Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс 

<

***>, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2923/2025

Дело № А33-13317/2022

11 сентября 2025 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Левошко А.Н.,

судей: Курочкиной И.А., Шелёминой М.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Эбауэр С.Ф.,

при содействии Арбитражного суда Красноярского края (судья Антропова О.А., секретарь судебного заседания  Ершова В.Е.),

при участии в судебном заседании в Арбитражном суде Красноярского края путем использования систем видеоконференц-связи представителей Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Красноярска  – ФИО1 (доверенность № 2.4/13 от 27.01.2025, паспорт, диплом), ФИО2 (доверенность № 2.4/37 от 21.10.2024, паспорт, диплом); в здании Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа представителей Общества с ограниченной ответственностью «Сибпроминвест» - ФИО3 (доверенность № 34 от 21.07.2025, паспорт, диплом), ФИО4 (доверенность № 19 от 20.03.2025, паспорт, диплом),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Сибпроминвест» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 16 октября 2023 года по делу № А33-13317/2022 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 16 мая 2025 года по тому же делу,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Сибпроминвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Красноярска (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительным (незаконным) решения № 2.15-19 от 22.12.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 16 октября 2023 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 16 мая 2025 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило решение и постановление судов отменить, направить дело на навое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы ссылается на нарушение судами положения статей 7, 8, 9, 10, 15, 71, 159, 168, 170, 200, 268, 271, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), выразившихся в частности, в отсутствии создания как равных возможностей сторонам в представлении доказательств и защите своих интересов, так и условий для всестороннего и полного исследования доказательств, полного и достаточного установления фактических обстоятельств по делу; в непринятии мер по получению дополнительных доказательств (истребованию документов, проведению экспертиз, в том числе относительно установления факта реальности привлеченных обществом субподрядных организаций, приобщению документов, подтверждающих доводы общества); удовлетворяя ходатайства налогового органа о приобщении дополнительных доказательств и отказывая обществу в удовлетворении аналогичных ходатайств, суды создали ситуацию неравенства и дискриминации в доступе к правосудию; судом апелляционной инстанции необоснованно не приобщено заключение эксперта от 26.04.2025 с приложениями, обосновывающее доводы общества и содержащее расчеты реального размера налоговых обязательств, рассчитанных расчетным способом с применением сметного метода, на основе утвержденных сметных нормативов (расценок); в нарушение изложенных норм процессуального права судами не был вызван и допрошен свидетель ФИО5; отказав в проведении судебно-технической экспертизы, суд первой инстанции необоснованно обосновал фактом совпадения IP-адресов общества с его спорными контрагентами вывод о взаимосвязанности данных лиц и согласованности их действий; выводы судов о соблюдении налоговым органом процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, полномочий должностного лица на рассмотрение материалов проверки и вынесение оспариваемого решения, осуществление действий в ходе апелляционного обжалования основаны на неверном толковании положений статей Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ); при разрешении настоящего дела судами проигнорированы положения НК РФ и разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 57); выводы судов о связи общества со спорными контрагентами, как связи нереального характера, имеющей целью только создание формального документооборота и незаконную налоговую оптимизацию, несостоятельны; неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, неприменение закона, подлежащего применению (статей 1, 421, 706 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации, приказа Министерства регионального развития Российской Федерации от 30.12.2009 № 624 «Об утверждении Перечня видов работ по инженерным изысканиям, по подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства») в совокупности с иными выводами, не основанными на фактических обстоятельствах, повлекло необоснованный вывод о том, что спорные подрядчики не могли выполнять для общества заявленные строительно-монтажные работы; отсутствие сведений о субподрядчиках в общих журналах работ и актах не может свидетельствовать о несоблюдении самим обществом законодательства о налогах и сборах, и, следовательно, не может быть положено в основание судебных выводов; на стадии проведения мероприятий налогового контроля инспекция располагала сведениями и документами, которые позволяли установить лиц, осуществлявших фактическое исполнение по сделкам - ООО «Сибстрой», ООО «Сибстройпроект», ООО «Адватек», ООО «Обион», ООО «Вилар», ООО «Фарго», ООО «Пандора», ООО «Гарс» в рамках легального хозяйственного оборота, однако при определении недоимки по налогу на прибыль организаций (далее – налог на прибыль) и налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) эти сведения налоговым органом во внимание не приняты, что привело к произвольному завышению сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки; при заключении договоров со спорными контрагентами общество не имело возможности оценить их финансовую и бухгалтерскую отчетность ввиду отсутствия доступа к таким документам; налогоплательщик не наделен полномочиями по контролю за исполнением его контрагентами обязанностей по представлению в налоговые органы отчетности, исчислению и уплате налогов; в материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагентов, их взаимозависимости, равно как и «обналичивания» денежных средств обществом, возврата денежных средств обществу или его должностным лицам, а наличие разрывов второго, третьего звеньев по данным                        АСК НДС-2 само по себе не может свидетельствовать об искусственности совершенных налогоплательщиком сделок; в рамках настоящего дела необходимо инициировать процедуру налоговой реконструкции, которая обеспечит точное определение размеров налоговых обязательств общества, устранит возникшие спорные моменты, выровняет бюджетную нагрузку и снизит необоснованные негативные последствия для налогоплательщика; поскольку у инспекции отсутствовали основания для привлечения общества к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ, а арбитражный суд не вправе переквалифицировать вмененное налоговое правонарушение по пункту 1 указанной статьи, оспариваемое решение и в этой части является незаконным, доводы кассационной жалобы подтверждаются сложившейся судебной практикой.

В отзыве на кассационную жалобу инспекция указала на несостоятельность доводов общества и на законность оспариваемых судебных актов.

В судебном заседании представители общества и инспекции поддержали правовые позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее соответственно.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, инспекцией на основании решения № 6 от 31.10.2019 в отношении общества проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов, сборов, страховых взносов за период с 01.01.2016 по 31.12.2018. Результаты проверки отражены в акте № 2.15-9 от 19.01.2021, дополнении к нему № 2.15-15 от 21.07.2021.

По результатам рассмотрения материалов проверки инспекцией принято решение № 2.15-19 от 22.12.2021 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в сумме 1 835 332 рубля 15 копеек, доначислении НДС в сумме 26 571 752 рублей, налога на прибыль в сумме 29 524 169 рублей и пени в сумме 25 476 931 рубль 23 копейки.

Решением управления № 2.12-14/06794@ от 29.03.2022 решение инспекции № 2.15-19 от 22.12.2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества – без удовлетворения.

Не согласившись с решением инспекции № 2.15-19 от 22.12.2021, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из наличия у налогового органа правовых оснований для привлечения общества к налоговой ответственности, а также доначисления налогов и соответствующих пени, в связи с чем пришли к выводам о законности оспариваемого решения и отсутствии нарушения им прав и законных интересов общества.

В силу положений главы 24 АПК РФ требование об оспаривании принятых органом власти решений может быть удовлетворено при доказанности наличия совокупности следующих условий: несоответствие данных решений закону или иному нормативному правовому акту и нарушение ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200 АПК РФ). Установив отсутствие совокупности указанных условий, арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (часть 3 статьи 201 АПК РФ).

На основании части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемых решений закону или иному нормативному правовому акту, законности из принятия, наличия у органа власти надлежащих полномочий на принятие оспариваемых решений, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия, возлагается на орган, который вынес соответствующие решения. Изложенные положения процессуального закона не освобождают лиц, оспаривающих данные решения, от обязанности доказывания оснований своих требований.

В силу требований статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика (пункт 1); при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (пункт 2).

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 1, 3, 4, 7, 9, 11 Постановления № 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды (получения налогового вычета, уменьшения налоговой базы) является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в таких документах, неполны, недостоверны или противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности; если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции; установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности; судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели; поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано; признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 143 и пунктом 1 статьи 246 НК РФ общество является плательщиком НДС и налога на прибыль.

На основании пункта 1 статьи 252 НК РФ в целях Главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса); расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком; под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме; под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы; расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно статье 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты (пункт 1); вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с Главой 21 НК РФ (пункт 2).

Порядок применения налоговых вычетов при исчислении НДС регламентирован статьей 172 НК РФ.

При этом в силу части 1 статьи 9, части 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Таким образом, обязанность по доказыванию обоснованности и факта несения расходов с целью их учета при исчислении налога на прибыль, а также правомерности заявленного к вычету НДС, возложена на налогоплательщика. При этом сведения первичных документов, составляемых при совершении хозяйственных операций и представляемых налогоплательщиком в налоговый орган, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на принятие расходов для целей налогообложения.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом 30 июня 2021 года, пункте 39 Обзора судебной практики Верховного Суд Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом 10 ноября 2021 года, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2021 года № 309-ЭС20-17277, от 19 мая 2021 года№ 309-ЭС20-23981, от 15 декабря 2021 года № 305-ЭС21-18005, возможность применения «налоговой реконструкции», в том числе в условиях действия статьи 54.1 НК РФ, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из «теневого» (не облагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение. При использовании налогоплательщиком формального документооборота с участием компаний, заведомо не ведущих реальной экономической деятельности, расчетный способ определения налоговых обязательств в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ не применяется.

Исследовав и оценив представленные участвующими в деле лицами в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь изложенными нормами материального права и правовыми позициями высшей судебной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно установили следующие обстоятельства.

В проверяемом периоде общество осуществляло общестроительные работы, работы по прокладке магистралей трубопроводов, линий связи и электропередач на объектах следующих заказчиков: ПАО «ФСК ЕЭС» (Забайкальское ПМЭС, Сочинское ПМЭС, Хакасское ПМЭС, Красноярское ПМЭС, Кубанское ПМЭС, МЭС Юга), АО «Витимэнерго», КГКУ «КРУДОР», ООО «Разрез Кирбинский» (правопреемник ООО «КВСУ-Хакасия»), для чего в качестве субподрядных организаций, в том числе привлечены ООО «Сибстрой», ООО «Сибстройпроект», ООО «Адватек», ООО «Пандора», ООО «Обион», ООО «Фарго», ООО «Вилар», ООО «Гарс»; для поставки товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ) также привлечены ООО «Пандора», ООО «Обион».

Вместе с тем, вопреки условиям заключенных с филиалами ПАО «ФСК ЕЭС» договоров о согласовании привлечения для выполнения работ субподрядчиков такая информация в ПАО «ФСК ЕЭС» не предоставлялась, соответствующие списки субподрядчиков отсутствуют; общество обращалось с письмами о допуске персонала на объекты, при этом основное количество физических лиц, указанных в письмах, являлись сотрудниками самого общества; в письмах также указаны иные лица, не относящиеся каким-либо образом к спорным контрагентам (отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие трудовых либо гражданско-правовых отношений, факты перечисления физическим лицам денежных средств за выполненные работы).

В отношении ООО «Сибстрой» установлены пороки документооборота и невозможность исполнения им заявленных работ, исходя из совокупности следующих обстоятельств: на объекте ПАО «ФСК ЕЭС» - Хакасского ПМЭС (капитальный ремонт фундаментов опор) составленные ООО «Сибстрой» акты по форме КС-2 не выставлены обществом в адрес заказчика; из данных актов следует, ООО «Сибстрой» выполнены работы в большем объеме, чем предусмотрено договором, а также указаны работы, выполнение которых не было предусмотрено договором между обществом и заказчиком; заявленные ООО «Сибстрой» работы по объекту КВЛ 220кВ Шепси-Дагомыс (СМР ликвидация последствий оползневой деятельности) не указаны в актах по форме КС-2, выставленных обществом в адрес заказчика; по условиям заключенного с АО «Витимэнерго» договора общество имело право привлекать субподрядчиков для выполнения работ по расчистке трассы ВЛ от древесно-кустарниковой растительности только по согласованию с заказчиком; согласно ответу последнего перечень привлеченных субподрядных организаций к выполнению указанных работ отсутствует, с официальными письмами по поводу согласования таких организаций общество не обращалось; представленные акты о приемке выполненных работ, выставленные ООО «Сибстрой» в адрес общества, по выполнению работ по ручной расчистке указанной трассы в декабре 2016 года противоречат доводам заказчика о невозможности их осуществления ввиду высокого снежного покрова на соответствующем участке трассы; более того, в осенне-зимний период 2015-2016г.г. уже были произведены работы по утилизации порубочных остатков трассы после расчистки, к июню 2016 года трасса была расчищена; согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Сибстрой» зарегистрировано за 4 месяца до подписания договора с обществом, руководитель и учредитель данного контрагента являлся массовым руководителем «технических» организаций, получавший доход также от иной организации – ООО «Пандора»; спустя год после создания ООО «Сибстрой» ликвидировано.

В отношении ООО «Сибстройпроект» установлено, что по условиям с заключенного между обществом и КГКУ «КРУДОР» (заказчик) государственного контракта подрядчик вправе привлекать для выполнения субподрядных работ организации, обладающие необходимым опытом, оборудованием и персоналом, а в случаях, предусмотренных законодательством, лицензиями, сертификатами и (или) другими документами, подтверждающими их право на выполнение работ, передаваемых на субподряд; срок выполнения поименованных работ установлен с момента его заключения по сентябрь 2017 года. Исходя из условий заключенного между обществом и данным контрагентом договора подряда, срок выполнения работ на объекте заказчика установлен до 31.10.2017, то есть с превышением срока относительно условий указанного государственного контракта; также вопреки требованиям государственного контракта указанный субподрядчик не обладал необходимым опытом, оборудованием и персоналом ввиду отсутствия в его собственности складских и производственных помещений, транспортных средств, специализированной техники, обладающих необходимой квалификацией работников, а также соответствующего опыта у самого контрагента, созданного за 5 месяцев до заключения договора с обществом; согласно справке 2-НДФЛ в проверяемом периоде ООО «Сибстройпроект» в налоговый орган предоставлялись сведения только по одному работнику; совокупность представленного документооборота (первичные документы, оформленные между заказчиком и обществом, акты  о приемке ответственных работ, журналы работ по форме КС-6) свидетельствует о выполнении данных работ самостоятельными силами общества и не содержит какого-либо указания на привлечение к их выполнению спорного контрагента.

В отношении ООО «Фарго» и ООО «Гарс» установлено, что согласно заключенному с ООО «КВСУ-Хакасия» (правопреемник ООО «Разрез Кирбинский») договору подряда общество вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков) только с письменного согласия заказчика; однако заказчик не подтвердил привлечение к выполнению работ субподрядчиков, а согласно акту приемочной комиссии о приемке в эксплуатацию объекта, актам освидетельствования скрытых работ, общему журналу работ № 3 по строительству объекта, журналу вводного инструктажа строительные работы выполнены самим генеральным подрядчиком (обществом) без привлечения третьих лиц; в имеющемся документообороте относительно осуществления указанных работ между обществом и указанными контрагентами отсутствуют наименования объектов, виды работ указаны без расшифровки по статьям затрат, что свидетельствует о «техническом» характере привлечения ООО «Гарс» и ООО «Фарго»; при этом первое ликвидировано после начала проверки общества, второе создано за неделю до подписания договора с обществом и спустя год ликвидировано, а его руководитель является участником деятельности по регистрации и дальнейшей ликвидации «технических» компаний; указанные контрагенты по месту осуществления заявленных работ не зарегистрированы, филиалов, представительств, обособленных подразделений не имели, не установлено и наличие в их собственности складских, производственных помещений, специализированной техники, несения расходов на аренду производственных помещений, а также работников необходимой для осуществления указанных работ квалификации; направленные обществом в адрес заказчика письма о допуске персонала и техники на объекты подтверждают, что основное количество допущенных физических лиц являлись работниками самого общества, работники ООО «Гарс» и ООО «Фарго» среди указанных лиц отсутствуют, при этом самим заказчиком не подтверждено привлечение к выполнению работ указанных организаций.

В отношении ООО «Обион» и ООО «Пандора», с которыми обществом также заключены договоры по поставке ТМЦ, установлено, что данные контрагенты ликвидированы к моменту начала проверки в отношении общества; согласно условий заключенных с обществом данных договоров отгрузка товара осуществляется самовывозом со склада поставщиков, однако ни в собственности, ни во владении у данных организаций не установлено каких-либо складских помещений, а юридические адреса, по которым контрагенты общества фактически не располагались, являлись помещениями в офисных зданиях; из анализа счетов контрагентов в банках не подтвержден факт несения ими расходов на приобретение ТМЦ, товаросопроводительные документы, подтверждающие доставку товара в адрес общества, не представлены, приобретенные по представленным документам ТМЦ реализовывались в дальнейшем обществом в адрес ООО «Стройтехнология», находящемся в Краснодарском крае; из представленных ООО «Стройтехнология» документов следует, что погрузка товара осуществлялась в г. Красноярске, а разгрузка – в г. Туапсе, тогда как с учетом удаленности мест погрузки и разгрузки и времени на перевозку ТМЦ, его реализация в день приобретения у указанных контрагентов объективно не могла быть осуществлена; реальные поставщики товара, приобретение которого документально оформлено от ООО «Пандора» и ООО «Обион», обществом не раскрыты. Кроме того, по объекту Итатская-Абаканская № 2 результат работ принят по документам от ООО «Обион» в значительно большем объеме (в два раза), чем в дальнейшем передан обществом заказчику.

В отношении ООО «Вилар» и ООО «Адватек» установлено, что ООО «Вилар» ликвидировано чуть более чем через год после создания, по заявленному в ЕГРЮЛ адресу не находилось, три из пяти его работников также осуществляли трудовую деятельность в обществе, что подтверждается справками по форме 2-НДФЛ; ООО «Адватек» ликвидировано через два года после создания, имело юридический адрес одном здании с иным контрагентом общества – ООО «Обион»; не установлено наличие у контрагентов достаточного количества трудовых и иных ресурсов для выполнения заявленных работ; оплата выполненных указанными контрагентами по документам работ произведена обществом частично, однако  ООО «Вилар» и ООО «Адватек», как и иными контрагентами («Обион», ООО «Гарс», ООО «Фарго», ООО «Сибстрой»), какие-либо меры по взысканию задолженности по заключенным с обществом договорам не предпринимались, доказательства иного отсутствуют.

С учетом совокупности изложенных выше обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильным выводам о том, что в соответствии с требованиями части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ налоговым органом исполнена обязанность по доказыванию нереальности хозяйственных взаимоотношений общества с «техническими» компаниями - ООО «Сибстрой», ООО «Сибстройпроект», ООО «Адватек», ООО «Пандора», ООО «Обион», ООО «Фарго», ООО «Вилар», ООО «Гарс», при отсутствии необходимости заключения и совершения с ними изложенных сделок, создании формального документооборота и искусственной видимости осуществления деятельности при отсутствии экономического смысла и фактической невозможности исполнения указанными организациями заявленных работ (поставки ТМЦ), а в совокупности - направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды, руководствуясь изложенными положениями законодательства о налогах и сборах, Постановления № 53, правомерно признали решение инспекции № 2.15-19 от 22.12.2021 соответствующим закону, не нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и на основании части 3 статьи 201 АПК РФ не нашли оснований для удовлетворения заявленных требований.

Кроме того, установленные обстоятельства формальности сделок, заключенных с указанными «техническими» организациями, направленности действий общества на умышленное искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и необоснованное уменьшение обществом своих налоговых обязательств, нераскрытия налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 НК РФ сведений и документов, позволяющих установить фактических исполнителей работ на объектах заказчиков (при наличии у общества достаточных трудовых, материальных и иных ресурсов для их выполнения и подтверждении заказчиками выполнения им заявленных работ), а также поставщиков ТМЦ, неустановления данных лиц по результатам проведения мероприятий налогового контроля с учетом изложенных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации свидетельствуют об отсутствии оснований как для проведения реконструкции налоговых обязательств общества, так и определения налоговых обязательств последнего расчетным способом на основании подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ. В связи с чем, ссылка общества в жалобе на заключение эксперта от 26.04.2025, как основание для применения расчетного способа определения его реальных налоговых обязательств, подлежит отклонению.

При этом представленное заявителем в суд кассационной инстанции заключение эксперта от 26.04.2025 с приложенными расчетами, поименованные в приложении к кассационной жалобе в пунктах 3-8, не могут быть приобщены к материалам дела, исследованы и оценены судом округа ввиду отсутствия таких полномочий в силу положений статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Вопреки доводам заявителя жалобы, существенных нарушений процедуры проведения проверки и принятия налоговым органом оспариваемого решения в ходе судебного разбирательства судами первой и апелляционной инстанций обоснованно не установлено, налоговым органом соблюдены положения статей 100, 101 НК РФ в части вручения акта налоговой проверки, дополнения к акту налоговой проверки, назначения и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, обеспечения налогоплательщику возможности ознакомления с материалами проверки, представления возражений на акт проверки (дополнений), участия в рассмотрении материалов проверки и представления своих объяснений.

Доводы заявителя относительно несогласия с выводами судов о совпадении IP-адресов общества с его спорными контрагентами и необоснованности отказа в проведении судебно-технической экспертизы в этой части, подлежат отклонению, поскольку имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается факт совпадения IP-адресов ООО «Пандора», ООО «Обион», ООО «Фарго», ООО «Вилар», ООО «Гарс», с которой осуществлялась отправка налоговой отчетности, которая подписана непосредственно руководителями данных организаций, имеющих различные юридические адреса; при анализе IP-адресов, с которых осуществлялся выход в систему «Банк-Клиент», выявлены совпадения, как между спорными контрагентами, так и между обществом, ООО «Адватек», ООО «Пандора». При этом апелляционный суд обоснованно указал, что совпадение IP-адресов с учетом различных мест расположения контрагентов не может объясняться только указанием на динамический характер используемых IP-адресов, поскольку для их совпадения необходимо совпадение целого ряда условий, в частности использования одного и того же интернет-шлюза, принадлежащего одному провайдеру интернет-услуг. Также суд округа отмечает, что согласно статье 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела у суда имеется необходимость в разъяснении возникающих при рассмотрении дела требующих специальных знаний вопросов, чего в настоящем случае не усматривается; кроме того, суд округа учитывает, изложенные обстоятельства не сами по себе, а в совокупности с иными существенными обстоятельствами, которые выявлены самим налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля (в том числе дополнительных), послужили основанием для выводов о нереальности заявленных обществом хозяйственных операций.

Иные доводы заявителя жалобы по существу основаны на неверном толковании вышеизложенных норм права, сводятся к несогласию с выводами судов по существу спора и направлены на переоценку представленных участвующими в деле лицами доказательств и установление обстоятельств, отличных от установленных судами первой и апелляционной инстанций, что в силу требований статьи 286 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в полномочия суда округа.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.

Принятые определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30 июля 2025 года по настоящему делу обеспечительные меры подлежат отмене в соответствии со статьей 97 АПК РФ.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 96, 97, 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Красноярского края от 16 октября 2023 года по делу № А33-13317/2022 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 16 мая 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Отменить обеспечительные меры, установленные определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30 июля 2025 года по настоящему делу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

А.Н. Левошко

И.А. Курочкина

М.М. Шелёмина