Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры 

ул. Мира д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А75-13077/2018

29 июня 2020 г.

г. Ханты-Мансийск

  Резолютивная часть решения объявлена 11 июня 2020 г.  

Полный текст решения изготовлен 29 июня 2020 г. 

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе  судьи Яшуковой Н.Ю., при ведении протокола заседания секретарем ФИО1,  рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества  «Ханты-Мансийский негосударственный пенсионный фонд» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>, место нахождения: 628011, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра,  

<

...>), ФИО2,  ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью  «Региональное рейтинговое агентство» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место  нахождения: 628012, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>) и ФИО4 о защите чести, достоинства и деловой  репутации, взыскании морального вреда,  

при участии представителей сторон: 

от АО «Ханты-Мансийский негосударственный пенсионный фонд» - ФИО5 по  доверенности от 26.07.2018 № 232,  

от ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 23.08.2017 86 АА 1856971,  от ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 30.08.2017 86 АА 1883016,  от ответчика – ФИО6 по доверенности от 01.05.2018,  

от ФИО4 – не явились, 

установил:

акционерное общество «Ханты-Мансийский негосударственный пенсионный фонд» (далее –  АО «Ханты-Мансийский НПФ»), ФИО2 (далее – ФИО2),  ФИО3 (далее – ФИО3, при совместном указании - истцы)  

обратились в Арбитражный суд горда Москвы с исковым заявлением к акционерному  обществу «Региональный сетевой информационный центр» (далее – АО «РСИЦ), обществу с  ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое агентство» (далее –  ООО «РРА») о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации  морального вреда.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2018 в рамках дела   № А40-222236/17-15-1947 требования АО «Ханты-Мансийский НПФ», ФИО2,  ФИО3 к ООО «РРА» выделены в отдельное производство и переданы по  подсудности в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (т.60-62).  

Определением от 12.07.2018 принят отказ АО «Ханты-Мансийский НПФ»,  ФИО2, ФИО3 от исковых требований к АО «РСИЦ». Производство по  делу прекращено (т.2 л.д. 66-67).  

В соответствии с пунктом 4 статьи 39 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дело, направленное из одного арбитражного суда в другой, должно  быть принято к рассмотрению судом, в который оно направлено.  

Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры делу присвоен   № А75-13077/2018.  

ООО «РРА» представило справку об авторстве, из которой следует, что автором статьи  «Дорога на приватизацию Ханты-Мансийского негосударственного пенсионного фонда»  опубликованной 23.01.2015на сайте Информационного агентства «UgraPro» и шеф- редактором (главным редактором) средства массовой информации является ФИО4 (т.2 л.д. 34).  

Определением суда от 12.12.2018 по настоящему делу назначена судебная экспертиза,  проведение экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению Уральский  региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации,  эксперту ФИО7, производство по делу приостановлено (т. 3 л.д.  82-88).  

04.06.2019 в материалы дела поступило экспертное заключение от 27.05.2019   № 3090/09-3 (т. 3 л.д. 101-111).  

Определением суда от 27.06.2019 производство по делу возобновлено (т. 3 л.д. 133- 137).  

В судебном заседании, состоявшемся 17.09.2019, по ходатайству ответчика допрошен в  качестве свидетеля ФИО8 (т.4 л.д. 80-89).  

В судебном заседании, состоявшемся 18.11.2019 при содействии Арбитражного суда  Уральского округа, по ходатайству сторон выслушаны ответы эксперта – ФИО7,  на поставленные сторонами вопросы (т.5 л.д. 66-72, 103-108).  

Истцами, с учетом поступившего в суд экспертного заключения, пояснений эксперта  заявлено ходатайство о проведении по делу повторной судебной лингвистической  экспертизы (т. 5 л.д. 26-30).  

Определением от 12.12.2019 по ходатайству ООО «РРА» в судебное заседание  приглашен специалист ФИО9 (далее – ФИО9, т. 7 л.д. 61-62, 63- 68).  

В судебных заседаниях, состоявшихся 29.01.2020, 30.01.2020 по ходатайству  ООО «РРА» допрошены свидетели ФИО10 (при содействии Двадцатого  апелляционного суда), ФИО11, ФИО12 (т. 7 л.д. 42, 45,46, 80-83, т. 9 л.д. 95, 100,  101-105,106-110, 120, 121-122).  

В судебном заседании, состоявшемся 19.02.2020, дал пояснения специалист ФИО13  (т.10 л.д. 86, 87-88, 89-95).  

Определением суда 19.02.2020 суд, по ходатайству представителя истцов, привлек к  участию в деле в качестве соответчика в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации ФИО4 (далее – ФИО4, при  совместном указании с ООО «РРА» - ответчики), а также в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации принял к рассмотрению уточнение истца (т.  10 л.д. 89-95).  

Дело рассматривается с учетом принятых судом уточнений следующего содержания: 

1. Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую  репутацию Акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственный Пенсионный  Фонд», ФИО3 и ФИО2 сведения,  распространенные Обществом с ограниченной ответственностью «Региональное  рейтинговое агентство» в информационной телекоммуникационной сети общего  пользования Интернет на сайте электронного периодического издания «UgraPro»,  находящегося в информационной телекоммуникационной сети общего пользования  Интернет по адресу: www.ugrapro.ru. в статье «Дорога на приватизацию Ханты-Мансийского  негосударственного пенсионного фонда» от 23.01.2015 г., расположенной на сайте СМИ  «UgraPro» («ЮграПро») в сети Интернет по адресу: http://www.ugrapro.ru/2015/01/23/doroga- na-privatizatsiyu-odnogo-iz-krupnvih-fmansovvih-aktivov-yugrvi-otkryita/:  

- Абзац 4 Статьи: «Что же мы видим в настоящее время - руководство фонда  «наступает на те же грабли», что и в 2005 году наступали и его предшественники. Оно  создает 100% дочку в виде управляющей компании, а та в свою очередь инвестирует  средства в ООО «Северные строительные технологии» - структура того же поля  деятельности, как и скандально известный актив Ханты-Мансийского НПФ - компания  «ЮграИнвестСтройПроект». (…)»,  

- Абзац 9 Статьи: «(...) Сегодня главный актив пенсионного фонда ООО «Северные  строительные технологии», получив в распоряжение строительные участки, недостроенные  объекты от опозоренной ЗАО «ЮграИнвестСтройПроект», используя те же самые средства -  пенсионные резервы, таким образом они делают то же самое, что делали их  предшественники. (...)»;  

- Абзац 9 Статьи: «(...) Но Вачаган ФИО3 и ФИО2 выстроил такую  пирамиду, которая не снилась предыдущим руководителям, деятельность которых со всей  «капиталистической прямотой» ранее обличал господин суперменеджер ФИО14.»;  

- Абзац 12 Статьи: «Ладно бы, «случайно оказавшийся» в подконтрольных фонду  строительных фирмах Вачаган ФИО3 решил бы только «оптимизировать» систему  управления, так и по некоторой неофициальной информации он и свою жену встроил во все  эти схемы (...).»;  

- Абзац 12 Статьи: «(...) Скорее всего, никогда вкладчики пенсионного фонда не узнают  насколько дороже были куплены строительные материалы у поставщиков «подконтрольных»  фирм, также никогда не узнают какая доля от продажи квартир осталась в качестве дохода у  «корешковых» учредителей этих ООО-шек (…)»;  

- Абзац 17 Статьи: «(…) Что же касается заработка руководителя, то по некоторой  информации Фондом на содержание супер-менеджмента, включая длительные  командировки и оплату обучения в заграничных бизнес-школах, в 2013 году было потрачено  более 12 миллионов рублей!»;  

- Абзац 19 Статьи: «(...) Поэтому господа ФИО14 и Мовсисян выстроили финансово- строительную пирамиду (...)»;  

Абзац 20 Статьи: «(...) Хотя, судя по тому, как спешно заметаются все следы (…). 

2. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» в течение 10 дней со дня вступления решения по настоящему делу в законную  силу разместить в информационной телекоммуникационной сети общего пользования  Интернет на сайте электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в  информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу:  www.ugrapro.ru. решение суда по настоящему делу, разместив его на том же месте и тем же  шрифтом, что и спорные сведения.  

3. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» прекратить распространение указанных сведений, не соответствующих  действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию Акционерного  общества «Ханты-Мансийский Негосударственный Пенсионный Фонд», ФИО3 и ФИО2, путем удаления статьи с  интернет-сайта электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в  

информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу:  www.ugrapro.ru.  

 4. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в  размере 75 000 рублей  

5. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 в  размере 75 000 рублей.  

6. Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в пользу  ФИО2 в размере 75 000 рублей.  

7. Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в пользу  ФИО3 в размере 75 000 рублей.  

Определением суда от 14.05.2020 судебное разбирательство, с учетом определения об  исправлении описок, опечаток от 20.05.2020, отложено на 11.06.2020 в 11 час. 00 мин. (т. 10  л.д. 122-126,127).  

Представитель истцов явился, исковые требования поддержал, в том числе с учетом  письменных пояснений, поступивших в ходе рассмотрения дела. Поддержал ходатайство о  проведении по делу повторной лингвистической экспертизы.  

Представитель ООО «РРА» явился, возражал относительно заявленных требований, со  ссылкой на доводы отзыва и дополнений к нему, поддержал позицию о пропуске истцами  срока исковой давности.  

ФИО4 не явился, извещен надлежащим образом, представил в материалы дела  отзыв на исковое заявление, в котором с требованиями истца не согласен, в иске просит  отказать (т. 7 л.д. 18-25).  

Неявка или уклонение лиц, участвующих в деле, от участия при рассмотрении дела не  может служить препятствием для рассмотрения дела по существу.  

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в порядке одного судебного дня объявлялся перерыв.  

В период объявленного судом перерыва от ООО «РРА» поступили дополнения. 

После окончания перерыва судебное заседание было продолжено в указанное время в  том же составе суда, с участием тех же представителей.  

Арбитражный суд, выслушав представителей сторон, показания свидетелей, пояснения  эксперта, мнение специалиста, исследовав материалы дела, пришел к следующим выводам.  

В обоснование исковых требований истцы указывают, что в ООО «РРА» в  информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет на сайте  электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в информационной  

телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу: www.ugrapro.ru.  опубликована статья «Дорога на приватизацию Ханты-Мансийского негосударственного  пенсионного фонда» от 23.01.2015 г., расположенной на сайте СМИ «UgraPro» («ЮграПро»)  в сети Интернет по адресу: http://www.ugrapro.ru/2015/01/23/doroga-na-privatizatsiyu-odnogo- iz-krupnvih-fmansovvih-aktivov-yugrvi-otkryita/:.  

Истец, полагая, что сведения, изложенные в статье, выраженные в следующих абзацах:  

- Абзац 4 Статьи: «Что же мы видим в настоящее время - руководство фонда  «наступает на те же грабли», что и в 2005 году наступали и его предшественники. Оно  создает 100% дочку в виде управляющей компании, а та в свою очередь инвестирует  средства в ООО «Северные строительные технологии» - структура того же поля  деятельности, как и скандально известный актив Ханты-Мансийского НПФ - компания  «ЮграИнвестСтройПроект». (…)»,  

- Абзац 9 Статьи: «(...) Сегодня главный актив пенсионного фонда ООО «Северные  строительные технологии», получив в распоряжение строительные участки, недостроенные  объекты от опозоренной ЗАО «ЮграИнвестСтройПроект», используя те же самые средства -  пенсионные резервы, таким образом они делают то же самое, что делали их  предшественники. (...)»;  

- Абзац 9 Статьи: «(...) Но Вачаган ФИО3 и ФИО2 выстроил такую  пирамиду, которая не снилась предыдущим руководителям, деятельность которых со всей  «капиталистической прямотой» ранее обличал господин суперменеджер ФИО14.»;  

- Абзац 12 Статьи: «Ладно бы, «случайно оказавшийся» в подконтрольных фонду  строительных фирмах Вачаган ФИО3 решил бы только «оптимизировать» систему  управления, так и по некоторой неофициальной информации он и свою жену встроил во все  эти схемы (...).»;  

- Абзац 12 Статьи: «(...) Скорее всего, никогда вкладчики пенсионного фонда не узнают  насколько дороже были куплены строительные материалы у поставщиков «подконтрольных»  фирм, также никогда не узнают какая доля от продажи квартир осталась в качестве дохода у  «корешковых» учредителей этих ООО-шек (…)»;  

- Абзац 17 Статьи: «(…) Что же касается заработка руководителя, то по некоторой  информации Фондом на содержание супер-менеджмента, включая длительные  командировки и оплату обучения в заграничных бизнес-школах, в 2013 году было потрачено  более 12 миллионов рублей!»;  

- Абзац 19 Статьи: «(...) Поэтому господа ФИО14 и Мовсисян выстроили финансово- строительную пирамиду (...)»;  

Абзац 20 Статьи: «(...) Хотя, судя по тому, как спешно заметаются все следы (…), не  соответствуют действительности, порочат деловую репутацию истца, несут негативную  информацию об истцах, обратились в арбитражный суд с настоящим иском.  

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных  или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их  судебной защиты (статья 12 ГК РФ).  

Пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что  судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.  

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен  действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к  реальной защите законного интереса.  

По смыслу статей 1, 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации защита гражданских прав  может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и  законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска  должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных  интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования  предусмотренных действующим законодательством способов защиты.  

Пунктом 5 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации установлена специальная подведомственность дел о защите деловой репутации в  сфере предпринимательской и иной экономической деятельности арбитражным судам.  

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации деловая репутация  рассматривается как нематериальное благо и защищается в соответствии с Кодексом и  другими законами.  

Согласно пункту 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или  деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они  соответствуют действительности.  

Соответственно, истцы, вправе требовать в судебном порядке защиты своей деловой  репутации.  

На основании пункта 2 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации  сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и  распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же  средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого в средствах массовой  

информации распространены указанные сведения, имеет право потребовать наряду с  опровержением также опубликования своего ответа в тех же средствах массовой  информации. Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за  исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к  защите деловой репутации юридического лиц (пункт 11 статьи 152 ГК РФ).  

Из определения Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 307-ЭС15-5345 по делу   № А56-17708/2014 следует, что деловая репутация организации как профессиональная  репутация, которая заработана в среде аналогичных профессионалов (например,  коммерсантов), а также в среде лиц, на которых направлена деятельность организации  (например, потребителей товаров, работ, услуг), включает в себя профессиональную  репутацию как самой организации, так и ее руководителей. При этом деловая репутация  организации может быть нарушена путем распространения порочащих сведений как о самой  организации, так и о лицах, входящих в органы управления организацией, а также о  работниках этой организации. И наоборот, деловая репутация руководителя организации  (лица, выполняющего управленческие функции в организации) может быть нарушена  распространением порочащих сведений как о нем самом, так и об организации.  

Ущерб деловой репутации организации может быть причинен распространением  порочащих сведений как о самой организации, так и в отношении лиц, входящих  в её органы управления, а также работников этой организации (пункт 12 Обзора практики  рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв.  Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016) (далее – Обзор от 16.03.2016).  

Как следует из сведений, содержащихся в выписке из Единого государственного  реестра юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью  «Северные строительные технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее -  ООО «ССТ»), и не отрицается представителями сторон, ФИО3  является генеральным директором указанного общества.  

Согласно представленной в материалы дела выписки из Единого государственного  реестра юридических лиц в отношении АО «Ханты-Мансийский НПФ», по состоянию на  дату публикации статьи (23.01.2015) от имени АО «Ханты-Мансийский НПФ» в строке  «сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического  лица» указан ФИО2, состоящий в должности президента фонда  (т.1 л.д. 124-129).  

Принимая во внимание указанное, суд при рассмотрении дела воспринимает  содержащуюся в статье негативную/порочную информацию, высказанную в отношении  ФИО2, как высказанную и в отношении возглавляемого им в то время  

АО «Ханты-Мансийский НПФ», аналогично высказывания про Мовсисяна В.В. соотносятся  с ООО «ССТ».  

Обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской  Федерации значение для дела соответствующей категории, являются: факт распространения  ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их  действительности. Отсутствие хотя бы одного из указанных обстоятельств исключает  возможность удовлетворения иска (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и  достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».  

Как разъяснено в том же пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и  достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под  распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую  репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в  печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных  программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а  также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в  служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных  должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе, устной, форме хотя бы  одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может  признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были  приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными  третьим лицам. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения  о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому  относятся оспариваемые сведения. Порочащими, в частности, являются сведения,  содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом  действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном,  неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни,  недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и  предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового  оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию  гражданина либо юридического лица.  

В соответствии с пунктом 5 Постановления от 24.02.2005 № 3 надлежащими  ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не  соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие  эти сведения. Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой  

информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего  средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве  массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также  является надлежащим ответчиком.  

Решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации  выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны  носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности.  При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому  предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена  обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.  

Согласно части 1 статьи 43 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1 «О  средствах массовой информации» (далее - Закон о СМИ) гражданин или организация вправе  потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности  и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном  средстве массовой информации.  

Поскольку инициаторами настоящего спора выступают АО «Ханты-Мансийский  НПФ», ФИО2, ФИО3, то по правилам статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации и в силу разъяснений пункта 9  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О  судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой  репутации граждан и юридических лиц» именно на них возлагается бремя доказывания не  только как такового факта распространения сведения о нем ответчиками, но и того, что эти  сведения представляют собой конкретные факты, события, которые возможно реально  проверить (подтвердить или опровергнуть), и такие сведения не соответствуют  действительности и порочат деловую репутацию истцов.  

Под «репутацией» понимается приобретаемая общественная оценка, общее мнение о  качествах, достоинствах и недостатках кого-либо, чего-либо; под словом «порок»  (являющимся основой образования слова «порочащий») понимается предосудительный  недостаток, порочащее свойство (ФИО15 и ФИО16, ФИО17 словарь русского  языка 44-е издание, М. 2002 год).  

В свою очередь, бремя доказывания достоверности распространяемых сведений лежит  на ответчиках.  

Факт распространения оспариваемых сведений подтвержден протоколом осмотра  доказательств от 26.08.2015, составленным нотариусом Ханты-Мансийского нотариального  округа Ханты-Мансийского автономного округа – Югры ФИО18 (т.1 л.д. 41-52).  

На сайте www.ugrapro.ru имеются сведения о свидетельстве о регистрации СМИ  (Информационное агентство «UgraPro»): серия ИА № ФС77-44532 от 15.04.2011, выданное  Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий  и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), об учредителе ООО «РРА».  

ООО «РРА» представило справку об авторстве, содержащую сведения о том, что  автором статьи и шеф-редактором (главным редактором) является  ФИО4 (т. 2 л.д. 34).  

Истцы доказали факт распространения ответчиками в сети Интернет спорной статьи. 

В подтверждение своей позиции о наличии в статье сведений порочащего характера,  истцы представили заключение специалиста от 17.04.2017 № 320/17 составленное  Автономной некоммерческой организацией «Центр по проведению судебных экспертиз и  исследований» (т. 1 л.д. 53-115).  

Арбитражному суду необходимо провести тщательное различие между фактами 

и оценочными суждениями, мнениями (существование фактов может быть доказано, тогда  как истинность оценочных суждений не всегда поддается доказыванию, последние должны  быть мотивированы, но доказательства их справедливости не требуются).  

При этом важно установить, являются ли оценочные суждения оскорбительными,  указывая прямо или косвенно, через фразы, направленные на яркое эмоциональное их  восприятие, на противоправную деятельность истца.  

В соответствии с абзацем 12 пункта 20 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 16.02.2017, информация, указывающая на противоправный характер  поведения субъекта, носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии ее  изложения как субъективного мнения автора, может быть основанием для заявления  требования о защите деловой репутации.  

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя  разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.  

Для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих  специальных знаний, арбитражный суд, по ходатайству сторон, назначил по делу судебную  лингвистическую экспертизу. Проведение экспертизы поручено федеральному бюджетному  учреждению Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции  Российской Федерации эксперту ФИО7 (т. 3 л.д. 82-88).  

В материалы дела поступило заключение эксперта от 27.05.2019 № 3090/09-3 (т.3 л.д.  103-111).  

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307  Уголовного кодекса Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения (т.3 л.д.  102).  

На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы: 

1. Содержится ли в исследуемом тексте (отрывках) статьи негативная информация о  деятельности и личных деловых и моральных качествах акционерного общества «Ханты- Мансийский негосударственный пенсионный фонд», ФИО2,  ФИО3?  

2. Если негативная информация содержится, то в какой форме она выражена:  утверждения, мнения, предположения, оценки?  

Эксперт, исследовав поставленные перед ним вопросы, пришел к следующим выводам:  

Во всех представленных на исследование фрагментах статьи под названием «Дорога на  приватизацию Ханты-Мансийского негосударственного пенсионного фонда» от 23.01.2015г.,  размещенной на сайте СМИ «UgraPro» («ЮграПро») в сети Интернет по адресу:  http://www.ugrapro.ru/2015/01/23/doroga-na-privatizatsiyu-odnogo-iz-krupnvih-fmansovvih- 

aktivov-yugrvi-otkryita/ , содержится негативная информация ою ФИО2 и  ФИО19 ФИО3е.  

2. Негативная информация представлена в форме: - утверждения о факте (фрагменты 1 (б), 5, 6); - оценочного суждения (фрагменты 1 (а), 2, 8); - выводного суждения (фрагменты 3 (а), 7); - намека (фрагмент 4(а)); - предположения (фрагмент 4 (в)). 

Из смысла части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в совокупности с рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 66 «О некоторых  вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»,  следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов:  компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным  исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном  процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и  проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым  законом.  

Проанализировав заключение эксперта, арбитражный суд полагает, что заключение  соответствует требованиям, предъявляемым законом к нему, в заключении даны ответы на  поставленные вопросы, не допускающие, с учетом доказательств, имеющихся в материалах  

дела, противоречивых выводов или неоднозначного толкования, которое подлежит оценке  наряду с иными документами и доказательствами.  

На заключение эксперта от 27.05.2019 № 3090/09-3, истцы предоставили рецензию в  виде заключения специалиста № 020420/14/77001/322019/И-12535, подготовленного  автономной некоммерческой организацией «Центр лингвистических Экспертиз» в котором  высказано мнение о неполных и недостоверных выводах, сделанных экспертом  ФИО7 (т. 4 л.д. 8-58).  

По ходатайствам сторон (т.4 л.д. 3-7, 59), в судебном заседании 18.11.2019, в порядке  части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при  содействии Арбитражного суда Уральского округа, по ходатайству сторон выслушаны  ответы эксперта – ФИО7, на поставленные сторонами вопросы (т.5 л.д. 66-72, 103- 108).  

Истцами представлена частичная стенограмма судебного заседания 18.11.2019,  когда опрашивался эксперт ФИО7, с таблицей содержащий выводы эксперта в  заключении и устных пояснениях, а так же выводы, содержащиеся в несудебном заключении  специалиста и рецензии (т. 7 л.д. 26-41).  

ООО «РРА» представлена расшифровка допроса эксперта ФИО7, а также  возражения с учетом заключения эксперта и его ответов на вопросы (т. 10 л.д. 71-77, 96-111).  

Представитель истцов поддержал ранее заявленное ходатайство о проведении по делу  повторной лингвистической экспертизы (т. 5 л.д. 26-30).  

Разрешая ходатайство, о назначении по делу повторной судебной лингвистической  экспертизы суд пришел к выводу об отсутствии таких оснований.  

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статьям 82 и 87  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции  суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении  повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может  реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу  о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного  разрешения спора.  

Оценив данное экспертное заключение, с учетом письменных пояснений эксперта,  выполнявшего данное экспертное заключение, суд считает его соответствующим  требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации», отражающим все предусмотренные  частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  сведения, основанным на материалах дела, и приходит к выводу, об отсутствии оснований не  

доверять выводам эксперта, поскольку они согласуются с обстоятельствами дела и иными  доказательствами по делу, в этой связи данное экспертное заключение суд принимает в  качестве надлежащего доказательства по делу, которое как указано ранее оценивается  наряду с иными документами и доказательствами.  

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт  проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах  соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта  должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и  достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.  

Согласно статье 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование  представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное  заключение по поставленным перед ним вопросам.  

Исходя из буквального толкования приведенных норм права, в совокупности с  рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения  арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка  достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли  эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит  ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура  назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям,  предъявляемым законом.  

Из материалов дела следует, что процедура назначения и проведения экспертизы  соблюдена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо  ложного заключения, заключение экспертизы подписано экспертом, его проводившим,  эксперт компетентен в решении вопросов, поставленных перед экспертным  исследованием, эксперт обладал необходимым образованием и стажем работы в экспертной  сфере и исследуемой области, необходимых для проведения подобных исследований, о чем  свидетельствуют представленные документы, подтверждающие квалификацию данного  эксперта, об его отводе истцом не заявлено. Обстоятельств, могущих свидетельствовать о  недостоверности рассматриваемого экспертного заключения, в данном случае не  установлено.  

Так, заключение судебной экспертизы достаточно мотивировано, выводы эксперта  ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на  представленные судом для производства экспертизы документы, нормативные документы,  

противоречия в выводах эксперта, с учетом дополнительных пояснений, отсутствуют,  оснований сомневаться в обоснованности заключения не имеется.  

Исходя из абзаца 1 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьи 14  Закона об оценочной деятельности, выбор способов и методов исследования входит в  компетенцию эксперта.  

Подробно ознакомившись с экспертным заключением и ответами на дополнительные  вопросы, суд установил, что эксперт исследовал в целом текст спорной статьи, эксперт в  своем заключении указывает, что в исследуемом тексте статьи им были установлены те или  иные факты. В ответах на дополнительные вопросы эксперт также сообщает, что статьи  анализируются в целом, оценка конкретным фрагментам дана с учетом их места и роли в  текстах исследуемой статьи.  

По вышеизложенным обстоятельствам суд не усматривает оснований для назначения  по делу повторной экспертизы, ходатайство истцов подлежит отклонению.  

Оценивая доводы истцов, в том числе принимая во внимание ссылку на заключение  специалиста от 17.04.2017 № 320/17 составленное Автономной некоммерческой  организацией «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (т. 1 л.д. 53-115),  а также заключение специалиста № 020420/14/77001/322019/И-12535, подготовленное  автономной некоммерческой организацией «Центр лингвистических Экспертиз» (т. 4 л.д. 8- 58) суд пришел к следующему.  

Пунктом 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными  судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что заключение эксперта, полученное  по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными  заключениями по рассматриваемому делу.  

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым 

в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, правом суда, а не его обязанностью, является признание внесудебного  экспертного заключения иным документом, допускаемым в качестве доказательства, и  только в том случае, если он содержит сведения об обстоятельствах, имеющих значение для  правильного рассмотрения спора.  

Та же норма относится и к оценке доводов ООО «РРА», относительно заслушанной в  судебном заседании позиции специалиста ФИО9  

Из разъяснений пункта 9 Постановления от 24.02.2005 № 3 следует, что в соответствии  со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29  

Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и  слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам  человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам  следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности  которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются  предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской  Федерации поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не  могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.  

Разъяснения пункта 6 Обзора от 16.03.2016 о том, что содержащиеся в оспариваемых  высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом  судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если  только они не носят оскорбительный характер.  

Прецеденты, разрешенные Европейским Судом по правам человека, согласно которым  свобода выражения мнения составляет одну из основ демократического общества и одно из  главных условий для его прогресса. С учетом положений пункта 2 статьи 10 Конвенции о  защите прав человека и основных свобод она распространяется не только на «информацию»  или «идеи», которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или  нейтральными, но также на оскорбляющие, шокирующие или причиняющие беспокойство.  Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых невозможно  «демократическое общество» (Постановление от 07.12.1976 по делу «Хэндисайд против  Соединенного Королевства» (Handyside v. United Kingdom), Постановление от 23.09.1994 по  делу «Ерсильд против Дании» (Jersild v. Denmark)).  

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 47 Закона о СМИ журналист имеет право  искать, запрашивать, получать и распространять информацию.  

Пункт 2 части 1 статьи 49 Закона о СМИ обязывает журналиста проверять  достоверность сообщаемой им информации.  

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2010 № 16  «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой  информации» при разрешении дел, связанных с деятельностью средств массовой  информации, необходимо принимать во внимание, что осуществление свободы выражения  мнений и свободы массовой информации налагает особые обязанности, особую  ответственность и может быть сопряжено с ограничениями, установленными законом и  необходимыми в демократическом обществе для уважения прав и репутации других лиц,  охраны государственной безопасности и общественного порядка, предотвращения  беспорядков и преступлений, охраны здоровья и нравственности, предотвращения  разглашения информации, полученной конфиденциально, обеспечения авторитета и  

беспристрастности правосудия (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3  статьи 19 и статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2  статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 29 и 55 Конституции  Российской Федерации).  

В Российской Федерации как правовом демократическом государстве гарантируется  каждому право на свободу слова, мысли, в том числе свободу средств массовой информации.  Однако, реализация названных гарантий не означает возможности ограничения прав и  законных интересов других лиц, в частности, ущемления их деловой репутации. Сведения,  опубликованные в средствах массовой информации, могут носить эмоциональный характер с  целью привлечения внимания общества к определенной проблеме, однако при  осуществлении журналистской деятельности необходимо проявлять должное уважение к  деловой репутации физических и юридических лиц. При этом журналист должен учитывать,  что информация не может не соответствовать действительности и носить порочащий  характер.  

Сведения, в том числе негативные, должны быть подтверждены в действительности.  Подтверждение может быть получено любым доступным для журналиста путем  в соответствии с действующим законодательством. В противном случае негативные  сведения, не подтвержденные надлежащим образом, будут являться порочащими.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от  07.06.2017 № 309-ЭС16-20725 по делу № А60-524/2015 информация, указывающая  на противоправный характер поведения фонда, носит оскорбительный характер,  следовательно, даже при условии её изложения как субъективного мнения автора, может  быть основанием для заявления требования о защите деловой репутации.  

Аналогичная позиция содержится в абзаце 12 пункта 20 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 (в обзоре имеется ссылка  на определение № 309-ЭС16-10730).  

При этом важно установить, являются ли оценочные суждения оскорбительными,  указывая прямо или косвенно, через фразы, направленные на яркое эмоциональное  их восприятие, на противоправную деятельность истцов.  

АО «Ханты-Мансийский НПФ» полагает, что статья содержит следующие ключевые  утверждения о фактах (т. 7 л.д. 109-114):  

1. ХМНПФ инвестирует средства пенсионных резервов в ООО «Северные  строительные технологии, которые используются для достройки объектов  ЗАО «ЮграИнвестСтройПроект» (абзац 4 статьи, абзац 9 статьи);  

2.  Охлопков и Мовсисян, используя денежные средства ХМНПФ, создали  финансово-строительную пирамиду (абзац 9, абзац 19);  

3. В работе подконтрольных Фонду строительных компаний участвует жена  ФИО3а – ФИО20 (абзац 12);  

4. Материалы для строительства покупаются по завышенным ценам, а доходы от  продажи квартир оседают у ФИО3а и ФИО14 (абзац 12 статьи);  

5. На содержание ФИО14, включая длительные командировки и оплату  обучения в бизнес-школах, в 2013 году было потрачено более 12 миллиардов рублей (абзац  17 статьи).  

Лицо, распространившее те или иные сведения, освобождается от ответственности,  если докажет, что такие сведения в целом соответствуют действительности. При этом  не требуется доказывать соответствие действительности каждого отдельно взятого слова или  фразы в оспариваемом высказывании. Ответчик обязан доказать соответствие  действительности оспариваемых высказываний с учетом буквального значения слов  в тексте сообщения. Установление того, какие утверждения являются ключевыми,  осуществляется судом при оценке сведений в целом (пункт 7 Обзора от 16.03.2016).  

В контексте применения статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных  свобод Европейский суд пояснял, что журналистская свобода включает также возможность  прибегнуть к некоторой степени преувеличения или даже провокации (Постановление  Европейского Суда по делу «Прагер и Обершлик против Австрии», § 38). Однако реализация  данной свободы не должна смешиваться со злоупотреблением правом на распространение  информации с целью причинить вред конкретному лицу - в этом и состоит законная цель  допустимого (соразмерного) ограничения свободы на выражение мнения, гарантированной  Конвенцией о защите прав человека и основных свобод» («Защита деловой репутации в  случаях её диффамации или неправомерного использования (в сфере коммерческих  отношений): Научно-практическое пособие» (под общ. ред. ФИО21) («Статут»,  2015)).  

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 02.09.2008   № 6461/08 выработана правовая позиция о том, что высказывание субъективного мнения или  оценочного суждения не предусмотрено статьей 57 Закона о СМИ в качестве основания  освобождения от ответственности при распространении сведений, порочащих деловую  репутацию. Субъективное мнение или оценочное суждение может иметь эмоциональную  окраску, но всегда должно быть основано на фактических обстоятельствах. Интерпретация  сведений, имеющихся в официальных документах, субъективное мнение авторов сюжета о  содержании этих сведений не должно приводить к их искажению и распространению  недостоверной информации, особенно если сведения носят порочащий характер.  

Как указано выше, в рамках дела проведена судебная лингвистическая экспертиза, по  результатам которой представлено экспертное заключение, которое судом исследовано  наряду с доказательствами, представленными сторонами, на основании чего суд пришел к  следующему.  

Абзац 4 Статьи: «Что же мы видим в настоящее время - руководство фонда «наступает на те  же грабли», что и в 2005 году наступали и его предшественники. Оно создает 100% дочку в  виде управляющей компании, а та в свою очередь инвестирует средства в ООО «Северные  строительные технологии» - структура того же поля деятельности, как и скандально  известный актив Ханты-Мансийского НПФ - компания «ЮграИнвестСтройПроект». (…)»  

В судебной экспертизе, эксперт указал, что в данном фрагменте содержится следующая  информация:  

а) руководители фонда повторяют ошибки, совершенные их предшественниками  в 2005 году;  

б) повторение опыта связано с созданием дочерней компании, инвестирующей средства  в ООО «Северные строительные технологии».  

Эксперт указал, что информация, изложенная подается как негативная. Деятельность  руководителей фонда в целом оценивается негативно. Информация в пункте (а) выражена в  форме оценочного суждения. Информация в пункте (б) имеет форму утверждения о факте.  

Аналогичный вывод содержится в заключении специалиста автономной  некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз  и исследований» от 17.04.2017 № 320/17 (т. 1 л.д. 53-115) (далее – внесудебное заключении  специалиста).  

Суд принимает во внимание, что часть оспариваемого абзаца (а) является и оценочным  суждением, указанный фрагмент не являются предметом судебной защиты в порядке статьи  152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, является выражением  субъективного мнения и взглядов ответчика, и не могут быть проверены на предмет  соответствия их действительности (пункт 6 Обзора от 16.03.2016).  

В отношении информации, изложенной в пункте (б), с учетом целостности абзаца,  ответчики предоставили в материалы дела доказательства, подтверждающие создание  юридических лиц в виде ссылки на официальный сайт Компания СКБ Контур, из которой  следует, что в 2010 АО «Ханты-Мансийский НПФ» стал 100% учредителем  ООО «ССеверные строительные технологии» (далее – ООО «ССТ»), которое реализуем  строительные проекты на территории Ханты-Мансийского автономного округа- Югры,  кроме того, АО «Ханты-Мансийский НПФ» является единственным участником в дочернем  ООО «УК «Ореол», которое зарегистрировало еще 10 дочерних организацией, реализуемых  Фондом строительных проектов; отчет АО «Ханты-Мансийский НПФ» перед Думой ХМАО- 

Югры; также изложенные факты подтверждаются свидетельскими показаниями  Манченко П.А.; сведениями, предоставленными на запрос депутата Сердюка М.И. (т. 10 л.д.  49-55, т. 7 л.д. 4-9, т. 5 л.д. 136).  

Учитывая представленные ответчиком доказательства, требования истца в данной  части удовлетворению не подлежат.  

Абзац 9 Статьи: «(...) Сегодня главный актив пенсионного фонда ООО «Северные  строительные технологии», получив в распоряжение строительные участки, недостроенные  объекты от опозоренной ЗАО «ЮграИнвестСтройПроект», используя те же самые средства -  пенсионные резервы, таким образом они делают то же самое, что делали их  предшественники. (...)»  

Эксперт указал, что данная информация является негативной и сделана в форме  оценочного суждения.  

В дополнительных ответах, эксперт сообщил, что указанный фрагмент является  оценкой (т. 5 л.д. 105).  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента.  

Ответчики указывают на документы, представленные непосредственно самими  истцами, о строительной программе ЮИСП, а также ссылаются на документы, которые  относятся к 4-му оспариваемому абзацу (указанному судом ранее). Ссылаются на  информацию с официального сайта Компании СКБ Контур  (https://focus.kontum.ru/entity?query=

<

***>), представляя выписки из справочно- информационной системы, из которых следует, что в 2010 АО «Ханты-Мансийский НПФ»  стал 100% учредителем ООО «ССТ», которое реализует строительные проект на территории  Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, а также, что АО «Ханты-Мансийский  НПФ» является единственным участником в дочернем ООО «УК «Ореол», которое  зарегистрировало еще 10 дочерних организацией, реализуемых Фондом строительных  проектов. Кроме того, ссылаются на статью с сайта «Ведомости»  (https://www.vedomosti.ru/finance/articles/2015/06/18/596813-hanti-mansiiskii-npf-ne-dopuschen- v-sistemu-garantirovaniya-nakoplenii), из которой следует, что проверяющими из ЦБ не  понравилось как фонд размещал средства частных и корпоративных пенсий (пенсионные  резервы) – большая часть вложена в паи закрытых ПИФов недвижимости, балансовая  стоимость которых завышена примерно на 4 млрд.руб.».  

Принимая во внимание изложенное ответчиками, проверив информацию, на которую  они ссылаются, а также учитывая пункт 6 Обзора от 16.03.2016, в удовлетворении  требований в данной части следует отказать.  

Абзац 9 Статьи: «(...) Но Вачаган Мовсисян и Алексей Охлопков выстроил такую  пирамиду, которая не снилась предыдущим руководителям, деятельность которых со всей  «капиталистической прямотой» ранее обличал господин суперменеджер Охлопков.»  

Эксперт указал, что информация об организации системы деятельности в виде некой  пирамиды подается в контексте статьи как негативная выраженная в форме выводного  суждения (а). Информация об обличении ФИО14 деятельности его предшественников  не является негативной.  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента.  

 Ответчики ссылаются на те же доказательства, которые исследовались при оценке  абзаца 4-го, кроме того, ссылаются на публикации газеты «Коммерсантъ»  (www.kommersant.ru/), а также информации, содержащуюся на официальном сайте  Федеральной налоговой службы (об аффилированности юридических лиц), и сайт Компании  СКБ Контур (на котором размещена информация о юридических лицах, в которых совместно  участвовали ФИО2, ФИО3 и их жены ФИО23 и ФИО20),  которые явились источником исследуемой при написании статьи информации (т.5л.д.117).  

Учитывая, что изложенная в тексте статьи (спорного абзаца) информация  сформирована после анализа имеющихся у автора сведений, полученных из открытых  источников, а также, что указанный оспариваемый фрагмент фактически является мнением,  выводным суждением автора, он не может являться предметом судебной защиты в порядке  статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении данной части  иска следует отказать.  

Абзац 12 Статьи: «Ладно бы, «случайно оказавшийся» в подконтрольных фонду  строительных фирмах Вачаган ФИО3 решил бы только «оптимизировать» систему  управления, так и по некоторой неофициальной информации он и свою жену встроил во все  эти схемы (...).»  

Эксперт указал, что в данном фрагменте содержится следующая информация: 

а) Вачаган ФИО3 связан с подконтрольными фонду строительными фирмами не  случайно, а намеренно, на что указывает использование автором кавычек в словосочетании  «случайно оказавшийся». Данная информация является негативной в контексте статьи  выражена в форме намёка;  

б) Вачаган ФИО3 принял решение улучшить, преобразовать систему управления.  Использование кавычек для слова «оптимизировать» указывает на употребление слова в  противоположенном ему значении либо на авторскую иронию. В первом случае  информацию можно отмести к негативной, выраженной в форме утверждения, во втором  стоит говорить о негативной оценке действия В. ФИО3а;  

в) Вачаган Мовсисян привлек к участию в деятельности свою жену, что обозначает  разговорным высказыванием «встроил во все эти схемы». Данная информация относится к  негативной и подается в форме предположения, так как в тексте есть указание на  непроверенный источник информации.  

Данные выводы эксперт ФИО7 также подтвердила в судебном заседании  18.11.2019 при ответах на вопросы.  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента. Между тем, специалист  указал, что фрагмент «В.В. Мовсисян встроил жену ФИО20 в схему  подконтрольных АО «Ханты-Мансийский НПФ» строительных фирм» выражен в  негативной форме, в качестве утверждения. Фрагмент «В.В. ФИО3 оказался в  подконтрольных АО «Ханты-Мансийский НПФ» строительных фирмах» выражен в  негативной форме, в качестве предположения.  

Ответчики представили в материалы дела ссылку на официальный сайт Компания СКБ  Контур (https://focus.kontur.ru/), при анализе которого усматривается совместное учреждение  и участие в бизнесе ФИО2, ФИО3, а также их жен ФИО24 и  ФИО20, в том числе создание юридических лиц, через которые осуществлялась  продажа объектов недвижимости (квартир) в домах, построенных ООО «ССТ» (общество,  которое является 100% дочерней компанией АО «Ханты-Мансийский НПФ»), в рамках  реализации инвестиционных программ АО «Ханты-Мансийский НПФ». Также  представлены: договор аренды от 12.09.2018 № 1017/ПМВ, заключенный между ИП  ФИО20 и ФИО25 на помещение, расположенное в жилом комплексе  «Чехов Хаус», заключенный женой ФИО3, который является генеральным  директором ООО «ССТ» (т.6 л.д.1133-136); договор участия в долевом строительстве  многоквартирного дома от 07.03.2014 № 77КВ-К180, заключенный между ООО «77 квартал»  в лице генерального директором ФИО3 и ФИО26, предметом которого  является строительство квартиры в многоквартирном жилом доме, расположенном по  адресу: 

<

...> (т. 6 л.д. 129-131).  Кроме того, автор статьи ФИО4 представил в материалы дела сводную таблицу, в  которой отразил ссылки на презентацию ООО «ССТ» жилых комплексов «Литературный  квартал» и «Чехов Хаус» (т. 5 л.д. 119-120).  

Кроме того, указанные обстоятельства подтвердил в судебном заседании,  состоявшемся 17.09.2019 свидетель ФИО8  

При изложенных обстоятельствах, учитывая изложенное, с учетом положения пункта 7  Обзора от 16.03.2016, а также принимая во внимание, что указанный оспариваемый  фрагмент фактически является предположением и выражением в форме намёка, он не может  

являться предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса  Российской Федерации, в удовлетворении данной части иска следует отказать.  

Абзац 12 Статьи: «(...) Скорее всего, никогда вкладчики пенсионного фонда не узнают  насколько дороже были куплены строительные материалы у поставщиков «подконтрольных»  фирм, также никогда не узнают какая доля от продажи квартир осталась в качестве дохода у  «корешковых» учредителей этих ООО-шек (…)»  

Эксперт указал, что информация о том, что строительные материалы были куплены  намеренно дороже, а также вероятно, большая доля от продажи квартир досталась  учредителям обществ с ограниченной ответственностью, представлена в виде  пресуппозитивной части высказывания, в случае ложности которой все высказывание  становится семантически аномальным. Об этих фактах, как предполагает автор, не смогут  узнать вкладчики пенсионного фонда. Эксперт указал, что информация выражена в  негативной форме, в качестве утверждения.  

Данные выводы эксперт ФИО7 также подтвердила в судебном заседании  18.11.2019.  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента (с учетом ранее  рассматриваемого абзаца и окончания предложения).  

Ответчики, не согласившись с выводом, сделанным экспертом, ссылаясь на пояснения  специалиста ФИО9, озвученные в судебном заседании 19.02.2020 (стенограмма  ООО «РРА» т.л.д.) пояснили, что данный фрагмент следует оценивать как предположение.  

В обоснование своей позиции относительно оспариваемого фрагмента, представители  ответчика ссылаются на публикацию, размещенную в статье «В эффективных карманах»  ФИО14-ФИО3а могло осесть 500 миллионов рублей» 28.04.2015 по адресу:  https://www.ugrapro.ru/2015/04/28/v-effektivnyih-karmanah-ohlopkova-movsisyana-moglo-osest- 

do-500-millionov-rubley/, в которой приводится информация о значительных убытках  ООО «ССТ» в 2011 и в 2013гг., на официальный сайт Компании СКБ Контур, которым  подтверждены сведения о совместном учреждении и участии в бизнесе ФИО2,  ФИО3, ФИО20, ФИО24, в том числе юридических лиц, через  которых осуществлялась продажа объектов недвижимости в домах, построенных  ООО «ССТ». Кроме того, сообщили, что информация также была получена с официального  сайта Федеральной налоговой службы, где документально подтверждены сведения о  создании 22 фирм аффилированных с дочерними компаниями АО «Ханты-Мансийский  НПФ», в которых функции единоличного исполнительного органа управления выполняли  ФИО2 и ФИО3. Сослались на ранее указанный договор от 12.09.2018   № 1017/ПМВ, заключенный между ИП ФИО20 и ФИО25, а также на  

заключение Тюменской региональной общественной организации «Народный контроль»,  ссылаясь, что оно содержит информацию о том, что создание АО «Ханты-Мансийский  НПФ» напрямую или через другие юридические лица «пирамиды» дочерних фирм, не  являющихся самостоятельными хозяйствующими субъектами, позволяло Охлопкову А.А. и  Мовсисяну В.В.не только контролировать, но и осуществлять действия в личных интересах  или интересах третьих лиц. Сослались на свидетельские показания Бутенко Ю.Г.,  Иванова В.И., Нестерука В.О..  

Суд, ознакомившись с информацией, размещенной на указанных сайтах,  проанализировав представленные в обоснование своей позиции доводы и документы  ответчиков, свидетельские показания указанных лиц, не находит доказанным факта покупки  строительных материалов по завышенным ценам, а также факта обогащения за счет  проданных квартир истцами. Свидетели ФИО10 и ФИО12 в судебных  заседаниях пояснили, что приобретаемые квартиры имели «черновую» отделку,  звукоизоляция в квартирах была на низком уровне, оконные проемы имели недостатки.  Свидетель ФИО11 пояснил, что квартира, которую он приобрел непригодна для  проживания, так как имеет очень много недостатков, выявленных при строительстве, в связи  с чем, он в ней не проживает и ремонт за свой свет не осуществлял. Однако, данные  обстоятельства не подтверждают факта применения при строительстве дешевых материалов  и фактических затрат в большей сумме, чем они приобретались. Сведений о приобретении  строительных материалов дороже, чем они стоят на самом деле, ответчиком не  представлено, также как и не представлено доказательств того, что истцы получили доход от  продажи квартир. Довод ответчиков относительно статьи «В эффективных карманах»  ФИО14-ФИО3а могло осесть 500 миллионов рублей» опубликованной 28.04.2015 и о  том, что она являлась предметом оценки в рамках судебного дела № А75-10040/2015 и  информация, отраженная в ней явилась достоверной не является однозначным  доказательством изложенных ими фактов, по причине того, что данная статья оспаривалась  не в полном объеме, суд давал оценку оспариваемым фрагментам в контексте всего текста.  

Учитывая изложенное, в данной части исковые требования подлежат удовлетворению.  

Абзац 17 Статьи: «(…) Что же касается заработка руководителя, то по некоторой  информации Фондом на содержание супер-менеджмента, включая длительные  командировки и оплату обучения в заграничных бизнес-школах, в 2013 году было потрачено  более 12 миллионов рублей!»  

 Эксперт указал, что в данном фрагменте содержится информация о том, что расходы  на командировки и обучение руководителя составили более 12 миллионов рублей. Указание  автора в первом предложении абзаца на то, что содержание данной организации занимаются  пенсионеры, позволяет сделать вывод, что данная информация подается как негативная в  

контексте статьи. Информация представлена как достоверная, безальтернативная,  проверяемая, следовательно, она выражена в форме утверждения о факте.  

В заключении специалиста информация также оценена как негативная, выраженная в  форме утверждения.  

Ответчики не согласились с данной позицией эксперта и специалиста  ФИО27, представитель ООО «РРА» в судебном заседании сослался на  выступление специалиста ФИО9, который пришел к выводу, что данная информация  не является негативной и не является утверждением.  

В обоснование своих возражений ответчики сослались на сведения о доходах,  расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера ФИО2 за  период с 2016-2018гг., из которых следует, что в 2016 году доход составил – 14 508 823 руб.  54 коп., в 2017 году доход составил – 15 339 924 руб. 13 коп., в 2018 году доход составил –  21 348 467 руб. 21 коп., дополнительное соглашение от 08.09.2010 к трудовому договору от  02.08.2010 № 77/1, заключенное ФИО2 с АО «Ханты-Мансийский НПФ»,  согласно которому фиксированный размер оплаты труда установлен в размере 575 000 руб.,  при этом, по итогам работы выплачена премия в размере 463 000 руб.  

Однако, как верно заметил истец, информация, представленная ответчиком, касается  непосредственно дохода, полученного ФИО2, а не расходами АО «Ханты- Мансийский НПФ», связанными с командировками и оплатой обучения. Более того,  сведения о доходах, на которые ссылаются ответчики, представлены за период 2016-2018,  договор, заключенный с работодателем датирован 2010, тогда как рассматриваемый в  спорном фрагменте период – 2013.  

Более того, истец представил в материалы дела сведения (балансовые документы) из  которых следует, что траты АО «Ханты-Мансийский НПФ» составили намного меньшую  сумму, нежели указана в спорном фрагменте.  

Принимая во внимание отсутствие доказательств, положенных в основу публикации  спорного фрагмента, требования истца в данной части подлежат удовлетворению.  

Абзац 19 Статьи: «(...) Поэтому господа ФИО14 и Мовсисян выстроили финансово- строительную пирамиду (...)»  

Эксперт в заключении указывает, что информация изложенная в данном фрагменте,  повторяет информацию фрагмента (3) и может рассматриваться только в контексте с ним.  Информация также подается негативно, оформлена как выводное суждение.  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента.  

Учитывая, что данный фрагмент следует оценивать с ранее проанализированным  фрагментом: «(...) Но Вачаган ФИО3 и ФИО2 выстроил такую пирамиду,  

которая не снилась предыдущим руководителям, деятельность которых со всей  «капиталистической прямотой» ранее обличал господин суперменеджер Охлопков.»), а  также принимая во внимание выводы эксперта, учитывая, что ответчиком изложенные в  спорных фрагментах выводы подтверждены, несмотря на то, что экспертизой дата оценка,  что информация оформлена как выводное суждение, суд находит требования в данной части  не подлежащими удовлетворению.  

Абзац 20 Статьи: «(...) Хотя, судя по тому, как спешно заметаются все следы (…) 

Эксперт указал, что автор сообщает, что в данный момент активно уничтожаются  улики, связанные с противозаконными действиями руководителей ХМ НПФ. Информация  является негативной, не содержит указаний на конкретные факты или действия, выражена  при помощи фразеологического оборота, следовательно, имеет форму оценочного суждения.  

Во внесудебном заключении специалиста данный фрагмент отдельно  не анализировался, проведен анализ более объемного фрагмента.  

Несмотря на то, что данный фрагмент в силу статьи 152 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вывода эксперта не подлежит  доказыванию, так как является оценочным суждением, ответчики сослались на сведения,  размещенные на официальном сайте Федеральной налоговой службы  (https://egrul.nalog.ru/index.html), из которых следует, что как минимум 18 аффилированных  юридических лиц были созданы дочерними компаниями АО «Ханты-Мансийский НПФ»,  через которые осуществлялась продажа объектов недвижимости и ликвидированы.  

Учитывая изложенное, требования истцов в данной части удовлетворению не  подлежат.  

Исследовав фактические обстоятельства настоящего дела, принимая во внимание круг  ответчиков, оценив смысловую направленность содержания спорной статьи, суд пришел к  выводу о том, что исковые требования истцов подлежат частичному удовлетворению в части  признания не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию АО  «Ханты-Мансийский НПФ», ФИО3 и ФИО2 сведения, распространенные  ООО «РРА» и автором статьи ФИО4 в информационной телекоммуникационной  сети общего пользования Интернет на сайте электронного периодического издания  «UgraPro», находящегося в информационной телекоммуникационной сети общего  пользования Интернет по адресу: www.ugrapro.ru. в статье «Дорога на приватизацию Ханты- Мансийского негосударственного пенсионного фонда» от 23.01.2015 г., расположенной на  сайте СМИ «UgraPro» («ЮграПро») в сети Интернет по адресу:  http://www.ugrapro.ru/2015/01/23/doroga-na-privatizatsiyu-odnogo-iz-krupnvih-fmansovvih- 

aktivov-yugrvi-otkryita/: в указанной выше части абзацев статьи 12,17. 

Разрешая ходатайство истцов, о назначении по делу повторной судебной  лингвистической экспертизы суд пришел к выводу об отсутствии таких оснований.  

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статьям 82 и 87  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции  суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении  повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может  реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу  о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного  разрешения спора.  

Оценив экспертное заключение, с учетом письменных пояснений эксперта, а также  заслушанных в судебном заседании ответов на поставленные сторонами вопросы,  относительно представленного заключения, суд считает его соответствующим требованиям  статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной  деятельности в Российской Федерации», отражающим все предусмотренные частью 2 статьи  86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, основанным на  материалах дела, и приходит к выводу, об отсутствии оснований не доверять выводам  эксперта, поскольку они согласуются с обстоятельствами дела и иными доказательствами по  делу, в этой связи данное экспертное заключение суд принимает в качестве надлежащего  доказательства по делу.  

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт  проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах  соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта  должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и  достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.  

Согласно статье 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование  представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное  заключение по поставленным перед ним вопросам.  

Исходя из буквального толкования приведенных норм права, в совокупности с  рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения  арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка  достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли  эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит  ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура  

назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям,  предъявляемым законом.  

Из материалов дела следует, что процедура назначения и проведения экспертизы  соблюдена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо  ложного заключения, заключение экспертизы подписано экспертом, его проводившим,  эксперт компетентен в решении вопросов, поставленных перед экспертным  исследованием, эксперт обладал необходимым образованием и стажем работы в экспертной  сфере и исследуемой области, необходимых для проведения подобных исследований, о чем  свидетельствуют представленные документы, подтверждающие квалификацию данного  эксперта, об его отводе истцом не заявлено. Обстоятельств, могущих свидетельствовать о  недостоверности рассматриваемого экспертного заключения, в данном случае не  установлено.  

Так, заключение судебной экспертизы достаточно мотивировано, выводы эксперта  ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на  представленные судом для производства экспертизы документы, нормативные документы,  противоречия в выводах эксперта, с учетом дополнительных пояснений, отсутствуют,  оснований сомневаться в обоснованности заключения не имеется.  

Исходя из абзаца 1 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьи 14  Закона об оценочной деятельности, выбор способов и методов исследования входит в  компетенцию эксперта.  

Таким образом, представленные истцами возражения относительно экспертизы  сводятся к его личному мнению, без соответствующих доказательств, отвечающих  принципам относимости и допустимости, подтверждающих данные возражения.  

Несогласие истцов с результатами судебной экспертизы, назначенной судом, не дает  оснований считать выводы эксперта недостоверными.  

Принимая во внимание названное, ходатайство истцов подлежит отклонению. Помимо прочего, истца также заявлено требование: 

- об обязании ООО «РРА» прекратить распространение сведений,  не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство и деловую  репутацию АО «Ханты-Мансийский НПФ», ФИО3 и ФИО2, путем  удаления статьи с интернет-сайта электронного периодического издания «UgraPro»,  находящегося в сети Интернет по адресу: www.ugrapro.ru.  

- о возложении на ООО «РРА» обязанности разместить в сети Интернет на сайте  электронного периодического издания «UgraPro» по адресу: www.ugrapro.ru, решения суда  

по настоящему делу, разместив его на том же месте и тем же шрифтом,  что и спорные сведения, на срок продолжительностью три месяца.  

В соответствии с пунктом 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации  если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина,  оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе  требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных  сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети  Интернет.  

Как следует из пункта 16 Обзора от 16.03.2016, в случае, если порочащие сведения,  размещенные на сайте в сети Интернет, признаны судом не соответствующими  действительности, владелец сайта или иное управомоченное им лицо, которое размещает  информацию на этом сайте, обязаны удалить такие сведения по заявлению потерпевшего.  

Принимая во внимание частичное удовлетворение исковых требований и признание  не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истцов,  распространенными ответчиками сведениями, в части абзацев 12 и 17 статьи, суд обязывает  ООО «РРА» удалить названные части статьи, а так же разместить решение суда по  настоящему делу на сайте электронного периодического издания «UgraPro», в сети Интернет  по адресу: www.ugrapro.ru.  

Кроме того, истцами ФИО3 и ФИО2 заявлены требования  о взыскании с каждого из ответчиков в пользу названных истцов компенсации морального  вреда по 75 000 рублей.  

Согласно абзацам 1, 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации  морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические  страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие  гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье,  достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная  и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на  пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права  в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности)  либо нарушающими имущественные права гражданина.  

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях  в связи с ... распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих  честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, ...  

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если  гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания)  

действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на  принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях,  предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной  компенсации указанного вреда.  

Пункт 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет  гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь,  достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений  требовать возмещения убытков и морального вреда.  

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации  компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в  случае, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и  деловую репутацию.  

Согласно пункту 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации  компенсация морального вреда осуществляется в денежном выражении.  

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает  во внимание обстоятельства, указанные в статье 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского  кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства.  

Как разъяснено в пункте 18 Обзора от 16.03.2016, присуждение денежной компенсации  вреда по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации должно отвечать цели, для  достижения которой установлен данный способ защиты неимущественных прав граждан.  Сумма компенсации вреда должна отвечать требованиям разумности, справедливости и быть  соразмерной последствиям нарушения.  

Подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть  соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации  (пункт 15 Постановления от 24.02.2005 № 3).  

С учетом частичного удовлетворения исковых требований, суд определяет размер  компенсации в возмещение морального вреда в пользу ФИО3  с ООО «РРА» в размере 5 000 рублей, с автора статьи ФИО4 в размере  5 000 рублей; в пользу ФИО3 с ООО «РРА» в размере 5 000 рублей, с автора  статьи ФИО4 в размере 5 000 рублей. В удовлетворении остальной части надлежит  отказать.  

Заявление ответчиков о применении срока исковой давности, установленного пунктом  10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в отношении сведений  о гражданине не соответствующих действительности, поскольку статья опубликована  23.01.2015 (дата публикации указана в справке об авторстве, т. 2 л.д. 34), а иск подан  23.11.2017 (т. 1 л.д. 14) судом не принимается, так как не соответствующими  

действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не  имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.  

Между тем, на требования о защите чести, достоинства и деловой репутации, которые  являются требованиями о защите неимущественных прав, исковая давность  не распространяется в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт  14 Постановления от 24.02.2005 № 3).  

Статьёй 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  установлено, что вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом,  рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по  существу.  

При подаче искового заявления ФИО3 уплатил государственную пошлину  в размере 14 000 рублей по платежному поручению от 14.11.2017 № 295 (т. 1 л.д. 38),  ФИО2 уплатил государственную пошлину в размере 14 000 рублей.  по платежному поручению от 14.11.2017 № 292 (т. 1 л.д. 37), АО «ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ  НПФ» уплатило государственную пошлину в размере 8 000 рулей по платежному поручению  от 31.07.2017 № 788 (т. 1 л.д. 36).  

Приведенный истцами расчет размера государственной пошлины суд считает верным,  подлежащего уплате за рассмотрение арбитражным судом заявленных требований (т. 1 л.д.  35).  

Как разъяснено в пункте 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ  от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а  также деловой репутации граждан и юридических лиц» моральный вред,  хотя он и определяется судом в конкретной денежной сумме, признается законом вредом  неимущественным и, следовательно, государственная пошлина должна взиматься  на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации  (далее – НК РФ), а не в процентном отношении к сумме, определенной судом в качестве  компенсации причиненного истцу морального вреда.  

При предъявлении несколькими истцами совместно искового заявления, содержащего  единое требование государственная пошлина уплачивается истцами совместно в равных  долях в размере, установленном НК РФ для указанного требования (пункт 2 статьи 333.18  НК РФ).  

Первоначально истцы предъявляли совместные дополнительные требования  неимущественного характера к АО «РСИЦ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  от которого отказались, в связи с чем Арбитражный суд г. Москвы определением от  12.07.2018 прекратил производство по делу № А40-222236/17-15-1947 в части требований к  

АО «РСИЦ» однако не указал на возврат из федерального бюджета государственной  пошлины в части требований, по которым состоялся отказ от иска.  

Принимая во внимание, что дело передано на рассмотрение Арбитражного суда Ханты- Мансийского автономного округа – Югры уже с учетом прекращения производства по делу   № А40-222236/17-15-1947 в части требований к АО «РСИЦ», Арбитражный суд Ханты- Мансийского автономного округа – Югры не имеет полномочий по рассмотрению вопроса о  возврате из федерального бюджета государственной пошлины по делу, рассмотренному  другим судом.  

В силу абзаца 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц,  участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

В пункте 21 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1  «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с  рассмотрением дела» разъяснено, что положения процессуального законодательства  о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статья 110  АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера,  в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных  неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда); иска имущественного  характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право  или создающих угрозу его нарушения).  

Как следует из абзаца 2 пункта 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства  о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в случае, когда  решение принято против нескольких ответчиков, понесенные истцом судебные расходы по  уплате государственной пошлины взыскиваются судом с данных ответчиков  как содолжников в долевом обязательстве, независимо от требований истца взыскать такие  расходы лишь с одного или нескольких из них.  

Согласно части 1 статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек,  связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.  

Исходя из статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  к судебным издержкам относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.  

Определением от 12.12.2018 суд удовлетворил ходатайства сторон и назначил по делу  экспертизу, поручив её проведение Федеральному бюджетному учреждению Уральский  региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации.  

В силу части 1 статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, если ходатайство о назначении экспертизы заявлено обеими сторонами,  денежные средства на депозитный счет суда для оплаты экспертизы вносятся обеими  сторонами в равных частях.  

ООО «РРА» предоставило платежное поручение от 31.10.2018 № 596  о перечислении на депозитный счет суда 27 600 (т. 3 л.д. 10).  

Адвокатское бюро «Трубор» в лице истцов представило платежное поручение от  04.12.2018 № 474 о перечислении на депозитный счет суда 59 152 рубля и платежное  поручение от 28.09.2018 № 336 в размере 38 000 рублей (т. 3 л.д. 74).  

Согласно счету на оплату от 08.02.2019 № 00ГУ-000042 Федерального бюджетного  учреждения Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции  Российской Федерации стоимость экспертизы составила 27 600 рублей (т. 3 л.д. 100).  

На оснований определений от 26.06.2019 и от 31.07.2019 с депозитного счета  арбитражного суда экспертной организации перечислено 27 600 рублей,  со списанием её стоимости с каждой из сторон в равном размере.  

Судом установлено, что денежные средства с депозитного счета списаны в указанном  размере, но по платежному поручению ООО «РРА», без распределения на каждую сторону,  на основании чего, с истцов в пользу ООО «РРА» подлежат взысканию расходы, связанные с  проведением судебной экспертизы по делу в размере 6 900 рублей с каждого.  

Денежные средства, внесенные за истцов Адвокатским бюро «Трубор» подлежат  возврату с депозитного счета суда, по заявлению представителя истцов, на счет  Адвокатского бюро «Трубор».  

При вынесении резолютивной части решения, которая была оглашена в зале суда,  допущена арифметическая ошибка (опечатка) в указании госпошлины, подлежащей возврату  истцам из федерального бюджета по 2 000 рублей (без учета судебного акта АС г. Москвы о  прекращении производства по делу в части и не распределения госпошлины в указанной  части).  

Данная арифметическая ошибка (опечатка) подлежит исправлению, путем удаления  трех абзацев, которыми указано на возврат истцам из федерального бюджета  государственной пошлины, так как не затрагивает и не исправляет сути принятого решения.  

В соответствии со статьёй 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации данная арифметическая ошибка (опечатка) подлежит устранению при  изготовлении решения в полном объеме.  

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа  и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.  

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры разъясняет, что в  соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим  в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа  не позднее следующего дня после дня его принятия.  

По ходатайству указанных лиц копии решения, вынесенного в виде отдельного  судебного акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со  дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с  уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Руководствуясь статьями 9, 16, 64, 65, 71, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты- Мансийского автономного округа – Югры  

РЕШИЛ:

исковые требования акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственный  Пенсионный фонд», ФИО2, ФИО3  удовлетворить частично.  

1. Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую  репутацию акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственный Пенсионный  Фонд», ФИО3 и ФИО2 сведения,  распространенные обществом с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» в информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет  на сайте электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в информационной  телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу: www.ugrapro.ru. в  статье «Дорога на приватизацию Ханты-Мансийского негосударственного пенсионного  фонда» от 23.01.2015 г., расположенной на сайте СМИ «UgraPro» («ЮграПро») в сети  Интернет по адресу: http://www.ugrapro.ru/2015/01/23/doroga-na-privatizatsiyu-odnogo-iz- krupnvih-fmansovvih-aktivov-yugrvi-otkryita/::  

- Абзац 12 Статьи: «(...) Скорее всего, никогда вкладчики пенсионного фонда не узнают  насколько дороже были куплены строительные материалы у поставщиков «подконтрольных»  фирм, также никогда не узнают какая доля от продажи квартир осталась в качестве дохода у  «корешковых» учредителей этих ООО-шек (…)»;  

-Абзац 17 Статьи: «(…) Что же касается заработка руководителя, то по некоторой  информации Фондом на содержание супер-менеджмента, включая длительные  

командировки и оплату обучения в заграничных бизнес-школах, в 2013 году было потрачено  более 12 миллионов рублей!».  

2. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» в течение 10 дней со дня вступления решения по настоящему делу в законную  силу разместить в информационной телекоммуникационной сети общего пользования  Интернет на сайте электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в  информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу:  www.ugrapro.ru. решение суда по настоящему делу, разместив его на том же месте и тем же  шрифтом, что и спорные сведения.  

3. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» прекратить распространение указанных сведений, не соответствующих  действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию акционерного  общества «Ханты-Мансийский Негосударственный Пенсионный Фонд», ФИО3 и ФИО2, путем удаления частей статьи,  признанными решением суда не соответствующими действительности и порочащими  деловую репутацию Акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственный  Пенсионный Фонд», ФИО3 и ФИО2  с интернет-сайта электронного периодического издания «UgraPro», находящегося в  информационной телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресу:  www.ugrapro.ru.  

4. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в  размере 5 000 рублей и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере  5 000 рублей, всего 10 000 рублей.  

5. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 в  размере 5 000 рублей и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере  5 000 рублей, всего 10 000 рублей.  

6. Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда  в пользу ФИО2 в размере 5 000 рублей и судебные расходы по  уплате государственной пошлины в размере 1 000 рублей, всего 6 000 рублей.  

7. Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда  в пользу в пользу ФИО3 в размере 5 000 рублей  и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 000 рублей, всего  6 000 рублей  

8. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное рейтинговое  агентство» в пользу акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственной  Пенсионный фонд» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере  5 000 рублей.  

9. Взыскать с ФИО4 в пользу акционерного общества  «Ханты-Мансийский Негосударственной Пенсионный фонд» судебные расходы по уплате  государственной пошлины в размере 1 000 рублей.  

10. Взыскать с акционерного общества «Ханты-Мансийский Негосударственный  Пенсионный фонд» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Региональное  рейтинговое агентство» расходы по проведению судебной экспертизы в размере  6 900 рублей.  

11. Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Региональное рейтинговое агентство» расходы по проведению судебной  экспертизы в размере 6 900 рублей.  

12. Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Региональное рейтинговое агентство» расходы по проведению судебной  экспертизы в размере 6 900 рублей.  

13. Взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Региональное рейтинговое агентство» расходы по проведению судебной  экспертизы в размере 6 900 рублей.  

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Вернуть адвокатскому бюро «Трубор» с депозитного счета Арбитражного суда Ханты- Мансийского автономного округа – Югры денежные средства, перечисленные для  рассмотрения вопроса о проведении по делу судебной экспертизы и дополнительной  судебной экспертизы, по платежным поручениям № 336 от 28.09.2018 в размере  38 000 рублей, № 474 от 04.12.2018 в размере 59 152 рубля, № 68 от 18.02.2020 в размере  60 000 рублей.  

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия,  если не подана апелляционная жалоба.  

Не вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в Восьмой  арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия. Апелляционная  жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.  

Судья Н.Ю. Яшукова 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебногодепартамента

Дата 01.08.2019 5:36:06Кому выдана Яшукова Наталья Юрьевна