ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина 100б, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А10-1842/2017

3 августа 2017 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 3 августа 2017 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Ячменёва Г.Г.,

судей Желтоухова Е.В., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Четвертом арбитражном апелляционном суде представителей лиц, участвующих в деле, при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Арбитражном суде Республики Бурятия:

от предпринимателя ФИО2: не было (извещена);

от Бурятской таможни: ФИО3, доверенность от 17 октября 2016 года; ФИО4, доверенность от 10 мая 2017 года,

с участием судьи Арбитражного суда Республики Бурятия, осуществляющего организацию видеоконференц-связи, ФИО5, при ведении протокола совершения отдельного процессуального действия секретарем судебного заседания ФИО6,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Холхоновой Даримы Зориктуевны на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 8 июня 2017 года по делу № А10-1842/2017 по заявлению индивидуального предпринимателя Холхоновой Даримы Зориктуевны (ОГРНИП 306031008300011, ИНН 

<

***>; г. Улан-Удэ) к Бурятской таможне (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>) о признании незаконным постановления от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 

(суд первой инстанции: Пунцукова А.Т.)

и установил:

Индивидуальный предприниматель Холхонова Дарима Зориктуевна (далее – предприниматель ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением к Бурятской таможне (далее – таможня, административный орган) о признании незаконным и отмене постановления от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017, в соответствии с которым она привлечена к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 8 июня 2017 года в удовлетворении заявленного предпринимателем требования отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях предпринимателя ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации, и об отсутствии процедурных нарушений при привлечении к административной ответственности.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО2 обжаловала его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, считает его необоснованным. В частности, предприниматель считает, что оспариваемое постановление подлежит отмене ввиду отсутствия ее вины. По мнению заявителя апелляционной жалобы, необоснованными являются доводы таможни, поддержанные судом первой инстанции, о непринятии ее необходимых мер для соблюдения действующего валютного законодательства, в том числе невнесении предпринимателем в договор условий, исключающих риск невозврата денежных средств, поскольку риск возникновения неплатежеспособности контрагента полностью исключить невозможно. Как указывает предприниматель, К/Х «Павлик» осуществляло поставку сельскохозяйственной продукции собственного производства, наличие которой зависит от факторов, независящих от поставщика; при проверке контрагента на благонадежность при заключении договора поставки не было выявлено информации, негативно характеризующей контрагента; представитель предпринимателя ФИО2 до заключения договора поставки выезжал непосредственно по месту нахождения К/Х «Павлик» с целью установления условий хранения продукции, объемов и сроков возможных поставок.

Предприниматель ФИО2 отмечает, что договором поставки предусмотрена ответственность поставщика за нарушение сроков поставки в виде пени в размере 0,1%; сторонами заключено пророгационное соглашение об исключительной подсудности Арбитражному суду Республики Бурятия; договором предусмотрено, что условия поставки товара согласуются сторонами в спецификациях на каждую партию товара в отдельности. Заявитель апелляционной жалобы указывает также, что сторонами согласована лишь частичная предоплата в сумме 195 000 рублей, что составляет 12,7% от общей стоимости товара, подлежавшего поставке.

Несостоятельными, по мнению предпринимателя, являются и доводы таможни о страховании коммерческих рисков при осуществлении предпринимательской деятельности, поскольку на рынке страховых услуг в Республике Бурятия не существует коммерческих предложений, которые позволили бы покупателю произвести страхование от риска непоставки товаров либо невозврата денежных средств поставщиком.

Заявитель апелляционной жалобы отмечает, что ФИО2 предприняты все возможные меры по соблюдению норм валютного законодательства, а именно: в адрес контрагента направлено претензионное письмо, с контрагентом велись телефонные переговоры и переписка с бухгалтером поставщика ФИО8 Кроме этого, предприниматель ФИО2 указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что она воспрепятствовала возврату денежных средств, уплаченных нерезиденту за не поставленный товар.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу таможня выражает согласие с решением суда первой инстанции, просит оставить его без изменения.

О времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы предприниматель ФИО2 извещена надлежащим образом в порядке, установленном главой 12 АПК Российской Федерации, что подтверждается возвращенным почтовым конвертом, отчетом об отслеживании почтовых отправлений с официального сайта Почты России (http://www.pochta.ru/tracking), а также отчетом о публикации 30 июня 2017 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети Интернет (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству, однако явку своего представителя в судебное заседание не обеспечила, заявив ходатайство о рассмотрении дела без участия его представителя.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, изучив материалы дела, выслушав представителей таможни, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между предпринимателем ФИО2 (покупатель) и К/Х «Павлик» (поставщик) заключен договор поставки от 31 августа 2015 года № 1, предметом которого является поставка товаров на общую сумму 50 000 000 рублей (т. 1, л.д. 24-26, 79-81).

В соответствии с требованиями Инструкции Центрального Банка Российской Федерации от 4 июня 2012 года № 138-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением» в филиале ПАО «Банк ВТБ» 3 сентября 2015 года оформлен паспорт сделки № 15090003/1000/0003/2/2, в котором дата завершения исполнения обязательств по контракту указана – 31 декабря 2016 года.

Пунктом 5.2 договора предусмотрено, что покупатель осуществляет предоплату в размере 50% от стоимости партии товара в течение пяти банковских дней с момента выставления поставщику счета; оставшиеся 50% уплачиваются покупателем на основании выставленного счета-фактуры не позднее семи календарных дней от даты поставки товара на склад покупателя.

Согласно пункту 6.2 договора в случае нарушения поставщиком согласованного сторонами срока поставки товара, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 0,1% от суммы непоставленного товара за каждый день просрочки.

При этом срок возврата уплаченных денежных средств за непоставленный товар договором не определен.

В счет исполнения условий договора поставки № 1 от 31 августа 2015 года покупатель 3 сентября 2015 года осуществил оплату за товар в сумме 728 097,55 рублей, 12 октября 2015 года – в сумме 659 885,95 рублей, 30 марта 2016 года – в сумме 195 000 рублей.

Согласно ведомости банковского контроля по контракту отрицательное сальдо на момент проверки составило 195 000 рублей (т. 1, л.д. 106-110).

28 апреля 2016 года предприниматель ФИО2 и К/Х «Павлик» заключили дополнительное соглашение № 3 к договору поставки от 31 августа 2015 года № 1, в соответствии с которым сторонами установлен срок отгрузки товара: июнь-июль 2016 года (т. 1, л.д. 83).

Дополнительным соглашением от 6 июня 2016 года № 4 сторонами согласованы новые условия поставки товара: сумму предоплаты в размере 195 000 рублей, произведенной покупателем 30 марта 2016 года согласно платежному поручению № 863, зачесть в счет оплаты товара, подлежащего поставке в соответствии со спецификацией № 4 от 6 июня 2016 года (т. 1, л.д. 84).

В ходе проведения проверки с целью контроля за соблюдением предпринимателем ФИО2 валютного законодательства и актов органов валютного регулирования по договору поставки от 31 августа 2015 года № 1 таможенным органом выявлен факт невозврата денежных средств, уплаченных предпринимателем ФИО2 по спорному договору поставки нерезиденту за не ввезенные в Российскую Федерацию товары в сумме 195 000 рублей.

По результатам проведенной проверки составлен акт от 17 марта 2017 года № 10602000/170317/0000026 проверки соблюдения предпринимателем ФИО2 валютного законодательства и актов органов валютного регулирования (т. 1, л.д. 148-150) и протокол об административном правонарушении от 17 марта 2017 года № 10602000-436/2017 (т. 1, л.д. 18-23).

Постановлением от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания  по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 предприниматель ФИО2  привлечена к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации в виде административного штрафа в размере –  ¾ суммы денежных средств, не возвращенных в Российскую Федерацию, что составляет 146 250 рублей (т. 1, л.д. 11-17).

Не согласившись с постановлением таможни, предприниматель ФИО2 оспорила его в судебном порядке.

Суд апелляционной инстанции считает ошибочными выводы суда первой инстанции о законности оспариваемого постановления административного органа, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» при осуществлении внешнеторговой деятельности резиденты, если иное не предусмотрено этим Законом, обязаны в сроки, предусмотренные внешнеторговыми договорами (контрактами), обеспечить возврат в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (неполученные на территории Российской Федерации) товары, невыполненные работы, неоказанные услуги, непереданные информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них.

Частью 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации предусмотрена административная ответственность за невыполнение резидентом в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (не полученные в Российской Федерации) товары, невыполненные работы, неоказанные услуги либо за непереданные информацию или результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них. 

Системный анализ названных правовых норм позволяет сделать вывод о том, что невыполнение резидентом обязанности по возврату денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (не полученные в Российской Федерации) товары при отсутствии фактов противоправного поведения резидента, препятствующего получению товаров или возврату уплаченных денежных средств, а также в случае принятия резидентом зависящих от него мер для получения этих средств не образует состава правонарушения, установленного частью 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации.

Такая правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2009 года № 5227/09.  

В силу части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 4 статьи 210 АПК Российской Федерации по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

Следовательно, с учетом приведенной сохраняющей силу правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в рассматриваемом случае Бурятская таможня доказать совокупность следующих обстоятельств: 

1) противоправное поведение предпринимателя ФИО2, препятствующее получению товаров или возврату уплаченных денежных средств;

2) непринятие предпринимателем ФИО9 зависящих от нее мер для получения от казахстанского контрагента товаров или возврата уплаченных денежных средств.

Однако ни протокол об административном правонарушении от 17 марта 2017 года № 10602000-436/2017 (т. 1, л.д. 18-23), ни постановление от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания  по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 (т. 1, л.д. 11-17) не содержат каких-либо сведений о противоправном поведении предпринимателя ФИО2, препятствующем возврату уплаченных денежных средств. 

В материалах дела соответствующие доказательства также отсутствуют.

Судом первой инстанции подобное обстоятельство, имеющее существенное значение для правильного рассмотрения дела, также не установлено. 

Напротив, из письменных объяснений предпринимателя ФИО2 от 2 марта 2017 года, на которое имеются ссылки как в протоколе об административном правонарушении, так и в оспариваемом постановлении, усматривается, что предпринимателем принимались определенные меры к возврату денежных средств (направлена письменная претензия, от 25 августа 2016 года, велись переговоры по телефону и с использованием программного обеспечения Skype). 

Суд апелляционной инстанции отмечает также, что во исполнение своих обязательств по договору поставки № 1 от 31 августа 2015 года предпринимателем иностранному контрагенту было перечислено в общей сложности 1 582 983,50 рублей (3 сентября 2015 года - 728 097,55 рублей, 12 октября 2015 года –- 659 885,95 рублей, 30 марта 2016 года – 195 000 рублей), при этом стоимость не ввезенного товара составила 195 000 рублей, то есть всего 12,4% от общей суммы уплаченных денежных средств. 

Данное обстоятельство (обеспечение ввоза товаров на сумму 1 387 983,50 рублей, или 87,6% от предоплаченных товаров), по убеждению суда апелляционной инстанции, также свидетельствует о том, что предприниматель не препятствовала получению товаров или возврату уплаченных денежных средств. 

В определенной мере о том, что предприниматель не имеет намерения препятствовать возврату уплаченных иностранному контрагенту денежных средств, свидетельствует и факт подачи ею искового заявления в Арбитражный суд Республики Бурятия о взыскании задолженности (дело № А10-2504/2017). 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при рассмотрении административного дела вопрос о противоправном поведении предпринимателя ФИО2, препятствующем возврату уплаченных денежных средств в сумме 195 000 рублей, Бурятской таможней в нарушение требований статей 1.5, 24.1, 26.1, 29.1 и 29.7 КоАП Российской Федерации не выяснялся, что в итоге привело к принятию незаконного постановления о привлечении предпринимателя к административной ответственности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. 

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются, в частности, всестороннее, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП Российской Федерации).

На основании статьи 26.1 КоАП Российской Федерации по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе виновность лица в совершении административного правонарушения, а также обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении.

Таким образом, привлекая предпринимателя к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации, Бурятская таможня обязана была установить все элементы данного административного правонарушения (субъект, объект, субъективную сторону, объективную сторону). 

Однако в оспариваемом постановлении таможенного органа не содержится характеристики элементов состава вмененного предпринимателю административного правонарушения (в частности, отсутствует описание субъективной его стороны).   

Между тем, согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

В пункте 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июля 2010 года № 934-О-О указано, что несмотря на то что названные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.

По сути, аналогичная правовая позиция выражена также и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации (например, Постановления от 7 июня 2000 года № 10-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 17 июля 2002 года № 13-П, Определение от 9 апреля 2003 года № 172-О).

В соответствии с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 30 июля 2001 года № 13-П, от 24 июня 2009 года № 11-П и от 17 ноября 2016 года № 25-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая меры взыскания штрафного характера, может предусматривать - с учетом особенностей предмета регулирования - различные формы вины и распределение бремени ее доказывания. 

Закрепляющий общие положения и принципы административно-деликтного законодательства КоАП Российской Федерации исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2016 года № 14-П указано, что по смыслу статьи 49 Конституции Российской Федерации и конкретизирующей ее положения статьи 1.5 КоАП Российской Федерации, обязательным признаком состава административного правонарушения и, как следствие, основанием административной ответственности является наличие вины привлекаемого к ней лица. Иная интерпретация условий наступления административной ответственности, допускающая наложение административного наказания за действия (бездействие) при наличии лишь признаков объективной стороны состава административного правонарушения, противоречила бы вытекающему из статьи 49 Конституции Российской Федерации принципу виновной ответственности за такого рода деликты, приводила бы к объективному вменению и в конечном счете - в нарушение принципов юридического равенства и справедливости - к несоразмерному ограничению прав и свобод (преамбула; статья 1, часть 1; статья 19, части 1 и 2; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В сохраняющем силу постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 мая 2007 года № 16234/06 указано, что особенность вины индивидуальных предпринимателей характеризуется КоАП Российской Федерации иными критериями, чем вина юридических лиц, в связи с чем применение критериев вины, установленных частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации для юридических лиц, к индивидуальным предпринимателям неправомерно.

Из этого же исходит и Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа (например, постановление от 16 октября 2014 года по делу № А19-1697/2014). 

Вина индивидуального предпринимателя как физического лица в форме умысла или неосторожности должна быть установлена и доказана административным органом в соответствии со статьей 2.2 КоАП Российской Федерации.

Данной статьей установлено, что административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1). Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

По делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4 статьи 210 АПК Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

В пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Однако ни в протоколе об административном правонарушении от 17 марта 2017 года № 10602000-436/2017 (т. 1, л.д. 18-23), ни в постановлении от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания  по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 (т. 1, л.д. 11-17) не указана форма вины предпринимателя (совершено ли вмененное ей правонарушение умышленно или по неосторожности), из чего суд апелляционной инстанции делает вывод о том, что субъективная сторона правонарушения (вина) таможенным органом надлежащим образом не устанавливалась. 

Суду апелляционной инстанции представители Бурятской таможни пояснили, что административное правонарушение совершено предпринимателем по неосторожности (протокол судебного заседания от 27 июля 2017 года). 

Однако, во-первых, из протокола об административном правонарушении от 17 марта 2017 года № 10602000-436/2017 и постановления от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания  по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 вовсе не следует, что таможенным органом была установлена вина предпринимателя ФИО2 в форме неосторожности.  

Во-вторых, исходя из правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2009 года № 5227/09, согласно которой для привлечения к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации необходимо установить противоправное поведение резидента, препятствующее получению товаров или возврату уплаченных денежных средств, вина индивидуального предпринимателя как физического лица в совершении рассматриваемого правонарушения может быть выражена только в форме умысла.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что таможенным органом не установлено и не доказано наличие в действиях (бездействии) предпринимателя ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Согласно части 2 статьи 211 АПК Российской Федерации в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения.

Поскольку судом первой инстанции не были учтены приведенные выше нормы права, правовые позиции и фактические обстоятельства дела, обжалуемое решение подлежит отмене с принятием нового судебного акта о признании оспариваемого постановления административного органа незаконным и отмене его полностью. 

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 8 июня 2017 года по делу № А10-1842/2017, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 8 июня 2017 года по делу № А10-1842/2017 отменить.

Принять новый судебный акт.

Постановление Бурятской таможни от 30 марта 2017 года о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10602000-436/2017 признать незаконным и отменить полностью.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Председательствующий судьяГ.Г. Ячменёв

СудьиЕ.В. Желтоухов

 

В.А. Сидоренко