619/2022-63831(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-29631/2018

г. Краснодар

01 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2022 года. Постановление изготовлено в полном объеме 1 декабря 2022 года. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Соловьева Е.Г., судей Калашниковой М.Г. и Мацко Ю.В., при участии в судебном  заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Принцип» – ФИО1 – ФИО2 и ФИО3  (доверенности от 23.11.2022 и 04.07.2022), от индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 01.01.2022), в отсутствие иных  участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе  путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную  жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Принципал» ФИО1 на определение Арбитражного суда  Краснодарского края от 07.07.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 28.08.2022 по делу № А32-29631/2018 (Ф08-11854/2022),  установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Принцип» (далее –  общество) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный  управляющий) обратился с заявлением о признании недействительным подписанного  обществом (залогодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее –  предприниматель) договора залога от 13.07.2017.  

Требования основаны на статьях 10, 166 – 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – Гражданский кодекс), положениях статей 61.1, 61.2 и 61.3  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) и мотивированы тем, что указанная сделка  не прошла процедуру регистрации, совершена в отсутствие намерения сторон вступить  

в соответствующие правоотношения (мнимая) с целью причинения вреда должнику и его  кредиторам.  

Определением от 07.07.2022 заявленные требования удовлетворены. Судебный акт  мотивирован тем, что несоблюдение сторонами предусмотренной пунктом 4 статьи 339.1  Гражданского кодекса процедуры регистрации договора залога является основанием  для признания данного соглашения ничтожным. В момент совершения указанной сделки  должник отвечал признакам неплатежеспособности (недостаточности имущества).  Поскольку стороны не имели намерения на возникновение прав и обязанностей из  оспариваемого соглашения, оно признано мнимым.  

Постановлением апелляционного суда от 28.08.2022 определение от 07.07.2022  отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано со ссылкой на  недоказанность конкурсным управляющим оснований для квалификации оспариваемого  соглашения в качестве недействительной сделки. Распределены судебные расходы.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты  и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, суды неправомерно  ограничились проверкой оспариваемой сделки на предмет ее ничтожности (мнимости).  Судебные инстанции не выяснили вопрос о соответствии договора залога положениям  Закона о банкротстве, а также не определили материально-правовой интерес конкурсного  управляющего. Данная сделка совершена с нарушением положений статей 61.2 и 61.3  Закона № 127-ФЗ, поскольку в результате ее исполнения отдельный кредитор получил  преимущественное исполнение, а остальным кредиторам причинен вред. Несоблюдение  предусмотренной Законом процедуры регистрации залога влечет его ничтожность.  

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган указал на ее  обоснованность, просил отменить постановление апелляционного суда.  

В судебном заседании представители сторон повторили свои доводы и возражения.  

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.  

Как следует из материалов дела, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой  службы № 7 по Краснодарскому краю обратилась с заявлением о признании общества  несостоятельным (банкротом). Определением суда от 06.08.2018 заявление принято к  производству. Определением от 11.03.2019 требования заявителя признаны  обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным  управляющим утверждена ФИО6 Решением от 07.07.2020 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство,  исполняющей обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6  

Определением от 15.10.2020, конкурсным управляющим утвержден ФИО1  Определением от 15.03.2021 в отношении общества введено внешнее управление,  внешним управляющим утвержден ФИО1 Решением от 24.01.2022 общество  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1  

В ходе анализа сделок должника конкурсный управляющий выявил, что по  договору от 13.07.2017 общество (залогодатель) передало в залог предпринимателю  (залогодержатель) башенный кран гидравлический быстро монтирующийся марки Potain  Igo T85, 2014 года выпуска (зарегистрирован в Сочинском отделе СКУ Ростехнадзора  27.06.2014 № 413888), страна-производитель – Франция.  

Вступившим в законную силу определением от 20.08.2021 по данному делу  требования предпринимателя: 3 615 530 рублей 97 копеек основного долга и  585 727 рублей 68 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами,  включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные  залогом имущества должника (договор залога от 13.07.2017).  

Конкурсный управляющий, полагая, что данная сделка является недействительной,  оспорил ее в судебном порядке.  

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной  инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде  кассационной инстанции.  

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Закона № 127-ФЗ дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании  недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в названном Законе.  

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены  в статьях 61.2 и 61.3 Закона № 127-ФЗ.  

Дело о несостоятельности (банкротстве) общества возбуждено определением  от 06.08.2018, оспариваемая сделка совершена 13.07.2017, то есть в период  подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона № 127-ФЗ.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в  целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех  лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона  знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным  имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных  сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать  и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации  – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по  данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или  место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением  сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или  исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  

отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством  Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или  искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества  должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом  либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее –  постановление № 63) приведены следующие разъяснения. Предусмотренные  статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут  оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок (абзац 1). В связи с этим в силу  статьи 166 Гражданского кодекса такие сделки по указанным основаниям могут быть  признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона  о банкротстве (абзац 2). В то же время наличие в Законе № 127-ФЗ специальных  оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 данного Закона,  само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского  кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна.  

Как указано в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса). Следует учитывать,  что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.  Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника  

заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о  передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или  учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки  для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании  пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса.  

Для признания сделки мнимой необходимо установить отсутствие у сторон на  момент ее совершения намерения создать соответствующие ее условиям правовые  последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием  признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка  не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не  имеют намерений на ее исполнение либо на предъявление требования о ее исполнении.  

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся  правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых  последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов.  Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие  действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим  установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых  такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для  квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской  Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).  

Поэтому суду при разрешении спора следует учесть, что формальное исполнение  лишь для вида условий сделки ее сторонами не препятствует квалификации ее в качестве  мнимой. Составление сторонами передаточного акта и (или) регистрация договора в ЕГРН  не является исполнением гражданско-правового обязательства в том смысле, какой  придает ему закон (пункт 1 статьи 307 Гражданского кодекса).  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции установил, что в  реестре уведомлений о залоге Федеральной нотариальной палаты отсутствуют сведения  об обременении спорного имущества залогом в пользу предпринимателя. Учитывая  данное обстоятельство, отсутствие сведений о реальности правоотношений сторон,  а также наличие у должника в момент совершения сделки неисполненных обязательств  перед иными кредиторами, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данное  соглашение является ничтожной (мнимой) сделкой.  

Повторно исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся  доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле  

лиц, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для  признания оспариваемого соглашения недействительным. Как указала судебная коллегия,  несоблюдение сторонами договора залога предусмотренной пунктом 4 статьи 339.1  Гражданского кодекса процедуры регистрации само по себе не влечет ничтожность такого  соглашения. Оспариваемое соглашение подписано сторонами в обеспечение обязательств  общества в рамках контракта от 13.07.2017 № 13/07/17. Доказательства  недействительности данного контракта в деле отсутствуют; задолженность и проценты за  пользование чужими денежными средствами, образовавшиеся в связи с ненадлежащим  исполнением обществом обязательств их этого соглашения, включены в реестр  требований кредиторов должника.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности  конкурсным управляющим факта аффилированности предпринимателя и общества,  общности их интересов, направленности действий при совершении сделки на причинение  ущерба должнику при осведомленности другой стороны сделки об этом,  недобросовестного поведения (злоупотребления правом). Таким образом, судебная  коллегия не установила предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  оснований для признания договора залога недействительным.  

Конкурсный управляющий приведенные обстоятельства (отсутствие  аффилированности сторон сделки, недоказанность намерения причинения вреда и  реализации соответствующего намерения) документально не опроверг (статьи 9 и 65  Кодекса).  

При этом доводы заявителя о том, что несоблюдение предусмотренной пунктом 4  статьи 339.1 Гражданского кодекса процедуры регистрации договора залога является  основанием для признания данного соглашения ничтожным, основаны на неверном  толковании данной нормы права, по смыслу которой отсутствие записи об учете  не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем и, как следствие, не может  являться самостоятельным основанием для квалификации договора залога в качестве  ничтожной сделки.  

Основания для отмены или изменения постановления по приведенным  в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм,  влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.  

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2022 по делу   № А32-29631/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.Г. Соловьев 

Судьи М.Г. Калашникова   Ю.В. Мацко