ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

06.06.2024

Дело № А40-98939/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2024 года  

Полный текст постановления изготовлен 06 июня 2024 года  

 

         Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, П.М. Морхата

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 19.05.2021, срок 5 лет,

от конкурсного управляющего АО Банк «ТГБ» - ГК «АСВ»  – ФИО3, по доверенности от 22.12.2023, срок до 31.12.2025,

рассмотрев 30.05.2024 в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Торговый городской Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов

на определение от 26.09.2023

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 08.02.2024

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении заявления АО Банк «ТГБ» о признании недействительной сделкой отчуждение квартиры (кадастровый номер: 77:02:0008008:4268) между ФИО1 и ФИО4 и между ФИО4 и ФИО5, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2021 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации МСО ПАУ, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 139(7101) от 07.08.2021.

В Арбитражный суд г. Москвы 18.11.2022 в электронном виде поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости - помещения (кадастровый номер 77:02:0008008:4268), заключенной между должником, ФИО7 и ФИО5, и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024, в удовлетворении ходатайства АО Банк «ТГБ» об истребовании доказательств и в удовлетворении заявления АО Банк «ТГБ» о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости - помещения (кадастровый номер 77:02:0008008:4268), заключенной между ФИО1 и ФИО4 и между ФИО4 и ФИО5 отказано. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий АО Банк «ТГБ» - ГК «АСВ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024, направить обособленный спор на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего Банка доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Банком (кредитор) и ООО «Предприятие инвалидов войны в Афганистане «Афган-Сервис» (заемщик) были заключены: - договор кредитной линии № 056/2015-02-КЛЗ от 25 августа 2015 г. (далее - Кредитный договор 

<

***>), - договор кредитной линии № 080/2016-02-КЛЗ от 2 декабря 2016 г. (далее - Кредитный договор 

<

***>).

Разделом 4 Кредитных договоров 

<

***> и 

<

***> предусмотрено, что обязательства заемщика в том числе обеспечиваются поручительством ФИО1, оформленным Договором поручительства № 056/2015-02-ДП-1 от 25 августа 2015 г. и Договором поручительства № 080/2016-02-ДП-1 от 2 декабря 2016 г.

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по заключенным договорам кредитных линий Банк вынужден был обратиться в суд с заявлением о взыскании задолженности по данным договорам.

Решением Бутырского районного суда города Москвы от 13 декабря 2019 г. по делу 

<

***>-3971/19 взыскана солидарно с ООО «Афган-Сервис», ФИО8, ФИО1, ФИО9 задолженности в размере 66 814 843,21 руб. Данное решение суда вступило в законную силу 14 сентября 2020 г.

Неисполнение обязательств должника перед АО Банк «ТГБ» послужило основанием для включения требования Банка в реестр требований кредиторов ФИО1.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 9 июля 2021 г. (резолютивная часть), по делу № А40-98939/21-165-258Ф ФИО1 признан (несостоятельным) банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 5 апреля 2022 г. (резолютивная часть от 1 февраля 2022 г.) требование АО «Торговый городской банк» к ФИО1 в размере 117 577 396,08 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов.

По данным выписок Единого государственного реестра недвижимости (далее -ЕГРН) Банком получена информация о том, что ФИО1 являлся правообладателем 4-х (четырех) объектов недвижимости, а именно:

помещения с кадастровым номером 77:02:0008008:4268, расположенного по адресу: г. Москва, Отрадное, ул. Отрадная, д. 11, кв. 144;

земельного участка с кадастровым номером 50:04:0070301:763, расположенного по адресу: Московская область, Дмитровский р-н, г/п Икша, 

<

...> уч. 34;

земельного участка с кадастровым номером 50:04:0070301:764, расположенного по адресу: Московская область, Дмитровский р-н, г/п Икша, 

<

...> уч. 35;

здания с кадастровым номером 50:04:0270917:51, расположенного по адресу: Московская область, Дмитровский р-н, г/п Икша, 

<

...>.

Согласно сведениям ЕГРН в отношении вышеуказанных объектов недвижимости совершались следующие переходы права собственности:

В отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 77:02:0008008:4268:

1) Общая совместная собственность с 18.02.1999 по 22.11.1999 - ФИО10, ФИО11, ФИО12

2) собственность с 22.11.1999 по 18.06.2021 - ФИО1

3) собственность с 18.06.2021 по 20.07.2021 - ФИО7

4) собственность с 20.07.2021 по настоящее время - ФИО5.

В отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 50:04:0070301:763:

1) Собственность с 25.03.2013 по 31.08.2017 - ФИО1

2) собственность с 31.08.2017 по 16.05.2019 - ФИО7

3) собственность с 16.05.2019 по настоящее время - ФИО5. В отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 50:04:0070301:764: 1). Собственность с 20.10.1999 по 20.10.1999 - ФИО5

2) собственность с 20.10.1999 по 31.08.2017 - ФИО1

3) собственность с 31.08.2017 по 16.05.2019 - ФИО7

4) собственность с 16.05.2019 по настоящее время - ФИО5.

В отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 50:04:0270917:51: 

1). Собственность с 26.02.2013 по 31.08.2017 - ФИО1

2) собственность с 31.08.2017 по 16.05.2019 - ФИО7

3) собственность с 16.05.2019 по настоящее время - ФИО5. Объект недвижимости с кадастровым номером 77:02:0008008:4268 отчужден 18 июня 2021 г. в пользу ФИО7, о чем в ЕГРН внесена запись от 18 июня 2021 г. за № 77:02:0008008:4268-77/072/2021-8, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Информация о документе-основании у Банка отсутствует.

После чего 20 июля 2021 года указанный объект недвижимости был отчужден ФИО5, о чем в ЕГРН внесена запись от 20 июля 2021 г. за № 77:02:0008008:4268-77/072/2021-10, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Объект недвижимости с кадастровым номером 77:02:0008008:4268 находился в собственности у ФИО1 с 22 июня 1999 г. по 18 июня 2021 г.

Ссылаясь на то, что на момент заключения договора дарения недвижимого имущества от 18.06.2021 в пользу ФИО7 и договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.07.2021 между ФИО7 и ФИО5, у должника имелись обязательства перед кредиторами, сделки от 18.06.2021 и 20.07.2021 направлены на причинение вреда добросовестным кредиторам должника, при том, что ФИО7 было известно о причинении вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки; обе сделки совершены для вида, имущество оставалось под контролем должника; сделка по отчуждению имущества ФИО5 является составной в цепочке сделок должника по причинению вреда добросовестным кредиторам; сделки совершены со злоупотреблением правом, с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника; Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной единой сделки: договора дарения от 18.06.2021 между ФИО1 и ФИО7, договора купли-продажи от 20.07.2021 между ФИО7 и ФИО5, применении последствий недействительности сделок в виде возврата незаконно полученного имущества в конкурсную массу ФИО1, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами установлено, что  из представленных в материалы дела документальных доказательств, и пояснений финансового управляющего следует, что имущество было отчуждено не должником, а судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства № 53741/18/77028-ИП от 11.07.2018 посредством проведения публичных торгов в соответствии с законодательством об исполнительном производстве.

Так, 11.07.2018 в отношении Должника возбуждено исполнительное производство № 53741/18/77028-ИП в пользу взыскателя - ФИО13 (предмет исполнения - задолженность в размере 26 110 950 руб.).

Судебным приставом-исполнителем арестовано имущество должника согласно акту о наложении ареста (описи имущества) от 23.11.2018. В соответствии с законом для определения рыночной стоимости имущества был назначен оценщик. В соответствии с заключением оценщика стоимость арестованного имущества составила 5 890 800,00 руб.

15.08.2020  ООО «АВТОМАРШ» (специализированная организация, оказывающая услуги по реализации арестованного имущества на основании договора с территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в г. Москве) проведен аукцион по продаже имущества должника, начальная цена лота - 2 945 400 руб. Первые торги были признаны несостоявшимися.

Проведены повторные торги. В соответствии с протоколом о результатах аукциона от 24.10.2020 победителем торгов определен покупатель - ФИО7. 05.11.2020 между ООО «АВТОМАРШ» (специализированная организация, оказывающая услуги по реализации арестованного имущества на основании договора с территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в г. Москве) и ФИО7 заключен Договор № Л1/20/15/Алт-14 купли-продажи имущества (прилагаем), согласно которому специализированная организация передала в собственность, а покупатель принял и оплатил в соответствии с условиями договора следующее заложенное недвижимое имущество: квартира с кадастровым номером 77:02:0008008:4268. В соответствии с п. 2.2 Договора цена имущества по результатам торгов составила: 5 107 323,60 руб.

Покупатель полностью оплатил  цену имущества до подписания договора в два этапа: В качестве задатка была оплачена сумма в размере 2 945 400,00 руб.; По результатам аукциона была оплачена сумма в размере 2 161 923,60 руб.

Получение указанных денежных средств в размере 5 107 323,60 руб. 26.11.2020 подтверждено самим ФИО13

Впоследствии после вынесения решения Арбитражного суда г. Москвы от 27.07.2021 о признании должником банкротом финансовым управляющим в соответствии с действующим законодательством о банкротстве 10.08.2021 было направлено заявление в Алтуфьевский ОСП о прекращении исполнительного производства, о снятии наложенных в рамках данного исполнительного производства арестов и иных ограничений.

Постановлением от 17.09.2021 исполнительное производство окончено.

Таким образом, суд пришли к  выводу о том, что ФИО7 - является добросовестным покупателем. Покупатель приобретал имущество не у должника, как ошибочно утверждал заявитель. Имущество приобретено на публичных торгах в соответствии с Законом об исполнительном производстве при соблюдении установленных законом публичных процедур. Продажа на публичных торгах организуется и проводится уполномоченным государственным органом, действующим в рамках осуществления своих публичных полномочий по реализации арестованного имущества в связи с принудительным исполнением судебных решений. Организатор торгов обязан соблюдать предусмотренные законом требования к порядку их проведения.

Торги не оспаривались, недействительными не признаны.

Имущество приобретено не безвозмездно, как ошибочно утверждает Заявитель. Рыночная стоимость имущества была установлена оценщиком в 5 890 800,00 руб. С учетом понижения цены (при несостоявшихся торгах) имущество приобретено покупателем за 5 107 323,60 рублей. Соответственно, встречное предоставление нельзя признать неравноценным.

Денежные средства от реализации имущества получены не должником, а ФИО13 (взыскателем по исполнительному производству). ФИО13 к участию в рамках настоящего обособленного спора не привлечен.

Имущество реализовано не должником, а ООО «АВТОМАРШ» (специализированная организация, оказывающая услуги по реализации арестованного имущества на основании договора с территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в г. Москве).

Реализованное имущество находилось в залоге у взыскателя (ФИО13) (что подтверждено, в частности, договором купли-продажи). 

На основании пункта 29.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при оспаривании на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать ряд особенностей. В частности -такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого п. 1 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве. При оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд признает его недействительным только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением.

 На  момент  заключения договора реализации арестованного имущества на торгах 05.11.2020) в отношении должника процедура банкротства введена не была.

 Кроме того, в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 23.01.2024  по настоящему делу указано:

«По состоянию на декабрь 2016 года (когда должник утратил статус одного из участников Общества и перестал быть его генеральным директором) Общество являлось экономически и финансово состоятельным предприятием, вело хозяйственную деятельность, исполняло обязательства перед кредиторами в т.ч. перед указанным Банком по двум кредитным договорам, обеспечение исполнения по которым было предоставлено должником в виде поручительства.

Общество «Афган-Сервис» в соответствии с его уставом и заключенными государственными контрактами являлось исполнителем и поставщиком товаров (работ, услуг) в том числе по поставке специальной техники для нужд Министерства обороны Российской Федерации, ФСБ России и других министерств и ведомств. Общество вело активную хозяйственную деятельность, как приобретало, так и поставляло товары (работы, услуги). Должник приводил доводы о том, что из выписок по счетам Общества следует, что движение денежных средств ежемесячно, начиная с января 2017 г. составляло сотни миллионов рублей. Данные операции являлись реальными, не являлись транзитными и не являлись операциями Общества с фирмами-однодневками, а обратного ГК АСВ не доказало.

Активы предприятия составляли (по данным бухгалтерского баланса на 31.12.2016 г.): основные средства - 7.851 млн. руб.; запасы (товар на складе) - 204.123 млн. руб.

Возражая на заявление ГК АСВ о признании сделок недействительными, должник утверждал, что согласно заключению эксперта ФИО14, выполненному по запросу от 13.08.2020 г. № 08/4-809 ОЭБиПК УВД по САО ГУ МВД РФ по г. Москве, исследовав данные расширенной выписки движения денежных средств по расчетному счету, открытому Обществу «Афган-Сервис» в АО «Альфа-Банк» эксперт в том числе установил, что: "сумма денежных средств, поступивших от контрагентов (покупателей) на расчетный счет № 

<

***>, открытый ООО «Афган-Сервис» в АО «Альфа-Банк», за период с 01.01.2017 г. по 31.12.2017 г. составила107 003 110 руб. 49 коп." и эксперт сделал вывод о том, что "в период с 14.03.2017 г. по 31.12.2017 г. имелась фактическая возможность для ООО «Афган-Сервис» погашать (полностью и/или частично) кредиты по договорам кредитных линий от 25.08.2015 г. № 056/2015-02-КЛЗ, и от 02.12.2016 г. № 080/2016-02-КЛЗ, заключенным между АО "Торговый городской банк" и ООО «Афган-Сервис».

Данный вывод эксперта соответствует выводу Арбитражного суда г. Москвы, сделанному в деле № А40-277145/2019 о банкротстве указанного Общества о том, что признаки объективного банкротства у него появились только лишь с 30.12.2017 г. Бухгалтерский баланс за 2017 год, представленный предприятием в налоговый орган в марте 2018 г. подтверждал, что финансово-хозяйственная деятельность предприятия является успешной.

Важное значение имело и то, что исполнение обязательств Общества перед Банком по двум кредитным договорам обеспечивалось не только предоставленными поручительствами, но и залогами, в залог Банку было передано все имущество, принадлежащее Обществу, а именно: по договору залога товаров в обороте № 056/2015-02-ДЗ/ТМЦ (в залог переданы ТМЦ, автотранспортные средства, автозапчасти, комплектующие, оценочной стоимостью 33 221 679 руб. 61 коп., расположенные по адресу: 

<

...>; по договору последующего залога (последующей ипотеки) № 056/2015-02-ДЗ/И-1 от 07.09.2015 г. в залог передано жилое помещение - 2-х комнатная квартира по адресу: 

<

...>, стоимостью 2 028 000 руб.; по договору последующего залога (последующей ипотеки) № 056/2015-02-ДЗ/И-2 в залог передана часть жилого дома общей площадью 45 кв. м, расположенного по адресу: Московская обл., Дмитровский район, г.п. Икша 

<

...> стоимостью 945 700 руб., а также земельный участок, земли населенных пунктов, общей площадью 433 кв. м, расположенный по данному же адресу, стоимостью 549 500 руб.; по договору последующего залога автотранспортных средств от 07.09.2015 г. № 056/2015-02-ДЗ/ТС переданы в залог транспортные средства, принадлежащие на праве собственности Обществу по рыночной стоимости 1 750 000 руб. и т.д., заключены и иные договоры залога: от 14.03.2016 г. № 056/2015-02-ДЗ/ТС-2, № 080/2016-02-ДЗ/ТС-1, от 02.12.2016 № 080/2016-02-ДЗ/ТС-2, № 080/2015-02-ДЗ/И-1, № 080/2015-02-ДЗ/И-2, № 080/2015-02-ДЗ/ТМЦ.

Все вышеуказанное в совокупности и после декабря 2016 г. (т.е. когда у общества появились новые учредители и генеральный директор), как утверждал ФИО1, не ставило для него под сомнение экономическую состоятельность предприятия, его способность исполнить обязательства перед Банком по кредитам.

Банк в течение с 2017 - начало 2019 г.г. не предъявлял требования к ФИО1, как к поручителю по долгам Общества.

Судебная коллегия суда округа отметила, что все вышеизложенное могло свидетельствовать о том, что на момент выхода должника из состава участников и назначения в обществе нового директора (декабрь 2016 г.) экономическое состояние основного заемщика позволяло исполнять обязательства перед Банком, о чем был осведомлен ФИО1 То есть ООО «Афган-Сервис» поручителем по обязательствам которого выступал должник, не отвечало признакам неплатежеспособности.

Действительно, в силу закона и сформированной судебной практики, обязательства поручителя по заключенному им договору поручительства возникают в момент заключения данной сделки. Однако, наличие действующего договора поручительства в ситуации, когда заемщик (ООО "Афган-Сервис") исполняет свои обязательства по кредитному договору в полном объеме, не означает возникновения у поручителя обязанности по исполнению обязательства.

Указанные обстоятельства исключали наличие цели причинения вреда. »

Таким образом,  отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что договор дарения и договор купли-продажи объекта недвижимости являются самостоятельными сделками, а не единой сделкой, совершены между различными субъектами, отсутствует изначальная направленность воли на отчуждение имущества от должника к ФИО5 путем отчуждения через третьих лиц, какая-либо договорная связь между должником и покупателем ФИО5, которую можно было бы признать притворной, отсутствует фактический контроль над имуществом осуществляется покупателем, заявителем не предоставлено доказательств, что оспариваемые сделки представляют собой единую цепочку действий, направленных на вывод активов должника ФИО1 в пользу ФИО5, обстоятельства, необходимые для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суды не установили.

При изложенных обстоятельствах, учитывая недоказанность совокупности оснований для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, приняв во внимание, что наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки не доказано, доказательства совершения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред, то есть злоупотребления правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены и судами с учетом обстоятельств по настоящему делу, не установлены, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной как на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало ряд обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63)).

При этом в случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

            В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

            Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

            Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

           Кроме того, в судебном заседании суда округа представитель должника подтвердил, что денежные средства по сделке были получены взыскателем 

в рамках исполнительного производства.

            Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

            Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024по  делу № А40-98939/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                     Е.Л. Зенькова 

 

Судьи:                                                                                 Е.А. Зверева

 

                                                                                              П.М. Морхат