АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 сентября 2024 года

Дело №

А05-11524/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Лущаева С.В., Родина Ю.А.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Северо-Западная компания» ФИО1 (доверенность от 16.08.2024), от общества с ограниченной ответственностью «Север Софт Строй» ФИО2 (доверенность от 20.08.2024),

рассмотрев 18.09.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Север Софт Строй» и ФИО3 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 25.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 по делу № А05-11524/2020, 

 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Север Софт Строй», адрес: 163060, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Северо-Западная компания», адрес: 164520, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), о взыскании 3 865 259 руб. убытков, составляющих стоимость работ по устранении недостатков строительно-монтажных работ, выполненных по договору подряда от 01.02.2016 (далее – договор).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ГандвикСтрой» (далее – ООО «ГандвикСтрой»), общество с ограниченной ответственностью «АльфаПроект» (далее – ООО «АльфаПроект»), общество с ограниченной ответственностью «Диско 29» (далее – ООО «Диско 29»).

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 25.10.2022, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 15.03.2023 и кассационной инстанции от 14.06.2023, иск полностью удовлетворен.

ФИО3 03.04.2023 обратился в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о процессуальном правопреемстве истца по делу  в связи с заключением с ним договора уступки права требования (цессии) от 25.11.2022. Также ФИО3 заявлено ходатайство о взыскании с ответчика в его пользу 344 547 руб. 10 коп. судебных расходов, понесенных Обществом при рассмотрении дела (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением от 25.12.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 18.03.2024, заявление ФИО3 о взыскании в его пользу судебных расходов удовлетворено частично в сумме                    255 547 руб. 10 коп. В удовлетворении же заявления ФИО3 о процессуальном правопреемстве по настоящему делу судами  отказано и указано на то, что исполнительный лист для принудительного взыскания судебных расходов по делу не выдавать.

В кассационной жалобе Общество и ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение от 25.12.2023 и постановление от 18.03.2024 в части отказа в процессуальном правопреемстве и выдаче исполнительного листа на взыскание судебных расходов.

По мнению подателей жалобы, ответчик неправомерно заявил о зачете требования, по которому производится взыскание в исполнительном производстве, поскольку в рамках данного производства процессуальное правопреемство не произведено. Также податели жалобы отмечают, что на момент получения Обществом заявления от Компании  о зачете требования право истца уже было уступлено ФИО3 как в части взыскания убытков, так и в части взыскания судебных расходов, поэтому в процессуальном правопреемстве по делу судами отказано необоснованно. Размер установленных судами в обжалуемых судебных актах судебных расходов в сумме 255 547 руб. 10 коп. подателями жалобы не оспаривается и не опровергается.

В отзыве на жалобу Компания указывает, что в силу свершившегося зачета правопреемство на стороне истца исключается, ссылка на нормы об исполнительном производстве ошибочна, поскольку ими устанавливаются исключительно условия и форма зачета требований судебным приставом-исполнителем.

Определением суда округа от 21.08.2024 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 18.09.2024.

В связи с нахождением в очередном отпуске судьи Журавлевой О.Р., участвовавшей в рассмотрении кассационной жалобы до отложения судебного разбирательства, определением председателя судебного состава от 18.09.2024 в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена ее замена на судью   Лущаева С.В.

В этой связи рассмотрение кассационной жалобы начато с самого начала.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, представитель Компании возражал против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Вместе с дополнениями к своей правовой позиции Компания представила в суд округа в электронном виде, а в судебном заседании 18.09.2024 – оригинал ответа судебного пристава-исполнителя об уменьшении задолженности Общества перед ООО «Лира» на сумму 4 213 440 руб. в результате произведенного зачета.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Обществом (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) от 25.11.2022 (далее – договор цессии), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял требования в полном объеме о взыскании с Компании на основании решения Арбитражного суда Архангельской области от 25.10.2022 по делу № А05-11524/2020, 3 937 259 руб. задолженности, в том числе 3 865 259 руб. убытков, 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 70 000 руб. расходов по оплате экспертизы, о чем Общество 09.12.2022 уведомило Компанию.

Дополнительным соглашением от 30.03.2023 к договору цессии стороны увеличили размер уступаемой задолженности до 4 214 116 руб. 10 коп., включив в нее понесенные Обществом судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 276 857 руб. 10 коп. на основании договора на оказание юридических услуг от 02.06.2020 и акта об оказанных услугах от 16.03.2023 (за участие в судах первой и апелляционной инстанций).

В соответствии с дополнительным соглашением от 16.06.2023 к договору цессии размер уступаемой задолженности увеличен до 4 281 806 руб. 10 коп. в связи с включением в нее расходов на оплату услуг представителя в размере                      67 690 руб.  на основании акта об оказанных услугах от 16.06.2023 (за участие в суде кассационной  инстанции).

ФИО3 03.04.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в полном объеме заявленных Обществом требований по настоящему делу и о взыскании судебных расходов, право требования на которые уступлено Обществом.

Заявление ФИО3 о взыскании судебных расходов рассмотрено судом первой инстанции по существу.

Исследовав представленные  заявителем доказательства в обоснование расходов, в том числе договор на оказание юридических услуг от 02.06.2020, заключенный с ФИО2, доказательства, подтверждающие расходы представителя на проезд железнодорожным транспортом по маршруту Архангельск-Вологда-Архангельск и авиатранспортом по маршруту Архангельск-Санкт-Петербург-Архангельск, а также расходы по проживанию в гостинице в городе Вологде, суды, руководствуясь частью 2 статьи 110 АПК РФ суды признали разумными и подлежащими взысканию с ответчика заявленные расходы на оплату услуг представителя  в размере                                            255 547 руб. 10 коп.

Обоснованность выводов судов в данной части подателями жалобы не оспаривается и не опровергается.

С учетом названной выше суммы судебных расходов общая сумма денежных средств подлежащих взысканию с Компании по настоящему делу составила 4 192 806 руб. 10 коп.

Между тем Компания как должник, возражая против заявления                          ФИО3 о процессуальном правопреемстве, ссылалась в суде первой инстанции на то, что указанная сумма задолженности погашена зачетом встречных однородных требований. 

В подтверждение погашения задолженности указанным способом Компания представила договор уступки прав (цессии) от 18.11.2022, по условиям которого общество с ограниченной ответственностью «Лира» (далее - ООО «Лира»;  цедент) передает, а Компания (цессионарий) принимает право требования задолженности к Обществу на сумму 4 213 440 руб. неустойки за период с 19.06.2018 по 18.04.2019 по исполнительному листу серии ФС от 20.03.2020                       № 031178576 по делу № А05-10716/2018, с передачей указанных прав при заключении сторонами договора (том 8 л.д. 75).

Наличие у ООО «Лира» права требования на сумму 6 237 000 руб., часть которого уступлено по указанному договору цессии подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по делу № А05-10716/2018 (решение суда от 11.10.2019, постановлениями суда апелляционной инстанции от 05.02.2020 и кассационной инстанции от 02.06.2020).

В этой связи Компания 22.11.2022 уведомила Общество о зачете встречных требований на сумму 3 937 259 руб., согласно которому считала прекращенным денежное требование Общества к Компании по решению Арбитражного суда Архангельской области от 25.10.2022 по делу № А05-11524/2020 о возмещении убытков в размере 3 865 259 руб., а также 2 000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины и 70 000 руб. в возмещение расходов по оплате экспертизы. При этом Компания указывала на прекращение в соответствующей части требования Компании к Обществу, полученное на основании договора уступки прав (цессии) от 18.11.2022, заключенного с  ООО «Лира». Как указано в уведомлении о зачете от 22.11.2022, после проведения зачета остаток задолженности Общества перед Компанией составил 276 181 руб.

Поскольку Уведомление о зачете от 22.11.2022 вместе с уведомлением об уступке права требования от 22.11.2022 направлено Компанией в адрес Общества 06.12.2022 и получено им до уведомления ответчика 09.12.2022 о договоре цессии от 25.11.2022, заключенном между Обществом и ФИО3, суды пришли к выводу, что проведенный Компанией зачет повлек прекращение взаимных обязательств с новым кредитором ФИО3 на сумму 3 937 259 руб.

Кроме того, суды установили, что Компания направила Обществу и его правопреемнику уведомление о зачете от 11.07.2023 в размере                                             276 587 руб. 10 коп. (остаток задолженности Общества перед Компанией после ранее произведенного зачета). Данное уведомление получено Обществом 13.07.2023, а ФИО3 - 12.07.2023. После проведения данного зачета с учетом присужденной суммы судебных расходов остаток задолженности Общества перед Компанией по делу № А05-10716/2018 составил                                              20 633 руб. 90 коп.

На основании изложенного суды заключили, что правовых оснований для процессуального правопреемства по заявленному основанию не имеется, исполнительный лист для принудительного исполнения решения суда и взыскания судебных расходов не подлежит выдаче.

Суд округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Признавая вступление лица в процесс в качестве правопреемника законным способом реализации права на судебную защиту и устанавливая при этом примерный (открытый) перечень оснований для процессуального правопреемства, федеральный законодатель учитывал, что правопреемство в материальном праве в случае перехода прав и обязанностей от одного лица к другому в порядке универсального или сингулярного правопреемства само по себе не порождает (автоматически и безусловно) процессуальное правопреемство. Вопрос о процессуальном правопреемстве во всех случаях решается судом, который при рассмотрении дела обязан исследовать по существу его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2018 № 43-П).

Осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Уступка части требований либо несоответствие уступленной суммы денежного требования сумме, взысканной в соответствии с резолютивной частью судебного акта, сами по себе не являются основанием для отказа в замене взыскателя новым кредитором (пункт 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Таким образом, для признания правопреемства на стороне истца значимым обстоятельством является факт исполнения судебного акта в какой-либо части. 

Если до вынесения судебного акта о процессуальном правопреемстве судебный акт исполнен путем осуществления зачета, оснований для замены стороны в споре в силу статьи 48 АПК РФ не имеется.

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.02.2017 № 306-ЭС15-18494 и 09.12.2019 № 306-ЭС17-22275(2), от 11.03.2020                       № 305-ЭС19-22240.

Случаи недопустимости зачета перечислены в статье 411 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии со статьей 88.1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» по заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из буквального толкования указанной нормы, ее положения определяют порядок проведения зачета требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, но не устанавливают запрет на осуществление зачета в случае, когда исполнительное производство по судебному акту не возбуждено.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – Постановление № 6) по заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Кроме того, зачет требований является допустимым и после вступления в законную силу судебных актов, подтвердивших наличие и размер соответствующих обязательств сторон, но без возбуждения по одному или обоим судебным актам исполнительного производства, а также после вступления в законную силу судебного акта по одному требованию и при отсутствии возражений должника по другому требованию.

Равным образом не содержится в законодательстве и запрета на зачет требований в случае наличия исполнительного производства по какому-либо из требований. 

Таким образом, само по себе наличие в процессуальном законодательстве указания на процедуру проведения зачета при наличии исполнительных производств, возбужденных по встречным требованиям сторон, не препятствует лицу, чье требование подтверждено судебным актом, заявлять о прекращении встречного требования зачетом по общим правилам гражданского законодательства.

Схожая правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.11.2013 № 4898/13, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 307-ЭС15-1559.

В данном случае из материалов дела следует, что исполнительный лист на взыскание с Компании задолженности по настоящему делу Обществу не выдавался, по требованиям, уступленным Компании, возбуждено исполнительное производство, однако сведений и доказательств их исполнения Обществом не представлено, следовательно, такие требования могли быть предметом зачета. При исполнении судебного акта по настоящему делу Компанией путем зачета встречных требований в полном объеме процессуальное правопреемство производиться не должно.

Согласно статье 386 ГК РФ должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. Должник в разумный срок после получения указанного уведомления обязан сообщить новому кредитору о возникновении известных ему оснований для возражений и предоставить ему возможность ознакомления с ними. В противном случае должник не вправе ссылаться на такие основания.

Таким образом, Компания вправе заявить о зачет встречного требования как самому Обществу, так и его правопреемнику по договору цессии.

Обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны (статья 410 ГК РФ).

Как следует из пункта 15 Постановления № 6, обязательства считаются прекращенными зачетом в размере наименьшего из них не с момента получения заявления о зачете соответствующей стороной, а с момента, в который обязательства стали способными к зачету (статья 410 ГК РФ).

В силу статьи 412 ГК РФ в случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

В данном случае из материалов дела следует и судами установлено, что Общество и ФИО3 заключили договор цессии 25.11.2022, тогда как ООО «Лира» уступило Компании право требования к Обществу по договору от 18.11.2022 до заключения Обществом договора цессии, следовательно, основания для зачета требований на сумму задолженности возникли к моменту получения Компанией уведомления о состоявшейся цессии.

Компания уведомила Общество о зачете уведомлением от 22.11.2022, которое получено 07.12.2022.

Требование на сумму судебных расходов уступлено Компании по соглашению от 30.03.2023 – в день перехода права требования о взыскании судебных расходов к ФИО3, о зачете данного требования Общество и          ФИО3 извещены уведомлением от 11.07.2023. 

Таким образом, вопреки мнению подателей жалобы, зачет прав требования Общества к Компании как в части удовлетворенных исковых требований, так и в части судебных расходов правомерно признан судами состоявшимся.

Как верно указали суды, право стороны обратиться с заявлением о взыскании судебных расходов, как и право на уступку требования, возникает с момента несения таких расходов, а не с момента вступления в силу судебного акта об их взыскании. Вступление в силу судебного акта о взыскании судебных расходов свидетельствует исключительно о возникновении у другой стороны соответствующей обязанности по их возмещению.

Между тем, отказывая в процессуальном правопреемстве ФИО3 в связи с исполнением судебного акта Компанией путем зачета, суды, исходя из обстоятельств настоящего дела, не учли, что требование о взыскании судебных расходов заявлено не Обществом, а его правопреемником в материально-правовом отношении. До совершения процессуального правопреемства такое требование в силу статьи 110 АПК РФ, допускающей распределение судебных расходов лишь между участвующими в деле лицами, не подлежало рассмотрению по существу. Тем не менее в данном случае суды рассмотрели обоснованность требования ФИО3, уступленного ему Обществом, суд первой инстанции принял судебный акт, которым удовлетворил данное требование, фактически признав заявителя, таким образом, процессуальным правопреемником Общества.

На нарушение судами норм процессуального права в части взыскания судебных расходов Общество и ФИО3 в кассационной жалобе не указывали. Компанией в данной части кассационная жалоба на принятые по делу судебные акты не подавалась.

В такой ситуации формальный отказ ФИО3 в процессуальном правопреемстве по причине исполнения заявленных им требований до рассмотрения их по существу противоречит приведенным ранее разъяснениям высших судебных инстанций о применении норм статьи 48 АПК РФ, касающихся случаев исполнения судебных актов, а не материально-правового требования в отдельности.

На основании изложенного суд округа считает ошибочным отказ судов в признании ФИО3 процессуальным правопреемником Общества.

Тем не менее, вывод судов об отсутствии оснований для выдачи                      ФИО3 исполнительного листа на взыскание с Компании судебных расходов в связи с прекращением обязанность в их уплате зачетом является верным и соответствует материалам дела.

Поскольку в данном случае установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению суд округа, руководствуясь нормой пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, находит основания для отмены обжалуемых судебных актов только в части отказа                 ФИО3 в процессуальном правопреемстве и считает данное заявление подлежащим  удовлетворению.

В остальной части обжалуемые судебные акты, принятые с соблюдением норм материального и процессуального права подлежат оставлению без изменения.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктами 1 и  2 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

 

постановил:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 25.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2024 по делу № А05-11524/2020 отменить в части отказа ФИО3 в процессуальном правопреемстве.

Заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве по делу № А05-11524/2020 удовлетворить. Произвести замену общества с ограниченной ответственностью «Север Софт Строй» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на ее правопреемника - ФИО3.

В остальной части принятые по делу судебные акты оставить без изменения.

 

Председательствующий

Л.И. Корабухина

 

Судьи

 

С.В. Лущаев

 

Ю.А. Родин