АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 февраля 2023 года

Дело №

А56-51756/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Богаткиной Н.Ю., ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 12.10.2021), ФИО4, финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО5, (паспорт), от ФИО6 Ага оглы представителя ФИО7 (доверенность от 07.08.2020), от ФИО8 представителя ФИО9 (доверенность от 28.04.2021),

рассмотрев 31.01.2023 после перерыва в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 по делу № А56-51756/2018/сд.4,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.06.2018 принято к производству заявление о признании индивидуального предпринимателя ФИО5, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 311370209400175, несостоятельной (банкротом).

Определением от 11.11.2018 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 21.11.2020 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

В рамках названного дела о банкротстве финансовый управляющий 04.12.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил признать недействительным договор купли-продажи от 26.11.2015, заключенный ФИО10 с ФИО2 о продаже доли в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства - нежилое здание, степень готовности 71 %, общей запроектированной площадью 24 242,40 кв. м, площадь застройки 8142,80 кв. м, по адресу: 

<

...>, с кадастровым номером 37:24:010323:834 (далее – Объект), и применить последствия недействительности сделки в виде возврата доли в размере 10/100 в праве на Объект в конкурсную массу должника. Обособленному спору присвоен номер А56-51756/2018/сд.4.

Конкурсный кредитор ФИО8 14.04.2021 обратился в арбитражный суд с аналогичным заявлением, в котором просил признать недействительным договор от 26.11.2015 ввиду его мнимости и ничтожности и применить последствия недействительности сделки в виде возврата доли в размере 10/100 в праве на Объект в конкурсную массу должника. Обособленному спору присвоен номер А56-51756/2018/сд.5.

Определением суда первой инстанции от 26.05.2021 обособленные споры № А56-51756/2018/сд.4 и А56-51756/2018/сд.5 объединены для совместного рассмотрения с присвоением объеденному спору номера А56-51756/2018/сд.4.

Финансовый управляющий 17.08.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным договор купли-продажи от 26.11.2015, заключенный ФИО10 с ФИО2 о продаже доли в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на земельный участок (категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: магазины оптовой, мелкооптовой и розничной торговли) площадью 26 534 кв. м, адрес: 

<

...>, с кадастровым номером 37:24:010323:866 (далее - Земельный участок), и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО5 на долю в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на Земельный участок и обязания ФИО2 передать ФИО5 по акту приема-передачи долю в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на Земельный участок. Обособленному спору присвоен номер А56-51756/2018/сд.6. 

Определением суда первой инстанции от 08.09.2021 обособленные споры № А56-51756/2018/сд.4 и А56-51756/2018/сд.6 объединены для совместного рассмотрения с присвоением объединенному спору номера А56-51756/2018/сд.4.

Определением от 10.08.2022 признаны недействительными договоры купли-продажи от 26.11.2015 и применены последствия их недействительности в виде возвращения в конкурсную массу должника доли в размере 10/100 в праве собственности на Объект и доли в размере 10/100 в праве собственности на Земельный участок и восстановления права требования ФИО2 к ФИО5 в размере 16 000 000 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 определение от 10.08.2022 изменено, из резолютивной части судебного акта исключен абзац о восстановлении права требования ФИО2 к ФИО5 в размере 16 000 000 руб.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 10.08.2022 и постановление от 07.11.2022 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявлений о признании сделок недействительными.

По мнению подателя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций неправомерно применены пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку не установлены условия для признания сделок недействительными по указанному основанию, а также статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду недоказанности факта злоупотребления правом со стороны ФИО2 и наличия у спорных сделок пороков, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом ФИО2 считает, что при совершении оспариваемых сделок она действовала разумно и добросовестно в отсутствие цели причинения вреда кредиторам должника, при этом она не была осведомлена о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент их совершения.

Кроме того, податель жалобы указывает, что судами первой и апелляционной инстанций ошибочно не применен срок исковой давности по требованию ФИО11

ФИО2 также полагает, что судом апелляционной инстанции сделан необоснованный вывод об отсутствии доказательств фактической оплаты ФИО2 приобретенных долей.

В отзывах, поступивших в суд 16.01.2023 и 23.01.2023 в электронном виде, ФИО4 и ФИО11 возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, а финансовый управляющий и представители кредиторов ФИО6 Ага оглы и ФИО11 возражали против ее удовлетворения, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность постановления от 07.11.2022 проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО5 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) 26.11.2015 заключен договор купли-продажи доли в праве собственности на объект незавершенного строительства, по условиям которого продавец передал в собственность покупателю долю в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на Объект по цене 15 000 000 руб. 

Между ФИО5 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) 26.11.2015 заключен договор купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок, по условиям которого продавец передал в собственность покупателю долю в размере 10/100 в праве общей долевой собственности на Земельный участок по цене 1 000 000 руб. 

Переход права собственности на вышеуказанные объекты зарегистрирован 21.08.2018 на основании решения Ленинского районного суда города Иваново от 25.05.2017 по делу № 2-110/2017.

Конкурсный кредитор ФИО11 и финансовый управляющий, полагая, что вышеуказанные договоры являются недействительными сделками, поскольку они совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, без какого-либо встречного удовлетворения, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, указав на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности по оспариванию сделок по специальным основаниям, отклонив при этом доводы ФИО2 о пропуске ФИО11 указанного срока, признал доказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьями 168, 170 ГК РФ оснований для признания сделок недействительными и удовлетворил заявления 

Суд апелляционной инстанции, установив наличие у договора признаков недействительной сделки, в том числе в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пришел к выводу о неправильном применении судом первой инстанции последствий недействительности сделок и постановлением от 07.11.2022 изменил определение от 10.08.2022, исключив из резолютивной части абзац о восстановлении права требования ФИО2 к ФИО5 в размере 16 000 000 руб.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемые сделки по отчуждению имущества совершены 26.11.2015, переход права собственности зарегистрирован 21.08.2018 на основании вступившего 26.06.2017 в законную силу решении Ленинского районного суда города Иваново от 25.05.2017.

Поскольку по оспариваемым договорам отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. 

Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4). 

В рассматриваемом случае регистрация права собственности ФИО2 на спорное имущество произведена 21.08.2018, то есть, как правильно указали суды, купля-продажа для целей банкротства считается совершенной в пределах одного года до возбуждения дела о банкротстве и потому сделка может быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным законодательством о несостоятельности, в частности, по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем право собственности ФИО2 на спорные объекты недвижимости признано решением Ленинского районного суда города Иваново от 25.05.2017 по делу № 2-110/2017. 

При таких обстоятельствах в целях соблюдения прав приобретателя, зарегистрировавшей право собственности на основании решения суда, период подозрительности совершения сделки следует исчислять с момента вступления в законную силу решения Ленинского районного суда города Иваново от 25.05.2017 – 26.06.2017, то есть спорные сделки могут быть оспорены, в том числе на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (с учетом определения от 03.06.2018 о возбуждении в отношении ФИО5 дела о банкротстве).

Установив совершение сделок в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт их заключения должником в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами и заинтересованность должника и ФИО2, а также неравноценность встречного предоставления, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что указанные выше обстоятельства в своей совокупности являются достаточными для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО2 не согласна с выводом судов о наличии совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку, по ее мнению, причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок материалами дела не подтверждается. 

В кассационной жалобе ФИО2 ссылается на отсутствие у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества и равноценность встречного предоставления.

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Делая вывод о наличии у ФИО5 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинении такого вреда, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО5 отвечала признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделки были совершены в отношении заинтересованного лица.

В частности, суды указали, что на момент заключения оспариваемых сделок у ФИО5 имелись кредиторы по кредитному соглашению от 21.08.2014, заемному договору от 07.07.2014, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

Судами правильно учтена правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

С целью установления отличия цены и (или) иных условий оспариваемых сделок существенно в худшую для должника сторону от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, определения рыночной стоимости спорного имущества на дату совершения сделки - 26.11.2015 суд первой инстанции по ходатайству финансового управляющего определением от 20.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 01.02.2022, назначил судебную оценочную экспертизу, проведение которой поручил эксперту общества с ограниченной ответственностью «ПетроЭксперт» ФИО12. 

Экспертом ФИО12 в заключении от 11.04.2022 № 21/138-А56-51756/2018/сд.4 установлено, что рыночная стоимость спорного имущества по состоянию на 26.11.2015 с учетом ипотеки составила 61 759 142 руб., из которых 56 978 377 руб. - рыночная стоимость Объекта, 4 780 765 руб. - рыночная стоимость Земельного участка.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, а также выводы эксперта по результатам проведенной судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цена оспариваемых сделок значительно ниже рыночной стоимости спорного имущества, что свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.

ФИО2 вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представила суду доказательств обратного. 

В силу статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

Суды первой и апелляционной инстанций, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ заключение эксперта с учетом его пояснений, пришел к выводу о том, что оно соответствует требованиям, предъявляемым процессуальным законодательством, в частности требованиям статьи 86 АПК РФ. В заключении даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, следовательно указанное заключение является допустимым и достоверным доказательством по настоящему делу.

Эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем в экспертном заключении имеется подписка; имеет надлежащую квалификацию; компетентность эксперта не опровергнута допустимыми доказательствами.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, а также доказательств наличия в заключении противоречивых или неясных выводов в материалах дела не усматривается.

Делая вывод об отсутствии доказательств равноценного встречного исполнения по оспариваемым сделкам, суды первой и апелляционной инстанций также правомерно исходили из того, что в рамках ранее рассмотренного обособленного спора № А56-51756/2018/сд.2 было установлено, что тождественные объекты в виде доли в размере 10/100 в Объекте и доли в размере 10/100 в Земельном участке по договору купли-продажи от 20.03.2014, заключенному должником с ФИО2, отчуждены по цене 80 000 000 руб.

Установив совершение оспариваемых договоров в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт из заключения должником при неравноценном встречном предоставлении, суды пришли к правильному выводу о том, что указанные выше обстоятельства в своей совокупности являются достаточными для признания оспариваемых сделок недействительными.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Суды признали оспариваемые сделки недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Вместе с тем, в данном случае суды первой и апелляционной инстанций, квалифицировав сделки как ничтожные, не указали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные судами первой и апелляционной инстанций обстоятельства не свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем основания для применения положений статей 10, 168 ГК РФ отсутствуют. 

Руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции правильно применил последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника долей в размере 10/100 в Объекте и Земельном участке, изменив определение от 10.08.2022 в указанной части. 

При этом суд апелляционной инстанции правомерно указал, что  ФИО2 вправе реализовать свое восстановленное требование к ФИО5 в размере 16 000 000 руб. в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве и разъяснениями, изложенными в пунктах 25-27 Постановления № 63.

Доводы подателя жалобы относительно пропуска ФИО11 срока исковой давности проверены судом апелляционной инстанции и обоснованно им отклонены. 

Как правильно указали суды, при оценке заявления о пропуске срока исковой давности необходимо установить момент, с которого ФИО11 стало известно об основаниях недействительности оспариваемых сделок. 

Поскольку суды установили, что ФИО11, действуя разумно и осмотрительно, мог узнать об основаниях недействительности оспариваемых сделок не позднее 19.10.2020, вывод судов о том, что ФИО11 обратился в суд в пределах срока исковой давности, является правильным.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения в двух судебных инстанциях, где получили надлежащую правовую оценку. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 по делу № А56-51756/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

Н.Ю. Богаткина

ФИО1