СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14452/2022(26)-АК

Дело № А60-43110/2022

03 июля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Даниловой И.П..,

судей                                      Саликовой Л.В., Устюговой Т.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой К.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка,  ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 17 марта 2025 года    

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 и признании недействительным договора № А-59 участия в долевом строительстве от 05.09.2018, заключенного между должником и ФИО1; применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-43110/2022 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоРемСтройКомплект» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>),

лицо, в отношении которого совершена оспариваемая сделка: ФИО1, 

третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области, ФИО3,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.08.2022 было принято к производству поданное в суд 05.08.2022 заявление общества с ограниченной ответственностью «МПП ВДВ Плюс» о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоРемСтройКомплект» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.10.2022 после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления без движения, принято к производству поданное в суд 04.08.2022 заявление ФИО4 о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоРемСтройКомплект» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2023 (резолютивная часть от 28.12.2022) заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». Этим же определением дело № А60-42749/2022 по заявлению ФИО4 и дело № А60-43110/2022 по заявлению ООО «МПП ВДВ Плюс» о признании ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» несостоятельным (банкротом) объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением делу номера № А60-43110/2022.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2023 (резолютивная часть от 11.07.2023) ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО2, член союза «СРО АУ «Стратегия». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.09.2023 по делу № А60-43110/2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 

Конкурсный управляющий ФИО2 03.08.2025 (поступило в суд  05.08.2025) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании  недействительным договора № А-59 участия в долевом строительстве от 05.09.2018, заключенного между ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» (застройщик) и ФИО1 (участник долевого строительства) и применении  последствий недействительности сделки путем аннулирования в Едином государственном реестре недвижимости регистрационной записи **:**:*******:687-66/001/2018-116 от 11.09.2018 года и взыскания с ФИО1 в пользу ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» денежных средств в сумме 2 688 700 руб. 

Определением суда от 15.08.2024 заявление  принято  к производству, назначено судебное  заседание, в качестве третьих лиц без самостоятельных требований привлечены: Управление Росреестра по Свердловской области, ФИО3.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.03.2025 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, признан недействительным договор участия в долевом строительстве № А-59 от 05.09.2018, заключенный между ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» (застройщик) и ФИО1. Применены последствия  недействительности сделки  в виде взыскания  с ФИО1  2 688 700 руб. в конкурсную массу ООО «ЭнергоРемСтройКомплект». 

Ответчик ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции, просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы апеллянт указывает, что ФИО1 была произведена оплата по договору №А-59 от 05.09.2018 в полном объеме, все документы по оплате были переданы цессионарию при уступке права. Настаивает на том, что договор долевого участия заключался с целью приобретения недвижимого имущества, был оплачен и зарегистрирован в Росреестре, стороны действовали добросовестно, в рамках закона и не имели намерения причинить кому-либо вред, иное конкурсным управляющим не доказано.  Отрицает, что являлся лицом, контролирующим должника, его руководителем, входит в органы управления, в связи с чем  не мог и не должен был знать о финансовом состоянии должника. Полагает, что договор участия в долевом строительстве № А-59 совершен за пределами трехгодичного срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не может быть признан недействительным на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, поскольку пороки оспариваемой сделки не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок.

До начала судебного разбирательства от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Согласно  телефонограмме представитель  ФИО1 отказалась от участия  в судебном  заседании  путем  веб-конференции.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.09.2018 между ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» (застройщик) и ФИО1 (участник долевого строительства) заключен договор №А-59 об участии в долевом строительстве (объект долевого строительства общей проектной площадью 38,41 кв.м., этаж 8, цена договора 3 618 550 руб.). О чем была внесена в Едином государственном реестре недвижимости регистрационная запись **:**:*******:687- 66/001/2018-116 от 11.09.2018 года.

16.10.2018 согласно договору уступки прав (требований) ФИО3 приобрела право требования по договору долевого участия в долевом строительстве № А-59 от 05.09.2018, заключенному между ФИО1 и ООО «ЭнергоРемСтройКомплект», по условиям которого должник обязался в срок не позднее 4 квартала 2018 года завершить строительство объекта нежилого помещения с проектным номером 59, площадью 38,41 кв.м., расположенного на 8 этаже в здании по адресу: 

<

...>, получить разрешение на ввод в эксплуатацию и передать участнику долевого строительства объект не позднее 01.03.2019 по цене 2 112 550 руб. (запись о государственной регистрации в ЕГРН № **:**:*******:687- 66/001/2018-136 от 18.10.2018) и вступившим в законную силу судебными актами: решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 19.12.2022 по делу № 2-4057/2022, определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.05.2023 по делу А60-43110/2022

Конкурсный управляющий ФИО2 считает договор № А-59 участия в долевом строительстве от 05.09.2018, заключенный между ООО «ЭнергоРемСтройКомплект»  (застройщик) и ФИО1, недействительной сделкой  по основанием  статьи 61.2 Федерального  закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Признавая указанный договор участия в долевом строительстве недействительной сделкой, суд первой инстанции, исходил из того, что при заключении договора долевого участия №А-59 от 05.09.2018 стороны сделки преследовали единую, общую цель, а именно: длящееся многократное использование ФИО1 как мнимого собственника приобретаемых апартаментов, с целью скрыть реальных бенефициаров, в пользу которых и действовал ФИО1

Суд первой инстанции, применяя последствия признания сделки недействительной принял во внимание, что сам по себе договор № А-59 от 05.09.2018 об участии в долевом строительстве является недействительной сделкой,  но права  по нему отчуждены добросовестному приобретателю ФИО3, в связи с чем в качестве последствий недействительности сделки  надлежит  взыскать  с ФИО1   действительную стоимость прав  в размере 2 688 700 руб.

Также суд заключил, что действия должника и ответчика были направлены не на реальное возникновение гражданских правоотношений, а являются недобросовестными, направлены на вывод имущества из конкурсной массы должника, что нарушает права кредиторов должника, вовлеченных в процесс банкротства, препятствует справедливому рассмотрению дела о банкротстве и распределению конкурсной массы должника.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи  71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

Разъяснения в отношении порядка применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания при оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) содержатся разъяснения, в которых указано, что в деле о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как  следует  из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражным судом 12.08.2022, оспариваемая сделка  совершена 05.09.2018, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 и др.).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания указанной выше нормы под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Как было  указано выше, 05.09.2018 между ООО «Энергоремстройкомплект» (застройщик) и ФИО1 заключен договор №А-59 об участии в долевом строительстве (объект долевого строительства общей проектной площадью 38,41 кв.м., этаж 8, цена договора 2 688 700 руб.). О чем была внесена в Едином государственном реестре недвижимости регистрационная запись 66:41:0000000:687- 66/001/2018-116 от 11.09.2018 года.

В дальнейшем  между должником (застройщик),  ФИО1 (участник) и  ФИО3 (новый участник) (цессионарий) 16.10.2018 заключен  договор уступки  права требования по договору  участия  в долевом строительстве  № 59 от 05.09.2018, по условиям которого с согласия застройщика  участник  в соответствии  со статьями 382-390 ГК РФ  и статьей 11  ФЗ  № 214-ФЗ  от 30.12.2004 уступил,  новый участник  принял право требования  по договору  участия  в долевом строительстве  № 59 от 05.09.2018.

 Уступаемы права  участника  к новому участнику  выражены в требовании  к застройщику построить и передать  помещение  в объекте  «Здание  для размещения  гостиницы со встроенной  закрытой  автостоянкой по ул. Бажова в г. Екатеринбурге».  Объект нежилого помещения с проектным номером 59, площадью 38,41 кв.м., расположенного на 8 этаже в здании по адресу: 

<

...>, (запись о государственной регистрации в ЕГРН № 66:41:0000000:687- 66/001/2018-136 от 18.10.2018).

Таким образом, в силу распорядительной сделки ФИО1 полностью уступил все права по договору № А-59 от 05.09.2018 ФИО3, последней был произведен полный расчет по договору.  

Между тем согласно выпискам по расчетным счетам ООО «ЭнергоРемСтройКомплект»  договор № А-59 от 05.09.2018 ФИО1 оплачен не был, сведения об оплате договора № А-59 от 05.09.2018 ФИО1 не нашли своего отражения в материалах дела.

Кроме того, определением Арбитражного суда Свердловской области по настоящему делу требования ФИО3 в сумме 2 688 700 руб. по договору уступки права требования от 16.10.2018 года по договору № А-59 от 05.09.2018 включены в реестр кредиторов ООО «ЭнергоРемСтройКомплект», как обеспеченные залогом.

В рамках обособленного спора установлена заинтересованность ФИО1 по отношению к ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» и ООО «Энерголеспром» в соответствии  со статьей 19 Закона о банкротстве (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024 по делу № А60-43110/2022).

Так конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что главным бухгалтером ООО «ЭнергоРемстройКомплект» в период с 2015 года по 2020 год включительно была ФИО4, которая в период с 03.08.2017 по 01.12.2017 помимо выполнения функций главного бухгалтера была директором ООО «ЭнергоРемстройКомплект».

ФИО4 была директором ООО «Виктория Стройинжиниринг» в период с 2015 по 19.11.2019 года. В свою очередь ФИО1 в период с 23.10.2015 по 13.05.2021 был участником ООО «Виктория Стройинжиниринг», его доли в обществе менялись, и к 2021 году доля составила 100 процентов участия.

Таким образом, ФИО1 в силу корпоративной связи с ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» мог и должен был быть полностью осведомлен о финансово-хозяйственной деятельности должника ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» и не мог не знать, что организация ООО «Энерголеспром» никогда не являлась подрядчиком на строительстве объекта по адресу: 

<

...> и по состоянию на 2020 год имела все признаки недействующей организации. Тем более, что ранее в 2015 году ФИО1 был участником ООО «Энерголеспром» с долей 100% и директором указанной организации. 

Ранее как судом первой, так и апелляционной инстанции отказано ФИО1 во включении в реестр требований кредиторов, как «мнимого собственника» (статья 10, 170), который не производил оплату за апартаменты, лишь участвуя в схеме по выводу актива в пользу реальных бенефициаров в рамках единого длящегося правонарушения  с общей единой целью не допустить обращение взыскания на имущество должника со стороны добросовестных приобретателей апартаментов - обманутых дольщиков, а затем и признаны недействительными сделками договоры долевого участия с ФИО1 № А-78, 90, 99, 165 по тем же мотивам (Постановление апелляционного суда от 10.02.2025).

Денежные средства добросовестного дольщика ФИО3 полученные ФИО1 М.В. не были зачислены на расчетный счет ООО «ЭнергоРемСтройКомплект», следовательно, договор № А-59 от 05.09.2018 был заключен ФИО1 в целях вывода активов должника в свою пользу и извлечения незаконного дохода от реализации апартамента.

В связи с отсутствием доказательств того, что оплата за приобретенное имущество произведена, ответчик, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, не мог не осознавать, что подобная сделка предполагает нарушение прав и законных интересов кредиторов продавца, отчуждающего имущество безвозмездно. Передача имущества в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления не может отвечать интересам должника и его кредиторов, которые могут получить удовлетворение своих требований к обществу только за счет имущества и денежных средств должника. В данном случае отсутствие оплаты по спорным договорам свидетельствует о наличии сговора продавца и покупателя, действительной целью сделки является сокрытие имущества от кредиторов. 

Таким образом, действия должника и ответчика были направлены не на реальное возникновение гражданских правоотношений по поводу купли-продажи имущества, а являются недобросовестными, направлены на вывод имущества из конкурсной массы должника, что нарушает права кредиторов должника, вовлеченных в процесс банкротства, препятствует справедливому рассмотрению дела о банкротстве и распределению конкурсной массы должника. 

В результате отчуждения должником спорного имущества должнику и его кредиторам был причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

Спорная сделка совершена со злоупотреблением права, с целью вывода имущества от должника и причинению вреда кредиторам – обманутым дольщикам, некоторые из которых лишились единственного жилья, продав его для оплаты апартаментов. При  том, сделка  совершена с аффилированным  по отношению к должнику  лицом. 

Доводы жалобы об отсутствии доказательств, подтверждающих пороки оспариваемых сделок, выходящих за пределы статьи 61.2 Закона о  банкротстве,  отклоняются арбитражным судом апелляционной инстанции.

 Судебными  актами  об отказе во включении требований  ФИО1  в реестр требований кредиторов,  о признании  недействительными   иных договоров долевого участия   установлены  недобросовестные  действия  ответчика по   безвозмездному  выводу имущества должника и невозможности  иным   участникам долевого строительства (физическим  лицам)  получить удовлетворение своих требований.    Доказательства  оплаты  и  финансовой возможности  произвести оплату по договору долевого  участия    ответчиком  не представлено. 

В силу изложенного, вопреки доводам апеллянта, имелись предусмотренные статьями 10, 168 ГК РФ основания для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной.

Учитывая все изложенное в совокупности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что и при заключении договора долевого участия №А-59 от 05.09.2018 между должником и ФИО1 стороны сделки преследовали единую, общую с иными заключенными сделками между указанными лицами, которые уже ранее признаны недействительными по общегражданским основаниям, цель, а именно: длящееся многократное использование ФИО1 как мнимого собственника приобретаемых апартаментов, с целью скрыть реальных бенефициаов, в пользу которых и действовал ФИО1, что в силу статьей  10, 168 ГК РФ признается недействительной сделкой. При этом, ФИО1 лично в судебных заседаниях не участвовал, реальных бенефициаров не раскрыл.

Арбитражным управляющим подано соответствующее заявление об аннулировании записи в Едином государственном реестре недвижимости регистрационная запись **:**:*******:687-66/001/2018-116 от 11.09.2018 года в качестве применения последствий недействительности договора № А-59 от 05.09.2018 об участии в долевом строительстве.

При этом, как верно отмечено конкурсным управляющим в пояснениях от 18.11.2024 единственный интерес кредиторов заключается в возврате денежных средств в сумме 2 688 700 руб., не поступивших в конкурсную массу, поэтому в данном случае не имеет значение, в каком качестве будут возвращены денежные средства в конкурсную массу – либо в качестве последствий признания сделки недействительной либо в качестве убытков, причиненных незаконными действиями ФИО1

ФИО6 (конечный приобретатель) является добросовестным приобретателем данных апартаментов № А-59, ее требования включены в реестр требований кредиторов должника, ее регистрационная запись является действительной, в связи с чем, аннулирование предыдущей записи, внесенной в Росреестр до ее записи о прежнем правообладателе ФИО1, конкурсную массу не пополнит (не освободит соответствующий апартамент от прав притязаний добросовестного кредитора). В тоже время как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации единственной цель признания сделок недействительными - это пополнение конкурсной массы, в связи с чем, оснований для аннулирования записи о прежнем правообладателе, не имеется.  

Как указано в пункте  1 статьи  61.6 Закона о банкротстве, в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенное в совокупности, принимая во внимание, что сам по себе договор № А-59 от 05.09.2018 об участии в долевом строительстве является недействительной сделкой, но отчужден добросовестному приобретателю ФИО3, в связи с чем в качестве последствий недействительности сделки с ФИО1 подлежит  взысканию действительная стоимость этого имущества на момент его приобретения, а именно 2 668 700 руб.

 О взыскании убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения, конкурсным управляющим не заявлено, расчет удорожания апартаментов не представлен.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что в отношении уступленных прав требования на апартаменты третьему лицу добросовестному приобретателю с ФИО1 в пользу ООО «ЭнергоРемСтройКомплект» подлежат взысканию полученные денежные средства в размере 2 688 700 руб.

Суд апелляционной инстанции  также соглашается с выводами суда первой  инстанции  о том, что срок исковой давности  конкурсным управляющим не пропущен, в связи с чем  отклоняет  доводы апелляционной жалобы ФИО1 

Так, ФИО2 был назначен и.о. конкурсного управляющего 18.07.2023. Директор должника учредительные документы должника не передал, факт аффилированности ФИО1 с должником, а также отсутствие возможности в принципе приобретения с его стороны хоть какого-либо недвижимого имущества был установлен постановлением  Семнадцатого  арбитражного  апелляционного суда  20.06.2024 (неплатежеспособность ФИО1, номинальная роль при выводе активов); при рассмотрении требования ФИО7 судом не проверялось надлежащее исполнения обязательств первоначальным дольщиком ФИО1, поскольку в силу пункта 7 «Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 2 (2022)» возникновение спора о надлежащем исполнении первоначальным участником долевого строительства обязательства по уплате застройщику цены договора не является основанием для признания недействительным ранее заключенного этим участником долевого строительства договора об уступке прав по договору об участии в долевом строительстве.

Более того,  сделка признана недействительной (ничтожной)  по общим  основаниям  ГК РФ,  где срок  исковой давности составляет  три  года, последний начинает течь  для лиц, которые не являются стороной сделки  с момента, когда  узнали о  нарушенном праве.

ФИО2 по общему права   мог узнать  сделке  с даты введения  в отношении  должника процедуры  конкурсного производства (18.07.2023), с заявлением   обратился 03.08.2024, следовательно, срок давности  не пропущен. 

Апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 17 марта 2025 года по делу № А60-43110/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

И.П. Данилова 

Судьи

Л.В. Саликова 

Т.Н. Устюгова