ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А14-9141/2016

город Воронеж

21 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 октября 2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                  Ботвинникова В.В., 

судей                                                                                     Мокроусовой Л.М., 

                                                                                           Безбородова Е.А.,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Болучевской Т.И.,

 

при участии:  

от конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Видеофон» ФИО1:  ФИО2, представитель по доверенности №4 от 12.06.2024, паспорт гражданина РФ;        

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Видеофон» ФИО1 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 10.07.2024 по делу № А14-9141/2016 по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Видеофон» ФИО1 о привлечении Lee Suk Joo (ФИО3 Джу) (Республика Корея), SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед) (Республика Кипр), ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ОАО «Видеофон» в рамках дела о банкротстве открытого акционерного общества «Видеофон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Воронежской области от 05.07.2016 заявление акционерного общества «Райффайзенбанк» о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Видеофон» (далее - ОАО «Видеофон», должник) принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 19.08.2016 (резолютивная часть от 12.08.2016) в отношении ОАО «Видеофон» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 20.08.2016 №152.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 20.07.2017 (резолютивная часть от 13.07.2017) ОАО «Видеофон» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1. Сообщение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22.07.2017 №132.

В ходе конкурсного производства конкурсный управляющий 12.07.2018 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о привлечении ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО9 (далее - ФИО9,), SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Видеофон» и взыскании с них солидарно 2 897 900 484 руб. 80 коп. (с учетом принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнения заявленных требований).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 15.06.2021 заявление конкурсного управляющего ОАО «Видеофон» ФИО1 о привлечении ФИО9, ФИО8, ФИО7 к субсидиарной ответственности выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 10.07.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «Видеофон» ФИО1 о привлечении Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ОАО «Видеофон» отказано.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ОАО «Видеофон» ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Выслушав представителя конкурсного управляющего ОАО «Видеофон» ФИО1, изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 2 данной статьи указано, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 4 данной статьи указано, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, ОАО «Видеофон» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.06.1996 Межрайонной инспекцией ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Воронежской области, о чем в единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) внесена запись за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Зарегистрированному юридическому лицу присвоен идентификационный номер налогоплательщика 

<

***>.

Согласно списку зарегистрированных лиц в реестре владельцев ценных бумаг ОАО «Видеофон» по состоянию на 30.06.2018 Сие Холдингс Лимитед (SIE Holdings Limited) владеет 1 595 000 обыкновенными акциями, что соответствует 17,76% доли в уставном капитале общества; Lee Suk Joo (ФИО3 Джу) обладает 1 595 165 акциями, что соответствует 17,77% доли в уставном капитале общества.

Как следует из выписки из реестра в отношении компании Сие Холдингс Лимитед (SIE Holdings Limited) ФИО5 является владельцем 11 875 акций указанной компании, что соответствует 47,5% доли в уставном капитале; ФИО4 является владельцем 11 875 акций указанной компании, что соответствует 47,5% доли в уставном капитале.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то обстоятельство, что результате заключения контролирующими должника лицами договора поручительства в обеспечение исполнения обязательств ООО «ТВ-Альянс» по кредитному соглашению №RBA/6298, заключенному с АО «Райфайзенбанк» 22.07.2014, должник принял на себя обязательства, значительно превышающие размер его активов, что привело к возникновению признаков неплатежеспособности, обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности LeeSukJoo (ФИО3 Джу), Сие Холдингс Лимитед (SIE Holdings Limited), ФИО4, ФИО5, являющихся мажоритарными акционерами ОАО «Видеофон». Размер субсидиарной ответственности определен с учетом положений абзаца 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в сумме 3 581 282 645,68 руб., в том числе 2 009 288,33 руб. - требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, 722 451,63 руб. - вознаграждение конкурсного управляющего, 136 491,21 руб. - временная помощь конкурсного управляющего, задолженность по оплате аудиторских услуг - 35 046,38 руб., 196 365 879,2 руб. - задолженность по налогам и стразовым взносам, 64 222,19 руб. - задолженность по аренде перед ООО «ВАЛЕОФАРМ».

В качестве основания для привлечения Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), Сие Холдингс Лимитед (SIE Holdings Limited), ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на то, что с июля 2014 года по июль 2015 года бенефициарами группы компаний Ролсен, в которую входят, в том числе ООО «ТВ-Альянс» и ОАО «Видеофон», были предприняты управленческие решения по прекращению исполнения взятых на себя обязательств по возврату заемных средств, по наращиванию внутригрупповой задолженности в результате совершения сделок с ООО «Гелика» и ООО «Веста». По мнению конкурсного управляющего, указанные решения по прекращению исполнения обязательств перед АО «Райффайзенбанк» не могли быть приняты никем, кроме собственников и руководства группы компаний и ОАО «Видеофон» в частности, SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), ФИО4, ФИО5

Рассмотрев данное заявление, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон от 29.07.2017 №266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4  ГК РФ), поскольку Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения высшей судебной инстанции приведены в пункте 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ.

При этом нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Согласно определению Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2, 3) по делу №А22-941/2006, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Принимая во внимание, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд 12.07.2018, то есть после 01.07.2017, то обстоятельства, с которыми заявитель связывает привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (заключение договоров поручительства) имели место до вступления в законную силу Закона №266-ФЗ - 25.12.2014, 01.04.2015, настоящее требование подлежит разрешению с применением норм материального права - пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, пункта 3 статьи 56 ГК РФ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона №266-ФЗ).

Разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) применяются, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 по делу №302-ЭС14-1472).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении №53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ.

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Следовательно, необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на лицо, имевшее право давать обязательные указания и иным образом определять его действия, является вина названного лица в банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 16 Постановления №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом, согласно пункту 1 Постановления №53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В определении Верховного Суда РФ №305-ЭС19-17007 (2) от 03.07.2020 по делу №40-203647/2015 сформулирован правовой подход, согласно которому требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2, 3). Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают, в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления №53.

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно, по сути, опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящей редакции). Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве), правила об исковой давности и т.д.

Вместе с тем, в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ. Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления №53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исходя из пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 16 Постановления №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как указано в пункте 23 Постановления №53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

По смыслу разъяснений, указанных в пунктах 16 и 23 Постановления №53, для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать факт совершения ими (или под их влиянием) совокупности сделок и других операций, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена вышеупомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) - кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Согласно пункту 56 Постановления №53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Как указал суд, согласно протоколу №2 общего собрания акционеров ОАО «Видеофон» от 04.05.2016 собрание акционеров одобрило заключение крупных сделок должника: договора поручительства от 25.12.2014 №ВВД-12/14 с ООО «Веста» в обеспечение исполнения обязательств ООО «ТВ-Альянс» по договору поставки комплектующих №ВТ25/12 от 25.12.2014, заключенному между ООО «ТВ-Альянс» и ООО «Веста» с предельной суммой поставок 2 600 000 000 руб.; договора поручительства №ГВ-04/15 от 01.04.2015 с ООО «Гелика» в обеспечение исполнения обязательств ООО «ТВ-Альянс» по договору поставки комплектующих №ТГ/01/04/15 от 01.04.2015, заключенному между ООО «ТВ-Альянс» и ООО «Гелика» с предельной суммой поставки 2 200 000 000 руб.

Согласно отчету об итогах голосования на общем собрании от 04.05.2016 за принятие решения об одобрении указанных выше договоров поручительства проголосовало 8 711 507 голосов, что составляет 97,00% от общего количества голосов акционеров.

Определениями суда от 04.12.2017, от 11.12.2017 по настоящему делу признаны недействительными договор поручительства №ГВ-04/15 от 01.04.2015 и договор поручительства №ВВД-12/14 от 25.12.2014.

При рассмотрении указанных выше обособленных споров суд пришел к выводу о том, что договоры поручительства №ГВ-04/15 от 01.04.2015 и №ВВД-12/14 от 25.12.2014  заключены должником на заведомо невыгодных для него условиях, разумные причины для их заключения не указаны, при их заключении не преследовалась цель установления характерных для такого рода сделок прав и обязанностей (обеспечение исполнения обязательств). Поскольку заключение договоров не обусловлено какими-либо интересами должника, судом указанное поведение должника было квалифицировано как злоупотребление правом, направленное на создание искусственной кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника, а договоры поручительства, при совершении которых допущено нарушение положений статьи 10 ГК РФ, признаны недействительными в силу их ничтожности (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Ссылаясь на неисполнение ООО «ТВ-Альянс», как основным должником, обязательств по договору поставки комплектующих №ТГ/01/04/15 от 01.04.2015, №ВТ25/12 от 25.12.2014, а также то обстоятельство, что в отношении поручителя (ОАО «Видеофон»), как лица, обеспечивающего исполнение обязательств основного должника, введена процедура наблюдения, ООО «Витта» обратилось в суд с заявлениями о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Определениями суда от 18.05.2017 в установлении требования ООО «Витта» к ОАО «Видеофон» в размере 1 312 773 800 руб. 68 коп. и в установлении требования ООО «Витта» к ОАО «Видеофон» размере 2 000 000 000 руб. отказано.

Принимая во внимание признание договоров поручительства недействительными, повлекшее одновременно отказ в установлении требований кредитора (ООО «Витта») в реестр требований кредиторов должника, и, как следствие, ненаступление у должника ответственности как поручителя, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности акционеров (SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), а также ФИО10 и ФИО4, мажоритарных акционеров Сие Холдингс Лимитед, принявших решение об одобрении договоров поручительства.

Доказательств того, что банкротство должника наступило вследствие заключения договоров поручительства, признанных судом недействительными конкурсным управляющим в материалы обособленного спора не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При этом, как верно указал суд первой инстанции, действия акционеров (SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), по одобрению договоров поручительства, заключенных должником в обеспечение исполнения обязательств ООО «Гелика» и ООО «Веста», на что ссылался конкурсный управляющий, в любом случае не могут являться основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности, поскольку контролирующие лица несут персональную ответственность за совершаемые ими действия в соответствии с действующим законодательством.

По смыслу абзаца 3 пункта 16 Постановления №53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

В рассматриваемом случае доказательств получения указанными выше лицами какой-либо личной выгоды от совершенных сделок, на которые ссылался конкурсный управляющий, в ущерб интересам должника и кредиторов в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Существенным для целей привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, указанному конкурсным управляющим, является не сам факт совершения указанных выше сделок, а их итоговое влияние на финансово-экономическое состояние должника, а равно и экономические причины, обусловившие поведение должника в процессе его хозяйственной деятельности.

При этом само наличие задолженности перед кредиторами не доказывает, что контролирующие должника лица, совершая спорные сделки, намеренно создали неплатежеспособное состояние ОАО «Видеофон».

Сам по себе статус контролирующего должника лица без предоставления доказательств, подтверждающих его вину, не является основанием для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что надлежащих и достоверных доказательства, подтверждающие наличие в действиях SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), ФИО5 и ФИО4 состава правонарушения, необходимого для возложения на них субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в материалы обособленного спора не представлены. Достоверных доказательств, подтверждающих, что именно вышеназванные сделки повлекли неплатежеспособность должника, либо эти сделки существенно ухудшили финансовое положение должника и в результате именно их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов должника, а также доказательств наличия у SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), ФИО5 и ФИО4 при совершении вышеуказанных сделок умысла на уменьшение конкурсной массы ОАО «Видеофон» в целях уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, конкурсным управляющим в материалы дела также не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Вместе с этим, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий также ссылался на то, что 22.07.2014 между АО «Райффайзенбанк» и ООО «ТВ-Альянс» заключено соглашение №RBA/16298 с изменениями к соглашению от 24.09.2014, по условиям которого банк обязался предоставить заемщику денежные средства в рамках кредитной линии в размере с лимитом выдачи 19.850.000,00 долларов США со сроком возврата кредита до 30.07.2015. В связи с неисполнением должником условий соглашения по возврату кредита и уплате процентов за пользование кредитом, 02.10.2015 банк направил ООО «ТВ-Альянс» требование о возврате кредита, а впоследствии обратился с аналогичным требованием к поручителю (ОАО «Видеофон»).  По мнению конкурсного управляющего, бенефициарами  группы компаний «Ролсен, в которую входит ОАО «Видеофон» и ООО «ТВ-Альянс», в период с июля 2014 года по июль 2015 года были приняты управленческие решения о прекращении исполнения обязательств по возврату заемных средств АО «Райффайзенбанк». Также указал, то определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2023 по делу №А40-247956/2015-184-77, принятым по результатам рассмотрения заявления АО «Рпайффайзенбанк» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (ООО «ТВ Альянс») установлено, что кредитные отношения между банком и группой «Rolsen» возникли еще в 2011 году, при этом сторонами многократно использовалась структура предоставления взаимного обеспечения по выданным кредитам.

В подтверждение доводов о наличии между ООО «ТВ-Альянс» и АО«Райффайзенбанк» кредитных договоров конкурсный управляющий представил в материалы обособленного спора копии кредитных соглашений между ООО «ТВ «Альянс» и АО «Райффазенбанк» от 03.02.2011 с изменениями к соглашению; копии договоров поручительства, в том числе с ОАО «Видеофон».

Суд первой инстанции, оценив с учетом требований статьи 71 АПК РФ, представленные конкурсным управляющим указанные выше кредитные договоры, договоры поручительства, учитывая совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие бесспорных и достоверных доказательств того, что именно Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), ФИО5 и ФИО4 приняли решение о прекращении исполнения обязательств перед АО «Райффазенбанк» либо своими действиями способствовали доведению должника до неспособности удовлетворить требования банка по возврату займа, а также доказательств того, что указанные лица принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником убыточных операций, правомерно пришел к выводу о том, что правовые основания для привлечения Lee Suk Joo (ФИО3 Джу), SIE Holdings Limited (Сие Холдингс Лимитед), ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 10 Закона о банкротстве, отсутствуют. 

На иные основания для привлечения указанных выше лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий не ссылался.

На основании вышеизложенного, учитывая отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суд области пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

С учетом того, что в суд апелляционной инстанции не были представлены бесспорные доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, у судебной коллегии отсутствуют основания для сомнений в выводах суда первой инстанции, сделанных на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств и пояснений лиц, участвующих в деле. Каких-либо убедительных причин ставить под сомнение выводы суда первой инстанции не имеется. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

Доводы заявителя апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку по существу они не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. Выводы суда первой инстанции мотивированы, последовательны, основаны на получивших надлежащую правовую оценку суда доказательствах и исследованных судом обстоятельствах, при правильном применении судом норм действующего законодательства.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Воронежской области от 10.07.2024 по делу № А14-9141/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.    

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       В.В. Ботвинников

 

Судьи                                                                                Л.М. Мокроусова

 

Е.А. Безбородов