО «Ирбис».  

В рассматриваемом случае ФИО2 не представлены в  материалы дела какие-либо доказательства, подтверждающие фактическое  оказание услуг общественного питания, что оставлено судом первой инстанции  без внимания.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО8  также обратился с апелляционной жалобой, указывая на то, что не являлся  бенефициаром либо участником ООО «Ирбис», контроль за обществом не  осуществлял, каких-либо указаний ФИО2 не давал.  

На основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судом апелляционной инстанции приобщены к  материалам дела, поступившие от ФИО2 письменные пояснения от  02.05.2023 и от 10.05.2023 с приложением, согласно перечня; от ООО «Ирбис»  возражения на дополнительные пояснения ответчика, с приложением, согласно  перечня.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а  также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

В соответствии со ст.ст. 123, 156, 159 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной  инстанции в отсутствие неявившихся лиц.  

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду  свои позиции относительно доводов апелляционных жалоб (согласно  протоколу судебного заседания).  

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой  инстанции, решениями внеочередного общего собрания участников ООО  

«Ирбис», оформленными протоколом внеочередного общего собрания  участников ООО «Ирбис» от 10.08.2016, директор ООО «Ирбис» ФИО6 с 15.08.2016 освобожден от занимаемой должности, на должность  директора ООО «Ирбис» избран ФИО2  

В соответствии с приказом № 1 от 15.08.2016 ФИО2 вступил в  должность директора ООО «Ирбис» с 15.08.2016.  

20.05.2016 между ООО «Ирбис» (арендодатель) и ИП ФИО10  (арендатор) заключен договор аренды части здания (нежилого помещения) и  оборудования № 2005_16, в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель  сдает, а арендатор принимает в аренду помещения общей площадью 673,5  кв.м., а именно:  

- часть здания № 11, представляет собой помещение, площадью 10,3  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 12, представляет собой помещение, площадью 10,6  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 13, представляет собой помещение, площадью 26,8  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 14, представляет собой помещение, площадью 15,1  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 15, представляет собой помещение, площадью 45,2  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 16, представляет собой помещение, площадью 34,4 кв.м.,  расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 17, представляет собой помещение, площадью 415,2  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 18, представляет собой помещение, площадью 115,9  кв.м., расположенное на цокольном этаже.  

Пунктами 2.2.3, 2.2.4, 2.2.8, 2.2.9, 2.2.10, 2.2.13, 2.2.17 договора  предусмотрена обязанность арендатора поддерживать оборудование,  арендуемые помещения и инженерные системы в арендуемых помещениях в  исправном состоянии; производить за свой счет текущий ремонт арендуемых  помещений и оборудования, содержать их в полном исправности и  соответствующем санитарном и противопожарном состоянии до момента  окончания срока действия договора и сдачи помещения арендодателю;  осуществлять самостоятельно или с привлечением третьих лиц техническое  обслуживание всего арендуемого оборудования и инженерных систем, а также  производить текущие ремонтные и другие работы, связанные с поддержкой  оборудования и инженерных систем в исправном рабочем состоянии (при этом  арендатор несет все расходы, связанные с исполнением данного обязательства);  за свой счет поддерживать в чистоте арендуемые помещения в соответствии с  утвержденным графиком работы заведения, силами самого арендатора или  силами клининговой компании, арендатор несет расходы по приобретению  материалов, найма спецтехники и оплаты прочих услуг, необходимых для  выполнения таких работ; производить уборку и организовывать вывоз твердых  бытовых отходов в специально отведенное место на территории,  

непосредственно примыкающей к помещениям и зданию; обеспечить  самостоятельно охрану арендуемых помещений и оборудования; арендатор  несет все расходы, связанные с эксплуатацией арендуемого оборудования,  помещений и инженерных систем, находящихся в этих помещениях.  

Согласно пункту 3.1 договора размер арендной платы устанавливается в  размере 100 рублей в месяц, без учета НДС, за один квадратный метр  арендуемого площадей. Коммунальные услуги (электроэнергия,  

водоснабжение) исчисляются и оплачиваются в соответствии с  показаниями приборов учета. Тепловая энергия – пропорционально арендуемой  площади.  

В силу пункта 3.2 договора оплата арендной платы и коммунальных  услуг за указанные в пункте 1 договора помещения производится арендатором  ежемесячно до 25 числа, следующего за расчетным, на счет арендодателя в  размере, предусмотренном договором.  

Дополнительным соглашением № 1 от 20.05.2016 к договору аренды  (дата регистрации 24.10.2016) арендодатель дополнительно сдал, арендатор  принял в аренду помещения общей площадью 107,6 кв.м., а именно:  

- учетный номер части здания  № 9 (кадастровый номер  56:44:0115003:49/9), представляет собой служебное помещение, площадью 58,0  кв.м., расположенное на первом этаже;  

- учетный номер части здания  № 4 (кадастровый номер  56:44:0115003:49/4), представляет собой служебное помещение, площадью 32,6  кв.м., расположенное на первом этаже;  

- учетный номер части здания  № 1 (кадастровый номер  56:44:0115003:49/1), представляет собой служебное помещение, площадью 17,0  кв.м., расположенное на первом этаже.  

Дополнительным соглашением № 1 от 20.05.2016 к договору аренды  (дата регистрации 21.09.2017) арендодатель дополнительно сдал, арендатор  принял в аренду помещения общей площадью 430,7 кв.м., а именно:  

- помещения, площадью 205,0 кв.м., расположенные на 1 этаже - из  которых:  

- помещение № 1 - площадью 170,6 кв.м. – площадь обслуживания  клиентов;  

- помещение № 3 - площадью 10,9 кв.м. – подсобное, складское  помещение;  

- помещение № 4 - площадью 6,0 кв.м. – подсобное помещение; 

- помещение № 2 - площадью 8,1 кв.м. – гардероб;  - помещение I - площадью 9,4 кв.м. – входная группа.  

- помещения площадью 225,7 кв.м., расположенные на цокольном этаже –  из которых:  

- помещение № 15 - площадью 36,1 кв.м. – служебное помещение;  - помещение № 16 - площадью 3,4 кв.м. – санузел;  

- помещение № 17 - площадью 3,7 кв.м. – санузел;  - помещение № 18 - площадью 17,7 кв.м. – служебное помещение;  

- помещение № 19 - площадью 16,9 кв.м. – служебное помещение;  

- помещение № 22 - площадью 98 кв.м. – площадь обслуживания  клиентов;  

 - помещение № 23 - площадью 1,3 кв.м. – служебное помещение;  - помещение № 24 - площадью 12,0 кв.м. – служебное помещение;  - помещение № 25 - площадью 5,8 кв.м. – служебное помещение;  - помещение № XI- площадью 30,8 кв.м. – служебное помещение.  

- Дополнительным соглашением № 2 от 02.04.2018 к договору аренды  арендодатель дополнительно сдал, арендатор принял в аренду помещения  общей площадью 740,4 кв.м., а именно:  

- часть здания № 3, представляет собой помещение, площадью 18,5 кв.м.,  расположенное на первом этаже;  

- часть здания № 4, представляет собой помещение и санузел, площадью  721,9 кв.м., расположенное на первом этаже.  

При этом пунктом 2 данного дополнительного соглашения срок аренды  продлен с 10 августа 2016 года по 31 мая 2022 года.  

Дополнительным соглашением № 3 от 23.08.2018 к договору аренды на  период с 23 августа 2018 года по 18 ноября 2018 на время проведения  ремонтных работ в помещении и приостановления коммерческой деятельности  была установлена постоянная арендная плата в размере 10 000 рублей 00  копеек в месяц, без учета НДС.  

Дополнительным соглашением № 4 от 31.10.2018 к договору аренды с  31.10.2018 из пункта 1.1 договора аренды были исключены следующие  площади (673,5 кв.м.):  

- часть здания № 11, представляет собой помещение, площадью 10,3  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 12, представляет собой помещение, площадью 10,6 кв.м.,  расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 13, представляет собой помещение, площадью 26,8  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 14, представляет собой помещение, площадью 15,1 кв.м.,  расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 15, представляет собой помещение, площадью 45,2  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 16, представляет собой помещение, площадью 34,4  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 17, представляет собой помещение, площадью 415,2  кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 18, представляет собой помещение, площадью 115,9  кв.м., расположенное на цокольном этаже.  

Дополнительным соглашением № 5/1 от 11.11.2018 к договору аренды  договор аренды был дополнен пунктом 3.1.1, в соответствии с которым,  установленный размер арендной платы, предусмотренный пунктом 3.1  договора, не подлежит пересмотру и изменению до окончания срока действия  договора аренды установленного дополнительным соглашением № 2 от  20.04.2019 к договору.  

Дополнительным соглашением № 6 от 13.01.2019 к договору аренды с  14.01.2019 из пункта 1.1 договора аренды:  

- были исключены следующие площади: 

- часть здания № 1, представляющую собой помещение, площадью 17,0  кв.м., расположенную на цокольном этаже (кадастровый номер  56:44:0115003:49/1);  

- часть здания № 4, представляющую собой помещение, площадью 32,6  кв.м., расположенное на первом этаже (кадастровый номер  56:44:0115003:49/4);  

- часть здания № 9, представляющую собой помещение, площадью 58,0  кв.м., расположенное на первом этаже (кадастровый номер  56:44:0115003:49/9);  

- часть здания № 3, представляющую собой помещение, площадью 18,5  кв.м., расположенное на первом этаже;  

- часть здания № 4, представляющую собой помещение и санузел,  площадью 721,9 кв.м., расположенное на первом этаже;  

- арендодатель дополнительно сдал, арендатор принял в аренду  помещения общей площадью 168,4 кв.м., а именно:  

- часть здания № 19, представляющей собой помещение, площадью 142,4  кв.м., расположенное на первом этаже;  

- часть здания № 20, представляющей собой помещение, площадью 10,6  кв.м., расположенное на первом этаже;  

- часть здания № 19, представляющее собой помещение, площадью 15,4  кв.м., расположенное на первом этаже.  

Как указано истцом, полученные по договору аренды и указанным выше  дополнительным соглашениям к нему помещения ИП ФИО10 сдавала  в субаренду по указанным ниже договорам по значительно большей стоимости,  чем арендовала сама.  

Так, между ИП ФИО10 (субарендодатель) и ООО «Белая  сметана» (субарендатор) был заключен договор субаренды части здания  (нежилого помещения) № 127/17 от 01.01.2017, в соответствии с пунктом 2.1  которого арендатор передал субарендатору в субаренду помещения общей  площадью 430,7 кв.м., которые перечислены в дополнительном соглашении №  1 от 20.05.2016 (дата регистрации 21.09.2017) к договору аренды между  арендодателем и арендатором.  

Согласно пункту 4.1 договора субаренды размер и структура субарендной  платы определяются сторонами приложением № 4 к этому договору, в  соответствии с которым размер постоянной субарендной платы составил 323  025,00 рублей в месяц без учета НДС (ежегодно увеличивается на 5 %), а  размер эксплуатационных платежей - 43 370,00 рублей в месяц без учета НДС.  

24.01.2018 дополнительным соглашением № 1 к договору субаренды  размер постоянной субарендной платы был изменен на 233 175,00 рублей в  месяц без учета НДС, 31.05.2018 и 31.08.2018 дополнительными соглашениями  б/н от 31.05.2018, № 3 от 31.08.2018 размер постоянной субарендной платы был  изменен на 185 201,00 рублей в месяц без учета НДС на период 01.06.2018- 

31.12.2018.  

Согласно уточненному расчету истца по данному эпизоду упущенная  выгода общества составила 8 224 518,27 рублей.  

Между ИП ФИО10 (субарендодатель) и ООО «Бирбар»  (субарендатор) был заключен договор субаренды части здания (нежилого  помещения) и оборудования № 22/10 от 01.11.2016, в соответствии с пунктом  2.1 которого арендатор передал субарендатору в субаренду помещения общей  площадью 107,6 кв.м., которые перечислены в дополнительном соглашении №  1 от 20.05.2016 (дата регистрации 24.10.2016) к договору аренды между  арендодателем и арендатором.  

Согласно пункту 4.1 договора субаренды размер и структура субарендной  платы определяются сторонами приложением № 4 к этому договору, в  соответствии с которым размер постоянной субарендной платы составил 3  702,09 рублей в год без учета НДС (ежегодно увеличивается на 10 %, с  01.11.2017).  

01.04.2018 дополнительным соглашением № 2 к договору субаренды  размер постоянной арендной платы был изменен на 33 200,00 рублей в месяц  без учета НДС.  

14.01.2018 дополнительным соглашением № 6 к договору аренды  помещения, переданные в порядке субаренды арендатором субарендатору,  были исключены арендодателем и арендатором из объектов аренды.  

Согласно уточненному расчету истца по данному эпизоду упущенная  выгода общества составила 603 975,08 рублей.  

Между ИП ФИО10 (субарендодатель) и ООО «Акватория»  (субарендатор) в лице директора ФИО11 был заключен договор  субаренды части здания (нежилого помещения) и оборудования № 21/06 от  21.06.2016, в соответствии с пунктом 2.1 которого арендатор передал  субарендатору в субаренду помещения общей площадью 612,3 кв.м., которые  указаны в договоре аренды между арендодателем и арендатором.  

Согласно пункту 4.1 договора аренды размер и структура субарендной  платы определяются сторонами приложением № 4 к этому договору, в  соответствии с которым размер постоянной субарендной платы составил 275  535,00 рублей в месяц без учета НДС (ежегодно увеличивается на 5 %, начиная  с 21.06.2017), а размер эксплуатационных платежей - 7 500,00 рублей в месяц  без учета НДС.  

01.11.2017 дополнительным соглашением № 1 к договору субаренды  размер постоянной арендной платы был изменен на 157 000,00 рублей в месяц  без учета НДС.  

31.10.2017 дополнительным соглашением № 4 к договору аренды  помещения, переданные в порядке субаренды арендатором субарендатору,  были исключены арендодателем и арендатором из объектов аренды.  

Согласно уточненному расчету истца по данному эпизоду упущенная  выгода общества составила 5 236 412,30 рублей.  

Между ИП ФИО10 (субарендодатель) и ИП ФИО11  (субарендатор) был заключен договор субаренды части здания (нежилого  

помещения) и оборудования № 03/06 от 03.06.2016, в соответствии с пунктом  2.1 которого арендатор передал субарендатору в субаренду помещения общей  площадью 61,2 кв.м., которые указаны в договоре аренды между арендодателем  и арендатором.  

Согласно пункту 4.1 договора аренды размер и структура субарендной  платы определяются сторонами приложением № 4 к этому договору, в  соответствии с которым размер постоянной субарендной платы составил 27  540,00 рублей в месяц без учета НДС (ежегодно увеличивается на 5 %, начиная  с 03.06.2017), а размер эксплуатационных платежей - 7 500,00 рублей в месяц  без учета НДС.  

31.10.2018 дополнительным соглашением № 4 к договору аренды  помещения, переданные в порядке субаренды арендатором субарендатору,  были исключены арендодателем и арендатором из объектов аренды.  

Согласно уточненному расчету истца по данному эпизоду упущенная  выгода общества составила 716 778,50 рублей.  

В обоснование иска обществом «Ирбис» указано, что в результате  превышения дохода, полученного арендатором (супругой ответчика – ИП  ФИО10) по перечисленным выше договорам субаренды, над доходом,  полученным ООО «Ирбис» по основному договору аренды с ней, убытки истца  составили 14 781 684 руб. 15 коп.  

Кроме того, между ООО «Ирбис» (арендодатель) и ООО «Аптус»  (арендатор) заключен договор аренды части здания (нежилого помещения) и  оборудования № 0710_15 от 07.10.2015, в соответствии с пунктом 1.1  которого арендодатель сдает, а арендатор принимает в аренду помещения  общей площадью 1184,4 кв.м., а именно:  

- часть здания № 3, представляет собой помещение, площадью 18,5 кв.м.,  расположенное на первом этаже;  

- часть здания № 4, представляет собой помещение и санузел, площадью  721,9 кв.м., расположенные на первом этаже;  

- часть здания № 5, представляет собой помещения, площадью 205,0  кв.м., расположенные на первом этаже;  

- часть здания № 6, представляет собой служебное помещение, площадью  17,7 кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 7, представляет собой служебное помещение, площадью  16,9 кв.м., расположенное на цокольном этаже;  

- часть здания № 8, представляет собой служебные помещения и санузел,  площадью 49,9 кв.м., расположенные на цокольном этаже;  

- часть здания № 9, представляет собой помещение, площадью 154,5  кв.м., расположенное на втором этаже.  

Согласно пункту 3.1 договора аренды размер арендной платы  устанавливается в размере 250 рублей в месяц, без учета НДС, за один  квадратный метр арендуемых площадей. Коммунальные услуги  

(электроэнергия, водоснабжение) исчисляются и оплачиваются в соответствии с  показаниями приборов учета. Тепловая энергия - пропорционально арендуемой  площади.  

В силу пункта 3.2 договора аренды оплата арендной платы и  коммунальных услуг за указанные в пункте 1 договора помещения  производится арендатором ежемесячно до 30 числа, следующего за расчетным,  на счет арендодателя в размере, предусмотренном договором.  

Ответчик расторг указанный договор и с 02.04.2018 согласно  дополнительному соглашению № 2 от 02.04.2018 к договору аренды части  здания (нежилого помещения) и оборудования № 2005_16 стал сдавать эти же  помещения своей супруге по стоимости 100,00 рублей без учета НДС за один  квадратный метр арендуемых площадей (а в период 23.08.2018-18.11.2018 по  стоимости 7,82 рублей за один квадратный метр арендуемых площадей), в  связи с чем, согласно уточненному расчету истца по данному эпизоду  упущенная выгода общества составила 1 244 145,45 рублей.  

14.01.2019 ООО «Ирбис» в лице ответчика дополнительным соглашением   № 6 от 13.01.2019 к договору аренды части здания (нежилого помещения) и  оборудования № 2005_16 исключило эти помещения из объектов аренды.  

Кроме того, 28.05.2018 ответчик, действуя от имени общества, подписал с  ИП ФИО7 договор оказания услуг, в соответствии с пунктами 1.1,  2.1 которого ИП ФИО7 обязался оказать услуги общественного  питания стоимостью 150 000,00 рублей.  

01.06.2018 ответчик, действуя от имени общества, подписал с ИП  ФИО7 договор уступки прав требования, в соответствии с пунктами  

1.1, 1.2, 2.1 которого передал ИП ФИО7 право требования  общества к ООО «Аптус» о возврате долга в размере 1 321 887,39 рублей по  указанному выше договору аренды части здания (нежилого помещения) и  оборудования № 0710_15 от 07.10.2015 между ООО «Ирбис» и ООО «Аптус».  

Истец утверждает, что формальное подписание договоров оказания  услуг и уступки прав требования было осуществлено с целью создания  видимости гражданско-правовой сделки в целях формирования  

несуществующей задолженности по договору оказания услуг от 28.05.2018.  Какая-либо необходимость в оказании услуг общественного питания в таком  объеме (на 150 000,00 рублей) у общества отсутствовала. Таким образом, по  мнению истца, ответчик (являющийся в указанную дату участником/директором  ООО «Аптус», что подтверждается сведениям выписки из ЕГРЮЛ в отношении  ООО «Аптус» по состоянию на 14.03.2016, 05.06.2018) бесплатно передал ИП  ФИО7 (другому участнику ООО «Аптус», что подтверждается  сведениям выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Аптус» по состоянию на  14.03.2016, 05.06.2018) право требования общества к ООО «Аптус» в размере 1  321 887,39 рублей, чем причинил истцу убытки в указанном размере.  

С учетом изложенного, ссылаясь на вывод эксперта ФИО12 (стр. 19-20  заключения от 21.09.2020) по анализу расчетов по договору аренды части  здания (нежилого помещения) и оборудования № 2005_16 от 20.05.2016 с  приложениями, об увеличении цен за прошедшее время на 1,185059423, истец  определяет итоговый размер упущенной выгоды общества применительно к  указанному коэффициенту (16 025 829,60 х 1,185059423).  

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «Ирбис»,  

оформленным протоколом внеочередного общего собрания участников ООО  «Ирбис» от 21.01.2019, полномочия директора общества – ФИО2  досрочно прекращены с 21.01.2019.  

Поскольку направленная ответчику 19.08.2019 претензия от 16.08.2019,  оставлена последним без ответа и удовлетворения, истец обратился в суд с  настоящими требованиями.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил  из следующего.  

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса  Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и  принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в  соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным  документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического  лица добросовестно и разумно.   

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст.  53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей  (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки,  причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 1 статьи 53.1  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с частью 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998   № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный  исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении  обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и  разумно.  

Частью 2 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  установлено, что единоличный исполнительный орган общества несет  ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их  виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер  ответственности не установлены федеральными законами.  

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным  исполнительным органом общества вправе обратиться в суд общество, или его  участник.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса  Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее  его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла  или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором  предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается  невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от  него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло  все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины  доказывается лицом, нарушившим обязательство.  

Поскольку ответственность единоличного исполнительного органа  общества является гражданско-правовой, поэтому убытки, причиненные им,  подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации, которой предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или  договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного  права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная  выгода).  

Таким образом, в гражданском законодательстве закреплена презумпция  добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных  противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец  обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи  между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то  время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков  лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном  исполнительном органе, члене совета директоров.  

По смыслу указанных выше норм права, ответственность исполнительного  органа (директора) в виде возмещения убытков, наступает при наличии  противоправного деяния, убытков, причиненных обществу, причинной связи  между деянием и убытками, вины нарушителя. При этом истцом должен быть  доказан не только факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения  нарушителем своих обязанностей, но и то, что в результате этого у общества  возникли убытки.  

Разъяснения по вопросам, касающимся возмещения убытков,  причиненных действиями (бездействием) лиц, входящих или входивших в  состав органов юридического лица, даны в постановлении Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 (далее -  постановление Пленума № 62).  

В пункте 2 Пленума № 62 указано, что при определении интересов  юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью  деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт  1 статьи 50 Гражданского кодекса РФ), также необходимо принимать во  внимание соответствующие положения учредительных документов и решений  органов юридического лица (например, об определении приоритетных  направлений его деятельности, утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).  

Согласно пункту 4 Пленума № 62 добросовестность и разумность при  исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии  им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради  которых создано юридическое лицо.  

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные  последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в  состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не  свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий  (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий  сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.  Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических  лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую  целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может  быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки  в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за  пределы обычного делового (предпринимательского) риска.  

Согласно разъяснениям названного Пленума, если истец утверждает, что  директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил  доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица,  вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать  пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины  возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура,  недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя  юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные  бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие  доказательства.  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты,  если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1  Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия  нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица  добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.  

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается  доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта  между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора)  и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической  заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за  исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была  заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в  установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о  совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если  сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних  документов юридического лица не были включены в отчетность юридического  лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную  информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без  требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих  органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий  удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов,  касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для  юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия  

(бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического  лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо  невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).  

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с  разумной степенью достоверности. Размер подлежащих возмещению убытков  определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов  справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению  (абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25).  

Из материалов дела следует, что в обоснование иска ООО «Ирбис»  указало, что ответчик, являясь бывшим директором общества сдавал в аренду  помещения по заниженной цене в аренду супруге ответчика, которая  впоследствии передавала спорные помещения субарендаторам по более  высокой арендной ставке; в расторжении действующего договора аренды с  ООО «Аптус» и последующей передаче арендуемых указанным контрагентом  помещений супруге ответчика с установлением меньшего размера арендной  платы; в заключении договора оказания услуг в отсутствие необходимости  получения услуг по организации общественного питания и договора уступки  прав требования, квалифицируемых истцом как мнимые сделки.  

Так, судом установлено, что из анализа изложенных положений спорного  договора аренды и дополнительных соглашений к нему следует, что в общей  сложности ФИО10 переданы в аренду принадлежащие ООО «Ирбис»  помещения площадью 1 952,2 кв.м и установлен размер арендной платы в  сумме 100,00 рублей в месяц без учета НДС за 1 кв.м арендуемых площадей. В  период с 23.08.2018 по 18.11.2018 размер арендной платы составлял меньшую  сумму, исходя из условий дополнительного соглашения № 3 от 23.08.2018  (общий размер арендной платы за всю арендованную площадь в сумме 10  000,00 рублей в месяц без учета НДС).  

ИП ФИО10 в свою очередь передала спорные помещения в  субаренду обществу «Белая сметана» (договор субаренды части здания  (нежилого помещения) № 127/17 от 01.01.2017), обществу «Бирбар» (договор  субаренды части здания (нежилого помещения) и оборудования № 22/10 от  01.11.2016), обществу «Акватория» (договор субаренды части здания  (нежилого помещения) и оборудования № 21/06 от 21.06.2016),  индивидуальному предпринимателю ФИО11 (договор субаренды части  здания (нежилого помещения) и оборудования № 03/06 от 03.06.2016).  

По ранее изложенным условиям перечисленных договоров субаренды  полученные в аренду помещения ИП ФИО10 действительно сдавала в  субаренду третьим лицам по более высоким арендным ставкам.  

Вместе с тем, учитывая конкретные фактические обстоятельства данного  рассматриваемого спора, указанное обстоятельство само по себе не  свидетельствует о совершении рассматриваемых сделок ответчиком в целях  причинения ущерба обществу и не может быть оценено только лишь  применительно к сравниваемым истцом размерам арендной и субарендной  

платы.  

Исходя из материалов дела, переданные в аренду ИП ФИО10  нежилые помещения, в предшествующий передаче период простаивали.  

Так, обществу «Ирбис» принадлежало здание общей площадью 2 649  кв.м общего, технического и коммерческого пользования. В том числе 377,9  кв.м составляли в здании общие площади и площади технического назначения  (теплопункт, водомерный узел и др.).  

В период с 2007 года по 2016 год все 2 271,1 кв.м коммерческих  площадей ООО «Ирбис» занимало самостоятельно, осуществляя  деятельность в группе юридических лиц объединённых брендом Боулинг-центр  «РИНА».  

При этом 740,4 кв.м названной площади ООО «Ирбис» сдавало напрямую  в аренду до апреля 2018 года обществу «Аптус».  

С мая 2016 года по апрель 2018 года ООО «Ирбис» сдало в аренду ИП  ФИО10 помещения площадью 673,5 кв.м, что составляет только 30%  от всех коммерческих площадей юридического лица, с апреля 2018 года по  октябрь 2018 года – 1 413,9 кв.м, что составляло 62% от всех коммерческих  площадей.  

С октября 2018 года начинается расторжение договоров субаренды и  возврат площадей ООО «Ирбис».  

Исходя из изложенного, суд пришел к выводу, до передачи спорных  помещений в аренду ИП ФИО10 находящиеся во владении ООО  «Ирбис» площади не приносили обществу какого-либо дохода, в то время как  объективно требовали исполнения собственником расходных обязательств на  их содержание.  

В указанный период времени в хозяйственной деятельности ООО  «Ирбис» прослеживалась отрицательная динамика. Исходя из сведений  налоговой отчетности, у ООО «Ирбис» имелись просроченные налоговые  обязательства, что могло повлечь блокировку счетов и прекращение  непрерывной деятельности юридического лица.  

Довод ответчика о необходимости срочного исправления сложной  финансовой ситуации, сформировавшейся у юридического лица  непосредственно перед передачей помещений в аренду ИП ФИО10,  подтверждается материалами дела № А47-11948/2015, в рамках которого судом  рассмотрено заявление Федеральной налоговой службы в лице инспекции  Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г.Оренбурга о  признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной  ответственностью «Ирбис» ввиду образовавшейся задолженности по налогам,  сборам и другим обязательным платежам в бюджет и государственные  внебюджетные фонды. Общий размер этой задолженности по состоянию на  начало 2016 года составлял 934 768 руб. 39 коп. Указанная задолженность была  погашена ООО «Ирбис» в январе 2016 года, после принятия судом заявления  уполномоченного органа к производству. На этом основании определением  арбитражного суда от 22.01.2016 производство по делу № А47-11948/2015 о  несостоятельности (банкротстве) ООО «Ирбис» было прекращено.  

Ввиду чего ФИО2 будучи участником/учредителем ООО  «Ирбис» предложена схема предотвращения ущерба интересам юридического  лица и получения обществом прибыли.  

Данная модель экономической деятельности, предполагала, в частности,  передачу недвижимого имущества в субаренду через посредника  (эксплуатирующую организацию – индивидуального предпринимателя). В  конечном итоге указанная экономическая модель была направлена на снижение  налогового бремени ООО «Ирбис», состоящего на общей системе  налогообложения и являющегося плательщиком НДС, на привлечение как  можно большего числа потенциальных арендаторов, не являющихся  плательщиками НДС, освобождение юридического лица от несения  эксплуатационных расходов по обеспечению нежилых помещений.  

Из пояснений ответчика, следует, что спорный договор аренды №  2005_16 от 20.05.2016 заключен на долгосрочную перспективу (долгосрочный  договор аренды) в целях получения обществом «Ирбис» регулярного дохода (в  необходимом и достаточном для нормального ведения хозяйственной  деятельности по управлению имуществом общества размере) от сдачи нежилых  помещений в аренду, для покрытия возникающих у общества  эксплуатационных расходов, расходов на коммунальные платежи и на  содержание недвижимого имущества, на исполнение налоговых обязательств и  осуществление прочих обязательных платежей.  

Договор аренды с дополнительными соглашениями и заключенные  арендатором договоры субаренды в совокупности и взаимосвязи объединены  общей хозяйственной целью и были направлены на извлечение наибольшей  прибыли и предотвращение еще большего ущерба интересам юридического  лица от имеющихся рисков. В результате совершения данных сделок  инициатором предложенной к реализации модели экономической  

деятельности в лице ответчика, напротив, предполагалось получение выгоды  обществом «Ирбис».  

Договор аренды с дополнительными соглашениями и договоры  субаренды, реализованы в рамках предложенного ФИО2 в качестве  антикризисного управляющего плана эффективной деятельности ООО  «Ирбис». В связи с чем, формальное заключение договора аренды от ООО  «Ирбис» ФИО6 не имеет правового значения для  рассматриваемого спора, поскольку спорные договоры заключены и  исполнялись по инициативе ФИО2, имеющего фактическую  возможность определять действия общества «Ирбис».  

При этом, судом обоснованно отклонен довод истца о заключении в  рамках реализуемой экономической модели договора аренды между ООО  «Ирбис» и ИП ФИО10 по заведомо заниженной ставке аренды,  поскольку в материалы дела не представлены сведения о размере арендной  платы нежилого помещения в спорный период, сведения о стоимости аренды  аналогичных помещений в пределах квадратного метра в зависимости от места  нахождения здания, сведения о финансовом положении ООО «Ирбис» на  момент заключения спорного договора аренды, сведения о заключаемых в  

отношении указанных помещений иных договорах аренды и их стоимости.  

В свою очередь ответчиком приведено обоснование установленной в  договоре арендной платы.  

Так, из 2 271,1 кв.м всех имеющихся у ООО «Ирбис» коммерческих  площадей 916,2 кв.м, что составляет 40% от коммерческих площадей всего  здания, являются подвальными помещениями цокольного этажа. Подвальные  помещения, на момент сдачи в аренду ИП ФИО10 затапливались  водой и требовали капитального ремонта, ввиду чего были не пригодны для  сдачи в аренду. Доказательств, опровергающих данные обстоятельства истцом  не представлено.  

Из 2 271,1 кв.м всех имеющихся у ООО «Ирбис» коммерческих площадей  969,4 кв.м (42%) коммерческих площадей сдавались напрямую арендаторам,  740,4 кв. м были и остаются до сегодняшнего дня занятыми  специализированным оборудованием и строительными конструкциями под  боулинг.  

Помимо прочего, учитывались объективные обстоятельства, такие как,  фактор низкой ликвидности коммерческих площадей, передаваемых ИП  ФИО10; оценка рыночной стоимости площадей на цокольных  этажах, составляющая ниже 50 рублей за кв. м; наличие, исходя из сведений  налоговой отчетности, высокого делового (предпринимательского) риска в  виде возникновения в течение года значительной дебиторской  

задолженности у ООО «Ирбис». 

Одним из определяющих факторов установления размера арендной платы  являлась необходимость исключения возникновения высокого налогового  бремени (по НДС) и наступления предбанкротного состояния ООО «Ирбис»,  состоявшегося годом ранее (дело № А47-11948/2015).  

Дополнительно принята во внимание ситуация наличия высоких рисков  сдачи в субаренду подвальных помещений, продолжительный срок поиска  арендаторов, инвесторов, необходимость вложений в капитальный ремонт  здания.  

На основании изложенных обстоятельств судом первой инстанции сделан  вывод, что указанные факторы объективно обусловили принятие  учредителями/участниками ООО «Ирбис» - ФИО9, ФИО2, директором ООО «Ирбис» ФИО6, а также бенифициаром  ФИО8 коллегиального решения об установлении цены за аренду  квадратного метра коммерческой площади в размере 100 рублей для передачи  ИП ФИО10 по договору аренды.  

Данное решение, с возможностью последующей корректировки,  подразумевалось как пилотный проект, реализуемый в ближайшие два-три  года.  

Кроме этого в подтверждение обоснованности примененного размера  арендной платы ответчиком в материалы дела приложено заключение от  21.09.2020 специалиста кандидата экономических наук ФИО12, в  соответствии с выводами которого, величина средней рыночной арендной  платы за нежилые помещения, переданные ООО «Ирбис» в аренду ИП  

ФИО10 по договору аренды № 2005 16 от 20.05.2016, на дату  заключения этого договора составляла 1 841,93 рубля за один квадратный метр  в год (в пересчете 153,4 рублей в месяц), а диапазон значений ставок аренды на  20.05.2016 составлял от 803,21 рублей за квадратный метр в год до 3 614,42  рублей за квадратный метр в год (от 66,9 до 301,2 рублей в месяц).  

Ответчиком также в материалы дела представлено заключение № 13170/Ц  от 18.09.2020, выполненное по результатам производства финансово-экономического исследования специалистом в области финансов и кредита  Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО» ФИО13, в соответствии с  выводами которого, имущественная выгода ООО «Ирбис» по договору аренды   № 2005_16 от 20.05.2016 с ИП ФИО10 за 2017-2018 годы составила  7 287 456,65 рублей в виде денежных поступлений на расчетный счет в сумме 3  980 320,86 рублей и оплаты ИП ФИО10 за ООО «Ирбис» расходов в  сумме 3 307 135,79 рублей плюс экономия по НДС в размере 1 889 827,47  рублей. Это при размере подлежащей внесению арендной платы по договору 3  448 019,24 рублей.  

Таким образом, из заключений специалистов следует, что согласованная  в договоре аренды № 2005_16 от 20.05.2016 для ИП ФИО10 ставка  арендной платы - 100 рублей в месяц, без НДС, соответствовала рыночным  расценкам и не выходила за границы существовавшего в то время диапазона  цен, а сотрудничество с ИП ФИО10 не являлось для ООО «Ирбис»  убыточным, так как приносило ему постоянную значительную по сумме  прибыль и экономию.  

Оценивая указанные заключения с учетом соответствующих возражений  истца о недопустимости признания их в качестве надлежащих доказательств,  суд отмечает, что они не могут быть отнесены ни к числу консультаций  специалиста (ст. 87.1 АПК РФ), ни к числу свидетельских показаний (ст. 88  АПК РФ), ни к числу заключений эксперта (ст. 86 АПК РФ) поскольку  процессуальный порядок получения рассматриваемых доказательства не  соответствует перечисленным нормам процессуального права.  

Однако, приведенные истцом в качестве возражений обстоятельства  (отсутствие предупреждения специалистов об уголовной ответственности,  отсутствие процессуального статуса у лиц, подготовивших заключение,  наличие ошибок в подготовленных заключениях) не могут являться  безусловным основания для признания спорных заключений недопустимыми  доказательствами по делу, поскольку могут быть отнесены к письменным  доказательствам в порядке статьи 75 АПК РФ, в связи с чем, подлежат оценке  судом в рамках рассматриваемого дела.  

Истцом не представлены суду доказательства, опровергающие выводы,  изложенные в заключениях.  

Анализ заключений проведен представителем истца самостоятельно. 

Истцом ходатайство о назначении в порядке статьи 86 АПК РФ судебной  экспертизы по определению рыночной стоимости ежемесячной арендной платы  за один квадратный метр помещения, расположенного в спорном здании,  принадлежащем обществу «Ирбис», по состоянию на дату заключения  

договоров не заявлено.  

На основании изложенного, рассматриваемые доказательства оценены  судом как подтверждающие правовую позицию ответчика об обоснованности  примененного размера арендной платы документы.  

Судом также установлено, что в документации ООО «Ирбис» отражено,  что дополнительные соглашения к договору аренды (об  увеличении/уменьшении арендуемых ИП ФИО10 площадей)  заключены ответчиком с согласия и одобрения всех участников/учредителей  ООО «Ирбис», что подтверждается нотариально удостоверенным осмотром  переписки между учредителями (участниками) и бенефициаром ООО «Ирбис»  ФИО8  

Возражения ответчика относительно признания нотариально  удостоверенной осмотром переписки порочной отклонены судом, поскольку не  опровергают ее наличие и содержание. Заявление о фальсификации данных  доказательств истцом не заявлено. Информация и обстоятельства,  содержащиеся в переписке истцом не опровергнуты.  

В свою очередь, последующее ценообразование при расчете субарендной  платы проводилось на условиях долгосрочных пятилетних договоров с учетом  сезонности платежей арендаторов.  

Индексация 5% в год проводилась для компенсации официальной  инфляции по правилам делового оборота и практики ведения арендного бизнеса  в России. Также учитывалось влияние инфляции на повышение тарифов на  коммунальные услуги и издержки эксплуатации здания.  

Нахождение спорных помещений в аренде у супруги ответчика  представляло экономическую выгоду для ООО «Ирбис», поскольку переносило  на ИП ФИО10 обязанность по поиску и привлечению арендаторов для  заключения договоров субаренды. Тем самым, супругой ответчика приняты  предпринимательские риски, связанные с простоем арендованных помещений,  поскольку в любом случае последняя, будучи арендатором, приняла  обязательства по внесению арендных платежей.  

Кроме этого на ИП ФИО10 перешли обязанности по оплате  коммунальных и эксплуатационных услуг, что освобождало ООО «Ирбис» от  несения соответствующих расходов за счет юридического лица.  

В подтверждение оплаты коммунальных и иных эксплуатационных услуг  в материалы дела представлены платежные поручения. Сведения о наличии  правопритязаний ООО «Ирбис» по отношению к ИП ФИО10 ввиду  ненадлежащего исполнения последней обязательств арендатора,  выражающихся в невнесении арендной платы (постоянной или переменной  частей), или правопритязаний ресурсоснабжающих организаций как к  собственнику, так и арендатору в отношении принадлежащих ООО «Ирбис»  помещений за спорный период, в материалах дела отсутствуют.  

В рассматриваемом случае, ответчиком также обоснованно указано на  необходимость учета обстоятельств принятия мер в виде надлежащего  исполнения обязательств потребителя в целях предотвращения отключения  электроснабжения, водоснабжения, теплоснабжения и канализации по  

причине ненадлежащего исполнения обязательств с ресурсоснабжающими  организациями.  

Суд указал, что фактически обществу оказывались безвозмездные услуги  факторинга. В летний период ООО «Ирбис» с расчетного счета необходимо  было вносить предоплату за коммунальные платежи из арендной ставки,  оплаченной арендаторами. Обратное неизбежно могло повлечь расторжение  договоров аренды, ухода всех арендаторов, и, соответственно, привести к  потере обществом «Ирбис» дохода от сдачи в аренду помещений. При этом  ООО «Ирбис» должно было бы оплачивать первоочередные платежи – налоги,  а после – коммунальные платежи.  

Таким образом, позиция ответчика в данной части является разумной и  обоснованной, поскольку направлена на сочетание возможности  одновременного надлежащего исполнения публично-правовых обязанностей,  возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством, а также на  погашение текущих расходов юридического лица.  

Довод истца о возложении обязательства по оплате коммунальных услуг  (переменная часть арендной платы) на субарендаторов не изменяет выводы  суда, поскольку в любом случае, расходы в указанной части были возложены  на арендатора и субарендаторов и не составляли расходную часть самого  общества «Ирбис».  

Ссылка истца на наличие судебных актов о взыскании ООО «Ирбис» с  ИП ФИО10 задолженности по арендным платежам также не имеет  правового значения для выводов суда, поскольку в рамках дела № А4715429/2019 судебный приказ отменен, а в рамках дела № А47-275/2020 ко  взысканию предъявлена задолженность за период с февраля 2019 года по  декабрь 2019 года. При этом сведения о наличии у ИП ФИО10  задолженности по договору аренды за рассматриваемый в настоящем деле  спорный период отсутствуют.  

При оценке обоснованности примененной арендной и субарендной ставок  в их сравнительном соотношении подлежат учету также фактические затраты  на ремонт, эксплуатацию, оплату труда обслуживающего персонала,  понесенные ИП ФИО10, как эксплуатирующей организацией.  

В рамках договора аренды предусмотрено также обеспечение ИП  ФИО10 услуг по охране помещения, уборке прилегающей  территории, чистке снега в зимний период, очистке кровли, уборке сосулек,  уходу за газонами, деревьями, ремонту козырьков, наружного освещения,  ямочному ремонту и других видов работ, поддерживающих прилегающую  территорию в доступном для субарендаторов виде.  

Следовательно, в указанной части расходы ООО «Ирбис» перенесены на  ИП ФИО10  

Оценивая обоснованность предъявленных исковых требований, судом  также принято во внимание факты недополучения в полном объеме арендной  платы от субарендаторов в силу долгосрочных контрактов между  субарендаторами и ИП ФИО10 как эксплуатирующей организацией;  сезонности в поступлении платежей от арендаторов; нерегулярность  

поступлений за оплату коммунальных услуг от арендаторов, связанную с  сезонным характером их бизнеса, что было учтено в долгосрочных договорах  аренды.  

Помимо прочего отысканными ИП ФИО10 субарендаторами  произведены вложения в неотделимые улучшения здания (подвальные  помещения цокольного этажа) в размере, превышающем 10 миллионов рублей.  Инвестиции внесены субарендаторами в здание на условиях договоров  субаренды и были обусловлены необходимостью проведения ремонта, не  проводившегося с 2009 года, что, в свою очередь, влекло обеспечение роста  стоимости квадратного метра площади на рынке коммерческой недвижимости  и установления более высокой цены продажи здания (с 20 миллионов рублей до  70 миллионов рублей).  

В договорах субаренды предусматривались также условия о капитальном  ремонте коммунальных сетей. В связи с чем, ИП ФИО10 заключены  договоры субаренды по цене, обеспечивающей ремонт коммунальных сетей  своими силами и силами арендаторов (ремонт вентиляции, теплопункта,  системы кондиционирования). В то время как у общества «Ирбис»  отсутствовал компетентный персонал, финансовые и организационные  возможности обеспечения такого рода работ.  

Необходимо учитывать риски и альтернативные издержки,  установленные договором в случае расторжения договоров, заключенных ООО  «Ирбис» с ИП ФИО10, бремя возврата понесенных субарендаторами  затрат на произведенные неотделимые улучшения коммерческих площадей.  

Таким образом, приведенные обстоятельства в совокупности  способствовали получению обществом «Ирбис» постоянной прибыли от  непрерывного нахождения площадей в аренде и освобождению от несения  расходов по оплате коммунальных и эксплуатационных услуг.  

Помимо освобождения ООО «Ирбис» от несения вышеперечисленных  расходов и получения дохода от сдачи в аренду помещений предложенная  ответчиком обществу модель оптимизации издержек юридического лица с  использованием счета индивидуального предпринимателя ФИО10 в  качестве посредника, эксплуатирующей организации (оператора), повлекла  снижение налогового бремени, ввиду использования ИП ФИО10  упрощенной системы налогообложения.  

Так, в 2017 году разница между размером налогового бремени для  альтернативного варианта с прямой арендой и фактически примененным  вариантом субаренды составила 371 246,37 рублей, а в 2018 году – 1 247  078,47 рублей, что указывает на эффективность принятого ответчиком  управленческого решения в интересах находящегося в кризисной ситуации  общества. В то время как переход ООО «Ирбис» на упрощенную систему  налогообложения потребовал бы дополнительных издержек в значительном  размере.  

В соответствии со сведениями МИФНС России № 12 по Оренбургской  области ООО «Ирбис» применяет общую систему налогообложения. При этом,  переход ООО «Ирбис» на упрощенную систему налогообложения не  

представлялся экономически целесообразным, поскольку неизбежно явился  основанием для возврата в бюджет ранее возмещенного НДС за строительство  объекта.  

Отчетность в налоговые органы и внебюджетные фонды обществом  «Ирбис» представлена, что не опровергалось истцом и установлено судом  общей юрисдикции в рамках гражданского дела № 2-661/2020.  

Истец, заявляя о недостоверности сформированной ФИО2  бухгалтерской отчетности, доказательств ее последующей корректировки не  представил.  

В результате применения предложенной ответчиком модели финансовый  результат (чистый денежный поток) в 2017 году получен в размере 2 236 109,82  руб., в то время как в случае варианта прямой аренды чистый денежный поток  составил бы 1 478 643,35 руб., аналогично за 2018 год. Указанное  обстоятельство также свидетельствует об экономической эффективности  принятого ответчиком управленческого решения в интересах ООО «Ирбис».  

Сведениями бухгалтерской документации подтверждено обстоятельство  получения обществом «Ирбис» от сдачи помещений в аренду ИП ФИО10 постоянной прибыли, которая до этого не поступала в пользу  юридического лица по причине простоя помещений.  

Ссылка истца на отрицательные значения финансовых показателей ООО  «Ирбис», отражающих результат деятельности ФИО2 на позиции  директора ООО «Ирбис» не свидетельствует о недобросовестности ФИО2 и причинении ущерба обществу.  

Действительно финансовый результат по итогам 2018 года составил  чистый убыток на сумму свыше 5 миллионов рублей, а по итогам 2017 года - свыше 2 миллионов рублей.  

Однако анализ данного показателя должен осуществляться с учетом  положений пункта 3 статьи 268 Налогового кодекса Российской Федерации  (в части отражения в составе убытков остаточной стоимости  амортизируемого имущества).  

Исходя из сведений бухгалтерской отчетности за спорный период,  минимальный размер убытков ООО «Ирбис» (с учетом положений п. 3 ст.  268 Налогового кодекса РФ) отражен именно в период руководства  организацией ФИО2  

При этом после прекращения полномочий ФИО2 в качестве  директора ООО «Ирбис», размер убытков юридического лица существенно  увеличился.  

При этом, как отмечено ранее, истец, заявляя о недостоверности  сформированной ФИО2 бухгалтерской отчетности, доказательств  этого, в том числе - ее последующей корректировки не представил.  

Из анализа арендных отношений, сложившихся в рамках договора аренды   № 0710_15 от 07.10.2015, заключенного между ООО «Ирбис» и ООО «Аптус»,  судом установлено, что инициатором расторжения договора являлся не  ответчик, а общество «Аптус». Причинами инициирования расторжения  данного договора явилась неспособность контрагента исполнять обязательства  

по внесению арендной платы, при утрате интереса в дальнейшей аренде  помещений, что подтверждается перепиской сторон и соглашением о  расторжении данного договора.  

При данных обстоятельствах, возвратившиеся собственнику помещения  были дополнительно переданы ИП ФИО10 на аналогичных условиях.  

Примененная истцом методика расчета убытков, заключающаяся в  сравнении расчетной суммы, а не фактически полученной арендной платы по  каждому из арендаторов, исчисляемая в конечном итоге как разница между  расчетным значением ставок для прямой аренды и субаренды, умноженная на  занимаемую площадь, не принята судом.  

Тогда как, указание ответчика на необходимость учета сопутствующих  получению дохода от сдачи в аренду недвижимого имущества по прямым  договорам расходов, признана суду обоснованной, поскольку по смыслу статьи  15 ГК РФ, упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы,  которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при  обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.  

Как указано ранее, все передаваемые в аренду ИП ФИО10  помещения, в предыдущий период не находились в аренде у третьих лиц,  дохода не приносили. Доказательств о принятых ООО «Ирбис» мерах для  передачи спорных помещений в аренду другому арендатору (арендаторам) на  более выгодных условиях и выполненных с этой целью приготовлениях, равно  как и о том, что эти приготовления не были реализованы по вине ответчика,  истцом не представлено.  

Кроме того, общим собранием участков ООО «Ирбис» решение о  расторжении договора аренды № 2005_16 от 20.05.2016, либо об отзыве  договора с дополнительными соглашениями с государственной регистрации не  принималось. Напротив, договор аренды не был расторгнут, продолжал  

исполняться обществом и после прекращения полномочий директора ФИО2  

При этом ссылка апеллянта на то, что ответчиком не созывалось собрание  учредителей общества подлежит отклонению, поскольку в силу ст. 35 Закона об  ООО внеочередное общее собрание участников общества созывается  исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета  директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии  (ревизора) общества, аудиторской организации (индивидуального аудитора)  общества, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее  чем одной десятой от общего числа голосов участников общества, если уставом  общества не предусмотрено, что для созыва внеочередного собрания  участников общества требуется меньшее количество голосов.  

Между тем, учредителями (участниками) общества собрание не было  инициировано, следовательно, вывод суда о том, что учредителями  (участниками) сложившиеся арендные отношения с ИП ФИО10 было  оценены как отвечающих интересам ООО «Ирбис», является обоснованным.  

Разрешая требования в части мнимости договора оказания услуг  (общественного питания) от 28.05.2018 и договора уступки прав требования  (ООО «Ирбис» к ООО «Аптус» о возврате долга в размере 1 321 887,39 рублей  по договору аренды части здания (нежилого помещения) и оборудования №  0710_15 от 07.10.2015) от 01.06.2018, заключенные между ООО «Ирбис» и ИП  ФИО7, суд первой инстанции исходил из следующего.  

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу  признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого  признания (ничтожная сделка).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации", при разрешении спора о мнимости сделки следует  учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее  формальное исполнение.  

По смыслу приведенных норм гражданского законодательства и  разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания  сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации необходимо установить, что стороны сделки не имели намерения  совершить сделку в действительности.  

Истцом указано, что указанные договоры являются мнимыми, поскольку  отсутствовала необходимость и целесообразность оказания услуг  общественного питания на указанную сумму.  

Ответчиком указано, что оказание контрагентом услуг по договору  носило длящийся характер и заключалось в организации питания для  работников, производивших ремонтные работы на объекте Боулинг-центра  «Рина», что в свою очередь обусловило общую стоимость договора. Указанием  в пункте 1.1 договора адреса оказания услуг, не соответствующего месту  нахождения Боулинг-центра «Рина» не опровергает факта оказания услуг.  

Предпосылкой передачи обществом «Ирбис» в пользу ИП ФИО7 права требования с ООО «Аптус» задолженности по договору аренды  явился ее безнадежный характер.  

Оценив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел  к выводу, что документальные доказательства не позволяют безусловно  констатировать отсутствие между ФИО2, ФИО7  обязательств, вытекающих из договоров оказания услуг и уступки права  требования.  

Из материалов дела не усматривается признаков, свидетельствующих о  намерении ФИО2 совершить сделки исключительно для вида, без их  реального исполнения.  

Договоры оказания услуг и уступки прав требования по основаниям,  

предусмотренным пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской  Федерации, истец не оспаривает, в установленном порядке договоры  недействительными по данному основанию не признаны.  

Оцениваемые сделки совершены по цене и на условиях, не  отличающихся от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. В связи с чем, сделки не  могут быть признаны в качестве совершенных на невыгодных условиях.  Напротив, из исследованных судом доказательства усматривается положительный  экономический для общества результат от исполнения оспариваемых сделок,  получение коммерческой организацией прибыли от осуществления основной  цели ее деятельности (сдача внаем нежилых помещений).  

При таких обстоятельствах, действия ответчика не подлежат признанию  как неразумные.  

При рассмотрении данной категории дел общее правило предусматривает  обязанность истца доказать наличие в действиях директора признаков  недобросовестности и/или неразумности при том, что действия последнего  должны иметь свойство противоправности. Именно при наличии  противоправности в действиях привлекаемого к гражданско-правовой  ответственности лица - директора хозяйственного общества - и при  уклонении указанного лица от опровержения вменяемого ему гражданско-правового нарушения вина последнего презюмируется.  

Кроме того, из представленных ответчиком в суд апелляционной  инстанции дополнительных пояснений следует, что подвальные помещения на  момент сдачи в аренду ИП ФИО10 затапливались водой и требовали  капитального ремонта, ввиду чего были не пригодны для сдачи в  коммерческую аренду. Из 2271,1 кв.м. всех имеющихся коммерческих  помещений у ООО «Ирбис», 969,4 кв.м. (42 %) сдавались напрямую  арендаторам, 740,4 кв.м. изначально заняты специализированным  оборудованием и строительными конструкциями для боулинга.  Соответственно, 561,3 кв.м. никак не использовались. Рыночная стоимость  подвальных помещений была ниже 50 руб. за один кв. м.  

Ответчик представил суду документы, отражающие факт проведения  работ подрядными организациями, (т. 14, л.д. 53-56) и силами физических лиц  по найму ИП ФИО10, а также документы о согласовании видов и  стоимости работ с учредителем ООО «Ирбис» ФИО9 (т. 15 л.д. 11-94  – нотариально удостоверенной переписка с ФИО9, письмо от  22.08.2016, согласование плана ремонтных работ и их объема).  

При этом, при возврате в октябре 2018 г. ИП ФИО10 в ООО  «Ирбис» затраты остались на эксплуатирующей организации.  

Также представлен анализ объема продаж ООО «Ирбис» коммерческих  площадей из которого следует, что высоколиквидные коммерческие площади,  земельный участок, ООО «Ирбис» сдавал напрямую. Низколиквидные  площади, в виде подвального помещения, Общество передало ИП ФИО10  

Доля площадей сдаваемых ИП ФИО10 от всех имеющихся  

площадей принадлежащих ООО «Ирбис» составляла 25% (т. 15 л.д. 2, т. 1, л. д.  42), и только во втором и третьем квартале 2018 г., доля составила 53%.  Дополнительно к бремени затрат, возложенных ООО «Ирбис» на ИП  ФИО10, на содержание общей площади здания в размере 2649 кв.м.,  ИП ФИО10 несла затраты на содержание и обслуживание  прилегающей территории в размере более 5000 кв.м., и наружное  обслуживание здания (вывоз общего мусора, клининг, устранение ледяного  покрова с крыши здания, чистку снега, уборка прилегающей территории и т.д.),  что подтверждается договорами ИП ФИО10 с обслуживающими  организациями представлены в материалах дела (т. 8, л.д. 124; т. 14, л.д. 101- 122).  

Относительно экономической обоснованности арендной ставки, ответчик  указал, что на наличие фактических затрат арендатора на ремонт,  эксплуатацию, оплату труда обслуживающего персонала, понесенные ИП  ФИО10, как эксплуатирующей организацией, а также исполнение ею  обязательств по содержанию в исправном состоянии и порядке кровли здания и  прилегающей территории. В рамках договора аренды предусмотрено также  обеспечение ИП ФИО10 услуг по охране помещения, уборке  прилегающей территории, чистке снега в зимний период, очистке кровли,  ремонту козырьков, наружного освещения, ямочному ремонту и других видов  работ, поддерживающих прилегающую территорию в надлежащем состоянии  (т.15 л.д.2, т.1, л.д.42). Данные расходы подтверждаются копиями: платежных  поручений, договоров, исследовании ТЕХЭКО, письменной переписке с  ФИО9 и ФИО8, бухгалтерской отчетности ООО «Ирбис» (т.  9, л.д. 12, 32; т. 11, л.д. 118 -130), а доводы истца о недоказанности указанных  обстоятельств и несения эксплуатационных расходов конечными арендаторами  является недоказанным.  

При этом, при расчете эффективности и экономической обоснованности  схемы арендных отношений судом также учтена различная схема  налогообложения ООО «Ирбис» и ИП ФИО10  

Данный обстоятельства свидетельствует о перенесении затрат ООО  «Ирбис» на ИП ФИО10 из собственной себестоимости (постоянных и  переменных издержек) на себестоимость квадратного метра сдаваемых ИП  ФИО10 субарендаторам.  

Цена для субарендаторов от ИП ФИО10 включает в себя  суммарные затраты требуемые на содержание всех имеющихся площадей и  земельного участка находящихся в собственности ООО «Ирбис». Прибыль со  всей цены квадратного метра субарендаторам содержится в доле арендного  платежа в адрес ООО «Ирбис».  

Учитывая, что результатом управленческих решений ФИО2,  явилось получение обществом прибыли и минимизация расходов, очевидно,  что реализованная модель экономической деятельности, предложенная  ФИО2, разработана с учетом известной ему и достаточной для  принятия решения информации, имеющей значение в сложившейся ситуации и  принимаемой во внимание в деловой практике при сходных обстоятельствах.  

При этом доводов о совершении сделок без соблюдения обычно требующихся  или принятых в обществе «Ирбис» внутренних процедур для совершения  аналогичных сделок не заявлено.  

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период  времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по  себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его  действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий  сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.  Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные  юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие),  повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска (п. 2 постановления Пленума № 62).  

Поскольку судом не усматривается наличие в действиях бывшего  директора ООО «Ирбис» ФИО2 признаков неразумности и  недобросовестности, что в результате своей деятельности причинены какие-либо убытки обществу, оснований для удовлетворения заявленных требований  не имеется.  

Поскольку для применения ответственности в виде взыскания убытков на  основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации необходима  доказанность в совокупности следующих обстоятельств: факт причинения  убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и  причинно-следственная связь между поведением указанного лица и  наступившим вредом; недоказанность хотя бы одного из элементов состава  правонарушения является достаточным основанием для отказа в  удовлетворении требований о возмещении убытков, суд первой инстанции  оценив представленные доказательства, пришел к выводу о недоказанности  данной совокупности.  

Поскольку юридический состав, необходимый для взыскания убытков с  исполнительного органа общества ФИО2, отсутствует, материалами  дела подтверждается отсутствие у последнего умысла в причинении убытков  обществу, доказательств того, что ответчик действовал за пределами разумного  риска, его действия не были совершены в интересах юридического лица, а были  совершены в собственных интересах, и не были направлены на ведение  обычной хозяйственной деятельности, истец не представил, оснований  полагать, что действия ответчика привели к причинению истцу убытков, у суда  не имеется.  

Следовательно, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения  жалобы не имеется. Доводы жалоб не опровергают выводов суда, исходя из  конкретных обстоятельств рассматриваемого дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

В соответствии с подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей  апелляционной жалобы не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.12.2022 по делу   № А47-7831/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с  ограниченной ответственностью «Ирбис», ФИО8 -  без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья А.А. Румянцев Судьи: Е.А. Позднякова  А.Г. Кожевникова