АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А84-2852/2019

г. Калуга

21 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14.06.2023

Постановление изготовлено в полном объеме 21.06.2023                

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

 

председательствующего

Еремичевой Н.В.

судей

Григорьевой М.А.

ФИО1

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Васильковой Е.А.

при участии в заседании:

 

от ФИО2: 

 

от ФИО3: 

 

от иных лиц, участвующих в деле:

 

ФИО4 – представителя 

по доверенности от 16.03.2022,

ФИО5 – представителя 

по доверенности от 19.10.2022,

не явились, извещены надлежаще,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц – связи при содействии Двадцать первого арбитражного апелляционного суда кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Севастополя от 05.10.2022 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу № А84-2852/2019, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратился в Арбитражный суд города Севастополя с заявлением о признании недействительной сделкой агентского договора от 09.07.2015 № 1/2015, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Девелопментская компания «Вертикаль» (далее – ООО «ДК «Вертикаль», должник) и ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу ООО «ДК Вертикаль» денежных средств в размере 49 891 657 рублей, ссылаясь на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 05.10.2022 (судья Архипова С.Н.) в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 (судьи: Вахитов Р.С., Калашникова К.Г., Оликова Л.Н.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба кредитора – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя, суды неправильно применили к рассматриваемому спору часть 2 статьи 69 АПК РФ, поскольку обстоятельства, связанные с реальностью оказания услуг ФИО6, не устанавливались с обособленном споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

Указывает на то, что суды не дали оценку доказательствам и доводам заявителя о том, что пороки обжалуемой сделки и обстоятельства ее совершения выходят за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных               статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ).

Заявитель считает, что все обстоятельства, необходимые для признания оспариваемой сделки недействительной, доказаны, поэтому вывод судебных инстанций об отказе в удовлетворении требований кредитора является необоснованным.

ФИО3, ФИО6 в отзывах указали на необоснованность доводов кассационной жалобы, просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО3 возражал на доводы кассационной жалобы. 

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в упомянутом определении суда первой инстанции и постановлении суда апелляционной инстанции, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании материалов дела установлено, что определением Арбитражного суда города Севастополя от 18.06.2019 заявление АО «Севастопольский Морской банк» о признании ООО «ДК Вертикаль» несостоятельным (банкротом) принято к производству. 

Определением суда от 17.07.2019 в отношении ООО «ДК «Вертикаль» введена процедура банкротства наблюдение.

Решением суда от 24.10.2019 ООО «ДК «Вертикаль» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Между ООО «ДК «Вертикаль» (принципал) и ИП ФИО6 (агент) 09.07.2015 заключен агентский договор № 1/2015 о предоставлении агенту эксклюзивного права на поиск инвесторов (дольщиков) и оказания агентом консультационных и маркетинговых услуг (далее – договор), согласно                 пункту 1.1 которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство за вознаграждение совершить от имени и за счет принципала комплекс юридических и фактических действий, направленных на привлечение инвесторов (дольщиков) для долевого строительства жилого дома с объектами социально-культурного назначения по ул. Маячная, 33 в г. Севастополе.

В соответствии с пунктом 2.1 договора агент обязуется: провести проверку наличия правоустанавливающих документов, удостоверяющих право на строительство жилого дома; совместно с принципалом разработать формы и условия договора участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома с объектами социально-культурного назначения по ул. Маячная, 33 в г. Севастополе, порядок расчетов, а также пакет рекламных материалов для привлечения инвесторов (дольщиков); проводить маркетинговые исследования с целью определения круга потенциальных инвесторов (дольщиков); осуществить поиск лиц, заинтересованных в участии в долевом строительстве жилого дома с объектами социально-культурного назначения по ул. Маячная, 33 в г. Севастополе; проводить предварительные переговоры с потенциальными инвесторами (дольщиками); организовывать встречи предполагаемых инвесторов (дольщиков) с застройщиком; осуществлять подготовку документов, необходимых для заключения договора участия в долевом строительстве; представлять интересы принципала в отношениях с третьими лицами, связанных с исполнением обязательств по договору; консультировать принципала по вопросам законодательного регулирования права собственности на объекты недвижимости, а также по вопросам инвестиционной деятельности; привлекать строителей, оценщиков и других специалистов в целях подготовки необходимой документации по объекту, а также для формирования рекламных материалов и реализации объекта и др.

Согласно пункту 3.1. договора агентское вознаграждение составляет 10% от стоимости привлеченных инвестиций для долевого строительства жилого дома с объектами социально-культурного назначения по ул. Маячная, 33.

За услуги по договору ИП ФИО6 было оплачено должником 49 891 657 рублей.

Ссылаясь на то, что агентский договор от 09.07.2015 №  1/2015 является недействительной (ничтожной) сделкой на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, как совершенная со злоупотреблением правом, причинившая вред имущественным правам кредиторов ООО «ДК «Вертикаль», при этом агентский договор носил мнимый характер, конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Разрешая спор по существу, руководствуясь положениями статей 61.1, 61.2, 61.9 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для признания спорной сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Соглашаясь с выводом судебных инстанций, судебная коллегия кассационной инстанции исходит из следующего.

В силу статьи 32 Закона № 127-ФЗ и части 1 статьи 223 АПК РФ дела несостоятельности (банкротства) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона № 127-ФЗ, пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Судами установлено, что спорная сделка – агентский договор заключена 09.07.2015.

При этом заявление АО «Севастопольский Морской банк» о признании ООО «Девелопментская компания «Вертикаль» несостоятельным (банкротом) принято Арбитражным судом города Севастополя определением от 18.06.2019.

Таким образом, данная сделка совершена более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника, то есть за пределами периода подозрительности. 

С учетом изложенного суды обоснованно заключили, что заявление кредитора по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

В то же время правовая позиция кредитора по существу сводилась к тому, что спорная сделка совершена аффилированными лицами по цене и условиям, не соответствующим среднерыночным условиям подобных сделок, что причинило вред должнику и его кредиторам. 

Вышеизложенное свидетельствует о том, что обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, кредитором не указывались. Такие обстоятельства не установлены и судами первой и апелляционной инстанций.

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий, у судов не было бы оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствовал как минимум один из обязательных признаков – трехлетний период подозрительности (сделка совершена 09.07.2015, заявление о банкротстве должника принято 18.06.2019).

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069.

Поскольку оспариваемая сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пороки оспариваемой сделки, выходящие за пределы подозрительной сделки, кредитор не доказал, то суды двух инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для признания сделки ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Отклоняя доводы кредитора о том, что заключение оспариваемого агентского договора от 09.07.2015 носило формальный характер и не имело под собой какого-либо экономического обоснования, суды правомерно исходили из следующего.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

При разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №  25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Судами установлено, что оспариваемая в настоящем обособленном споре сделка уже была предметом исследования судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, заключение и исполнение агентского договора                     от 09.07.2015 №  1/2015 с ИП ФИО6 был исследован при рассмотрении заявления конкурсного управляющего и оценен судами как сделка, не выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности. По выводам судов, доводы конкурсного управляющего и кредитора ФИО2 были направлены, прежде всего, на их несогласие с размером агентского вознаграждения, полученного агентом по результатам оказанных должнику посреднических услуг.

Так, определением Арбитражного суда города Севастополя от 14.09.2021, оставленным без изменения постановлениями Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2021 и Арбитражного суда Центрального округа от 24.03.2022 по данному делу о банкротстве (определением Верховного Суда РФ от 27.06.2022 № 310-ЭС22-9203 (1,2) отказано в передаче кассационных жалоб на указанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ) установлено, что должник занимался строительством (своими силами и посредством привлечения подрядных организаций), в том числе многоквартирного жилого дома с нежилыми помещениями по ул. Маячная, дом 33 в городе Севастополе; строительство дома по ул. Маячная, дом 33 завершено, дом сдан в эксплуатацию и заселен. При этом агентский договор от 09.07.2015 № 1/2015 с                                ИП ФИО6 был непосредственно связан со строительством указанного жилого дома, соответствует основному виду деятельности должника, не выходит за пределы обычного делового риска в таком виде предпринимательской деятельности как строительство и не был направлен на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Судами также установлено, что просроченная задолженность в спорный период у ООО «ДК «Вертикаль» отсутствовала, а кредитные обязательства обслуживались должником надлежащим образом (уплата процентов за пользование кредитными ресурсами), что свидетельствует о том, что признаки неплатежеспособности у ООО «ДК «Вертикаль» в спорный период отсутствовали. Совокупность перечисленных конкурсным управляющим сделок, включающих агентский договор от 09.07.2015 №  1/2015 с ИП ФИО6, прямо не способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Вместе с тем, многочисленные сложности и дополнительные, по мнению конкурсного управляющего и кредитора, необоснованные и значительно завышенные расходы возникли у должника по объективным причинам: строительство многоквартирного дома началось в период нахождения Республики Крым и города федерального значения Севастополь в составе Украины, а заканчивать строительство и, как следствие, искать новых инвесторов должнику приходилось после вхождения новых субъектов в состав Российской Федерации в условиях существенно изменившейся конъюнктуры рынка, в новых экономических условиях (объявленный переходный период), в новом правовом поле. При этом строительство объекта завершено, многоквартирный дом введен в эксплуатацию.

Также судами установлено, что посреднические услуги, оказанные ИП ФИО6, непосредственно связаны с деятельностью должника и были документально подтверждены в настоящем обособленном споре. В качестве доказательств фактического выполнения агентом обязательств по договору, в материалы дела представлены: отчеты агента от 17.08.2015, 31.08.2015, 30.09.2015, 31.10.2015, 29.12.2015, 01.02.2016, 01.03.2016, 31.03.2016, 25.04.2016, 04.05.2016, 30.06.2016, 20.07.2016, 31.012.2016, 29.06.2018. Согласно отчету                 от 29.06.2018, подписанному сторонами, ИП ФИО6 в счет исполнения обязательств по агентскому договору от 09.07.2015 №  1/2015, всего было заключено договоров на сумму 586 633 094 рубля, размер вознаграждения составил 49 891 657 рублей. Таким образом, в обоснование реальности сложившихся между сторонами правоотношений по вышеуказанному договору представлены в материалы дела первичные документы, подтверждающие факты исполнения данного договора (договор, акты выполненных услуг, акты сверок, доказательства произведенных оплат и пр.). 

Вывод о подтверждении факта оказанных ИП ФИО6 услуг сделан судами не только по результатам исследования отчетов агента, но и первичных документов, представленных к отчетам (аналитические таблицы исследования рынка, доверенности, переписка с потенциальными клиентами, договоры и прочее), что следует из содержания определения Арбитражного суда города Севастополя от 14.09.2021 (страница 14). 

Стоимость агентского вознаграждения в размере 10% от стоимости привлеченных инвестиций для долевого строительства жилого дома суды расценили как разумную, не отвечающую признаку чрезмерности.

При таких обстоятельствах суды трех инстанций пришли к выводу о том, что заключенный между ИП ФИО6 и ООО «ДК «Вертикаль» агентский договор от 09.07.2015 №  1/2015 не обладает признаками мнимости.

С учетом вышеизложенного суды правомерно посчитали, что вступившими в законную силу судебными актами (статья 69 АПК РФ) установлены факт выполнения агентом обязательств по договору и, как следствие, отсутствие признаков мнимости агентского договора от 09.07.2015 №  1/2015.

Поскольку спорная сделка была заключена в обеспечение реальных обязательств, то оснований полагать, что агентский договор от 09.07.2015 №  1/2015 причинил вред кредиторам должника не усматривается.

Довод подателя жалобы о том, что положения статьи 69 АПК РФ не применимы, отклоняется судом округа на основании следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ для суда, рассматривающего дело, преюдициальное значение имеют обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда. Вопросы применения норм материального права преюдициального значения не имеют.

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что в ходе арбитражного производства не подлежат доказыванию и не допускают опровержения так называемые преюдициально установленные (предрешенные) обстоятельства. Это обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения суда первой инстанции или постановления вышестоящей инстанции, когда они имеют юридическое значение для разрешения спора в позднее возникшем арбитражном процессе.

При этом преюдициальная связь возникает, когда обстоятельства из фактической основы прошлого имеют юридическое значение для нового спора.

В случае если сторона представляет доказательства, подтверждающие, что обстоятельствам может быть дана иная оценка, суд должен исследовать эти доказательства и доводы стороны, на что обращено внимание в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 по делу № 305-ЭС15-16362).

При этом следует учитывать, что оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению (статья 71 АПК РФ) не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704, от 16.06.2017 № 305-ЭС15-16930 (6), от 27.07.2017 № 305-ЭС17-3203, от 05.09.2019 № 305-ЭС18-17113 (4), от 19.03.2020 № 305-ЭС19-24795).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как правильно указали суды, определением Арбитражного суда города Севастополя от 14.09.2021 были установлены имеющие юридическое значение для настоящего спора обстоятельства (факты), имеющие преюдициальное значение при рассмотрении настоящего заявления ФИО2, в котором участвуют те же лица.

По сути обстоятельства, указанные заявителем в качестве оснований для признания сделки недействительной (такие как: сделка была совершена без экономической необходимости, по цене и условиям, не соответствующим среднерыночным условиям подобных сделок; представленные                                    ИП ФИО6 документы и отчеты о проделанной работе не позволяют дать оценку всему объему проделанной работы и сделать вывод о соответствии или несоответствии представленного встречного представления; заинтересованными лицами не предоставлено пояснений по какой причине для привлечения инвестиций была выбрана именно такая модель работы), уже были предметом исследования судов и им была дана оценка.

Отклоняя довод кредитора о том, что должник располагал необходимым штатом для выполнения таких работ самостоятельно, суд апелляционной инстанции справедливо отметил, что принятие управленческого решения о необходимости привлечения сторонних контрагентов, в том числе для оказания комплекса юридических и фактических услуг, направленных на привлечение инвесторов (дольщиков) для долевого строительства жилого дома, возлагается на органы управления юридического лица, которое несет ответственность за принятое решение в случае наступления негативных последствий. В данном случае судами уже было установлено, что оспариваемая сделка была непосредственно связана со строительством жилого дома, соответствует основному виду деятельности должника, не выходит за пределы обычного делового риска в таком виде предпринимательской деятельности как строительство и не была направлена на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

При этом наличие в штате ООО «ДК «Вертикаль» других работников (юриста, экономиста, менеджера, бухгалтера и пр.) само по себе не может служить доказательством исполнения ими тех же обязанностей, что были возложены агентским договором на ФИО6 Услуги, оказываемые ФИО6 на основании агентского договора, в перечень обязанностей, входящих в трудовую функцию кого-либо конкретного работника, включены не были, доказательства обратного в материалы дела, вопреки требованиям                    статьи 65 АПК РФ, не предоставлены.

Судом апелляционной инстанции также отмечено, что суды при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, давая оценку стоимости агентского вознаграждения, расценили ее как разумную, не отвечающую признаку чрезмерности. При этом ни при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, ни в рамках рассмотрения настоящего заявления о недействительности сделки ни конкурсный управляющий, ни кредитор не представили в материалы дела каких-либо доказательств, подтверждающих иную цену аналогичного вида оказанных по договору услуг, отличающуюся от согласованной сторонами договора.

Доказательств того, что ФИО6 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, также не представлено, следовательно, довод заявителя о том, что целью заключения агентского договора являлось создание с помощью документооборота ложных, притворных оснований для легализации вывода денежных средств, правомерно отклонен апелляционным судом как необоснованный и не подтвержденный надлежащими доказательствами. Указанное свидетельствует об отсутствии у должника цели причинения вреда иным кредиторам, а также отсутствии осведомленности другой стороны сделки об указанной цели на момент ее совершения.

Отклоняя доводы кредитора о том, что исполнение агентского договора происходило в период с 2015 – 2018 года, то есть в пределах срока подозрительности в части исполнения должником обязательств по оплате в 2018 году, суд апелляционной инстанции исходил из того, что названные доводы противоречат установленному законом ретроспективному периоду глубины проверки сделки, составляющему три года с момента ее заключения, то есть с 09.07.2015. Действительность указанных заявителем платежей предметом спора в настоящем деле не является.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих правомерность выводов судов первой и апелляционной инстанций, кассационная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Севастополя от 05.10.2022 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу № А84-2852/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                               Н.В. Еремичева 

 

Судьи                                                                                                М.А. Григорьева

 

                                                                                                            ФИО1