АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 апреля 2022 года

Дело №

А13-2000/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.04.2022

Полный текст постановления изготовлен 25.04.2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л., судей Тарасюка И.М., Троховой М.В., 

при участии от ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 21.05.2020), 

рассмотрев 19.04.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 по делу № А13-2000/2017,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Вологодской области от 28.04.2017 по делу № А13-2000/2017 ФИО1 (город Вологда) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина,  финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Для целей участия в деле о банкротстве, ФИО3 (деревня Чернышово, Усть-Кубинского района, Вологодской области), 28.04.2021 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о замене кредитора – акционерного общества «Промышленный энергетический банк» (далее – Банк), включенного в реестр требований кредиторов ФИО1, в сумме 24 787 949 руб. 65 коп., на ФИО3 

Определением суда первой инстанции  от 15.11.2021 заявление удовлетворено.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 определение суда первой инстанции отменено от 15.11.2021; в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить апелляционное  постановление от 28.02.2022, а определение суда первой инстанции от 15.11.2021 оставить в силе. 

Податель жалобы считает, что апелляционным судом не было учтено того, что погашенные посредством реализации предмета залога, являющегося общей собственностью подателя жалобы и должника, обязательства общими обязательствами супругов не являлись и вывод апелляционного суда об обратном противоречит содержанию другим вступившим в законную силу судебным актам. 

Таким образом, по мнению ФИО3, часть спорного обязательства была исполнена перед Банком за ее счет, что является основанием для перехода к ней в соответствующей части принадлежащего кредитору права требования к должнику. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, приведенные ФИО3  в жалобе. 

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность судебных актов, принятых по обособленному спору, проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры банкротства, на основании определения суда от 22.06.2017, требования Банка в размере 137 064 723 руб. 56 коп. признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника.

В данном случае, обязательства ФИО1 возникли из поручительства, предоставленного Банку в обеспечение обязательств обществом с ограниченной ответственностью «Континент строй» по кредитным договорам от 22.12.2015 и от 11.01.2016.

 Кроме того, Банк учтен в реестре требований кредиторов должника как залогодержатель недвижимого имущества (объектов незавершенного строительства, земельных участков, нежилых помещений), расположенных по адресам: 

<

...>

В процедуре банкротства ФИО1 указанные объекты были реализованы на торгах,  от покупателей в конкурсную массу получены денежные средства на общую сумму 49 575 899 руб. 30 коп., произведены частичные расчеты с Банком. 

ФИО3, ссылаясь на то, что ранее состояла в зарегистрированном браке с ФИО1, обратилась в Вологодский городской суд о разделе совместно нажитого с должником имущества. 

Решением указанного суда от 12.07.2018 произведен раздел имущества супругов, в результате которого было прекращено право собственности    ФИО1 на указанные выше объекты недвижимости и вошедшие в предмет залога, предоставленный Банку; за каждым сособственником этого имущества определено по ½ доли в праве собственности. 

В этой связи ФИО3 посчитала, что требование Банка было погашено и за счет принадлежащей ей доли в реализованном предмете залога, то есть на 24 787 949 руб. 65 коп. (половина от 49 575 899 руб. 30 коп.), поэтому ее требование должно быть учтено в реестре кредиторов вместо Банка.  

Удовлетворяя заявление ФИО3, суд первой инстанции исходил из  положений статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –   ГК РФ), согласно которым, поскольку бывшая супруга должника поручителем или иным солидарным должником по обязательствам ФИО1 перед Банком не является, а исполнение обязательств перед залогодержателем осуществлено, в том числе за счет принадлежащего ей имущества, влечет за собой замену первоначального кредитора в обязательстве, установленном в деле о банкротстве, на залогодателя, не являвшегося должником по основному обязательству.

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд посчитал, что супруги в данном случае по обеспечительным обязательствам являлись солидарными залогодателями. 

Суд апелляционной инстанции указал на то, что компенсация супружеской доли в праве в данном случае может быть выплачена лишь за счет суммы, оставшейся после погашения требований залогового кредитора в размере, предусмотренном пунктами 1 и 2 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве). 

Суд пришел к выводу, что в спорном  случае, в рамках дела о банкротстве должника,  имело место погашение общих долгов супругов перед Банком, поэтому заявление ФИО3 удовлетворению не подлежит. 

Суд констатировал, что требования Банка за счет выручки, полученной от предмета залога, не были в полном объеме удовлетворены. 

Исследовав материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, залоговые правоотношения между должником и Банком возникли в период брака В-вых и относительно имущества, на которое распространялся режим совместной собственности супругов (залог 11.01.2016; расторжение брака 28.01.2016). 

В этой связи и в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 253 ГК РФ, с пунктами 1, 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, предполагается наличие согласия супруга на предоставление имущества в залог и его совместный характер.

Исходя из приведенных законоположений, а также из пункта 2 статьи       353 ГК РФ,  поскольку имущество, являвшееся предметом залога, не было поделено между супругами в натуре, а определена только принадлежащая каждому супругу доля в праве общей долевой собственности на это имущество, залог в данном случае, является для В-вых совместным.

Указанный вывод не опровергается и тем, что сама ФИО3 не является должником по основному обязательству. 

Применяя к спорному случаю по аналогии, данные в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» (далее – Постановление № 45), разъяснения, следует отметить, что исполнение части обязательства за счет реализации предмета залога является основанием для перехода к ФИО3 права требования к супругу как солидарному залогодателю, части исполненного за счет принадлежащей ФИО3 доли в праве собственности на имущество в порядке регресса. 

Правопреемником кредитора в основном обязательстве созалогодатель, при этом, не становится, тем более, что ФИО1 должником в основном обязательстве также не является. 

Указанные разъяснения пункта 15 Постановления № 45 прямо распространяются на случаи совместного предоставления обеспечения поручителем и залогодателем, не являющимся должником по основному обязательству. 

Поэтому в данном случае распределение бремени исполнения между поручителем - залогодателем осуществляется по правилам статьи 325 ГК РФ как для совместных поручителей (залогодателей), то есть исполнивший обязательство поручитель (залогодатель) вправе получить удовлетворение своего за счет предмета залога лишь в определенной доле.

 

По смыслу пункта 2 статьи 325 ГК РФ у должника, исполнившего солидарную обязанность перед кредитором, возникает право регрессного требования по отношению к другим солидарным должникам за вычетом доли, падающей на него самого. 

Между тем, ФИО3 заявила свое требование к должнику, с которым она является солидарным должником по обеспечительному обязательству, в порядке процессуального правопреемства на стороне Банка, а не с самостоятельным требованием в порядке регресса. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что такое требование ФИО3 не подлежит удовлетворению.

Поскольку доводы, приведенные ФИО3 в жалобе, на нашли своего обоснованного подтверждения в суде кассационной инстанции, постановление от 28.02.2022 отмене не подлежит.  

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 по делу № А13-2000/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

И.М. Тарасюк

М.В. Трохова