ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-15167/2015

г. Вологда

14 июня 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 14 июня 2019 года.

 

         Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Виноградова О.Н. и Шумиловой Л.Ф.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

при участии от ООО «Строй дом» ФИО2 по доверенности       от 02.02.2018 № 8, от ООО «СК «Стройсервис» ФИО3 по доверенности от 24.01.2019, финансового управляющего ФИО4 ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строй дом» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 05.03.2019 по делу                           № А13-15167/2015,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Строй дом» (160028,                    

<

...> терр. 6 км; ИНН 

<

***>;                                   ОГРН 

<

***>; далее – ООО «Строй дом») обратилось в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской области от 05.03.2019 о признании недействительным соглашения о зачёте встречных требований от 22.03.2016, заключённого обществом с ограниченной ответственностью «Строительное управление-13» (160000, 

<

...>;                        ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – ООО «СУ-13», Должник) и                ООО «Строй дом», и о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления взаимных обязательств сторон в сумме 1 431 400 руб.: Должника перед ООО «Строй дом» по соглашению о новации от 08.02.2016              и ООО «Строй дом» перед Должником по договору участия в долевом строительстве жилья от 10.02.2016 № 102-6/8/С; о признании недействительным соглашения о новации от 08.02.2016, заключённого Должником и ООО «Строй дом», и о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления обязательства Должника перед ООО «Строй дом» в сумме 1 431 400 руб. по соглашению о переводе долга от 04.02.2016 № б/н, заключённого обществом с ограниченной ответственностью «СтройЭквип» (далее – ООО «СтройЭквип») с Должником и обществом с ограниченной ответственностью «СтройПрактика» (далее –             ООО «СтройПрактика»), и по договору уступки прав требования                                 от 05.02.2016№ 1/05-02/16, заключённому ООО «СтройЭквип» и ООО «Строй дом»; о признании недействительным соглашения о переводе долга от 04.02.2016, заключённого ООО «СтройЭквип» с Должником и                                 ООО «СтройПрактика», в части принятия Должником  задолженности                    ООО «СтройПрактика» перед ООО «СтройЭквип» по договору поставки                  от 30.01.2015 № 000071 в сумме 1 431 400 руб., о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности                             ООО «СтройПрактика» перед ООО «СтройЭквип» в сумме 1 431 400 руб.; об отказе ООО «Строй дом» включить требование о передаче однокомнатной квартиры № 102 общей проектной площадью 48,1 кв.м, расположенной на 2-м этаже многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>, в реестр требований о передаче жилых помещений Должника в размере 1 431 400 руб.

ООО «Строй дом» с определением суда не согласилось, в апелляционной жалобе, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, нарушение судом норм процессуального и материального права, просит его отменить и принять по делу новый судебный акт. Доводы жалобы сводятся к тому, что ни ООО «Строй дом» (не является стороной сделок), ни бывший директор Должника (документы переданы арбитражному управляющему, часть изъята правоохранительными органами) не имели возможности предоставить документальные доказательства. Суд не проверил голословные доводы управляющего, не истребовал у него документов, что привело к преимущественному положению внешнего управляющего, освободив его от доказывания обстоятельств, на которые он ссылался, и вынесению незаконного определения. Довод суда о том, что ФИО4 имела статус индивидуального предпринимателя и являлась учредителем и директором в ряде других организаций, не имеет значения для рассматриваемого дела, так как согласно договору поручительства от 30.01.2015 ФИО4 поручалась за обязательства именно ООО «СтройПрактика» по договору поставки, в рамках которого поставлялись строительные материалы на объект Должника. Выписка из банка подтверждает наличие денежных переводов между Должником и    ООО «СтройПрактика», но суд не выяснил, по каким договорам производились перечисления, наличие иных договоров между Должником и                               ООО «СтройПрактика», имелась или отсутствовала задолженность у Должника перед ООО «СтройПрактика» на момент заключения оспариваемого соглашения о переводе долга от 04.02.2016. Внешним управляющим не представлено доказательств, что на дату заключения соглашения о переводе долга взаимные задолженности Должника и ООО «СтройПрактика» погашены в полном объёме, а Должник, принимая долг последнего, увеличил размер кредиторской задолженности. Ссылается на злоупотребление внешним управляющим предоставленным правом. Указывает на то, что директор                  ООО «Парадигма» ФИО6 являлся номинальным директором, что суд не выяснял, поэтому не имеет правового значения подпись ФИО7 в соглашении о переводе долга от 04.02.2016 или ФИО6, поскольку на нём имеется печать ООО «СтройПрактика», которая не оспорена, что свидетельствуют о наличии у подписавших лиц соответствующих полномочий, что явствовало из обстановки, в которой они действовали в спорном правоотношении. ООО «СтройЭквип», а тем более ООО «Стройдом» не могли и не обязаны знать о финансовых взаимоотношениях Должника и                 ООО «СтройПрактика». Должник как был должником на сумму 1 431 400 руб., так им и остался, поменялся только кредитор с ООО «СтройПрактика» на               ООО «СтройЭквип», никаким образом перевод долга не изменил финансовое положение Должника. Судом не приведено неопровержимых доводов, что  ООО «СтройПрактика» и Должник заключали вышеуказанные сделки при отсутствии финансово-хозяйственных связей, в противном случае теряется здравый смысл, логика и экономическая целесообразность таких сделок, как поручительство, соглашения о переводе долга, соглашения о взаимозачёте. Оспариваемые сделки являлись для Должника сделками, совершаемыми в процессе обычной хозяйственной деятельности. Из анализа судебных актов, принятых по настоящему делу, следует, что подобные соглашения о переводе долга, договоры уступки прав требования, соглашения о взаимозачёте заключались со многими контрагентами Должника, что цена оспариваемых сделок в размере  1 431 400 руб. составляет менее 1 % балансовой стоимости активов Должника. Сделки направлены не на погашение чужих обязательств, а на погашение обязательств Должника за поставленные стройматериалы, так как конечным получателем строительных материалов являлся именно Должник. Доказательств получения Должником аналогичных строительных материалов от других контрагентов внешним управляющим не представлено. Факт существования жилого дома не оспаривается. Указывает на то, что поскольку ООО «СтройЭквип» ликвидировано 26.08.2016 и настоящий спор не может быть рассмотрен без участия одного из контрагентов, то производство по делу подлежит прекращению. Ссылка суда на вывод Верховного Суда Российской Федерации, указанный в определении от 21.01.2019 № 306-ЭС16-9687, к рассматриваемым обстоятельствам необоснованна. Соглашение о новации от 08.02.2016, заключённое Должником и ООО «Строй дом», соответствует форме, установленной законом, заключено между сторонами, входившими в первоначальное обязательство. Судом не приведено ни одного законного основания для признания соглашения о новации недействительным. Соглашение о зачёте встречных требований заключено до введения в отношении Должника процедуры наблюдения и не требовало согласования с временным управляющим Должника. Признание недействительными оспариваемых сделок влечёт необоснованное обогащение Должника (отсутствие оплаты за поставку строительных материалов на свой объект), нарушаются права ООО «Строй дом» ввиду невозможности взыскания ущерба с ликвидированного лица - ООО «СтройЭквип». За уступку права требования по договору от 05.02.2016 № 1/05-02/16 ООО «Строй дом» уплатило                       ООО «СтройЭквип» вознаграждение. ООО «СтройЭквип» несёт ответственность за достоверность передаваемых прав. Признав недействительным соглашение о переводе долга при ликвидированной стороне этого соглашения, по которому уступлено право требования, суд лишил                 ООО «Строй дом» возможности возмещения ущерба. Считает, что судом неправомерно к рассматриваемым сделкам применены статьи 61.1 – 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), оспариваемые сделки не подпадают под критерии недействительности, указанные в соответствующих нормах. В дополнениях к жалобе апеллянт просит принять во внимание выводы Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определении от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2). Вопрос о наличии (отсутствии) группы лиц, контролируемой бывшим директором Должника ФИО4, разрешён судом при неправильном применении норм процессуального права о доказательствах.  

Внешний управляющий Должника ФИО8 в отзыве на апелляционную жалобу с доводами, изложенными в ней, не согласился. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы, в ней изложенные, поддержал.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Строительная Компания «Стройсервис» (далее – ООО «СК «Стройсервис») жалобу поддержал.

         Финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 просила судебный акт первой инстанции оставить без изменения.

         Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «СтройЭквип» (поставщик) и ООО «СтройПрактика» (покупатель) 30.01.2015 заключили договор поставки № 000071, по условиям которого поставщик обязуется поставлять строительные и отделочные материалы покупателю, а покупатель обязуется принимать и оплачивать товар на условиях предоплаты или 21-дневной отсрочки платежа после поставки товара.

Согласно акту сверки взаимных расчётов задолженность                             ООО «СтройПрактика» перед ООО «СтройЭквип» за поставленный материал в период с 12.02.2015 по 25.05.2015 составила 1 431 400 руб.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 23.10.2015 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «СУ-13».

ООО «СтройЭквип», ООО «СУ-13» и ООО «СтройПрактика» 04.02.2016 заключили соглашение о переводе долга, в соответствии с которым               ООО «СУ-13» приняло на себя задолженность ООО «СтройПрактика» в размере 1 431 400 руб. по оплате долга по договору поставки от 30.01.2015                    № 000071 перед ООО «СтройЭквип».

ООО «СтройЭквип» и ООО «Строй дом» 05.02.2016 заключили договор уступки прав требования № 1/05-02/16, в соответствии с которым                          ООО «СтройЭквип» уступило ООО «Строй дом» право требования задолженности к ООО «СУ-13» в размере 1 431 400 руб., возникшей на основании договора перевода долга.

ООО «СУ-13» и ООО «Строй дом» 08.02.2016 заключили соглашение о новации, в соответствии с которым обязательство ООО «СУ-13» перед                   ООО «Строй дом» в размере 1 431 400 руб. заменено беспроцентным займом со сроком возврата 22.04.2016.

ООО «СУ-13» и ООО «Строй дом» 10.02.2016 заключили договор участия в долевом строительстве, по условиям которого ООО «СУ-13» обязуется передать ООО «Строй дом» квартиру по цене 1 431 400 руб.

Определением суда от 29.02.2016 к банкротству Должника применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Инспекция государственного строительного надзора Вологодской области. 

ООО «СУ-13» и ООО «Строй дом» 22.03.2016 заключили соглашение о зачёте встречных требований, в соответствии с которым стороны произвели гашение взаимных обязательств на сумму 1 431 400 руб. по следующим договорам: ООО «СУ-13» погасило свою задолженность перед ООО «Строй дом» по соглашению о новации, ООО «Строй дом» - свою задолженность перед ООО «СУ-13» по договору участия в долевом строительстве жилья от 10.02.2016 № 102-6/8/С. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда     от 29.09.2016 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Определением суда от 15.09.2017 в отношении Должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим Должника утверждён ФИО8, который на основании пункта 1 статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статей 168, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в арбитражный суд с настоящим требованием, уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ, ссылаясь на то, что сделки по переводу долга, новации и зачёту совершены после возбуждения дела о банкротстве Должника, на дату их совершения у последнего имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, заключение новации и зачёта привело к нарушению очерёдности удовлетворения требований кредиторов Должника и предпочтительному удовлевторению требований ООО «Строй дом», договор перевода долга содержит признаки недействительности, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и ничтожности, предусмотренные статьями 168, 575 ГК РФ. Полагает, что оспариваемые сделки следует рассматривать в совокупности между собой, поскольку они имеют практически одинаковый состав участников, заключены в течение непродолжительного периода времени, преследуют одну цель и совершены с намерением причинить вред Должнику и его кредиторам. Совершение сделок повлекло уменьшение конкурсной массы Должника. Указывает на то, что предмет соглашения о переводе долга не согласован. 

В свою очередь ООО «Строй дом» обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о включении его требования в реестр требований передачи жилых помещений Должника вышеуказанной квартиры в размере                1 431 400 руб.

Определением суда от 12.12.2018 указанные требования объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования ООО «Строй дом», признал их необоснованными, а требование внешнего управляющего Должника ФИО8 - подлежащим удовлетворению.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с вынесенным судом определением. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1                 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из пункта 1 статьи 201.6 Закона о банкротстве, требования о передаче жилых помещений предъявляются и рассматриваются в порядке, установленном статьями 71 и 100 названного Закона.

Арбитражному суду при рассмотрении обоснованности требований о передаче жилых помещений должны быть предоставлены доказательства, подтверждающие факт полной или частичной оплаты, осуществленной участником строительства во исполнение своих обязательств перед застройщиком по договору, предусматривающему передачу жилого помещения (пункт 2 указанной статьи).

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве под требованием о передаче жилого помещения понимают требование участника строительства о передаче ему на основании возмездного договора в собственность жилого помещения (квартиры или комнаты) в многоквартирном доме, который на момент привлечения денежных средств и (или) иного имущества участника строительства не введён в эксплуатацию (далее – договор, предусматривающий передачу жилого помещения).

Согласно подпункту 3 пункта 6 статьи 201.1 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе признать наличие у участника строительства требования о передаче жилого помещения или денежного требования в том числе в случае заключения предварительного договора участия в долевом строительстве или предварительного договора купли-продажи жилого помещения в объекте строительства.

На основании пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность данных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении их в реестр требований кредиторов.

В силу положений статьи 100 Закона о банкротстве требование кредитора подлежит включению в реестр требований кредиторов должника на основании определения арбитражного суда. Рассматривая заявление кредитора, суд проверяет как обоснованность предъявленных им требований, так и наличие оснований для включения их в реестр требований кредиторов должника.

Согласно статье 28 Закона о банкротстве сведения о введении в отношении Должника внешнего управления опубликованы 16.09.2017 в газете «Коммерсантъ» № 172. 

  Поскольку требование кредитором заявлено 29.10.2018, заявителем установленный Законом о банкротстве срок пропущен, ходатайство о его восстановлении не заявлено.

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключённости и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

  Кроме того, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума                            от 04.10.2011 № 6616/11 по делу № А31-4210/2010-1741, в силу специфики дел о банкротстве арбитражный суд должен создать условия для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, для этого может требовать у заявителя предоставление документов (истребовать доказательства), подтверждающих требования.

  Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012     № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В подтверждение факта приобретения спорной квартиры в материалы дела представлены договор участия в долевом строительстве, факта оплаты –вышеуказанные договоры.

Между тем согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

  В силу пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства.

  Таким образом, апелляционный суд считает, что внешний управляющий Должника ФИО8 правомерно 31.08.2018 обратился в рамках дела о банкротстве с заявлением о признании сделки Должника недействительной с соблюдением годичного срока исковой давности, поскольку утверждён в данной должности 04.09.2017.

  Более того, возражений по данному вопросу в апелляционной жалобе не содержится.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как указано в абзаце третьем пункта 8 Постановления № 63, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); наличествует неравноценное встречное исполнение обязательств.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в     пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5 - 7 Постановления № 63, в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

Согласно абзацам со второго по пятый пункта 2 статьи 61.2 упомянутого Закона цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных данным пунктом Закона.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

  На основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) (пункт 1). Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2). Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное (пункт 3).

Между тем, как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьёй 10 названного Кодекса, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Таким образом, для квалификации сделки как совершённой с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить причинение или возможность причинения в результате её исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счёт которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение.

Согласно пункту 1 статьи 166 названного Кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ).

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, с учётом установленных законодательством о банкротстве презумпций бремя доказывания цели причинения вреда интересам кредиторов возлагается на лицо, оспаривающее сделку (пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исходя из общих норм гражданского законодательства граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Вместе с тем принцип свободы договора не исключает при определении его содержания соблюдение правил разумности и справедливости.

Оценив условия спорных сделок в совокупности и взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, суд первой инстанции пришёл к выводу о её несоответствии вышеуказанным нормам права.

Апелляционный суд находит эти выводы правильными, соответствующими действующему законодательству и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Обжалуемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в результате злоупотребления их сторонами своими правами с единственной целью – причинение вреда Должнику и его кредиторам, с нарушением очерёдности удовлетворения требований, установленной законом о банкротстве, и предпочтительно перед другими кредиторами Должника. 

Апелляционная коллегия согласна с позицией внешнего управляющего, впоследствии поддержанной арбитражным судом, о том, что спорные сделки о переводе долга, цессии, новации и долевого участия, по существу, имели единственную цель - заключение соглашения о зачёте, поскольку экономическая цель их заключения не ясна, заявителем не раскрыта.

         По соглашению о переводе долга Должник после возбуждения дела о банкротстве принял на себя чужую задолженность (ООО «СтройПрактика») перед ООО «СтройЭквип» по договору поставки за товары, поставленные с февраля по май 2015 года, оплатить последнею партии которых следовало в июне 2015 года. В результате совершения данной сделки произошло увеличение кредиторской задолженности Должника на сумму более                            1 431 400 руб., Должник в свою очередь за принятие на себя чужого долга не получил никакого встречного исполнения.

         Данная сделка совершена в результате злоупотребления сторонами правами, поскольку ООО «СтройПрактика» не имело намерения исполнять сделку перевода долга (предоставить Должнику встречное исполнение).    Доказательств наличия договорных отношений ООО «СУ-13» и                        ООО «СтройПрактика», вопреки доводам апеллянта, не представлено. Наличие реальных хозяйственных связей документально не подтверждено.

         Соглашение о переводе долга от имени ООО «СтройПрактика» подписано неуполномоченным лицом - директором ФИО7, который на дату подписания соглашения директором данной организации не являлся. Кроме того, в рамках уголовного дела в отношении ФИО4, допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 показал, что являлся номинальным руководителем данного юридического лица и к его финансово-хозяйственной деятельности отношения не имел.

         ООО «Строй дом», являясь правопреемником ликвидированного                      ООО «СтройЭквип» (кредитора по договору поставки с ООО «СтройПрактика» и соглашению о переводе долга, цедента по договору уступки прав требования), могло и должно было осуществить юридическую проверку как контрагентов, с которыми вступало в договорные отношения, включая их полномочия на подписание сделок, так и факт наличия между ними реальных обязательств (договорных отношений).

         При этом договор уступки прав требования заключён на следующий день после совершения соглашения о переводе долга, согласно которому                         ООО «СтройЭквип» уступило права требования к Должнику ООО «Строй дом» в размере 1 431 400 руб. всего за 10 000 руб., задолженность которая на дату перевода долга и уступки прав требования не исполнялась                                      ООО «СтройПрактика» уже более 8 месяцев, а действий по взысканию данной задолженности с ООО «СтройПрактика» ООО «СтройЭквип» не предпринимало, а через полгода после уступки прав требования ликвидировалось.

         Как правомерно указано в обжалуемом судебном акте, целью заключения соглашения о новации является нарушение очерёдности погашения требований кредиторов (изменение требования с реестрового на текущее). 

         Апелляционная коллегия соглашается с выводом арбитражного суда о том, что фактической целью заключения договора долевого участия является последующее заключение соглашения о зачёте в целях удовлетворения реестровых, ранее возникших просроченных обязательств не самого Должника, а третьего лица (ООО «СтройПрактика»), добросовестная цель создания которого сомнительна, поскольку в результате недобросовестных действий ФИО4  реальной хозяйственной деятельности ООО «СтройПрактика» не вело, исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием о нём сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. В связи с чем получение от ООО «СтройПрактика» удовлетворения требований ООО «СтройЭквип» и его правопреемника            ООО «Строй дом» невозможно.

         Таким образом, целью договора долевого участия в рассматриваемом случае является удовлетворение требований ООО «СтройЭквип» к                              ООО «СтройПрактика» за счёт получения квартиры Должника, что не соответствует понятию, предусмотренному законодательством об участии в долевом строительстве многоквартирных домов, и добросовестному поведению сторон сделки, в частности ООО «Строй дом».

         В результате совершения соглашения о зачёте погашены требования  ООО «Строй дом», основанные на договоре поставки и соглашении о переводе долга в сумме 1 431 400 руб., относящиеся к реестровым требованиям четвёртой очереди.

         Между тем у Должника имелись на дату совершения данной сделки неисполненные обязательства перед другими кредиторами в сумме более                  12 млн руб., включая текущие требования и требования, относящиеся ко второй и четвёртой очередности, сумма неисполненных обязательств текущих требований и реестровых требований второй очереди, имевших абсолютный приоритет перед требованиями заявителя, составляла более 1,5 млн руб., что свидетельствует о том, что соглашение о зачёте повлекло нарушение очерёдности удовлетворения требований кредиторов Должника, предпочтительное удовлетворение требований ООО «Строй дом», чем было бы оказано в случае расчётов с кредиторами в порядке очерёдности.

  Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

  В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 14                   Постановления № 63, согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.  Следует иметь в виду, что для сделок по передаче (отчуждению) должником имущества (платеж или передача другого имущества в собственность во исполнение договорного обязательства, договоры купли-продажи (для продавца), мены, дарения, кредита (для кредитора) и т. п.) с балансовой стоимостью активов должника сопоставляется стоимость этого имущества, определенная по данным бухгалтерского учета, а если доказано, что рыночная стоимость этого имущества значительно превышала такую стоимость, - рыночная стоимость. К сделкам по принятию обязательств или обязанностей относятся, в частности, любые договоры, предусматривающие уплату должником денег, в том числе договоры купли-продажи (для покупателя), подряда (для заказчика), кредита (для заемщика), а также договоры поручительства, залога и т. п. При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. Совершение сделки в сфере, отнесенной к основным видам деятельности должника в соответствии с его учредительными документами, само по себе не является достаточным для признания ее совершенной в процессе его обычной хозяйственной деятельности.

  Как усматривается из материалов дела, Должник является застройщиком. 

  Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц  основными видами деятельности Должника являются подготовка строительной площадки, строительство жилых и нежилых зданий, работы строительные и отделочные и т. п.

  Апелляционный суд полагает, что оспариваемая сделка Должника не является совершённой в процессе его обычной хозяйственной деятельности, поскольку не относится к основным видам деятельности Должника, а направлена на погашение ранее возникших просроченных (более 9 месяцев с момента наступления срока исполнения обязательств)                                             ООО «СтройПрактика», а не самого Должника, при этом последний равноценного встречного исполнения не получил.

         Таким образом, действия по его заключению обоснованно квалифицированы арбитражным судом как недобросовестные.

         Как правомерно отмечено в обжалуемом определении суда ликвидация одного из участников сделок (ООО «СтройЭквип» - кредитора по соглашению о переводе долга и договору уступки прав требования) не является препятствием для рассмотрения настоящего спора в силу сложившейся судебной практики (позиции Верховного Суда Российской Федерации в определении от 21.01.2019 № 306-ЭС16-9687 (3), согласно которой при рассмотрении в рамках дела о банкротстве требования кредитора о включении в реестр факт ликвидации цедента сам по себе не может породить сомнения в обоснованности требования цессионария по включению в реестр должника. Но данное обстоятельство также не должно препятствовать лицам (в частности, кредиторам) в реализации права на судебную защиту от необоснованных притязаний посредством оспаривания соответствующих сделок, на которых требование основано. Поэтому спор о недействительности сделки должен быть рассмотрен по существу, при этом надлежащим ответчиком выступает цессионарий.

         Поскольку по настоящему спору правопреемником ликвидированного лица (ООО «СтройЭквип») является цессионарий – ООО «Строй дом», который заявляет свое требование на основании оспариваемых сделок, следовательно, последнее является надлежащим ответчиком, в том числе в части оспаривания соглашения о переводе долга.

В силу изложенного апелляционная инстанция считает, что при наличии доказательств того, что заключение оспариваемых договоров, формально соответствующих требованиям действующего законодательства, а фактически ухудшающих имущественное положение Должника, направлено на увеличение кредиторской задолженности последнего в нарушение прав других кредиторов Должника, обязательства перед которыми не исполнены, при условии недостаточности имущества и денежных средств, а также на безосновательное создание акцессорных обязательств, которые в будущем могли конкурировать с обязательствами Должника перед его кредиторами, тем самым нарушая баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве Должника, совершённых в неблагоприятных финансовых и заведомо невыгодных для Должника условиях, оснований для отказа в признании спорных сделок недействительными не имеется. 

         Таким образом, поскольку удовлетворено заявление внешнего управляющего, оснований для признания обоснованным требования                     ООО «Строй дом» у суда первой инстанции не имелось.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в нарушение требований статьи 65 АПК РФ ООО «Строй дом» не представлено каких-либо доказательств, должным образом подтверждающих обоснованность заявленных требований, в том числе и в апелляционную инстанцию.

При таких обстоятельствах договоры правомерно квалифицированы судом недействительными, что влечёт отказ в удовлетворении заявления                 ООО «Строй дом» о включении его требования в реестр требований о передаче жилых помещений Должника.

Иное толкование заявителем положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств дела не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Всем доводам апеллянта, приведённым в суде первой инстанции и продублированным в апелляционной жалобе, арбитражным судом дана надлежащая правовая оценка, оснований для их переоценки апелляционная коллегия не находит.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию незаконного определения, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, апелляционная инстанция считает, что определение суда соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, в связи с этим оснований для отмены судебного акта нет.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателя жалобы в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалобы отказано. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 05.03.2019 по делу № А13-15167/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строй дом» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

О.Г. Писарева

 

Судьи

О.Н. Виноградов

 

Л.Ф. Шумилова