ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

14.07.2020

Дело № А40-72115/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 07.07.2020 

Полный текст постановления изготовлен  14.07.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Зеньковой Е.Л., Михайловой Л.В.

при участии в заседании:

от финансового управляющего – ФИО1 по дов. от 05.02.2020

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 17.12.2018

от ФИО4 – ФИО3 по дов. от 21.11.2019

рассмотрев 07.07.2020 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО4, ФИО2 

на определение от 09.12.2019

Арбитражного суда г. Москвы

на постановление от 11.03.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании недействительным соглашение о разделе имущества супругов от 25.08.2014, заключенное между ФИО4 и ФИО2 и применении последствия недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2018 по делу No А40- 72115/18 ФИО4 Теймуразович (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, место рождения г. Кемерово) (далее – Должник, ФИО4) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделкой о соглашения о разделе имущества супругов от 25.08.2014, заключенное между ФИО4 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2019 по делу No А40- 72115/18 заявление финансового управляющего удовлетворено.

Суд признал недействительным соглашение о разделе имущества супругов от 25.08.2014, заключенное между ФИО4 и ФИО2

Применил последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО2 в конкурсную массу должника следующее недвижимое имущество:

- земельный участок с кадастровым номером No71:09:010601:0238, общей площадью 1320 кв. м.; земли сель. хоз. назначения, расположенный по адресу: Тульская обл., Заокский район, 417 метров западнее д. Скрипово; кадастровая стоимость - 122 892 руб.,

- жилое строение без права регистрации проживания, расположенное на садовом участке, условный номер No71-71-09/007/2009-572, свидетельство о регистрации права серии 71-АГ No658547, общей площадью 185 кв.м., расположенное по адресу: Тульская обл., Заокский район, 417 метров западнее д. Скрипово; кадастровая стоимость - 803 305 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020 определение суда первой инстанции от 09.12.2019 оставлено без изменения.

Не соглашаясь с названными судебными актами, ФИО4 и ФИО2 обратились с кассационной жалобой, в которой просят отменить судебные акты, принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на то, что судами не учтено, что финансовым управляющим был пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям, судами сделан ошибочный вывод о причинении вреда кредиторам совершенной сделкой, также заявители ссылались на то, что выводы судебных инстанций о том, что они являются заинтересованными лицами ошибочны, последствия признания сделки применены ошибочно.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы, представитель финансового управляющего возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке ст. 284 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежаще.

Изучив материалы дела, заслушав представителей, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия считает, что оспариваемые судебные акты не подлежат отмене по следующим мотивам. 

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, 25.08.2014 между ФИО4 и ФИО2 заключено соглашение о разделе имущества, находящегося в общей совместной собственности супругов, по условиям которого совместно нажитое в браке имущество в виде:

- земельного участка с кадастровым номером No71:09:010601:0238, общей площадью 1320 кв. м.; земли сель. хоз. Назначения, по адресу: Тульская обл., Заокский район, 417 метров западнее д. Скрипово; кадастровая стоимость - 122 892 руб.,

- жилого строения без права регистрации проживания, расположенного на садовом участке, условный номер No71-71-09/007/2009-572, свидетельство о регистрации права серии 71-АГ No658547, общей площадью 185 кв.м., по адресу: Тульская обл., Заокский район, 417 метров западнее д. Скрипово; кадастровая стоимость - 803 305 руб., переходит в личную собственность ФИО2

Финансовый управляющий в заявлении указывал, что соглашение о разделе имущества было заключено аффилированными лицами- супругами с целью сокрытия имущества должника и последующей невозможностью его реализации в общей конкурсной массе ФИО4

Указанные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствуют о том, что оспариваемое соглашение заключено со злоупотреблением правом и является недействительным в соответствии с ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции, рассмотрев материалы обособленного спора, пришел к выводу, что ответчик, приходящейся супругой ФИО4 является аффинированным по отношению к должнику лицом.

Суд, приняв во внимание, выводы суда, содержащиеся в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу NoА41-62115/2016, пришел к выводу, что целью заключения спорного Договора являлось не создание гражданско-правовых отношений, а невозможность обращения взыскания на ликвидное имущество должника.

Также суд пришел к выводу, что срок исковой давности не был пропущен финансовым управляющим.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд округа находит выводы судебных инстанций обоснованными, по следующим мотивам.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 No 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление No 63), в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Правом требования о признании недействительной ничтожной сделки по основанию, предусмотренному ст. 168 ГК РФ, обладает заинтересованное лицом, под которым следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участником сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения согласно п.8  Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 No 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1или 2 статьи 168 ГК РФ.

В соответствии с п. 13 ст. 14 Федеральный закон от 29.06.2015 No 154-ФЗ абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании 6 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что спорный договор был заключен без цели создания реальных гражданских правоотношений между взаимозависимыми лицами и направлен на сокрытие имущества должника.

Согласно ответу из Дворца Бракосочетания No1 Управления ЗАГС г. Москвы от 13.08.2018 между ФИО4 и ФИО6 ̆ (после - Чиковани) Ксенией Витальевной 29.08.2006 был заключен брак, подтвержденный записью актов гражданского состояния No2768, в связи с чем, доводы о неаффилированности должника и ответчика подлежат однозначному отклонению.

В соответствии с определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.03.2019 по делу NoА40-72115/18 в реестр требований кредитов ФИО4 включено требование ООО «СК Гефест» в размере 39 545 637 руб. 33 коп.

Данная сумма является размером субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам ООО «СК Гефест» в соответствии со ст.61.12 Закона о банкротстве и подтверждена постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу NoА41-62115/2016. 

В соответствии с постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу NoА41-62115/2016 ФИО4 обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СК Гефест» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.02.2015, т.к. признаки неплатежеспособности у компании возникли 01.01.2015.

Несмотря на данный факт, ФИО4, как контролирующее ООО «СК Гефест» лицо, имея полную и объективную информацию о наличии признаков неплатежеспособности у общества, не только не предпринимал действий по подаче заявления о банкротстве компании, но и наращивал объем его обязательств (заключал сделки).

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу NoА41-62115/2016 указано на наличие вины ФИО4 и его обязанности нести субсидиарную ответственность по неисполненным обязательствам ООО «СК Гефест». Поскольку именно добросовестные и экономически разумные действия руководителя общества могут помочь избежать несостоятельность (банкротство) подконтрольного ему лица, то ФИО4, как контролирующее ООО «СК Гефест» лицо, имея полную и объективную информацию о наличии признаков неплатежеспособности у общества, не предпринимая действий по подаче заявления о банкротстве компании, наращивая объема его обязательств (заключение сделки), должен был предполагать о наличии у него обязанности по погашению задолженности по обязательствам ООО «СК Гефест», возникшим в период с 01.02.2015 по 07.10.2016 (дата возбуждения дела о банкротстве ООО «СК Гефест»).

Следовательно, с 01.02.2015 у ФИО4 возникает обязанность по возврату кредиторам сумм долга по обязательствам ООО «СК Гефест» ввиду неисполнения законодательного требования по подаче заявления о банкротстве данной компании.

 Должник не мог не осознавать возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК Гефест», а равно возможность признания его банкротом и реализацию принадлежащего ему имущества в рамках дела о банкротстве в целях удовлетворения требований кредиторов.

Как верно указано судами, факт совместного проживания и ведения общего совместного хозяйства сторонами, был подтвержден надлежащими доказательствами по делу. По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 No 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Однако конечный бенефициар, неимеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники. Таким образом, осведомленность ответчика о наличии у должника неисполненных имущественных обязательств перед кредиторами, а равно о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника должна презюмироваться судом, поскольку она выступает по отношению к должнику заинтересованным лицом.

Из совокупности представленных доказательств следует, что должник находился и находится в тесных личностных взаимоотношениях с ответчиком находится в постоянном контакте и она была осведомлена и о финансовом, и об имущественном положении должника, а также не могла не знать о возможном взыскании ущерба по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности

Учитывая, что на момент заключения спорного договора, должник знал о наличии основания о привлечении последнего к субсидиарной ответственности в рамках иного дела, то признаки неплатежеспособности последнего возникли именно с 01.02.2015.

Учитывая фактическую взаимозависимость сторон, то данное обстоятельство указывает и на осведомленность ответчика о данном обстоятельстве, при этом доказательств обратного апеллянтами не представлено. В связи с установленными обстоятельствами, суды правомерно пришли к выводу, что оспариваемая сделка была совершена безвозмездно, а, следовательно, вследствие совершения указанной сделки причинен вред имущественным правам кредитора должника.

Суды правомерно сослались на позицию, согласно которой с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 No 308-ЭС19-4372 по делу No А53-15496/2017).

В результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку кредиторы утратили возможность удовлетворить свои требования к должнику за счет отчужденного имущества, а какого-либо встречного исполнения по сделке должником получено не было.

В данном случае, оспариваемая сделка была совершена со злоупотреблением правом обеими сторонами сделки, поскольку из фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств усматривается их сознательное поведение, направленное на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. Допущенное сторонами злоупотребление правом носит явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения оспариваемой сделки.

Суды, применительно к конкретным фактическим обстоятельствам спора пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка совершена при значительном объеме обязательств должника перед иным кредитором, в результате совершения оспариваемой сделки должник безвозмездно утратил право собственности на имущество, которое передано в пользу осведомленного, заинтересованного фактически лица, в связи с чем имеются основания для признания сделки недействительной в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В результате совершения оспариваемой сделки из состава активов должника выбыло имущество, что привело к утрате кредитором возможности исполнения решения суда, вступившего в законную силу, а, следовательно, заключение оспариваемой сделки повлекло причинение вреда имущественным правам и охраняемым законам интересам кредиторов пришли к обоснованному выводу о целенаправленности действий должника по причинению вреда имущественным правам кредитора должника

Довод заявителей жалобы о пропуске срока исковой давности также был исследован судебными инстанциями и получил надлежащую оценку.

Так согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса российской Федерации) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно п. 10 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 No 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Из представленных в материалы дела документов следует, что Чиковани обязанности по передаче финансовому управляющему перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника, не исполнена.

Указанное обстоятельства подтверждается определением суда от 14.02.2019.

Приступив к исполнению своих обязанностей, финансовый управляющий направил запросы в регистрирующие органа с целью получения сведений об имущественных правах должника, а также проведенных им сделкам по отчуждению имущества.

Управление Росреестра в ответ на запрос финансового управляющего 04.04.2019 из реестрового дела No 71:09:010601:238 выдана копия соглашения о разделе имущества, находящегося в общей совместной собственности супругов от 25.08.2014. Учитывая изложенное, финансовому управляющему стало известно о совершении оспариваемого соглашения 04.04.2019.

Суд первой инстанции верно исчислил срок исковой давности, начиная с момента, когда финансовый управляющий фактически узнал о совершенной должником недействительной сделке - 04.04.2019 – дата предоставлении копии оспариваемого соглашения Росреестром, так как до этого момента финансовый управляющий не обладал на тот момент какой-либо информацией о данной сделке ввиду непередачи должником каких-либо сведений о составе своего имущества.

Согласно п. 32 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 No 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»: В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

С заявлением об оспаривании сделки должника финансовый управляющий 26.08.2019, то есть в пределах установленного срока давности.

С учётом изложенного, спорный договор был обоснованно признан судами недействительным.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 176, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.12.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2020,  по делу № А40-72115/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько

 

Судьи:Е.Л. Зенькова  

Л.В. Михайлова