ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-33696/2020к5

г. Красноярск

17 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «10» января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «17» января 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Яковенко И.В.,

судей: Морозовой Н.А., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от должника - ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 05.09.2022, паспорт;

от кредитора - публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО4, представитель по доверенности от 11.03.2022 № 8646/64-Д, паспорт.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «11» октября 2023 года по делу № А33-33696/2020к5, 

 

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ФИО2 (далее – ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 02.12.2020 заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 16.03.2021 заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» признано обоснованным и в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

Сообщение финансового управляющего о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано 03.04.2021 в газете «Коммерсантъ» за номером 58(7020).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.09.2021 ФИО2 признан банкротом, в отношении него процедуру открыта процедура реализации имущества гражданина сроком до 10.03.2022 года. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

14.06.2022 в Арбитражный суд Красноярского края посредством системы «Мой Арбитр» от ПАО «Сбербанк России» поступило заявление о признании сделки недействительной - договора купли-продажи от 13.08.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО6 по отчуждению жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0600064:1179, расположенного по адресу: 

<

...>. (дело №А33-33696-5/2020).

14.06.2022 в Арбитражный суд Красноярского края посредством системы «Мой Арбитр» от ПАО «Сбербанк России» поступило заявление о признании сделки недействительной – договора купли-продажи от 13.08.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО6 по отчуждению жилого помещения общей площадью 42.2 кв.м., расположенной на 1 (первом) этаже кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>, взыскании с ФИО6 в пользу конкурсной массы ФИО2 денежных средств в размере равном рыночной стоимости отчужденного жилого помещения по состоянию на дату заключения договора. (дело №А33-33696-6/2020).

Определениями Арбитражного суда Красноярского края от 17.06.2022, от 20.06.2022 заявления приняты к производству, судебные заседания назначены на 08.09.2022.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «11» октября 2023 года по делу № А33-33696/2020к5 заявленные требования удовлетворены, признан недействительной сделкой договор от 13.08.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО6 по отчуждению жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0600064:1179, расположенного по адресу: 

<

...>, применены последствия недействительности сделки и взыскать с ФИО6 в конкурсную массу ФИО2 денежные средства в размере 2 024 000 рублей. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 13.08.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО6 по отчуждению жилого помещения общей площадью 42.2 кв.м., расположенной на 1 (первом) этаже кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в размере 1 455 000 рублей.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2 (далее – заявитель) обратился с апелляционной жалобой, согласно которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований ПАО «Сбербанк».

Согласно доводам апелляционной жалобы, удовлетворив требование ПАО «Сбербанк», суд первой инстанции фактически лишил ответчика ФИО6 доли в совместно нажитом имуществе. Также заявитель полагает, что невозможно сделать вывод о наличии неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, поскольку невозможно с достоверностью установить размер задолженности на дату совершения оспариваемых сделок.

Кроме того, заявитель указывает, что материалами дела не подтверждено, что ответчик располагал сведениями о финансовом состоянии ФИО2 и был осведомлен о цели причинения вреда кредиторам.

От ПАО «Сбербанк России» в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому общество возражает против доводов апелляционной жалобы, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 10.01.2024.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 06.12.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, 13.08.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0600064:1179, расположенного по адресу: 

<

...>, согласно которому продавец продает, то есть передает в собственность покупателя, а покупатель покупает в собственность вышеуказанный объект недвижимости.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 1 600 000 руб. Расчет за жилое помещение произведен покупателем до подписания настоящего договора. Согласно п. 3.5 договора продавец (должник) подтверждает, что на момент приобретения права собственности на объект недвижимости в зарегистрированном браке не состоял.

13.08.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения общей площадью 42.2 кв.м., расположенной на 1 (первом) этаже кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>, согласно которому продавец продает, то есть передает в собственность покупателя, а покупатель покупает в собственность вышеуказанный объект недвижимости.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 2 400 000 руб. Расчет за жилое помещение произведен покупателем до подписания настоящего договора. Согласно п. 3.5 договора продавец (должник) подтверждает, что на момент приобретения права собственности на объект недвижимости в зарегистрированном браке не состоял.

Договоры купли-продажи от 13.08.2018 прошли государственную регистрацию в установленном законом подряде.

В заявлении Банк ссылается на то, что оспариваемые договоры купли-продажи спорного имущества, являются недействительными сделками, так как заключены в период, когда должник обладал признаками несостоятельности и ответчик в силу своей заинтересованности знал (должен был знать) об указанном обстоятельстве. В результате совершенных сделок произведен вывод имущества из состава активов должника при неравноценном встречном предоставлении, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление о признании сделки недействительной подано конкурсным кредитором, чьи требования составляют более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, следовательно, уполномоченным лицом.

В обоснование признания сделки недействительной конкурсный кредитор ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято к производству 02.12.2020, оспариваемые сделки совершены 13.08.2018, то есть в течение срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве – в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Рассматривая вопрос о том, был ли в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, необходимым условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является уменьшение в результате такой сделки стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также наступление иных последствий, влекущих полную или частичную утрату кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано ранее, 13.08.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0600064:1179, расположенного по адресу: 

<

...>, согласно которому продавец продает, то есть передает в собственность покупателя, а покупатель покупает в собственность вышеуказанный объект недвижимости.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 1 600 000 руб.

13.08.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения общей площадью 42.2 кв.м., расположенной на 1 (первом) этаже кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>, согласно которому продавец продает, то есть передает в собственность покупателя, а покупатель покупает в собственность вышеуказанный объект недвижимости.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 2 400 000 руб.

К дате настоящего судебного заседания в материалы дела от ООО «Кабинет Судебной экспертизы и оценки» поступило экспертное заключение №66 СОЭ/23 от 19.09.2023, согласно которому рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0600064:1179 и расположенного по адресу: 

<

...> составляет 2 024 000 руб.; рыночная стоимость жилого помещения с кадастровым номером 24:50:0500190:629, расположенного по адресу: 

<

...> составляет 1 455 000 руб.

Вместе с тем, как указал суд первой инстанции, документы, подтверждающие передачу денежных средств должнику по спорным договорам купли-продажи ответчиком в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлены.

При этом согласно сведениям, представленных налоговым органом (справки 2-НДФЛ) доход ФИО6 за 2017 год составил 756 313,43 руб., за 2018 год составил 763 894,22 руб., без учета вычета налога на доходы, что свидетельствует об отсутствии у ФИО6 финансовой возможности приобрести спорные квартиры на совокупную сумму 4 000 000 руб.

В отзыве от 23.08.2022 (том 1, л.д. 19) на заявление ПАО «Сбербанк» должник, возражая против доводов Банка о неравноценности встречного предоставления, сообщил, что осуществил продажу объекта недвижимости в пользу бывшей супруги по той же цене, за которую приобрел спорную квартиру, в связи с чем размер активов должника не изменился, имущественное состояние должника на момент осуществления сделок не поменялось.

В дальнейшем в ходе рассмотрения настоящего дела позиция должника и его интерпретация фактических обстоятельств дела поменялись.

Так, должником заявлен довод о том, что спорные квартиры по договорам от 13.08.2018 переданы бывшей супруге в счет компенсации от реализации иного имущества (приобретенного в период брака – имеет режим совместной собственности) по договору купли-продажи от 13.07.2018.

Применительно к данному доводу должника судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства.

13.07.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО7, ФИО8 (покупатели) заключен договор купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...> с кадастровым номером 24:50:0700069:0:1, земельного участка с кадастровым номером 24:50:0700069:9, гаража, расположенного по адресу 

<

...> с условным номером 24-24-01/207/2011-171. Стоимость реализованного имущества составляет 6 000 000 руб., в том числе: ФИО7 – 4 000 000 руб., ФИО8 – 2 000 000 руб. (п. 4 договора).

Согласно п.5 указанного договора сумма в размере 6 000 000 руб. уплачена покупателями продавцу до подписания настоящего договора за счет собственных средств, в связи с чем продавец, подписывая настоящий договор подтверждает, что указанная сумма им получена.

13.07.2018 заключен договор купли-продажи между ФИО7 и ФИО7 (продавцы) и ФИО2 (покупатель) в отношении жилого помещения общей площадью 42.2 кв.м., расположенной на 1 (первом) этаже кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 1 600 000 руб. Расчет за жилое помещение произведен покупателем до подписания настоящего договора.

Согласно п. 3.5 договора продавец (должник) подтверждает, что на момент приобретения права собственности на объект недвижимости в зарегистрированном браке не состоял.

13.07.2018 заключен договор купли-продажи между ФИО7 и ФИО7 (продавцы) и ФИО2 (покупатель) в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 2.1 договора, стороны пришли к взаимному соглашению о цене продаваемого помещения в сумме 2 400 000 руб. Расчет за жилое помещение произведен покупателем до подписания настоящего договора.

Согласно п. 3.5 договора продавец (должник) подтверждает, что на момент приобретения права собственности на объект недвижимости в зарегистрированном браке не состоял.

13.08.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключены два договора купли-продажи следующих объектов: - кадастровый номер 24:50:0600064:1179, адрес: 

<

...>, - кадастровый номер: 24:50:0500190:629, адрес: 

<

...>.

Отклоняя довод должника о компенсационном характере совершенных сделок, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что должником суду не представлено разумных объяснений столь длительной «выплаты компенсационного характера». Какие-либо пояснения в части передачи в собственность ответчика спорных объектов недвижимости спустя 1 месяц с момента приобретения квартир, учитывая, что данные квартиры переданы бывшей супруге в счет компенсации от реализованного совместно нажитого имущества, ФИО2 не представлены. Правовое обоснование столь длительной передачи имущества суду не представлено. Разумные объяснения заключения столь сложной цепочки сделок (реализация имущества ФИО2 - приобретение имущества у покупателей - реализация имущества ФИО2 спустя месяц в счет компенсации первоначально реализованного имущества), учитывая позицию должника, принимая во внимание, что совместно нажитое имущество реализовано и приобретены спорные квартиры в один день – 13.07.2018, отсутствуют.

Соглашаясь с указанными выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции в части длительного характера компенсации также отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

К требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации). При этом течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о нарушении своею права на общее имущество (пункт 2 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, брак между должником и его супругой расторгнут 09.10.2014, при этом доказательств раздела имущества в материалы дела не представлено, равно как и сведений о том, что между супругами существовали разногласия по поводу возможного раздела совместно нажитого имущества.

Кроме того, ни после расторжения брака, ни после совершения оспариваемых сделок ФИО6 к бывшему супругу с требованием о выплате причитающейся ей доли не обращалась, о статусе имущества как совместно нажитого было заявлено только в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора.

Также, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции должником не предоставлены разумные объяснения в отношении самого способа компенсации путём передачи бывшей супруге квартир вместо более простого – передачи денежных средств, полученных от продажи недвижимого имущества, нажитого в период брака.

Более того, ни один из представленных в материалы дела документов не содержит сведений о том, что совершенные должником и ответчиком действия опосредованы механизмом предоставления компенсации бывшей супруге должника.

С учётом изложенного, принимая во внимание, что доказательства оплаты по оспариваемым договорам в материалы дела не представлены, учитывая необъяснимо меняющуюся процессуальную позицию должника относительно факта оплаты, а также учитывая, что должником и ответчиком не раскрыты мотивы совершения столь сложного порядка возврата компенсации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным интересам кредиторов.

Рассматривая вопрос об осведомленности ФИО6 о противоправной цели должника к моменту совершения сделки, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что факт осведомленности стороны сделки о цели должника причинить вред кредиторам может быть установлен и через доказательства того, что другая сторона сделки знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника к моменту совершения сделки.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделок может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, осведомлённости об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Учитывая изложенное, исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств, приведённых конкурсным кредитором доводов достаточно для того, чтобы в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к ответчику перешло бремя доказывания обратного. ФИО6 не должно было составить труда дать пояснения по поводу аффилированности с должником, раскрыть разумные экономические мотивы совершения оспариваемых сделок, документально подтвердить передачу должнику денежных средств, а также реальность сложившихся с ним правоотношений.

Между тем, ФИО6, несмотря на неоднократные требования суда представить в материалы дела пояснения по существу заявленных требований, проявила пассивную позицию и не раскрыла истинные мотивы совершения оспариваемых сделок.

В этой связи, как справедливо отметил суд первой инстанции, осведомленность ФИО6 связывается с нетипичностью цепочки сделок, направленных на приобретение, отчуждение имущества: между сторонами отношения были возможны только в связи с тем, что лица (ответчик, должник) были осведомлены о финансовом состоянии ФИО2 и преследовали иные цели при заключении оспариваемых сделок, в частности на вывод активов должника.

О таком выводе свидетельствует поведение сторон – отсутствие встречного предоставления по переданному в собственность имуществу на сумму 4 000 000 руб., а также последующая реализация данного имущества супругой должника, регистрация по одному месту жительства на дату совершения сделок.

Между тем в рассматриваемом случае сторонами сделки суду не даны какие-либо объяснения в отношении иной цели совершения сделки, чем уклонение от расчетов с кредиторами.

Ответчиком в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих ее осведомленность о заключении договоров купли-продажи с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, учитывая, что должник на момент совершения оспариваемых сделок имел неисполненные обязательства.

Суд первой инстанции также справедливо отметил, что независимый участник правоотношений по отношению к своему контрагенту не станет расточительно относиться к своим денежным средствам, указывая, что денежные средства получены до подписания договора купли-продажи, без ссылки на передачу имущества в счет компенсационных выплат после расторжения брака при реализации имущества бывших супругов. Разумных объяснений такого поведения ответчика суду не представлено.

Рассматривая вопрос о том, были ли оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения сделки (13.08.2018) у должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по следующим кредитным договорам: 

<

***> от 19.10.2017, №2216/86460070/416/16/1 от 13.09.2016.

Наличие указанной задолженности перед ПАО «Сбербанк России» на дату совершения оспариваемой сделки подтверждено определением Советского районного суда г. Красноярска от 01.04.2019 по делу № 2- 2282/2019, согласно которому утверждено мировое соглашение, заключенное между Публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и ООО «Трансресурс», ООО «СИОН», ФИО2, ФИО9, ИП ФИО10, ООО «ГАРАНТЛОГИСТИК».

09.08.2019 выданы исполнительные листы на принудительное исполнение условий Мирового соглашения. По состоянию на 09.11.2020 размер задолженности составлял 30 018 051,01 руб., из которых: - 29 713 733,12 руб. – задолженность по кредитному договору 

<

***> от 19.10.2017; - 305 317,89 руб. – задолженность по договору №2216/86460070/416/16/1 от 13.09.2016. Указанная задолженность не погашена до настоящего времени, включена в реестр требований кредиторов, что подтверждается определение суда от 16.03.2021 по делу № А33-33696/2020. Доказательства, опровергающие данные обстоятельства не представлены.

Таким образом, вышеуказанная задолженность перед ПАО «Сбербанк России» образовалась 27.07.2018, т.е. до 13.08.2018 и на момент совершения спорных сделок была не погашена.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что размер долга, установленного в мировом соглашении, определен на дату заключения мирового соглашения (19.03.2013), в связи с чем определение об утверждении мирового соглашения не может являться доказательством наличия задолженности по состоянию на 13.08.2018 (на момент совершения оспариваемых сделок), отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку наличие просроченной задолженности на дату совершения сделок подтверждается также расчётами задолженности, представленными Банком совместно с заявлением о признании должника банкротом.

Так, согласно расчёту задолженности по кредитному договору 

<

***>, просрочка началась 27.07.2018, когда была вынесена сумма долга в 846 454, 42 руб.

Кроме того, как следует из материалов дела, у должника имелась задолженность перед иными кредиторами. В частности, определением Арбитражного суда Красноярского края от 01.10.2021 по делу А33-33696-1/2023 в реестр требований должника ФИО2 была включена задолженность перед ПАО ВТБ в размере 1,3 млн. руб. Согласно указанному определению (стр. 3) у должника имеется задолженность по плановым процентам за период с 28.03.2018 по 10.03.2021.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок.

Обстоятельства же заинтересованности были исследованы судом выше.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о применении презумпции цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также отмечает, что в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

С учётом того, что как установлено ранее, между сторонами отношения были возможны только в связи с тем, что лица (ответчик, должник) были осведомлены о финансовом состоянии ФИО2 и преследовали иные цели при заключении оспариваемых сделок, в частности на вывод активов должника, то судебная коллегия полагает доказанным наличие цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также оснований для применении последствий недействительности сделки.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции фактически лишил ответчика ФИО6 доли в совместно нажитом имуществе, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку ответчик не была лишена возможности обратиться в суд с заявлением о разделе общего имущества супругов в порядке, предусмотренном пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Иные, приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены апелляционным судом и не принимаются во внимание, поскольку они не опровергают выводы суда первой инстанции, основанные на установленных по делу обстоятельствах, исследованных доказательствах и нормах права, и сводятся к несогласию подателя жалобы с результатом приведенной судами оценки собранных доказательств и установленных обстоятельств, что не свидетельствуют о нарушении судами норм материального или процессуального права и по существу направлено на их переоценку. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба по изложенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявитель апелляционной жалобы не представил каких-либо доказательств в их опровержение. Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Апелляционный суд приходит к выводу, что арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку и не допустил нарушений норм материального и процессуального права.

На основании вышеизложенного, Третий арбитражный апелляционный суд полагает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 02 апреля 2023 года по делу № А33-33501/2019к49 не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы относится на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 11 октября 2023 года по делу № А33-33696/2020к5 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

 

И.В. Яковенко

Судьи:

 

Н.А. Морозова

 

В.В. Радзиховская