АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОДАРСКОГО  КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

 

Дело № А32-51201/2023

г. Краснодар

14 декабря 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 07 декабря 2023г. 

Полный текст решения изготовлен 14 декабря 2023г.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Мигулиной Д.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Божко Е.А., рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению 

Черноморско-Азовского морского управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (г. Новороссийск, ИНН 

<

***>, ОРГН 1152315003631)

к субъекту Российской Федерации Краснодарскому краю в лице Министерства транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края

при участии в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации Краснодарского края (г. Краснодар, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о возмещении вреда, причиненного водному объекту – Черному морю в размере 151 102 713 руб.,

при участии:

от истца: не явился, извещен, 

от ответчика: ФИО1 (доверенность от 17.03.2023),

от третьего лица: ФИО2 (доверенность от 30.12.2022), 

 

У С Т А Н О В И Л:

Черноморско-Азовское морское управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к Администрации Краснодарского края о возмещении вреда, причиненного водному объекту – Черному морю в размере 151 102 713 руб. 

Определением от 22.11.2023 произведена замена ненадлежащего ответчика администрации Краснодарского края на субъект Российской Федерации Краснодарский край в лице Министерства транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края, Администрация Краснодарского края привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Представитель истца в предварительном судебном заседании исковые требования поддержал, в судебное заседание суда первой инстанции не явился. 

Представители ответчика и третьего лица в судебном заседании выступили с возражениями против удовлетворения исковых требований, изложенные в отзывах, исковые требования не признали, с расчетом вреда не согласны, заявили о пропуске срока исковой давности. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующие обстоятельства, касающиеся существа спора.

25.12.2013 в морской порт Новороссийск под флагом Сент-Винсент и Гренадины прибыло морское судно «ROKSOLANA 2», ИМО № 8874079. 

С 2014 года собственник судна компания «MEDGLOBAL LOGISTIK LTD» (ИМО 5313366) и судовладелец компания «MORLINE GROUP LTD» не обеспечивали необходимое техническое состояние и безопасность судна. После прекращения собственником судна и судовладельцем снабжения судна необходимыми для обеспечения жизнедеятельности экипажа и безопасной эксплуатации судна припасами, не выплаты заработной платы членам экипажа, из-за создавшейся обстановки, экипаж покинул борт судна. 

18.07.2017 в результате пожара, произошедшего на судне, частично или полностью выгорели помещения в надстройке судна, находящиеся вблизи очага пожара. 

Морское судно «ROKSOLANA 2» было ошвартовано к причалу № 1 ПАО «НМТП» морского порта Новороссийск, находится в координатах: 440 43' 54'' северной широты, 0370 48' 26'' восточной долготы. 

Как указывает истец, его местонахождение в указанных координатах препятствует эксплуатации и ремонту причала, а также затрудняет строительство и реконструкцию универсального перегрузочного комплекса (УПК) АО «НСРЗ». В связи с этим 18.10.2022 врио капитана морского порта Новороссийск Мельником И.А. было издано распоряжение  № ИМ-57-р «Об удалении затонувшего имущества – т/х «ROKSOLANA 2».

23.11.2022 капитаном морского порта Новороссийск ФИО3 было издано требование № 1 «Об удалении затонувшего имущества – т/х «ROKSOLANA 2»», направленное в адрес Администрации Краснодарского края:

1.    В срок до 23.01.2023 разработать документацию по удалению затонувшего имущества – морского судна «ROKSOLANA 2 (флаг Сент-Винсент и Гренадины, порт приписки Кингстон, ИМО № 8874079, позывной J8B4295, год постройки судна – 1988, судоверфь «VEB Elbewerften Boizenburg», имеющего размеры: длина – 78,68 м, ширина – 11,60 м, высота надводного борта 4,0 м, валовая вместимость – 1698 тонн, тип судна – сухогруз) (далее – затонувшее имущество) из акватории морского порта Новороссийск.

2.    В срок до 23.11.2023 осуществить удаление затонувшего имущества из акватории морского порта Новороссийск путём транспортировки или уничтожения любым безопасным способом.

08.12.2022 в соответствии с заданием на проведение выездного обследования, утвержденного приказом Черноморо-Азовского морского управления Росприроднадзора от 07.12.2022 № 226-КНД проведено выездное обследование акватории Черного моря в границах морского порта Новороссийск в районе судна «ROKSOLANA 2», ошвартованного у причала № 1 ПАО «НМТП» г. Новороссийск. 

По результатам выездного обследования установлено, что судно «ROKSOLANA 2» не эксплуатируется, а также работы, связанные с удалением затонувшего имущества судна «ROKSOLANA 2», не ведутся. На корпусе судна «ROKSOLANA 2» образовалась коррозия. Специалистами ФГБУ «ЧерАзтехмордирекция» в районе судна «ROKSOLANA 2» отобраны пробы природной (морской) воды на количественное содержание нефтепродуктов, железа в морской воде. 

Согласно экспертному заключению от 14.12.2022 № 53 по результатам лабораторных исследований, измерений и испытаний установлено, что концентрации загрязняющих веществ в одной (из пяти) отобранной пробе морской воды превышают нормативы предельно допустимых концентраций (ПДК) вредных веществ в водах водных объектов рыбохозяйственного значения, утвержденных приказом Министерства Сельского хозяйства Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 552 «Об утверждении нормативов качества воды водных объектов рыбохозяйственного значения, в том числе, нормативов предельно допустимых концентраций вредных веществ в водах водных объектов рыбохозяйственного значения» (зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации 13 января 2017 года, регистрационный № 45203), а именно:

- нефтепродукты в точке 1664м-172К/1-ВМ в 1,4 раза;

- нефтепродукты в точке 1665м-172К/3-ВМ в 1,04 раза;

- нефтепродукты в точке 1668м-172К/9-ВМ в 28 раз;

- железо общее в точке 1664м-172К/2-ВМ в 1,2 раза;

- железо общее в точке 1665м-172К/4-ВМ в 1,6 раза;

- железо общее в точке 1666м-172К/6-ВМ в 1,2 раза;

- железо общее в точке 1667м-172К/8-ВМ в 1,4 раза;

- железо общее в точке 1668м-172К/10-ВМ в 1,4 раза.

Полагая, что судно «ROKSOLANA 2» оказывает негативное воздействие на окружающую среду (водный объект Черное море), является отходом производства и потребления, Черноморско-Азовское морское управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования обратилось в арбитражный суд с иском о возмещении вреда.

Заявленные требования обоснованы истцом как убытки, причиненные водному объекту, в связи с ненадлежащим выполнением субъектом РФ своих обязанностей в части удаления затонувшего имущества. 

Судом установлено, что данный спор вытекает из деликтных правоотношений. Согласно пункту 1 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон № 7-ФЗ) юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством. 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1 Закона № 7-ФЗ под вредом окружающей среде понимается негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов; загрязнение окружающей среды представляет собой поступление в окружающую среду вещества и (или) энергии, свойства, местоположение или количество которых оказывают негативное воздействие на окружающую среду.

К видам негативного воздействия на окружающую среду относятся: выбросы в атмосферный воздух загрязняющих веществ и иных веществ; сбросы загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов в поверхностные водные объекты, подземные водные объекты и на водосборные площади; загрязнение недр, почв; размещение отходов производства и потребления; загрязнение окружающей среды шумом, теплом, электромагнитными, ионизирующими и другими видами физических воздействий; иные виды негативного воздействия на окружающую среду (пункт 2 статьи 16 Закона № 7-ФЗ).

В соответствии с частью 3 статьи 77 Закона № 7-ФЗ вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде. 

Между тем нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно положениям ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П, от 05.03.2019 № 14-П и от 8 декабря 2017 года № 39-П; определения от 4 октября 2012 года № 1833-О, от 15 января 2016 года № 4-О и др.). 

Таким образом, исходя из положений статей 15, 1064, 1069 ГК РФ, статьи 77 Закона № 7-ФЗ для возложения гражданско-правовой ответственности лицу, обратившемуся с соответствующим требованием, необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств: противоправный характер действий (бездействия) ответчика - причинителя вреда, вину данного лица, наличие вреда окружающей среде, факт и размер причиненных противоправными действиями этого лица убытков, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) причинителя вреда и возникшим вредом. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается (см. определение Верховного Суда РФ от 3 июня 2021 г. № 307-ЭС21-1344).

Аналогичные выводы указаны в определении Верховного Суда РФ от 16.08.2022 № 19-КГ22-16-К5.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие состава гражданского правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьями 16 и 1069 ГК РФ, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ст. 68 АПК РФ).  

Согласно положениям ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. При непредставлении доказательств и неисполнении определений суда лица, участвующие в деле несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий в соответствии со ст. 9 АПК РФ.

Таким образом, применение гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков, в том числе к публично-правовым образованиям, требует в силу ст. 15, 16, 1064, 1069 ГК РФ совокупности следующих условий: противоправности действий (бездействия) причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями (бездействием) и убытками,  подтверждении размера понесенных убытков (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020). Доказыванию подлежит каждый элемент убытков. Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. При этом, отсутствие хотя бы одного из элементов не может привести к наступлению для публичного субъекта гражданско-правовой ответственности в виде убытков.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 5 информационного письма от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» (далее – информационное письмо ВАС РФ № 145), требуя возмещения убытков, истец обязан представить доказательства, обосновывающие противоправность акта, решения или действий (бездействия) органа (должностного лица), которыми истцу причинен вред.

Вместе с тем судом установлено, что противоправность, вина, а также причинно-следственная связь между бездействием ответчика и вредом отсутствует. Суд считает, что истцом не доказано, что именно ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник предъявляемый ко взысканию вред, причиненный водному объекту – Черному морю. 

Так, согласно части 2 статьи 107 Кодека торгового мореплавания РФ (далее – КТМ РФ) к затонувшему имуществу относится затонувшее или севшее на мель судно или часть такого судна, включая имущество, которое находится или находилось на борту такого судна, либо имущество, которое было утеряно с судна и находится на мели, затонуло или дрейфует в море, либо судно, которое почти затонуло или село на мель или которое может затонуть или сесть на мель, если не будут предприняты меры по оказанию помощи находящемуся в опасности судну или находящемуся на нем имуществу.

В силу части 3 статьи 107 КТМ РФ под удалением затонувшего имущества понимаются его подъем из воды, транспортировка и уничтожение любым безопасным способом, а также снятие судна с мели.

В соответствии с частью 5 статьи 113 КТМ РФ лицо, являющееся собственником затонувшего имущества на день его затопления, несет ответственность по обязательствам, связанным с затонувшим имуществом до его затопления, по обязательствам, возникшим в результате затопления имущества, а также в связи с расходами на его удаление вне зависимости от прекращения прав на затонувшее имущество, за исключением случаев, если такое имущество находится в собственности Российской Федерации. 

В силу статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые интересы других лиц. 

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В статье 109 КТМ РФ предусмотрена обязанность собственника судна поднять затонувшее имущество. Таким образом, действующее законодательство по общему правилу возлагает обязанность удалять затонувшее имущество и нести ответственность по обязательствам, возникшим в результате затопления имущества, на лицо, являющееся собственником имущества на день затопления. 

Согласно пункту 3 статьи 33 КТМ РФ регистрация судна в Государственном судовом реестре, Российском международном реестре судов или судовой книге, права собственности и иных вещных прав на судно, а также ограничений (обременений) прав на него является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть оспорено только в судебном порядке. Сведений из такого реестра истцом не представлено.

По информации Новороссийской транспортной прокуратура (письмо от 02.09.2022 №172-ж-2022/2624) собственник судна компания «MEDGLOBAL LOGISTIK LTD» по сведениям международного реестра компаний ликвидирован в 2018г., регистр снят с судна 30.09.2015, залогодержатель судна - латвийский банк «AS PNB BANKA».

В адрес указанного залогодержателя ВрИО капитана морского порта Новороссийск И.А. Мельником направлено распоряжение от 18.10.2022 № ИМ-57-р «Об удалении затонувшего имущества – т/х «ROKSOLANA 2», согласно которому в срок до 18.12.2023 залогодержателю необходимо осуществить удаление затонувшего имущества из акватории морского порта Новороссийск путем транспортировки или уничтожения любым безопасным способом. Исходя из п. 2 данное распоряжение вступает в силу с момента подписания и действует до 18.12.2023. Таким образом, в настоящее время данное распоряжение является действующим. Доказательств обратного не представлено.      

Кодексом торгового мореплавания РФ в редакции, действовавшей до 01.03.2022, было предусмотрено, что затонувшие морские суда должны были удалять собственники затонувшего имущества и администрации морских портов (ст. 109-111 КТМ РФ). 

В результате внесенных в КТМ РФ изменений ФЗ от 30.12.2021 N 470-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (ст. 109-111) удаление затонувшего имущества в определенных случаях обеспечивается (помимо собственников судов и администраций морских портов) органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, к побережью которого ближе всего расположено затонувшее имущество.     

Обращение в суд с рассматриваемыми требованиями о возмещении вреда к субъекту РФ основано на п. 6 ст. 113 КТМ РФ (в редакции ФЗ от 30.12.2021 N 470-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", вступившей в законную силу с 01.03.2022). Согласно новым правилам в случае, если в реестре судов отсутствует информация о собственнике затонувшего судна либо собственником затонувшего судна являлось юридическое лицо, которое ликвидировано, такое судно с момента исключения из соответствующего реестра судов считается собственностью субъекта Российской Федерации, к побережью которого ближе всего расположено затонувшее судно.

В материалы дела истцом представлены копии документов, из которых следует, что спорное судно находится в порту г. Новороссийска с 25.12.2013, с 2014г. прекратилось какое-либо обслуживание судна, отсутствовало топливо, пожар на судне произошёл 18.07.2017. 

Замена ненадлежащего ответчика определением суда от 22.11.2023 была обусловлена нормой п. 3.104 Положения о министерстве транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края, утвержденного постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 25.12.2015 № 1271 (в ред. от 21.07.2022 № 482), в силу которой к функциям указанного министерства относится организация и проведение мероприятий, связанных с удалением затонувшего имущества в случаях и порядке, установленных Кодексом торгового мореплавания Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации в пределах предусмотренных полномочий. Указанное министерство является юридическим лицом. 

С учетом указанного, суд считает, что истцом не доказано, что вред возник в результате действий (бездействия) именно ответчика, а не иного лица, так как в период с 2013 года по 2022 год обязанность по удалению затонувшего имущества существовала исключительно у собственника судна и администрации морского порта и не относилась к обязанности субъекта РФ, в данном случае в лице его уполномоченного органа Министерства транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края. 

С учетом указанного, явно не следует наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием ответчика по удалению утонувшего имущества и обнаруженным истцом вредом водному объекту – Черному морю, поскольку обязанность ответчика по удалению затонувшего имущества возникла в силу закона только с 01.03.2022 года, в то время как судно находилось в порту Новороссийска с декабря 2013г., собственник судна ликвидирован в 2018г. 

Судом также установлено, что ответчик не бездействовал. Напротив, с 2022 года им и администрацией Краснодарского края предпринимаются меры для реализации норм КТМ РФ по удалению затонувшего имущества (переписка с органами государственной власти, запросы в органы представлена вместе с отзывом ответчика в материалы дела). 

По результатам проведенной работы в соответствии с пунктом 10 статьи 111 КТМ РФ, пунктом 1 Положения о Министерстве транспорта Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июля 2004 г. № 395, пунктом 6 Правил разработки и утверждения перечня затонувшего имущества, удаление которого является обязательным в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 109 КТМ РФ, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 2 августа 2022 г. № 1373, Министерством транспорта РФ принят приказ от 02.06.2023 № 200 (далее - приказ № 200), вступивший в силу 12.09.2023, которым утвержден перечень затонувшего имущества, удаление которого является обязательным. В пункте 201 данного приказа указаны спорное судно – т/х «ROKSOLANA 2» и планируемый срок выполнения работ по удалению затонувшего имущества – 2025 год. Следует отметить, что в ранее действовавшем аналогичном приказе Министерства транспорта Российской Федерации от 05.10.2022 №404 указанные выше сведения отсутствовали. 

Уполномоченным федеральным органом власти – Министерством транспорта РФ в приказе Министерства транспорта РФ от 02.06.2023 № 200  определен срок выполнения работ по удалению спорного затонувшего имущества - 2025 г. за счет как федерального бюджета, так и бюджета субъекта РФ. При этом во исполнение п. 9, 10 ст. 111 КТМ РФ бюджету Краснодарского края должна быть предоставлена субсидия из федерального бюджета на софинансирование расходных обязательств субъекта Российской Федерации по удалению указанного имущества.

Изложенное свидетельствует об отсутствии как факта бездействия со стороны ответчика, так и противоправности, вины и причинно-следственной связи между бездействием именно ответчика и вреда водному объекту как необходимых элементов состава убытков.

В части определенного истцом размера вреда суд отмечает следующее. 

При расчете размера вреда водному объекту – Черному морю истец применил Методику исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденную приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 13.04.2009 № 87 (далее - Методика). Истец указал, что судно «ROKSOLANA 2» является отходом производства и потребления, в результате чего применил для расчета вреда пункт 17 Методики и приведенную в нем формулу № 5, которая устанавливает исчисление размера вреда, причиненного водным объектам сбросом и захоронением в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов).

Вместе с тем, суд полагает, что к сложившимся правоотношениям данный пункт Методики не применим, так в силу пункта 7 статьи 113 КТМ РФ на отношения, связанные с удалением затонувшего имущества, не распространяются требования законодательства в области обращения с отходами. 

Следовательно, законодатель проводит различие между отходами производства и потребления и затонувшим имуществом как особыми объектами гражданских прав (ч. 1 ст. 56 ВК РФ) (см. апелляционное определение Ульяновского областного суда от 06.04.2021 по делу № 33-1046/2021, апелляционное определение Верховного суда Республики Башкортостан от 16.01.2018 по делу № 33-920/2018 и др.)

Кроме того, в соответствии со статьей 37 Федерального закона от 31.07.98 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» захоронение отходов и других материалов - это любое преднамеренное удаление отходов или других материалов с судов, летательных аппаратов, искусственных островов, установок и сооружений, а также любое преднамеренное уничтожение судов и иных плавучих средств, искусственных островов, установок и сооружений. Таким образом, субъективная сторона данного правонарушения характеризуется прямым умыслом, поскольку употребление термина «преднамеренно» исключает возможность косвенного умысла.  Прямой умысел на захоронение выведенных из эксплуатации судов означает, что лицо осознает, что оно преднамеренно совершает действие, создающее угрозу водному объекту, предвидит неизбежность причинения материального ущерба и желает причинить этот ущерб с целью получения собственной выгоды. В данном случае спорное судно оказалось в порту г. Новороссийск не в результате преднамеренных действий ответчика по его захоронению. Доказательств обратного суду не представлено. 

Также суд отмечает, что истцом не представлены доказательства правильности произведенного расчета.

Так, одним из показателей, используемых истцом в формуле № 5 пункта 17 Методики, является тоннаж брошенных судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов). Тоннаж определяется в соответствии с пунктом 25 Методики. Согласно пункту 25 Методики тоннаж (масса) брошенных, полузатопленных и затопленных судов, других плавучих средств и крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов) определяется по данным, полученным из актов инженерно-водолазного обследования судов, других плавучих средств и иных крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), актов освидетельствования судна, документов, содержащих инженерно-технические характеристики судна, другого плавучего средства и иных крупных предметов.

Однако, исходя из расчета размера вреда, приложенного к иску, тоннаж корабля - 991,8 т определен истцом только на основании письма капитана морского порта Новороссийск от 17.11.2022 № 6092/0110, что не является надлежащим доказательством тоннажа корабля и соответственно не может быть принято судом для расчета суммы вреда. Более того, в данном письме указано, что документы, подтверждающие массу порожнего судна (акты освидетельствования судна, документы, содержащие инженерно-технические характеристики, в которых указана масса судна), у капитана морского порта Новороссийск отсутствуют.

Кроме того, не доказан и сам факт размера ущерба именно ответчиком, поскольку отбор проб воды был взят только 07.12.2022, концентрации загрязняющих веществ была обнаружена только в одной из пяти отобранной пробе морской воды, при этом превышение допустимой концентрации по большинству показателей было обнаружено с 1,04 по 1,6 раза. Доказательств того, что указанное превышение загрязняющих веществ имело место именно с марта 2022 года, а не возникло раньше (с учетом нахождения судна в порту с 2013 года) в материалы дела не представлено.

В отношении довода ответчика о пропуске срока исковой давности суд отмечает, что в силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ (статья 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п. 3 ст. 78 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» иски о возмещении вреда, причиненного окружающей среде вследствие нарушений обязательных требований, могут быть предъявлены в течение двадцати лет. Учитывая изложенное, срок исковой давности истцом не пропущен.

Ввиду недоказанности истцом совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика заявленного размера вреда, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, вопрос о ее взыскании по результатам рассмотрения дела не рассматривается. 

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 67-69, 71, 110, 156, 167-170, 176 АПК РФ, суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в сроки и в порядке, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

 

Судья                                                                                          Мигулина Д.А.