АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А57-12772/2023

11 марта 2025 года

город Саратов

 

Резолютивная часть решения оглашена 25 февраля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 11 марта 2025 года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Мамяшевой Д.Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем Нефедовой С.А., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1

о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области от 28.12.2022 № 11/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

заинтересованные лица:

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области,

Управление Федеральной налоговой службы по Саратовской области,

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 8 по Саратовской области,

Инспекция Федеральной налоговой службы № 9 по г. Москве,

ФИО2,

ФИО3,

ФИО4,

при участии представителей:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – представитель ФИО5 по доверенности от 24.01.2025, 

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области – представитель ФИО6, доверенность от 29.08.2021, ФИО7 по доверенности от 26.07.2023, 

от Управления Федеральной налоговой службы по Саратовской области – представитель ФИО6, по доверенности от 29.08.2021,

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Саратовской области – ФИО6, доверенность от 29.08.2021,

с участием представителей средств массовой информации,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилась индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, налогоплательщик, предприниматель, ИП ФИО1) с заявлением о признании недействительным и отмене решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Саратовской области (далее – инспекция, налоговый орган, Межрайонная ИФНС России № 21 по Саратовской области) от 28.12.2022 № 11/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представитель предпринимателя заявленные требования поддержал в полном объёме по основаниям, изложенным в заявлении и дополнительных письменных пояснениях. 

Представители Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области, Межрайонной ИФНС России № 8 по Саратовской области и УФНС России по Саратовской области, заявленные требования оспорили по основаниям, изложенным в отзыве и пояснениях.

Иные лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Суд, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания. 

Представителем заявителя заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, с целью установления правильности начисления и оплаты ИП ФИО1 налоговых обязательств за период с 2018 по 2020 годы, а также ходатайства об отложении рассмотрения дела, с целью предоставления круга вопросов и перечня учреждений для проведения судебной экспертизы и формирования дополнительной позиции по делу.

Суд, рассмотрев в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом, представленных в материалы дела доказательств, а также мнения участников процесса, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного ходатайства о назначении экспертизы в силу следующего.

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Из содержания статьи 82 АПК РФ следует, что арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. При этом из анализа названных правовых норм следует вывод, что назначение либо отказ в назначении экспертизы относится к компетенции суда исходя из конкретных обстоятельств дела и при наличии для того соответствующих оснований.

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения законодательства об экспертизе» даны разъяснения, что определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы.

По настоящему делу налогоплательщик оспаривает ненормативный акт налогового органа, в связи с несогласием с выводами налогового органа о неуплате налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и налога на добавленную стоимость (далее – НДС) за проверяемый период с 2018 по 2020 годы, привлечения к налоговой ответственности и начисления пени.

Данные правоотношения регулируются нормами налогового законодательства. При этом налоговые обязательства предпринимателя подлежат доказыванию надлежащими доказательствами полученными в ходе налоговой проверки и представленными сторонами в ходе судебного разбирательства.

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в данном случае основания для назначения экспертизы отсутствуют, так как по существу настоящего спора отсутствуют вопросы, требующие специальных познаний и имеющих значение для правильного рассмотрения дела. 

Кроме того, в ходе судебного разбирательства, от представителя заявителя поступило ходатайство о допросе в качестве свидетеля следователя Следственного Управления следственного комитета России по Саратовской области ФИО8, а также об истребовании у Следственного управления следственного комитета России по Саратовской области копий материалов уголовного дела № 12102630021000001 в отношении ФИО1

Данное ходатайство судом отклоняется, поскольку результаты проведенных экспертиз, а также иные материалы в рамках уголовного дела, не могут подменять налоговый контроль и изменять налоговые обязательства предпринимателя.

Суд отмечает, что в полномочия следственных органом входят сбор доказательств, свидетельствующих или опровергающих наличии состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации (далее – УК РФ), при этом в рамках налоговой проверки определяются налоговые обязательства налогоплательщика, а также наличие состава налогового правонарушения, установленных Налоговым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.03.2020 года № 303-КГ17-13663, судом вышестоящей инстанции сделан вывод о различном предмете доказывания при производстве по уголовным делам и рассмотрению налоговых споров, а также отсутствие преюдициального значения решений должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование по уголовным делам.

Следовательно, какие либо пояснения следователя, осуществляющего производство уголовного дела в отношении налогоплательщика, не являются допустимым доказательством, так как указанное должностное лицо не наделено правом на предоставление оценки законности и обоснованности решения налогового органа.

Назначение в рамках уголовного дела судебно-бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы и результаты данной экспертизы, прежде всего, относится к порядку определения такого признака состава преступления как «крупный» и «особо крупный» размер для целей применения статьи УК РФ, а не к порядку исчисления налоговым органом налоговой базы и определения действительных налоговых обязательств.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда и реализуется в тех случаях, если суд усматривает объективные препятствия для рассмотрения дела в судебном заседании. Установление наличия либо отсутствия препятствий является исключительной прерогативой суда, который не связан мнением сторон спора.

Рассмотрение ходатайства лица, участвующего в деле, производится судом с учетом задач и принципов арбитражного судопроизводства, в частности: справедливое публичное разбирательство в разумный срок, обеспечение равноправия сторон в арбитражном суде, состязательность сторон, недопустимость суду своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (статьи 2, 6, 6.1, 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Безосновательное отложение судебного разбирательства не соответствует эффективному правосудию.

В рассматриваемом случае, с учетом отказа в удовлетворении ходатайств о проведении судебной экспертизы, истребовании документов, вызове и допросе свидетеля, надлежащего извещения всех участников процесса, отсутствия препятствий для рассмотрения дела по существу, а также из ограниченности процессуальных сроков рассмотрения дела и достаточностью количества времени предоставленного для подготовки правовой позиции и представления дополнительных доказательств по делу, ходатайство об отложении судебного разбирательства не подлежит удовлетворению.

Дело рассмотрено судом по существу заявленных требований, по правилам главы 24 АПК РФ.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области в соответствии со статьей 89 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) проведена выездная налоговая проверка ИП ФИО1 по всем налогам и сборам за период с 01.01.2018 по 31.12.2020.

По результатам выездной налоговой проверки составлен акт от 18.10.2022 №11/2. Предприниматель, в порядке пункта 6 статьи 100 НК РФ, представил возражения от 01.12.2022 на акт выездной налоговой проверки.

По итогам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, возражений налогоплательщика налоговым органом принято решение от 28.12.2022 № 11/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее ? решение от 28.12.2022 № 11/2) в соответствии с которым ИП ФИО1 произведены доначисления налогов на общую сумму 44 321 338,00 руб., в том числе НДФЛ в сумме 26 278 145 руб., НДС в сумме 18 043 193,00 руб., начислены пени в размере 9 516 003,00 руб. 

Кроме того, предприниматель привлечен к ответственности, предусмотренной 119 НК РФ (непредставление в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговых деклараций по НДФЛ и НДС в налоговый орган по месту учета), пунктом 3 статьи 122 НК РФ (умышленная неуплата налогов), а также пунктом 1 статьи  126 НК РФ (непредставление в установленный срок налогоплательщиком в налоговые органы документов и (или) иных сведений) в виде штрафа на общую сумму 12 593 378 руб. (с учетом установления смягчающих ответственность обстоятельств, штрафные санкции уменьшены в 2 раза).

Основанием для дополнительного начисления НДФЛ и НДС, соответствующих штрафных санкций и пени послужили выводы налогового органа об умышленном занижении предпринимателем полученного дохода и об утрате в рассматриваемом периоде права на применение УСН, с объектом налогообложения – доходы.

Решением Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области от 25.01.2024 № 1 внесены изменения в решение от 28.12.2022 № 11/2 в связи с ошибочным начислением пени в период действия моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», в виде перерасчета в сторону уменьшения суммы пени, которая составила 6 505 537,00 руб.

Кроме того, в связи с арифметическими ошибками при определении налоговых обязательств налогоплательщика, Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области вынесено решение от 24.01.2025 № 2, которым внесены изменения в решение от 28.12.2022 № 11/2, а также произведены доначисления НДФЛ в сумме 23 663 726,00  руб., НДС в сумме 18 043 193,00 руб., начислены пени – 6 101 827,00 руб., предприниматель привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119, пунктом 3 статьи 122 и пунктом 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа на общую сумму 11 678 331,00 руб.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 44 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового Кодекса Российской Федерации» по смыслу статей 101 и 101.4 НК РФ после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения руководитель (заместитель руководителя) налогового органа не вправе вносить в это решение изменения, ухудшающие положение лица, в отношении которого такое решение было вынесено, за исключением исправления описок, опечаток и арифметических ошибок. В то же время следует признать допустимым внесение налоговым органом в названные решения изменений, а также полную их отмену, если это влечет улучшение положения налогоплательщика.

В рассматриваемом случае, налоговым органом внесены изменения в оспариваемое решение путем частичного уменьшения налоговых обязательств предпринимателя, что влечет улучшение положения налогоплательщика и заявителем не оспаривается.

Не согласившись с решением налогового органа от 28.12.2022 № 11/2, предприниматель обратился с апелляционной жалобой в УФНС России по Саратовской области. 

Решением УФНС России по Саратовской области от 22.02.2023 решение налогового органа оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ИП ФИО1 без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения предпринимателя в Арбитражный суд Саратовской области с заявленными требованиями.

В обоснование заявленных требований предприниматель указывает, что налоговый орган неправомерно пришел к выводу об утрате права на применение налогоплательщиком УСН, так как акты расчетов с АО «Шелдом» (к которому перешли обязательства ЗАО «УМ №24») в рамках договора уступки права требования кредитора от 01.07.2014 к договору купли-продажи с рассрочкой платежа от 17.02.2014, не подтверждают доходы ФИО1 При этом налоговым органом сделан необоснованный вывод о том, что сделки между ФИО9 и ФИО1 по уступке прав требования, а также между ФИО1 и ЗАО «Управление механизации №24» имеют признаки мнимости и (или) притворности.

Также заявитель указывает, что налоговым органом неправомерно учтен доход, который фактически получен доверенным лицом ФИО2 в качестве вознаграждения по договорам купли-продажи или уступки права требования на недвижимое имущество (квартиры).

По мнению предпринимателя, налоговый орган в ходе проверки  вышел за рамки проверяемого периода с 01.01.2018 по 31.12.2020, а именно включил в период проверки сделки (операции), осуществленные налогоплательщиком в 2013 - 2014 годах.

Кроме того, заявитель указывает, что налоговым органом при вынесении оспариваемого решения отказано ИП ФИО1 в проведении дополнительных мероприятий по допросу ФИО4, при этом в решении Инспекция приводит сведения о невозможности предоставления ФИО4 денежных средств ФИО1 для оплаты ФИО9 по договору от 01.07.2014 уступки права требования кредитора и передачи прав по договору купли-продажи (с рассрочкой платежи) от 17.02.2014.

В связи с этим, заявитель полагает, что налоговым органом не представлены доказательства совершения налогоплательщиком умышленных действий, направленных на совершение налогового правонарушения.

Суд, рассмотрев заявленные требования с учетом положений статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий(бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При этом в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 201 АПК РФ, основанием для признания решений и действий (бездействия) органа, осуществляющего публичные полномочия, незаконными является одновременное наличие двух условий: их несоответствие закону или иному правовому акту и нарушение прав и законных интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 346.11 НК РФ упрощенная система налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Налогоплательщиками признаются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, установленном настоящей главой (пункт 1 статьи 346.12 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.14 НК РФ объектом налогообложения по УСН признаются: доходы; доходы, уменьшенные на величину расходов.

В силу пункта 1 статью 346.17 НК РФ В целях настоящей главы датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

В случае, если объектом УСН являются доходы организации или индивидуального предпринимателя, налоговой базой признается денежное выражение доходов организации или индивидуального предпринимателя (пункт 1 статьи 346.18 НК РФ).

Налоговым периодом признается календарный год. Отчетными периодами признаются первый квартал, полугодие и девять месяцев календарного года (статья 346.19 НК РФ). 

Согласно абзацу первому пункта 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемый период) если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 настоящего Кодекса, превысили 150 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 настоящего Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Из абзаца четвертого пункта 4 статьи 346.13 НК РФ следует, что указанная в абзаце первом настоящего пункта величина предельного размера доходов налогоплательщика, ограничивающая право налогоплательщика на применение упрощенной системы налогообложения, подлежит индексации в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 346.12 настоящего Кодекса (величина предельного размера доходов организации, ограничивающая право организации перейти на упрощенную систему налогообложения, подлежит индексации не позднее 31 декабря текущего года на коэффициент-дефлятор, установленный на следующий календарный год).

В соответствии с частью 4 статьи 5 Федерального закона от 3 июля 2016 года N 243-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации в связи с передачей налоговым органам полномочий по администрированию страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование» (в редакции от 28 декабря 2017 года) действие положений абзаца второго пункта 2 статьи 346.12 и абзаца четвертого пункта 4 статьи 346.13 НК РФ было приостановлено с 1 января 2017 года до 1 января 2020 года, то есть законодатель временно приостановил применение данных коэффициентов с налоговых периодов, начинающихся с 2017 года, возобновив их использование лишь в 2021 году.

Таким образом, положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 346.13 НК РФ по применению коэффициента - дефлятор для определения величины предельного размера доходов, в проверяемый период (с 2018 по 2020 годы), не действовали.

Данный вывод, согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, отраженный в определении от 09.03.2023 № 480-О.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1. НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, при несоблюдении одного из указанных в пункте 1 и подпунктах 1 или 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ условий налогоплательщик не вправе уменьшать налоговую базу на расходы при исчислении налога на прибыль организаций и уменьшать сумму НДС на налоговые вычеты.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды (получения налогового вычета, уменьшения налоговой базы) является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в таких документах, неполны, недостоверны или противоречивы.

В пункте 4 Постановления № 53 указано, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (пункт 5 Постановления № 53).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 с 18.12.2007 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, с применением специального режима – УСН (объект налогообложения «доход» – налоговая ставка 6%) в сфере: покупки и продажи собственного недвижимого имущества, как по договорам купли-продажи, так и по договорам уступки права требования; а также сдачи в аренду нежилых помещений, принадлежащих на праве собственности. 

В ходе проверки налоговым органом установлено, что между ИП ФИО1, ЗАО «Управление механизации № 24» и АО «Шэлдом» заключено соглашение от 14.12.2015 к договору купли-продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014 и к договору от 16.07.2013 (далее – соглашение), в соответствии с которым ИП ФИО1 от АО «Шэлдом» в срок до 31.12.2018 должны быть переданы имущественные права (путем заключения и подписания договоров на долевое участие в строительстве) на квартиры, нежилые встроенные и (или) встроенно-пристроенные помещения, парковочные места, площадь которых составляет 22,5% от общей площади. Размер обязательств составил 417 508 513,64 рублей.

Из пункта 2 соглашения следует, что ЗАО «Управление механизации № 24» приобретены у ФИО3 на основании договора купли-продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014 земельные участки с нежилыми зданиями и сооружениями по адресу: 

<

...>, стоимостью 380 000 000 руб., стороны пришли к соглашению, что в счет оплаты за объекты недвижимого имущества покупатель передаёт продавцу в собственность квартиры в жилом комплексе и имущественные права на них (22,5% от общей площади), нежилые встроенные и (или) встроенно-пристроенные помещения в жилом комплексе и имущественные права на них (22,5% от общей площади), 22,5% парковочных мест от всех мест. ЗАО «Управление механизации № 24» приняло на себя обязательство подписать договор (договоры) долевого участия в строительстве с АО «Шэлдом», до момента государственной регистрации договоров долевого участия в строительстве объекты имущества находятся в залоге у продавца.

В соответствии с пунктом 4 соглашения между ФИО3 и ФИО1 заключен договор от 01.07.2014 уступки права требования кредитора и передачи прав по договору купли продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014, в соответствии с которым  все права первоначального кредитора (ФИО3) переходят к новому кредитору (ФИО1). 

Оплата по договору купли-продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014, заключенного между ФИО3 и ЗАО «Управление механизации № 24» должна поступить ФИО1 (пункт 5 соглашения).

При этом пунктами 4 и 5 соглашения не установлен порядок осуществления  расчетов между ФИО3 и ФИО1 за уступленное право требования. 

В соответствии с пунктом 6 соглашения между ФИО1 и ЗАО «Управление механизации № 24» заключен договор от 16.07.2013 (с учетом дополнительного соглашения от 16.10.2013) по условиям которого ФИО1 передает в собственность ЗАО «Управление механизации № 24» денежные средства в размере 37 508 513,64 руб. для приобретения недвижимого имущества по адресу: 

<

...>, стороны обязуются подписать договор о долевом строительстве в срок до 01.05.2014. 

Из пункта 10 соглашения следует, что ЗАО «Управление механизации № 24» передало, а АО «Шэлдом» приняло все права и обязанности по договору купли продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014, при этом АО «Шэлдом» приняло обязательства ЗАО «Управление механизации № 24» передать ФИО1 квартиры в жилом комплексе и имущественные права на них (22,5% от общей площади), нежилые встроенные и (или) встроенно-пристроенные помещения в жилом комплексе и имущественные права на них (22,5% от общей площади), 22,5% парковочных мест от всех мест (путем подписания договоров на долевое участие в строительстве). 

На основании соглашения от 14.12.2015 между АО «Шелдом» (Застройщик) и ФИО1 (Дольщик) заключены следующие договоры о долевом участии в строительстве жилого дома по строительному адресу: г. Саратов, ФИО10 площадь, д.5, в Октябрьском районе, жилой комплекс «Ильинский»:

- от 14.04.2017 № 1-2/е, в соответствии с которым сумма взноса Дольщика составляет 90 586 993 руб.60 коп., имущественное право требования ФИО1 – 59 квартир общей площадью 4 162,9 кв.м., в том числе площадь лоджий – 203,4 кв.м.;

- от 27.03.2018№ 2-4/и, в соответствии с которым сумма взноса Дольщика составляет 112 488 987 руб.17 коп., имущественное право требования ФИО1 – 73 квартиры общей площадью 5 162,4 кв.м, в том числе площадь лоджий – 237,5 кв.м.;

- от 29.04.2019 № 112-3/и, в соответствии с которым сумма взноса Дольщика составляет 106 965 799 руб.62 коп., имущественное право требования ФИО1 – 78 квартир общей площадью 4 919,8 кв.м, в том числе площадь лоджий – 256,9 кв.м.

Из представленных актов о расчетах к договорам о долевом участии в строительстве жилого дома от 14.04.2017 № 1-2/е, от 27.03.2018 № 2-4/и ,  от 29.04.2019 № 112-3/и следует, что ФИО1 передано 122 квартиры в жилом комплексе «Ильинский».

На требования налогового органа о представлении документов, подтверждающих перечисление в адрес АО «Шелдом» денежных средств, ИП ФИО1 сообщила, что суммы взносов по вышеуказанным договорам не перечислялись и не передавались, поскольку посредством заключения данных договоров исполнялись обязательства должника (АО «Шелдом») предусмотренные пунктами 2.4.1 и 4.6.1 договора от 17.02.2014.

Последующая реализация квартир осуществлялась ФИО1 по договорам купли-продажи имущества, по договорам уступки права требования через доверенное лицо – ФИО2 с выдачей ему нотариально заверенных доверенностей, что подтверждается представленными в дело копиями договоров, нотариальных доверенностей и иными документами.

ФИО1 в своих доходах отражала стоимость квартир в момент их передачи от АО «Шелдом» в счет оплаты кредиторской задолженности по договору переуступки прав требования и стоимость этих же квартир в момент поступления оплаты от их последующей реализации или передачи имущественных прав. 

В книге учета доходов и расходов ИП ФИО1 стоимость реализации квартир отражена по цене установленной договором купли-продажи или уступки права требования.

В ходе проведения мероприятий налогового контроля налоговым органом проведены допросы покупателей квартир и имущественных прав, а также получены протоколы допросов представленных УЭБ и ПК ГУ МВД России по Саратовской области (ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО11, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28), в соответствии с которыми к основному договору купли-продажи по реализации квартир от ИП ФИО1 (через доверенное лицо – ФИО2) заключались соглашения и дополнительно уплачивались денежные средства за квартиры, при этом чек выдавался только на стоимость по основному договору. 

Допрошенный в ходе проверки ФИО2 – доверенное лицо ФИО1 пояснил, что с покупателей квартир и имущественных прав, в дополнение к сумме указанной в договоре, по распискам дополнительно брал от 400 000 руб. до 1 830 000 руб.

Данные показания подтверждаются платёжными документами (кассовые чеки, расписки) представленными свидетелями к протоколам допросов и объяснений граждан – покупателей квартир и имущественных прав у ИП ФИО1, а также от кредитных организаций.

Инспекция пришла к выводу о том, что денежные средства, передаваемые покупателями по расписке к договорам купли-продажи, являются скрытым доходом предпринимателя. Получателем денежных средств по распискам является ФИО2 - представитель ФИО1 по доверенности. 

В результате анализа полученных в ходе налоговых мероприятий сведений, налоговым органом выявлено не отражение в задекларированном доходе ИП ФИО1 за период 2018 – 2020 года полной стоимости реализованных квартир и имущественных прав, всего в сумме 28 249 688 руб.

В представленной ИП ФИО1 налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощённой системы налогообложения за 2018 год, общая сумма полученных доходов за налоговый период, в том числе от реализации недвижимого имущества, от сдачи в аренду нежилых помещений, принадлежащих на праве собственности и полученных процентов по депозиту, составила 148 459 297,0 рублей.

Учитывая установленные факты сокрытия суммы части дохода, по итогам отчетного (налогового) периода доходы Налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили 150 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктам 3 и 4 статьи 346.12 и пункта 3 статьи 346.14 НК РФ, налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с 4 квартала 2018 года (01.10.2018).

Суд соглашается с выводами налогового органа о наличии в действиях ФИО1 умышленного занижения суммы выручки от реализации квартир и имущественных прав с целью не допущения превышения лимита по выручке и сохранения права на применение УСН, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.15 НК РФ налогоплательщики, применяющие упрощенную систему налогообложения, в составе доходов учитывают доходы, которые определяются в порядке, установленном подпунктами 1 и 2 статьи 248 НК РФ, и не учитываются доходы, указанные в статье 251 НК РФ. 

Пунктом 1 статьи 248 НК РФ установлено, что к доходам относятся доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от реализации) и внереализационные доходы. 

Доходы от реализации определяются в порядке, установленном статьей 249 НК РФ, а внереализационные доходы - в порядке, установленном статьей 250 НК РФ. 

На основании пункта 1 статьи 249 НК РФ доходом от реализации признается выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. 

В силу пункта 1 статью 346.17 НК РФ В целях настоящей главы датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

Из материалов дела следует, что реализация квартир осуществлялась ФИО1 по договорам купли-продажи имущества, по договорам уступки права требования через доверенное лицо – ФИО2, с выдачей ему нотариально заверенных доверенностей от 25.07.2017 и от 26.11.2018 по предоставлению следующих прав:

- представлять интересы ФИО1 перед любыми физическими и юридическими лицами, заключать и подписывать предварительные договоры, договоры уступки права требования, определяя суммы, сроки и иные условия по своему усмотрению, получать причитающиеся ФИО1 за уступку права требования денежные средства, подписывать акты о взаимозачётах, регистрировать договоры уступки права требования, получать все документы, подлежащие выдаче после проведения государственной регистрации;

- принимать жилые помещения от АО «Шелдом» по актам приёма-передачи после сдачи и ввода жилого дома в эксплуатацию, получать документы необходимые для регистрации права собственности на жилые помещения, получать ключи, зарегистрировать право собственности на жилые помещения, осуществлять постановку объектов недвижимости на кадастровый, технический, налоговый и другие учёты;

- продавать принадлежащие ФИО1 на праве собственности жилые помещения, за цену и на условиях по своему усмотрению, заключать и подписывать предварительные договоры, договоры купли-продажи, получать причитающиеся за проданное денежные средства, подписывать акты о приёме-передаче имущества, регистрировать переход права на недвижимое имущество и получать документы, подлежащие выдаче после проведения государственной регистрации;

- производить расчёты по заключённым сделкам, в том числе в порядке безналичного перечисления денежных средств на счета ФИО1, с правом открытия в любых банках счетов для расчётов за проданное (уступку прав) недвижимое имущество, с правом получения со счетов всей суммы денежных средств, с причитающимися процентами; в порядке использования банковской ячейки (сейфа), с правом аренды в любом банке банковской ячейки (сейфа) для осуществления расчётов за проданное недвижимое имущество, получать ключ, помещать, хранить и изымать предмет хранения, в том числе денежные средства из банковской ячейки в соответствии с условиями договора, оплачивать тарифы, пошлины, услуги, сборы, расписываться за ФИО1 и совершать все действия, связанные с выполнением данных поручений. 

Согласно представленным в материалы дела нотариальным доверенностям от 25.07.2017 и от 26.11.2018, ФИО2 уполномочен представлять интересы ФИО1 перед любыми физическими и юридическими лицами.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО2 уполномочен продавать принадлежащие ФИО1 жилые помещения за цену и на условиях по своему усмотрению, заключать и подписывать предварительные договоры, договоры купли-продажи, производить расчёты по заключённым сделкам и прочее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

При этом согласно пунктом 3 статьи 182 ГК РФ представитель, в частности, не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично.

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Доверенное лицо действует на основании предоставленного ему права совершать сделки от имени представляемого и тем самым создавать для него правовые последствия.

Предполагается, что подобные обстоятельства позволяют любому лицу, вступающему в правоотношения, быть уверенным в том, что оно имеет дело с представителем, уполномоченным надлежащим образом на совершение тех или иных действий.

При этом полномочие не имеет места в отрыве от каких-либо правоотношений, связывающих представителя и представляемого и объясняющих причину наделения представителя полномочиями.

В ходе допроса, проведенного налоговым органом в рамках выездной налоговой проверки, а также судебного заседания ФИО1 пояснила, что реализацию квартир и имущественных прав на них, осуществлял ФИО2 самостоятельно на основании нотариальной доверенности. ФИО2 не состоял в штате ИП ФИО1 и его услуги по реализации квартир и имущественных прав на них ею не оплачивались. Денежными средствами, полученными сверх договора, распоряжался ФИО2, они не отражались в бухгалтерской отчётности, поскольку не являлись её доходом. Деньги сверх того, что были указаны в договорах, ФИО2 не сдавал в кассу ИП поскольку, это было его вознаграждением – исключительно его доход, не относящийся к предпринимательской деятельности ФИО1 (протокол допроса от 14.04.2022 № 122).

Допрошенный налоговым органом, а также в ходе судебного разбирательства  ФИО2 не отрицает, что взимал с покупателей денежные средства сверх суммы указанной в договоре купли-продажи или уступки права требования, которые оставлял себе и распоряжался ими по своему усмотрению, в кассу ИП ФИО1 сдавались наличные деньги в сумме указанной в договоре купли-продажи или уступки права требования. 

Суд учитывает, что ФИО2 при реализации и уступки прав требования квартир действовал исключительно на основании доверенности ИП ФИО1 и в её интересах, следовательно, в силу системного толкования положений гражданского законодательства и Главы 26.2 НК РФ все денежные средства полученные доверенным лицом – ФИО2 являются доходом ИП ФИО1 

При этом выплата вознаграждения доверенному лицу фактически осуществлялась с дохода проверяемого лица, и в соответствии с главой 23 НК РФ (НДФЛ) ИП ФИО1 должна выступать в качестве налогового агента по представлению соответствующей отчетности, содержащий сведения о доходах физического лица (доверенного лица) и исчислению налога (пункт 5 статьи 346.11 и статья 230 НК РФ).

Не отражение ИП ФИО1 всех доходов по сделкам, осуществляемым доверенным лицом и невыполнение обязанностей налогового агента, свидетельствуют об умышленном занижении выручки для сохранения предельно допустимых размеров для применения УСН.

В материалы дела ФИО2 предоставлены налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц за 20218-2020 годы, которые сданы в налоговый орган после вручения акта налоговой проверки  26.12.2022, без документов, подтверждающих суммы задекларированного дохода.

При этом, учитывая нахождение ИП ФИО1 на УСН, с налогооблагаемой базой – доходы, а также положения абзаца первого пункта 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемый период) выплаченные вознаграждения доверенному лицу и задекларированные им не уменьшают размер дохода (выручки) проверяемого лица. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд приходит к выводу о совершении ИП ФИО1 умышленных действий по сокрытию части выручи, полученной от реализации квартир по договорам купли-продажи и уступка права требования, с целью недопущения превышения предельного лимита выручки, для получения и сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения, с целью уменьшения налоговых платежей и получения необоснованной налоговой выгоды в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения.

Доводы заявителя о том, что переданные АО «Шелдом» по актам о расчётах имущественных прав на квартиры в адрес ИП ФИО1 не являются доходом и не подлежат отражению в налоговых декларациях по УСН за 2018- 2020 годы в момент реализации квартир физическим лицам, судом отклоняются по следующим основаниям.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что между ИП ФИО1 (новый кредитор) и ФИО9 (первоначальный кредитор) заключен договор от 01.07.2014 уступки права требования кредитора и передачи прав по договору купли продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014, в соответствии с которым к новому кредитору переходят права требования к ЗАО «Управление механизации № 24» на общую сумму 380 000 000,00 руб. 

В дальнейшем между ИП ФИО1, ЗАО «Управление механизации №24» и АО «Шэлдом» заключено соглашение от 14.12.2015 к договору купли-продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014 и к договору от 16.07.2013, в соответствии с которым АО «Шэлдом» (новый должник) перешли обязательства ЗАО «Управление механизации № 24» перед ИП ФИО1 и новый должник обязуется в срок до 31.12.2018  передать предпринимателю имущественные права (путем заключения и подписания договоров на долевое участие в строительстве) на квартиры, нежилые встроенные и (или) встроенно-пристроенные помещения, парковочные места, площадь которых составляет 22,5% от общей площади по адресу: 

<

...>, с суммой обязательств в размере 417 508 5 000,00 рублей.

Между ИП ФИО1 и АО «Шэлдом» заключены договоры о долевом участии в строительстве жилого дома от 14.04.2017 № 1-2/е, от 27.03.2018 № 2-4/и , от 29.04.2019 № 112-3/и, а также подписаны акты о расчетах по указанным договорам, в соответствии с которыми ИП ФИО1 передано 122 квартиры в жилом комплексе «Ильинский».

При этом из представленных в материалы дела договоров и соглашения от 14.12.2015. к договору купли-продажи (с рассрочкой платежа) от 17.02.2014 и к договору от 16.07.2013, не усматривается, каким образом произведены расчеты между ФИО9 и ИП ФИО1

Надлежащие доказательства оплаты ИП ФИО1 за уступленные права требования ФИО9 в размере 380 000 000,00 руб. в ходе налоговой проверки не представлены.

Данные обстоятельства послужили основанием для вывода налогового органа о безвозмездном получении ИП ФИО1 уступленных прав требования от ФИО9 в размере 380 000 000,00 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.15 НК РФ при определении объекта налогообложения по налогу, уплачиваемому в связи с применением УСН, учитываются доходы, определяемые в порядке, установленном пунктами 1 и 2 статьи 248 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 248 НК РФ к доходам относятся доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (доходы от реализации), внереализационные доходы. 

Доходы от реализации определяются в порядке, установленном статьи 249 НК РФ, внереализационные доходы - статьей 250 НК РФ.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 249 НК РФ доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

Доходы при применении УСН признаются на дату поступления денежных средств на расчетный счет и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения другим способом задолженности налогоплательщику (пункт 1 статьи 346.17 НК РФ). 

Из указанных положений следует, что доход от переуступки права требования, вытекающего из договора участия в долевом строительстве, учитываются в качестве  выручки (дохода) в том отчетном периоде, в котором произведена реализация указанных прав (квартир).

Затраты на приобретение прав требования в расходах не учитываются, так как они не поименованы в пункте 1 статьи 346.16 НК РФ.

Суд учитывает, что выбранный ИП ФИО1 объект налогообложения в виде УСН с налогооблагаемой базой – доходы, не позволяет налогоплательщику учитывать затраты на приобретение прав требования. 

При приобретении права требования, вытекающего из договора участия в долевом строительстве (права требования доли на жилые или нежилые помещения в строящемся доме), организация приобретает имущественные права – получает права требования к застройщику по исполнению им своих обязательств по договору участия в долевом строительстве. 

Таким образом, в рассматриваемом случае, в связи с отсутствием оплаты ИП ФИО1 за приобретенные права требования у ФИО9 по договору от 01.07.2014 (безвозмездно) у предпринимателя возникает доход от реализации имущественного права на объект недвижимости в момент подписания актов о расчётах имущественных прав и получения денежных средств за квартиры.

С целью выяснения реальности проведения расчётов между ИП ФИО1 и ФИО9 в ходе проверки налоговым органом проведен допрос ФИО1 (протокол  от 14.04.2022 № 122), которая пояснила, что не помнит обстоятельства оплаты ФИО9 суммы по договору уступки права требования от 01.07.2014.

В ходе проверки в адрес проверяемого лица направлены требования от 01.07.2022 № 326 о представления документов, свидетельствующих об оплате уступленных прав требования ФИО9 в размере 380 000 000,00 руб. или об оплате в адрес АО «Шелдом» денежных средств за переданные квартиры, а также об источнике возникновения указанной суммы для оплаты.

Письмом от 29.07.2022 ИП ФИО1 сообщила, что денежные средства в адрес АО «Шелдом» не перечислялись, в счёт оплаты полученных прав требования ФИО3 переданы наличные денежные средства в размере 350 000 000,00 руб. до подписания договора уступки права требования. 

Расписка, либо другой документ, свидетельствующий о получении ФИО3 денежных средств, переданных ему по договору уступки права требования, в ходе проверки ФИО1 не представлены.

В ходе проверки допрошен ФИО9 (протокол № 312 от 12.08.2022), который сообщил, что денежные средства в сумме 380 000 000,00 руб. переданы ему наличными ФИО1 при подписании договора уступки права требования от 01.07.2014 .

При этом, в ходе судебного заседания ФИО3 не подтвердил факт наличия расписок и иных документов о получении денежных средств от ИП ФИО1, также указанные доказательства не представлены в материалы дела.

Как следует из материалов дела, ФИО3 доход за 2014 год в размере 350 000 000 руб. не задекларирован, налог на доходы физических лиц не исчислен и не уплачен в бюджет Российской Федерации.

Судом установлено, что за период с 2008 по 2013 годы ФИО1 в налоговый орган предоставлены налоговые декларации по УСН с нулевыми показателями, за 2014 год в декларации по УСН заявлен полученный доход в размере 3 516 525 руб. Справки о доходах физического лица (форма 2-НДФЛ) на ФИО1 до 2015 года не представлялись, что свидетельствует об отсутствии получения иного дохода.

Согласно выпискам по расчётным и лицевым счетам ФИО1 и ФИО3 сведения о перечислении и наличии на остатках денежных средств в размере 380 000 000 руб., отсутствуют.

В ходе судебного разбирательства судом допрошен ФИО4, который пояснил, что являясь супругом ФИО1 (отношения не зарегистрированы) и отцом пятерых совместных детей, единовременно сумму в размере 380 000 000,00 руб. ФИО1 не передавал, но за время совместного проживания данная сумма была передана.

Суд относится критически к указанным показаниям, так как согласно представленным в материалы дела справкам о доходах физического лица (Форма 2-НДФЛ) за период с 01.01.2012 по 31.12.2014 ФИО4 выплачено денежное вознаграждение налоговыми агентами (ООО «Ильинский» ИНН 

<

***>, ОАО «Саратовское речное транспортное предприятие» ИНН 

<

***> и «Саратовская областная дума» ИНН

<

***>) в общей сумме 18 124 188 руб.62 коп.

Иных доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО4 финансовой возможности передать ФИО1 в 2014 году денежные средства в сумме 380 000 000,00 руб. для единовременной оплаты полученных от ФИО3 прав требования, в материалы дела не представлено.

Суд учитывает, что свидетельские показания передачи денежных средств в размере  380 000 000,00 руб., не могут являться надлежащими доказательствами, в отсутствие подтверждающих документальных доказательств, свидетельствующих о наличии указанной суммы в распоряжении передающей стороны.

В связи с указанными обстоятельствами, суд приходит к выводу о том, что ИП ФИО1 не имела финансовой возможности произвести оплату полученных прав требования  от ФИО3 по договору уступки права требования от 01.07.2014 в размере 380 000 000,00 руб. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, передача АО «Шелдом» по актам о расчётах имущественных прав на квартиры в адрес ИП ФИО1 и получение денежных средств за квартиры является доходом предпринимателя от безвозмездно полученного права требования.

Суд отклоняет довод заявителя о наличии обстоятельств, подтверждающих передачу ФИО3 наличных денежных средств в размере 350 000 000,00 руб. на основании нотариально заверенного заявления от 24.11.2022, так как в указанном заявлении отражено, что нотариус свидетельствует только подлинность подписи ФИО3 и не удостоверяет фактов, изложенных в документе. 

При этом, как ранее отмечено, надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии в распоряжении у ИП ФИО1 указанной суммы денежных средств в материалы дела не представлено.

В материалы дела заявителем представлены экспертное заключение от 30.12.2022 №НАЛТ015/22/11, полученное в рамках уголовного дела № 12102630021000001 в отношении ФИО1, а так же постановление от 12.01.2023 о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела.

Как ранее отмечено судом, результаты проведенных экспертиз, а также иные материалы в рамках уголовного дела в отношении ФИО1 не могут подменять налоговый контроль, так как в рамках уголовного дела осуществляются следственные мероприятия по сбору доказательств о наличии состава преступления, предусмотренного  УК РФ, при этом у следственных органов отсутствуют полномочия по установлению или  изменению налоговых обязательства налогоплательщиков.

Довод заявителя о том, что 23.06.2022 предпринимателем представлены уточненные налоговые декларации по УСН за 2018-2019 годы, по которым налоговым органом проведены камеральные проверки без выявленных нарушений, судом отклоняется, так как данные обстоятельства не исключают выявление нарушений при более углубленной форме налогового контроля – выездной проверке и не препятствует корректировке налоговых обязательств. 

Также суд отмечает, что результаты камеральной проверки, свидетельствующие об отсутствии выявленных нарушений не являются разъяснениями налогового органа о порядке исчисления и уплаты налогов. 

В материалы дела заявителем представлено заключение специалиста ФИО29 от 29.02.2024 по вопросу правильности отражения ИП ФИО1 хозяйственных операций в регистрах бухгалтерского и налогового учета (далее – заключение).

В ходе судебного заседания 23.05.2024 специалистом ФИО29  представлены пояснения по вопросам суда и по выводам, отраженным в заключении.

Рассмотрев заключение специалиста, в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами, установленными обстоятельствами, а также данным специалистом ФИО29 пояснениям, суд приходит к следующим выводам.

По настоящему делу налогоплательщик оспаривает ненормативный акт налогового органа, в связи с его несогласием с выводами налогового органа о неуплате налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и налога на добавленную стоимость (далее – НДС) за проверяемый период с 2018 по 2020 годы, привлечении к налоговой ответственности и начисления пени.

Данные правоотношения регулируются нормами налогового законодательства. При этом налоговые обязательства предпринимателя подлежат доказыванию надлежащими доказательствами, полученными в ходе налоговой проверки и представленными сторонами в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со статей 71, 168 АПК РФ оценка доказательств является исключительной прерогативой суда.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Таким образом, заключение специалиста от 29.02.2024 по вопросу правильности отражения ИП ФИО1 хозяйственных операций в регистрах бухгалтерского и налогового учета является недопустимым доказательством по делу.

Исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства, заслушав доводы сторон, в их совокупности и взаимосвязи, суд приходи к выводу об утрате ИП ФИО1 права на применение УСН и возникновении налоговых обязательств по общей системе налогообложения с 01.10.2018.

Как следует из материалов дела, в ходе проверки налоговым органом исследованы первичные документы (счета-фактуры, товарные накладные, платёжные поручения) по приобретённым товарам (работам, услугам), которые получены в ходе мероприятий налогового контроля.

Расчёт суммы материальных расходов по НДФЛ с перечнем контрагентов и первичных учётных документов, подтверждающих сумму понесённых расходов, связанных с реализацией собственного недвижимого имущества, как по договорам купли-продажи, так и по договорам уступки права требования и предоставления услуг аренды нежилых помещений, принадлежащих на праве собственности, представлен в приложениях к акту налоговой проверки № 23 за 2018 год, № 24 за 2019 год, № 25 за 2020 год. 

Из анализа указанных расчетов следует, что сумма документально подтвержденных расходов меньше на 20% общей суммы доходов, полученных предпринимателем от предпринимательской деятельности

Согласно абзацу 4 пункта 1 статьи 221 НК РФ, если налогоплательщики не в состоянии документально подтвердить свои расходы, связанные с деятельностью в качестве индивидуального предпринимателя, профессиональный налоговый вычет производится в размере 20% общей суммы доходов, полученной индивидуальным предпринимателем от предпринимательской деятельности.

В соответствии с Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.02.2010 № ВАС-13158/09, если сумма документально подтвержденных расходов меньше двадцати процентов общей суммы доходов, полученных предпринимателем от предпринимательской деятельности, то профессиональный налоговый вычет производится в размере двадцати процентов от общей суммы доходов.

По результатам проверки норматив в размере 20% от общей суммы доходов за проверяемый период составил: за 2018 год. – 3 076 180 руб. (15 380 900 руб. х 20%);  за 2019 год -  28 636 168 руб. (143 180 842 руб. х 20%); за 2020 год – 33 471 772 руб. (167 358 860 руб. х 20%).

Таким образом, судом установлено, что при расчёте налоговой базы налоговым органом применён профессиональный налоговый вычет в размере 20%, что не нарушает права налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 143 НК РФ налогоплательщиками налога на добавленную стоимость (далее в настоящей главе - налогоплательщики) признаются индивидуальные предприниматели.

Объектом налогообложения по НДС признаются реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав (подпункт 1 пункт 1 статьи 146 НК РФ). 

В силу пункта 3 статьи 155 НК РФ при передаче имущественных прав налогоплательщиками, в том числе участниками долевого строительства, на жилые дома или жилые помещения, доли в жилых домах или жилых помещениях, гаражи или машино-места налоговая база определяется как разница между стоимостью, по которой передаются имущественные права, с учетом налога и расходами на приобретение указанных прав. 

Согласно постановления Президиума ВАС РФ от 25.02.2010 № 13640/09 имущественные права на недвижимое имущество и на имущество, перечисленное в пункте 3 статьи 155 НК РФ, отнесены к одному виду объектов гражданских прав и их правовой режим применительно к вопросам исчисления НДС, в случае если законодательство о налогах и сборах не установило исключений, должен определяться одинаково.

В соответствии с пунктом 8 статьи 167 НК РФ моментом определения налоговой базы является: день уступки (последующей уступки) требования или день исполнения обязательства должником.

В связи с тем, что ФИО1 не представлены документы, подтверждающие оплату имущественных прав ФИО3 по договору уступки права требования  от 01.07.2014, налоговая база для исчисления НДС при передаче имущественных прав на квартиры определена не с разницы между стоимостью, по которой передаются имущественные права, с учетом налога и расходами на приобретение указанных прав, а с суммы выручки, полученной в проверяемом периоде с их последующей реализации.

Для целей определения действительного размера налоговых обязательств должны быть признаны суммы налогов, начисленные и уплаченные налогоплательщиками в результате применения УСН, суммой излишне уплаченного налога, подлежащей учету при расчёте  налогов по общей системе налогообложения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.07.2022 N 301-ЭС22-4481 по делу N А29-2698/2020, определение ВС РФ от 23.03.2022 N 307-ЭС21-17087, постановления суда округа по делам N А75-10364/2021, N А05-317/2021).

Судом установлено, что Инспекцией произведен расчёт суммы налоговых обязательств по НДФЛ и НДС, подлежащих уплате по результатам выездной налоговой проверки, с учетом самостоятельно исчисленного и уплаченного ИП ФИО1 налога по УСН. Данное обстоятельство подтверждается решением № 2 от 24.01.2025 о внесении изменений в решение № 11/2 от 28.12.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

ИП ФИО1 заявлены требования о признании недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области от 28.12.2022 № 11/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в полном объеме.

При этом предпринимателем в обоснование заявленных требований не приведены доводы в части привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 200 руб.

Суд, исследовав материалы дела, в части привлечения предпринимателя к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ, приходит к следующим выводам. 

Согласно пункту 12 статьи 89 НК РФ при проведении выездной налоговой проверки у налогоплательщика могут быть истребованы необходимые для проверки документы в порядке, установленном статьей 93 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 93 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы.

Истребуемые документы могут быть представлены в налоговый орган лично или через представителя, направлены по почте заказным письмом или переданы в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи или через личный кабинет налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 3 статьи 93 Налогового кодекса Российской Федерации документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня получения соответствующего требования.

В случае если проверяемое лицо не имеет возможности представить истребуемые документы в течение установленного пунктом 3 статьи 93 НК РФ срока, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы. 

Отказ проверяемого лица от представления запрашиваемых при проведении налоговой проверки документов или непредставление их в установленные сроки признаются налоговым правонарушением и влекут ответственность, предусмотренную статьей 126 НК РФ. 

В ходе проведения выездной налоговой проверки налоговым органом ИП ФИО1 предъявлено требование о предоставлении документов, необходимых для проведения проверки  от 12.04.2022 № 137. 

Указанные в требовании документы представлены ИП ФИО1 сопроводительным письмом от 27.04.2022 частично.

Налогоплательщиком не представлены копии договора замены стороны в обязательстве от 06.11.2020, заключённого между ФИО1 (Передающая сторона) и ФИО30 (Принимающая сторона 1), ФИО31 (Принимающая сторона 2); а также документы, подтверждающие оплату договора купли-продажи недвижимости от 24.11.2017, заключённого с ЗАО «Управление механизации № 24» (Продавец) и ФИО32 (Покупатель 1). ФИО1 (Покупатель 2).

В сопроводительном письме от 27.04.2022 ИП ФИО1 сообщает, что документы, подтверждающие оплату договора купли-продажи недвижимости от 24.11.2017 не сохранились по причине истечения срока хранения, а договор замены стороны в обязательстве от 06.11.2020 – утерян.

Согласно пункту 1 статьи Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Из указанного положения следует, что предпринимателем не соблюдена обязанность по сохранению первичных документов и представлению их налоговому органу.

Пункту 1 статьи 126 НК РФ предусмотрена налоговая ответственность за непредставление в установленный срок налогоплательщиком (плательщиком сбора, налоговым агентом) в налоговый орган документов и (или) иных сведений, предусмотренных налоговым Кодексом и иными актами законодательства о налогах и сборах, в виде взыскания штрафа в размере 200 руб. за каждый не представленный документ. 

Суд соглашается с выводами налогового органа о том, что установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства являются основанием для привлечения ИП ФИО1 к налоговой ответственности, предусмотренной  пунктом 1 статьи 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 200 руб. (с учетом установления смягчающих ответственность обстоятельств штрафные санкции уменьшены в 2 раза).

Доводы заявителя о нарушении существенных условий процедуры проведения и рассмотрения материалов налоговой проверки, являющихся самостоятельным основанием для отмены решения вынесенного по результатам проверки, в соответствии с пунктом 14 статьи 101 НК РФ,  судом проверены и признаются необоснованными.

Согласно пункту 4 статьи 89 НК РФ в рамках выездной налоговой проверки  может быть  проверен  период,  не  превышающий  трех календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки, если иное не предусмотрено НК РФ.

Из оспариваемого решения следует, что налоговым органом проведена выездная проверка налоговых обязательств за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, доначисление налогов также произведено в пределах указанного периода, что соответствует положениям пункта 4 статьи 89 НК РФ.

При этом налоговым органом в ходе проверки проведен анализ сделок проверяемого лица за 2013-2015 годы, которые влияют на налоговые обязательства предпринимателя в проверяемом периоде с 01.01.2018 по 31.12.2020, что не противоречит положениям НК РФ.

В связи с этим, довод заявителя о том, что налоговый орган в ходе проверки  вышел за рамки проверяемого периода с 01.01.2018 по 31.12.2020, судом отклоняется, в связи с неверным толкованием заявителем положений налогового законодательства.

Иные доводы заявителя судом рассмотрены и отклонены, как несостоятельные и не влияющие на правильное разрешение спора.

В силу позиций, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53  (пункты 4, 9 и 11), налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика, предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

Изложенные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды и определению последствий злоупотребления правом в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса Российской Федерации дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Статьей 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом реально совершенные операции оцениваются на предмет их соответствия остальным критериям. Документы, предоставляемые налогоплательщиком в подтверждение права на уменьшение налоговой обязанности, должны отражать достоверную информацию о реальной операции в соответствии с ее действительным экономическим смыслом; обязанность по документальному подтверждению операций возложена на налогоплательщика (Определения Верховного Суда РФ от 19.05.2021 №309-ЭС20-23981 по делу № А76-46624/2019, от 30.08.2017 № 305-КГ17-11133 по делу № А40-154230/2016, от 17.01.2017 № 305-КГ16-18655 по делу № А40-44398/2015).

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. 

Суд, изучив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, соглашается с доводом налогового органа о том, что не соблюдены положения статьи 54.1 НК РФ, так как предприниматель умышлено исказил сведения о фактах хозяйственной жизни, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете, путем  занижения доходов (выручки) с целью сохранения права на применение УСН. 

Суд отмечает, что в материалы дела налоговым органом представлены подробные пояснения и доказательства, свидетельствующие об отсутствии правовых оснований для  применения ИП ФИО1 льготного налогообложения  по УСН с 01.10.2018.

Доказательства того, что по имевшимся в распоряжении налоговых органов и суда документам было возможно определить иной, чем установлен в оспариваемом решении, размер налоговых обязательств, в материалы дела не представлено.

Несоблюдение ИП ФИО1 положений налогового законодательства послужило основанием для вынесения оспариваемого решения налоговым органом (с учетом внесенных изменения) и привело к доначислению НДФЛ в общей сумме 23 663 726,00  руб., НДС в общей сумме 18 043 193,00 руб., начислению пени – 6 101 827,00 руб., а предприниматель привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119, пунктом 3 статьи 122 и пунктом 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа на общую сумму 11 678 331,00 руб.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023,  по смыслу пункта 2 статьи 108 НК РФ при совершении лицом одного действия (при бездействии), содержащего составы различных налоговых правонарушений, ответственность за которые предусмотрена статьями НК РФ (включая статьи 119 и 122 НК РФ), привлечение к налоговой ответственности производится за каждое допущенное правонарушение в отдельности.

Размер налоговых обязательств, пени и санкций по налогам за спорный период, начисленных налоговым органом по результатам проверки, судом проверен и признан правильным.

Оснований для уменьшения размера начисленных предпринимателю штрафных санкций судом не установлено. Документально подтвержденных доказательств несоразмерности штрафа допущенному нарушению, в материалы дела также не представлено.

С учетом положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

ИП ФИО1, оспаривая решение налогового органа от 28.12.2022 № 11/2, не представила доказательств, подтверждающих её доводы.

В соответствии с положениями части 2 статьи 9, частей 2 и 3 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, в том числе несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в связи с чем в данном случае несогласие ИП ФИО1 с установленными налоговым органом обстоятельствами не свидетельствует о недоказанности таких обстоятельств, при отсутствии доказательств обратного.

В силу положений части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Принимая во внимание вышеизложенное, заявленные ИП ФИО1 требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с положениями части 2 статьи 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии решения решает вопрос, в том числе и о необходимости сохранения принятых обеспечительных мер. 

Определением суда от 20.06.2023 по делу № А57-12772/2023 приняты обеспечительные меры в виде приостановления действия решения Межрайонной ИФНС России № 21 по Саратовской области 28.12.2022 № 11/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового нарушения.

В соответствии с положениями статьи 96 АПК РФ в случае отказа в удовлетворении иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу. 

Арбитражный суд, учитывая, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, приходит к выводу о необходимости отмены обеспечительных мер по настоящему делу.

Руководствуясь статьями 167-170, 198-201 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных индивидуальным предпринимателем ФИО1 требований, отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Саратовской области от 20.06.2023 – отменить. 

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главами 34, 35 раздела VI Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем подачи жалобы через Арбитражный суд Саратовской области.

Судья Арбитражного суда 

Саратовской области

Д.Р. Мамяшева