ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

25.07.2023

Дело № А41-94187/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2023 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: В.З. Уддиной, А.А. Дербенева,  

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего АО «ШОССЕ» ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт РФ,

рассмотрев 18.07.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего АО «ШОССЕ» ФИО1

на определение от 23.12.2022

Арбитражного суда Московской области,

на постановление от 24.04.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению АО «ШОССЕ» о включении в реестр требований кредиторов должника требования на сумму 555 797 807,26 руб. основного долга,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мособлинжспецстрой» 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.05.2022 в отношении должника ООО «Мособлинжспецстрой» введена процедура банкротства – наблюдение;  временным управляющим должником утвержден член СОЮЗА АУ «Возрождение» ФИО2.

            АО  «ШОССЕ» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника его требования на сумму 555 797 807,26 руб. основного долга.

            Арбитражный суд Московской области определением от 23.12.2022 заявление удовлетворил частично. Признал требование АО «ШОССЕ» к ООО «МОИСС» на сумму 396 807 907,05 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в порядке предликвидационной квоты. В остальной части заявление оставил без удовлетворения.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 23.12.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий АО «ШОССЕ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 полностью и определение Арбитражного суда Московской области от 23.12.2022  в части и включить требование АО «ШОССЕ» в размере 555 797 807, 26 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего АО «Шоссе» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Иные лица,   участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

            Требование АО «ШОССЕ» в размере 555 797 807,26 руб. основано на заключенных между ним и должником договорах субподряда № 12/Ц-26 от 09.11.2015 (задолженность по выполненным работам) и № 12/Ц-26 от 09.11.2015 (задолженность по выплате гарантийного удержания 5%).

            Арбитражным судом установлено, что между ООО «МОИСС» (Подрядчик) и АО «ШОССЕ» (Субподрядчик) заключен договор субподряда №12/Ц-26 от 09.11.2015, предметом которого является выполнение комплекса работ «под ключ» по подготовительным работам, устройству земляного полотна, дорожной одежды, пересечения и примыкания (транспортные развязки и пересекаемые дороги), малых искусственных сооружений (трубы-основной ход) и ливневой канализации (ПК 627-841, включая транспортную развязку №31) на Объекте: «Строительство Центральной кольцевой дороги Московской области. Пусковой комплекс (этап строительства) №5».

            Указанный договор заключен в целях исполнения обязательств по долгосрочному инвестиционному соглашению и договору подряда № Д-КМ-2015-15/1 от 09.06.2015г. между ООО «Кольцевая Магистраль» и ООО «МОИСС» (пункты 1.6, 1.7 договора).

            В соответствии с п. 1.1 договора Субподрядчик обязался в порядке и на условиях, установленных настоящим договором и приложениями к нему, выполнить комплекс работ «под ключ» по подготовительным работам, устройству земляного полотна, дорожной одежды.

            Пересечения и примыкания (транспортные развязки и пересекаемые дороги). Малых искусственных сооружении (трубы - основной ход) и ливневой канализации (ПК 627- 841, включая транспортную развязку № 31) на объекте: «Строительство Центральной кольцевой автомобильной дороги Московской области, Пусковой комплекс (этап строительства) № 5 (далее – «Объект»).

            В соответствии с нормами действующего законодательства, с проектной и рабочей документацией, в объеме, предусмотренном в ведомости объемов и стоимости работ, и передать результат подрядчику в сроки, указанные в статье 3 договора и графике производства работ.

            Общая стоимость работ, порученных субподрядчику, составляет 8 970 316 436,84 руб.

            Согласно графику производства работ, срок окончания работ не позднее 31.10.2018.

            Подрядчиком на расчетный счет Субподрядчика перечислены авансовые платежи в общей сумме 6 108 621 702 руб. 98 коп.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 23.2.1 договора, в связи с существенным нарушением субподрядчиком условий договора, письмом № И-2020-0026/1 от 10.01.2020 ООО «МОИСС» по основаниям, обусловленным разделом 23 договора, направило АО «ШОССЕ» заявление о прекращении договора, полученное должником 25.02.2020.

            Сумма выполненных работ составила 4 872 556 628,05 руб. (в том числе 5% гарантийного удержания 243 627 831,40 руб.), из которых сумма погашенных авансов составляет 3 926 583 917,43 руб.

            Не оплаченная часть выполненных и принятых подрядчиком работ соответственно равна 945 972 710,62 руб., в том числе 47 298 635,53 руб. 5% гарантийных удержаний.

            Подрядчиком в адрес АО «ШОССЕ» произведено частичное перечисление задолженности в размере 633 802 734,76 руб.

            Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.07.2022 требование ООО «МОИСС» на сумму оплаченных, но не возвращенных авансов по рассматриваемому договору учтены в реестре АО «ШОССЕ».

            Согласно произведенному АО «ШОССЕ» расчету задолженность ООО «МОИСС» в размере 555 797 807, 26 образовалась следующим образом:

            290 926 466,93 руб. – гарантийное удержание по договору субподряда №12/Ц-26 от 09.11.2015 (243 627 831,40 руб. +47 298 635,53 руб.).

            264 871 340,33 руб. – задолженность по выполненным и принятым работам по договору субподряда №12/Ц-26 от 09.11.2015 (945 972 710,62 руб. - 47 298 635,53 руб. - 633 802 734,76 руб.).

            28.12.2020 строительство Центральной кольцевой дороги Московской области Пусковой комплекс (этап строительства) №5 завершено.

            У АО «ШОССЕ» возникло право требования выплаты с ООО «МОИСС» гарантийного удержания в размере 5 818 529 338 руб. 67 коп (5% от 4 872 556 628,05 руб. + 945 972 710,62 руб.).

            Обязательство по возврату денежных средств до настоящего момента со стороны ООО «МОИСС» не исполнено.

            В рассматриваемом случае, признавая заявление обоснованным и понижая очередность требований, судами принято во внимание, что кредитор является аффилированным лицом должника.

            Так судами установлено, что должник и кредитор входят в одну группу лиц. АО «ШОССЕ» не обращалось в суд с заявлением о признании ООО «МОИСС» банкротом, несмотря на то, что ООО «МОИСС» длительное время находилось в состоянии имущественного кризиса.

            Кроме того, решением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2021 по делу № А40-219823/20-17-1539 установлено, что ООО «ИФСК «АРКС», ООО «АРКС ИНЖ», ООО «АРКС ГС», ООО «АРКС ЭНЕРГОМОНТАЖ», ООО «АРКС МТ», ООО «КОЛЬЦЕВАЯ МАГИСТРАЛЬ», ООО «ТРАНСКАПСТРОЙ», ООО «МОИСС», АО «ШОССЕ» во взаимоотношениях с третьими лицами позиционируют себя в качестве группы компаний, имеющих общие экономические интересы.

            Суды установили, что АО «ШОССЕ» являясь аффилированным лицом по отношению к ООО «МОИСС», зная о наличии неисполненных обязательств ООО «МОИСС» по вышеуказанным договорам, бездействовало, что выражалось в невостребовании образовавшейся задолженности посредством предъявления иска о взыскании задолженности, чем фактически представило ООО «МОИСС» компенсационное финансирование.

            Суды также посчитали, что АО «ШОССЕ» не могло не знать о том, что входящий в его группу должник находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует реальная угроза неполучения денежного исполнения по указанным договорам.

            В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от исполнения договора либо переход на условие «услуга против платежа».

            Это предопределено сущностью конструкции коммерческой организации, предполагающей имущественную обособленность названного субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), извлечение им прибыли в качестве основной цели деятельности (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

            Кредитор в спорных обстоятельствах, как установили суды, вел себя иным образом. Непредъявление кредитором требований к должнику об уплате задолженности по указанным договорам в течение длительного времени в ситуации имущественного кризиса должника следует расценить как попытку сокрытия ситуации возникшего продолжительного имущественного кризиса, что не соответствует законным интересам иных лиц - других кредиторов должника, которые в результате длительного невозбуждения дела о банкротстве лишены реальной возможности оценить действительное финансовое состояние своего контрагента.

            Суды отметили, что АО «ШОССЕ»  не представило достаточных доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что, не истребуя задолженность, оно действовало, исходя из объективных рыночных условий.

            Таким образом, учитывая что ни должником, ни АО «ШОССЕ»  не объяснена экономическая целесообразность совершения сделок между ними с точки зрения деятельности коммерческих организаций, главной целью которых является получение прибыли, не представлены пояснения относительно столь длительного периода времени непредъявления к должнику требований об уплате долга, неоднократное продление срока возврата долга, а также то, что действия названных субъектов в данном случае синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин, они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы, выходят за пределы обычного и разумного поведения участников гражданского оборота, суды пришли к выводу о том, что данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии вхождения в одну группу лиц и фактической аффилированности между должником и АО «ШОССЕ».

            Судами также установлено, что аффилированность должника и АО «ШОССЕ» также подтверждается информацией из открытых источников систем СПАРК.

            В связи с чем суды указанные действия кредитора расценили,  как использование преимущества своего положения для выведения одной стороны из состояния имущественного кризиса.

            Доводы АО «ШОССЕ» относительно того, что оно не могло осуществлять компенсационное финансирование, так как оно являлось подконтрольным ООО «МОИСС» обществом мотивированно отклонены судами, поскольку  АО «ШОССЕ» и ООО «МОИСС» во взаимоотношениях с третьими лицами позиционируют себя в качестве группы компаний, имеющих общие экономические интересы, а потому имеет место фактическая аффилированность и заинтересованность во взаимных отношениях, что подтверждается буклетом группы компаний АРКС, размещенным на официальном сайте компании АРКС в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

            Так,  в соответствии с указанным буклетом АО «ШОССЕ» и ООО «МОИСС» входят в группу компаний АРКС и совместно осуществляют деятельность.

            Указанные обстоятельства, по мнению судов, указывают на подконтрольность единому центру, а именно ООО «ИФСК «АРКС» возглавляющему группу компаний АРКС, как АО «ШОССЕ», так и ООО «МОИСС».

            В данном случае, суды посчитали, что ООО «ИФСК «АРКС» проводило компенсационное финансирование подконтрольных ему лиц, в том числе и должника, как самостоятельно, так и через иных лиц, входящих в его группу компаний.

            Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами принято во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

            В рамках же настоящего обособленного спора, судами установлено, что в данном случае факт аффилированности (фактической) подтвержден, как неэкономическим поведением сторон и решением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2021 по делу № А40-219823/20-17-1539, так и системой СПАРК.

            Требование заявителя в части 264 871 340,33 руб. возникло в связи с неисполнением обязательств по договору субподряда № 12/Ц-2609.11.2015.

            Кроме того, до вынесения судебного акта по существу требования, конкурсными кредиторами заявлено о пропуске срока исковой давности по требованию.

            Судами установлено, что с настоящими требованиями истец обратился в арбитражный суд только 27.06.2022 (посредством системы «Мой арбитр»), следовательно, исковая давность пропущена по актам до 20.06.2019.

            Оснований для вывода о том, что имели место перерыв или приостановление течения срока исковой давности (ст. ст. 202, 203 ГК РФ) применительно к отношениям сторон арбитражным судами не установлено.

            При указанных обстоятельствах, суды пришли к выводу, что требования АО «ШОССЕ» на сумму 158 989 900,21 руб. в части задолженности по выполненным и принятым работам по договору субподряда № 12/Ц-26 в реестр требований кредиторов должника удовлетворению не подлежат.

            При изложенных обстоятельствах суды признали обоснованным требование АО «ШОССЕ» к ООО «МОИСС» в размере 396 807 907,05 руб. основного долга и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).

            На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

            В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

            Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №35 от 22.06.12 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

            Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

            В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

            С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - Обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

            В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 января 2020 г.) требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

            В силу статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

            хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

            хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

            юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

            хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

            хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

            физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

            лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

            хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

              Требование аффилированного к должнику лица, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса должно удовлетворяться из имущества оставшегося, после расчетов с другими независимыми кредиторами.

            Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

            В силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

            По смыслу названной нормы, к подобному роду обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются.

            При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов, его участник, как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"), объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

            Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

            В соответствии с пунктом 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор), очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

            В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора, лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

            Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

            С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, а также разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, суды правомерно признали требование кредитора подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

            В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629 изложена правовая позиция о том, что в ситуации когда конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, судам следует проанализировать поведение лиц, которые входят в одну группу.

            О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

            Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судом приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

            Кроме того, согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

            В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

            Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

            В силу пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

            Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

            Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

            Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

            Срок исковой давности по заявленному требованию устанавливается в соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет три года.

            Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 200 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 23.12.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 по  делу №А41-94187/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     В.З. Уддина 

                                                                                  А.А. Дербенев