ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.11.2023                                                                                 Дело № А40-200362/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16.11.2023

Полный текст постановления изготовлен 23.11.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании:

ФИО1 – лично, паспорт РФ,

от УФНС России по г. Москве – ФИО2, доверенность от 15.11.2023,

от конкурсного управляющего должника – ФИО3, доверенность от 20.10.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками платежи по договору займа от 01.09.2016 № 6-09 на общую сумму 5 434 605 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 5 434 605 руб.,

по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «Бригадир Текнолоджис»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022 АО «Бригадир Текнолоджис» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками платежей по договору займа от 01.09.2016 № 6-09 на общую сумму 5 434 605 руб. и применении последствий их недействительности.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

            В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В порядке стать 279 АПК РФ к материалам обособленного спора приобщен отзыв ФИО1 на кассационную жалобу.

            В судебном заседании суда кассационной инстанции представители конкурсного управляющего должника и УФНС России по г. Москве поддержали кассационную жалобу по указанным в ней доводам, ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

            Как установлено судами, между ФИО1 (заимодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа от 01.09.2016 № 6-09, согласно которому заимодавец передал в собственность заемщика денежные средства в размере        4 600 000 руб., а заимодавец обязался вернуть денежные средства в срок до 01.03.2017 и уплатить проценты за пользование ими в размере 13,75%.

            В период с 05.10.2016 по 15.03.2016 в счет погашения суммы основного долга ФИО1 были выплачены денежные средства в размере 4 600 000 руб. и проценты за пользование заемными денежными средствами в размере 834 605 руб.

            Из решения ИФНС России № 14 по г. Москве от 16.08.2018 № 1853 судами установлено, что в период с 01.01.2013 по 31.12.2015 должником были совершены действия по занижению налогооблагаемой базы по налогам на прибыль организаций и НДС (создание фиктивного документооборота), в результате которых должнику были доначислены налоги за указанный период в размере 414 925 219 руб., в том числе по основному долгу - 273 870 711 руб.

            Также из решения ИФНС России № 6 по г. Москве № 20-10/3049 от 26.07.2021 следовало, что в период 01.01.2016 по 31.12.2017 должником были совершены действия по занижению налогооблагаемой базы по налогам на прибыль организаций и НДС (создание фиктивного документооборота), в результате которых должнику были доначислены налоги за указанный период в размере 134 918 067 руб., а также штрафы в размере 5 310 189 руб., и пени в размере 49 742 933 руб.

            Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды исходили из того, что объективных и документально обоснованных доводов, свидетельствующих о противоправности оспариваемых сделок, в материалы дела не представлено.

            Судами установлено, что договор займа не имел характера мнимости или притворности. В день заключения договора займа ответчик перевел полную сумму займа на счет общества пятью траншами, что подтверждалось платежными поручениями № 20, 21, 22, 24 и 26.

            Кроме того, суды отметили, что на дату заключения договора займа (01.09.2016) средняя ставка по кредитам для бизнеса составляла 16,77%, когда как ставка по договору займа составляла 13,75%, что было выгодно для общества.

            Суды указали, что срок возврата займа по договору был установлен до 01.03.2017, то есть заем не был возвращен досрочно.

            На основании изложенного суды констатировали, что сделка была осуществлена на рыночных условиях, в полном соответствии с условиями договора займа, в целях исполнения реального обязательства должника перед ответчиком, а не в целях вывода активов должника.

            При этом суды также указали, что на момент совершения сделки у общества отсутствовали неисполненные обязательства перед бюджетом.

            Делая данный вывод, суды исходили из того, что задолженность перед бюджетом, которую общество не смогло погасить, в результате чего было признано банкротом, возникла не ранее 12.02.2020 (дата вынесения акта по результатам второй налоговой проверки), то есть через два года после совершения оспариваемых сделок, поскольку общество погасило заем перед ответчиком 15.03.2018.

            Ссылка на использование обществом схемы уклонения от уплаты налогов и привлечение общества к налоговой ответственности за период 2013-2015 (первая проверка) признана судами нерелевантной для целей рассмотрения настоящего требования, поскольку решение о привлечении общества к налоговой ответственности по результатам первой проверки также было вынесено только через пять месяцев после совершения сделки, все доначисления по результатам первой проверки были обществом погашены в полном объеме, а супруг ответчика не был причастен к созданию и использованию схем уклонения от уплаты налогов и не знал и не мог знать об использовании обществом схемы уклонения на момент совершения сделки.

            Указав, что на момент совершения сделки, а также после ее совершения у общества отсутствовали какие-либо признаки неплатежеспособности, поскольку сумма займа к выручке должника в 2018 году составляла 0,33%, а сумма займа к активам должника в 2018 года составляла 0,62%, то есть сумма сделки являлась незначительной для общества, суды указали следующее.

            Согласно акту по результатам второй налоговой проверки первоначальная сумма доначислений составила более 500 млн. рублей, что послужило основанием для фактического прекращения деятельности общества, которое в итоге привело к его неплатежеспособности.

            Кроме того, как было указано в разделе 1.1, проверка была начата 24.09.2018, то есть через полгода после совершения сделки, а акт о результатах проверки был составлен 12.02.2020, то есть через два года после совершения сделки.

            Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды констатировали, что на момент совершения сделки общество не было привлечено к налоговой ответственности, в отношении него не была начата налоговая проверка, а сумма сделки составляет всего 3% от требований налогового органа.

            В обжалуемых судебных актах суды отразили, что после совершения сделок обществом была получена чистая прибыль, размер которой превышал чистую прибыль за предыдущий год.

            В связи с чем суды указали, что причинно-следственная связь между совершением сделки и неспособностью общества удовлетворить требования кредиторов отсутствует.

            Также суды указали, что ФИО1 на момент совершения сделки не знала и не могла знать об использовании обществом схем уклонения от уплаты налогов и возможных будущих налоговых обязательствах, которые, возможно, не смогут быть исполнены обществом. 

            При таких обстоятельствах суды констатировали, что сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, а достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие обоснованность требований (факт присвоения спорной суммы без встречного предоставления, факта осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества), не представлено.

            Также суды констатировали, что объективных и документально обоснованных доводов, свидетельствующих о противоправности заключенной сделки, в материалы дела не представлено, равно как и доказательств того, что сделка отличается в худшую сторону, от условий иных подобных сделок, заключаемых при аналогичных условиях, в связи с чем указанные сделки признаны не притворными.

            Судебная коллегия суда кассационной инстанции не может согласиться с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходя из следующего.

            Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

            лицо, которое в соответствии с Федеральным законом «О защите конкуренции» от 26.07.2006 № 135-ФЗ (далее – Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником;

            лицо, которое является аффилированным лицом должника.

            Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

            В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

            В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

            Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

            Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25).

            В пункте 10 Информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

            Возврат мажоритарным участником не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки финансирования, ранее предоставленного им для завуалирования кризиса, в ситуации, когда должник в силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве уже обязан был обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, является злоупотреблением правом со стороны выдавшего заем мажоритарного участника.

            Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734(4,5).

            В соответствии с пунктом 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса.

            Суд кассационной инстанции полагает обоснованным довод кассатора о наличии заинтересованности ФИО1 к должнику, поскольку ФИО1 является супругой ФИО5 (директор должника), опровержения аффилированности ФИО1 представлено не было, в связи с чем ее осведомленность о финансовом состоянии общества презюмируется.

            Не получили оценки судов доводы кассатора о том, что из текстов решений налоговых органов следует, что должник уже после первоначального привлечения его к налоговой ответственности за неправомерное занижение налоговой базы в 2013-2015 годах, продолжил заниматься тем же самым уже 2016-2018 годах. 

            Более того, кассатор указывал, что должник продолжалиспользовать те же самые схемы по занижению налогооблагаемой базы, и те же самые фирмы однодневки – ООО «Торгснаб», причем на данный факт указывал и сам ответчик, уже после вынесения решения Инспекции ФНС России № 14 по г. Москве от 16.08.2018 № 1853, с которым он был ознакомлен, ФИО5 не прекратил совершение тех же самых сделок.

            Кассатор также указывает, что им были отмечены такие признаки недействительности сделки, как систематичность (возмещение по займам получили ФИО1, ФИО6, ФИО7 и его дети, ФИО5), выплата сумм по договору в период образования налоговой задолженности (создание фиктивного документооборота), заключение идентичных займов с аффилированными лицами (участниками, директором и их близкими родственниками), противоправная цель (выводу имущества общества посредством выплаты себе денежных средств по договорам займа преимущественно перед уполномоченным органом).

            Кроме того, кассатор обращал внимание на тот факт, что с 2014 по 2020 годы предприятием реализовывалась схема ведения бизнеса, при которой на протяжении 6 лет (2013-2018 год) искусственно и неправомерно занижалась налогооблагаемая база путем создания заведомо необоснованных долгов перед аффилированными лицами.

            При этом доля денежных средств, направленных на погашение таких долгов составляла более 80% от общих затрат должника.

            Вместе с тем указанные доводы не получили оценки судов первой и апелляционной инстанций и не отражены в обжалуемых судебных актах.

            Также суд кассационной инстанции соглашается с доводом кассационной жалобы о том, что 

            Кроме того, судами неправильно распределено бремя доказывания в настоящем споре при указании на то, что конкурсным управляющим не доказан компенсационный характер заемных отношений и то, что на момент получения заемных денежных средств должник находился в кризисной ситуации.

            Суд округа соглашается с доводами кассационной жалобы о том, что вопреки выводам обжалуемых судебных актов недоимка возникает в момент неисполнения обязанности по уплате налога (пункт 2 статьи 11 НК РФ) вне зависимости от даты ее выявления налоговым органом, при том что налоги доначислены должнику в том числе и за 2016 год, то есть до совершения оспариваемой сделки.

            Обстоятельства, за счет чистой прибыли или за счет текущей выручки должника осуществлялся возврат займа, судами также не исследовались и не устанавливались.

            Указывая, что после совершения сделок обществом была получена чистая прибыль, размер которой превышал чистую прибыль за предыдущий год, суды, во-первых, не сослались на конкретные доказательства, подтверждающие данный вывод, во-вторых, не установили размер чистой прибыли и убытка должника на последнюю отчетную дату именно перед совершением сделки, в третьих, не дали оценка доводам конкурсного управляющего о недостоверности данных бухгалтерской отчетности должника, что было установлено по результатам налоговой проверки.

            Также вопреки выводам судов согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2018 № 301-ЭС18-9388 (1) и при наличии реального заемного обязательства его погашение может быть признано недействительным.

            При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции полагает, что в соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты подлежат отмене, как сделанные при неполно установленных фактических обстоятельствах обособленного спора.

            Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

            При новом рассмотрении судам следует исследовать и установить обстоятельства наличия (отсутствия) имущественного кризиса должника на момент займа, установить обстоятельства возврата займа за счет чистой прибыли или за счет текущей выручки должника, для чего проверить вышеуказанные доводы конкурсного управляющего, предложить ответчику представить пояснения относительно цели предоставления займа и расходования должником полученных денежных средств,  после чего вернуться к вопросу о наличии (отсутствии) оснований для признания платежей по договору займа от 01.09.2016 № 6-09 недействительной сделкой, учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 по делу № А40-200362/2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.        

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                         Н.А. Кручинина

 

                                                                                     Н.Н. Тарасов