﻿017/2020-15411(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-23039/2018

г. Краснодар

26 мая 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2020 года  Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2020 года  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Черных Л.А., судей Воловик Л.Н. и Прокофьевой Т.В., при участии в судебном заседании,  проведенном в режиме онлайн, от заявителя – общества с ограниченной  ответственностью «Газпром межрегионгаз Пятигорск» (ИНН 2632082700,  ОГРН 1062632033760) – Гаврилова П.А. (доверенность от 25.02.2020), от  заинтересованных лиц – Инспекции Федеральной налоговой службы по городу  Пятигорску Ставропольского края (ИНН 2632000016, ОГРН 1042600229990) –  Мусаевой М.С. (доверенность от 07.10.2019), Казанкова Д.Н. (доверенность  от 21.05.2020), Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по  крупнейшим налогоплательщикам № 6 – Казанкова Д.Н. (доверенность от 17.12.2019),  рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром  межрегионгаз Пятигорск» на решение Арбитражного суда Ставропольского края  от 07.10.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 26.12.2019 по делу № А63-23039/2018, установил следующее.  

ООО «Газпром межрегионгаз Пятигорск» (далее – общество) обратилось  в арбитражный суд с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы  по городу Пятигорску Ставропольского края (далее – инспекция) о признании  недействительным решения от 17.05.2018 № 09-21-1/7.  

Определением суда от 15.01.2019 в качестве заинтересованного лица привлечена  Межрегиональная инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим  налогоплательщикам № 6.  

Решением суда от 07.10.2019, оставленным без изменения постановлением суда  апелляционной инстанции от 26.12.2019, в удовлетворении требования отказано.  

Судебные акты мотивированы наличием оснований начисления обществу спорных  налога, пеней и штрафа.  

В кассационной жалобе общества просит решение суда и постановление суда  апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

Заявитель кассационной жалобы указывает, что обжалуемые судебные акты  вынесены с нарушением норм материального и процессуального права. Выводы судебных  инстанций основаны на оценке доводов инспекции и не соответствуют представленным  в материалы дела доказательствам, не получившим оценку суда.  

В отзыве на кассационную жалобу инспекция просит оставить судебные акты без  изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы  кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в  деле, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что жалоба  удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.  

Суд установил и материалами дела подтверждается, что инспекция провела  выездную налоговую проверку общества за период с 01.01.2014 по 31.12.2015,  по результатам которой составила акт от 13.12.2017 № 28 и приняла решение  от 13.12.2017 № 09-21-1/7, которым уменьшила убытки, заявленные обществом,  на 12 337 349 611 рублей, начислила 3 586 152 577 рублей налога на добавленную  стоимость (далее – НДС), 1 182 007 111 рублей пеней, взыскала 391 155 348 рублей  штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс).  

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю  от 27.08.2018 № 08-21/026412@ решение инспекции от 13.12.2017 № 09-21-1/7 отменено  в части начисления 11 347 рублей НДС, 3481 рублей пеней и взыскания 2269 рублей  штрафа.  

Решением Федеральной налоговой службы от 27.12.2018 № СА-4-9/25753@  решение инспекции от 13.12.2017 № 09-21-1/7 отменено в части начисления  1 121 431 рубля пеней по НДС за IV квартал 2014 года. В остальной части решение  от 13.12.2017 № 09-21-1/7 оставлено без изменения.  

На основании указанных решений вышестоящих налоговых органов инспекция  произвела перерасчет НДС, пени и штрафов, в результате сумма НДС, дополнительно  

начисленная по решению от 13.12.2017 № 09-21-1/7, составила 3 586 141 230 рублей,  пени – 1 180 882 199 рублей, штрафы – 391 153 079 рублей.  

Общество обжаловало решение инспекции в арбитражный суд. 

Суд согласился с выводом инспекции о нарушении обществом статей 146 и 154  Кодекса, выразившегося в невключении в налоговую базу по НДС разницы между  объемами приобретенного газа и газа, предъявленного населению к оплате. Объем газа,  полученный потребителем, поступал в его собственность, то есть был реализован  обществом и являлся объектом налогообложения по НДС. Общество при наличии  разницы между приобретенным и отпущенным объемом газа, в отсутствие остатков, не  смогло подтвердить причины его выбытия. Это правонарушение повлекло неисчисление и  неуплату обществом 2 567 524 089 рублей НДС за I – IV кварталы 2014 года,  I – IV кварталы 2015 года.  

Суд установил и материалами дела подтверждается, что общество в проверяемом  периоде по договорам поставки и дополнительными соглашениям к ним, заключенными с  ООО «Газпром межрегионгаз» приобретало газ, который впоследствии реализовало  промышленным предприятиям и населению.  

Суммы НДС, предъявленные обществу при приобретении газа, принимались  им к вычету.  

ООО «Газпром межрегионгаз» во исполнение взятых на себя обязательств  по договорам поставило обществу для реализации населению в 2014 – 2015 годах  природный газ.  

Приобретенный обществом газ транспортировался в согласованных объемах  потребителям по заключенным договорам возмездного оказания услуг транспортировки  газа.  

Общество заключило с газораспределительными организациями (далее – ГРО)  на 2014, 2015 годы договоры поставки газа на собственные нужды и на технологические  нужды и потери на сетях газораспределения, по условиям которых ГРО обязались  принимать и оплачивать поставляемый газ для технологических нужд и потерь в сетях  газораспределения в объемах, которые определяются на основании нормативных  параметров в соответствии с Методикой определения расходов газа на технологические  нужды предприятий газового хозяйства и потерь в системах распределения газа  (РД 153-39.4-079-01), утвержденной приказом Минэнерго России от 01.08.2001 № 231,  и Методикой по расчету удельных показателей, загрязняющих веществ в выбросах в  атмосферу (водоемы) на объектах газового хозяйства, разработанной ОАО «Гипрониигаз»  и утвержденной ОАО «Росгазификация» приказом от 17.04.1997 № 1711.  

Общество и ГРО заключили также договоры о передаче полномочий единоличного  исполнительного органа.  

Общество через ГРО реализовало приобретенный у ООО «Газпром межрегионгаз»  природный газ юридическим лицам и населению республик Северного Кавказа.  

Весь объем приобретенного у ООО «Газпром межрегионгаз» газа общество  оприходовало и отгрузило потребителям, остатки товара на конец проверяемых периодов  у общества отсутствуют.  

Факт транспортировки газа до конечных потребителей в полном объеме  подтверждается представленными в материалы дела актами об оказании услуг по  транспортировке газа населению, составленными между обществом и ГРО.  Наличие каких-либо претензий общества к ГРО по представленным документам  не установлено.  

Из актов о транспортировке газа следует, что весь объем приобретенного  обществом газа доставлен ГРО до конечных потребителей. Общество приняло к оплате  услуги по транспортировке всего объема полученного газа.  

Согласно представленным счетам-фактурам, товарным накладным общество  у ООО «Газпром межрегионгаз» для целей реализации населению приобрело природный  газ (в 2014 году – 5 815 311,609 тыс. м³ на сумму 21 618 027 020 рублей 98 копеек;  за 2015 год – 5 833 438,144 тыс. м³ на сумму 22 092 881 906 рублей 29 копеек.  По актам приема-сдачи с ГРО такие же объемы доведены до покупателей.  

Вместе с тем, общество не в полном объеме включало в книги продаж за 2014,  2015 годы по категории потребителей «население» объемы приобретенного природного  газа, отраженные в книгах покупок за указанные периоды. Тем самым общество нарушило  статьи 146 и 154 Кодекса, занизив налоговую базу по НДС, не исчислив налог с разницы  между объемами приобретенного газа и газа, предъявленного населению к оплате.  

Общество не в полном объеме предъявило к оплате и включило в реализацию  объем газа. Так, за 2014 год общество приобрело газ для реализации населению в объеме  5 815 311,609 тыс. м³, реализовано – 4 008 667,86 тыс. м³, выбытие газа составило 2 016  914,329 тыс. м³. За 2015 год приобрело газ для реализации в объеме 5 833 438,144 тыс. м³,  реализовано – 4 302 400,932 тыс. м³, выбытие газа составило 1 689 720,71 тыс. м³. Процент  выбытия газа в 2014 году составил 34,69%, в 2015 году – 28,96%.  

При этом общество при наличии разницы между приобретенным и отпущенным  объемом газа, в отсутствие остатков, не смогло подтвердить причины его выбытия.  

Суд проверил и отклонил довод общества о недоказанности инспекцией факта  безвозмездной реализации газа в объеме, составляющем неучтенное выбытие газа,  

сокрытии факта заключения договоров с целью снижения налогооблагаемой выручки со  ссылкой на информационное письмо Федеральной службы по тарифам от 28.06.2005   № СН-3923/9, а также прямые и косвенные причины возникновения «разбаланса» газа.  

Суд счел недоказанным обществом, что выбытие газа обусловлено именно  причинами, поименованными в письме Федеральной службы по тарифам от 28.06.2005   № СН-3923/9. Приводимые в этом письме причины, указанные в названном письме  Федеральной службы по тарифам (отклонения объемов потребления фактического  расхода газа ГРО на технологические нужды от объема, рассчитанного по действующим  нормам и зафиксированного в договоре поставки газа на технологические нужды ГРО;  проведение аварийных работ, а также внеплановых ремонтных работ; технологических  потерь газа в системах газораспределения (эксплуатационные потери и т.п.);  несоблюдение технологического режима транспортировки газа) не относятся к  «разбалансу» и должны быть предъявлены ГРО. Кроме того, перечень причин  «разбаланса», закрепленный в данном письме, не является исчерпывающим. Приведенные  в письме возможные причины отклонения объемов газа, поступившем от поставщика, и  объемом газа, реализованным потребителям, как в положительную, так и отрицательную  стороны, не подтверждают, что именно они явились причиной выбытия объемов газа.  

Суд учел непредставление обществом доказательств объемов выбытия газа  из-за сверхнормативного потребления газа населением, оплачивающим коммунальный  ресурс по установленным нормативам, либо в результате хищений, либо возможными  причинами, поименованными в названном письме Федеральной службы по тарифам.  

Инспекция, в свою очередь, доказала, что сверхнормативное потребление не  является причиной выбытия газа.  

Доказательства обращения в уполномоченные органы для увеличения  установленных нормативов потребления регионов до величины, соответствующей  обоснованному уровню потребления, не представлены.  

Кроме того, суд установил, что общество не проводило мероприятия с целью  приведения установленных нормативов потребления газа к обоснованному,  как рекомендовано в указанном письме Федеральной службы по тарифам.  

Из содержания писем Правительства Республики Ингушетия, Главного управления  по тарифам и ценам Карачаево-Черкесской Республики, Правительства Республики  Дагестан следует, что общество не обращалось с заявлениями о пересмотре норм  потребления газа населением.  

Суд согласился с доводом инспекции о том, что перечисленные обстоятельства  несвойственны экономически заинтересованной стороне, которая терпит значительные  

убытки, в случае они на протяжении более 7 лет вызваны таким несоответствием норм  потребления его фактическому уровню.  

Суд учел представленные следственной частью ГУ МВД России по СКФО справки  о результатах исследований о том, что объем газа, начисленный по нормативам  потребления, более чем в 4 раза превышает объем газа, начисленного по приборам учета,  и объем реализуемого газа в целом за год может превышать объем приобретенного.  Приведенные в справках выводы также признаны судом подтверждающими позицию  инспекции о том, что сверхнормативное потребление газа абонентами не является  причиной выбытия газа.  

Суд отметил, что соотношение количества абонентов общества без приборов учета  к общему количеству абонентов составляет 48%. Вместе с тем, к примеру,  у ООО «Газпром межрегионгаз Волгоград» доля абонентов без приборов учета составляет  66% от общего количества, а у ООО «Газпром межрегионгаз Москва» 90%,  при этом «разбаланс» по итогам года сложился положительным.  

Суд счел, что абоненты без приборов учета с установленными нормативами  компенсируют в полном объеме сумму доставленного газа и превышают сумму платы за  поставленный газ.  

Так, из корректировок объемов ранее поставленного газа, проведенных обществом  в 2014, 2015 годах, следует, что объем потребляемого газа по приборам учета по факту  меньше в сравнении с установленным объемом по нормативу.  

Из протокола дополнительного допроса бухгалтера общества Башировой Р.З.  следует, что объемы несанкционированного потребления газа по всем выявленным  фактам в отношении абонентов общество учло для целей налогообложения  самостоятельно и отразило в объемах реализации.  

Таким образом, абонентам общества по выявленным фактам  несанкционированного потребления газа должно производиться начисление платы за газ,  и указанные объемы не участвуют в формировании спорных объемов «выбытия газа»,  а объемы газа, приходящиеся на не абонентов, должны были быть предъявлены ГРО,  но не предъявлялись.  

Согласно представленной ГУ МВД России по СКФО информации в ходе  проведения оперативно-розыскных мероприятий выявлены обстоятельства,  свидетельствующие о подключении к газопроводу ряда населенных пунктов  Акушинского района Республики Дагестан (выявлено более 360 домовладений,  подключенных к системе газоснабжения и потребляющих газ без договора). Причиной  незаконного потребления газа жителями указанных населенных пунктов явилось  

превышение служебных полномочий должностными лицами ООО «Газпром  газораспределение Дагестан» – отпуске газа в домовладения без заключения договора на  поставку с филиалом общества в Республике Дагестан и непринятии в дальнейшем  должных мер по пресечению незаконного отбора газа.  

Суд отметил, что поскольку между обществом и ООО «Газпром газораспределение  Дагестан» заключен договор доверительного управления общество не могло не знать о  газопотреблении указанными населенными пунктами.  

Таким образом, в течение длительного периода времени производилось  газоснабжение частных и многоквартирных жилых домов без договоров и приборов учета  газа.  

Плата за газ по бездоговорному потреблению признается облагаемой НДС  операцией в соответствии с пунктом 1 статьи 146 Кодекса.  

Суд проверил и отклонил довод общества о невозможности зафиксировать объем  несанкционированного потребления газа как необоснованный и противоречащий  представленным в материалы дела расчетам объема несанкционированного потребления  газа, отметив, что общество имеет возможность предъявить объем бездоговорного  потребления газа либо лицу, допустившему такое потребление, либо ГРО.  Представленные обществом материалы, направленные в правоохранительные органы  в 2014, 2015 годах, не имеют отношения к выбытию имущества по независящим от воли  общества обстоятельствам и не влияют на выводы оспариваемого решения инспекции.  Вместе с тем, по мнению суда, представленные инспекцией доказательства подтверждают  чрезмерность потерь обычному для данного вида деятельности уровню.  

Из сведений о показателях аналогичных налогоплательщиков по городам  Российской Федерации (Ростов-на-Дону, Ставрополь, Санкт-Петербург, Белгород),  осуществляющих деятельность в системе газоснабжения, следует, что у них объемы  поставки газа не превышали объемы реализации, что подтверждается данными налоговой  отчетности.  

Суд отметил, что сумма НДС, подлежащая возмещению из бюджета обществом  за I квартал 2014 года, составила 541 111 418 рублей – больше, чем всеми остальными  предприятиями вместе взятыми, что нетипично исходя из данных всех предприятий,  предоставленных для проведения исследования, входящих в ООО «Газпром  межрегионгаз».  

Эти обстоятельства в совокупности суд счел подтверждающими вывод инспекции  о чрезмерности потерь общества по сравнению с аналогичными налогоплательщиками.  

Общество не представило доказательства обоснованности несения потерь в полном  объеме.  

Суд отметил, что общество осуществляет убыточную деятельность, в то время как  другие аналогичные организации его отрасли осуществляют деятельность  с положительным финансовым результатом, что свидетельствует о чрезмерности потерь  природного газа, которые привели к убыточности деятельности организации. Общество  не обеспечивало соответствующий контроль и выявление конкретных участков,  абонентских пунктов с высоким уровнем выбытия газа. Меры, направленные на снижение  объема выбытия газа, являлись либо недостаточными, либо не предпринимались  обществом, что и привело к чрезмерным потерям. Непринятие соответствующих мер по  установлению причин его выбытия и их устранению не свидетельствует о том, что  выбытие газа произошло по не зависящим от воли общества причинам. Общество не  производило фиксацию фактов выбытия газа в определенном количественно-суммовом  выражении и не оформляло каким-либо документом (расчетом), подтверждающим  данный факт.  

По требованиям инспекции документы, подтверждающие факты фиксации потерь,  общество не представило.  

Общество, являясь в проверяемом периоде управляющей компанией ГРО, которые  транспортировали газ в адрес конечных потребителей, могло обеспечить надлежащий  учет объемов выбытия природного газа и причин такого выбытия, в том числе, обеспечив  практическое применение рекомендованных форм учета.  

Учитывая, что АО «Газпром газораспределение Черкесск»,  ОАО «Газпром газораспределение Назрань», ОАО «Газпром газораспределение Нальчик»  ОАО «Газпром газораспределение Дагестан» не представили документы,  подтверждающие факт несанкционированных врезок, хищения объема газа и его  фактическое потребление абонентами, расчет объемов транспортированного газа  при обнаружении несанкционированного отбора газа с приложением подтверждающих  документов, суд посчитал, что общество не фиксировало выбытие газа, не оформляло  какие-либо документы, что свидетельствует об отсутствии у общества надлежащей  системы учета потерь и реализации газа.  

При этом установлено, что общество, зная о наличии выбытия объемов газа в  значительных объемах, продолжало приобретать газ в завышенном объеме при отсутствии  его реализации, не оплачивая покупку объемов газа, не неся реальных расходов, получая  возмещение из бюджета со всего объема купленного газа. Общество намерено  бездействовало, не выясняя причины выбытия газа и не принимая мер к его уменьшению.  

Суд счел, что условия деятельности общества как поставщика газа в спорный  период времени позволяли установить объемы природного газа, приходящиеся на те или  иные конкретные факторы «разбаланса» (в разрезе каждого фактора).  

Суд отклонил довод общества о том, что инспекция не учла все корректировки на  увеличение, в том числе и возникшие в непроверяемом периоде, относящиеся к отгрузкам  газа за проверяемый период, дав ему надлежащую оценку.  

Поскольку общество не определило, какой объем газа и для населения какого  района газ выбыл на безвозмездной основе, для расчета стоимости выбытия спорного  объема газа инспекция обоснованно использовала фактическую минимальную цену  реализации в квартале по категории «население» за 1 тыс. м³ в соответствии с пунктом 2  статьи 154 Кодекса.  

Неучтенное выбытие газа фактически является безвозмездной реализацией  имущества, доказательства выбытия спорного имущества в отсутствие умысла общества  на создание преднамеренных чрезмерных потерь газа, а также правомерности  неотражения в реализации стоимости выбывшего газа, не представлены. Отнесение на  расходы общества стоимости безвозмездно переданного газа при таких обстоятельствах  неправомерно. Доказательства, подтверждающие те или иные причины выбытия  имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли общества, также  отсутствуют. При этом спорный объем природного газа передан обществом  неустановленным лицам без возникновения встречной обязанности по передаче  имущества (имущественных прав), выполнению работ, оказанию услуг. Следовательно,  объем «разбаланса» подлежит учету в целях налогообложения прибыли как безвозмездно  переданное имущество и к расходам, уменьшающим налоговую базу, отнесен быть не  может.  

С учетом изложенного суд сделал обоснованный вывод о наличии у общества  обязанности исчислить НДС по правилам, установленным пунктом 2 статьи 154 Кодекса,  и уменьшить убытки 2014, 2015 годов на стоимость объемов безвозмездно переданного  газа.  

Соглашаясь с с выводом об отсутствии у общества права на налоговые вычеты по  НДС в размере 1 015 874 074 рубля по корректировочным счетам-фактурам,  выставленным из-за корректировками платы за газ населению за I – IV кварталы 2014 и  2015 годов, суд установил и материалами дела подтверждается следующее.  

Общество скорректировало объемы поставленного потребителям газа за 2014,  2015 годы и уменьшило ранее отраженную реализацию за указанный период объема газа.  

Действия общества по корректировке объемов поставленного потребителям газа  обусловлены особенностями начисления платы за потребленный газ населению. Однако,  первичные документы, являющиеся основанием для проведения перерасчета, в ходе  проверки не представлены.  

Суд указал, что общество документально не подтвердило право на налоговые  вычеты, превышение которых над суммой налога к уплате образует сумму налога к  возмещению из бюджета, на сумму заявленного к корректировке объема газа. Общество  неправомерно скорректировало объемы реализации газа, поскольку общество  корректирует ранее начисленные объемы газа в одностороннем порядке без снятия  контрольных показаний, без документального их оформления и без заявлений, либо  других первичных документов абонентов, перерасчет газа осуществляется без  документально подтвержденных показаний исправного прибора учета, в отсутствие  документов о согласии (уведомлении) абонента о проведении каких-либо корректировок,  что приводит к увеличению объемов потерь газа и необоснованному получению  налоговых вычетов по НДС.  

В материалы дела не представлены заявки (заявления) абонентов и акты проверок,  соответственно, проведение перерасчета платы за газ признано неправомерным,  документальное подтверждение основания для составления корректировочных  счетов-фактур отсутствует.  

Анализ в разрезе абонентов и оснований для проведения корректировок показал,  что документы обоснованности проведения корректировок представлены не в полном  объеме.  

Суд отметил, что общество в ходе налоговой проверки документально подтвердило  обоснованность проведения в 2014 году 16 316 корректировок и в 2015 году  11 979 корректировок.  

Суд счел, что иные представленные обществом документы, послужившие  основанием для проведения корректировки платы за газ, недостаточны, они признаны  ненадлежащими доказательствами для проведения корректировки.  

Так, представленные справки-расчеты составлены обществом в одностороннем  порядке, без подтверждения направления расчетов абоненту, не являются документами,  подтверждающими правомерность проведенных корректировок. Реестр СКД содержит  сводные данные и не является документом, фиксирующим показания прибора учета, не  содержит волеизъявления абонента о проведении перерасчета и уведомление абонента о  проведении перерасчета. Аналогичные выводы сделаны и в отношении реестров лицевых  счетов, по которым произведены перерасчеты за прошлые периоды в абонентской базе,  

реестры лицевых счетов, связанных с начислениями в отсутствие приборов учета за  прошлые периоды, реестр лицевых счетов, связанных с начислениями по показаниям  пробора учета за прошлые периоды, реестры лицевых счетов, связанных с начислениями  нормативам за прошлые периоды. Реестр оплат также содержит сводные данные, не  содержит ни даты документа, ни показаний прибора учета газа. Журнал телефонных  звонков не является документом, фиксирующим показания прибора учета, не содержит  волеизъявления абонента о проведении перерасчета и уведомление абонента о проведении  перерасчета. Акты осмотра и выявления условий эксплуатации приборов учета газа не  содержат предыдущих показаний счетчика, не содержат согласия абонента на изменения  объемов газа. Заявления абонентов на перерасчет и уведомления о перерасчете не  представлены. Акт демонтажа/монтажа составлен с целью снятия старого и установки  нового счетчика. При этом не представлено заявление абонента на перерасчет и  уведомление о перерасчете. Акт приема в эксплуатацию содержит первичные показания  прибора учета газа на начало его эксплуатации. Заявление абонента на перерасчет и  уведомление о перерасчете не представлены. В акте отключения газифицированного  объекта отсутствуют показания счетчика. Акт на подключение составляется ввиду  подключения газоиспользуемого оборудования газовой сети. Целью составления акта  инвентаризации является выявление наличия газоиспользуемого оборудования,  отапливаемой площади, количества проживающих лиц. Квитанции и реестры платежей  являются подтверждением оплаты за поставленный газ. В отсутствие первичного  документа и заявления абонента на перерасчет, корректировка объемов газа  неправомерна. Фотографии газового прибора учета, газовой трубы не содержат данные  абонента, даты и не является первичным документом. В отсутствие первичного документа  и заявления абонента на перерасчет, корректировка объемов газа неправомерна.  Служебные записки работников общества составлены в одностороннем порядке, в  отсутствие заявления абонента на перерасчет и первичных документов.  

Суд отметил непредставление обществом доказательств о согласии (или  уведомлении) покупателя на изменение стоимости отгруженных товаров (работ, услуг).  Ни договор, размещенный на сайте общества, ни договоры, подписанные  с абонентами, не содержат каких-либо оговорок, подтверждающих безусловное согласие  абонентов с проводимыми в отношении него корректировками. Информация,  размещенная на официальном интернет-сайте общества, не является документом,  подтверждающим по смыслу пункта 10 статьи 172 Кодекса уведомление (согласие)  абонента на перерасчет платы за газ при предоставлении им показаний приборов учета.  

Суд отметил, что показания абонентов Урванского района Кабардино-Балкарской  Республики свидетельствуют о том, что они не знают о проведенных обществом  корректировках платы, в совокупности с отсутствием по ним не только заявлений о  перерасчетах, но и актов проверки, актов осмотра, инвентаризации и подобных  документов, в которых устанавливались актуальные показания приборов учета газа.  

Суд также отметил, что результаты оперативно-розыскной деятельности  (стенограмма записи телефонных переговоров главного бухгалтера общества Инкина В.Г.  с начальником управления по работе с абонентскими службами Дегтяревым П.В.)  подтверждает производство перерасчетов без заявлений, актов осмотра и наличие у  общества сведений о недостоверности представленной информации о потреблении газа.  

Суд признал обоснованным вывод инспекции о нарушении обществом порядка  выставления счета-фактуры, повлекшего невозможность идентификации хозяйственных  операций, заявленных в состав налоговых вычетов по НДС.  

На основании сведений всех абонентских служб общество в одностороннем  порядке составляло отчетные формы, содержащие данные о реализации газа населению за  месяц и о проведенных корректировках, которые являются основанием для отражения  хозяйственных операций по реализации газа населению в бухгалтерском учете.  В соответствии с данными сводных актов общество составляло сводные  корректировочные счета-фактуры на реализацию газа населению. В какие конкретно  корректировочные счета-фактуры включены корректировки в разрезе абонентов,  идентифицировать невозможно, так как общество выставляло счета-фактуры в разрезе  периодов и населенных пунктов без расшифровки в первичном бухгалтерском учете по  абонентам потребителям. Корректировочные счета-фактуры составлялись на основании  сводных отчетов абонентского отдела за месяц. В счетах-фактурах указывались объемы  реализованного населению газа, его стоимость и сумма НДС. Расхождения в данных,  отраженных в сводных актах и данных, отраженных в счетах-фактурах, не установлены.  Соответствующие хозяйственные операции не расшифрованы в бухгалтерском и  налоговом учете. Корректировочные счета-фактуры не позволяют идентифицировать  покупателя товара, поскольку не привязаны к конкретным хозяйственным операциям,  уменьшающим объем ранее реализованного газа, и не совпадают с суммой и объемом  уменьшения ранее реализованного газа, а привязаны к объемам фактически отгруженного  газа, отраженного в сводных отчетах о реализации газа населению и совпадают с ним.  

По мнению суда, представленные обществом документы и сведения  свидетельствуют о невозможности соотнесения конкретных хозяйственных операций в  разрезе абонентов к корректировочным счетам-фактурам.  

Общество неправомерно отразило в составе налоговых вычетов суммы НДС  в части задолженности абонентов за поставленный и потребленный газ, признанной  решениями судов невозможной ко взысканию в связи с истечением сроков исковой  давности.  

Вывод инспекции о неправомерности отнесения суммы НДС в состав налоговых  вычетов за 2014 год в размере 1 295 556 рублей и за 2015 год – размере 244 498 рублей на  основании решений судов о списании задолженности абонентов в связи с истечением  срока исковой давности признан судом обоснованным.  

При таких обстоятельствах вывод инспекции о неправомерном заявлении  обществом налоговых вычетов по НДС по корректировочным счетам-фактурам  за 2014, 2015 годы в размере 1 015 874 074 рублей вследствие отсутствия документов,  подтверждающих правомерность проведенных корректировок признан судебными  инстанциями обоснованным.  

Признавая правомерным решение инспекции в части отказа в налоговом вычете  по НДС в размере 2 743 067 рублей за I – III кварталы 2014 года, II – IV кварталы  2015 года по хозяйственным операциям общества с контрагентом ООО «Югнафтагруп»,  судебные инстанции установили следующее.  

В обоснование права на налоговый вычет общество представило договоры  поставки нефтепродуктов, договоры на оказание услуг, счета-фактуры, товарные  накладные, оборотно-сальдовую ведомость по счету 10.33, накладные на внутреннее  перемещение, раздаточная ведомость ГСМ отчеты о движении топлива, акты на  техническое обслуживание автомобилей.  

Общество и ООО «Югнафтагруп» заключили договор от 29.06.2015   № 80-08-0365/15 поставки нефтепродуктов, по которому контрагент обязался поставить  горюче-смазочные материалы (далее – ГСМ) в ассортименте, количестве, качестве, в  сроки и по ценам, оговоренным сторонами в спецификации, являющейся неотъемлемой  частью договора, а общество – принимать и своевременно оплатить продукцию.  

При исследовании договора выявлены противоречия в информации, отраженной в  пункте 3.4 (способ поставки транспортом поставщика) и пункте 3.5 (право собственности  и риск случайной гибели продукции переходит от поставщика к покупателю с момента  передачи продукции (по талонам) покупателю, датой поставки считается дата подписания  товарной накладной со стороны покупателя после получения продукции). Фактически из  представленных документов следует, что товарные накладные составлялись по итогам  месяца в последний день соответствующего месяца. В договоре отсутствует адрес  

поставщика. Аналогичные противоречия установлены и в других договорах,  представленных в инспекцию.  

В спецификации отсутствует информация о количестве и цене за единицу  продукции. В договоре и спецификации указана стоимость продукции 5 680 030 рублей,  а в представленных товарных накладных стоимость продукции – 6 273 950 рублей.  Аналогичная сумма отражена в книгах покупок за III, IV кварталы 2015 года.  

Заявки покупателя, письменное уведомление (счет на предоплату),  предусмотренные договором, не представлены.  

Суд установил, что общество представило к проверке договоры  с ООО «Югнафтагруп» поставки нефтепродуктов, на оказание услуг мойки автомобилей и  документы к ним, содержащие многочисленные противоречия, не позволяющие  исполнить указанные в них условия, что свидетельствует о формальном составлении  документов без реального осуществления хозяйственных операций.  

ООО «Югнафтагруп» не представило сведения по требованию инспекции о  взаимоотношениях с обществом; отсутствует по юридическому адресу; не имеет  материальные и трудовые ресурсы для выполнения заключенных договоров, расходов на  ведение текущей хозяйственной деятельности; имеет минимальную налоговую нагрузку,  уплачивает налоги в бюджет в минимальных размерах.  

Из движения денежных средств по расчетным счетам контрагента  за 2014, 2015 годы следует, что на расчетный счет поступили денежные средства от  общества, после чего этим же и следующими днями контрагентом суммы группируются,  объединяясь в более крупные и перечисляются ряду организаций, имеющих признаки  фирм-однодневок.  

Принимая во внимание изложенное, судебные инстанции признали правомерным  вывод инспекции о фактическом отсутствии сделок между обществом и  ООО «Югнафтагруп» по поставке ГСМ и предоставлению услуг мойки автомобилей;  формальном составлении договоров и документов к ним с целью получения  необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного применения налогового вычета  по НДС.  

Суд правильно отметил, что доводы общества о фактическом использовании  в деятельности, облагаемой НДС, товаров и услуг, закупленных у спорного контрагента,  не свидетельствуют об исполнении сделок именно ООО «Югнафтагруп». Представление  контрагентом налоговой отчетности также не свидетельствует о реальном характере  взаимоотношений с обществом и уплате контрагентом соответствующей суммы НДС  в бюджет.  

В связи с этим суд сделал вывод о том, что фактическая поставка ГСМ и оказание  услуг осуществлялось не ООО «Югнафтагруп», а иными лицами, а общество не проявило  должной степени осмотрительности при выборе спорного контрагента.  

Судебные инстанции также признали правомерным сумму начисленных обществу  пеней и взысканных штрафов по пункту 1 статьи 122 Кодекса за неполную уплату НДС,  не установив основания для снижения размера штрафных санкций на основании  статей 112, 114 Кодекса.  

Выводы суда основаны на правильном применении норм права к установленным  им обстоятельствам и соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам.  Фактически доводы жалобы сводятся к переоценке исследованных и оцененных судом  доказательств, что в полномочия кассационной инстанции не входит. Основания для  отмены или изменения обжалуемых судебных актов не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.10.2019 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 по делу   № А63-23039/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий Л.А. Черных  Судьи Л.Н. Воловик   Т.В. Прокофьева