ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 672007, Чита, ул. Ленина, 145 http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Чита Дело № А19-20723/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 30 сентября 2025 года.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Басаева Д.В.,  

судей: Доржиева Э.П., Сидоренко В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Литвинцевой Е.Ю.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело Арбитражного суда Иркутской области № А19-20723/2024,  

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Службе ветеринарии Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании незаконным бездействия службы ветеринарии Иркутской области по подготовке и направлению в Правительство Иркутской области документов для принятия решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных,  

расположенного в 

<

...> и обязать службу ветеринарии Иркутской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ИП ФИО1 КФХ ФИО2 путем подготовки и направления в Правительство Иркутской области документов для принятия решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области и Республике Бурятия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

Определением от 22.01.2025 производство по делу в части признания незаконным бездействия Правительства Иркутской области по принятию решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>, прекращено на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года по делу № А19-20723/2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.  

ИП ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт по мотивам, изложенным в жалобе.  

Определением от 22.08.2025 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела № А19-20723/2024 Арбитражного суда Иркутской области по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Судебное разбирательство по делу отложено на 10 час. 30 мин. 16.09.2025.  

Информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети «Интернет» 15.05.2025, 11.06.2025, 09.07.2025, 16.07.2025, 23.08.2025. Таким образом, о месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.  

Руководствуясь частью 2 статьи 200, частью 1 статьи 123 АПК РФ, суд считает  

возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.  

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

На территории крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 расположенного по трем очагам были установлены ограничительные мероприятия (карантин), направленные на предотвращение распространения и ликвидацию очагов заразного узелкового дерматита крупного рогатого скота.  

В соответствии с распоряжением Правительства Иркутской области в период с 25 февраля по 3 марта 2024 произведено отчуждение животных, о чем составлены акты об отчуждении и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных.  

По очагу в 

<

...> изъято и уничтожено 174 головы КРС весом 90 344 кг (акты от 29.02.2024 и 01.03.2024). Сумма компенсации по очагу в д. Бутырки должна составить 17 752 596 руб. (90 344 196,5).  

По всем 3 очагам заявление о выплате направлено в службу ветеринарии Иркутской области от 04.03.2024, с приложением всех необходимых документов, в том числе актов изъятия животных составленным на ИП ФИО1 КФХ ФИО2 как на собственника животных по всем 3 очагам.  

Распоряжением Правительства Иркутской области от 15 марта 2024 года № 42 ДСП «Об уменьшении размера возмещения ущерба, понесенного собственником животных и (или) продукции животного происхождения в результате изъятия животных и (или) продукции животного происхождения» принято решение об уменьшении размера выплаты при возмещении ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очагов особо опасных болезней животных на 50 процентов по 2 очагам.  

По очагу в 

<

...> выписка из распоряжения Правительства Иркутской области от 15.03.2024 № 42 ДСП не содержит информации об отказе, что, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что решение Правительством Иркутской области не принято до настоящего времени. Всего по очагу в 

<

...> не выплачено 17 752 596 руб.  

06.08.2024 ИП КФХ ФИО2 в службе ветеринарии Иркутской области было получено письмо (решение) от 19.03.2024 № 02-77-953/24, в  

соответствии с которым выделение средств из резервного фонда Правительства Иркутской области на основании заявления ФИО2 (в части возмещения стоимости животных, согласно актов изъятия от 29.02.2024 и 01.03.2024) невозможно, поскольку в акте эпизоотического обследования КФХ ФИО3 от 27.02.2024 не содержится информации о наличии на данной территории животных, принадлежащих М.Мироян, а также не приложены документы, подтверждающие право пользования земельным участком, расположенным по адресу: 

<

...>  

Заявитель указал, что у службы ветеринарии Иркутской области не имелось полномочий по отказу в выделении средств из резервного фонда Правительства Иркутской области на основании заявления ИП ФИО1 КФХ ФИО2 (в части возмещения стоимости животных согласно актам изъятия от 29.02.2024 и от 01.03.2024) по очагу особо опасных болезней животных, расположенному в Иркутском районе, 

<

...>, поскольку такими полномочиями обладает Правительство Иркутской области.  

В связи с чем, считая, что служба ветеринарии Иркутской области бездействовала, поскольку в установленном порядке не подготовила и не направила в Правительство Иркутской области документы для принятия решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>, заявитель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанного бездействия незаконным и обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов.  

Суд апелляционной инстанции, оценив доводы и возражения сторон, а также доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, в соответствии со статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.  

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного правового акта, решений и действий (бездействий) закону  

или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.  

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействий), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействий), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействий), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействия).  

В силу статьи 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом (часть 1). Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения (часть 3).  

Положениями пункта 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.  

Статьей 306 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случае принятия Российской Федерацией закона, прекращающего право собственности, убытки, причиненные собственнику в результате принятия этого акта, в том числе стоимость имущества, возмещаются государством.  

В соответствии со ст. 2 Закона РФ от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» ветеринарное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Закона и принимаемых в соответствии с ним иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.  

В соответствии со ст. 19 Закона РФ от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» в случае выявления нарушений законодательства Российской Федерации в области ветеринарии, допущенных собственником и (или) владельцем животных и (или) продукции животного происхождения на объектах, связанных с выращиванием и содержанием животных, производством, хранением продукции животного происхождения, ее переработкой и реализацией, и установленных в рамках федерального  

государственного ветеринарного контроля (надзора), при возникновении или распространении очагов особо опасных болезней животных на этих объектах высшим исполнительным органом субъекта Российской Федерации размер возмещения стоимости животных и (или) продукции животного происхождения собственнику может быть уменьшен или в возмещении стоимости животных и (или) продукции животного происхождения может быть отказано.  

Правила изъятия животных и (или) продукции животного происхождения при ликвидации очагов особо опасных болезней животных утверждены постановлением правительства Российской Федерации от 26.05.2006 № 310 (далее – Правила № 310).  

Согласно пункта 8 Правил № 310, по результатам изъятия животных и (или) продукции животного происхождения уполномоченным в области ветеринарии исполнительным органом субъекта Российской Федерации составляется акт об изъятии животных и (или) продукции животного происхождения при ликвидации очага особо опасной болезни животных в 3 экземплярах по форме согласно приложению. Один экземпляр акта вручается гражданину - собственнику животных и (или) продукции животного происхождения или уполномоченному представителю юридического лица - собственника животных и (или) продукции животного происхождения. Второй экземпляр акта направляется в высший исполнительный орган субъекта Российской Федерации. Третий экземпляр акта направляется в территориальный орган Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору. Акт об изъятии животных и (или) продукции животного происхождения при ликвидации очага особо опасной болезни животных направляется в указанные органы уполномоченным в области ветеринарии исполнительным органом субъекта Российской Федерации в течение одного рабочего дня со дня составления акта.  

Постановлением администрации Иркутской области от 07.03.2008 № 46-па утверждено положение о порядке использования бюджетных ассигнований резервного фонда Правительства Иркутской области (далее – Положение о резервном фонде), в соответствии с пунктом 3 которого средства фонда направляются в том числе на цели выплаты собственникам животных и (или) собственникам продукции животного происхождения их стоимости в случае изъятия при ликвидации очагов особо опасных болезней животных на территории Иркутской области в порядке, определенном главой 6 настоящего Положения.  

На основании пункта 49 Положения о резервном фонде служба ветеринарии Иркутской области в течение трех рабочих дней со дня поступления заявления и прилагаемых к нему документов подготавливает реестр получателей (приложение 23 к  

Положению) и проект распоряжения о выделении средств фонда или заключение о невозможности выделения средств фонда, которое направляется собственникам животных.  

Таким образом, принятие решения об уменьшении или отказе в возмещении стоимости животных отнесено к исключительной компетенции высшего исполнительного органа субъекта Российской Федерации, которым в Иркутской области является Правительство Иркутской области.  

Как следует из материалов дела, службой ветеринарии Иркутской области принято решение, формализованное в письме от 19.03.2024 № 02-77-953/24, в соответствии с которым выделение средств из резервного фонда Правительства Иркутской области на основании заявления ФИО2 (в части возмещения стоимости животных, согласно актов изъятия от 29.02.2024 и 01.03.2024) невозможно, поскольку в акте эпизоотического обследования КФХ ФИО3 от 27.02.2024 не содержится информации о наличии на данной территории животных, принадлежащих М.Мироян, а также не приложены документы, подтверждающие право пользования земельным участком, расположенным по адресу: 

<

...>  

Согласно Правилам уменьшения размера возмещения ущерба, понесенного собственником животных и (или) продукции животного происхождения в результате изъятия животных и (или) продукции животного происхождения для целей утилизации при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, утвержденных постановлением Правительства РФ от 01.02.2023 г. № 140, при выявлении случаев влекущих уменьшение и (или) в выплате может быть отказано, уполномоченный орган (в данном случае служба ветеринарии Иркутской области) разрабатывает соответствующее решение об уменьшении либо отказе в выплате.  

Таким образом, в соответствии с пунктом 49 Положения о резервном фонде служба ветеринарии в срок до 07.03.2024 обязана была подготовить реестр получателей и проект распоряжения о выделении средств фонда или заключение о невозможности выделения средств фонда, которое направляется собственникам животных.  

Указанное заключение не является решением, а только основанием для принятия решения Правительством Иркутской области.  

Как следует из пояснений Правительства Иркутской области от 24.12.2024 № Суд-24-291/24, Правительство Иркутской области не рассматривало материалы и документы по хозяйству, расположенному по адресу: 

<

...>, по причине того, что уполномоченный орган (которым является служба ветеринарии Иркутской области) не направил соответствующие  

документы.  

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" к бездействию относится неисполнение (уклонение от исполнения) наделенными публичными полномочиями органом или лицом обязанности, возложенной на него нормативными правовыми и иными актами, определяющими его полномочия (должностными инструкциями, положениями, регламентами, приказами). Бездействием, в частности, признается нерассмотрение обращения заявителя уполномоченным лицом или несообщение о принятом решении, уклонение от принятия решения при наступлении определенных законодательством событий, например событий, являющихся основанием для предоставления государственных или муниципальных услуг в упреждающем режиме.  

При таких обстоятельствах следует признать обоснованными доводы заявителя о том, что служба, не обладая соответствующими полномочиями, приняла решение об отказе в выплате заявителю, тем самым бездействовала, поскольку в нарушение приведенных норм законодательства не подготовила соответствующие документы и не включила заявителя в реестр получателей средств бюджета в целях принятия решения Правительством Иркутской области, а равно как и не подготовила требуемого законодательством проекта распоряжения Правительства Иркутской области об отказе в возмещении стоимости животных и (или) продукции животного происхождения.  

Что касается доводов об отсутствии оснований для отказа в выплате, на которые ссылается служба, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.  

Согласно представленным в материалы дела актам об изъятии животных при ликвидации очага особо опасной болезни животных от 29.02.2024 и от 01.03.2024 животные изъяты по адресу: 

<

...> у ИП КФХ ФИО2 (ИНН 

<

***>) на основании распоряжения Правительства Иркутской области от 28.02.2024 № 24ДСП.  

Акты составлены и подписаны комиссионно в составе представителей: 

- службы ветеринарии Иркутской области (29.02.2024 ФИО4 – консультант по вопросам ГО и ЧС; 01.03.2024 ФИО5 – начальник управления госнадзора);  

- Управления Россельсхознадзора по Иркутской области и Республике Бурятия (29.02.2024 ФИО6, 01.03.2024 ФИО7 - государственные инспекторы отдела государственного ветеринарного надзора на гос. границе РФ и транспорта Иркутской  

области);  

- администрации Иркутского района (29.02.2024 и 01.03.2024 ФИО8 – начальник управления сельского хозяйства).  

При этом в указанных актах указано, что они являются основанием для возмещения ущерба, понесенного гражданами и юридическими лицами в результате отчуждения животных или изъятия продуктов животноводства. Акты составлены в 3 экземплярах, 1-й экземпляр вручен владельцу отчуждаемых животных, в качестве которого указан ФИО2.  

В соответствии с пунктом 10 Правил № 310 основанием для возмещения ущерба, понесенного собственниками животных и (или) продукции животного происхождения в результате изъятия животных и (или) продукции животного происхождения, является наличие у них акта, указанного в пункте 8 настоящих Правил.  

Следовательно, указанные выше акты являются основанием для возмещения ущерба заявителю ИП ФИО1 КФХ ФИО2.  

Ссылка службы ветеринарии на акт по КФХ ФИО3 от 27.02.2024, истребованный судом апелляционной инстанции, отклоняется судебной коллегией, поскольку при сравнительном анализе с актами об изъятии животных при ликвидации очага особо опасной болезни животных от 29.02.2024 и от 01.03.2024 судом апелляционной инстанции установлена их несопоставимость по массе и количеству голов изъятого КРС.  

В части доводов службы о том, что заявителем не приложены документы, подтверждающие право пользования земельным участком, расположенным по адресу: 

<

...>, суд апелляционной инстанции отмечает, что представление таких документов не предусмотрено перечнем документов, которые собственник животных предоставляет в службу ветеринарии Иркутской области (пункт 44 Положения о резервном фонде). Следовательно, такое требование службы не основано на нормах права.  

В то же время, заявителем с ходатайством от 27.08.2025 представлены в материалы дела документы, подтверждающие право пользования земельным участком, расположенным по адресу: 

<

...>.  

В свою очередь, служба соответствующие доводы и доказательства, представленные ИП ФИО2, относимыми и допустимыми доказательствами не опровергла.  

Также следует отметить, что Положение о резервном фонде не признает  

необходимым и наличия акта эпизоотического обследования хозяйства.  

Службой заявлено о пропуске заявителем срока на обращение в арбитражный суд.  

В части 4 статьи 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.  

Как следует из материалов дела, заявитель, в период с 25.02.2024 по 01.03.2024 в хозяйстве ИП КФХ ФИО2 специальной комиссией проведено изъятие животных:  

- по 2-м очагам отчуждение произведено 25.02.2024, 26.02.2024 и 27.02.2024;  

- по очагу в 

<

...> отчуждение произведено 29.02.2024 и 01.03.2024.  

По факту отчуждения животных (изъятие продуктов животноводства) комиссией составлены соответствующие акты.  

Как указал заявитель, 04.03.2024 по всем трем очагам ФИО2 в службу направлены заявления о выплате собственнику животных и (или) продукции животного происхождения их стоимости за счет средств областного бюджета, с приложением необходимых документов.  

Распоряжением Правительства Иркутской области от 15.03.2024 по двум очагам принято решение об уменьшении размера выплаты ущерба, понесенного ФИО2 в результате изъятия животных.  

По спорному (третьему) очагу службой принято решение, изложенное в письме от 19.03.2024 № 02-77-953/24, об отказе в выделение средств из резервного фонда Правительства Иркутской области по третьему очагу - 

<

...>.  

С настоящим заявлением ИП ФИО1 КФХ ФИО2 обратился посредством системы «Мой Арбитр» 04.09.2024.  

ФИО2, ссылаясь на соблюдение сроков обращения в суд с рассматриваемым заявлением, полагает, что о наличии решения от 19.03.2024 № 02-77-953/24, с которого можно исчислять срок бездействия службы, ИП КФХ ФИО2 узнал в августе 2024 в ходе рассмотрения дела № А19-9115/2024, а собственно текст оспариваемого решения, изложенного в письме от 19.03.2024 № 02-77-953/24, получен ФИО2 06.08.2024, о чем имеется расписка заявителя на экземпляре, представленном в материалы дела.  

Службой в качестве доказательств направления письма от 19.03.2024 в адрес ФИО2 представлен список внутренних почтовых отправлений от 21.03.2024, содержащий оттиск органа почтовой связи (т.1 л.д.45-47) и из которого следует, что  

21.03.2024 ФИО2 по адресу: 664073, ул. 50 лет Победы, д. 34, д. ФИО9, р-н Иркутский, обл. Иркутская, направлено заказное почтовое отправление - уведомление № 02-77-953/24; почтовому отправлению присвоен почтовый идентификатор 80081894934844.  

В силу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.  

При этом законом предусмотрено, что сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (статья 165.1 ГК РФ).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановления № 25), судам необходимо учитывать, что с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в ЕГРЮЛ либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом. Юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.  

Пунктом 67 Постановления № 25 установлено, что бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение.  

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от  

него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (статья 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.  

Согласно сведениям с сайта АО «Почта России» почтовое отправление с почтовым идентификатором 80081894934844 25.03.2024 прибыло в место вручения (почтовое отделение - 664073); 25.03.2024 отражены сведения о неудачной попытке вручения; сведения о повторной неудачной попытке вручения отражены органом почтовой связи 27.04.2024; 27.04.2024 почтовое отправление возвращено в адрес отправителя.  

Как следует из материалов дела в целях установления обстоятельств по факту осуществления работниками почтовой связи мер по вручению ФИО2 почтового отправления с почтовым идентификатором № 80081894934844 судом первой инстанции в адрес АО «Почта России» направлен соответствующий запрос (т.1 л.д.51).  

Согласно ответу АО «Почта России» от 17.01.2025 почтовое отправление 80081894934844 (адресат ФИО2) поступило 25.03.2024 в адресное отделение связи 664073. Отправление было обработано и передано почтальону для доставки по адресу, указанному на конверте. Доставка адресату осуществлялась в соответствии с требованиями нормативных документов. Информация на сайте о неудачной попытке вручения отразилась автоматически при закрытии накладной на доставку в электронном виде, после передачи почтальону письма для доставки адресату. Почтальон не смог вручить отправление адресату, в связи с чем оставил извещение и вернул отправление в ОПС со служебной отметкой «Адресат не доступен». По причине истечения установленного срока хранения, отправление возвращено 27.04.2024 по обратному адресу (т.1 л.д.84).  

Между тем, судом апелляционной инстанции из отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80081894934844 на сайте АО «Почта России» установлено, что спорное отправление первоначально передано почтальону 25.03.2024 в 8 час. 15 мин., неудачная попытка вручения зафиксирована через 4 минуты – в 8 час. 19 мин. Аналогичная ситуация имела место и 27.04.2024: в 7 час. 54 мин. передано почтальону, а в 7 час. 57 мин. – неудачная попытка вручения.  

При этом судом апелляционной инстанции установлено, что согласно сведениям сайта АО «Почта России» почтовое отделение, обсуживающее адрес: Иркутский район, ФИО9 д., 50 лет Победы ул., д. 34, - 664073, находится по адресу: 

<

...>.  

При сопоставлении указанных адресов в общедоступном интернет-сервисе 2ГИС  

https://2gis.ru/irkutsk/directions/points/104.259859%2C52.281619%3B1548748027084160%7C 104.169681%2C52.50985%3B1548748027159205?m=104.245165%2C52.397122%2F10.83  

судом апелляционной инстанции установлено, что расстояние между указанными адресами составляет 36 километров.  

Усматриваемая из отчета информация о четырех- и трехминутном временном промежутке между отметкой о передаче почтальону письма и отметкой о неудачной попытке вручения письма порождает обоснованные сомнения в том, что за столь короткий срок и значительное расстояние от отделения почтовой связи фактически осуществлены выход почтальона по месту жительства заявителя, предпринятие попытки вручения заказного письма и оставление для него в почтовом ящике извещения о нем, опровергающие презюмируемые исполнение организацией почтовой связи правил доставки заказной корреспонденции, несение заявителем рисков неявки за его получением и состоявшееся извещение надлежащим образом заявителя о принятом службой решении.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2025 N 305-ЭС20-16815(3).  

В этой связи суд апелляционной инстанции отмечает, что организация почтовой связи в ответе на судебный запрос от 17.01.2025 не представила пояснений (доказательств), свидетельствующих о принятых почтальоном попытках вручения заказной почтовой корреспонденции и оставление для заявителя в почтовом ящике извещения о нем.  

При указанных обстоятельствах оснований считать ИП КФХ ФИО2 получившим письмо службы от 19.03.2024 не имеется.  

В этой связи заслуживают внимания доводы заявителя о том, что в ходе рассмотрения дела № А19-9115/2024 (первое судебное заседание, по которому состоялось 05.06.2025) ему стало известно о том, что службой ветеринарии Иркутской области соответствующие документы (проект распоряжения Правительства Иркутской области об отказе в выплате или реестр на выплату средств) не были направлены в Правительство Иркутской области. В связи с чем стороной заявителя ФИО2 было подготовлено в рамках ст. 49 АПК РФ и заявлено в судебном заседании 05.08.2024 уточнение требований, в котором заявитель просил признать незаконным бездействие службы ветеринарии Иркутской области. Из протокола судебного заседания от 05.08.2024 № А19-9115/2024 на указанное ходатайство в судебном заседании представитель службы ветеринарии Иркутской области пояснила, что по очагу в 

<

...>, служба самостоятельно приняла решение об отказе в возмещении ущерба. В ходе рассмотрения  

дела № А19-9115/2024 до 05.08.2024 представителями службы ветеринарии Иркутской области не давалось пояснений о наличии письма от 19.03.2024 года № 02-77-953/24, копия указанного письма к материалам дела не приобщалась. В связи с чем ни ФИО2, ни его представитель не могли знать о наличии указанного письма и соответственно о нарушении прав, а значит не имели возможности выбрать правильный способ защиты права оспорить письмо от 19.03.2024 года № 02-77-953/24 как незаконное, а также оспорить бездействие службы ветеринарии Иркутской области по направлению соответствующих документов в Правительство Иркутской области. Определением Арбитражного суда Иркутской области от 05.08.2024 по делу № А19-9115/2024 суд отказал заявителю в принятии уточненных требований о признании бездействия службы ветеринарии незаконным в связи с изменением и предмета и основания заявленных требований, при этом предложил службе ветеринарии Иркутской области представить отказ в возмещении ущерба и доказательства его направления в адрес предпринимателя. Из чего следует, что заявителем в установленный законодательством 3-х месячный срок оспорено бездействие Правительства Иркутской области в рамках дела № А19-9115/2024, что не оспаривалось сторонами по делу, в ходе рассмотрения которого 05.08.2024 заявителю стало известно об отсутствии бездействия со стороны Правительства Иркутской области в связи с не направлением необходимых документов в его адрес службой ветеринарии Иркутской области, а также о наличии письма от 19.03.2024 года № 02-77-953/24 подготовленного службой ветеринарии Иркутской области.  

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 02.12.2013 № 1908-О разъяснил, что по своему буквальному смыслу положение части 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для исчисления закрепленного им процессуального срока исходит не из презумпции разумно предполагаемой осведомленности лица о нарушении его прав и законных интересов, а из того, что начало течения этого срока определяется в каждом конкретном случае судом на основе установления момента, когда заинтересованное лицо реально узнало о соответствующем нарушении. Исчисление в данном случае сроков для обращения в суд возможно с учетом особенностей этих отношений и имея в виду, в конечном счете, необходимость восстановления нарушенных прав участников правоотношений и недопустимость отказа в этом исключительно по формальным основаниям вопреки требованиям Конституции Российской Федерации.  

С учетом указанных обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу, что заявителем обжаловано бездействие службы ветеринарии в настоящем деле в установленный статьей 198 АПК РФ трехмесячный месячный срок.  

Оспариваемое бездействие службы, непосредственно имеющее значение при осуществлении заявителем предпринимательской деятельности, неоспоримо нарушает его права и законные интересы.  

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.  

При таких установленных обстоятельствах и выявленном правовом регулировании требование заявителя о признании незаконным бездействия Службы ветеринарии Иркутской области по подготовке и направлению в Правительство Иркутской области документов для принятия решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>, является обоснованным и подлежащими удовлетворению.  

Согласно абзацу четвертому пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" если в соответствии с законом за наделенными публичными полномочиями органом или лицом сохраняется возможность принять то или иное решение по существу вопроса, затрагивающего права, свободы, законные интересы административного истца (заявителя), суд вправе ограничиться возложением на него обязанности повторно рассмотреть поставленный гражданином, организацией вопрос. При таком рассмотрении наделенные публичными полномочиями орган или лицо обязаны учитывать правовую позицию и обстоятельства, установленные судом в результате рассмотрения дела (статья 16 КАС РФ, статья 16 АПК РФ).  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым указать на правовосстановительную меру общего характера, обязывающую службу ветеринарии Иркутской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ИП КФХ ФИО2 в установленном законом порядке, подразумевающем фактическую необходимость повторного рассмотрения службой  

заявления ИП КФХ ФИО2 с учетом правовой позиции и обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции в результате рассмотрения настоящего дела.  

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12) предусмотрено, что о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, на основании части 6.1 статьи 268 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции выносит определение. Возражения в отношении данного определения в силу частей 1, 2 статьи 188 Кодекса могут быть заявлены только при обжаловании судебного акта, которым завершается рассмотрение дела в арбитражном суде апелляционной инстанции.  

По результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт. Содержание постановления должно соответствовать требованиям, определенным статьями 170 и 271 Кодекса.  

Определением от 22.08.2025 суд апелляционной инстанции, установил, что определением от 22.01.2025 производство по делу в части признания незаконным бездействия Правительства Иркутской области по принятию решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>, прекращено на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.  

Согласно части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.  

Суд первой инстанции, принимая отказ в части требований к Правительству Иркутской области, не принял во внимание, что с учетом предмета и оснований  

заявленных требований решение суда непосредственно повлияет на права и обязанности Правительства Иркутской области по отношению к сторонам настоящего спора, что являлось основанием для привлечения последнего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

Таким образом, решение Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года по делу № А19-20723/2024 подлежит отмене на основании пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ.  

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы заявителя по уплате государственной пошлины за обращение в арбитражные суды двух инстанций в сумме в сумме 10 300 рублей подлежат отнесению на службу.  

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2 700 рублей подлежит возврату заявителю из федерального бюджета.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года по делу № А19-20723/2024 отменить.  

Признать незаконным бездействие Службы ветеринарии Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по подготовке и направлению в Правительство Иркутской области документов для принятия решения о выплате возмещения ущерба, понесенного ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в результате изъятия принадлежащих ему на праве собственности животных для целей утилизации при ликвидации очага особо опасных болезней животных, расположенного в 

<

...>.  

Обязать службу ветеринарии Иркутской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ИП ФИО1 КФХ ФИО2 в установленном законом порядке.  

Взыскать со Службы ветеринарии Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ИП ФИО1 КФХ ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 10 300 рублей.  

Возвратить из федерального бюджета ИП ФИО1 КФХ ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) излишне уплаченную государственную пошлину в размере 2 700 рублей.  

Поручить Арбитражному суду Иркутской области выдать исполнительный лист.  

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть  

обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд  

первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев с даты принятия. 

Председательствующий Д.В. Басаев 

Судьи Э.П. Доржиев 

 В.А. Сидоренко