ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-12211/2016

01 августа 2024 года

г. Санкт-Петербург

/ж.6

Резолютивная часть постановления объявлена  17 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А.,  Кротова С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Байшевой А.А.,   

 

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО1 - представителя ФИО2 (доверенность от 11.03.2024), 

представителя акционеров ЗАО «Петрофарм» ФИО3 (паспорт, протокол от 15.03.2016),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для суда первой инстанции, жалобу ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО  «Петрофарм»,

 

заинтересованные  лица: ООО «Международная страховая группа», Ассоциация ВАУ «Достояние», Управления Росреестра по Санкт-Петербургу, 

 

установил:

ФИО4 обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «Петрофарм».

Определением от 27.04.2016 арбитражный суд возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Петрофарм».

Определением от 12.07.2016 арбитражный суд ввел в отношении должника процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим ФИО5.

Определением от 30.12.2016 арбитражный суд ввел в отношении должника процедуру внешнего управления и утвердил внешним управляющим ФИО5 

Решением от 26.04.2018 арбитражный суд признал ЗАО «Петрофарм» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении должника конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим ФИО5

Определением от 08.05.2018 суд освободил ФИО5 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Постановлением от 06.08.2018, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.11.2018, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение от 26.04.2018 и отказал в удовлетворении ходатайства об открытии в отношении ЗАО «Петрофарм» конкурсного производства. 

Определением от 20.11.2018 арбитражный суд утвердил внешним управляющим ФИО6

Решением от 11.02.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 15.05.2019, арбитражный суд признал ЗАО «Петрофарм» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства и утвердил конкурсным управляющим ФИО6 

Постановлением от 13.09.2019 Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил решение от 11.02.2019 и постановление от 15.05.2019 и направил дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

Решением от 10.03.2020 арбитражный суд прекратил процедуру внешнего управления в отношении ЗАО «Петрофарм», признал ЗАО «Петрофарм» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении должника конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим ФИО6 

Постановлением от 22.10.2020, оставленным без изменения постановлением суда округа от 25.03.2021, суд апелляционной инстанции отменил решение от 10.03.2020 и отказал в удовлетворении заявления внешнего управляющего о введении в отношении ЗАО «Петрофарм» конкурного производства.

Постановлением от 15.04.2021 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отстранил ФИО6 от исполнения обязанностей внешнего управляющего.

Решением от 11.06.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 19.01.2022 и постановлением суда округа от 26.06.2022, арбитражный суд прекратил внешнее управление в отношении должника, признал ЗАО «Петрофарм» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства и утвердил конкурсным управляющим ФИО1.

В арбитражный суд обратился представитель акционеров ЗАО «Петрофарм» ФИО3 с жалобой, в которой она просит признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 и отстранить его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве ЗАО «Петрофарм». 

Определением арбитражного суда от 07.02.2023 в удовлетворении жалобы ФИО3 отказано, в отдельное производство выделена жалоба ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ЗАО «Петрофарм» (обособленный спор №А56-12211/2016/ж.6). 

По ходатайству ФИО3 в рамках обособленного спора №А56-12211/2016/ж.5 рассмотрены 18.01.2023 следующие доводы и основания:

- избрание конкурсным управляющим ФИО7 неверного способа взыскания дебиторской задолженности,  

- непринятие мер, направленных на не предотвращение ликвидации ООО «Статус», непринятие надлежащих мер, направленных на истребование документов о финансово-хозяйственной деятельности должника у третьих лиц, в частности у юристов, бухгалтеров ЗАО «Петрофарм», ООО «Криптекс», ООО «Зефс»,

 - непринятия мер по отказу от договоров субаренды, заключенных между ЗАО «Петрофарм» и ООО «Криптекс», ООО «Лира и К», ООО «Петрофарм» и иными лицами, 

-  не увольнение работников и действия конкурсного управляющего, направленные на прекращение фактической деятельности ЗАО «Петрофарм».

Остальные доводы жалобы выделены из обособленного спора №А56-12211/2016/ж.5 в отдельное производство и им присвоен номер обособленного спора №А56-12211/2016/ж.6.

Заявитель ходатайствовал об уточнении заявленных требований и просил признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 по следующим основаниям:

- нарушение сроков проведения собрания кредиторов;

- нарушение места проведения собрания кредиторов; 

- неисполнение обязанности по проведению анализа финансового состояния должника;

- неисполнение обязанности по подготовке заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника; 

- нарушение содержания отчета арбитражного управляющего; 

- нарушение сроков проведения инвентаризации; 

- неисполнение обязанности по раскрытию информации о ходе процедуры банкротства; 

- неисполнение обязанности по поиску и возврату имущества должника; 

- несовершение действий по истребованию документов у бывшего руководителя должника; 

- несоставление отчета о текущих обязательствах должника;

 -несоставление отчета об использовании денежных средств должника;

 - неисполнение обязанности по ведению реестра требований кредиторов должника;

 - неисполнение обязанности по подаче налоговой отчетности должника;

 - нарушение установленных лимитов на привлеченных специалистов;

 - нарушение требований по предоставлению документов, подтверждающих информацию, указанную в отчетах конкурсного управляющего;

 - непроведение анализа сделок должника на предмет возможности их оспаривания и неприменение мер по их оспариванию;

 - допущение действий, направленных на прекращение фактической деятельности должника и расторжение трудовых договоров с работниками;

 - неисполнение обязанности по обращению с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, не передавших документацию о деятельности должника;

 - неисполнение обязанности по обращению с заявлением об исключении требований кредиторов из реестра требований кредиторов; 

- неисполнение обязанности по расторжению арендных договоров.

Определением от 08.12.2023 арбитражный суд отказал ФИО3 в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 и требований об отстранении указанного лица от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в полном объеме, признать жалобу обоснованной и отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Податель жалобы ссылается на то, что ФИО7 не доказал, что непередача документации привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства. Управляющий мог определить и идентифицировать основные активы, проанализировать сделки и установить ущерб, причиненный должнику. Суд не учел, что иные кредиторы не предъявили претензий к управляющему, поскольку в реестр включены только аффилированные лица, у которых имелся сговор с конкурсными управляющими на безвозмездный вывод активов должника. Независимость управляющего должна быть поставлена под сомнение, а он сам – отстранен от исполнения своих обязанностей. Податель жалобы приводит доводы о несогласии с решением суда по каждому из заявленных оснований.

В отзыве конкурсный управляющий возражает против отмены судебного акта, полагая его законным и обоснованным.

Определением от 17.04.2024 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, установив отсутствие доказательств привлечения к участию в споре и извещения о начатом судебном разбирательстве Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние» и ООО «СК «Арсеналъ», перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

Этим же определением поименованные лица привлечены к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Протокольным определением от 13.06.2024 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отложил рассмотрение обособленного спора на 17.07.2024.

В суд апелляционной инстанции поступили возражения конкурсного управляющего по доводам ФИО3, от ФИО3 – правовая позиция на отзыв конкурсного управляющего. Также ФИО3 ходатайствовала об отложении судебного заседания в связи с невозможностью участия в нем.

Информация о времени и месте рассмотрения дела опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В настоящем судебном заседании представители лиц, участвующих в споре поддержали позиции, изложенные в своих процессуальных документах.

Поскольку ФИО3 лично явилась в судебное заседание, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отложения.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в споре, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав доводы жалобы ФИО3, возражения конкурсного управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Статьей 60 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника. При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать незаконность действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушение этими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии оспоренных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (определения Верховного Суда РФ от 11.12.2015 № 307-ЭС15-16028 по делу № А21-8780/2012).

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Жалоба ФИО3 содержит большое количество доводов и оснований, в том числе с пересекающимся предметом, которые судом апелляционной инстанции в ходе анализа и оценки сгруппированы. 

1) нарушение периодичности проведения собрания кредиторов и места проведения таких собраний. 

Податель жалобы утверждает, что первое собрание кредиторов, назначенное конкурсным управляющим после его утверждения в деле (02.06.2021), проведено только 13.04.2022.

Согласно статье 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное. 

В силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве, пункта 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» трехмесячный срок для проведения собрания кредиторов должника необходимо исчислять с даты объявления резолютивной части решения.

Таким образом, очередное собрание в процедуре конкурсного производства должно было быть проведено не позднее 02.09.2021.

ФИО7 не отрицает факт нарушения трехмесячного срока для проведения собрания, но ссылается на объективные причины, воспрепятствовавшие ему исполнить указанную обязанность надлежащим образом.

Так, прежний арбитражный управляющий ЗАО «Петрофарм» ФИО6 не исполнил в полном объеме обязанность, предусмотренную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, о передаче документации в отношении должника (в том числе, актуальный реестр требований кредиторов с указанием адресов кредиторов для надлежащего извещения), а также обязанность по обеспечению доступа в коммерческие помещения, принадлежащие должнику на праве собственности и на праве аренды, в которых со слов ФИО6 находились документы должника, для проведения собраний кредиторов без несения дополнительных затрат на аренду помещения. 

Среди документов, подлежащих передаче ФИО7, конкурсным управляющим указаны, в частности: перечень кредиторов, сведения о задолженности по заработной плате, отчеты конкурсного управляющего о деятельности в рамках процедуры банкротства ЗАО «Петрофарм» с полным перечнем приложений ввиду их некомплектности в рамках материалов основного тома дела о банкротстве. Доказательств передачи данных документов ФИО7 в материалы настоящего спора не представлено. 

Как указывает ФИО7, ввиду отсутствия документов в отношении должника, а также немотивированного отказа предыдущего арбитражного управляющего от сотрудничества с ним, он столкнулся с существенными затруднениями в проведении процедуры банкротства ЗАО «Петрофарм», в том числе, в исполнении обязанностей конкурсного управляющего. 

ФИО6 не передал реестр требований кредиторов должника с указанием адресов кредиторов, среди которых есть физические лица. 

У ЗАО «Петрофарм» на момент проведения собраний кредиторов ФИО1 отсутствовали в собственности и на праве аренды помещения для целей проведения собраний кредиторов, а ФИО3 не предлагала представить на безвозмездной основе какое-либо помещение для проведения собраний кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 13 Закона о банкротстве надлежащим уведомлением признается направление конкурсному кредитору, в уполномоченный орган, а также иному лицу, имеющему в соответствии с Законом о банкротстве право на участие в собрании кредиторов, сообщения о проведении собрания кредиторов по почте, не позднее чем за четырнадцать дней до даты проведения собрания кредиторов или иным, обеспечивающим получение такого сообщения способом, не менее чем за пять рабочих дней до даты проведения собрания кредиторов. 

Порядок созыва, проведения и принятия решений собранием кредиторов помимо Закона о банкротстве регулируется также Общими правилами подготовки, организации и проведения арбитражным управляющим собраний кредиторов и заседаний комитетов кредиторов, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 06.02.2004 № 56, в подпункте «а» пункта 4 которых закреплено, что при организации проведения собрания кредиторов арбитражный управляющий уведомляет о проведении собрания конкурсных кредиторов, уполномоченные органы, а также иных лиц, имеющих право на участие в собрании.

Таким образом, неуведомление всех кредиторов либо допуск на собрание кредиторов лиц, не имеющих права участия в собрании кредиторов, является основанием для признания решения собрания кредиторов должника недействительным. 

Определение периодичности проведения собрания кредиторов в статье 143 Закона о банкротстве не является формальным, а направлено на предоставление кредиторам актуальной информации о ходе процедуры банкротства должника. 

Материалами дела подтверждается, что конкурсный управляющий надлежащим образом организовывал ознакомление с материалами собраний кредиторов должника; публиковал сообщения о результатах проведения собраний кредиторов, а также обеспечивал их надлежащее уведомление с учетом доступной ему информации.

Также конкурсный управляющий на регулярной основе представил информацию о результатах проведения собрания кредиторов в материалы дела о банкротстве с приложением всех необходимых документов. 

Доказательств неполноты, некомплектности и недостоверности сведений, указанных в отчетах управляющего или в приложенных к ним документах в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Заявитель, в свою очередь, своим правом ознакомления с материалами собраний кредиторов должника не воспользовался. Доказательств препятствования конкурсным управляющим в ознакомлении с документами собраний кредиторов в материалы дела не представлено, требований о предоставлении документов к отчетам, а равно о разъяснении сведений из отчетов в адрес управляющего не направлялось.

Согласно статье 15 Закона о банкротстве решения собрания кредиторов по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. 

Апелляционный суд принимает во внимание, что ФИО3 является представителем акционеров ЗАО «Петрофарм», а не кредитором должника, следовательно, не имеет права голосовать на собраниях кредиторов, а другие кредиторы действия (бездействие) управляющего не оспаривают. 

При этом, конкурсные кредиторы на нарушение очередности и сроков проведения собрания не жалуются, претензий в адрес конкурсного управляющего не направляли.

За все время полномочий ФИО1 в качестве конкурсного управляющего должника ФИО3 ни разу не реализовала свое право присутствовать на собрании кредиторов ЗАО «Петрофарм». Доказательств обращения к конкурсному управляющему с требованием о созыве собрания ФИО3 также не представила.

Любое заинтересованное лицо может получить информацию о результатах проведения собрания, сопоставив повестку собрания, указанную в сообщении о его проведении, и сообщение о результатах проведения собрания. 

Апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения жалобы ФИО3 по данному эпизоду, прежде всего потому, что последняя не представила убедительных доводов и пояснений относительно того, чем состоявшееся нарушение срока проведения собрания затронуло ее права и законные интересы как представителя акционеров общества.

Что касается места проведения собрания, то апелляционный суд отмечает следующее.

Согласно пункту 4 статьи 14 Закона о банкротстве собрание кредиторов проводится по месту нахождения должника или органов управления должника, если иное не установлено собранием кредиторов. При невозможности проведения собрания кредиторов по месту нахождения должника или органов управления должника место проведения собрания кредиторов определяется арбитражным управляющим. 

Как установлено апелляционным судом, решение собрания кредиторов о выборе проведения собраний кредиторов по месту нахождения должника было принято до утверждения конкурсным управляющим ФИО1 

В настоящий момент ФИО7 не имеет доступа к помещению, в котором кредиторами было принято решение о проведении собраний кредиторов. 

Доказательств того, что ФИО6 были переданы ключи или права аренды на данное помещение материалы дела не содержат, а равно, что у должника имелось имущества на праве собственности или права аренды с возможностью пользования. 

Конкурсный управляющий ФИО7 истребовал ключи, документы и имущество должника. Определением арбитражного суда от 22.02.2022 по обособленному спору №А56-12211/2016/истр, арбитражный суд удовлетворил его заявление об истребовании документов у ФИО6 

Постановлением суда апелляционной инстанции по указанному спору от 24.08.2022, оставленным без изменения постановлением суда округа от 25.12.2022,  определение первой инстанции было отменено. Принят новый судебный акт в виде отказа в удовлетворении требований ФИО1 

Судами было установлено, что у последнего руководителя в лице внешнего управляющего ФИО6 отсутствует ряд документации, в том числе и ключи от помещения, в котором могло и должно было проводиться собрание, что было исследовано в рамках спора №А56-12211/2016/истр.1. 

До настоящего времени местонахождение ключей и документов на помещение не установлено. 

При этом, конкурсный управляющий оспаривал судебные акты по спору №А56-12211/2016/истр. в апелляционном и кассационном порядке с целью установления обстоятельств отсутствия у своего правопредшественника документации и ключей. Ввиду уклонения ФИО6 от передачи документации и ключей ФИО7 представил в материалы дела документы, подтверждающие направление запросов в адрес лиц, у которых могли  находиться данные ключи. Однако, по настоящий момент информация о местонахождении ключей участниками дела не раскрыта. 

Тем самым, ФИО7 был лишен возможности проводить собрания кредиторов должника в соответствии с решением собрания кредиторов должника в месте, к которому у него не имелось доступа.

Доводы ФИО3 об отказе конкурсного управляющего ФИО1 в получении ключей от помещения и документов у ООО «Криптекс» являются несостоятельными, поскольку ФИО7 представил доказательства обращения с запросом к указанному лицу. 

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 14 Закона о банкротстве при невозможности проведения собрания кредиторов по месту нахождения должника или органов управления должника место проведения собрания кредиторов определяется арбитражным управляющим. 

Таким образом, при установленном отсутствии доступа к помещениям должника и выбранным помещениям собрания кредиторов, конкурсный управляющий арендует за свой счет нежилое помещение и проводит в нем собрания кредиторов, что не создает препятствий для участия в таком собрании кредиторам или их представителям, а также иным лицам, имеющим право в соответствии с Законом о банкротстве законом принимать участие в собрании кредиторов. 

Проведение конкурсным управляющим собрания осуществлялось в месте нахождения должника (г. Санкт-Петербург, Центральный район), а также не повлекло дополнительных расходов в отношении конкурсной массы должника, как следствие, права и законные интересы представителя учредителей (акционеров) также не нарушены. 

Из материалов дела и из существа доводов ФИО3 не следует, каким образом были нарушены права заявителя проведением собрания кредиторов должника, учитывая, что ФИО3 не имеет права голоса (статья 15 Закона о банкротстве) при участии в собрании кредиторов ЗАО «Петрофарм», и при этом ни разу не реализовала свое право присутствовать на собрании кредиторов должника, с учетом предоставления всех необходимых документов от управляющего в материалы основного тома дела, а также с учетом того, что конкурсный управляющий занимает активную процессуальную позицию в рамках обособленных споров. Доказательств чинения препятствий ФИО3 к участию в собраниях кредиторов по указанному адресу, не представлено.

Довод ФИО3 о том, что она может оспорить решения собрания кредиторов, также не свидетельствует о нарушении ее прав и законных интересов, так как судом установлено, что ни одно собрание кредиторов, проведенное ФИО7 как конкурсным управляющий, не было признано состоявшимся по причине отсутствия кворума.

2) неисполнение обязанности по проведению анализа финансового состояния должника и заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника.

Согласно части 1 статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены Законом о банкротстве.

Частью 3 указанной статьи предусмотрено, что временный управляющий на основе анализа финансового состояния должника, в том числе результатов инвентаризации имущества должника при их наличии, анализа документов, удостоверяющих государственную регистрацию прав собственности, осуществляет обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, обоснование целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур.

Положениями пункта 2 статьи 67 Закона о банкротстве регламентирована обязанность временного управляющего представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности. К отчету временного управляющего прилагаются:

заключение о финансовом состоянии должника;

заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника;

обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур.

Постановлением Правительства РФ от 25.06.2003 №367  утверждены Правила проведения арбитражным управляющим финансового анализа (далее - Правила №367), которые определяют принципы и условия проведения арбитражным управляющим финансового анализа, а также состав сведений, используемых арбитражным управляющим при его проведении.

Согласно пунктам 3,4 Правил №367 при проведении финансового анализа арбитражный управляющий, выступая как временный управляющий, использует результаты ежегодной инвентаризации, проводимой должником.

Финансовый анализ проводится на основании:

а) статистической отчетности, бухгалтерской и налоговой отчетности, регистров бухгалтерского и налогового учета, а также (при наличии) материалов аудиторской проверки и отчетов оценщиков;

б) учредительных документов, протоколов общих собраний участников организаций, заседаний совета директоров, реестра акционеров, договоров, планов, смет, калькуляций;

в) положения об учетной политике, в том числе учетной политике для целей налогообложения, рабочего плана счетов бухгалтерского учета, схем документооборота и организационной и производственных структур;

г) отчетности филиалов, дочерних и зависимых хозяйственных обществ, структурных подразделений;

д) материалов налоговых проверок и судебных процессов;

е) нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность должника.

В 2022 году к материалам основного дела по ходатайству ФИО1 приобщен анализ финансового состояния ЗАО «Петрофарм», составленный конкурсным управляющим на основании всей доступной информации (выписки по расчетным счетам, доступная бухгалтерская отчетность из налогового органа, ответы на запросы управляющего и материалы обособленных споров). Конкурсный управляющий указал, что представленный анализ носит предварительный характер, и будет скорректирован по итогам оспаривания сделок должника и привлечения к субсидиарной ответственности, а также то, что у управляющего отсутствуют все необходимые документы должника.  

Как пояснил ФИО7, проведение финансового анализа должника было затруднено по объективным причинам (непередача ФИО6 документов и имущества ЗАО «Петрофарм», в том числе документов, необходимых для составления полноценного анализа финансового состояния должника), в связи с чем он был подготовлен спустя определенное количество времени

Указанное подтверждается судебными актами по обособленному спору №А56-12211/2016/истр., при принятии которых установлено, что у последнего руководителя в лице внешнего управляющего - ФИО6 отсутствует значительная часть документации должника. Местонахождение указанной документации в данный момент участники дела не подтвердили.

В отзыве на жалобу от 06.09.2023 ФИО7 в форме таблицы представил сведения, где указал, какие именно ответы из государственных и иных органов им были получены, что подателем жалобы не опровергнуто.

На данный момент конкурсным управляющим был подготовлен анализ финансового состояния должника на основании бухгалтерских коэффициентов должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства с учетом доступной ему бухгалтерской отчетности должника, доступных ему документов (судебных документов) и представлен в материалы дела основного тома дела о банкротстве. 

Доказательств неполноты, недостоверности или некомплектности анализа финансового состояния должника с учетом первичных данных, на основании которых он был подготовлен, в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Кроме того, податель жалобы не обосновал, каким образом, с учетом нахождения должника в процедуре конкурсного производства, доводы и положения анализа финансового состояния должника затрагивают его интересы как представителя учредителей (акционеров). 

Таким образом, довод о неисполнении конкурсным управляющим своих обязанностей по проведению анализа финансового состояния должника не нашел подтверждения. 

3) нарушение содержания отчета арбитражного управляющего.

ФИО3 утверждает, что в отчетах ФИО1 не указаны сведения о видах экономической деятельности должника (код ОКВЭД), отсутствует указание на то, что в отношении конкурсного управляющего подавались жалобы на его действие (бездействие), не раскрыта информация о подаче заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО8, ООО «Крипитекс», ФИО3, ФИО9; в каждом из отчетов имеется ссылка на обращение в суд с ходатайством о продлении сроков инвентаризации имущества, однако до настоящего времени такого ходатайства в суд так и не поступило.

Как следует из пункта 4 Постановления Правительства РФ от 22.05.2003 №299 «Об утверждении Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего», отчет арбитражного управляющего составляется по типовым формам, утвержденным Министерством юстиции РФ, подписывается арбитражным управляющим и представляется вместе с прилагаемыми документами в сброшюрованном виде. 

Апелляционный суд не установил, что по установленной форме отчета, в обязательном порядке предполагается указание ОКВЭД должника в процедуре конкурсного производства. 

Данная информация является общедоступной, содержится в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц на официальном сайте Федерального налоговой службы России, а также должна быть известна как представителю учредителей (акционеров), так и иным лицам. 

Каким образом неуказание ОКВЭД нарушило права и законные интересы ФИО3, податель жалобы не раскрывает. Апелляционный суд полагает, что жалоба ФИО3 по данному нарушению носит формальный характер.

В отношении отсутствия в отчете сведений о жалобах ФИО3 на действия/бездействие конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции отмечает, что определением от 08.04.2022 принята к производству жалоба ФИО3 на действие (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 в деле о банкротстве ЗАО «Петрофарм», определением арбитражного суда от 07.02.2023 в удовлетворении жалобы ФИО3 на действия конкурсного управляющего ЗАО «Петрофарм» ФИО7 отказано, суд выделил в отдельное производство жалобу ФИО3 на действия конкурсного управляющего ЗАО «Петрофарм» в части признания незаконными действий конкурсного управляющего ЗАО «Петрофарм» по следующим эпизодам: конкурсный управляющей ФИО7 нарушил сроки проведения собрания кредиторов ЗАО «Петрофарм», не провел инвентаризацию имущества должника, не провел анализ финансового состояния должника, не обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, не передавших документацию о деятельности должника, не обратился в арбитражный суд с заявлениями об исключении требований кредиторов из реестра требований кредиторов, не предпринял мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности с ООО «ЗЕФС», утратил возможность обращения взыскания на имущество ООО «Статус» по причине ликвидации общества, избрал неверный способ взыскания дебиторской задолженности, приняв меры, направленные на предотвращение ликвидации ООО «Статус» вместо обращения в арбитражных суд с заявлением взыскании субсидиарной ответственности с участников общества, не принял надлежащих мер, направленных на истребование документов о финансово-хозяйственной деятельности должника у третьих лиц, в частности у юристов, бухгалтеров ЗАО «Петрофарм», ООО «Криптекс», ООО «ЗЕФС», в отдельное производство, присвоив обособленному спору №А56-12211/2016/ж.6. 

Вместе с тем, выделение в отдельное производство части требований из жалобы в данном случае образует второй обособленный спор, и не изменяет факта направления одной жалобы. Уточнения заявленных требований и письменные позиции, предоставляемые заявителем к каждому судебному заседанию, не свидетельствуют о направлении второй жалобы, оспаривающей действия (бездействия) конкурсного управляющего.

Как пояснил ФИО7, указание в отчете на поступившие жалобы затруднено в связи с неоднократным уточнением ФИО3 своих требований. Частая смена заявителем его процессуальной позиции и ненаправление заявителем документов в адрес конкурсного управлявшего не позволяет актуализировать информацию, указанную в отчетах. Поведение представителя акционеров должника ФИО7 считает злоупотреблением правом, препятствующим ему надлежащим образом выполнять возложенные законом обязанности. При этом представителю акционеров со всей очевидностью известны доводы поданных им же жалоб, как и всем заинтересованным лицам, поскольку из определений о принятии жалоб к производству и об отложении разбирательств прямо следует содержание данных жалоб. 

Все заинтересованные лица могут ознакомиться с существом рассматриваемых в судебном порядке обособленных споров посредством ознакомления с их материалами. 

То же самое касается возражений по поводу неуказания конкурсным управляющим в отчете всех субсидиарных ответчиков: определением арбитражного суда от 08.02.2023 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в том числе и ФИО3, принято к производству. 

ФИО7 настаивает, что представитель акционеров также ходатайствовал о привлечении к рассмотрению обособленного спора в качестве соответчиков иных лиц,  круг которых окончательно не сформирован в связи с неопределенностью позиции представителя акционеров.  

Вместе с тем, перечень ответчиков указан в определении суда и на официальном сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ). 

Апелляционный суд полагает, что наличие сведений в общем доступе исключает нарушение прав и законных интересов подателя жалобы с учетом осведомленности ФИО3 о составе соответчиков и ее участия в данном обособленном споре. 

ФИО3 не раскрывает, какие права нарушаются неуказанием полного списка лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, при условии указания данного списка в определении суда, а также на сайте ЕФРСБ.

4) нарушение сроков проведения инвентаризации. 

ФИО3 ссылается на то, что из бухгалтерских балансов ЗАО «Петрофарм» за 2020 год следует, что у должника имелись товарные запасы на сумму 20 млн. рублей и денежные средства на сумму 7 млн. рублей. Податель жалобы утверждает, что управляющий обладал информацией о наличии у должника имущества, но не провел его инвентаризацию. Само по себе отсутствие достаточного объема сведений о должнике и его имуществе не снимает с арбитражного управляющего обязанности по оперативному проведению мероприятий по инвентаризации.

К числу обязанностей конкурсного управляющего, закрепленных в пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве, относятся принятие в ведение имущества должника, проведение инвентаризации такого имущества; включение в ЕФРСБ сведений о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания, привлечение оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных названным Законом.

Порядок проведения инвентаризации и составления инвентаризационной описи регулируется Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 №49  «Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств» (далее – Приказ №49).

Согласно пункту 3.1 Приказа №49 до начала инвентаризации рекомендуется проверить: а) наличие и состояние инвентарных карточек, инвентарных книг, описей и других регистров аналитического учета; б) наличие и состояние технических паспортов или другой технической документации; в) наличие документов на основные средства, сданные или принятые организацией в аренду и на хранение. 

При отсутствии документов необходимо обеспечить их получение или оформление. 

В соответствии с пунктом 3.7 Приказа №49 одновременно с инвентаризацией собственных основных средств проверяются основные средства, находящиеся на ответственном хранении и арендованные. По указанным объектам составляется отдельная опись, в которой дается ссылка на документы, подтверждающие принятие этих объектов на ответственное хранение или в аренду. 

Согласно пункту 3.14 Приказа №49 финансовые вложения в уставные капиталы других организаций, а также займы, предоставленные другим организациям, при инвентаризации должны быть подтверждены документами. 

Как следует из сообщения на сайте ЕФРСБ, ФИО6 провел инвентаризацию имущества должника и опубликовал ее результаты 19.02.2019 на указанном сайте. 

При этом Законом о банкротстве не предусмотрена обязанность конкурсного управляющего повторно проводить инвентаризацию имущества должника при смене арбитражного управляющего при условии отсутствия у него достоверной информации об изменении имущественного состояния должника.

Также Закон о банкротстве не содержит обязанности проводить регулярную (ежегодную) инвентаризацию активов должника, который не осуществляет хозяйственную деятельность. 

Доказательств неполноты, недостоверности или недостаточности инвентаризационной описи, представленной прежним управляющим, в материалы дела не представлено.

Конкурсный управляющий сообщил, что предпринимал попытку проверить результаты ранее сделанной инвентаризации, но в отсутствие в распоряжении полного объема документов, не может подтвердить выводы, сделанные   ФИО6 Как следствие, управляющий инициировал споры о взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности для возложения ответственности на контролирующих должника лиц и прежних арбитражных управляющих за сокрытие информации и документов. 

Кроме того, на рассмотрении суда находятся споры №А56-12211/2016/торги2 и №А56-12211/2016/торги3, за счет удовлетворения которых может пополниться конкурсная масса, после чего результаты инвентаризации также могут быть скорректированы управляющим. 

Апелляционный суд принимает во внимание, что  конкурсный управляющий ФИО7 не располагает всем объемом документации в отношении имущества должника вследствие ее непередачи предыдущими арбитражными управляющими, отчего актуализирование инвентаризационной описи в соответствии с законом и подзаконных актов невозможно. 

При этом согласно пояснениям конкурсного управляющего, ФИО1 выбран способ защиты в виде взыскания убытков и субсидиарной ответственности для определения ответственного лица в утрате документов и имущества, а также определения причин банкротства должника. 

Проведение инвентаризации после открытия конкурсного производства, и корректировка составленных иными лицами инвентаризационных описей являются разными действиями. 

Законом не предусмотрена обязанность проводить повторную инвентаризацию. Инвентаризация была проведена и завершена ФИО6, в связи с чем конкурсный управляющий ФИО7 не был обязан обращаться в арбитражный суд с заявлением о продлении сроков инвентаризации. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 по обособленному спору №А56-12211/2016/убытки, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.06.2024, взысканы убытки с бывших арбитражных управляющих ЗАО «Петрофарм», а именно: с ФИО5 в конкурсную массу ЗАО «Петрофарм» взысканы убытки в размере 26 954 013,79 рублей; с арбитражного управляющего ФИО6 - 5 795 000 рублей. 

По результатам рассмотрения указанного спора конкурсным управляющим была проведена промежуточная инвентаризация, предварительные результаты которой были опубликованы в ЕФРСБ. 

Доводы ФИО3 об отказе конкурсного управляющего ФИО1 в получении ключей от помещения и документов у ООО «Криптекс» являются несостоятельными, поскольку ФИО7 представил доказательства обращения с запросом к указанному лицу. 

Таким образом, нарушений, допущенных конкурсным управляющим по проведению дополнительной инвентаризации, не установлено. Подателем жалобы не предоставлено полных и достоверных сведений о возможности проведения инвентаризации и документально не подтверждена, и не предоставлена достоверная информация о нахождении ключей от помещений должника и его документации, несмотря на статус представителя акционеров. 

5) неисполнение обязанности по раскрытию информации о ходе процедуры банкротства; нарушение требований по предоставлению документов, подтверждающих информацию, указанную в отчетах конкурсного управляющего.

ФИО3 утверждает, что конкурсный управляющий ФИО7 не включил в ЕФРСБ сообщение о результатах внешнего управления, то есть нарушил положения пункта 6.1 статьи 28 Закона о банкротстве; скрыл расходование более 7 млн. рублей со счета должника и запасов на сумму 20 млн. рублей; не раскрыл сведения о текущих обязательствах должника; не составил отчет об использовании денежных средств.

В материалы дела представлены выписки по счету должника за период с 01.09.2021 по 30.11.2021, с 01.12.2021 по 28.02.2022, с 01.03.2023 по 31.05.2023, с 01.06.2023 по 31.08.2023 (3 том настоящего спора), содержащие сведения обо всех расходных операциях с денежными средствами. 

Доводы о сокрытии имущества, числящегося в бухгалтерском балансе за 2020 год, уже рассмотрены выше. 

Сообщение о результатах внешнего управления должен был публиковать ФИО6, который осуществлял полномочия внешнего, а затем и конкурсного управляющего должника до утверждения конкурсным управляющим ФИО1 

Вся информация из отчетов управляющего представлена в приложениях к отчету.

В материалы дела представлен реестр требований кредиторов; в связи с отсутствием расчетов в процедуре конкурсного производства в период работы арбитражного управляющего (кроме расчетов с персоналом и несения затрат), которые следуют из выписки по расчетному счету, иных затрат не производилось. 

Отсутствие подготовки отдельно отчетов о движении денежных средств в условиях отсутствия расчетов по счету и предоставления управляющим кредиторам выписки по расчетному счету как приложения к отчету, не нарушает прав и законных интересов подателя жалобы. 

Кроме того, в отчетах арбитражного управляющего, предоставляемых в материалы основного дела о банкротстве, отражена вся имеющаяся у управляющего информация, информации об обязательствах перед какими-либо третьими лицами, полученная предыдущими управляющими, последними не передавалась          ФИО7, как следствие, она не может быть отражена в его отчете.

Также не представлено доказательств предпочтительного удовлетворения требований отдельного кредитора, погашение требований в первоочередном порядке, иных нарушений платежной дисциплины несостоятельного должника. 

В условиях представления конкурсным управляющим выписки по расчетному счету должника, заявитель не раскрывает, каким образом нарушаются его права и обязанности.

6) неисполнение обязанности по поиску и возврату имущества должника; непринятие мер по поиску, выявлению и возврату имущества (истребованию его у ООО «Статус», ООО «Фавор», ООО «Петрофарм», ООО «ТД «Петрофарм», ООО «Дикси-Юг», ФИО10).

В силу абзаца пятого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц. 

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 20.3 арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну. 

Доводы ФИО3 о том, что управляющим не сделаны запросы в государственные органы, опровергаются почтовыми документами о направлении соответствующих запросов, а также судебными актами об истребовании доказательств – определением от 21.07.2021 об удовлетворении ходатайства управляющего об истребовании документов у Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга о заключенных с ЗАО «Петрофарм» договорах аренды и иных связанных с арендой сделок, а также о наличии задолженности; определением арбитражного суда от 21.07.2021 об удовлетворении ходатайства управляющего об истребовании документов из Управления Росреестра по Санкт-Петербургу в отношении зарегистрированного за должником недвижимого имущества и прав на него.  

В материалы дела представлены запросы в адрес аптек, ранее принадлежавших должнику, а также в адрес аптек, использующих схожее с должником название – «Петрофарм», в адрес предыдущих управляющих должника и иных лиц, участвующих/участвовавших в деле о банкротстве, для целей установления обстоятельств, связанных с возможным созданием параллельного бизнеса третьими лицами.

Апелляционный суд приходит к выводу, что управляющим надлежащим образом исполнена обязанность по истребованию документации и направлению запросов о предоставлении сведений и документов. 

7) несвоевременные действия по истребованию документов у бывшего руководителя должника.

Как  было указано выше, конкурсный управляющий ФИО7 05.07.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, об обязании бывшего управляющего ФИО6 передать ему документы и имущество, указанные в просительной части заявления.  

Определением от 22.02.2022 арбитражный суд заявление конкурсного управляющего удовлетворил, обязал ФИО6 предоставить истребуемую документацию и материальные ценности должника.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2022 определение от 22.02.2022 отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.12.2022 постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2022 оставлено без изменения.

Податель жалобы не указал, какие еще действия должен был предпринять ФИО7 в сложившейся ситуации, у какого лица истребовать документацию и материальные ценности должника.

При этом ФИО6 являлся внешним управляющим в процедуре внешнего управления, то есть являлся последним руководителем должника. Конкурсный управляющий истребовал документы должника у ФИО6 как последнего руководителя должника, не исполнившего свою обязанность по передаче документов.  

Управляющий направлял запросы и в адрес иных лиц с целью сбора документов (кредиторов, арбитражных управляющих, контрагентов), но документы так и не были предоставлены. 

Конкурсный управляющий не может в отсутствие какой-либо информации определить, у кого конкретно находится документация должника. 

ФИО3 указывала, что документы находятся по адресу регистрации ЗАО «Петрофарм», однако не пояснила, каким образом конкурсный управляющий   ФИО7 без доступа в помещение может забрать документы и у кого данные документы находятся. 

8) не исполнена обязанность по ведению реестра требований кредиторов.

ФИО3 при этом ссылается на абзац восьмой пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве, согласно которому в отчете конкурсного управляющего должны содержаться, в том числе сведения о ведении реестра требований кредиторов с указанием общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, и отдельно - относительно каждой очереди.

Вместе с тем, реестр требований кредиторов представлен в материалы дела.

9) не исполнена обязанность по подаче налоговой отчетности.

Как пояснил ФИО7, представляемые в налоговый орган отчетность и декларации должны отвечать критерию достоверности, а приведенные в них расчеты должны быть арифметически верны и документально подтверждаемы. Отчетность должника формируется нарастающим итогом.

За весь рассматриваемый период времени ФИО7 не удалось установить, где находится документация должника. Следовательно, как утверждает управляющий, невозможно составить достоверную отчетность в отсутствие всей бухгалтерской документации должника и доступа к базе 1С.

В этой связи, конкурсный управляющий лишен возможности представить в налоговый орган достоверную отчетность и декларации в условиях отсутствия у него бухгалтерской документации должника. 

Неисполнение бывшими арбитражными управляющими обязанностей по передаче бухгалтерской документации должника не может быть вменено в вину конкурсного управляющего.

ФИО7 предпринимал меры по истребованию документации должника, включая подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по данному эпизоду, что следует из приведенных ранее судебных актов. В силу пункта 1 статьи 126.1 Налогового Кодекса Российской Федерации представление налоговым агентом налоговому органу документов, предусмотренных настоящим Кодексом, содержащих недостоверные сведения, влечет взыскание штрафа в размере 500 рублей за каждый представленный документ, содержащий недостоверные сведения. 

Тем самым, конкурсный управляющий не принял на себя риск представления в налоговый орган документов с отраженными в них явно недостоверными сведениям ввиду угрозы быть привлеченным к налоговой ответственности. 

Действия ФИО1 соответствуют законодательству о банкротстве, критериям разумности и добросовестности.

Заявителем не доказано наличие в действиях конкурсного управляющего вины при совершении правонарушения, при этом наличие или отсутствие вины в форме умысла является определяющим элементом при привлечении конкурсного управляющего к ответственности в порядке статьи 60 Закона о банкротстве.

Налоговый орган с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего не обращался. 

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику. 

Таким образом, причинением вреда имущественным правам конкурсных кредиторов считается уменьшение конкурсной массы должника. 

Из жалобы ФИО3 не усматривается, что вследствие непредставления деклараций было уменьшено имущество должника, а равно наступили иные негативные последствия для конкурсной массы. 

ФИО7 указал на невозможность сдачи корректной отчетности без актуальной базы 1С, бухгалтерской отчетности и налоговой отчетности за прежние периоды, которая ему также не была передана предыдущим управляющим.

9) нарушение лимитов расходования денежных средств на привлеченных специалистов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при привлечении иных лиц для обеспечения исполнения возложенных на него в деле о банкротстве обязанностей должен действовать добросовестно и разумно, то есть привлекать их лишь тогда, когда это действительно необходимо, и предусматривать оплату услуг упомянутых лиц по обоснованной цене.

При превышении установленного Законом о банкротстве лимита расходов сторонние лица, привлекаемые арбитражным управляющим, могут быть использованы им исключительно после одобрения со стороны арбитражного суда на основании судебного определения. При этом в случае превышения лимита расходов на управляющего возлагается бремя доказывания обоснованности привлечения названных лиц и стоимости их услуг (абзац второй пункта 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

Таким образом, при возникновении потребности в использовании стороннего специалиста сверх установленного законом лимита расходов арбитражный управляющий обязан своевременно (до момента фактического привлечения) обратиться в арбитражный суд с соответствующим ходатайством, документально обосновав в данном ходатайстве невозможность выполнения имеющимися силами тех функций, для которых привлекается специалист, подтвердив наличие у привлекаемого лица требующейся квалификации, представив свидетельства направленности ходатайства на достижение целей процедуры банкротства и рыночного характера цены услуг специалиста.

Балансовая стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2020 составляет 46 618 000 рублей. Следовательно, лимит на оплату услуг специалистов в данном случае рассчитывается в соответствии с абзацем шестым пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве: 395 000 + 1% от 36 618 000 = 761 180 рублей.

Согласно последним отчетам конкурсного управляющего (24.05.2023, 01.09.2023, составленным до даты обращения ФИО3 с жалобой на действия управляющего) размер расходов на оплату услуг привлеченных специалистов составил 900 000 рублей, что превышает лимит на 138 820 рублей.

 Формально апелляционный суд приходит к выводу о том, что нарушение имеет место быть. Вместе с тем, ФИО3 не приводит доводов и пояснений о том, что привлечение специалистов на указанную сумму являлось необоснованным.  

При рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных указанным законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией.

Аргументов относительно того, что привлечение специалистов являлось неоправданным и нецелесообразным ФИО3 не приводит.

Более того, доказательств оплаты их услуг (на сумму превышения лимита) не представлено, в связи с чем выводы о состоявшемся нарушении преждевременны.

10) непроведение анализа сделок должника, непринятие мер по их оспариванию.

ФИО3 ссылается на то, что подала заявление об оспаривании сделки, совершенной третьим лицом с имуществом должника: ООО «Радон», не имея собственных средств и не ведущее хозяйственной деятельности, в 2018 году приобрело дорогостоящее имущество. Руководителем названного общества являлась ФИО11 (она же руководитель ООО «ЗЕФС» и член совета директоров должника), учредитель – ФИО12 (она же бухгалтер должника). В результате продажи актива, ФИО11 как единственному сотруднику было выплачено 247 млн. рублей. В удовлетворении иска, как утверждает ФИО3, отказано по мотиву того, что правом оспаривания обладает только конкурсный управляющий, ФИО3 не представила первичную документацию ООО «Радон», в истребовании выписок по счетам было отказано.

Апелляционный суд отмечает, что сделки должника исследованы в финансовом анализе ЗАО «Петрофарм», представленном в материалы дела.

В силу абзаца пятого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Данной обязанности корреспондирует закрепленное в пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве право конкурсного управляющего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Указанные процессуальные действия должны совершаться конкурсным управляющим исходя из конкретных обстоятельств, с учетом имеющейся доказательственной базы и в целях реального пополнения конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 3 Обзора судебной практики №4(2016) от 20.12.2016, Верховным Судом Российской Федерации указано, что в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

К обстоятельствам, имеющим юридическое значение для квалификации поведения арбитражного управляющего, относятся: наличие достаточной совокупности оснований для оспаривания сделок (установленных законом признаков подозрительности сделок и т.п.); были ли эти основания известны арбитражному управляющему, либо должны были стать известными при должном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей; могла ли реализация арбитражным управляющим полномочий на оспаривание сделки привести к пополнению конкурсной массы, защите прав и законных интересов должника и кредиторов; имелись ли у арбитражного управляющего рациональные причины для отказа от оспаривания сделок.

ФИО3 не конкретизирует сделки, которые должен был оспорить управляющий, с приведением конкретных доводов и оснований для признания их недействительными. Раскрытая ею в жалобе информация по сделке ООО «Радон» носит характер субъективных предположений. Конкретных доказательств, даже косвенных, по которым можно прийти к выводу, что сделка третьего лица совершена с имуществом должника и имеет признаки подозрительности, ФИО3 не представила.

Более того, как усматривается из судебных актов по обособленному спору №А56-12211/2016/сд.4, в рамках которого ФИО3 обращалась с заявлением о признании сделки с ООО «Радон» недействительной, определением от 25.12.2022 суд первой инстанции прекратил производство по заявлению в части требований к ООО «Радон» (в связи с ликвидацией общества), в остальной части оставил заявление без рассмотрения. 

В постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 по названному спору указано, что суд первой инстанции правомерно прекратил производство по заявлению в части требований к ООО «Радон» ввиду его ликвидации, а также правильно констатировал, что оспариваемые сделки не являются сделками должника либо совершенными за его счет.

   Доводы ФИО3 о том, что «отказ» в признании сделки недействительной вынесен судом ввиду того, что с заявлением обратилось неуполномоченное лицо, не соответствует результатам рассмотрения спора №А56-12211/2016/сд.4. 

 Иные доводы подателя жалобы суд апелляционной инстанции отклоняет, полагая, что они по существу дублируют друг друга и мотивированы по большей части выборочными фрагментами из многочисленных судебных актов, вынесенных в настоящем деле, в отрыве от контекста рассматриваемых правоотношений.

   По итогам рассмотрения жалобы апелляционная коллегия не установила в действиях конкурсного управляющего ФИО1 нарушения законодательства, в большинстве своем недочеты в работе конкурсного управляющего носили либо несущественных характер, либо могли быть устранены без нарушения чьих-либо прав  и законных интересов. Апелляционный суд исходит из того, что основанием для удовлетворения жалобы в любом случае является доказанность нарушения прав заявителя, то есть представителя акционеров должника, чьи права и интересы не тождественны интересам кредиторов должника.

В соответствии со статьей 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов. 

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства. 

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения. 

Закон о банкротстве не предусматривает детального описания обстоятельств, входящих в предмет доказывания при разрешении вопроса об отстранении арбитражного управляющего. 

Данный вопрос регламентирован в разъяснениях, данных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» (далее - информационное письмо №150) и в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление №35).

По смыслу вышеуказанных разъяснений для удовлетворения ходатайства об отстранении как исключительной меры ответственности, лицо, участвующее в деле о банкротстве, должно доказать в порядке статьи 65 АПК РФ совокупность следующих обстоятельств: неоднократное умышленное неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на конкурсного управляющего обязанностей, в том числе, нарушение требований Закона о банкротстве, требований разумности, заботливости и добросовестности (статья 60, пункт 1 статьи 145 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления №35), что влечет возникновение существенных и обоснованных сомнений в компетентности, добросовестности или независимости конкурсного управляющего (пункт 56 постановления №35); нарушение таким неисполнением или ненадлежащим исполнением прав и законных интересов должника или его кредиторов (статья 60 Закона о банкротстве); существенность допущенного конкурсным управляющим нарушения (пункт 10 информационного письма №150), в том числе, повлекло ли или могло ли повлечь допущенное нарушение причинение убытков в значительном размере должнику или его кредиторам (пункт 7 информационного письма №150, пункт 56 постановления №35); отстранение будет способствовать восстановлению нарушенных прав (пункт 12 информационного письма № 150). 

Недоказанность вышеуказанной совокупности обстоятельств является основанием для отказа в удовлетворении требования об отстранении. 

Учитывая изложенное, в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его. 

При этом, в силу абзаца седьмого пункта 56 постановления №35 необходимо учитывать исключительность названной меры ответственности в виде отстранения, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.  

Таким образом, основанием для отстранения конкурсного управляющего является только наличие с его стороны существенных нарушений положений Закона о банкротстве, которые свидетельствовали бы о невозможности дальнейшего исполнения им своих обязанностей. 

Заявитель в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказал наличие неоднократных умышленных существенных нарушений, допущенных конкурсным управляющим ФИО1 и повлекших нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, а также причинение убытков в значительном размере должнику и его кредиторам. 

Также заявитель не представил доказательств, которые позволяли бы сомневаться в компетентности, добросовестности и независимости конкурсного управляющего, действующего в силу статьи 20.3 Закона о банкротстве в интересах всех кредиторов и должника. 

Само по себе несогласие ФИО3 с позицией, профессиональным подходом или кандидатурой конкурсного управляющего не может являться основанием для его отстранения как исключительной меры ответственности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Учитывая изложенное, в удовлетворении требования об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника следует отказать.

В данном случае обжалуемое определение подлежит отмене по основаниям  пункта 2 части 4 статьи  270 АПК РФ с принятием нового решения.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.12.2023 по обособленному спору №А56-12211/2016/ж.6 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Отказать представителю акционеров ФИО3 в удовлетворении жалобы на действия/бездействие конкурсного управляющего ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО  «Петрофарм».

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

 С.М. Кротов