ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-36125/2024

Дело № А40-226811/22

г. Москва

19 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи С.А. Назаровой, судей Ю.Н. Федоровой, Е.В. Ивановой, при ведении протокола секретарем судебного заседания Ярахтиным А.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового  управляющего должника на определение Арбитражного суда города Москвы от 13 мая  2024 года по делу № А40- 226811/22 об отказе в удовлетворении заявления  финансового управляющего о признании недействительными сделок по отчуждению  транспортного средства, выраженные в заключении договоров купли-продажи от  19.10.2021 г. и аренды транспортного средства с последующим выкупом от 20.03.2019  г., применении последствий недействительности сделок,  

в рамках дела о банкротстве ФИО1,  при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.10.2022 г. заявление КБ  «ИНТЕРКОММЕРЦ» (ООО) в лице конкурсного управляющего ГК "АСВ" о признании  несостоятельным (банкротом) ФИО1 принято и  возбуждено производство по делу № А40-226811/22.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 г. в отношении  ФИО1 (07.10.1976г.р., место рождения: г. Москва) введена  процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника  утверждена ФИО2.  

 Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.05.2023г. ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации  имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден  ФИО3.  

В Арбитражный суд г. Москвы 18.08.2023 поступило заявление финансового  управляющего о признании недействительными взаимосвязанных сделок по  отчуждению транспортного средства, выраженные в заключении договора купли- продажи № 4223 от 19.10.2021 и договора аренды № 1-2103/2019 транспортного  средства с последующим выкупом от 20.03.2019.  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.05.2024 отказано в  удовлетворении заявления финансового управляющего.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий  должника обратился с апелляционной жалобой в Девятый арбитражный  апелляционный суд, в которой просит определение отменить, принять по делу новый  судебный акт, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и  процессуального права.  

Лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте  судебного разбирательства извещены надлежаще.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания  была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, исследовав  материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд  апелляционной инстанции приходит к следующему.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Финансовым управляющим заявлено о признании недействительными сделками  действий по отчуждению транспортного средства, договора купли-продажи № 4223 от  19.10.2021, заключенного между должником ФИО1 и 000 «ТЕХНО Лизинг»,  договора аренды № 1-2103/2019 транспортного средства с последующим выкупом от  20.03.2019, заключенного между должником ФИО1 и ФИО4 0.0., с  указанием на то, что сделки направлены на вывод должником из конкурсной массы  транспортного средства, с целью причинения вреда кредиторам.  

Из заявления следует, что производстве Дорогомиловского районного суда г.  Москвы находится гражданское дело № 2-1155/2023 по исковому заявлению  ФИО4 0.0. к ФИО1 о признании за ФИО4 0.0. права собственности  на спорное транспортное средство. Финансовый управляющий указывает, что исковое  заявление основано на договоре № 1-2103/2019 аренды транспортного средства с  последующим выкупом от 20.03.2019. Согласно условиям договора аренды № 12103/2019, договор заключен на срок до 20.01.2021г. Однако согласно ответу МО  ГИБДД ТНРЭР № 4 ГУ МВД России по г. Москве от 28.06.2023г., спорное  транспортное средство по настоящее время зарегистрировано за должником.  

По мнению управляющего, что договор № 1-2103/2019 аренды транспортного  средства с последующим выкупом от 20.03.2019 является прикрывающей сделкой,  составленной с целью вывести за срок подозрительности вывод спорного  транспортного средства, и не представлено доказательств полного исполнения  договора аренды № 1-2103/2019 в материалы гражданского дела № 2-1155/2023.  

В силу изложенных выше обстоятельств, управляющий просит признать сделки  недействительными на основании ст. 61.2 ФЗ РФ "О несостоятельности (банкротстве)",  ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.  

Принимая во внимание время возбуждения дела (28.10.2022), суд первой  инстанции верно отнес сделки к подозрительным.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2. ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении  обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и  (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены  

и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением  обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное  исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником  имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную  с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2. ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая  сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая  сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она  признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности  или недостаточности имущества должника.  

В связи с тем, что договор должником с ФИО4 0.0. заключен 20.03.2019,  суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что сделка может быть  оспорена только по общегражданским основаниям.  

Отказывая в признании сделки недействительной на основании статей 10, 168,  170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из  следующего.  

Материалами дела подтверждено, что между должником ФИО1 и  ФИО4 заключен договор аренды транспортного средства с последующим  выкупом № 1-2103/2019 от 20.03.2019, в соответствии с условиями которого должник  (арендодатель) передает ФИО4 (арендатору) транспортное средство марки  KIA JF (OPTIMA) за плату, во временное владение и пользование без оказания услуг по  управлению им и его технической эксплуатации, для личного использования.  

В соответствии с п. 1.4. договора, по согласованию сторон, выкупная стоимость  транспортного средства с учетом срока действия договора, норм амортизации,  технического состояния, товарного вида и спроса на автомобильном рынке, составляет  1 929 000 руб.  

Согласно п. 1.6. договор заключается сроком на 22 месяца до 20.01.2021.  

В соответствии с п. 3.1. договора, в целях обеспечения исполнения арендатором  своих обязательств по договору, арендатор в момент подписания договора,  предоставляет арендодателю обеспечительный платеж в размере 90 000 руб. Из суммы  обеспечительного платежа, арендодатель вправе безоговорочно производить погашение  любой задолженности арендатора по договору, в том числе взыскивать начисленные по  договору неустойки и штрафные санкции, производить оплату административных  штрафов, наложенных по правонарушениям, зафиксированным средствами  автоматизированной фиксации правонарушений. Арендатор обязуется, в течение срока  действия договора, при использовании арендодателем средств обеспечительного  платежа, в случаях оговоренных договором, восполнять сумму обеспечительного  платежа до установленного договором размера.  

Пунктом 3.2. договора определено, что оплата выкупной стоимости  транспортного средства осуществляется арендатором в виде арендных платежей  ежедневно, но не позднее 17 часов 00 минут каждого дня, до окончания срока действия  договора.  

Из п. 3.3. договора следует, что арендный платеж за пользование транспортным  средством (ежедневный) составляет 3 000 руб.  

Финансовый управляющий в обоснование своей позиции ссылался на то, что  доказательств полного исполнения договора в материалы гражданского дела № 21155/2023 не представлены.  

В материалы спора финансовым управляющим представлены фотокопии  материалов гражданского дела № 2-1155/2023, находящегося в производстве  Дорогомиловского районного суда г. Москвы, по исковому заявлению ФИО4  к ФИО1 о признании права собственности на спорное транспортное средство.  Так, из представленных фотокопий материалов гражданского дела № 2-1155/2023  следует, что между ФИО1 и ФИО4 был заключен договор аренды  транспортного средства с последующим выкупом № 1-2103/2019 от 20.03.2019,  подписан акт приемки-передачи транспортного средства от 20.03.2019г., представлен  график платежей аренды транспортного средства марки KIA JF (OPTIMA), а также  ответ ПАО Сбербанк в виде отчета по банковской карте ФИО4 по переводам  денежных средств на имя М.В.АБ. за период с 01.01.2018г. по 15.04.2022.  

Финансовый управляющий указывает, что ФИО4 перечислено  должнику по договору аренды № 1-2103/2019 от 20.03.2019 денежных средств на  общую сумму 1 049 433 руб., и договор не исполнен.  

В связи с указанными выше обстоятельствами, финансовый управляющий  считает договор № 1-2103/2019 от 20.03.2019 прикрывающей сделкой в соответствии  со ст. 170 ГК РФ.  

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям  закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая  сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Применение положений статьи 10 ГК РФ не может быть направлено  исключительно на обход невозможности признания сделок должника  недействительными по специальным основаниям Закона о банкротстве.  

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для  оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана  арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в  котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель,  причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой  стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также  презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного  спора.  

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а  также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее  проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок  исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности  заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о  банкротстве, пункт 32 Постановления N 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не  говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  

квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10  и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная  совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения,  предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка),  квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения  за рамки признаков подозрительной сделки. Иной подход приводит к тому, что  содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве потеряет смысл ввиду его  полного поглощения содержанием норм ГК РФ о злоупотреблении правом  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886  по делу N А41-20524/2016).  

Вместе с тем, как верно учтено судом первой инстанции, финансовым  управляющим указаний на конкретные факты недобросовестности поведения должника  и ответчика, которые не охватывались бы диспозицией статьи 61.2 Закона о  банкротстве, не приведено.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных  условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом  существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

Согласно п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25  "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная  сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том  числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с  притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая  направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех  участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для  применения указанной нормы недостаточно.  

Доказательств свидетельствующих о притворном характере оспариваемой сделки,  материалы дела не содержат, а имеющиеся к таковым не могут быть отнесены.  

Кроме того, как следует из открытых источников в сети "Интернет", а именно  интернет-сайта Московского городского суда https://www.mos-gorsud.ru/, карточки дела   № 02-1155/2023, рассмотрение дела по исковому заявлению ФИО4 о  признании за ФИО4 права собственности на спорное транспортное  средство завершено, решением Дорогомиловского районного суда г. Москвы от  05.02.2024 отказано в удовлетворении исковых требований.  

С учетом времени возбуждения дела о банкротстве, суд первой инстанции  обоснованно отнес сделку к подозрительной применительно к п. 2 ст. 61.2. Закона о  банкротстве.  

Разрешая требования о признании сделки должника с ООО «ТЕХНО Лизинг» от  19.10.2021, суд первой инстанции исходил из следующего.  

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по  основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была  знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7  настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым -  пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость  переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок  имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и  более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной  организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника,  определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную  дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место  жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед  совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо  уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской  отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; -после совершения  сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или)  владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении  судьбы данного имущества.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков  банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным  доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества.  

В п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков  банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным  доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества.  

В обоснование доводов о том, что на момент совершения сделки, у должника  имелись неисполненные обязательства, управляющий сослался на наличие  задолженности перед: КБ «ИНТЕРКОММЕРЦ» (ООО) в соответствии с решением  

Измайловского районного суда г. Москвы ль 24.12.2020 по делу № 2-3863/2020 в  редакции апелляционного определения Московского городского суда от 22.07.2021г.;  АО КБ "ЛОКО-БАНК" по кредитному договору 

<

***> от 31.07.2018г. в  размере 1 804 888,32 руб.; ПАО "МКБ" по кредитному договору 

<

***> от  22.10.2019г. в размере 2 789 738,34 руб.; ООО "ПКБ" по кредитному договору №  50кр/2019 от 19.07.2019 в размере 366 731,63 руб.; ООО "Феникс" по кредитному  договору 

<

***> от 20.10.2015; налоговым органом в размере 207 654,80 руб.  

Финансовым управляющим указано на совершение должником сделок со  спорным транспортным средством, а именно заключение договора купли-продажи №  4223 от 19.10.2021 и договор лизинга № ДЛ-4223/10-21 от 19.10.2021.  

Из материалов дела следует, что 19.10.2021 между ООО «ТЕХНО Лизинг»  (лизингодатель) и ИП ФИО5 (лизингополучатель) заключен договор лизинга   № 4223/10-21, в соответствии с которым лизингодатель обязался приобрести и передать  у выбранного лизингополучателем поставщика и передать во временное владение и  пользование с правом последующего выкупа в собственность транспортное средство  KIA TF (OPTIMA).  

Во исполнение условий договора лизинга № 4223/10-21, между ООО «ТЕХНО  Лизинг» и ИП ФИО1 заключен договор купли-продажи № 4223 от 19.10.2021,  предметом которого явилось приобретение в собственность транспортного средства  KIA JF (OPTIMA) для целей его последующей передачи в лизинг ИП ФИО5  (пункт 1.1. и 1.3 договора купли-продажи № 4223).  

ФИО1 передал ООО «ТЕХНО Лизинг» транспортное средство по акту  приема-передачи от 24.11.2021 к договору купли-продажи № 4223 от 19.10.2021.  

Далее, транспортное средство передано ООО «ТЕХНО Лизинг» во владение ИП  ФИО5 на основании акта приема-передачи предмета лизинга от 24.11.202.  

Дополнительным соглашением № 1 от 13.07.2022 к договору лизинга его стороны  определили условия досрочного исполнения обязательств лизингополучателя по  договору лизинга и выкупа транспортного средства в собственность  лизингополучателем.  

15.07.2022 транспортное средство перешло в собственность лизингополучателя  ФИО5, что подтверждается договором купли-продажи № 4223 и актом приема-передачи от 15.07.2022 к указанному договору.  

Согласно условиям договора купли-продажи № 4223 от 19.10.2021, заключенного  между ФИО1 и ООО «ТЕХНО Лизинг», стоимость транспортного средства  составила 1 100 000 руб.  

В соответствии с платежным поручением № 2922 от 26.10.2021 ООО «ТЕХНО  Лизинг» оплатило ФИО1 указанную сумму в договоре.  

Установив указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел к  правильному выводу о том, что со стороны ООО «ТЕХНО Лизинг» представлено  встречное исполнение должнику по договору купли-продажи № 4223 от 19.10.2021.  

Возражая относительно доводов ответчика о равноценности встречного  исполнения по договору купли-продажи № 4223 от 19.10.2021, финансовый  управляющий ссылался на отчет Автотеки.ру (рыночная стоимость спорного  автомобиля находится в диапазоне 1 741 700 — 1 941 300 руб.), сайт Авито (стоимость  спорного автомобиля равна 1 814 300 руб.), указывая, что превышение в 1,7 раза  стоимости, указанной в спорном договоре.  

Давая критическую оценку отчету Автотеки.ру, суд первой инстанции  обоснованно исходил из того, что рыночная стоимость спорного транспортного  средства отчетом определена по состоянию на 23.01.2024, тогда как договор заключен  19.10.2021.  

При этом, ответчиком в материалы дела представлено заключение о стоимости  спорного транспортного средства, в соответствии с которым рыночная стоимость  

транспортного средства KIA JF (OPTIMA) по состоянию на 21.10.2021г. составляет 1  086 000 руб.  

Оснований для критической оценки данного доказательства не имеется.  Ходатайство о проведении оценочной экспертизы финансовым управляющим не  заявлено.  

 При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному  выводу о недоказанности управляющим неравноценности встречного представления.  

Кроме того, что ООО «ТЕХНО Лизинг» в отзыве ссылалось на то, что для  должника сделки по купле-продаже и лизингу транспортных средств являлись  сделками, совершаемыми им в рамках обычной хозяйственной деятельности, поскольку  договоры подобные заключались неоднократно. В материалы дела ответчиком  представлены сведения о всех договорах, соглашениях и банковских операциях в  отношении ИП ФИО1, ИП ФИО5  

Отклоняя довод финансового управляющего о нахождении транспортного  средства у ФИО4, и невозможности его передачи по акту приема-передачи  транспортного средства от 24.11.2021 ООО «ТЕХНО Лизинг», суд первой инстанции  исходил из отсутствия надлежащих доказательств.  

Напротив, ООО «ТЕХНО Лизинг» представлены доказательства оплаты, передачи  транспортного средства по договору купли-продажи № 4223 от 19.10.2021, и передачи  в собственность ИП ФИО5 спорного транспортного средства.  

Финансовый управляющий ссылался на ответ МО ГИБДД ТНРЭР № 4 ГУ МВД  России по г. Москве от 28.06.2023 указывая, что спорное транспортное средство по  настоящее время зарегистрировано за должником. Между тем, обстоятельство  регистрации транспортного средства за должником, не свидетельствует однозначно о  нахождении имущества у должника, что может объясняться ранее наложенными  арестами на спорное транспортное средство.  

Так, финансовый управляющий указывал о наличии постановлений судебных  приставов - исполнителей о запрете регистрационных действий в отношении  транспортного средства.  

Кроме того, ООО «ТЕХНО Лизинг» также указывало, что факт неосуществления  регистрации транспортного средства связан с наличием запретов регистрационных  действий в отношении спорного транспортного средства.  

В п. 7 Постановления N 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о  совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если  она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Как следует из пункта 12 Постановления № 63 обязанность доказывания того, что  другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице,  оспаривающем сделку.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Однако доказательств того, что ответчик знал или должен был знать об  ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности  или недостаточности имущества должника, в материалы дела не представлено.  

Доказательств аффилированности или заинтересованности должника и ООО  «ТЕХНО Лизинг» материалы дела также не содержат.  

Таким образом, как верно учтено судом первой инстанции, недоказанность  одного из обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, влечет  отказ в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Не усматривает апелляционный суд нарушений судом первой инстанции при  применении положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  поскольку финансовым управляющим не указано на конкретные факты  недобросовестности поведения ответчика как второй стороны сделки, которые не  охватывались бы диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, а обстоятельства, на  

которые ссылался финансовый управляющий, не соответствуют признакам,  перечисленным в статье 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно правовому подходу, выработанному судебной практикой, если  цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом  прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым  продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является  использование правового механизма, установленного п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ.  

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным  составом могла быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на  прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. При таком  варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество  должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для  вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи  последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве  инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него  взыскания по требованиям кредиторов. В действительности совершается одна  единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на  имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу,  числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально  составленных договорах. Отчуждаемое имущество все время находится под контролем  этого бенефициара. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта  2 статьи 170 ГК РФ ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана  недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с  возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по  правилам статьи 61.6 того же закона.  

При оспаривании цепочки последовательно совершенных сделок по отчуждению  имущества на основании ст. 170 ГК РФ как прикрывающих сделку по отчуждению  имущества от должника в пользу конечного приобретателя, которая также признается  недействительной, сторонами прикрываемой сделки являются должник и конечный  приобретатель (Определение ВС РФ от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230).  

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая  совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях,  ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа  и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее  законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть  признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом  или специальными законами.  

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О  применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - Постановление N 25), для признания сделки недействительной по мотиву ее  притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на  совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках  исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой  сделки.  

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия  сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае  прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны  действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются  относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ, п. 88 Постановления N 25). По смыслу  приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с  

разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое  отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.  

Вместе с тем, доказательств того, что спорные договоры являются цепочкой  последовательных сделок направленных на вывод активов должника в материалы дела  не представлено, а имеющиеся в деле, к таковым не могут быть отнесены.  

Довод апеллянта о том, что договор от 20.03.2019 с учетом Решения  Дорогомиловского районного суда города Москвы от 05.02.2024 может быть оспорен  по специальным банкротным основаниям подлежит отклонению, поскольку данная  сделка совершена за пределами трехлетнего периода возбуждения дела о банкротстве.  Несостоятельным апелляционный суд находит довод жалобы об исключении  возможности передачи спорного транспортного средства от должника к ООО «ТЕХНО  Лизинг» и от последнего к ИП ФИО5, со ссылкой на ответ № 3/237716304614  от 28.06.2023 МО ГИБДД ТНРЭР № 4 ГУ МВД России по г. Москве, поскольку с  учетом положений ст. 454 ГК РФ транспортные средства относятся к движимому  имуществу и при их отчуждении действует общее правило о возникновении права  собственности у приобретателя с момента передачи ему этого транспортного средства,  а не с момента регистрации (постановки на учет в органах ГИБДД).  

В данном случае переход права собственности на транспортное средство  подтвержден договорами и актами передачи автомобиля со всеми необходимыми  документами.  

Довод апеллянта о том, что транспортное средство не могло быть передано по  Акту приема- передачи транспортного средства от 24.11.2021 ООО «ТЕХНО Лизинг»,  так как спорное автомобиль по настоящее время находится у ФИО4,  опровергается доказательствами, представленными ответчиками.  

Доводы жалоба со ссылкой на указание ООО «ТЕХНО Лизинг» на повторную  передачу 15.07.2022 транспортного средства в рамках договора купли-продажи № 4223,  не может быть отнесен к числу оснований для отмены правильного по существу  судебного акта, в связи с отсутствием доказательств нахождения автомобиля у  ФИО4  

Отсутствуют основания для критической оценки к представленному ООО  «ТЕХНО Лизинг» отчету о рыночной стоимости имущества.  

Ходатайств суду первой и апелляционной инстанции о назначении оценочной  экспертизы не заявлено.  

В апелляционной жалобе управляющий ссылается на то, что если исходя из  доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к  выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на  которое ссылается истец, то на основании ч. 1 ст. 133 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд  должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего  между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую  квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей  нормой права.  

Однако в рассматриваемом случае, с учетом периодов подозрительности по  отношению к времени возбуждения дела о банкротстве, суд первой инстанции дал  оценку оспариваемым договорам как применительно к специальным нормам, так и к  общим нормам ГК РФ.  

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы, заявленные в иске, и не  опровергают выводов суда первой инстанции, не влияют на законность обжалуемого  судебного акта, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и  установленных судом обстоятельств.  

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не находит оснований для  отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения  апелляционной жалобы.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием  для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса  Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13 мая 2024 года по делу №  А40- 226811/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: С.А. Назарова Судьи: Ю.Н. Федорова  Е.В. Иванова