Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-16710/2022

18 октября 2022 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 18 октября 2022 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Уралпром» к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Челябинска, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании частично недействительным решения № 1 от 27.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО2 (доверенность от 16.05.2022, удостоверение адвоката); от ответчика – ФИО3 (доверенность от 28.12.2021, диплом от 30.10.2001, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 25.07.2022, диплом от 15.06.2011, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО4 (доверенность от 10.08.2022, диплом от 15.06.2011, служебное удостоверение);  

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Уралпром» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, измененным в порядке ст. 49 АПК РФ, к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Челябинска (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 1 от 27.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления: 

- НДС в размере 20 031 112 руб., пени по НДС в размере 9 493 575 руб. 90 коп., штрафов по п. 1 и п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 199 633 руб. 15 коп.,

- штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в размере 8 050 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. инспекцией не доказано наличие умысла в действиях налогоплательщика, так как основной целью ООО «УралПром» по взаимоотношениям со спорными контрагентами являлась хозяйственная деятельность налогоплательщика, не связанная с получением необоснованной налоговой выгоды. Фактов юридической, экономической и иной подконтрольности участников правоотношений в данном случае налоговым органом не установлено. Обществом предприняты попытки по восстановлению документов, утраченных в результате затопления офиса. У налогового органа имелась возможность истребовать все документы в ходе камеральной налоговой проверки в соответствии со статьей 88 НК РФ. Отказ в применении вычетов по НДС в связи с утратой документов при затоплении офиса нарушает права и интересы Общества, поскольку затопление офиса является форс-мажорным обстоятельством, случайным событием. Соответственно, Общество считает неправомерным доначисление НДС по утраченным в результате затопления офиса документам и привлечение к ответственности по ст. 126 НК РФ в связи с отсутствием вины общества.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода по сделкам со 32 спорными контрагентами: по приобретению ТМЦ с ООО «НЕФТЕТРАНС» (поставка дизельного топлива), ООО «Автодрайв» (поставка автошин), а также по оказанию услуг спецтехники с ООО «АВТОКОЛОННА», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ЛЮКС ПРОЕКТ», ООО «КОРОНА», ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ», ООО «ПЭК», ООО «ЛЕКС», ООО «МАРКЕТГРУПП», ООО «НИКАС», ООО «СТРОЙГРУПП», ООО «ЭНЕРГОПРОЕКТ», ООО «РУБЕЖ», ООО «АВТО СМАК», ООО «АВТОКЛИНИКА», ООО «ХАЙП», ООО «ГЕРМЕС», ООО «ФОРМАТ», ООО «РЕЗИДЕНЦИЯ», ООО «ГРУППААЛЬЯНС», ООО «ГЕКАТА», ООО «КОНТИНЕНТ», ООО «ЛОСК», ООО «ТЕОРЕМА», ООО «СПЕЦПРОФМОНТАЖ», ООО «ВИАЛТОРИЯ», ООО «ЭНВИТРЕЙД», ООО «СПЕКТР», ООО «АКСИС», ООО «СТРОЙПРОМАЛЬЯНС». В отношении спорных контрагентов установлены следующие факты: наличие признаков отсутствия реального осуществления финансово-хозяйственной деятельности, информация о лицах, занимающихся заключением сделок со спорными контрагентами Общества не представлена, обналичивание денежных средств проверяемым налогоплательщиком, а также взаимозависимым (подконтрольным) лицом, установлена частичная возвратность денежных средств. В отношении товара не установлен источник его происхождения, в отношении работ – выполнены либо собственными силами проверяемого налогоплательщика либо иными лицами, в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений. Правомерно доначисление НДС по отсутствующим первичным документам и их непредставление по требованию инспекции образует состав правонарушения по ст. 126 НК РФ.

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить.  

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали по мотивам изложенным в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать. 

Арбитражный суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства налогоплательщика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Нефтетранс».

Так, в судебном заседании представитель налогоплательщика не дал надлежащих пояснений о том, каким образом судебный акт по настоящему делу может повлиять на права или обязанности указанного лица. 

Кроме того, представители инспекции и управления в судебном заседании против удовлетворения заявленного ходатайства возражали за необоснованностью.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы привлечение третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является правом, а не обязанностью суда (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2017 № 304-КГ17-11116).

Для привлечения лиц к участию в деле необходимо, чтобы судебный акт не просто затрагивал права и обязанности этих лиц, а был принят непосредственно об их правах и обязанностях.

При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права или обязанности этого лица либо возлагаются обязанности на это лицо по установленным судом правоотношениям.

Решение налогового органа, принятое по результатам налоговой проверки того или иного налогоплательщика, не создает прав и обязанностей для иных налогоплательщиков непосредственным образом (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2019 № 305-ЭС19-9789 по делу № А41-48348/2017).

В данном случае, предметом заявленных требований является оспаривание решений инспекции о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, а потому спор касается именно налогоплательщика и инспекции.

При этом, само по себе упоминание какого-либо лица в тексте оспоренного решения налогового органа не налагает на такое лицо обязанностей, которые могут привести к нарушению его прав и законных интересов.

Следовательно, факты, подлежащие установлению при рассмотрении настоящего дела, относятся только к конкретному налогоплательщику и его налоговым обязательствам, а оценка деяний налогоплательщика имеет значение лишь для конкретного налогового спора. 

Соответственно, судебный акт по настоящему делу не оказывает непосредственного влияния на права или обязанности заявленного к привлечению лица.

На основании изложенного, в удовлетворении заявленного ходатайства следует отказать. 

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт № 7 от 26.07.2021, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 1 от 27.01.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщику начислены НДС в общей сумме 18 002 544 руб., штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом п. 4 ст. 114, п. 3 ст. 112 НК РФ) в общем размере 792 903,80 руб., НДС в общей сумме 2 028 568 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом п. 4 ст. 114, п. 3 ст. 112 НК РФ) в общем размере 5 628,80 руб., пени по НДС в сумме 9 493 575,90 руб.; налог на прибыль организаций в общей сумме 16 041 руб., штраф по п. 3 ст. 120 НК РФ в размере 20 000 руб., транспортный налог организаций в сумме 31 руб., пени по транспортному налогу организаций в сумме 2, 28 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом п. 4 ст. 114, п. 3 ст. 112 НК РФ) в размере 3,1 руб., штраф по п. 1 ст. 126 НК РФ (с учетом п. 4 ст. 114, п. 3 ст. 112 НК РФ) в размере 32 200 руб. 

Инспекцией вынесено решение от 06.05.2022 № 1/1 о внесении изменений в решение от 27.01.2022 № 1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого штрафные санкции уменьшены в 4 раза:штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст. 112, ст. 114 НК РФ) в общем размере 198 225,95 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом ст. 112, ст. 114 НК РФ) в общем размере 1 407,20 руб., штраф по п. 3 ст. 120 НК РФ (с учетом ст. 112, ст.114 НК РФ) в размере 5 000 руб., штраф по п. 1 ст. 126 НК РФ (с учетом ст.112, ст.114 НК РФ) в размере 8 050 руб. 

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/002738 от 11.05.2022, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции в части эпизодов по НДС (п. 1 и п. 3 ст. 122 НК РФ) и по штрафу по п. 1 ст. 126 НК РФ, налогоплательщик обратился в арбитражный суд. 

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановление № 53).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

1. Основанием для доначисления налогоплательщику НДС, соответствующих пени и штрафа послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам поставки товара и оказанию услуг, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок с заявленными контрагентами, сопровождающихся оказанием услуг собственными силами налогоплательщика либо взаимозависимыми с налогоплательщиком лицами или привлеченными физическими лицами в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений, а также обналичиванием и возвратностью денежных средств.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что основной вид деятельности, заявленный ООО «УралПром» при регистрации, совпадает с фактическим - аренда и лизинг строительных машин и оборудования (код ОКВЭД 77.32).

В ходе налоговой проверки налогоплательщиком представлены пояснения о невозможности представить документы в связи с затоплением офиса при утечке сетевой воды высокой температуры, в результате чего были утрачены документы по поставщикам за 2017 год полностью и частично за 2018 год. Также в результате данного происшествия пострадали компьютеры, в том числе системный блок с базой 1С. Электронная база бухгалтерской и налоговой отчетности за 2017, 2018 годы была утеряна. 

Налогоплательщиком в ходе проведения проверки не представлены документы по финансово-хозяйственным взаимоотношениям со спорными контрагентами (ООО Строительная компания «КОНСОЛЬ», ООО «Металлоторг», ООО «Афина», ООО «Уралнефтепродукт», ООО «ATM», АО Строительная компания «ГЕФЕСТ», ООО «Фарсетти», ООО «ЭНЕРГОПРОМСЕРВИС», ООО «Мастер Юга ММК», ООО «Аркада», ООО «Минком», ООО «ТПК Град», ООО «Интерси», ООО «ПРОМГРУПП», ООО «Мавис», ООО «Мегапрофи», ООО «Эдельвейс», ООО «РУБЕЖ»), а также не были представлены налоговые регистры, подтверждающие формирование налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. 

В связи с чем, налог на прибыль организаций исчислен налоговым органом в соответствии с положениями ст. 31 НК РФ, а НДС – в соответствии с п. 1 ст. 146, п. 2 ст. 153, п.1, п.2, п.5, п.6 ст.169, п.1, п.2 ст.171, п.1 ст.172 НК РФ.

В отношении спорных контрагентов инспекцией установлено следующее.

1) Наличие признаков отсутствия реального осуществления финансово-хозяйственной деятельности:

- отсутствие материальных и трудовых ресурсов для ведения деятельности (отсутствие сотрудников, расходов по заключению договоров гражданско-правового характера, спецтехники);

- совпадение IP-адресов при распоряжении расчетными счетами ООО «ПЭК», ООО «ДЕЛЬТА» с проверяемым налогоплательщиком;

- наличие взаимозависимости ООО «СПЕЦПРОФМОНТАЖ» и ООО «УралПром» (руководитель и сотрудники спорного контрагента в 2017-2018 годах являлись сотрудниками проверяемого налогоплательщика, источником доходов для организации являлись только поступления от ООО «Уралпром»),

- совпадение IP-адресов при распоряжении расчетными счетами ООО «СТРОЙГРУПП», ООО «НИКАС», ООО «ЛЕКС», ООО «Энвитрейд», ООО «ТЕОРЕМА», ООО «ВИАЛТОРИЯ», ООО «СПЕЦПРОФМОНТАЖ», ООО «РУБЕЖ», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «ПЭК», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ», ООО «ХАЙП», ООО «АВТОКОЛОННА», ООО «РЕЗИДЕНЦИЯ», ООО «ГРУППААЛЬЯНС», ООО «СПЕКТР», ООО «ТЕОРЕМА», ООО «ЛОСК», ООО «АВТОКЛИНИНКА», ООО «СТРОЙПРОМАЛЬЯНС»;

- совпадение   лиц,   которым   выданы  доверенности  на  предоставление   интересов ООО «АВТОКОЛОННА»,    ООО    «ДЕЛЬТА»,    ООО    «ЛЕКС»,    ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «ПЭК», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ» при регистрации организаций в налоговом органе (ФИО5, ФИО6);

- согласно книгам продаж ООО «КОРОНА», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ЛЕКС», ООО «ГЕКАТА», ООО «СПЕЦПРОФМОНТАЖ» доля реализации в адрес ООО «Уралпром» составляет более 65%;

- руководители 16 организаций в ходе проведения допросов сообщили о том, что являются номинальными руководителями, деятельность от имени организации не вели (ООО «АВТОКОЛОННА», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ЛЮКСПРОЕКТ»,    ООО    «КОРОНА»,    ООО   «МЕГАТРЕЙД»,    ООО   «ПЭК»,    ООО «ЛЕКС», ООО «МАРКЕТГРУПП» ООО «АВТОКЛИНИКА», ООО «Стройгрупп», ООО «АВТО  СМАК», ООО «ХАЙП»,  ООО «СТРОИПРОМААЬЯНС», ООО «Гермес», ООО «ВИАЛТОРИЯ», ООО «АВТОДРАЙВ»;

 - расчетные счета ООО «АВТОКОЛОННА», ООО «СПЕКТР», ООО «НИКАС», ООО «СТРОЙГРУПП», ООО «АВТОКЛИНИНКА» на момент заключения договоров ООО «УралПром» не были открыты;

- установлено несоответствие товарных и денежных потоков спорных контрагентов;

- спорными контрагентами Общества уплачивались минимальные суммы налогов в бюджет при значительных показателях выручки от реализации товаров (работ, услуг), суммы оборотов денежных средств, поступивших на расчетные счета и перечисленных с расчетных счетов, несопоставимы с показателями, отраженными в налоговой отчетности;

- документы по финансово-хозяйственным взаимоотношениям с ООО «УралПром», истребованные в рамках ст.93.1 НК РФ, не представлены;

- согласно протоколам осмотров и актам обследования ООО «АВТО СМАК», ООО «АВТОКОЛОННА», ООО «КОРОНА», ООО «ПЭК», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ЛЕКС», ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ», ООО «КОНТИНЕНТ», ООО «Энвитрейд», ООО «СПЕКТР», ООО «СТРОИПРОМААЬЯНС», ООО «ХАЙП», ООО «ВИАЛТОРИЯ», ООО «ГРУППААЛЬЯНС», ООО «ЛОСК», ООО «ТЕОРЕМА», ООО «ЛЮКС ПРОЕКТ», ООО «ГЕКАТА» не находились по юридическому адресу, заявленному при государственной регистрации;

- установлено подписание договоров со стороны ООО «ПЭК», ООО «Энвитрейд», ООО «СТРОЙПРОМАЛЬЯНС», ООО «МАРКЕТГРУПП», не от имени руководителей организаций, а от имени неустановленных третьих лиц, доверенности на которых не представлены, сведения по форме 2-НДФЛ в отношении которых организациями также не предоставлялись.

2) Информация о лицах, занимающихся заключением сделок со спорнымиконтрагентами Общества, кто из представителей ООО «УралПром» отправлял заявки, с кем обсуждались вопросы по условиям оказания услуг, налогоплательщиком в налоговый орган не представлена. 

Документы, свидетельствующие о ведении деловой переписки (номера телефонов, электронной почты) со спорными контрагентами в налоговый орган, также не представлены.

3) Обналичивание денежных средств проверяемым налогоплательщиком, а также взаимозависимым (подконтрольным) лицом.

Денежные средства, поступающие от проверяемого налогоплательщика, далее с расчетных счетов организаций перечисляются в адрес одних и тех же индивидуальных предпринимателей, физических лиц, в том числе не являющихся плательщиками НДС.

4) Установлена возвратность денежных средств в адрес взаимозависимых с ООО «УралПром» лиц.

Так, денежные средства от организаций ООО «Энвитрейд», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ», ООО «МАРКЕТГРУПП), ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «ЛЕКС», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ПЭК», ООО «ВИАЛТОРИЯ», ООО «РУБЕЖ», ООО «СТРОЙГРУПП», ООО «НИКАС» перечисляются в адрес взаимозависимых лиц ООО «УралПром» ИП ФИО7, ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО9 с назначением платежа «за услуги техники. НДС не облагается». 

В дальнейшем денежные средства перечисляются на лицевые счета родственников директора налогоплательщика: ФИО8 ФИО7, ФИО9, ФИО9 

Таким образом, установлено перечисление денежных средств в адрес указанных лиц в сумме 36 803 620 руб., что составляет 43,08%.

При этом у ФИО7 отсутствуют необходимые ресурсы для оказания услуг аренды техники, а также в ходе анализа банковской выписки по расчетному счету отсутствуют перечисления за аренду техники.

5) Установлены расхождения типа «прямой разрыв» по 13 спорным организациям ООО «НИКАС», ООО «СТРОИГРУПП», ООО «ЭНЕРГОПРОЕКТ», ООО «РУБЕЖ», ООО «АВТО СМАК», ООО «АВТОКЛИНИКА», ООО «ХАЙП», ООО «ГЕРМЕС», ООО «ФОРМАТ», ООО «РЕЗИДЕНЦИЯ», ООО «ГРУППААЛЬЯНС», ООО «ЛОСК», ООО «ВИАЛТОРИЯ» представлены декларации по НДС с «нулевыми» показателями.

При этом, реализация в адрес ООО «УралПром» не отражена.

При анализе товарных потоков остальных организаций установлены сложные расхождения типа «разрыв» на 2-4 звеньях.

6) Согласно данным движения денежных средств по расчетным счетам контрагентов налогоплательщика ООО «НИКАС», ООО «СТРОИГРУПП», ООО «РУБЕЖ», ООО «МАРКЕТГРУПП», ООО «ПЭК», ООО «ДЕЛЬТА», ООО «ЛЕКС», ООО «МЕГАТРЕЙД», ООО «РЕМКОМПЛЕКТ», ООО «Энвитрейд» установлено, что денежные средства перечислялись в адрес индивидуальных предпринимателей и организаций, которые являются собственниками транспортных средств (строительной техники), на которых ООО «УралПром» осуществляло услуги в адрес ООО «Ленэлектромонтаж».

Из допросов получателей денежных средств от вышеуказанных организаций следует:

- ИП ФИО10, ИП ФИО11 представили пояснения о том, что указание о работе на объектах получали от ООО «УралПром». При этом ИП ФИО10 также сообщил, что оплату за выполненные работы получал от ООО «УралПром», организация ООО «НИКАС» ему не знакома.

Допрос свидетеля проведен 10.09.2019, то есть в период осуществления работ на объектах ООО «ЛЭМ». В ходе допроса свидетель пояснил, что заработную плату он получал от ООО «УралПром», с ФИО7 знаком, созванивались по телефону, он сообщал, когда должен был быть на объекте; В протоколе допроса от 02.09.2019 ФИО10 пояснил, что в связи с давностью лет не помнит от каких организаций получал вознаграждение.

7) При анализе представленных актов выполненных работ, в которых указаны марка транспортного средства, государственный номер, установлено, что на объектах ООО «ЛЭМ» от имени ООО «УралПром» выполнялись услуги на 191 единице транспортной (строительной) техники. 

Идентифицированы собственники 132 (69,1%) единиц транспортной (строительной) техники. 

В результате мероприятий налогового контроля установлено следующее:

- 12 единиц транспортной (строительной) техники, на которых выполнялись услуги на объектах ООО «ЛЭМ», находятся в собственности ООО «УралПром»;

- 10 единиц - находятся в собственности директора ООО «УралПром» ФИО7;

- 7 единиц - на праве собственности, а также на праве безвозмездного пользования принадлежат взаимозависимым лицам ООО «УралПром» (ФИО12, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО13);

- транспортное средство марки Камаз КМУ с государственным регистрационным номером 

<

***> находится в собственности ООО «Спецпрофмонтаж»;

- собственники 44 транспортных средств в ходе истребования документов и проведения допросов пояснили, что спецтехника работала в рамках договора, заключенного с ООО «УралПром»;

- собственники 12 транспортных средств в ходе истребования документов и проведения допросов сообщили, что спецтехника предоставлялась в аренду иным организациям;

- собственники 3 транспортных средств пояснили, что работали от ООО «УралПром»;

- собственники 37 транспортных средств не дали пояснения по оказанию услуг (ФИО14, ФИО15, ФИО16).

8) Документы, подтверждающие доставку дизельного топлива, ООО «УралПром» не представлены. 

Согласно характеристикам транспортное средство марки МАЗ 54331 является седельным тягачом, предназначенным для работы в составе автопоезда с полуприцепами. 

В документах, представленных ООО «УралПром», информация о полуприцепе отсутствует, в связи с чем, транспортировать дизельное топливо только с помощью автомобиля МАЗ 54331 в соответствии с его характеристиками не предоставляется возможным. 

Кроме того, транспортное средство марки МАЗ 54331 с государственным регистрационным номером 

<

***> по сведениям ГИБДД с 22.11.2017 снято с учета в связи с кражей или угоном.

Таким образом, инспекцией сделан вывод о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку спорные услуги выполнены либо собственными силами проверяемого налогоплательщика с привлечением взаимозависимых лиц, либо иными лицами, не являющимися стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Установленные налоговым органом обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что действия Общества направлены на построение искаженных, искусственных договорных взаимоотношений путем создания формального документооборота с использованием реквизитов спорных контрагентов.

Совокупность установленных в ходе проверки обстоятельств указывает на умышленность действий проверяемого налогоплательщика по взаимоотношениям со спорными контрагентами, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды в целях минимизации налоговых обязательств.

По результатам налоговой проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве поставщиков товара (дизельное топливо и шины) и услуг (спецтехники) не имели реальной возможности их исполнения, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, отсутствие доказательств возможности хранения специфического товара, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями либо непредставления вовсе), 

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета, 

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок,

- имела место «закольцованность» товарных и денежных потоков у спорных контрагентов, а также их несоответствие заявленным налогоплательщиком операциям,  

- имели место существенные противоречия в представленных по сделкам документах (в том числе, указание не существовавших расчетных счетов),  

- не установлен источник происхождения спорного товара,

- отсутствовало приобретение товара спорными контрагентами для его последующей реализации налогоплательщику, 

- отсутствовало документальное подтверждение транспортировки спорного товара в адрес налогоплательщика,  

- спорные контрагенты не находились в месте отгрузки товара налогоплательщику, а само место не обладало соответствующими ресурсами для приема, хранения и отпуска нефтепродуктов, 

- наличествовали факты взаимозависимости и согласованности действий непосредственных участников спорных отношений, 

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников,  

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах услуг, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, 

- наличествовали показания значительного количества свидетелей, опровергнувших какое-либо участие спорных контрагентов в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика,

- частично отсутствовала оплата за товар налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии от последних каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода, 

- интересы спорных контрагентов в налоговых органах и в денежно-кредитных организациях представляли одни и те же лица,

- совпадали IP-адреса выхода в интернет части спорных контрагентов с налогоплательщиком,

- использовалась схема движения денежных средств при согласованности действий, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием, а затем и возвратностью (под видом иной оплаты).

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, оцененных в их совокупности и взаимной связи, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств (в том числе достижения налогоплательщиком результата собственными силами либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, отсутствия оплаты в значительном размере, а в части наличия оплаты – транзитного характера движения денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью под видом иной оплаты), единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного уменьшения налогооблагаемой прибыли.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания и возвратности денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика (ввиду отсутствия оплаты) и возможность взыскания с налогоплательщика кредиторской задолженности утрачена. При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС для налогоплательщика, сформированный организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Изложенное, в совокупности с созданием формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата НДС явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на получение налоговой выгоды, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом, а инспекция при вынесении оспоренного решения правомерно руководствовалась нормами ст. 54.1 НК РФ.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Ссылка налогоплательщика на то, что поданные ООО «Никас» налоговые декларации по НДС аннулированы инспекцией, что не может исключать наличие взаимоотношений с налогоплательщиком, не принимается, как не опровергающая выводов инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды. Тем более, что в отношении этого контрагента инспекцией установлены обстоятельства создания юридического лица без намерения ведения реальной предпринимательской деятельности.

Довод налогоплательщика о том, что арендодатели и ООО «Нефтетранс» в ответах подтвердили местонахождение спорных контрагентов подлежит отклонению, как не опровергающий совокупности установленных инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельств. Изложенное равным образом относится и к доводу налогоплательщика о возможности перевозки дизельного топлива даже в отсутствие свидетельства дорожной перевозки опасных грузов у водителей. Тем более, что инспекция при вменении налогоплательщику получение необоснованной налоговой выгоды в этой части основывалась не только на отсутствии спорных контрагентов по адресам регистрации либо отсутствии свидетельств ДОПОГ.

Ссылка налогоплательщика на наличие доказательств арендных отношений производственных площадок, а потому возможности хранения нефтепродуктов, не принимается, как основанная на предположениях, при этом доказательств того, что эти места обладали соответствующими ресурсами для приема, хранения и отпуска заявленного налогоплательщиком количества такого опасного и легковоспламеняющегося товара как нефтепродукты не представлено. Представленный налогоплательщиком фото- и видеоматериал об обратном не свидетельствует. Тем более, что как установлено инспекцией, собственник территории площадки отрицал наличие резервуара для хранения нефтепродуктов. 

Довод налогоплательщика о том, что руководитель ООО «Дельта» фактически работал в организации, даже если этого не помнил, подлежит отклонению, как основанный на предположениях, при этом инспекцией в ходе налоговой проверки установлено наличие в отношении ООО «Дельта» всех признаков «номинальной структуры», а также отсутствие реальности сделки с этим контрагентом. 

Ссылка налогоплательщика на адвокатские опросы лиц не принимается, поскольку отсутствуют процессуальные основания для признания таких документов надлежащими доказательствами. В силу положений ст.ст. 64, 68, 75, 88 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.04.2006 № 100-О, протокол опроса, проведенного адвокатом в соответствии с положениями Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля. Кроме того, полученные пояснения указанных лиц противоречат показаниям и документам, добытым инспекцией в ходе налоговой проверки.

При этом, как верно отмечено инспекцией, учитывая наличие умышленных действий, направленных на незаконное получение вычетов по НДС, является само собой разумеющимся стремление участников подобных отношений скрыть достоверную информацию о реальных обстоятельствах сделок.

По ходатайству представителя налогоплательщика арбитражным судом вызваны в качестве свидетелей ФИО17 и ФИО18, который дали пояснения суду, ответили на вопросы представителей лиц, участвующих в деле. Между тем, полученные показания нельзя признать достаточными в целях опровержения указанного выше вывода инспекции об отсутствии у указанных хозяйственных операций признака реальности. 

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет, поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет Российской Федерации. При этом, именно налогоплательщик, вступая в подобные хозяйственные отношения, несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности провести налоговые вычеты либо уменьшить налогооблагаемую прибыль ввиду отсутствия надлежаще оформленных первичных документов, подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Довод налогоплательщика о формальном характере проведенной инспекцией выездной налоговой проверки (поскольку инспекцией в ходе проверки не допрошено достаточное количество свидетелей и не проведены исчерпывающие мероприятия налогового контроля) представляется несостоятельным и указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает. 

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов (как то показания нескольких свидетелей, незначительные перечисления денежных средств) подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью со спорными контрагентами. 

Возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

2. Основанием для доначисления налогоплательщику НДС, соответствующих пени и штрафа послужили выводы инспекции о завышении вычетов по НДС по причине отсутствия документального подтверждения хозяйственных операций, в отношении которых заявлены налоговые вычеты.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено завышение налоговых вычетов по НДС за 1-4 кварталы 2017 года, 2-4 кварталы 2018 года вследствие отсутствия документального подтверждения, что привело к неуплате НДС за 1-4 кварталы 2017 года, 2-4 кварталы 2018 года в результате неправильного исчисления налога в сумме 4 014 469 руб. (подробно перечень счетов-фактур, отражен в таблицах №№26-33 решения инспекции).

В связи с последующим представлением налогоплательщиком первичных документов, налоговые вычеты по НДС на сумму 1 985 900,87 руб. налоговым органом признаны правомерными, сумма доначислений уменьшена и составила 2 028 568,13 руб. (4 014 469 руб. – 1 985 900,87 руб.), в том числе по контрагентам: ООО «Гефест» - 835 721,23 руб., ООО «Пром Групп» - 718 887,97 руб., ООО «Аркада» - 283 606,53 руб., ООО «Афина» - 56 288,14 руб., ООО «Малтис» - 91 397 руб.

Как указано выше, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) НДС при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Согласно подп.подп. 3 и 8 п. 1 ст. 23 НК РФ налогоплательщики обязаны: 

- вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах; 

- в течение пяти лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов. 

Это гарантирует налогоплательщику начисление налогов в том размере, в котором они подлежат начислению в соответствии с действующим налоговым законодательством.

При этом, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В отношении НДС исключена возможность использования в целях определения суммы налоговых вычетов расчетного метода (Постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 14473/10 по делу № А03-12754/2009).

В ситуации отсутствия со стороны налогоплательщика подтверждения надлежащими документами налоговых вычетов по НДС, у инспекции возникает право их не принять.

В данном случае, поскольку в остальной части (2 028 568,13 руб.), налогоплательщиком хозяйственные операции, по которым заявлены вычеты по НДС, документально не подтверждены, вывод инспекции о неправомерном применении вычетов по НДС следует признать правильным, как и является правомерным привлечение налогоплательщика к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ.

Ссылка на произошедшее затопление помещения налогоплательщика, в результате чего им утрачена база 1С и первичная документация по сделкам не принимается.

Так, действительно, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что МУП «Челябинские коммунальные тепловые сети» по требованию налогового органа представлен акт осмотра помещения от 28.12.2018, составленный в присутствии техника абонентской группы ФИО19, а также представителя абонента - директора ООО «Мак» ФИО9 (собственник помещения).

Однако, в указанном акте не отражено и надлежащим образом не зафиксировано, какие именно документы и техника налогоплательщика оказались подвержены воздействию горячей воды в результате затопления.

Инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ФИО19 даны пояснения: «...повреждения, полученные Обществом в результате утечки, не фиксировались, она лично в помещение не входила, оценку поврежденному имуществу не давала...», подтвердив лишь факт наличия повреждения трубы тепловой сети.

Соответственно, как верно отмечено инспекцией, указанный акт осмотра помещения не может служить доказательством утраты (порчи) документов по независящим от налогоплательщика причинам (вследствие чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств).

Кроме того, инспекцией в период проведения выездной налоговой проверки налогоплательщику неоднократно направлялись письма о необходимости восстановления документов, а также электронной базы 1С.

Однако, налогоплательщиком исчерпывающие меры по восстановлению документов и представлению их в инспекцию на проверку не предприняты.

Таким образом, предусмотренная законом обязанность обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, налогоплательщиком не выполнена, безопасное хранение документов им не обеспечено.

При этом, налогоплательщиком надлежащим образом не подтвержден факт уничтожения первичных бухгалтерских документов в ходе произошедшего затопления и, несмотря на начавшуюся выездную налоговую проверку, не совершены действия, направленные на восстановление первичных бухгалтерских документов.

3. Основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности послужили выводы инспекции о том, что непредставление по требованию инспекции запрошенных документов образует состав налогового правонарушения по п. 1 ст. 126 НК РФ.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией налогоплательщику выставлены требования о предоставлении документов (информации) (подробно отражены на стр. 3-24 решения инспекции).

В установленные в этих требованиях сроки налогоплательщиком не представлены 418 документов (отражено на стр. 25-38 решения инспекции).

В последующем, налогоплательщиком частично представлены ранее истребованные документы в количестве 96 шт. (отражены на стр. 278 решения инспекции).

Таким образом, налогоплательщиком в установленные в требованиях инспекции сроки не представлено 322 документа (322*200/8= 8 050 руб.).  

В силу п. 1 ст. 126 НК РФ непредставление в установленный срок налогоплательщиком (плательщиком сбора, налоговым агентом) в налоговые органы документов и (или) иных сведений, предусмотренных НК РФ и иными актами законодательства о налогах и сборах, если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных ст.ст. 119 и 129.4 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 200 руб. за каждый непредставленный документ.

Согласно п. 1 ст. 89 НК РФ выездная налоговая проверка проводится на территории (в помещении) налогоплательщика на основании решения руководителя (заместителя руководителя) налогового органа. 

В соответствии с п. 12 ст. 89 НК РФ налогоплательщик обязан обеспечить возможность должностных лиц налоговых органов, проводящих выездную налоговую проверку, ознакомиться с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов. Ознакомление должностных лиц налоговых органов с подлинниками документов допускается только на территории налогоплательщика, за исключением случаев проведения выездной налоговой проверки по месту нахождения налогового органа, а также случаев, предусмотренных ст. 94 НК РФ.

При проведении выездной налоговой проверки у налогоплательщика могут быть истребованы необходимые для проверки документы в порядке, установленном ст. 93 НК РФ. 

В соответствии с п. 1 ст. 93 НК РФ должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы.

Документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня вручения соответствующего требования (п. 3 ст. 93 НК РФ).

Непредставление в установленный срок налогоплательщиком в налоговый орган документов и (или) иных сведений, предусмотренных НК РФ образует состав налогового правонарушения по п. 1 ст. 126 НК РФ.

С учетом изложенного, является правомерным привлечение налогоплательщика к налоговой ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ в связи с непредставлением документов.

Оценка доводу налогоплательщика о произошедшем затоплении дана выше в настоящем судебном акте.

Ссылка налогоплательщика на то, что он не отказывался представить документы по требованию инспекции, а не имел такой возможности, в связи с их отсутствием, вследствие затопления, что, по мнению налогоплательщика, является обстоятельством исключающим вину в совершении налогового правонарушения, подлежит отклонению. 

Так, согласно подп. 2 п. 1 ст. 109 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при отсутствии вины лица в совершении налогового правонарушения.

На основании подп. 1 п. 1 ст. 111 НК РФ обстоятельствами, исключающими вину лица в совершении налогового правонарушения, признаются совершение деяния, содержащего признаки налогового правонарушения вследствие стихийного бедствия или других чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств (указанные обстоятельства устанавливаются наличием общеизвестных фактов, публикаций в средствах массовой информации и иными способами, не нуждающимися в специальных средствах доказывания).

В рассматриваемом случае, обстоятельства затопления не являлись общеизвестным фактом и нуждались в доказывании.

Как указано выше, акт осмотра помещения от 28.12.2018 не может служить доказательством утраты (порчи) документов по независящим от налогоплательщика причинам (вследствие чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств).

Кроме того, инспекцией в период проведения выездной налоговой проверки налогоплательщику неоднократно направлялись письма о необходимости восстановления документов, а также электронной базы 1С.

Однако, налогоплательщиком исчерпывающие меры по восстановлению документов и представлению их в инспекцию на проверку не предприняты.

Таким образом, предусмотренная законом обязанность обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, налогоплательщиком не выполнена, безопасное хранение документов им не обеспечено.

При этом, налогоплательщиком надлежащим образом не подтвержден факт уничтожения первичных бухгалтерских документов в ходе произошедшего затопления и, несмотря на начавшуюся выездную налоговую проверку, не совершены действия, направленные на восстановление первичных бухгалтерских документов.

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания ненормативного акта инспекции в оспоренной части недействительным, что исключает возможность удовлетворения заявленных требований. 

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика. 

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                 А.П. Свечников