ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

18.07.2023

Дело № А40-267928/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 18 июля 2023 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: А.А. Дербенева, В.З. Уддиной, 

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «Союз Телеком» ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 12.01.2023,

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 03.12.2022,

рассмотрев 11.07.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Союз Телеком» ФИО1

на определение от 27.02.2023

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 26.04.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Союз Телеком», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.10.2019 должник -  ООО «Союз Телеком» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Союз Телеком» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и  ФИО5 (с учетом уточнения просительной части жалобы в судебном заседании суда округа от 11.07.2023).

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому ФИО3 возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «Союз Телеком» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только в обжалуемой части и в пределах доводов жалобы.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие  обстоятельства.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, руководителями в период с 24.10.2017 по 23.04.2018 - ФИО5; в период с 23.04.2018 по дату открытия конкурсного производства - ФИО3

Конкурсный управляющий должником в обоснование требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ссылался на неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации общества, и совершении сделки, причинившей ущерб должнику.

В обоснование довода о невозможности погашения задолженности должника перед кредиторами конкурсный управляющий указал, что руководителями должника допущено бездействие по необоснованному выводу активов общества в виде двух автомобилей,  соответствующие сделки признаны определениями суда от 02.11.2020 недействительными.

Так, вступившими в законную силу определениями арбитражного суда от 02.11.2020 в рамках настоящего дела о банкротстве признаны недействительными договоры купли-продажи транспортных средств № 267928/18 от 07.05.2018 (в период руководства компанией ФИО3), № 077/10 от 24.10.2017 (в период руководства компанией ФИО5).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2020 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 077/10 от 24.10.2017, заключенный между ООО «Союз Телеком» (в лице генерального директора ФИО5) и ФИО7 по продаже транспортного средства LAND ROVER RANGE ROVER, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет кузова бронзовый; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ООО «Союз Телеком» транспортное средство. Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2022 изменен способ исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2020, с ФИО7 в конкурсную массу ООО «Союз Телеком» взыскана стоимость транспортного средства в размере 3 029 000 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2020 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (совершена при неравноценном встречном исполнении, покупателем не произведена оплата) признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 07.05.2018, заключенный между ООО «Союз Телеком» и ФИО8 по продаже транспортного средства MERSEDES -BENZ S500, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет кузова синий, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО8 возвратить в конкурсную массу ООО «Союз Телеком» транспортное средство.

Суды, отказывая в удовлетворении заявления в указанной части, руководствовались пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пунктами 2, 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктами 16, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» и исходили из недоказанности причинно-следственной связи между действиями ответчиков и неплатежеспособностью должника, и того, что заключение спорных договоров купли-продажи, являлись согласованными действиями сторон, и в результате заключения и исполнения договоров ущерб должнику не причинен, а в качестве последствий недействительных сделок, с ответчиков в рамках обособленных споров в пользу должника взысканы денежные средства. Также судами указано на то, что ответчики не осуществляли действия либо бездействие, повлекшие за собой признание должника банкротом, не заключали сделок от имени должника на заведомо невыгодных условиях для должника.

Кроме того, судами учтено, что рассматриваемые сделки не являлись для должника существенно убыточными, поскольку стоимость каждой сделки не превышала 25% общей балансовой стоимости активов должника.

Суды, соотнеся активы должника и стоимость совершенных сделок, пришли к выводу о том, что сделки не повлекли возникновение существенного вреда, а действия ответчиков в должности генерального директора должника не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на умышленное нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Требуя привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий также ссылался на то, что ею не преданы первичные документы, подтверждающие права требований задолженности к ООО «БелТрейд» по договору цессии от 02.07.2018 № 02/07БТ.

Суды, отказывая в удовлетворении требований в указанной части, указали на то, что конкурсный управляющий не представил доказательства наличия вины в непередаче документации конкурсному управляющему, лишь сославшись на то, что отсутствие переданной документации затруднило проведение процедуры банкротства, тогда как материалами дела подтверждено, что ФИО3 передала всю имеющуюся у нее документацию по запросам временного и конкурсного управляющих. Доказательств сокрытия ответчиком имущества и документации должника материалы дела не содержат. При этом доказательств того, что после принятия управляющим документов, последний выявил недостающие документы и обратился к ФИО3 о их предоставлении, материалы спора не содержат. Отсутствует и судебный акт, об истребовании таких документов у данного ответчика.

Ссылка на непередачу данных регистров бухгалтерского учета и письмо ФИО3 отклонена судами, поскольку об указанных регистрах и письме в иске не указано, как не приложено в материалы спора и к апелляционной жалобе подобного письма ФИО3

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что в заявлении не приводились  доводы о регистрах бухгалтерского учета, а также обстоятельства, выявленные в рамках спора о признании недействительным договора уступки прав требования № 31/05 от 31.05.2018, и указанное не являлось предметом исследования при рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3

Также суд апелляционной инстанции отметил, что не подлежит оценке довод апеллянта относительно подписания ФИО3 акта взаимозачета от 31.07.218 и непередачей документов, связанных с подписанием данного акта, в связи с тем, что суду первой инстанции такой довод не заявлялся.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего должником о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, по основаниям предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, то есть в связи с совершением сделок по отчуждению транспортных средств на основании договоров купли-продажи транспортных средств № 267928/18 от 07.05.2018 (в период руководства компанией ФИО3), № 077/10 от 24.10.2017 (в период руководства компанией ФИО5), суды не учли разъяснения изложенные в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Согласно указанным разъяснениям независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

На наличие таких оснований для взыскания с ФИО3, ФИО5 убытков указывалось в суде апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции, согласно определению суда от 02.11.2020 по делу № А40-267928/18-88-330 "Б", установлена неравноценность сделки по отчуждению транспортного средства MERSEDES-BENZ S500 (при цене отчуждения транспортного средства, определенной сторонами по договору в размере 500 000,00 руб., рыночная стоимость отчужденного имущества на момент его отчуждения составляла, согласно проведенной судебной экспертизе - 3 293 000,00 руб.)

Согласно определению суда от 02.11.2020 по делу № А40-267928/18-88-330 "Б", установлена неравноценность сделки по отчуждению транспортного средства LAND ROVER RANGE ROVER (при цене отчуждения транспортного средства, определенной сторонами по договору в размере 200 000,00 руб., рыночная стоимость отчужденного имущества на момент его отчуждения составляла, согласно проведенной судебной экспертизе - 3 029 000,00 руб.

Поскольку сделки по отчуждению транспортных средств были признаны судом недействительными, противоправность поведения контролирующих должника лиц (ФИО3 заключившей договор купли-продажи от 07.05.2018 по отчуждению транспортного средства MERSEDES-BENZ S500, ФИО5, заключившего договор купли-продажи от 24.10.2017 по отчуждению транспортного средства LAND ROVER RANGE ROVER)  подтверждена вступившими в законную силу судебными актами (определениями суда от 02.11.2020 по делу № А40-267928/18-88-330 "Б").

Управляющий указывал, что в результате заключения договора купли-продажи от 07.05.2018 ФИО3 должнику были причинены убытки в виде уменьшения размера имущества должника, определяемые в виде разницы между рыночной стоимостью отчужденного имущества и ценой по договору купли-продажи от 07.05.2018 - 2 793 000,00 руб. В результате заключения договора купли-продажи от 24.10.2017 ФИО5 должнику были причинены убытки в виде уменьшения размера имущества должника, определяемые в виде разницы между рыночной стоимостью отчужденного имущества и ценой по договору купли-продажи от 24.10.2017 - 2 829 000,00 руб.

Таким образом, конкурсный управляющий указывал, что контролирующими должника лицами причинены убытки на общую сумму 5 622 000,00 руб.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения.

Управляющий обращал внимание судов на то, что транспортное средство MERSEDES-BENZ S500 было отчуждено по цене в 6,5 раз ниже его реальной рыночной стоимости, а транспортное средство LAND ROVER RANGE ROVER было отчуждено по цене более чем в 15 раз ниже его реальной рыночной стоимости. При таких обстоятельствах, по мнению упрвляющего, противоправность поведения контролирующих должника лиц (ФИО3 и ФИО5) доказывается самим фактом совершения указанными лицами сделок по отчуждению транспортных средств на явно невыгодных условиях.

При этом, как следует из разъяснений изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Управляющий указывает, что до настоящего времени ни транспортные средства, ни денежные средства, взысканные судом в результате изменения способа исполнения определений Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2020 (определение суда от 11.07.2022, определение суда от 16.02.2022) в конкурсную массу не поступили.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, у суда имелись все основания для взыскания с ФИО3, ФИО5 убытков, а именно: наступление вреда, противоправность поведения ответчиков, прямая причинно-следственная связь между противоправным поведением и возникшими убытками, недобросовестность, проявленная ответчиками при заключении сделок купли-продажи транспортных средств.

В данном случае суды не проверили и не оценили указанные доводы управляющего о возможности переквалификации заявленных требований в убытки, в то время как вопрос квалификации отношений – это прерогатива суда.

Кроме того, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО3 передала всю имеющуюся у нее документацию по запросам временного и конкурсного управляющих.

Однако, как указывал управляющий, фактические обстоятельства по делу свидетельствуют об обратном.

Так, управляющий указал, что бывшим руководителем должника ФИО3 конкурсному управляющему не были переданы данные регистров бухгалтерского учета. Факт непередачи конкурсному управляющему данных регистров бухгалтерского учета подтвержден письмом бывшего руководителя должника ФИО3, в котором конкурсному управляющему сообщено о невозможности передачи базы данных бухгалтерского учета. Указанное доказательство было приложено к письменным пояснениям конкурсного управляющего от 27.02.2023 и представлено суду первой инстанции в электронном виде посредством подачи документов через систему «Мой Арбитр».

В отсутствие данных регистров бухгалтерского учета, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной подозрительной сделки - договора уступки прав требования № 31/05 от 31.05.2018, заключенного между ООО «Союз Телеком» и ООО «Риэлт Сервис», как совершенной без предоставления равноценного встречного исполнения.

В ходе рассмотрения указанного заявления, 10.03.2021 ООО «Риэлт Сервис» суду были представлены следующие доказательства в обоснование возражений:

—Акт взаимозачета от 31.07.2018, согласно которому обязательство ООО «Риэлт Сервис» по оплате за уступаемые права требования в сумме 32 800 000,00 (пункт 1.2 договора № 31/05 от 31.05.2018) прекращено зачетом встречного однородного требования;

—Договор уступки прав требования № 02/07БТ от 02.07.2018, согласно которому ООО «Риэлт Сервис» уступил ООО «Союз Телеком» права требования, вытекающие из договора займа от 01.03.2016.

С учетом представленных ООО «Риэлт Сервис» доказательств, Арбитражным судом города Москвы определением от 10.03.2021 по делу А40-267928/18-88-330 «Б» конкурсному управляющему должника было отказано в признании подозрительной сделки - договора уступки прав требования № 31/05 от 31.05.2018 недействительной. Суд посчитал, что указанная сделка с учетом произведенного взаимозачета является равноценной.

Таким образом, о существовании сделки по взаимозачету встречных однородных требований между ООО «Союз Телеком» и ООО «Риэлт Сервис» (акт взаимозачета от 31.07.2018) конкурсному управляющему стало известно 10.03.2021.

Кроме того, конкурсному управляющему стало известно и о существовании иных сделок (договор уступки прав требования № 02/07БТ от 02.07.2018, договор займа б/н от 01.03.2016 к должнику ООО «Бел Трейд», договор уступки № 30/06-18 от 30.06.2018 между ООО «Союзпроминвест», ООО «Риэлт Сервис», ООО «Бел Трейд»).

Бывший руководитель должника ФИО3, подписавшая Акт взаимозачета от 31.07.2018, должна была располагать всеми указанными документами и сведениями, однако, как подчеркивал управляющий, ею указанные документы ни в ходе наблюдения, ни в ходе конкурсного производства не передавались. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Между тем решением Арбитражного суда города Москвы от 23.10.2019 по делу № А40-267928/18-88-330 «Б», на руководителя должника ФИО3 была возложена обязанность в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему.

В этой связи вывод суда апелляционной инстанции о том, что отсутствует судебный акт об истребовании таких документов у данного ответчика не соответствует фактическим обстоятельствам по делу.

Конкурсный управляющий обратился в адрес ответчика, предприняв меры по истребованию документов путем подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов.

Согласно абзацу 10 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, по мнению управляющего, ФИО3 имела возможность передать все документы, касающиеся уступки прав требования по договору № 02/07БТ от 02.07.2018 и договора займа б/н от 01.03.2016 к должнику ООО «Бел Трейд»,  вплоть до вынесения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть до 27.02.2023, однако такая документация так и не была передана.

Суду первой инстанции были даны письменные пояснения от 27.02.2023, в которых были изложены пояснения относительно того как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). По отношению к возможности проведения инвентаризации активов должника  - отсутствовали данные регистров бухгалтерского учета, что подтверждается письмом бывшего руководителя должника ФИО3 А по отношению к анализу подозрительной сделки (договора № 31/05 от 31.05.2018 заключенный между ООО «Союз Телеком» и ООО «Риэлт Сервис» уступки прав требования (цессии)) - отсутствовали документы, подтверждающие взаимозачет.

Указанным письменным пояснениям от 27.02.2023 суд первой инстанции не дал оценку, а апелляционный суд необоснованно указал, что такие доводы не были заявлены в суде первой инстанции, также не обратив внимание на письменные пояснения управляющего на отзыв ФИО3 от 27.02.2023.

Кроме того, подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что:

—недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства

—отсутствует вина в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Конкурсный управляющий должником давал суду пояснения относительно того, какие затруднения возникли вследствие ненадлежащего исполнения бывшим руководителем должника ФИО3 обязанности по передаче документации.

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям упомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», должно перейти на ответчика.

Данная правая позиция о надлежащем распределении бремени доказывания соответствует практике Верховного Суда Российской Федерации и изложена, в частности, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 №305-ЭС17-21627 по делу №А41-34192/2015.

При этом в нарушение принципа достаточности доказательств, основываясь лишь на объяснениях ответчиков, утверждавших о том, что все документы были переданы конкурсному управляющему, суды пришли к необоснованному выводу, что вся имеющаяся у ответчика документация общества была передана конкурсному управляющему.

Учитывая изложенное, судами допущены нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в неустановлении всех фактических обстоятельств спора, не учете и не проверке всех доводов и доказательств, представленных управляющим, неправильном распределении бремени доказывания обстоятельств, нарушении правил оценки доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, в результате чего приняты судебные акты, основанные на недоказанных обстоятельствах, которые суды посчитали установленными.

С учетом вышеизложенного, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления управляющего в обжалуемой части сделан при неправильном применении норм материального права, без установления фактических обстоятельств дела и оценки доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты в указанной части подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, предложив сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов и возражений, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы  от 27.02.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023 по  делу № А40-267928/2018 в обжалуемой части отменить.

            Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     А.А. Дербенев 

                                                                                  В.З. Уддина