019/2023-13116(1) 

 

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-12933/2019

г. Вологда

20 марта 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2023 года.  В полном объёме постановление изготовлено 20 марта 2023 года.  

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф.,  при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Донприбор» на определение  Арбитражного суда Архангельской области от 20 декабря 2022 года по делу  

 № А05-12933/2019, 

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Архинвестэнерго» (адрес: 163045, 

<

...>;  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – должник, АО «Архинвестэнерго»)  обратилось 25.10.2019 в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о  признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 31.10.2019 заявление принято, возбуждено  производство по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Определением суда от 23.01.2020 в отношении должника введена  процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден  ФИО2.  

Решением суда от 18.05.2021 (резолютивная часть от 11.05.2021) 

АО «Архинвестэнерго» признано несостоятельным (банкротом), в отношении  его открыто конкурсное производство на срок шесть месяцев; конкурсным  управляющим утвержден ФИО2  

Конкурсный управляющий обратился 07.06.2022 в суд с заявлением,  уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ), к лицам, в отношении которых  совершены сделки:  

обществу с ограниченной ответственностью «Донприбор» (адрес: 344019,  Ростовская область, Ростов-на-Дону, Грибоедовский переулок, дом 4, комнаты  24-24а, 26, 27, 28; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – общество,  ООО «Донприбор»);  

ФИО3 (место жительства: х. Обуховка  Азовского района Ростовской области);  

индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРНИП 319619600187921; место жительства – Ростов-на-Дону),  

индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ОГРНИП 320619600062691; место жительства – Москва); 

акционерному обществу «Объединенная информационная система»  (далее – АО «Объединенная информационная система», АО «ОИС»),  

просительная часть которого изложена следующим образом: 1. Признать недействительными сделками: 

дополнительное соглашение от 03.03.2020 № 10 к договору возмездного  оказания сервисных услуг от 01.01.2012 № 14;  

перечисления денежных средств в пользу ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Донприбор», ИП ФИО5,  

АО «Объединенная информационная система» в рамках договора возмездного  оказания сервисных услуг от 01.01.2012 № 14.  

2. Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания в  конкурсную массу АО «Архинвестэнерго» денежных средств:  

с ФИО3 в размере 280 645 руб. 16 коп., с ИП ФИО6 в размере 952 258 руб. 06 коп., с ООО «Донприбор» в размере 4 620 000 руб., с ИП ФИО5 в размере 420 000 руб., 

с АО «Объединенная информационная система» в размере 2 151 039 руб.  60 коп.  

Определением суда от 20.12.2022 с учетом определения об исправлении  опечатки от 23.12.2022 признано недействительным дополнительное  соглашение от 03.03.2020 № 10 к договору возмездного оказания сервисных  услуг от 01.01.2012 № 14, заключенное АО «Архинвестэнерго» и  АО «Объединенная информационная система».  

Признано недействительным дополнительное соглашение от 03.03.2020   № 10 к договору возмездного оказания сервисных услуг от 01.01.2012 № 14,  заключенное АО «Архинвестэнерго» и ФИО3  

Признаны недействительными платежи в пользу ФИО3 в  размере 280 645 руб. 16 коп.  

Признаны недействительными платежи в пользу ИП ФИО4 в размере 952 258 руб. 06 коп. 

Признаны недействительными платежи в пользу ООО «Донприбор» в  размере 4 620 000 руб.  

Признаны недействительными платежи в пользу ИП ФИО5 в  размере 420 000 руб.  

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

Применены последствия недействительности сделки:  

С ФИО3 в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано 280 645 руб.  16 коп.  

С ИП ФИО4 в пользу АО «Архинвестэнерго»  взыскано 952 258 руб. 06 коп.  

С ООО «Донприбор» в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано  4 620 000 руб.  

С ИП ФИО5 в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано  420 000 руб.  

С ФИО3 в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано  3 500 руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

С ИП ФИО4 в пользу АО «Архинвестэнерго»  взыскано 3 500 руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

С ООО «Донприбор» в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано  3 500 руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

С ИП ФИО5 в пользу АО «Архинвестэнерго» взыскано 1 500 руб.  расходов по уплате государственной пошлины.  

ООО «Донприбор» с этим определением суда не согласилось, обратилось  в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой  просит его отменить.  

В обоснование своей позиции ссылается на то, что судом первой  инстанции не проведен анализ объема работ и сложности ее выполнения.  

В нарушение норм статей 9, 82, 135 АПК РФ суд первой инстанции не  разрешил вопрос о назначении судебной экспертизы, не разъяснил сторонам  возможные последствия не заявления такого ходатайства (отсутствия согласия)  и не отразил эти процессуальные действия в судебном акте.  

Оспариваемая сделка совершена ООО «Донприбор» в рамках  осуществления обычной предпринимательской деятельности.  

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в отношении 

ФИО5, получившего денежные средства не по оспариваемым сделкам, а по  уступке права требования, заключенного с ИП Черной О.С., суд первой  инстанции неправомерно указал, что ИП ФИО5 передано несуществующее  право, в связи с чем договор цессии также является ничтожным.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не  направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со  статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых  вопросах применения законодательства, регулирующего использование  документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и  арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).  

Исследовав обстоятельства дела, проверив законность и обоснованность  обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции  находит жалобу не подлежащей удовлетворению.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 

АО «Архинвестэнерго» (заказчик) и открытое акционерное общество  «Объединенная информационная система» (исполнитель) заключили 01.01.2012  договор № 14 на оказание инжиниринговых услуг, согласно которому  исполнитель принимает на себя обязательства оказывать заказчику в течение  срока действия настоящего договора услуги по сопровождению, поддержке и  эксплуатации оборудования и программного обеспечения заказчика, а заказчик  обязуется принимать и оплачивать указанные услуги. Перечень услуг указан в  приложениях 1 и 2 к договору.  

Стоимость услуг на протяжении всего периода действия договора  устанавливалась в приложении 1 к договору в зависимости от перечня услуг.  Для каждого вида услуг определена своя стоимость.  

АО «Архинвестэнерго» и АО «ОИС» заключили 03.03.2020  дополнительное соглашение № 10 к договору, на основании которого  стоимость услуг установлена в твердой сумме 300 000 руб. в месяц.  

Впоследствии соглашением от 03.03.2020 стороны заменили исполнителя  по договору с АО «ОИС» на ФИО3  

В дальнейшем должник и ФИО3 заключили дополнительное  соглашение к договору, на основании которого стоимость услуг установлена в  твердой сумме 420 000 руб. в месяц.  

Соглашением от 01.04.2020 стороны заменили исполнителя по договору с  ФИО3 на ИП Чёрную О.С.  

И соглашением от 01.07.2020 стороны заменили исполнителя по договору  с ИП Чёрной О.С. на ООО «Донприбор».  

Полагая, что дополнительное соглашение от 03.03.2020 № 10 и б/н, а  также произведенные на основании их выплаты являются подозрительными  сделками, совершенными с нарушением норм действующего законодательства,  конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.  

В качестве правового обоснования ссылается на статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 и 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Оценив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела,  апелляционная инстанция не находит оснований для несогласия с вынесенным  определением.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям  и в порядке, указанным в названном Законе.  

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться  по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе  

действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей,  возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным  законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным  законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством  Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской  Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или  правовых актов иных органов государственной власти.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам  главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия,  являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе  наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору,  передача должником имущества в собственность кредитора), или иные  действия, направленные на прекращение обязательств.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о  признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть  признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного  им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость  полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом  условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте  1 названной статьи, лицу, требующему признания сделки недействительной,  необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:  заключение сделки в течение года до принятия заявления о признании банкротом  или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом  подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности  гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.  

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка  была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных  пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не  требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным  исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один  

год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего  Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется  наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2  

статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может  быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения  был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона  сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если  она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Судом первой инстанции установлено, что определением суда от 31.10.2019  возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Из материалов дела следует, что дополнительные соглашения от  03.03.2020, а следовательно, и платежи в их исполнение совершены в период  подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  на внеочередном общем собрании акционеров АО «Архинвестэнерго»  18.12.2019 мажоритарным акционером – акционерным обществом  «Архангельская сбытовая компания» принято решение о прекращении  полномочий генерального директора АО «Архинвестэнерго» ФИО7 с 18.12.2019, передаче полномочий единоличного исполнительного  органа должника управляющей компании – акционерному обществу  «Управляющая Компания «Энергия Белого Моря».  

После смены единоличного исполнительного органа должник заключает  оспариваемое дополнительное соглашение, увеличивая стоимость услуг, при  этом указанные действия совершаются при наличии возбужденного дела о  банкротстве в отношении должника.  

Впоследствии после замены исполнителя по договору с АО «ОИС» на  ФИО3 заключается еще одно дополнительное соглашение,  увеличивающее стоимость услуг с 300 000 руб. в месяц до 420 000 руб.  

Все соглашения об увеличении стоимости до 300 000 руб., о замене  исполнителя с АО «ОИС» на ФИО3 и об увеличении стоимости с  

300 000 руб. до 420 000 руб. заключены в один день 03.03.2020. 

Аналогичные соглашения заключены к договорам на оказание  инжиниринговых услуг № 30 и 88 с акционерным обществом «Теплосервис»,  указанные сделки также признаны недействительными в рамках дела о  банкротстве.  

Кроме того, с лицами, которые являются ответчиками по настоящему спору,  заключены договоры на оказание бухгалтерских и юридических услуг, признанные  недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно представленному в материалы дела расчету за услуги,  оказанные по договору, должником уплачено:  

в 2016 году – 772 473 руб. 27 коп., в 2017 году – 785 000 руб., в 2018 году – 740 045 руб. 60 коп., в 2019 году – 645 175 руб. за 2020 году – 4 347 903 руб. 22 коп., за период с января по май 2021 года – 2 100 000 руб. 

При этом, стоимость услуг на протяжении всего периода действия договора  устанавливалась в приложении к договору в зависимости от перечня услуг.  

Между тем, доказательства увеличения объема оказываемых услуг в  материалы дела не представлены. Стороны не обосновали экономическую  целесообразность заключения оспариваемых соглашений при наличии  возбужденного в отношении АО «Архинвестэнерго» дела о банкротстве.  

Суд первой инстанции неоднократно предлагал ответчикам представить в  материалы дела пояснения о причинах значительного увеличения стоимости  оказываемых услуг и подтверждающие обоснованность такого увеличения.  

Такие доказательства в материалы дела не представлены. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о том, что установленная дополнительными соглашениями стоимость  являлась явно завышенной, поэтому имеет место неравноценность встречного  исполнения.  

Таким образом, дополнительные соглашения обоснованно признаны  судом первой инстанции недействительной сделкой по пункту 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений,  содержащихся в пункте 5 Постановления № 63, сделка, совершенная  должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления может быть признана  судом недействительной в случае, если оспаривающее сделку лицо доказало  наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с  целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате  совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Как разъяснено в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки  недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее  сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве  под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Как указано в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно  два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди  которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица.  

В силу абзаца тридцать четвертого статьи 2 Закона о банкротстве под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

В абзаце пятом пункта 6 Постановления № 63 разъяснено, что при  определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах  тридцать втором – тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Положениями абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается не только в случае наличия у должника признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату совершения  оспариваемых сделок, но и в случае возникновения указанных признаков в  результате совершения оспариваемых сделок.  

В рассматриваемом случае оспариваемое соглашение и произведенные на  основании его выплаты совершены в период подозрительности, установленный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Оспариваемое соглашение заключено после возбуждения производства  по делу о банкротстве, дело о банкротстве возбуждено по заявлению должника,  очевидно, что у должника имелись признаки неплатежеспособности и он сам  это признавал.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в  реестр требований кредиторов с учетом определений о процессуальном  правопреемстве включены кредиторы:  

акционерное общество «Управляющая компания «Энергия Белого моря»  с задолженностью в размере 1 004 082 руб. 31 коп. долга;  

ФИО8 с задолженностью в размере 623 433 руб.  40 коп., в том числе 544 670 руб. 72 коп. долга, 78 762 руб. 68 коп. пеней;  

Московско-Уральский акционерный коммерческий банк (акционерное  общество) с задолженностью в размере 333 050 092 руб. 10 коп., в том числе  200 000 000 руб. долга, 51 038 730 руб. 45 коп. процентов за пользование  кредитом, 82 011 361 руб. 65 коп. штрафных санкций;  

общество с ограниченной ответственностью «Архангельское  специализированное энергетическое предприятие» с задолженностью в размере  678 816 руб. 84 коп. долга,  

 акционерное общество «Архангельские электрические сети» с  задолженностью в размере 4 900 634 руб. 98 коп.  

Дополнительное соглашение от 03.03.2020 со стороны ответчика  подписано генеральным директором ФИО9  

ФИО9 являлась также представителем должника, что  подтверждается доверенностями от 20.12.2019, 01.02.2020, 25.01.2021, она  принимала участие в судебных заседаниях по рассмотрению обоснованности  заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), интересы  конкурсного управляющего должника в настоящем деле (доверенность от  14.05.2021).  

Кроме того, согласно определению суда от 03.06.2020 ответчик по сделке  включен в реестр требований кредиторов с задолженностью в размере  648 275 руб. долга. за оказанные услуги в период с января по октябрь 2019 года.  

С учетом изложенного апелляционная коллегия соглашается с выводом  суда о том, что, заключая соглашение № 10, руководитель ответчика не мог не  знать о финансовом положении должника и возбуждении в отношении  должника производства по делу о банкротстве.  

ФИО9 также являлась руководителем акционерного общества  «Теплосервис», с которым заключены аналогичные дополнительные  соглашения к договору на оказание инжиниринговых услуг, признанные  недействительными в рамках дела о банкротстве.  

Таким образом, изложенные выше обстоятельства в совокупности  свидетельствуют о том, что ответчик АО «ОИС»:  

знал о признаках неплатежеспособности должника,  о взаимосвязи сторон (должника и ответчика),  

о наличии умысла на вывод активов должника в целях уклонения от  возможности погашения требований кредиторов, в том числе за счет денежных  средств, уплачиваемых на основании оспариваемого договора.  

В результате совершения оспариваемых сделок уменьшился размер  денежных средств должника, подлежащих включению в конкурсную массу, что  явно свидетельствует о причинении вреда интересам кредиторов.  

Данный вывод суда подателем жалобы не опровергнут. 

С учетом изложенного конкурсным управляющим доказана совокупность  обстоятельств для признания оспариваемого соглашения № 10 и совершенных на  его основании платежей недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Дополнительное соглашение от 03.03.2020 б/н об увеличении стоимости  слуг с 300 000 руб. до 420 000 руб. не может быть признано недействительным  по указанному основанию, поскольку конкурсным управляющим не  представлено доказательств заинтересованности или осведомленности  ответчика ФИО3  

Также судом первой инстанции верно указано, что оспариваемые  соглашения заключены после возбуждения производства по делу о  банкротстве, в связи с чем произведенные на основании их платежи являются  текущими. В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  пояснил, что задолженности по текущим платежам не имеется.  

С учетом изложенного не имеется оснований для признания платежей  недействительными по статье 61.3 Закона о банкротстве.  

В апелляционной жалобе общество ссылается на то, что сделка совершена в  обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником.  

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче  имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены  на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 данного Закона, если цена  имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам,  или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент  стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской  отчетности должника за последний отчетный период.  

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой  является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям  от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в  течение продолжительного периода времени.  

К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут  быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части  кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы,  выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги  сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т. п.).  

Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со  значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный  разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.  

Бремя доказывания того, что сделка совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой  стороне сделки.  

Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент  стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице (первый и  четвертый абзацы пункта 14 Постановления № 63).  

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016   № 310-ЭС15-12396 и от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) указано, что к сделкам,  предусмотренным пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, не могут быть  отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о  недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в  частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и  пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества  должника для проведения расчетов с другими кредиторами.  

Согласно информации бухгалтерского баланса за 2018 год платежи  действительно не превышали один процент стоимости активов должника.  

Вместе с тем суд не может признать оспариваемые соглашения и платежи  совершенными в обычной хозяйственной деятельности, поскольку такая сделка  совершена должником однократно.  

В материалы дела не представлено доказательств совершения должником  аналогичных сделок с момента создания до возбуждения производства по делу  о несостоятельности (банкротстве). На протяжении всего периода действия  договора стоимость услуг определялась в процентном соотношении от общей  стоимости оказанных услуг.  

Спорные платежи совершены в условиях неплатежеспособности  должника в отношении лица, осведомленного о соответствующем финансовом  состоянии должника (абзац второй пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

Таким образом, оспариваемые соглашения и произведенные в связи с их  исполнением платежи не являются сделками, совершенными в обычной  хозяйственной деятельности.  

Конкурсный управляющий также ссылается на недействительность  оспариваемых сделок на основании статьей 10 и 168 ГК РФ.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце  четвертом пункта 4 Постановления № 63, в пункте 10 постановления  

от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок  по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в  превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих  правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными  

средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.  Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица  по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с  нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления  гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия  для наступления вреда.  

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления  правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им  гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных  интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их  нарушения.  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат  применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была  совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной  на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При  наличии в законе специального основания недействительности такая сделка  признается недействительной по этому основанию (например, по правилам  статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» (далее – Постановление № 25)).  

ГК РФ исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок,  совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им  правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

Из смысла приведенной нормы следует, что для признания сделки  мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не  намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые  последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным  условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее  сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и,  совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо  требовать ее исполнения. Пункт 1 статьи 170 ГК РФ направлен на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота.  

В пункте 86 Постановления № 25 указано, что следует учитывать, что  стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение. Например, заключить договоры купли-продажи и составить акты о  передаче имущества.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  оспариваемый договор заключен должником с ФИО3,  осуществлявшей свою деятельность на территории Ростовской области.  

 В дальнейшем права и обязанности исполнителя по договору  передавались иным лицам (ИП ФИО10, ООО «Донприбор»), которые  также находятся в Ростовской области.  

Согласно общедоступным сведениям, содержащимся в выписке из  Единого государственного реестра юридических лиц и во Всероссийской  

системе данных о компаниях и бизнесе  (https://zachestnyibiznes.ru/company/report?ogrn=

<

***>&type=total),  

основным видом деятельности ООО «Донприбор» является выращивание  однолетних культур, среднесписочная численность работников на 01.01.2021 и  на 01.01.2022 – 1, среднемесячная заработная плата в организации ниже  среднемесячной заработной платы по Ростовской области, размер взносов на  обязательное пенсионное страхование по данным ФНС России за 2020 год  составляет 20 480 руб., сведения об уплате НДФЛ отсутствуют.  

Данные обстоятельства являлись предметом исследования в рамках  обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего об увеличении  лимита расходов на оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражным  управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей  в деле о банкротстве. Определение по результатам рассмотрения указанного  обособленного спора оставлено без изменения судами апелляционной и  кассационной инстанции.  

Суд первой инстанции неоднократно запрашивал у ответчиков  доказательства оказания услуг, целесообразности заключения договора с  должником с учетом места его нахождения, а также с учетом отсутствия  филиалов и представительств в Архангельской области, документально  подтвержденные сведения, каким образом оказывались услуги при нахождении  должника в Архангельской области, а ответчика – в Ростове-на-Дону.  

Поскольку указанные доказательства в материалы дела не представлены,  оспариваемые сделки совершены с целью недопущения обращения взыскания  на денежные средства должника, вывода активов должника после возбуждения  производства по делу о банкротстве.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о  недобросовестном поведении должника и ответчиков, о злоупотреблении ими  правами, нарушении прав кредиторов на удовлетворение своих требований, что  влечет недействительность оспариваемых сделок также по основаниям,  установленным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.  

Апелляционная инстанция считает, что указанные выводы соответствуют  фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела  доказательствам.  

Согласно части 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет  юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Поскольку договор на оказание бухгалтерских услуг признан судом  недействительным, ФИО5 передано несуществующее право, договор  цессии также является ничтожным, а платежи подлежат взысканию с  получившего их лица. При этом судом обоснованно учтено, что ФИО5  является руководителем ООО «Донприбор», в связи с чем, получая денежные  средства, он не мог не знать о фиктивности заключаемого договора.  

На основании статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в  порядке применения последствий недействительности сделок суд первой  инстанции правомерно взыскал с ответчиков в конкурсную массу должника  

денежные средства, уплаченные на основании дополнительных соглашений,  признанных недействительными, в размере 5 992 258 руб. 06 коп., в том числе с  ФИО3 – 280 645 руб. 16 коп., с ИП ФИО4 –  

952 258 руб. 06 коп., с ООО «Донприбор» – 4 620 000 руб., с ФИО5 – 420 000 руб. 

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции отказал в удовлетворении  ходатайства о назначении судебной экспертизы, поскольку отсутствует  необходимость разрешения вопросов, требующих специальных знаний, что  отражено в обжалуемом определении.  

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные  в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены  арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение  для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и  законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в  связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве,  а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном  применении судом первой инстанции норм материального права.  

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе,  позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не  содержится.  

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы  обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм  материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены  определения суда апелляционная коллегия не усматривает.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 20 декабря  2022 года по делу № А05-12933/2019 оставить без изменения, апелляционную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «Донприбор» – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия  в Арбитражный суд Северо-Западного округа.  

Председательствующий К.А. Кузнецов  

Судьи О.Г. Писарева  

Л.Ф. Шумилова