СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5912/2022(11)-АК

Дело № А71-5162/2020

03 июля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В., 

судей                                               Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании: 

от ответчика ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 30.05.2023, паспорт);

от кредитора, ООО «Производственно-финансовая компания «Зардон-групп» – ФИО4 (доверенность от 24.01.2023, паспорт);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 19 апреля 2023 года о признании недействительной сделки - договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.03.2017, заключенного между гражданином ФИО6 и ФИО2,

вынесенное в рамках дела № А71-5162/2020 

о банкротстве ФИО6 (ИНН 

<

***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.05.2020 к производству суда принято (поступившее в суд 19.05.2020) заявление ФИО7 о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.09.2020 заявление ФИО7 признано обоснованным, в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО9, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.06.2021 (резолютивная часть от 28.05.2021) ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.07.2021 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника, таковым утвержден ФИО5, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 19.01.2022 поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.03.2017, заключенного между ФИО6 и ФИО2; применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО6 на гараж, общей площадью 172 кв.м.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.04.2023 (резолютивная часть от 18.04.2023) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Финансовый управляющий ФИО5, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает, что при вынесении обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не было принято во внимание, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, совершенную со злоупотреблением правом, как ничтожную по ст. 10 и 168 ГК РФ. Указывает, что к моменту совершения спорной сделки по договору купли-продажи от 13.03.2017 у должника ФИО6 уже имелись неисполненные обязательства на сумму более 40 млн. рублей, в том числе: перед кредитором ФИО10 по договору займа от 18.11.2014 (подтвержден вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 15.12.2016 по делу № 2-8627/2016) и по договору займа от 06.10.2014 - сроком возврата 06.04.2015; перед кредитором ФИО11 по договору займа от 03.02.2014 – сроком возврата займа 04.08.2016 и перед кредитором ФИО7 по договору займа от 01.10.2016 – сроком возврата 01.02.2017. Ссылаясь на то, что в рамках дела по рассмотрению искового заявления ФИО10 к ФИО6 о взыскании задолженности по договору займа, Октябрьским районным судом г. Ижевска был наложен арест на имущество ФИО6 в пределах суммы иска – 19 339 658 руб. 34 коп. (Октябрьским районным судом г. Ижевска был выдан исполнительный лист, на основании которого 10.1.2016 Октябрьским РОСП г. Ижевска возбуждено исполнительное производство № 74542/16/18021-ИП), указав на то, что спорный договор купли-продажи был заключен ФИО6 и ФИО2 13.03.2017, а государственная регистрация перехода права собственности была проведена лишь 05.06.2018, настаивает на том, что покупатель ФИО2, выступающая заявителем при подаче документов на государственную регистрацию, не могла не знать о причинах приостановления государственной регистрации сроком более чем на 1 год. Кроме того, оспаривает вывод суда о том, что оплата по договору купли-продажи была произведена наличными денежными средствами, поскольку условиями договора предусмотрена безналичная оплата (пункт 4.1 договора), настаивает на том, что оплата по договору не подтверждена надлежащими доказательствами. Отмечает, что не смотря на то, что материалами дела подтверждается факт дальнейшего пользования нежилым помещением ФИО6, суд пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим мнимости сделки. Оспаривает вывод суда о том, что на момент заключения договора купли-продажи от 13.03.2017 у ФИО2 при наличии ее осведомленности о кредиторах должника не было никаких оснований полгать, что обязательства перед кредиторами не будут исполнены, так как на момент заключения сделки все заемные обязательства ФИО6 были обеспечены залогом имущества ООО «Культура», которого хватало для погашения задолженности. Считает, что судом первой инстанции не было дано оценки тому, что обращение взыскания на заложенное имущество, является правом стороны и одним из способов защиты имущества прав и компенсацию потерь, в результате ненадлежащего выполнения условий договора контрагентами, а не обязанностью взыскателя (ст. 348 ГК РФ). Обращает внимание суда, что по состоянию, на текущую дату договоры залога в отношении недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Культура», признаны недействительными сделками, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по делам № А71-16188/2017, № А71-9349/2017 и № А71-10029/2017. Настаивает на том, что судом первой инстанции учтена вся совокупность доказательств, а именно: сделка совершена с заинтересованным лицом – матерью супруги должника, что не оспаривается сторонами; в результате совершения сделки причинен вред конкурсным кредиторам – на дату совершения сделки имелись неисполненные обязательства должника на сумму более 40 млн. рублей, в связи с выводом актива кредиторы лишены возможности получения удовлетворения своего требования; сделка совершена безвозмездно – соглашение об авансе не может считаться надлежащим доказательством об оплате, оплата по расчетному счету, как предусмотрено условием договора не подтверждается; сделка совершена со злоупотреблением права – при наличии ареста, вынесенного службой судебных приставов в отношении конкретного объекта недвижимости; после совершения сделки должника продолжал пользоваться нежилым посещением – п. 4.1 договора купли-продажи. 

До начала судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв, в котором ответчик просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель кредитора ООО Производственно-финансовая компания «ЗАРДОН-групп» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление финансового управляющего.

Представитель ФИО2 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными этим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве. 

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Как следует из материалов дела, в качестве обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, финансовым управляющим указано, что на момент заключения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности, оспариваемый договор заключен с заинтересованным лицом.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми: они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства совершения сделки в установленный период подозрительности, причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением арбитражного суда от 20.05.2020, оспариваемая сделка заключена 13.07.2017, переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован 05.06.2018, то есть в пределах подозрительности, установленной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25.12.2009 между ФИО6 И ФИО12 заключен брак.

Решением мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского района г. Ижевска от 03.05.2017 по делу № 2-657/2017 брак расторгнут.

Между ФИО6 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 13.03.2017 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества.

Согласно пункта 1.1. продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующий объект недвижимости – гараж, назначение: нежилое здание, 1-этажный (подземных этажей - 0), общая площадь 172 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: Удмуртская Республика, г. Ижевск, пос. Сосновый бор, 45, кадастровый (или условный) номер: 18:26:010203:162.

Между ФИО13 и ФИО2 13.03.2017 подписан акт приема-передачи недвижимого имущества.

В соответствии с пунктом 3.1. договора купли – продажи общая стоимость отчуждаемого объекта недвижимости составляет 5 000 000 руб.

Управлением Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике 05.06.2018 произведена государственная регистрация перехода права собственности.

Участвующими в деле не оспаривается, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.03.2017 заключен с заинтересованным лицом ФИО2, которая является матерью бывшей супруги должника.

Согласно части 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Вместе с тем, сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не свидетельствует об отсутствии реальных взаимоотношений по оспариваемой сделке и намерении сторон при заключении договора причинить вред кредиторам.

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, заключение сделки с заинтересованным лицом не порождает никаких гражданско-правовых последствий при оспаривании сделки по общим основания недействительности сделок, тем более не подтверждает мнимость сделки.

В соответствии с пунктом 4.1 договора, покупатель обязался оплатить стоимость объекта недвижимости, указанную в пункте 3.1 договора, путем передачи денежных средств.

Во исполнение условий договора, между ФИО6 и ФИО2 25.01.2017 заключено соглашение об авансе, согласно которому продавец получил от покупателя наличными денежными средствами 3 000 000 руб. в качестве предоплаты (аванса) за предстоящую продажу продавцом покупателю объекта недвижимости.

Данное соглашение подписано лично ФИО6 и ФИО2

Согласно расписке от 13.03.2017 ФИО6 получил от ФИО2 2 000 000 руб. в качестве оплаты по договору купли-продажи гаража от 13.03.2017.

Принимая во внимание, что согласно копии налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2016 год доходы ФИО2 позволяли приобрести недвижимое имущество стоимостью 5 000 000 руб., суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что договор купли – продажи недвижимого имущества от 13.03.2017 является возмездной сделкой и полностью оплачен ФИО2

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Вместе с тем, как правильно установил суд первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего спора, после заключения оспариваемого договора ФИО2 в установленном законом порядке была произведена регистрация перехода к ней права собственности на спорное недвижимое имущество. 

Наличие родственных отношений между сторонами сделки само по себе, с учетом наступления правовых последствий, предусмотренных для сделки данного вида, не свидетельствуют о её мнимости.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае финансовым управляющим мнимость сделки не доказана.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в реестр требований кредиторов включены следующие кредиторы, перед которыми на дату совершения сделки имелась задолженность: ФИО7 задолженность в сумме 11 287 133 руб. 40 коп., ФИО10 в размере 52 435 877 руб. 82 коп., ФИО11 в размере 16 609 016 руб. 05 коп. Займы перед этими кредиторами обеспечивались залогом имущества ООО «Культура».

На момент заключения договора купли – продажи от 13.03.2017 у ФИО2 при наличии ее осведомленности о кредиторах должника не было никаких оснований полагать, что обязательства перед кредиторами не будут исполнены, поскольку на момент заключения сделки все заемные обязательства ФИО6 были обеспечены залогом имущества ООО «Культура», которого хватало для погашения задолженности.

Кроме этого, как верно отмечено судом первой инстанции, финансовым управляющим оспаривался договор купли-продажи недвижимого имущества № 1 от 15.04.2016, заключенный между ФИО6 и ФИО2 и применить последствия недействительной ничтожной сделки – в виде возврата в конкурсную массу:

- земельного участка категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: для завершения строительства, дальнейшая эксплуатация жилого дома и ведение личного подсобного хозяйства, общая площадь 1 4921 кв.м., адрес: Удмуртская Республика, г. Ижевск, микрорайон Сосновый Бор, 45, кадастровый (условный) номер: 18:26:010203:0045;

- жилого дома общей площадью 391,3 кв.м., этажи – 4, в том числе подземных -1, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 18:026:010203:0045:188;

- нежилого здания (баня) общей площадью 155,5 кв.м. этажи -1, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 18:026:010203:0045:189.

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 03.02.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества № 1 от 15.04.2016, заключенного между ФИО6 и ФИО2 отказано.

В настоящем обособленном споре финансовый управляющий просит признать недействительным договор купли-продажи гаража, который находится на этом же земельном участке и прилегает к оспариваемому ранее дому.

В силу пункта 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из положений части 1 статьи 64 АПК РФ следует, что доказательства - это сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, а риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В силу статей 67, 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Принимая во внимание, что финансовым управляющим не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что спорная сделка совершена во вред имущественным интересам должника и его кредиторам, в условиях отсутствия равноценного встречного исполнения по ней, также то, что стороны сделки имели целью заключения вышеназванного договора причинение вреда имущественным интересам кредиторов, а также учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих наличие признаков недействительности спорной сделки, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае основания для удовлетворения заявления финансового управляющего о признании договора купли-продажи № 1 от 15.04.2016 недействительной сделкой отсутствуют.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 апреля 2023 года по делу № А71-5162/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

 

Л.М. Зарифуллина