854/2024-9567(1) 

 АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-4136/2023

г. Краснодар

12 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 12 марта 2024 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Захарова В.В., судей Аваряскина В.В. и Зотовой И.И., при ведении протокола судебного  заседания помощником судьи Лыгиной А.В., при участии в судебном заседании,  проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – общества  с ограниченной ответственностью «Трест Росспецэнергомонтаж» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 28.07.2023), в отсутствие  ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Машинист» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>), извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим  образом, рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества  с ограниченной ответственностью «Машинист» на решение Арбитражного суда  Краснодарского края от 25.07.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 02.11.2023 по делу № А32-4136/2023, установил следующее.  

ООО «Трест Росспецэнергомонтаж» (далее – общество) обратилось в арбитражный  суд с иском к ООО «Машинист» (далее – компания) о взыскании 491 545 рублей  80 копеек пеней, а также пеней по дату фактического исполнения судебного акта.  

Решением суда от 25.07.2023, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 02.11.2023, иск удовлетворен.  

В кассационной жалобе компания просит отменить обжалуемые судебные акты.  Податель жалобы указывает, что неустойка подлежала списанию на основании  постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении  моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами»  (далее – постановление № 497).  

В отзыве на кассационную жалобу общество указало на ее несостоятельность,  а также законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.  

В судебном заседании представитель истца возражал против удовлетворения  жалобы.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав  представителя истца, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим  выводам.  

Из материалов дела видно и суды установили, что общество (покупатель)  и компания (поставщик) заключили договор от 20.12.2021 № ЗКЭФ-2021/105/КФ  на поставку седельного тягача и бортового полуприцепа (далее – договор).  

Согласно пункту 1.1 договора поставщик обязуется передать в собственность  покупателя седельный тягач и бортовой полуприцеп, а покупатель обязуется принять  и оплатить поставленный поставщиком товар (партию товара) в порядке и на условиях  договора.  

В соответствии с пунктом 1.2 договора количество, ассортимент и иные  характеристики товара указаны в спецификации и техническом задании.  

Цена договора составляет 14 436 тыс. рублей, в том числе НДС 20% –  2 406 тыс. рублей (пункт 2.1 договора).  

Срок поставки товара – 120 календарных дней с момента подписания договора  (пункт 4.1 договора). Поскольку договор заключен 20.12.2021, срок поставки истек  19.04.2022.  

Компания поставила обществу товар отдельными партиями: 

– 04.08.2022 на общую сумму 7 218 тыс. рублей (счета-фактуры от 04.08.2022   № НФ000002938 и НФ000002937);  

– 17.08.2022 на общую сумму 7 218 тыс. рублей (счета-фактуры от 17.08.2022   № НФ000003123 и НФ000004827).  

Общество направило компании претензию от 18.11.2022 с требованием погасить  неустойку за просрочку поставки товара.  

Невыполнение компанией данного требования послужило основанием  для обращения общества в арбитражный суд.  

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций  руководствовались статьями 307, 309, 310, 329, 330, 401, 405, 506 и 516 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьями 4, 5, 9.1, 16, 71,  100, 134, 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), положениями постановления № 497,  разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»  

(далее – постановление № 7), постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"»  (далее – постановление № 44) и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным  обязательствам в деле о банкротстве» и исходили из обоснованности начисления  обществу штрафных санкций. Суды указали, что с учетом согласованной сторонами даты  поставки (пункт 4.1 договора), обязательства по поставке товара являются текущими  (возникли после 31.03.2023), в связи с чем мораторий, введенный постановлением № 497  на начисление финансовых санкций в виде взыскания пени на спорную задолженность  не распространяется.  

Между тем суды не учли следующее. 

Применение ответственности к правонарушителю является вопросом права,  а вопрос квалификации правоотношений – это исключительная компетенция суда (часть 1  статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс), пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных  требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета  и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг  обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию,  проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат  применению в конкретном спорном правоотношении (пункт 27 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).  

Суд кассационной инстанции отмечает, что в данном деле подлежал рассмотрению  вопрос о возможности применения моратория на начисление неустойки, установленного  постановлением № 497.  

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве  для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных  ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля  и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести  мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами,  на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.  

Постановлением № 497 с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком  на шесть месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям,  подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе  индивидуальных предпринимателей (за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного  постановления).  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок  действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают  последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым – десятым пункта 1 статьи 63  данного Федерального закона.  

В силу абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве не начисляются  неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение  или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей,  за исключением текущих платежей.  

Введенный постановлением № 497 мораторий на удовлетворение требований  кредиторов как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной  направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима  в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки  хозяйствующим субъектам.  

Разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого  в определенных случаях, даны в пункте 1 постановления № 44.  

В силу пункта 7 указанного постановления в период действия моратория проценты  за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса),  неустойка (статья 330 Гражданского кодекса), пени за просрочку уплаты налога или сбора  (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции  не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему  под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63  Закона о банкротстве).  

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи  с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности  направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период  его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными  и экстраординарными обстоятельствами. Данный подход изложен в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028.  

Введенным мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных  финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных  обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.  

Юридически значимым обстоятельством для квалификации требования  как попадающего под действие постановления № 497 является момент возникновения  обязательства. После истечения срока исполнения обязательства лишь наступает  неисправность должника по обязательству, то есть начинает течь просрочка исполнения,  само же обязательство по предоставлению исполнения возникает раньше.  

По общему правилу требования к лицу, находящемуся в процедурах банкротства,  устанавливаются в реестре и учитываются в денежной форме. Те имущественные  требования, которые имеют неденежное выражение (например, о создании и передаче  имущества, об обязании совершить предоставление в натуральной форме), подлежат  для целей банкротства трансформации в денежные, чем обеспечивается равное правовое  положение всех кредиторов, независимо от вида обязательства (пункт 34 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).  

Поэтому положения абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве  о неначислении неустойки фактически носят генеральный характер и применяются  ко всем реестровым имущественным требованиям кредитора (применительно  к мораторию – к имущественным требованиям, возникшим до его введения).  

При обратном подходе кредитор получал бы предпочтительное удовлетворение  своих требований из конкурсной массы перед иными кредиторами, что противоречит  принципу очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов  (пункты 2 и 3 статьи 142 Закона о банкротстве). Данная правовая позиция отражена  в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845.  

Экономический механизм моратория заключается в том, что законодатель  моделирует ситуацию, при которой дело о банкротстве должника как бы возбуждено,  то есть действуют предусмотренные Законом о (банкротстве) ограничения для реестровых  кредиторов, но при этом не позволяет собственно возбудить дело о банкротстве, чтобы  должник не погружался в принудительную ликвидацию из-за финансового кризиса,  а сохранил возможность осуществления хозяйственной деятельности и, соответственно,  потенциальную вероятность выхода из кризиса с учетом временного блокирования  санкций по реестровым требованиям.  

При введении моратория должник не может находиться в худшем положении,  чем находился бы при отсутствии моратория, когда в отношении него могло быть  возбуждено дело о банкротстве. Другими словами, если при возбуждении дела  о банкротстве кредитор не вправе претендовать на какое-либо предоставление  от должника (в частности, санкции), то при моратории это право у кредитора также  

отсутствует, иначе мораторий как мера экономической защиты должников утрачивает  смысл.  

Финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения  моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1,  абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2023   № 305-ЭС23-4006, поскольку неустойка является мерой гражданско-правовой  ответственности за нарушение обязательств, а лицо, допустившее нарушение, послужившее  основанием для начисления неустойки, находится в процедуре банкротства на момент  подачи иска о взыскании штрафных санкций, то в первую очередь для целей определения,  в каком порядке подлежит рассмотрению это заявление (в общеисковом или в деле  о банкротстве ответчика), суду следует установить, когда именно возникла обязанность  должника (ответчика) исполнить обязательство, нарушение которого повлекло  начисление неустойки. Именно от установления обстоятельств возникновения  обязанности ответчика исполнить обязательство, нарушение которого повлекло  начисление таких штрафных санкций, зависит квалификация заявленного кредитором  (истцом) требования, поскольку дополнительное требование (неустойка) следует судьбе  основного.  

Суд кассационной инстанции отмечает, что в пункте 19 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденном Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, выработана правовая позиция,  согласно которой для определения того, является ли денежное требование текущим,  необходимо установить дату его возникновения и соотнести указанную дату с моментом  возбуждения дела о банкротстве. Текущим является то требование, которое возникло  после названного момента.  

Срок исполнения обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого  обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его  исполнения либо нет.  

В рассматриваемом случае обстоятельства возникновения обязательств ответчика,  нарушение которых повлекло начисление неустойки, судами не выяснены, их  квалификация для целей применения моратория, судами не дана, ввиду чего выводы судов  об удовлетворении требований истца являются преждевременными.  

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты, как принятые  с нарушением норм материального права при неполно выясненных фактических  обстоятельствах дела в соответствии с частью 2 статьи 288 Кодекса подлежат отмене.  

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется  установление всех имеющих значение для данного дела обстоятельств, в частности,  проверка расчета размера неустойки, что невозможно в арбитражном суде кассационной  инстанции в силу его полномочий, судебные акты подлежат отмене с направлением дела  на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287  Кодекса).  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное,  полно и всесторонне исследовать и оценить имеющиеся в деле доказательства,  при необходимости принять меры к получению дополнительных доказательств  и выяснению обстоятельств, приведенных в постановлении, проверить все заявленные  сторонами доводы, принять судебный акт при правильном применении норм  материального и соблюдении норм процессуального права, в котором указать мотивы,  по которым суд согласился с доводами и возражениями участвующих в деле лиц  или отклонил их, со ссылкой на нормы права.  

Руководствуясь статьями 274, 286 − 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2023 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2023 по делу № А32-4136/2023  отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского  края.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий В.В. Захаров  Судьи В.В. Аваряскин  

 И.И. Зотова