ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-18770/2018

19 декабря 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  19 декабря 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Горбуновой Е. А., Котлярова Н. Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12239/2022) общества с ограниченной ответственностью «Строй-Индустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Строй-Индустрия»),  (регистрационный номер 08АП-12240/2022) конкурсного управляющего ФИО2 (далее – ФИО2) на определение от 20.09.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-18770/2018 (судья Макарова Н. А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявлений: 1) конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 (ИНН 

<

***>, далее – ФИО3), ФИО4, (ИНН 

<

***>, далее – ФИО4) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, 2) ООО «Строй-Индустрия» к ФИО3, ФИО4, ФИО5 (далее – ФИО5) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Домстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, далее – ООО «Домстрой», должник),

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от  22.01.2020 № 55АА2302299, 

от конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 04.09.2022,

от ООО «Строй-Индустрия» – ФИО8 по доверенности от 02.09.2022,

установил:

определением от 06.11.2018 Арбитражного суда Омской области принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО «Перспектива») о признании должника банкротом, определением от 18.02.2019 (резолютивная часть от 12.02.2019) в отношении ООО «Домстрой» введено наблюдение, временным управляющим утверждён ФИО2, а решением от 16.07.2019 (резолютивная часть от 11.07.2019) должник признан банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждён ФИО2 (далее – управляющий).

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался арбитражным судом, последний раз до 11.11.2022 определением от 12.08.2022.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника его управляющий обратился 23.09.2021 в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении контролирующих должника лиц (далее – КДЛ) – ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домстрой», просил взыскать с указанных лиц солидарно 1 661 849 руб. 59 коп.

ООО «Строй-Индустрия» обратилось 08.12.2021 в Арбитражный суд Омской области с заявлением к ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

На основании определения суда от 25.01.2022 вышеуказанные обособленные споры объединены в одно производство.

Определением от 20.09.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-18770/2018 в удовлетворении заявлений управляющего и ООО «Строй-Индустрия» отказано.

В апелляционной жалобе ООО «Строй-Индустрия» ставится вопрос об отмене определения суда и принятии нового судебного акта об удовлетворении требований. По мнению подателя жалобы, вывод суда о том, что директор должника и его учредитель не уклонялись от передачи документов конкурсному управляющему, является не состоятельным, не основан на законе. Не исполнение директором и участником общества своих обязанностей привело к невозможности формирования конкурсной массы, достаточной для удовлетворения требований кредиторов.

 Управляющий, обжалуя законность состоявшегося судебного акта, просит в апелляционной жалобе его отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении требований в полном объёме. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- ФИО5 является лицом, фактически аффилированным по отношению к должнику, что установлено определением суда от 10.12.2020 и постановлением апелляционного суда от 22.04.2021 по делу № А46-18770/2018. От имени общества, никогда не являясь его работником, заключал различные сделки по отчуждению имущества, снимал со счетов в банках очень крупные суммы (всего снято около 50 млн. руб.), денежные средства должнику не передавались, доказательств иного не представлено;

- основания для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности: 1) неподача (несвоевременная) подача заявления о признании должника банкротом. ФИО3, ФИО4 должны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 16.04.2016; 2) невозможность полного погашения требований кредиторов. Поведение ответчиков было нацелено на существенное ухудшение финансового положения должника путём увеличения искусственной кредиторской задолженности к последнему. Несмотря на оспаривание сделки управляющим, причинён существенный вред имущественным правам кредиторов. Такая сделка заключена в пользу аффилированного лица ФИО5 от имени должника ФИО3, одобрена учредителем ФИО4; 3) ответственность за нарушение законодательства о банкротстве;

- КДЛ не переданы бухгалтерские и иные отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника документы. Судебный акт (определение суда от 21.08.2019) об истребовании у бывшего директора ФИО3 документов должника не исполнен. За 2018 – 2018 гг. должником не сдавалась отчётность, на последнюю отчётную дату – за 2015 год у должника имелись активы в размере 3 136 тыс. руб. О судьбе и составе данных активов, а также активов в преддверии банкротства, управляющему не известно;

- при недоказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения КДЛ, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьёй 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд принимает решение о возмещении таким лицом убытков.

Подробно позиция ООО «Строй-Индустрия» и управляющего изложена в апелляционных жалобах.

В судебном заседании представители ООО «Строй-Индустрия» и управляющего поддержали доводы, изложенные в своих жалобах. 

Представитель ФИО5 в заседании суда апелляционной инстанции высказался против удовлетворения апелляционных жалоб, просил оставить судебный акт без изменения.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Рассмотрев апелляционные жалобы, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Домстрой» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве юридического лица 30.11.2010 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Основным видом деятельности является консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (код по ОКВЭД 70.22).

Единственным участником/учредителем управления является ФИО9

Руководителем ООО «Домстрой» в период с 30.11.2010 по 26.03.2014 являлся ФИО9

Решением единственного учредителя ООО «Домстрой» от 26.03.2014 № 5 директором должника назначен ФИО3 (до даты признания должника банкротом – 11.07.2019).

Решением от 24.11.2017 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-16149/2017, оставленным без изменения постановлением от 26.03.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда, с ООО «Домстрой» в пользу ООО «Перспектива» взыскана задолженность в сумме 578 395 руб. 90 коп., из них 542 629 руб. – сумма основного долга по договору беспроцентного от 06.10.2015, 15 325 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 27.12.2016 по 05.09.2017.

Из заявления управляющего следует, что вышеуказанным решением суда от 24.11.2017 по делу № А46-16149/2017 установлено, что по состоянию на 30.12.2015 у ООО «Домстрой» образовалась кредиторская задолженность в размере 578 395 руб. 90 коп. перед ООО «УютСтрой55» (правопреемник ООО «Перспектива», далее правопреемник ООО «Строй-Индустрия»), которая до настоящего времени не погашена.

При этом, исходя из сведений, полученных из государственных органов, следует, что имущество у должника отсутствовало; у последнего наличествовали лишь права требования четырёх квартир к ООО «СК «Атланты». Указанные права требования проданы ООО «Домстрой» в пользу третьих лиц 18.12.2015, 16.02.2016, 15.03.2016; денежные средства от реализации прав требований не были направлены на погашение кредиторской задолженности.

Как указывает управляющий, после продажи последнего права требования – 15.03.2016 у ООО «Домстрой» каких-либо активов не осталось, при этом имелась просроченная непогашенная кредиторская задолженность.

На основании определения от 18.02.2019 Арбитражного суда Омской области задолженность должника перед ООО «Перспектива» в общем размере 578 395 руб. 90 коп. признана обоснованной и включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Определением суда от 10.12.2019 произведена процессуальная замена кредитора – ООО «Перспектива» на его правопреемника – ООО «Строй-Индустрия».

Определением суда от 20.05.2019 включены требования ФНС России в реестр требований кредиторов ООО «Домстрой»: во вторую очередь реестра в размере 15 840 руб. задолженности (основной долг), в третью очередь реестра – в размере 67 613 руб. 66 коп. задолженности, в том числе 4 803 руб. – основной долг, 5 077 руб. 25 коп. – пени, 57 733 руб. 41 коп. – штраф.

Постановлением от 27.04.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-18770/2018 требования АО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» в размере 1 000 000 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счёт оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Как полагает управляющий, по состоянию на 30.12.2015 у ООО «Домстрой» имелись неисполненные обязательства перед контрагентом, следовательно, не позднее чем 16.04.2016 руководитель должника (ФИО3) и/или участник общества (ФИО4) должны были обратиться с соответствующим заявлением в арбитражный суд, однако указанная обязанность в нарушение пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не исполнена.

ООО «Строй-Инвест» в своём заявлении указывает, что ФИО3 и ФИО5 должны были обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее апреля 2016 года, однако с заявлением обратился кредитор (ООО «Перспектива»).

Управляющим в судебном порядке оспорена сделка должника – договор уступки права требования от 04.04.2017, совершённая между ФИО5 и ООО «Домстрой».

Определением от 10.12.2020 Арбитражного суда Омской области в удовлетворении заявления отказано. Постановлением от 22.04.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение суда от 10.12.2020 отменено, заявление управляющего удовлетворено, признан недействительным договор уступки права требования от 04.04.2017, совершённый между ООО «Домстрой» и ФИО5

По утверждению управляющего, кредитора, вышеуказанная сделка от 04.04.2020 совершена аффилированными лицами ФИО5 и ООО «Домстрой». Сделка одобрена учредителем ФИО4, что подтверждается решением единственного участника.

Последствием заключения оспоренной управляющим сделки явилось взыскание ФИО5 с  должника 1 748 000 руб.

ФИО5  от имени общества, никогда не являясь его работником, заключал различные сделки по отчуждению имущества, снимал со счетов в банках очень крупные суммы (не менее 50 млн. руб.), денежные средства должнику не передавались, доказательств обратного ни управляющему, ни в материалы иных обособленных споров, не представлено.

Таким образом, действиями ФИО3, ФИО4, ФИО5  причинён вред имущественным правам кредиторов.

Определением от 21.08.2019 Арбитражного суда Омской области на ФИО3 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ООО «Домстрой» ФИО2 сведения и оригиналы документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности должника за период три года до введения наблюдения по настоящее время (перечень документов приведён в резолютивной части судебного акта).

Как указывают управляющий и кредитор, ни ФИО3, ни ФИО4 не передали управляющему документы бухгалтерского учёта и иные, отражающие финансово-хозяйственную деятельность, что существенно усложнило работу управляющего и воспрепятствовало пополнению конкурсной массы.

Полагая наличествующими основания для привлечения КДЛ (ФИО3, ФИО4 и ФИО5) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, управляющий и кредитор (ООО «Строй-Индустрия») обратились с настоящими заявлениями в арбитражный суд (с учётом уточнений).

Отказывая в удовлетворении заявлений, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В отсутствие доказательств противоправного поведения, причинившего вред должнику, суд не усмотрел оснований для переквалификации заявленного требования на взыскание убытков в порядке статьи 15 ГК РФ, возможность которой предусмотрена абзацем четвёртым пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования – 30.07.2017. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В тоже время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплён в определении ВС РФ от 06.08.2018 №  308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

В рассматриваемом случае обстоятельства, на которые ссылается управляющий, кредитор, имели место в 2016 году (обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, по мнению управляющего, возникла до 16.04.2016); управляющий обратился с настоящим заявлением 23.09.2021, соответственно, подлежат применению положения  статьи 10 Закона о банкротстве.

Рассмотрев требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом, суд первой инстанции правомерно отказал в его удовлетворении, с учётом изложенного ниже.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе с появлением признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами (абзацы второй, шестой пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Соответствующая обязанность возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2016), утверждённый постановлением Президиума ВС РФ от 06.07.2016, определение ВС РФ от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Нарушение указанной обязанности, согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из изложенного, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей должника к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 данного Закона; момент возникновения такого условия; факт неподачи руководителем должника в арбитражный суд заявления о банкротстве последнего в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объём обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, само по себе возникновение признаков неплатёжеспособности может не свидетельствовать об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей); при доказанности добросовестности поведения руководителя в рамках разумного плана преодоления финансовых затруднений последний освобождается от субсидиарной ответственности.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным (экстраординарным) механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Сущностной целью субсидиарной ответственности руководителя должника по рассматриваемому основанию является отнесение на него возникших у кредиторов негативных последствий отсутствия своевременной инициации дела о банкротстве, то есть полной или частичной невозможности удовлетворения требований кредиторов, обусловленной отнесением их требований к реестровым, а не приоритетным текущим обязательствам должника, а также иными подобными обстоятельствами.

Судом первой инстанции на основании бухгалтерской отчётности должника и финансового анализа управляющего установлено, что по состоянию на 2016 год размер активов должника составил 188 640 тыс. руб., включая запасы на отчётную дату 02.05.2017 (84 982 тыс. руб.), дебиторскую задолженность (94 109 тыс. руб.), денежные средства (9 549 тыс. руб.), прочие оборотные активы (16 867 тыс. руб.); объём краткосрочных заёмных обязательств – 109 918 тыс. руб. По состоянию на 02.05.2017 размер чистых активов должника – 78 743 тыс. руб. Значение коэффициента абсолютной ликвидности за весь исследуемый период ниже нормы. Коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами в 2014 – 2016 гг. имеет нормальное значение. Норма чистой прибыли в 2013 – 2015 гг. находится в интервале нормального значения данного показателя, а в 2016 году возрастает практически до 90 % (2013 год – 0,19%, 2014 год – 0,24%, 2016 год – 89,49 %).

Суд заключил, что в указанный управляющим срок для обращения должника с заявлением о несостоятельности (банкротстве), ООО «Домстрой» не обладало явными признаками недостаточности имущества. Наличие кризисной ситуации, свидетельствующей о возникновении признаков объективного банкротства в 2016 году (в том числе по состоянию на 16.04.2016), заявителями не доказано.

В части требований управляющего и кредитора о привлечении учредителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, суд первой инстанции верно указал, что предусмотренная абзацем третьим пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных КДЛ потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством введена Законом № 266-ФЗ, вступившим в силу 30.07.2017.

Учитывая, что закон обратной силы не имеет и не может ухудшать положения лиц, то учредители, как контролирующие лица должника, не могут нести ответственность по обязательствам, возникшим в 2016 году. При этом наличие признаков неплатёжеспособности ООО «Домстрой» в 2016 году судом не установлено.

В данной связи суд пришёл к верному выводу об отсутствии у ФИО3 и ФИО4 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в означенном периоде.

Судом отмечено, что субсидиарная ответственность за неподачу заявления установлена в защиту интересов кредиторов, чьи требования к должнику возникли по истечении месяца с даты возникновения объективного банкротства.

Институт субсидиарной ответственности, предусматривающий возможность взыскания с КДЛ денежных средств в размере обязательств, возникших у должника перед добросовестными кредиторами, направлен на защиту прав кредиторов, не осведомлённых о наступлении признаков банкротства должника; которые при раскрытии перед ними объективной картины и признаков финансовой несостоятельности должника не стали бы вступать с должником в хозяйственные отношения, а если бы и вступили, то знали о текущем характере задолженности.

Также судом отмечено, что обязательства перед кредитором ООО «Строй-Индустрия», чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, возникли из правоотношений, состоявшихся ранее наступления вменяемого момента объективного банкротства, а требования АО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» по возврате авансового платежа предъявлены только после расторжения договора в 2020 году (постановление от 27.04.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-18770/2018). Задолженность перед уполномоченным органом, указанная управляющим, не является новой и образовалась не вследствие умышленных действий руководителя.

Само по себе наличие у должника задолженности по обязательным платежам и перед иными кредиторами не является основанием для вывода о банкротстве должника и противоправном действии (бездействии) ответчика.

В соответствии с выводами суда первой инстанции, с которыми соглашается судебная коллегия, с указанного заявителем момента возникновения признаков неплатёжеспособности должника ответчиками не допущено действий, направленных на наращивание кредиторской задолженности путём принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств. Соответственно, после указанной заявителем даты у должника не возникло никаких новых обязательств, следовательно, сам факт не обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом не повлёк неблагоприятных последствий для кредиторов и должника, действий, направленных на наращивание кредиторской задолженности путём принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств не допущено.

Поскольку после возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд фактически новые обязательства не возникали, следовательно, дополнительной кредиторской задолженности не возникло, таким образом, имущественный вред конкурсным кредиторам не был причинён фактом не обращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Установление лишь факта несвоевременной подачи руководителем должника заявления о признании его банкротом недостаточно для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции не установил причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя и несостоятельностью (банкротством) должника и отказал в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Отклоняя доводы заявителей в части наличия оснований для привлечения ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за не передачу документов общества, что привело к существенным затруднениям при проведении процедуры банкротства, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику (определение ВС РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Кроме того, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (определение ВС РФ от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, определения основных активов должника и их идентификации, совершённых в период подозрительности сделок и их условий, установления содержания принятых органами должника решений и т. д.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо её недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Из пункта 24 постановления № 53 следует, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвёртого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по её передаче управляющему.

Должник признан банкротом решением суда от 11.07.2019 (резолютивная часть).

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. 

Руководитель должника в течение трёх дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несёт ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Таким образом, обязанность обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему возложена на руководителя должника.

Возражая против заявленных требований в указанной части, ФИО4 в отзыве указал, что документы у учредителя отсутствуют.

Как верно отметил суд первой инстанции, для возложения на ответчика обязанности по предоставлению документации и имущества бывший руководитель должника должен обладать этими документами и ценностями либо (при их отсутствии) иметь возможность их восстановления.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац второй пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями (пункт 22 постановления № 53).

В рассматриваемом случае управляющий не подтвердил суду соответствующими доказательствами возможность исполнения ФИО9 обязанностей по передаче истребуемой документации должника; уклонение либо отказ учредителя передать управляющему должника истребуемую документацию должника в настоящем случае не имеют место быть; сведения о наличии у учредителя каких-либо конкретных документов, которые он удерживает и не передаёт управляющему, не представлены.

Как усматривается из материалов дела, определением от 21.08.2019 суд обязал бывшего руководителя ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО «Домстрой» ФИО2 сведения и оригиналы документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности должника за период три года до введения наблюдения по настоящее время (перечень документов приведён в резолютивной части судебного акта).

Между тем приговором от 13.05.2019 Куйбышевского районного суда г. Омска по делу № 1-98/2019 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО3 назначено наказание в виде трёх лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. ФИО3 взят под стражу в здании суда.

Таким образом, на момент введения конкурсного производства и направления управляющим требования о передаче документов ФИО3 находился под стражей, в связи с чем вина последнего в неисполнении обязательства по передаче документации управляющему в указанный период не доказана.

В данной связи суд не нашёл оснований для вывода о том, что имеется в наличии документация или материальные ценности, которые могли быть переданы, однако, не переданы бывшим руководителем должника, и за счёт которых возможно сформировать конкурсную массу.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязательства по передаче документации управляющему.

Сам по себе факт нарушения срока передачи документов не является основанием для привлечения к ответственности, при отсутствии доказательств, что эти обстоятельства существенно повлияли на формирование конкурсной массы.

В настоящем случае невозможность формирования конкурсной массы должника или её формирование не в полном объёме, а также то, что неудовлетворение требований кредиторов наступило по вине бывших руководителей должника, не доказаны.

Согласно доводам управляющего и кредитора, ФИО5 являлся контролирующим должника лицом, поскольку принимал участие в совершении противоправных действий совместно с ФИО3, снимал денежные средства с банковских счетов, заключал сделки по отчуждению имущества, являлся аффилированным лицом.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве  если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как указано выше, постановлением от 22.04.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда признан недействительным договор уступки права требования от 04.04.2017, совершённый между ООО «Домстрой» и ФИО5

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки от 04.04.2017, управляющий указал, что 18.12.2015 между ООО «СК «Атланты» (застройщик) и ООО «Домстрой» (участник) заключён договор участия в долевом строительстве № 208, по условиям которого участник обязуется оплатить застройщику цену по договору в размере 1 748 700 руб. в срок до 31.12.2015, а застройщик обязан передать участнику объект долевого строительства в срок до 31.10.2016.

27.05.2016 между сторонами подписано соглашение о расторжении договора участия в долевом строительстве № 208 (далее – соглашение от 27.05.2016).

Поскольку ООО «Домстрой» в добровольном порядке в установленные сроки не обратилось в Управление Росреестра с заявлением о совершении государственной регистрации указанного соглашения, ООО «СК «Атланты» обратилось с соответствующим заявлением в Арбитражный суд Омской области. 

13.02.2017 по делу № А46-16511/2016 Арбитражный суд Омской области принял решение произвести государственную регистрацию соглашения. 

Во исполнение указанного решения произведена государственная регистрация соглашения от 27.05.2016.

 04.04.2017 между ООО «Домстрой» и ФИО5 заключён договор уступки права требования, согласно которому ООО «Домстрой» уступает ФИО5 право требования к ООО «СК «Атланты» квартиры № 208, расположенной по адресу 

<

...>. 

11.05.2017 ФИО5 обратился в Кировский районный суд г. Омска с заявлением о признании договора уступки от 04.04.2017 недействительным,  взыскании с ООО «Домстрой» 1 748 700 руб.

В качестве основания обращения ФИО5 указал, что у ООО «Домстрой» на момент совершения сделки отсутствовало право требования квартиры к ООО «СК «Атланты» ввиду наличия соглашения 27.05.2016, о чём ФИО5 известно не было. 

Решением от 06.06.2017 Кировского районного суда г. Омска по делу № 2-2581/2017 договор уступки права требования признан недействительным, с ООО «Домстрой» в пользу ФИО5 взысканы денежные средства в размере 1 748 700 руб. 

Впоследствии, 05.09.2017 ООО «Домстрой» обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании соглашения от 27.05.2016  недействительным, по причине того, что ООО «Домстрой» данное соглашение не подписывало. 

Решением от 05.06.2018 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-16039/2017, оставленным без изменения постановлением от 10.10.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 17.01.2019 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, соглашение от 27.05.2016 признано недействительным; право требования ООО «Домстрой» квартиры к ООО «СК «Атланты» восстановлено.

Судами в рамках вышеуказанного обособленного спора установлено, что ФИО5 является аффилированным по отношению к должнику лицом.

Так, ФИО5, действующим по доверенности от имени ООО «Домстрой», подписывались договоры долевого участия в строительстве с ООО «СК «Атланты», в том числе договор долевого участия в строительстве от 18.12.2015 № 208 (на котором основан оспариваемый договор уступки). Помимо заключения сделок, ФИО5 от имени должника осуществлялись иные не менее существенные действия, в частности, распоряжение денежными средствами должника.

ФИО5 неоднократно от имени общества вносил на счёт и снимал со счёта денежные средства, что подтверждается показаниями свидетеля (работницы ПАО «АК БАРС Банк»), указанными в приговоре от 13.05.2019 Куйбышевского районного суда г. Омска по делу № 1-98/2019.

Совершение ФИО5 указанных операций также подтверждается сведениями, представленными управляющему ПАО «АК БАРС Банк».

Вместе с тем, несмотря на то, что интересы должника ФИО5 представлял неоднократно, при этом работником общества он не являлся, доказательств того, что ФИО5 являлся контролирующим должника лицом, в материалы дела не представлено.

Исследовав и оценив представленные в материалы доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришёл к верному выводу об отсутствии у ФИО5 признаков контролирующего должника лица, которое в силу своего статуса и положения могло давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, что исключает возможность привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отсутствие доказательств противоправного поведения, причинившего вред должнику, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для переквалификации заявленного требования на взыскание убытков в порядке статьи 15 ГК РФ, возможность которой предусмотрена абзацем четвёртым пункта 20 постановления № 53.

Доказательства наличия совокупности необходимых для наступления ответственности обстоятельств в виде вины и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими негативными последствиями в материалы обособленного спора не представлены.

При данных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении требований управляющего и кредитора, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не нашли своего подтверждения при их рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 20.09.2022 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-18770/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Председательствующий

 

                   Е. В. Аристова

Судьи

 

Е. А. Горбунова

                    Н. Е. Котляров