924/2020-14827(2) 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru 

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 09АП-72507/2019

Дело № А40-110809/16

г. Москва

24 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2020 года  Полный текст постановления изготовлен 24 января 2020 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В.С. Гарипова, судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего ООО «УПТК»  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15 октября 2019 года  по делу № А40-110809/2016, принятое судьей А.А. Сафроновой,  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «УПТК» Гульянца  

И.И. о признании недействительным Соглашения о зачете встречных однородных  требований от 05.08.2016г., заключенного между АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК», и в  

применении последствий недействительности сделки 

при участии в судебном заседании:  

от к/у ООО «УПТК» - ФИО2 по дов. от 27.09.2019, ФИО3 по дов. от 

29.11.2019,  от АО «ТЭК Мосэнерго» - ФИО4 по дов. от 16.05.2019, ФИО5 по дов. от  

02.12.2019,  Иные лица не явились, извещены  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2017г. должник - ООО  «Управление производственно-технической комплектацией» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>; 115093, 

<

...>, офис XV) признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком  на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 (ИНН  

<

***>; адрес для направления корреспонденции: 121059, 

<

...>), являющийся членом НП "Сибирская гильдия антикризисных  управляющих" (121059, 

<

...>).  

Судом рассмотрено заявление конкурсного управляющего ООО «УПТК» ФИО6 о признании недействительным Соглашения о зачете встречных однородных  требований от 05.08.2016г., заключенного между АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК», и о  применении последствий недействительности сделок.  

Арбитражный суд города Москвы, руководствуясь ст. ст. 32, 60, 61.1., 61.2., 61.3,  61.6., 61.8. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)”, определением от 15 октября 2019 года  отказал в удовлетворении заявленных требований.  

 В качестве оснований для отказа в удовлетворении заявления Конкурсного  управляющего о признании соглашения о зачёте недействительным суд первой инстанции  указал следующее:  

1) Оспариваемое соглашение о зачёте направлено на определение сальдо взаимного  предоставления сторон, в связи с чем данное соглашение не является сделкой, которая может  быть оспорена по правилам ст. 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)".  

2) Соглашение о зачёте было совершено в рамках обычной хозяйственной  деятельности Должника.  

3) Конкурсным управляющим не доказана осведомлённость АО «ТЭК» о признаках  неплатёжеспособности Должника для признания сделки недействительной на основании п. 2  ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Не согласившись с принятым определением, конкурсный управляющий ООО  «УПТК» подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу  новый судебный акт, удовлетворить требования конкурсного управляющего ООО «УПТК»  ФИО6 о признании недействительным соглашения о зачёте встречных однородных  требований от 05.08.2016 между ООО «УПТК» и АО «ТЭК Мосэнерго». Применить  последствия недействительности сделки в виде восстановления требования ООО «УПТК»  к АО «ТЭК Мосэнерго» на сумму 345 206 607,80 руб.  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель  заявителя апелляционной жалобы поддержал ее доводы и требования, представители АО  «ТЭК Мосэнерго» возражали против ее удовлетворения.  

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам  жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив  имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы,  заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что определение Арбитражного  суда города Москвы подлежит отмене.  

Как установлено судом первой инстанции, между ООО «УПТК» и АО «ТЭК  Мосэнерго» было заключено соглашение о зачете встречных однородных требований от 05  августа 2016 года, в соответствии с условиями которого в рамках правоотношений по  договору между Должником и АО «ТЭК Мосэнерго» был произведен зачет встречных  однородных требований, что повлекло прекращение обязательств (ст. 410 ГК РФ).  

Согласно условиям Соглашения стороны прекратили взаимные требования на  сумму 345 206 607 (Триста сорок пять миллионов двести шесть тысяч шестьсот семь) рублей  80 копеек, в т.ч. НДС 18%.  

Как указывает конкурсный управляющий должника, в результате совершения  указанной сделки ООО «УПТК» утратило право требования к АО «ТЭК Мосэнерго» в  размере 345 206 607,80 руб., сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве  должника с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, при этом АО  «ТЭК Мосэнерго» было осведомлено об указанном обстоятельстве, то есть знало о  признаках неплатежеспособности ООО «УПТК».  

Так, положения соглашения о зачете влекут оказание предпочтения АО «ТЭК  Мосэнерго» в отношении удовлетворения его требования, существовавшего до совершения  оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке  

очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве). Данная сделка повлекла уменьшение имущества  (имущественных прав) у Должника, что причиняет имущественный вред правам  добросовестных кредиторов.  

С учетом изложенного, конкурсный управляющий должника полагает, что  заключение оспариваемого соглашения о зачете встречных однородных требований от 05  августа 2016 года следует квалифицировать как оспаривание сделок по основаниям,  предусмотренным п. 1, п. 3 ст. 61.3 и п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

В соответствии с п. 1 ст. 61.1. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также  по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.3. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка,  совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может  повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами  в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих  условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего  лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения  требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения  которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не  исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано  большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до  совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в  порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве).  

При этом согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения  одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором – пятом  пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь ввиду, что для признания наличия такого  предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный  перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме  содержащихся в этом перечне.  

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего. Из текста оспариваемого соглашения следует: 

а) На основании п. 3.7.1. соглашения б/н от 27.05.2016 о досрочном расторжении  договора от 30.04.2015 № 36/УПТК-ГЭС/15, заключенного между Стороной-2 и ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Сторона-2 обязуется  возвратить ОАО «ГлобалЭлектроСервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) сумму  незачтенного авансового платежа в размере 345 206 607 (Триста сорок пять миллионов  двести шесть тысяч шестьсот семь) рублей 80 копеек, в том числе НДС 18% в размере  

52 658 635 (Пятьдесят два миллиона шестьсот пятьдесят восемь тысяч шестьсот тридцать  пять) рублей 72 копейки, в срок не позднее 90 рабочих дней с даты подписания указанного  соглашения;  

б) На основании п. 7 соглашения от 27.05.2016 о расторжении договора от  23.03.2015 № 12/СХГР/15-8, заключенного между Стороной-1 и ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» (ОГРН 5077746862804, ИНН 7717591053), к Стороне-1 перешло  право требования возврата Стороной-2 суммы незачтенного авансового платежа в размере  345 206 607 (Триста сорок пять миллионов двести шесть тысяч шестьсот семь) рублей 80  копеек, в том числе НДС 18% в размере 52 658 635 (Пятьдесят два миллиона шестьсот  пятьдесят восемь тысяч шестьсот тридцать пять) рублей 72 копейки, указанного в п. а) выше;  

в) На основании п. 1.6 соглашения от 27.05.2016 о замене стороны по договору  поставки от 07.07.2015 № П-124/15, заключенного между Стороной-1, Стороной-2 и ЗАО  «НПО «Аконит» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Сторона-1 обязуется оплатить  Стороне-2 сумму в размере 58 970 485 (Пятьдесят восемь миллионов девятьсот семьдесят  тысяч четыреста восемьдесят пять) рублей 80 копеек, в том числе НДС 18% в размере  

8 995 497 (Восемь миллионов девятьсот девяносто пять тысяч четыреста девяносто семь)  рублей 83 копейки, являющуюся платой за уступаемое право (требование), в течение 90  рабочих дней с даты подписания указанного соглашения;  

г) На основании п. 1.6 соглашения от 27.05.2016 о замене стороны по договору  поставки от 09.07.2015 № 58/2620(П-123/15), заключенного между Стороной-1, Стороной-2 и  АО «МК ОРМЕТО-ЮУМЗ (ОГРН 

<

***>), Сторона-1 обязуется оплатить Стороне-2  сумму в размере 85 100 184 (Восемьдесят пять миллионов сто тысяч сто восемьдесят четыре)  рубля 00 копеек, в том числе НДС 18% в размере 12 981 384 (Двенадцать миллионов  девятьсот восемьдесят одна тысяча триста восемьдесят четыре) рубля 00 копеек,  являющуюся платой за уступаемое право (требование), в течение 90 рабочих дней с даты  подписания указанного соглашения;  

д) На основании п. 1.6 соглашения от 27.05.2016 о замене стороны по договору  поставки от 27.07.2015 № П-147/15, заключенного между Стороной-1, Стороной-2 и АО  «НПК МЕДИАНА-ФИЛЬТР» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Сторона-1  обязуется оплатить Стороне-2 сумму в размере 78 900 000 (Семьдесят восемь миллионов  девятьсот тысяч) рублей 00 копеек, в том числе НДС 18% в размере 12 035 593 (Двенадцать  миллионов тридцать пять тысяч пятьсот девяносто три) рубля 22 копейки, являющуюся  платой за уступаемое право (требование), в течение 90 рабочих дней с даты подписания  указанного соглашения;  

е) На основании п. 1.6 соглашения от 27.05.2016 о замене стороны по договору  поставки от 06.07.2015 № П-122/15, заключенного между Стороной-1, Стороной-2 и ООО  «Энергетический Стандарт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Сторона-1 обязуется  оплатить Стороне-2 сумму в размере 49 735 938 (Сорок девять миллионов семьсот  тридцать пять тысяч девятьсот тридцать восемь) рублей 00 копеек, в том числе НДС 18% в  размере 7 586 838 (Семь миллионов пятьсот восемьдесят шесть тысяч восемьсот тридцать  восемь) рублей 00 копеек, являющуюся платой за уступаемое право (требование), в течение  90 рабочих дней с даты подписания указанного соглашения;  

ж) На основании п. 1.6 соглашения от 27.05.2016 о замене стороны по договору  поставки от 27.10.2015 № П-186/15, заключенного между Стороной-1, Стороной-2 и ООО  «Промтеплоинжиниринг» (ОРГН 1136671001323, ИНН 

<

***>), Сторона-1 обязуется  оплатить Стороне-2 сумму в размере 72 500 000 (Семьдесят два миллиона пятьсот тысяч)  рублей 00 копеек, в том числе НДС 18% в размере 11 059 322 (Одиннадцать миллионов  пятьдесят девять тысяч триста двадцать два) рубля 03 копейки, являющуюся платой за  уступаемое право (требование), в течение 90 рабочих дней с даты подписания указанного  соглашения.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  сформированной в определениях ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946 и от 12.03.2018   № 305-ЭС17-17564, действия, направленные на установление сложившегося в пользу  заказчика сальдо взаимных предоставлений по каждому из прекращенных договоров подряда  

в отдельности, не являются сделкой, которая могла быть оспорена по правилам статьи 61.3  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках  дела о банкротстве подрядчика, поскольку в этом случае отсутствует такой  квалифицирующий признак как получение заказчиком предпочтения. Аналогичный вывод  вытекает из смысла разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 13 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О  текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  сформированной в определении ВС РФ от 30.06.2017 № 304-ЭС 17-1977, если по условиям  договора стороны предусмотрели возможность уменьшения заказчиком размера оплаты за  выполненные подрядчиком работы, то такое условие относится к порядку расчетов и не  может быть квалифицировано в качестве зачета, так как является распространенным в  обороте и не противоречит п. 2 ст. 1, ст. 421, и п. 2 ст. 746 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, 

сформированной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  04.07.2018), а также в определениях ВС РФ от 23.11.2018 № 309-ЭС18-12312(2) и от  12.11.2018 № 304-ЭС16-17384(14), действия, направленные на установление сложившегося в  пользу заказчика сальдо взаимных предоставлений по договору подряда, не могут быть  оспорены по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве  подрядчика, поскольку в этом случае отсутствует такой квалифицирующий признак, как  получение заказчиком предпочтения.  

Из текста оспариваемого соглашения следует, что зачтенная сумма представляет  собой сумму незачтенного авансового платежа, не возвращенного в связи с досрочным  расторжением договора от 30.04.2015г. № 36/УПТК-ГЭС/15, заключенного между ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» и ООО «УПТК», и досрочным расторжением договора от  23.03.2015 № 12/СХГР/15-8, заключенного между АО «ТЭК Мосэнерго» и ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», и сумму оплаты за уступленные права требования по договорам  поставки, заключенными с участием подрядчиков по вышеуказанным договорам.  

Таким образом, исходя из действительной воли сторон по спорным  правоотношениям, следует, что оспариваемый зачет фактически был направлен на  исполнение договоров подряда.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к выводу, что зачет  встречных требований по соглашению о зачете встречных однородных требований от 05  августа 2016 года не является сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи  61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,  поскольку является способом расчетов посредством уменьшения заказчиком (АО «ТЭК  Мосэнерго») размера оплаты за работы, выполненные подрядчиком (ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» и ООО «УПТК»), в рамках его обычной хозяйственной  деятельности и направлен на установление сложившегося в пользу заказчика сальдо  взаимных предоставлений в рамках заключенных договоров подряда, которые были  расторгнуты.  

В отношении доводов конкурсного управляющего об оспаривании сделки на  основании п. 3 ст. 61.3 и п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» суд первой  инстанции указывает следующее.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  

совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или  после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 5, 6 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к  полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить  вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются,  если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить  

наличие этих обстоятельств.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не  требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому  неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из  условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в  частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как  условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых  аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также  сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение,  однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и  не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут  оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное  исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение  (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор  поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона  о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.  

В соответствии с п. 3 ст. 61.3. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка,  указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев  до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если  установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка,  было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об  обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев  и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника  банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана  недействительной, только если:  

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим  пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;  

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи  61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки  

кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно  было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо  об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности  или недостаточности имущества.  

Доказательств аффилированности АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК» либо  заинтересованности АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК» либо осведомленности АО «ТЭК  Мосэнерго» о неплатежеспособности ООО «УПТК» в материалы дела не представлено.  Доводы конкурсного управляющего об осведомленности АО «ТЭК Мосэнерго» о  неплатежеспособности ООО «УПТК» основаны на предположениях, имеют вероятностный  характер, вследствие чего не могут быть приняты судом во внимание.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не  доказаны осведомленность АО «ТЭК Мосэнерго», причинение вреда имущественным  правам кредиторов и факт совершения оспариваемой сделки с целью причинения такого  вреда, что в силу п. п. 5, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  является основанием для отказа в удовлетворении заявления об оспаривании сделки  должника.  

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что  заявление конкурсного управляющего ООО «УПТК» ФИО6 о признании  недействительным Соглашения о зачете встречных однородных требований от 05.08.2016г.,  заключенного между АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК», и применении последствий  недействительности сделок следует признать необоснованным и в его удовлетворении  отказать.  

Суд апелляционной инстанции, в свою очередь, пришел к выводу об  обоснованности и правомерности доводов конкурсного управляющего должника.  

В соответствии с соглашением о зачёте между Должником и АО «ТЭК Мосэнерго»  (далее по тексту - АО «ТЭК») были прекращены встречные однородные требования в  размере 345 206 607,80 руб.  

Первоначально между Должником и АО «ТЭК» отсутствовали какие-либо  обязательства до 27.05.2016.  

27.05.2016 между ОАО «ГлобалЭлектроСервис» и АО «ТЭК» было заключено  соглашение о расторжении договора, по которому АО «ТЭК» получило право требования  ОАО «ГлобалЭлектроСервис» к Должнику о возврате аванса по расторгнутому договору  поставки в размере 345 206 607,80 руб.:  

а) Должник и ОАО «ГлобалЭлектроСервис» заключили соглашение о расторжении  договора № 36/УПТК-ГЭС/15 от 30.04.2015, в соответствии с которым Должник обязан  вернуть ОАО «ГлобалЭлектроСервис» аванс в размере 345 206 607,80 руб.  

б) АО «ТЭК» и ОАО «ГлобалЭлектроСервис» заключили соглашение о расторжении  договора № 12/СХГР/15-8 от 23.03.2015, в соответствии с которым ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» передало АО «ТЭК» требования о возврате Должником аванса в  размере 345 206 607,80 руб., указанные выше в п. а).  

В свою очередь также 27.05.2016 Должник уступил (передал права по договорам)  АО «ТЭК» требования к своим контрагентам, за что АО «ТЭК» обязалось уплатить  Должнику 345 206 607,80 руб. (далее также - «Требования Должника»):  

в) Должник передал АО «ТЭК» права по договору поставки от 07.07.2015 № П- 124/15 с ЗАО «НПО «Аконит», а АО «ТЭК» в свою очередь обязалось уплатить 58 970 485,80  руб. за передаваемые права Должнику;  

г) Должник передал АО «ТЭК» права по договору поставки от 09.07.2015 № 58/2620  

(П-123/15) с АО «МК Ормето-ЮУМЗ», а АО «ТЭК» в свою очередь обязалось уплатить  

85 100 184 руб. за передаваемые права Должнику; 

д) Должник передал АО «ТЭК» права по договору поставки от 27.07.2015 № П- 147/15 с АО «НПК Медиана-фильтр», а АО «ТЭК» в свою очередь обязалось уплатить  

78 900 000 руб. за передаваемые права Должнику; 

е) Должник передал АО «ТЭК» права по договору поставки от 06.07.2015 № П- 122/15 с ООО «Энергетический Стандарт», а АО «ТЭК» в свою очередь обязалось уплатить  49 735 938 руб. за передаваемые права Должнику;  

ж) Должник передал АО «ТЭК» права по договору поставки от 27.10.2017 № П- 186/15 с ООО «Промтеплоинжиниринг», а АО «ТЭК» в свою очередь обязалось уплатить  

72 500 000 руб. за передаваемые права Должнику. 

Из вышеизложенного следует, что АО «ТЭК» имело к Должнику требования в  размере 345 206 607,80 руб. о возврате неотработанного аванса, а Должник имел к АО «ТЭК»  требования в размере 345 206 607,80 руб. за передачу прав по договорам поставки, которые  были прекращены путём заключения сторонами соглашения о зачёте.  

Определение сальдо, в отличие от зачёта, применяется только к взаимному  предоставлению сторон в рамках одного правоотношения, а не к любым встречным  однородным требованиям.  

Суд первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора  применил правовую позицию Верховного Суда РФ сформированную в Определениях  Верховного Суда РФ от 29.01.2018 по делу № 304-ЭС17-14946 и от 12.03.2018 по делу № 305- ЭС17-17564 в соответствии с которыми действия, направленные на установление  сложившегося в пользу заказчика сальдо взаимных предоставлений по каждому из  прекращённых договоров в отдельности, не является сделкой, которая может быть оспорена  по ст. 61.3 Закона о банкротстве, поскольку в таком случае отсутствует такой  квалифицирующий признак как предпочтение.  

Основное отличие института определения сальдо взаимных предоставлений от  зачёта заключается в том, что при сальдировании происходит определение завершающей  обязанности одной стороны в отношении другой по расторгнутому договору или нескольким  взаимосвязанным договорам, которые по своей сути представляют одно договорное  правоотношение.  

Следовательно, определение сальдо связано, в отличие от зачёта, не с прекращением  встречных обязательств сторон, а с тем, что в момент расторжения договора подлежит  определению разница в представленном друг другу сторонами по договору, которую  сторона, получившая большее удовлетворение, обязана вернуть.  

Однако встречные требования АО «ТЭК» и Должника не являются взаимным  предоставлением сторон.  

Как указывалось выше, засчитываемые в счёт друг друга требования сторон имеют  следующую правовую природу:  

• требования АО «ТЭК» к Должнику являются требованиями о возврате  неотработанного аванса по договору поставки, уступленными ОАО «ГлобалЭлектроСервис»;  

• требования Должника к АО «ТЭК» являются требованиями об оплате  задолженности по договорам о передаче прав по договорам Должника с контрагентами.  

То есть фактически требования Должника - это требования об оплате произведённой  уступки прав по договорам поставки.  

Из вышеизложенного следует, что требования сторон являются встречными и  однородными, что является достаточным основанием для прекращения требований путём  зачёта или соглашением сторон.  

Однако указанные выше требования сторон не могут и не подлежат сальдированию  по следующим причинам:  

• до заключения оспариваемого соглашения о зачёте Должник и АО «ТЭК» не  производили друг другу взаимного предоставления;  

• также Должник не имел взаимного предоставления с ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», от которого АО «ТЭК» получил свои права требования к  Должнику.  

Таким образом, рассматриваемые требования Должника к АО «ТЭК» и,  соответственно, АО «ТЭК» к Должнику представляют собой встречные денежные  обязательства сторон. При этом указанные обязательства не являются взаимным  предоставлением сторон или их правопреемников. Данные требования, с одной стороны,  представляют собой плату за произведённую уступку прав, а с другой стороны - требование  о возврате неотработанного аванса, которое также перешло по уступке.  

В связи с этим, указанные требования не могут подлежать сальдированию. 

Сделка должника с предпочтением может быть признана недействительной, в  частности, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть  оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших  до совершении оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами  в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве) (п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве).  

Такая сделка может быть признана недействительной, если она совершена после  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение  одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом  (п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве).  

С целью признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 1 и 2 ст.  61.3 Закона о банкротстве подлежат доказыванию следующие обстоятельства:  

• сделка была совершена после принятия судом заявления о банкротстве должника  или за 1 месяц до этого;  

• в результате совершения сделки кредитор получил или мог получить  удовлетворение в большем размере, чем он мог бы получить при удовлетворении требований  в порядке очередности, установленной ст. 134 Закона о банкротстве.  

Оспариваемая сделка была совершена после принятия судом заявления о  банкротстве Должника.  

Заявление о банкротстве Должника было принято Арбитражным судом города  Москвы - 23.05.2016 (Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2016 по делу   № А40-110809/2016-66-137).  

Оспариваемое соглашение о зачёте, согласно, в том числе, представленной в  материалы дела копии АО «ТЭК» с собственным штампом, было заключено 05.08.2016.  

Таким образом, оспариваемое соглашение о зачёте было заключено спустя более чем  2 месяца с момента принятия заявления о банкротстве Должника.  

Оспариваемые сделки привели к получению АО «ТЭК» большего удовлетворения,  чем оно могло бы получить при удовлетворении требований в порядке очерёдности,  установленной ст. 134 Закона о банкротстве.  

Требования АО «ТЭК» к Должнику являются реестровыми, не являются текущими  платежами.  

Как указывалось выше, требования АО «ТЭК» к Должнику представляют собой  требования о возврате неотработанного аванса в результате расторжения договора   № 36/УПТК-ГЭС/15 от 30.04.2015.  

При этом, как следует из материалов дела, договор был расторгнут соглашением от  

27.05.2019.  

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих  платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»: «При расторжении договора,  исполнение по которому было предоставлено кредитором до возбуждения дела о  банкротстве, в том числе когда такое расторжение произошло по инициативе кредитора в  связи с допущенным должником нарушением, все выраженные в деньгах требования  кредитора к должнику квалифицируются для целей Закона о банкротстве как требования,  подлежащие включению в реестр требований кредиторов.  

В частности, если кредитор до возбуждения дела о банкротстве произвел должнику  предварительную оплату по договору, то требование кредитора о ее возврате в связи с  расторжением данного договора не относится к текущим платежам независимо от даты его  расторжения».  

Следовательно, в соответствии с правовой позицией п. 8 Постановления Пленума  ВАС РФ от 23.07.2019 № 63, требования АО «ТЭК», перешедшие по уступке от ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», о возврате аванса, полученного Должником до возбуждения дела о  банкротстве и подлежащего возврату в связи заключением сторонами соглашения о  расторжении договора, являются реестровыми требованиями независимо от момента  расторжения договора.  

АО «ТЭК» получило большее удовлетворение требований, чем могло бы получить  при включении указанных требований в реестр требований кредиторов.  

Так, в результате оспариваемого соглашения о зачёте АО «ТЭК» получило  удовлетворение требований в размере 345 206 607,80 руб. по обязательству Должника о  возврате неотработанного аванса по договору поставки.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2017 по делу № А40- 110809/2016 Должник был признан несостоятельным (банкротом), данным судебным актом  установлено, что Должник не имеет достаточного имущества и денежных средств для  удовлетворения требований кредиторов (абз. 10 и 13 Решения Арбитражного суда города  Москвы от 22.12.2017 по делу № А40-110809/16).  

Следовательно, предполагается, пока не доказано иное, что имущества Должника  недостаточно для полного удовлетворения всех требований кредиторов.  

Конкурсным управляющим Должника вместе с заявлением об оспаривании сделки  был приобщён реестр требований кредиторов от 10.12.2018.  

Согласно реестру требований кредиторов Должника, на дату закрытия реестра  размер требований составляет:  

• второй очереди - 7 786 192,34 руб.; 

• третьей очереди, обеспеченных залогом имущества Должника - 4 672 666,74  руб.;  

• третьей очереди, учитываемых в части 2 раздела 3 реестра8 721 533 192,84 руб. 

Требования АО «ТЭК», вытекающие из договора на поставку, являются  требованиями, относящимися к третьей очереди реестра требований кредиторов,  учитываемые в части 2 раздела 3 реестра.  

Следовательно, требования АО «ТЭК» в случае включения в реестр требований  кредиторов Должника составляли бы не более 3,8 % от общего размера требований  кредиторов должника третьей очереди, учитываемых в части 2 раздела 3 реестра.  

Таким образом, полное удовлетворение требований АО «ТЭК» привело или могло  привести к удовлетворению требований кредитора в большем объёме, чем если бы его  требования удовлетворялись в порядке очередности, установленной ст. 134 Закона о  банкротстве.  

С учётом изложенного, следует применить нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

П. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки» (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)"»).  

В данном случае подтверждается наличие у оспариваемой сделки совокупности всех  обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

1. Оспариваемая сделка зачета была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов.  

Как указывалось выше, Должник и АО «ТЭК» не имели между собой  непосредственной хозяйственной деятельности и взаимных требований.  

АО «ТЭК» имело требования к ОАО «ГлобалЭлектроСервис» о возврате  неотработанного аванса по договору. При этом ОАО «ГлобалЭлектроСервис» имело  требования о возврате неотработанного аванса к Должнику.  

Должник, в свою очередь, так же имел договоры на поставку с рядом контрагентов  (ЗАО «НПО «Аконит», АО «МК Ормето-ЮУМЗ», АО «НПК Медиана-фильтр», ООО  «Энергетический Стандарт», ООО «Промтеплоинжиниринг») (далее также - «Контрагенты  Должника»), по которым были уплачены авансы.  

16.05.2016 в суд поступило заявление о банкротстве Должника. 23.05.2016 суд  принял заявление о банкротстве Должника.  

В связи с этим согласованными действиями Должника и АО «ТЭК» в целях зачета  после принятия судом заявления о банкротстве Должника в один день 27.05.2016 были  совершены следующие сделки:  

• ОАО «ГлобалЭлектроСервис» заключило с АО «ТЭК» соглашение о расторжении  договора с условием об уступке ОАО «ГлобалЭлектроСервис» к АО «ТЭК» требований к  Должнику на сумму 345 206 607,80 руб.  

• Должник уступил права по договорам со своими Контрагентами в пользу АО  «ТЭК», при этом стоимость платы за уступку соответствовала размеру уступаемых  требований. То есть уступка производилась без дисконта, что также свидетельствует об  отсутствии рыночного характера данных отношений.  

Впоследствии 05.08.2016 между Должником и АО «ТЭК» было заключено  соглашение о зачёте встречных однородных требований, полученных сторонами в результате  совершённых уступок.  

Таким образом, действия АО «ТЭК» и Должника были направлены на оплату  уступленных должником ответчику прав требования к ЗАО «НПО «Аконит», АО «МК  Ормето-ЮУМЗ», АО «НПК Медиана-фильтр», ООО «Энергетический Стандарт», ООО  «Промтеплоинжиниринг» не денежными средствами, а путем погашения обязательства  зачетом.  

Данные действия, по сути, направлены на получение удовлетворения АО «ТЭК» от  Должника в обход положений законодательства о включении в реестр кредиторов и  пропорциональном удовлетворении их требований. Данные обстоятельства подтверждают  

наличие цели причинения вреда в результате совершения сделки. 

2. АО «ТЭК» знало или должно было знать о наличии у Должника признаков  неплатёжеспособности.  

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона  сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 7  Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".  

Учитывая, что в Картотеке арбитражных дел Определение о принятии заявления о  банкротстве Должника было опубликовано 23.05.2016, а оспариваемая сделка была  совершена 05.08.2016, а также то, что к указанному моменту Должник имел неисполненные  обязательства перед АО «ТЭК» на 345 206 607,80 руб., то пока не доказано иное считается,  что АО «ТЭК» знало или должно было знать о принятии в отношении Должника заявления о  банкротстве.  

3. Соглашение о зачёте причинило вред кредиторам Должника, поскольку Должник  утратил право требования к ответчику об оплате уступленных Должником ответчику прав  требования к ЗАО «НПО «Аконит», АО «МК Ормето-ЮУМЗ», АО «НПК Медиана-фильтр»,  ООО «Энергетический Стандарт», ООО «Промтеплоинжиниринг».  

 «При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение ... размера  имущества должника ..., а также иные последствия совершенных должником сделок ...,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов  получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества» (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)"»).  

Из вышеизложенного следует, что в связи с заключением соглашения о зачёте  Должник утратил право на взыскание с АО «ТЭК» денежных средств в размере  

345 206 607,87 руб., что привело к утрате возможности удовлетворения требований  кредиторов на указанную сумму.  

Законом о банкротстве предусмотрено возражение на заявление о  недействительности сделки, если сделка была совершена в рамках обычной хозяйственной  деятельности должника (п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве).  

Суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела пришёл к выводу о том,  что оспариваемое соглашение о зачёте было совершено в рамках обычной хозяйственной  деятельности Должника.  

Однако данное возражение не подлежит применению в настоящем деле, поскольку  размер требований, засчитываемых по данной сделке, превышает 1 % стоимости активов  должника за последний отчётный период:  

• засчитываемые требования составляют 345 206 607,87 руб.;  

• стоимость активов Должника согласно бухгалтерской отчётности за 2015 год на  отчётную дату отчётного периода составила 4 846 850 000 рублей.  

Следовательно, 1 % от стоимости активов Должника за 2015 год по  бухгалтерской отчётности составляет 48 468 500 руб.  

При этом ссылка на характер обычной хозяйственной деятельности Должника при  совершении сделки является необоснованной.  

Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки»  (абз. 1 п. 14 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)".  

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не  отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок,  неоднократно совершавшихся до этого должника в течение продолжительного периода  времени. Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам (к сделкам в  пределах обычной хозяйственной деятельности) платеж со значительной просрочкой (абз. 4  п. 14 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)".  

Сделка по заключению соглашения о зачёте обязательств, вытекающих из уступки  прав по договору поставки и обязательства по возврату аванса по расторгнутому договору,  не является обычной хозяйственной деятельностью Должника. Должник не совершал на  регулярной основе аналогичных сделок в течение продолжительного времени. Доказательств  обратного представлено не было.  

Таким образом: 

Оспариваемое соглашение о зачёте может быть оспорено в рамках дела о  банкротстве, поскольку встречные требования Должника и АО «ТЭК» вытекают из разных  правоотношений, имеют разную правовую природу и не являются взаимным  предоставлением сторон (требования об оплате уступки и требования о возврате аванса). В  связи с этим указанные требования не могут быть прекращены путём сальдирования.  

В результате заключения соглашения о зачёте после принятия судом заявления о  банкротстве в отношении Должника АО «ТЭК» получило полное удовлетворение  требований в размере 345 206 607,87 руб., что привело или могло привести к оказанию  кредитору преимущества при удовлетворении требований (п. 1 и 2 ст. 61.3 Закона о  банкротстве).  

Суд первой инстанции применил п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве, не подлежащий  применению.  

Заключение соглашений о зачёте не является обычной хозяйственной  деятельностью Должника. Материалами дела не подтверждается, что Должник совершал  такие сделки регулярно при осуществлении своей деятельности.  

Размер сделки превышает 1% активов Должника на последний отчётный период.  

Таким образом, с делка по заключению соглашения о зачёте обязательств,  вытекающих из уступки прав по договору поставки, и обязательства по возврату аванса по  расторгнутому договору не является обычной хозяйственной деятельностью Должника.  Должник не совершал на регулярной основе аналогичных сделок в течение  продолжительного времени. Доказательств обратного представлено не было.  

Соглашение о зачёте имеет признаки недействительности, предусмотренные  нормами п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

При изложенных обстоятельствах следует признать правомерными требования  конкурсного управляющего должника о признании недействительным Соглашения о зачете  встречных однородных требований от 05.08.2016г., заключенного между АО «ТЭК  Мосэнерго» и ООО «УПТК», и применить последствия недействительности этой сделки:  

Восстановить требование ООО «УПТК» к АО «ТЭК Мосэнерго» на сумму  345 206 607,80 руб.,  

Восстановить требование АО «ТЭК Мосэнерго» к ООО «УПТК» на сумму  

345 206 607,80 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-270, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15 октября 2019 года по делу № А40- 

110809/2016 отменить. 

Признать недействительным Соглашение о зачете встречных однородных  

требований от 05.08.2016г., заключенное между АО «ТЭК Мосэнерго» и ООО «УПТК». 

Применить последствия недействительности сделки:  Восстановить требование ООО «УПТК» к АО «ТЭК Мосэнерго» на сумму  

345 206 607,80 руб., 

Восстановить требование АО «ТЭК Мосэнерго» к ООО «УПТК» на сумму  345 206 607,80 руб.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную  

силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления  

постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.  

Председательствующий судья В.С. Гарипов  

Судьи:  Р.Г. Нагаев 

И.М. Клеандров 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.