ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-24789/2015

город Ростов-на-Дону

01 июля 2024 года

15АП-3344/2024

                                                                                                                15АП-3345/2024

                                                                                                                15АП-3346/2024

                                                                                                                15АП-3347/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 июля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании:

ФИО2,

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 19.09.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024  по делу № А32-24789/2015 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 

ответчики: ФИО7, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО2

в рамках дела  о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «АгроАльянс»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела  о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «АгроАльянс» (далее - должник, СКПК «АгроАльянс») в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 9 по Краснодарскому краю (далее – инспекция) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 11 826 472 руб. 22 коп. ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6), ФИО8 (далее - ФИО8) и ФИО2 (далее - ФИО2) (уточненные требования). 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 13.10.2022,ФИО5 и ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам кооператива, с ФИО2 в пользу должника взыскано 5 217 391 руб. 63 коп., с ФИО5 и ФИО2 взыскано 6 609 080 руб. 59 коп. солидарно. В остальной части в удовлетворении заявления отказано. 

Суды исходили из того, что ФИО2 узнал о неплатежеспособности кооператива не позднее 29.03.2011, однако не предпринял меры к погашению имеющейся задолженности и не обратился с заявлением в арбитражный суд о банкротстве должника. ФИО2 подлежит привлечению к ответственности в размере обязательств должника, возникших с 29.03.2011 по 15.07.2015 (дата определения о возбуждении производства по делу о банкротстве должника по заявлению кредитора). Размер ответственности ФИО2 составляет 5 217 391 руб. 63 коп. Кроме того, ФИО5 как орган управления кооперативом в составе наблюдательного совета и председатель кооператива ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности солидарно в размере 6 609 080 руб. 59 коп. за доведение должника до банкротства.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.02.2023 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2022 по делу№ А32-24789/2015 в части отказа в удовлетворении иска к ФИО8 оставлены без изменения. В остальной части определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2022 по делу № А32-24789/2015 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

При новом рассмотрении обособленного спора определением Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024  по делу № А32-24789/2015 ФИО5, ФИО6, ФИО9 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «АгроАльянс». С ФИО5, ФИО6, ФИО2 солидарно взысканы в пользу должника денежные средства в размере  11 826 472 руб. 22 коп. В удовлетворении иска к ФИО7 отказано. Отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2020, в части ограничений в отношении ФИО7  

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024  по делу № А32-24789/2015, ФИО5, ФИО6, ФИО9 и конкурсный управляющий должника ФИО4 обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего должника мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что суд неверно определил размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. В размер субсидиарной ответственности не включена задолженность по текущим платежам. Суду представлены сведения о размере текущей задолженности - 1 673 000,05 руб. и реестровой задолженности - 11 806 532,22 руб. Кроме того, размер текущей задолженности увеличился на сумму вознаграждения конкурсного управляющего должника - 210 000 руб. 

Апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО6 мотивированы тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податели жалоб указали, что в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о совершении ФИО5 и ФИО6 в качестве членов органов управления должника виновных действий, в результате которых должник стал отвечать признакам банкротства. ФИО5, являясь председателем наблюдательного совета кооператива, не обладал распорядительными полномочиями по управлению кооперативом, а с учетом представленных полномочий не является лицом, контролирующим деятельность кооператива. ФИО6, являясь членом наблюдательного совета кооператива, не обладал какими-либо распорядительными полномочиями по управлению кооперативом, а с учетом представленных полномочий не является лицом, контролирующим деятельность кооператива. Наличие в материалах дела решения наблюдательного совета от 02.05.2011 о приостановлении полномочий ФИО2 в отсутствие доказательств формирования наблюдательного совета в установленном порядке - избрание членов совета решением общего собрания пайщиков кооператива на новый срок после 10.01.2010 не является основанием для вывода о том, что ФИО5 являлся председателем наблюдательного совета в период с 10.01.2010 до 04.02.2012 и ФИО6 являлся членом наблюдательного совета в период с 10.01.2010 до 04.02.2012. Податели жалоб указали, что просрочка исполнения обязательств перед банком не свидетельствовала об объективном банкротстве должника, кредиторская задолженность по состоянию на начало 2012 года в сравнении с активами баланса являлась незначительной. В 2013 - 2013 г.г. на балансе должника имело имущества, стоимость которого превышала задолженность; также имелась дебиторская задолженность и финансовые вложения в виде выданных займов. Несовершение действий по предъявлению исков к дебиторам не может свидетельствовать о бездействии ответчиков, повлекшем банкротство должника. Податели жалобы указали, что в период, когда обязанности председателя кооператива исполнял ФИО7, были предприняты меры по взысканию дебиторской задолженности. Заявитель не указал конкретные противоправные действия ответчиков, в результате которых должник стал отвечать признакам банкротства. Апеллянты указали, что предоставление займов соответствовало целям и задачам кооператива. Выдача ответчикам займов не привела к банкротству должника. Вступившим в законную силу решением суда от 17.12.2012 по делу № А32-28264/2012 установлено, что в периоды действия договоров займа ФИО5 производил частичный возврат сумм займов, а также частично уплатил проценты. Суд не установил и заявитель не доказал, что при заключении договоров займа стороны имели цель не возвращать полученные заемные средства. Заявителем пропущен срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Апелляционная жалоба ФИО9 мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что сроки возврата займа наступали в 2013 году, при этом полномочия ФИО9 прекращены в мае 2011 года, в связи с этим вывод суда о том, что ФИО9 не предпринимал меры для обеспечения возврата заемных средств, является необоснованным. В период исполненияФИО9 полномочий председателя кооператива, у должника отсутствовали признаки банкротства. Суд не дал оценку доводу о том, что займы получали практически все члены кооператив, большая часть из которых возвращена, что подтверждается тем, что в списке дебиторов по состоянию на 2018 год указано меньшее число дебиторов по сравнению с 2015 годом. Займы не были возвращены в силу объектных причин, поскольку некоторые члены кооператива признаны банкротами. Суд необоснованно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7

В судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили отменить определение суда в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционные жалобы без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024  по делу № А32-24789/2015 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обжалуемое определение суда подлежит отмене в части привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «АгроАльянс» и взыскания солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО2 в пользу СКПК «АгроАльянс» 11 826 472,22 руб. по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО10 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) СКПК «АгроАльянс».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.10.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился уполномоченный орган с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7, ФИО5, ФИО6 и ФИО2 

Уполномоченный орган заявил следующие правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности:

- доведение должника до банкротства (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве), выразившееся в не проведении надлежащей работы по взысканию дебиторской задолженности.

Уполномоченный орган указал, что основную негативную (отрицательную) роль на финансово-хозяйственную деятельность должника оказал факт невозврата заемных средств, выданных кооперативом членам наблюдательного совета: ФИО5,ФИО6, председателю ФИО2, а также СПК «Животновод», которые в последствии не были возвращены кооперативу.

Членами кооператива (наблюдательного совета) остались не погашены займы, выданные им в процессе ведения деятельности СКПК «АгроАльянс», в частности:

- ФИО5, сумма непогашенной задолженности 9 438 147,16 руб. (с учетом частичного погашения задолженности в рамках мирового соглашения по делу№ А32-3362/2013). Основание задолженности - договоры займа от 23.05.2007 № 3, от 26.07.2007 № 8, от 02.10.2008 № 42;

- ФИО6, сумма непогашенной задолженности 11 922 980 руб. Основание задолженности - договоры займа от 23.05.2007 № 2, от 20.12.2007 № 17, от 02.10.2008№ 43. Также 03.05.2011 ФИО6 принял на себя обязательства ФИО12 по договору о переводе долга № 02-05-2011, с суммой долга 2 743 916, 52 руб.;

- ФИО2, сумма непогашенной задолженности 10 878 793, 50 руб. Основание задолженности - договоры займа от 23.05.2007 № 1, от 17.12.2007 № 15, от 29.12.2007 № 25, от 14.01.2008 № 29, от 01.04.2008 № 34, от 17.06.2007 № 37, от 17.09.2008 № 41, от 02.10.2008 № 44, от 14.11.2008 № 47, от 29.12.2008 № 49, от 30.09.2009 № 50.

- СПК «Животновод» в лице Председателя ФИО5 Сумма непогашенной задолженности - 2 619 003,49 руб. Данная задолженность просрочена для взыскания.

Согласно условиям Устава должника члены кооперативы обязаны своевременно погашать полученные займы (глава 2, раздел 4 Устава).

Поскольку органами правления должника не принимались меры по взысканию задолженности с указанных дебиторов, то есть фактически с самих себя, в ходе дела о банкротстве СПК «Животновод» конкурсным управляющим списана задолженность СПК «Животновод».

Является нереальной к взысканию дебиторская задолженностьФИО2 перед должником в размере 10 878 793,50 руб., поскольку определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2017 по делу № А32-40516/2012 конкурсное производство в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО2 завершено, неудовлетворенные требования считаются погашенными.

По мнению уполномоченного органа, члены кооперативы не проявляли должной осмотрительности, действуя недобросовестно, воспользовались правом на получение займов в СКПК «АгроАльянс» в целях извлечения личной выгоды во вред должнику и его кредиторам. Бездействие ответчиков по взыскании задолженности по договорам займа существенно ухудшило финансовое положение должника и явилось причиной банкротства.

- Неподача ответчиками заявления о банкротстве должника (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Уполномоченный орган указал, что по данным анализа финансового состояния должника, на протяжении анализируемого периода (2012 - 2015 годы) доля собственного капитала постепенно снижалась: 88,89 % в 4-м квартале 2013 года, 87,86 % в 4-м квартале 2014 года и 85,25% в 4-м квартале 2015 года.

Существенное снижение величины собственного капитала имело место в 2013 году; в 2014 -2015 годах величина собственного капитала уменьшилась на  4 293 тыс. руб., что связано с ростом убытков. У предприятия имелся недостаток собственного капитала для обеспечения оборотных средств, а финансирование внеоборотных активов происходило полностью за счет обязательств предприятия.

Из финансового анализа состояния должника следует, что валюта баланса за период с 31.12.2012 по 31.12.2015 уменьшилась на 18 008 тыс. руб.: с 75 538 тыс. руб. до 57 530 тыс. руб. или на 23,84 %.

По итогам 2012 года размер совокупных активов составил 75 538 000 руб. При этом основную часть активов представляла собой дебиторская задолженность в размере 45 270 000 руб. По итогам 2013 - 2014 годов размер совокупных активов уменьшился на 1 020 тыс. руб. (1,71 %).

Уполномоченный орган указал, что фактически признаки неплатежеспособности СКПК «АгроАльянс» возникли с 29.11.2010, следовательно, возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 29.02.2011.

Доводы уполномоченного органа мотивированы следующими обстоятельствами.

Решением Белореченского районного суда от 03.03.2011 по делу № 2-217/2011 с СКПК «АгроАльянс», ФИО2, ФИО14 солидарно взыскана в пользу ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» задолженность по кредитному договору от 04.05.2007 

<

***> в размере 3 958 802 руб. 47 коп., в том числе основной долг3 305 640 руб. 90 коп.

При этом суд общей юрисдикции установил, что срок исполнения обязательств по возврату части основного долга и уплате процентов по договору об открытии кредитной линии наступил 29.11.2010, однако, ответчики не возвратили основной долг и не уплатили проценты за пользование кредитом.

Впоследствии, в связи с тем, что обязательства перед банком не исполнялись, АО «Россельхозбанк» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением об установлении требований кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) СКПК «АгроАльянс». Определением суда от 20.01.2016 требования АО «Россельхозбанк» в сумме 9 002 193 руб. 23 коп., в том числе:  5 573 351 руб. 86 коп. - основной долг,3 428 841 руб. 37 коп. - пени (на основании кредитных договоров от 04.05.2007

<

***> и от 26.08.2008 № 080304/0366) включены реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, руководство кооператива не принимало меры для исполнения обязательств, размер обязательств кооператива перед банком только увеличился, в том числе за счет процентов и неустойки по кредитным договорам.

Привлекая ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «АгроАльянс» за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции исходил из того, что исходя из показателей финансово-хозяйственной деятельности должника на конец анализируемого периода структура баланса СКПК «АгроАльянс» являлась неудовлетворительной, финансово-хозяйственная деятельность должника осуществлялась исключительно за счет кредиторской задолженности, краткосрочных займов и долгосрочных обязательств, собственные источники формирования активов у должника отсутствуют.

Как следует из материалов дела, с 09.01.2007 до 02.05.2011 ФИО2, являясь членом кооператива и его председателем, получал займы и в силу должностного положения одобрял их выдачу другим членам кооператива. Сумма долга по займам ФИО2 перед кооперативом составила 10 878 793 руб. 50 коп. Реализуя свои полномочия, ФИО2 одобрял выдачу последующих займов, не получив оплату (возврат) первого, не предпринимал меры для обеспечения возврата заемных средств, выданных другим членам кооператива (ФИО5, ФИО6). В деле о банкротстве ФИО2 (№ А32-40516/2012) кооператив включен в реестр требований кредиторов должника  суммой требования 10 878 793 руб. 50 коп. как кредитор, требования которого не обеспечены залогом. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2017 по делу № А32-40516/2012 в отношении ФИО2 завершена процедура конкурсного производства, задолженность перед кооперативом признана погашенной.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2 создал такую ситуацию, при которой погашение кредитных обязательств кооператива стало невозможным.

По мнению уполномоченного органа, ФИО2 знал о наличии признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности должника и обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Поскольку ФИО2 указанную обязанность не исполнил, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании положений статьи 10 Закона о банкротстве.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5,ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве), суд первой инстанции исходил из того, что основную негативную (отрицательную) роль на финансово-хозяйственную деятельность кооператива оказал факт невозврата заемных средств, выданных кооперативом членам наблюдательного совета: ФИО5, ФИО6, председателю      ФИО2,  а  также СПК «Животновод».

Как следует из анализа финансового состояния должника, основу активов составляла дебиторская задолженность, за счет которой при проведении надлежащей работы могла быть погашена задолженность перед кредиторами, при этом правом на предъявление требований о взыскании дебиторской задолженности обладает единоличный исполнительный орган.

ФИО5 с 09.01.2011 до 04.02.2012 исполнял обязанности председателя кооператива, то есть фактически являлся единоличным исполнительным органом. Являясь членом кооператива, ФИО5 получал займы в 2007 - 2008 годах и в силу должностного положения одобрял их выдачу. Сумма долга по договорам займа ФИО5 перед кооперативом составила 9 438 147 руб. 16 коп. Обязанность по уплате полученных займов ФИО5 не исполнял. При наличии у должника дебиторской задолженности ФИО5 не предпринимал разумные меры по своевременному взысканию задолженности, что привело к ее фактической утрате в связи с истечением срока давности, и, соответственно, повлекло причинение должнику и его кредиторам ущерба на указанную сумму.

Таким образом, суд пришел к выводу, что в данном случае причинно-следственная связь между наступившей недостаточностью имущества должника и действиями контролирующих должника лиц усматривается в ненадлежащем проведении  работы по взысканию дебиторской задолженности лицами, исполняющими обязанности единоличного исполнительного органа (ФИО2 и ФИО5). Указанные лица также являются выгодоприобретателями по сделкам (договоры займов), совершенным в отсутствие встречного исполнения.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апелляционных жалоб ФИО2, ФИО6 и ФИО5 и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт в указанной части подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

Отменяя судебные акты суда первой и апелляционной инстанций, направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд кассационной инстанции указал, что наличие у должника признаков неплатежеспособности в период с 09.01.2007 до 02.05.2011 документально не подтверждено, в связи с этим вывод судов о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере обязательств должника, возникших с 29.03.2011, является преждевременным. Суды не указали, каким образом данная сумма соотносится с размером требований кредиторов, включенных в реестр (с учетом необходимости ее определения в соответствии с абзацем 10 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве), а также не привели мотивов для ее снижения в порядке абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона.

Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, проверить доводы ФИО2, при необходимости истребовать дополнительные доказательства, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Между тем, как следует из мотивировочной части обжалуемого судебного акта, при новом рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции не выполнил  обязательные для выполнения в силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания суда кассационной инстанции. Фактически, суд первой инстанции положил в основу судебного акта заявление уполномоченного органа, в отсутствие надлежащей правовой оценки представленных в материалы дела доказательств и заявленных ответчиками возражений.

Судебная коллегия повторно исследовала представленные сторонами доказательства и пришла к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона№ 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается уполномоченный орган, свидетельствующие, по его мнению, о доведении должника до банкротства, имели место до вступления в силу Закона № 73-ФЗ, сделки по выдаче займов совершены в 2007- 2008 г.г., то подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 127-ФЗ, действовавшей в период с 26.10.2002 по 04.06.2009.

Согласно данным ЕГРЮЛ, основным видом экономической деятельности СКПК «АгроАльянс» (ИНН 

<

***>) является предоставление займов и прочих видов кредитов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее - Закон № 193-ФЗ) исполнительными органами кооператива являются председатель кооператива и правление.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона № 193-ФЗ управление кооперативом осуществляют общее собрание членов кооператива (собрание уполномоченных), правление кооператива и (или) председатель кооператива, наблюдательный совет кооператива, создаваемый в потребительском кооперативе в обязательном порядке, в производственном кооперативе в случае, если число членов кооператива составляет не менее 50.

Пунктом 1 статьи 19 Закона № 193-ФЗ, а также Уставом кооператива предусмотрено, что управление кооперативом осуществляют общее собрание членов кооператива (собрание уполномоченных), правление кооператива и (или) председатель кооператива, наблюдательный совет кооператива, создаваемый в потребительском кооперативе в обязательном порядке.

В силу пункта 1 статьи 20 Закона № 193-ФЗ общее собрание членов кооператива является высшим органом управления кооперативом и полномочно решать любые вопросы, касающиеся деятельности кооператива, в том числе отменять или подтверждать решения правления и (или) председателя кооператива и наблюдательного совета кооператива.

Председатель кооператива и члены правления кооператива осуществляют управление кооперативом. При этом они должны соблюдать ограничения, установленные настоящим Федеральным законом и уставом кооператива.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, протоколом общего организационного собрания членов СКПК «АгроАльянс» от 09.01.2007 утвержден Устав должника, в состав членов кооператива принято: 5 юридических лиц, 13 физических лиц, в том числе: ФИО2, ФИО5 и ФИО6

Высшим органом управления кооперативом является общее собрание (параграф 3 пункт 1 раздела Устава).

Протоколом общего организационного собрания членов СКПК «АгроАльянс» от 09.01.2007 утвержден Устав кооператива, председателем кооператива избранФИО2, в функции которого в соответствии с Уставом входит: осуществление  непосредственного руководства кооперативом, целесообразное ведение финансово-хозяйственной деятельности, принятие мер в интересах кооператива.

Органом управления и контроля кооператива является наблюдательный совет.

В наблюдательный совет 09.01.2007 избраны, в том числе ФИО5 и ФИО6 Председатель наблюдательного совета - ФИО5

Согласно Уставу должника наблюдательный совет кооператива создан в целях осуществления контроля за деятельностью кооператива, проведения ревизии его деятельности (стр. 11, глава 3, пункт 4, раздела 3 Устава). Согласие наблюдательного совета кооператива необходимо в случае предоставления займа члену правления кооператива, а также в случае, если член Правления кооператива выступает в качестве поручителя при предоставлении займа члену кооператива.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что впоследствии исполнение обязанностей председателя принял на себя председатель наблюдательного совета ФИО5 (с 02.05.2011 по 04.02.2012).

04.02.2012 состоялось внеочередное общее собрание членов СКПК «АгроАльянс», на котором выбран новый председатель кооператива сроком на пять лет - ФИО7 (04.02.2012 - 01.01.2014), что подтверждается протоколом от 04.02.2012 № 1/2012. Впоследствии на основании своего заявления приказом от 01.01.2014 ФИО7 уволен с должности председателя кооператива.

В дальнейшем исполнительным органом кооператива являлся председатель наблюдательного совета ФИО5 (с 01.01.2014 по 06.10.2016).

Учитывая вышеизложенное, ФИО2, ФИО5 и ФИО6 относятся к числу субъектов, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, уполномоченный орган в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указал на доведение должника до банкротства (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве), выразившееся в непроведении надлежащей работы по взысканию дебиторской задолженности.

В обоснование заявленного требования, уполномоченный орган указал, что члены кооперативы не проявляли должной осмотрительности, действуя недобросовестно, воспользовались правом на получение займов в СКПК «АгроАльянс» в целях извлечения личной выгоды во вред должнику и его кредиторам. Бездействие ответчиков по взысканию задолженности по договорам займа существенно ухудшило финансовое положение должника и явилось причиной фактически наступившего банкротства.

Признавая доводы уполномоченного органа необоснованными, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и тому подобное), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и так далее.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Федеральным законом № 266-ФЗ введены презумпции (предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), которые предназначены для облегчения доказывания основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

На заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов не подтверждают совокупность обстоятельств, необходимых для возложения субсидиарной ответственности.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков.

Соответствующая правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

Согласно пункту 8 статьи 4 Закон № 193-ФЗ кредитные кооперативы создаются в целях организации финансовой взаимопомощи членов кредитных кооперативов и ассоциированных членов кредитных кооперативов посредством:

1) объединения паевых взносов членов кредитных кооперативов и ассоциированных членов кредитных кооперативов, средств, привлекаемых в кредитные кооперативы в форме займов, полученных от членов кредитных кооперативов и ассоциированных членов кредитных кооперативов, и иных денежных средств в порядке, определенном настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и уставами кредитных кооперативов;

2) размещения указанных в подпункте 1 настоящего пункта денежных средств путем предоставления займов членам кредитных кооперативов для удовлетворения их финансовых потребностей.

Как следует из материалов дела, основным видом экономической деятельности СКПК «АгроАльянс» (ИНН 

<

***>) является предоставление займов и прочих видов кредитов.

Основной целью деятельности кооператива является взаимное кредитование и сбережение денежных средств членов и ассоциированных членов на основе аккумулирования их паевых и иных взносов, а также других собственных средств кооператива и привлечения в кооператив средств от других организаций (пункт 1 главы 2 Устава СКПК «АгроАльянс»).

Основными видами деятельности должника являются, в том числе: выдача займов членам и ассоциированным членам кооператива (пайщики) в денежной форме; получение займов кооперативом от пайщиков; получение займов и кредитов от кредитных и иных организаций; размещение свободных средств кооператива в кредитный кооператив второго уровня, в депозиты банков, а также приобретение государственных или муниципальных ценных бумаг; оказание пайщикам консультационных и иных услуг, соответствующих целям своей деятельности; осуществление предпринимательской деятельности лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых создан кооператив; иные не запрещенные законом виды деятельности.

Таким образом, предоставление займов членам кооператива, в том числе членам кооператива, входящим в органы управления, соответствовало целям и видам деятельности кооператива. В связи с этим предоставление займов ФИО2,ФИО5, ФИО6 соответствовало целям и задачам деятельности кооператива, соответствовало принятой практике деятельности кооператива. 

Суд установил, что между должником и ИП ФИО13 КФХ ФИО2 (заемщик) заключены следующие договоры займа: от 23.05.2007 № 1 на сумму 2 750 000 руб., от 17.12.2007 № 15 на сумму 1 000 000 руб., от 29.12.2007 № 25 на сумму 200 000 руб., от 14.01.2008 № 29 на сумму 3 000 000 руб., от 01.04.2008 № 34 на сумму 1 000 000 руб., от 17.06.2008 № 37 на сумму 402 000 руб., от 17.09.2008 № 41 на сумму 150 000 руб., от 02.10.2008 № 44 на сумму 875 000 руб., от 14.11.2008 № 47 на сумму 800 000 руб., от 29.12.2008 № 49 на сумму 150 000 руб. и от 30.09.2009 № 50 на сумму 400 000 руб., в соответствии с условиями которого СКПК «Агроальянс» (займодавец) передает в собственность заемщика денежные средства в соответствующем размере, а заёмщик обязуется возвратить займодавцу указанную сумму займа и уплатить проценты за пользование ею в размере 13 % годовых.

Между должником и ИП ФИО13 КФХ ФИО5 (заемщик) заключены договоры займа № 3 от 23.05.2007, № 8 от 26.07.2007, № 42 от 02.10.2008, согласно условиям которых кредитор передал заемщику денежные средства в общей сумме 10 640 140,60руб., возврат денежных средств должен быть осуществлен в обусловленный срок.

Между должником и ИП ФИО13 КФХ ФИО6 (заемщик) заключены договоры займа от 23.05.2007 № 2, от 20.12.2007 № 17 и от 02.10.2008 № 43, в соответствии с которыми займодавец передал заемщику 2 750 тыс. руб. по платежному поручению от 30.05.2007 № 23 и 2 500 тыс. руб. по расходному кассовому ордеру от 20.12.007, 500 тыс. руб. по платежному поручению от 20.12.2007 № 65, 1 млн. руб. по расходному кассовому ордеру от 02.10.2008, соответственно.

Должник (займодавец) и ФИО12 (заемщик) подписали договор займа от 20.12.2007 № 20, по которому займодавец передал ФИО12 2 500 тыс. рублей по расходному кассовому ордеру от 25.12.2007.

03.05.2011 ФИО12 и должник подписали договор о переводе долга№ 02-05-2011, по условиям которого с согласия общества ФИО12 перевела свои обязательства на ФИО6 по договору займа от 20.12.2007 № 20 с суммой долга в размере 2 743 916 руб. 52 коп., в том числе: 2 130 750 руб. - основной долг, 342 256,09 руб. - проценты, 250 353 руб. 64 коп. - задолженность по внесению взносов, 20 556 руб. 79 коп. - штрафные санкции.

Суд апелляционной инстанции исследовал обстоятельства принятия решения о выдаче займов членам кооператива, порядок выдачи займов и установил следующее. 

Из материалов дела следует, что кооператив осуществлял кредитование только членов кооператива, которыми согласно Уставу должника могли быть юридические лица, признающие Устав кооператива, участвующие в его хозяйственной деятельности, являющиеся сельскохозяйственными товаропроизводителями, и (или) граждане, ведущие личное подсобное хозяйство, занимающиеся садоводством, огородничеством, животноводством и граждане, являющиеся членами или работниками сельскохозяйственных  организаций и или крестьянских (фермерских) хозяйств. 

Решение о выдаче займов принималось не только председателем и наблюдательным советом кооператива, но и представителем АО «Россельхозбанк», поскольку кредитование членов кооператива осуществлялось в рамках программы кредитования организованной за счет бюджетных средств в рамках программы, утвержденной Правительством РФ для поддержки крестьянских (фермерских) хозяйств, кредитуемых через сельскохозяйственные кредитные потребительские кооперативы.

Займы предоставлялись кооперативом своим членам из средств, предоставленных АО «Россельхозбанк» должнику по кредитным договорам 

<

***> от 04.05.2007№ 070304/0366 от 26.08.2008, а также из средств его членов и самого кооператива. 

При этом, ответчики получали займы, не как руководители кооператива, а как члены кооператива, являющиеся главами крестьянских (фермерских) хозяйств, и осуществляющие деятельность крестьянских (фермерских) хозяйств. Впоследствии каждый заемщик после получения займов от кооператива предоставлял отчетность за целевое использование денежных средств, как должнику, так и банку.  

То обстоятельство, что полученные денежные средства были использованы ФИО2, ФИО5, ФИО6 на нужды КФХ в соответствии с их целевым назначением, подтверждается тем, что вопрос о целевом расходовании денежных средств контролировался самим должником, а также банком, при этом банк после получения отчетности о расходовании денежных средств претензий о нарушениях со стороны кооператива (нецелевое использование денежных средств) не заявлял. 

Порядок предоставления займов членам кооператива также контролировался банком. 

По вопросу о порядке предоставления займа членам кооператива ФИО2 пояснил, что он подписывал договор о предоставлении займа члену кооператива только после рассмотрения вопроса наблюдательным советом об одобрении решения о выдаче кредита конкретному заемщику для его сельскохозяйственных нужд и после согласования заявки юристом кооператива, который проверял соответствие документов на выдачу займов действующему законодательству РФ. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заемные обязательства регулировались гражданским законодательством, займы предоставлялись кооперативом на общих основаниях в соответствии с положениями Устава и не были связаны или обусловлены вхождением заемщиков в органы управления кооператива и исполнением ими управленческих функций, наличием властно-распорядительных полномочий.

Предоставление и получение займов осуществлялось в рамках ведения предпринимательской деятельности участниками отношений, в этой связи они были сопряжены с риском неисполнения обязательств, принятых на себя заемщиками. 

Уполномоченный орган не представил в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договоров займа ответчики в силу должностных полномочий злоупотребляли правом, а также доказательства, подтверждающие оказание ответчиками в силу имеющейся у них возможности влиять  на принятие решений о выдаче займов. 

Не приведены обстоятельства, свидетельствующие о том, что ответчики, получая от должника займы, заведомо действовали недобросовестно, изначально, предполагая, что суммы займов не будут возвращены. 

Как следует из договоров займов, находящихся в материалах дела, заключенных должником с ФИО13 КФХ ФИО5, ФИО13 КФХ ФИО6, ФИО13 КФХ ФИО2, СПК «Животновод», договоры заключены и займы выданы в период 2007 - 2008 г.г., а срок возврата займа по основной части договоров - 2013 год; часть договоров займа предусматривала возврат займа в 2012 году.

В связи с этим вывод суда о противоправности действий ответчиков является необоснованным, так как предоставление займов и прочих видов кредитов является основным видом экономической деятельности СКПК «АгроАльянс». Более того, предыдущие суммы займа не были возвращены, поскольку сроки возврата по ним еще не наступили. 

При рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции не дал оценку тому факту, что займы получали практически все члены кооператива и основная часть займов была возвращена, что подтверждается тем, что в списке дебиторов на 2015 года (т. 1, л.д. 67 - 68) значится большее количество дебиторов, чем по состоянию на 2018 год.

Остальная сумма займов не была возвращена в силу объективных причин, поскольку КФХ признаны несостоятельными (банкротами), деятельность которых проверялась в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) на предмет фиктивного банкротства, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено.

Из информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, следует, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2013 по делу№ А32-40516/2012 в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО2 введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.07.2013 в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.05.2013 по делу№ А32-40516/2012 требования СКПК «АгроАльянс» в размере 10 878 793 руб. 50 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО13 КФХФИО2

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2017 конкурсное производство в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО2 завершено, обязательства перед кредиторами списаны.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.09.2015 по делу№ А32-3362/2013 расторгнуто мировое соглашение, ИП ФИО13 КФХ ФИО5 признан несостоятельным (банкротом). В отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.07.2013 по делу№ А32-3362/2013 требования СКПК «АгроАльянс» в размере 10 640 140,60 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО13 КФХ ФИО5

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.03.2016 по делу№ А32-3362/2013 конкурсное производство в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО5 завершено, обязательства перед кредиторами признаны погашенными.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.06.2012 по делу№ А32-49693/2011 в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО6 введена процедура наблюдения. Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.06.2012 в отношении должника введено конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.06.2012 делу№ А32-49693/2011 требования СКПК «АгроАльянс» в размере 11 922 980 руб. задолженности, в том числе 8 396 850 руб. основного долга и 3 526 130 руб. процентов за пользование займом включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО13 КФХ ФИО6

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2013 по делу№ А32-49693/2011 конкурсное производство в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО6 завершено, обязательства перед кредиторами признаны погашенными.

Их вступивших в законную силу определений суда о завершении процедуры конкурсного производства в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО6, ИП ФИО13 КФХ ФИО5 и ИП ФИО13 КФХ ФИО2 следует, что конкурсные управляющие провели все необходимые мероприятия по выявлению и формированию конкурсной массы, направили запросы в соответствующие регистрационные органы, провели торги по реализации имущества должника. В рамках дел о несостоятельности (банкротстве) частично требования, включенные в реестр, удовлетворены за счет реализации конкурсной массы Глав КФХ. При этом, в соответствии с требованиями статьи 142 Закона банкротстве, требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными. Признаки фиктивного или преднамеренного банкротства, факты вывода имущества главами крестьянских хозяйств в рамках указанных дел не установлены.

ФИО2 в дополнениях к пояснениям к апелляционной жалобе указал, что у ИП ФИО13 КФХ ФИО2 имелось в собственности имущество стоимостью более 10 000 000 руб., которое в последующем включено в конкурсную массу должника, реализовано, а денежные средства, полученные от реализации имущества должника направлены на удовлетворение требований кредиторов должника.

Вывод суда первой инстанции о том, что, используя институт несостоятельности (банкротства), ФИО5, ФИО6, ФИО2 освободились от накопленных долгов, признается судом апелляционной инстанции документально не подтвержденным.

Использование института банкротства предусмотрено действующим законодательством РФ в целях сокращения (уменьшения) убытков другим лицам (кредиторам), когда обязательства превышают размер активов и не могут быть исполнены в определенные законом сроки. 

Факт обращения Глав КФХ с заявлением о признании их несостоятельными (банкротами) и введении в отношении них процедур банкротства само по себе не свидетельствует об их недобросовестности, а также о нежелании осуществлять погашение требований кредиторов должника, учитывая, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено, как и не установлено совершение ответчиками действий, направленных на вывод активов (имущества), в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) КФХ сделки недействительными не признаны. Подача заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) является реализацией права, предусмотренного Законом о банкротстве, в связи с этим злоупотребление правом со стороны глав КФХ не усматривается. Поскольку в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способ защиты гражданских прав выбирается заявителем, обращение с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует о злоупотреблении заявителем правом.

Вывод суда первой инстанции о том, что ответчики не принимали меры по взысканию дебиторской задолженности и утрачены сроки исковой давности, не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку в связи с нарушением главами КФХ долговых обязательств кооператив осуществлял меры для взыскания задолженности, возникшей из договоров займа, в том числе заключенных с членами наблюдательного совета, в частности предъявлены соответствующие требования в судебном порядке к ИП ФИО13 КФХ ФИО5 и ИП ФИО13 КФХ ФИО2 в рамках дел о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.11.2013 по делу№ А32-28265/2012 исковые требования должника к ИП ФИО13 КФХ ФИО2 оставлены без рассмотрения, поскольку в отношении ИП ФИО13 КФХ ФИО2 возбуждено дело о банкротстве.

Задолженность, возникшая из договоров займа, взыскана с ФИО5 в пользу СКПК «АгроАльянс» в судебном порядке, что подтверждается и материалами дела.

Так, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.12.2012 по делу № А32-28264/2012 взыскана задолженность с ИП ФИО13 КФХ ФИО5 в пользу СКПК «АгроАльянс» в сумме 10 640 140 руб., в том числе: сумма основного долга по договору займа № 3 от 23.05.2007 в размере 2 000 000 руб. и процентов в размере 1 642 596,16 руб., сумма основного долга по займу, выданному на основании расходного кассового ордера № 20 от 19.07.2007, в размере1 900 000 руб. и сумма процентов по нему в размере 689 488,89 руб., сумма основного долга по договору займа № 8 от 26.07.2007 в размере 700 000 руб. и сумма процентов по нему в размере 504 622,22 руб., сумма основного долга по займу, выданному на основании расходного кассового ордера № 45 от 17.12.2007 в размере 932 300 руб. и проценты по нему в размере 44 630,05 руб., сумма основного долга по займу, выданному на основании платежного поручения № 69 от 21.12.2007 в размере 1 764 600 руб. и процентов по нему в размере 150 345,11 руб., сумма основного долга по договору займа № 42 от 02.10.2008 в размере 262 360 руб. и проценты по нему в размере 49 198 руб.17 коп.

В связи с тем, что ИП ФИО13 КФХ ФИО2 и ИП ФИО13 КФХФИО5, ИП ФИО13 КФХ ФИО6 признаны несостоятельными (банкротами), имеющаяся задолженность включена в реестр требований кредиторов в рамках дел о банкротстве указанных лиц. 

Судебная коллегия учитывает, что ФИО5 принимал меры к погашению задолженности перед должником, заключено мировое соглашение по делу о банкротстве ИП ФИО5, в рамках исполнения которого задолженность частично погашена. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.09.2015 по делу№ А32-3362/2013 мировое соглашение расторгнуто, в отношении ИП ФИО13 КФХФИО5 открыта процедура конкурсного производства. 

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, учитывая, что факт частичного погашения задолженности перед должником в рамках дел о банкротстве за счет реализации имущества Глав КФХ, отсутствие признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, а также то, что по итогам проведенных в отношении ФИО2, ФИО5, ФИО6 процедур банкротств задолженность указанных лиц перед кредиторами признанна погашенной, должники освобождены от своих долговых обязательств перед кредиторами, в том числе перед СКПК «АгроАльянс», суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что надлежащих и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2, ФИО5, ФИО6, имея в распоряжении денежные средства, достаточные для возврата сумм займов, уклонялись от исполнения обязательств перед должником, то есть действовали недобросовестно и неразумно, в материалы дела не представлено. Неразумное и экономически неоправданнее поведение ответчиков не установлено. 

Судебная коллегия исходит из того, что невозврат суммы займов должнику продиктован объективными причинами, вызванными общим ухудшением экономической ситуации; экономический кризис 2008 - 2009 г.г. оказал негативное воздействие на осуществление предпринимательской деятельности, в том числе ответчиков.

Таким образом, наступивший экономический кризис отрицательно отразился на финансовой состоятельности ответчиков, в отношении которых впоследствии возбуждены дела о банкротстве. Данная ситуация негативно отразилась на возможности ответчиков возвратить должнику денежные средства по договорам займа. Последующее ухудшение финансового положения заемщика влечет за собой увеличение риска невозврата им полученного кредита, однако это является обычным предпринимательским риском, который несет коммерческая организация, осуществляющая систематическую деятельность, направленную на получение прибыли.

Суд апелляционной инстанции установил, что определением суда от 12.12.2018 признан недействительным договор купли-продажи части нежилого помещения - магазина «Апельсин» по адресу: 

<

...>, площадью 208,5 кв.м., кадастровый номер 23-23-07/017/2005-211, заключенный между СКПК «АгроАльянс» и ООО «Автотранс». 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что данная сделка явилась причиной банкротства должника. 

Доля стоимости данного актива в общей стоимости активов должника не значительна. После совершенной оспоренной сделки у кооператива имелись активы, в том числе недвижимое имущество, для погашения кредиторской задолженности. Отчужденный по оспоренной сделке магазин не имел значительной ценности. 

Стоимость магазина при продаже составила 500 000 руб., что подтверждается определением суда от 12.12.2018. В ходе судебного разбирательства рыночная стоимость на дату продажи определена в размере 1 092 000 руб. При этом балансовая стоимость активов должника на 31.12.2014 - последнюю отчетную дату, предшествующую банкротству, составляла 59 584 000 руб. 

Таким образом, стоимость отчужденного по сделке имущества составила менее 2 % стоимости активов должника. 

При этом совершенная и оспоренная впоследствии сделка не привела к невозможности деятельности предприятия, поскольку данное имущество непосредственно кооперативом не эксплуатировалось. Указанная сделка не могла существенно повлиять на объективное банкротство должника, не повлекла за собой существенного ухудшения финансового положения должника, имущество не составляло значительной ценности и в этой связи сделка не оказала существенного влияния на возможность расчетов с кредиторами должника. В связи с этим названная сделка не является причиной банкротства предприятия.

Магазин «Апельсин» возвращен в конкурсную массу, реализован в процедуре конкурсного производства, доходы от реализации направлены на погашение задолженности перед кредиторами. 

Ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества, и т.п.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

С учетом вышеизложенного, само по себе непогашение главами крестьянских хозяйств принятых на себя обязательств в условиях наличия объективных причин невозврата суммы займа, не может быть квалифицировано судом как недобросовестное поведение ответчиков, влекущее вывод о недобросовестности действий ответчиков, воспользовавшихся правом на получение займов в СКПК «АгроАльянс».

Сам по себе невозврат суммы займа в условиях наличии объективных причин такого невозврата не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, должны привести к тому, что должник стал неспособным исполнять обязательства перед кредиторами в результате таких действий. 

В рассматриваемом случае заявитель не представил доказательства, свидетельствующие о наличии в действиях (бездействии) должника признаков недобросовестного и неразумного поведения, повлекшего банкротство должника. 

Судебная коллегия по результатам анализа представленных в материалы дела доказательств не установила наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение до банкротства должника. 

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53), судебная коллегия пришла к выводу о том, что в данном случае заявитель не представил доказательства того, что ответчики посредством своих неразумных и недобросовестных действий довели СКПК «АгроАльянс» до банкротства либо являлись выгодоприобретателями по сделкам, причинившим ущерб должнику, либо присвоили имущество должника.

Таким образом, основания для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве у суда первой инстанции отсутствовали. 

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, уполномоченный орган в качестве основания для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности указал, что фактически признаки неплатежеспособности СКПК «АгроАльянс» возникли 29.11.2010, следовательно, возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 29.02.2011.

Признавая доводы уполномоченного органа необоснованными, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при одновременном наличии указанных в Законе о банкротстве условий:

- возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона обстоятельств;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации№ 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), указано, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума ВС РФ № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016), в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015).

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Суд первой инстанции, привлекая ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «АгроАльянс» за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), исходил из того, что исходя из показателей финансово-хозяйственной деятельности должника на конец анализируемого периода структура баланса СКПК «АгроАльянс» является неудовлетворительной, финансово-хозяйственная деятельность должника осуществляется исключительно за счет кредиторской задолженности, краткосрочных займов и долгосрочных обязательств, собственные источники формирования активов у предприятия отсутствуют. ФИО2 знал о наличии признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности должника и обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Поскольку ФИО2 указанную обязанность не исполнил, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании положений статьи 10 Закона о банкротстве.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Как следует из материалов дела, протоколом общего организационного собрания членов кооператива от 09.01.2007 председателем кооператива избран ФИО2, полномочия которого исполнял до 02.05.2011 (протокол № 1/2011). Впоследствии исполнение обязанностей председателя принял на себя ФИО5 (с 02.05.2011 по 04.02.2012). С 04.02.2012 по 01.01.2014 обязанности председателя кооператива исполнял ФИО7 (протокол от 04.02.2012 № 1/2012). В дальнейшем исполнительным органом кооператива выступал председатель наблюдательного совета ФИО5 (с 01.01.2014 по 06.10.2016).

Заявитель не представил обоснование и не представил доказательства, что  признаки объективного банкротства возникли у должника в 2010 году.

Поскольку полномочия ФИО2 прекратились 02.05.2011, основания и полномочия для обращения в суд с заявлением о банкротстве кооператива у него отсутствовали.

Соответственно, оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом по обязательствам, возникшим с 02.05.2011, у суда не имелось.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, ФИО2 указал, что в спорный период у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Как следует из финансового анализа деятельности должника, проведенного конкурсным управляющим, снижение суммы внеоборотных активов с 30 203 тыс. рублей до 28 080 тыс. рублей произошло в 4 квартале 2015 года. То есть, до указанной даты кооператив не имел признаков банкротства. В 2012 году кооператив получил прибыль 10 485 тыс. рублей.

При таких показателях наличие задолженности около 4 000 000 руб., возникшей в период исполнения ФИО2 обязанностей руководителя должника, установленной решением Белореченского районного суда от 03.03.2011 по делу № 2-217/2011, само по себе не свидетельствовало о неплатежеспособности должника.

Наличие неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отражать наступление критического для юридического лица финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Из анализа финансового состояния должника не следует, что признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника возникли ранее 2012 года.

Более того, в 2011 - 2013 годах на балансе кооператива имелось имущество со значительной стоимостью - основные средства (здания, сооружения, земельные участки) общей стоимостью более 30 млн. руб. У кооператива имелась значительная дебиторская задолженность - около 8 млн. руб., а также финансовые вложения - выданные займы пайщикам - в размере более 21 млн. руб.

Сведения о балансовой стоимости имущества должника исследовались судом при рассмотрении вопроса о взыскании вознаграждения временного управляющего и указаны в определении Арбитражного суда Краснодарского края от 12.01.2017 по настоящему делу.

В 2010-2011 г.г. кооператив имел возможность погашать обязательства перед контрагентами, не имел просроченных обязательств, в том числе по обязательным платежам, так как имел активы, в том числе денежные средства, имущество, дебиторскую задолженность, образованную в результате уставной деятельности должника, из которой имел возможность погасить задолженность. 

В этой связи просрочка исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк» и взыскание долга в 2011 году само по себе не свидетельствовало об объективном банкротстве кооператива, кредиторская задолженность по состоянию на начало 2012 года в сравнении с активами баланса была незначительной.

Согласно представленному в материалы дела финансовому анализу за период  2012 - 2016, вплоть до 2013 года кооператив работал с прибылью и не имел признаков объективного банкротства.

По данным анализа финансового состояния должника, на протяжении анализируемого периода (2012 - 2015 годы) доля собственного капитала постепенно снижалась 88,89% в 4-м квартале 2013 года, 87,86 % в 4-м квартале 2014 года и 85,25% в 4-м квартале 2015 года.

Существенное снижение величины собственного капитала (на 22,08%) имело место в 2013 году; в 2014 - 2015 годах величина собственного капитала уменьшилась на 4 293,0 тыс. руб., что связано с ростом убытков.

Из финансового анализа также следует, что валюта баланса за период с 31.12.2012 по 31.12.2015 уменьшилась на 18 008 тыс. руб.: с 75 538 тыс. руб. до 57 530 тыс. руб. или на 23,84 %.

Исходя из показателей финансово-хозяйственной деятельности должника, управляющий сделал вывод, что на конец анализируемого периода структура баланса СКПК «АгроАльянс» является неудовлетворительной, финансово-хозяйственная деятельность должника осуществляется исключительно за счет кредиторской задолженности, краткосрочных займов и долгосрочных обязательств, собственные источники формирования активов у предприятия отсутствуют.

Вместе с тем, если исходить из анализа финансового состояния должника,  структура баланса СКПК «АгроАльянс» является неудовлетворительной на конец анализируемого периода, то есть на 2015 год, то есть неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов возникла на конец анализируемого периода - на начало 2015 года.

Поскольку финансовое состояние и перспективы дальнейшей работы организации руководитель оценивает по итогам окончания финансового года и сдачи бухгалтерской отчетности за 2015 год, соответственно, основания для обращения в суд с заявлением о признании СКПК «АгроАльянс» банкротом возникли не ранее 30.03.2015, и, соответственно, обязанность по обращению с таким заявлением наступила не позднее чем через месяц после указанной даты - 30.04.2015.

Вместе с тем, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.07.2015 по заявлению кредитора ИП ФИО10

Таким образом, наличие у должника признаков неплатежеспособности в период с 09.01.2007 до начала 2015 года документально не подтверждено, в связи с этим вывод суда о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в размере обязательств должника, возникших с 29.03.2011, является необоснованным.

Уполномоченный орган и иные лица, участвующие в деле, не указали иную дату возникновения у должника признаков объективного банкротства, при наступлении которых у руководителя должника возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Уполномоченный орган при новом рассмотрении обособленного спора фактически самоустранился от участия в обособленном споре, заняв пассивную процессуальную позицию. Доказательства в обоснование заявленного требования не предоставил, возражения в отношении апелляционных жалоб не представил.

Фактически доводы уполномоченного основаны на том, что у должника имелась задолженность, подтвержденная решением Белореченского районного суда от 03.03.2011 по делу № 2-217/2011.

Вместе с тем, данный факт не свидетельствует о безусловной обязанности ответчиков обратиться в суд с заявлением о банкротстве СКПК «АгроАльянс», при этом уполномоченный орган не указал дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности, какие-либо объективные доказательства не представил,  доказательства возникновения у должника иных финансовых обязательств после указанной даты и до фактической даты возбуждения дела о банкротстве (15.07.2015) не представил. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Обращаясь с заявлением, уполномоченный орган не указал, какие конкретно действия либо бездействие ответчиков привели к наступлению объективного банкротства должника и явились причиной невозможности полного погашения требований кредиторов.

По общему правилу бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо лежит на заявителе соответствующего требования (статья 65 Кодекса, пункт 56 постановления Пленума ВС РФ № 53.

Применительно к рассматриваемому спору уполномоченный орган не доказал и не обосновал, когда у должника возникли признаки объективного банкротства; не указал дату, когда у руководителя должника возникла обязанность обратиться с заявлением о банкротстве должника; не представил сведения о том, какие обязательства возникли у должника в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ответчиков при осуществлении руководства предприятием, и совершении им действий, повлекших ухудшение финансового положения должника.

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника.

Учитывая установленные судом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, а также недоказанность заявителями причинно-следственной связи между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку убедительных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что кредиторская задолженность образовалась в результате недобросовестных действий ответчиков, в материалы дела в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель не представил, судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления. 

Неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены определения Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024 по делу № А32-24789/2015 в части привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК «АгроАльянс» и взыскания солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО2 денежных средств в размере 11 826 472,22 руб. в пользу СКПК «АгроАльянс» и принятия нового судебного акта в указанной части об отказе в удовлетворении заявления.

Поскольку суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, то апелляционная жалоба конкурсного управляющего, в которой последний выразил несогласием с размером субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, не подлежит удовлетворению. 

Проанализировав доводы апелляционной жалобы ФИО2, в которой ответчик обжалует выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судебная коллегия пришла к выводу об их необоснованности, исходя из следующего.

В 2012 году на балансе кооператива имелось имущество значительной стоимостью - основные средства (здания, сооружения, земельные участки) общей стоимостью более 30 млн. руб. У кооператива имелась дебиторская задолженность - около 8 млн. руб., а также финансовые вложения - выданные займы пайщикам - в размере более 21 млн. руб. При этом кредиторская задолженность по состоянию на 2012г. была в сравнении с активами баланса не значительна.

В свою очередь обязательства кооператива перед АО «Россельхозбанк» в размере9 002 193,23 руб. обеспечены залогом имущества СКПК «АгроАльянс», что отражено в определении суда о включении требований банка в реестр кредиторов от 20.01.2016 по настоящему делу.

В суде первой инстанции ФИО7 указал, что полагал, что стоимости залогового имущества достаточно для расчетов с банком в случае предъявления им требований о погашении задолженности по кредитному договору, а для расчетов с иными кредиторами имеется незаложенное имущество и финансовые активы - дебиторская задолженность.

Рыночная стоимость залогового имущества согласно результатам оценки, проведенной конкурсным управляющим в 2017 году, составляла 10 125 910 руб. (отчет № 17-05-01 от 22.05.2017 об оценке рыночной стоимости здания весовой, мехтокплощадки, машинного двора, принадлежащих на праве собственности СКГПС «АгроАльянс» на земельном участке, находящимся в аренде, - 2 294 960 руб.; отчет № 17-05-02 от 22.05.2017 об оценке рыночной стоимости зданий на земельном участке, принадлежащем на праве собственности СКПК «АгроАльянс», - 7 830 950 руб.

Помимо указанного имущества у должника имелись и иные объекты недвижимости, не находящиеся в залоге у банка, в том числе и магазин «Апельсин».

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности кооператива являлось кредитование его пайщиков, которым в 2007-2008 годах были выданы займы со сроками возврата 2012 - 2013 г.г. Возврат займов пайщиками обеспечил бы полный расчет с кредиторами по имеющимся обязательствам, в том числе с банком, без реализации предмета залога.

Таким образом, в период с февраля 2012 г. по январь 2014 г. кооператив обладал активами, значительно превышающими долговые обязательства перед третьими лицами и бюджетом.

В этой связи у ФИО7, как председателя кооператива, имелись разумные основания полагать, что возникшие на предприятии финансовые трудности носят временный характер, а финансовое положение может быть стабилизировано без возбуждения производства по делу о банкротстве предприятия вследствие возврата или взыскания сумм займа с пайщиков.

Суд установил, что ФИО7 принял меры по взысканию задолженности в судебном порядке (взыскание дебиторской задолженности).

В течение 2012 - 2103 г.г. в судебном порядке были предъявлены к взысканию следующие требования:

- к ИП ФИО5

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.12.2012 по делу№ А32-28264/2012 взыскано с ИП ФИО5 в пользу СКПК «АгроАльянс» задолженность в сумме 10 640 140 руб., в том числе: - сумма основного долга по договору займа №3 от 23.05.2007 г. в размере 2 000 000 руб. и сумму процентов по нему в размере 1 642 596,16 руб. - сумма основного долга по займу, выданному на основании расходного кассового ордера №20 от 19.07.2007 г., в размере 1900 000 руб. и сумма процентов по нему в размере 689 488,89 руб., - сумма основного долга по договору займа №8 от 26.07.2007г. в размере 700 000 руб. и сумма процентов по нему в размере 504 622,22 руб.; - сумма основного долга по займу, выданному на основании расходного кассового ордера №45 от 17.12.2007 г. в размере 932 300 руб. и проценты по нему в размере 44 630,05 руб., - сумма основного долга по займу, выданному на основании платежного поручения №69 от 21.12.2007 г. в размере 1 764 600 руб. и процентов по нему в размере 150 345,11 коп.; - сумма основного долга по договору займа №42 от 02.10.2008 г. в размере 262 360 и проценты по нему в размере 49 198 руб. 17 коп.

В 2013 году в отношении ИП ФИО5 возбуждена процедура банкротства. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.07.2013 по делу№ А32-3362/2013 требования СКПК «АгроАльянс» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО5 в размере 10 640 140,60 руб.

В последующем по указанному делу заключено мировое соглашение -определение суда от 21.05.2014.

- к ИП ФИО13 КФХ ФИО2

СКПК «АгроАльянс» обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю главе КФХ ФИО2 и ООО «Меркурий-Юг» о взыскании 4 172 688 руб. 89 коп. задолженности по договору займа от 23.05.2007г. № 1, задолженности по договору займа от 29.12.2007г. № 25 в сумме 281 222 руб. 22 коп., задолженности по договору займа от 17.06.2008г. № 37 в сумме 547 725 руб., задолженности по договору займа от 17.09.2008г. № 41 в сумме 215 812 руб. 50 коп., задолженности по договору займа от 29.12.2008г. № 49 в размере 196 375 руб., а также о взыскании с предпринимателя и общества в солидарном порядке задолженности по договорам займа от 17.12.2007г. № 15, от 14.01.2008 № 29, от 01.04.2008г. № 34, от 02.10.2008г. № 44, от 14.11.2008г. № 47.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.11.2013 по делу№ А32-28265/2012 исковые требования СКПК «АгроАльянс» к ИП главе КФХ ФИО2 оставлены без рассмотрения в связи с возбуждением в отношении ФИО2 процедуры банкротства. С ООО «Меркурий-Юг» в пользу сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «АгроАльянс»взыскано 5 230 000 руб. 00 коп. - долга по договору займа. В остальной части в иске отказано.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.05.2013 по делу№ А32-40516/2012 требования СКПК «Агроальянс» в размере 10 878 793 руб. 50 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО13 КФХФИО2

- к КХ «Озерное» - СКПК «АгроАльянс» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к крестьянскому хозяйству «Озерное» о взыскании 700 000 руб. долга по договору займа.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2013 по делу№ А32-3912/2013 взыскано с крестьянского хозяйства «Озерное» в пользу Сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «АгроАльянс» 600 000 руб. задолженности.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2013 по делу № А32-3912/2013 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2013г. по делу № А32-3912/2013 отменено. Утверждено заключенное между СКПК «АгроАльянс» и крестьянским хозяйством «Озерное» мировое соглашение на условиях рассрочки платежа до 31.12.2013.

- СКПК «АгроАльянс» обратилось в Белореченский районный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО15 о взыскании долга в размере 647 488 руб.

Определением Белореченского районного суда Краснодарского края от 02.07.2012 по делу № 2-691/2012 утверждено мировое соглашение о погашении задолженности в размере 641 950 руб. с рассрочкой платежа до 01.06.2013.

- к ИП ФИО16

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.03.2013 по делу№ А32-12386/2012 требования СКПК «Агроальянс» в размере 3 543 464 руб., в том числе: 2 330 000 руб.  - долг по договору займа, 1 063 464 руб. - проценты по договору займа и 150 000 руб. - задолженность по оплате членских взносов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО16

- В адрес СПК «Животновод» направлена претензия и подготовлен проект искового заявления. Однако, по итогам проведенного анализа документов были выявлены факты ненадлежащего оформления первичных документов по предоставлению займов в адрес СПК «Животновод» - по отдельным займам, операции по которым были отражены в учете, отсутствовали подписанные приложения к договорам займа - графики возврата, в расходных кассовых документах, выписанных на имя ФИО17, не было подписи лица, получившего денежные средства, либо отсутствовала надлежащим образом оформленная доверенность на получение денежных средств.

Ответчик указал, что в связи с недостатками оформления первичной документации на предоставление займов в пользу СПК «Животновод» и недостаточности доказательственной базы по иску, а также в целях избежания несения значительных судебных расходов, поскольку вероятность отказа в иске была значительна, задолженность не была взыскана.

Таким образом, в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа должника ФИО7 (с 2012 до 2014) последний принял меры по взысканию дебиторской задолженности, что не позволяет сделать вывод о наличии его вины в доведении должника до банкротства.

Заявитель не представил доказательства, свидетельствующие о наличии в действиях (бездействии) должника признаков недобросовестного и неразумного поведения, повлекшего в последующем наступление банкротства должника. 

В рассматриваемом случае судебная коллегия по результатам анализа представленных в материалы дела доказательств не установила оснований  для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение до банкротства должника. 

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 в указанной части, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба ФИО2  в указанной части удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу конкурсного управляющего СКПК "АгроАльянс" ФИО4 оставить без удовлетворения.

Удовлетворить апелляционные жалобы ФИО5, ФИО6.

Апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК "АгроАльянс" и взыскания солидарно с ФИО2 в пользу СКПК "АгроАльянс" 11 826 472,22 руб.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024 по делу № А32-24789/2015 отменить в части привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам СКПК "АгроАльянс" и взыскания солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО2 11 826 472,22 руб. в пользу СКПК "АгроАльянс".

В удовлетворении заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 18.01.2024  по делу № А32-24789/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего СКПК "АгроАльянс" ФИО4 и ФИО2 - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             М.А. Димитриев

 

Д.В. Николаев