АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6416/12 

Екатеринбург

19 декабря 2018 г.

Дело № А50-26342/10

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Рогожиной О.В.,

судей Оденцовой Ю.А., Плетневой В.В.,

при ведении протокола помощником судьи Шваревой Е.О., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма Статим» Пермякова Сергея Юрьевича на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2018 по делу № А50-26342/10 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определениями Арбитражного суда Уральского округа от 22.10.2018 и от 08.11.2018 рассмотрение кассационной жалобы откладывалось на 05.12.2018.

В судебном заседании 05.12.2018 объявлен перерыв до 12.12.2018.

В судебном заседании 12.12.2018 приняли участие Соловьев Дмитрий Владимирович,  Бригида Владимир Юрьевич, конкурсный управляющий Пермяков Сергей Юрьевич.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 29.07.2011 общество «Фирма Статим» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Определением от 12.10.2012 конкурсным управляющим должника утвержден Пермяков С.Ю.

В рамках указанного дела о банкротстве 03.03.2016 конкурсный управляющий должника Пермяков С.Ю. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Спеваковой (Соловьевой) Полины Александровны (в настоящее время Гилева, далее – Гилева П.А.), Соловьева Дмитрия Владимировича, Бригиды Владимира Юрьевича к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражный суд Пермского края от 13.03.2017  (судья Данилова И.П.) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, суд привлек к субсидиарной ответственности Соловьева Д.В. по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве и взыскал с него в пользу должника 156 230 руб. 25 коп.,  в удовлетворении заявления к Бригиде В.Ю. отказано на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве; Гилева (Спевакова) П.А. и Соловьев Д.В. привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве и с них взыскано 9 627 619 руб. 28 коп.

Постановлением апелляционного суда от 12.07.2018 (судьи Плахова Т.Ю., Васева Е.Е., Романов В.А.) определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества «Фирма Статим» Пермякова С.Ю. о привлечении Бригиды В.Ю., Соловьева Д.В., Гилевой П.А. к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, конкурсный управляющий должника Пермяков С.Ю. обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить.

Как полагает Пермяков С.Ю., у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для применения срока исковой давности по заявленным требованиям о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности. 

В обоснование указанного довода конкурсный управляющий ссылается на дополнительный характер соответствующей ответственности, которая, по сути,  наступает только в случае недостаточности имущества должника для расчетов с кредиторами. Учитывая изложенное, Пермяков С.Ю. указывает, что ранее был объективно лишен возможности обратиться с рассматриваемым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (по сути, не знал о своем праве на иск), поскольку конкурсная масса не была сформирована, отсутствие возможности расплатиться с кредиторами являлись неочевидным. Указанный правовой подход, по мнению конкурсного управляющего, согласуется с существующей судебной практикой и действующим законодательством.

В отзыве Инспекция Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Перми с доводами конкурсного управляющего соглашается, полагает, что имеются основания для отмены обжалуемого судебного акта.

В отзывах на кассационную жалобу Бригида В.Ю., Соловьев Д.В., Гилева П.А. по доводам Пермякова С.Ю. возражают, поддерживают ранее заявленные ходатайства о пропуске срока исковой давности, а также опровергают по существу основания для привлечения к субсидиарной ответственности. 

 Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как следует из материалов дела, что руководителями (директорами) общества «Фирма «Статим» являлись: с 11.04.2006 по 28.03.2007 общество с ограниченной ответственностью «Ветеран-ВС» (управляющая компания); с 21.02.2006 по 11.04.2006 Гайворонский М.Е.; с 28.03.2007 по 26.03.2009 Гамилов И.И.; с 26.03.2009 по 25.09.2009 Никифорова Т.Н.; с 25.09.2009 по 24.12.2009 Вострецов В.В.; с 24.12.2009 по 17.09.2010 Бригида В.Ю.; с 17.09.2010 по 31.05.2011 Соловьев Д.В.; с 31.05.2011 Гилева П.А. (ранее Спевакова, Соловьева).

Учредителями должника с 21.03.2006 по 02.08.2010 являлось закрытое акционерное общество «Военно-Мемориальная компания»; с 02.08.2010 по 27.08.2010 Соловьев Д.В.; с 27.08.2010 Гилева (Спевакова) П.А.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 29.07.2011 общество «Фирма «Статим» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден Шестериков С.М.

Определением от 01.08.2011 конкурсным управляющим должника утвержден Шестериков С.М.

Определением от 12.10.2012 конкурсным управляющим должника утвержден Пермяков С.Ю.

Конкурсный управляющий должника Пермяков С.Ю. 03.03.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Гилевой П.А., Соловьев Д.В., Бригиды В.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением послужило нарушение Бригидой В.Ю. и Соловьевым Д.В. обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве), а также нарушение всеми ответчиками обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации должника, что не позволило сформировать конкурсную массу и произвести расчеты с кредиторами (пункт 5 статьи 10, пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Кроме того, в уточненном заявлении конкурсный управляющий указывал, что Соловьевым Д.В. в процессе деятельности осуществлены сделки и мероприятия, не отвечающие принципам разумности, направленные на вывод имущества должника, которые привели к неплатежеспособности последнего; недобросовестность сделок установлена судебными актами по настоящему делу (определения от 31.01.2012, от 12.03.2012).

Ответчики против удовлетворения требований возражали.

Ответчик Соловьев Д.В., не оспаривая доводы конкурсного управляющего о наличии у должника признаков неплатежеспособности на 01.01.2010, возникновения в этой связи с 01.02.2010 у руководителя должника обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), о возникновении у него такой обязанности 18.10.2010 и ее неисполнении, в в тоже время выражал несогласие с заявленным конкурсным управляющим размером возникших после названной даты обязательств, неисполненных должником, требования по которым включены в реестр требований кредиторов. По утверждению Соловьева Д.В., на названную дату у должника имелась только задолженность, установленная решением Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2011 по делу № А50-10628/2011 в сумме 22 605, 10 руб., представляющая собой штраф за не сдачу отчетности в пенсионный фонд; все остальные требования возникли в период до указанной даты и до назначения его директором должника, за что он не несет ответственность; при этом размер обязательств был достоверно известен конкурсному управляющему должника с момента введения соответствующей процедуры банкротства; в заявлении конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности имеется ссылка на судебные акты, которыми подтверждается размер задолженности. По утверждению Соловьева Д.В., он приобрел общество «Фирма «Статим»  в связи с намерением  получить преимущественное право на выкуп муниципального имущества, находившегося в аренде у должника; условием приобретения бизнеса являлся отказ общества «Фирма «Статим» заниматься какой-либо ритуально-похоронной деятельностью, то есть уставной деятельности общества, в течение 3 лет и погашение имевшейся у должника задолженности, о чем 14.07.2010 между ответчиком и обществом «Военно-Мемориальная компания» заключено соглашение. Ответчик Соловьев Д.В. указывает, что на момент вступления его в должность директора должника общество «Фирма «Статим» уставную деятельность не вело, вопреки утверждению конкурсного управляющего, действия по выводу активов должника совершены не Соловьевым Д.В., все ликвидное имущество должника реализовано 25.01.2010 руководителем общества Бригидой В.Ю. обществу «Военно-Мемориальная компания», которое в указанный период являлось единственным учредителем должника; впоследствии договоры купли-продажи между должником в лице директора Бригиды В.Ю. и обществом «Военно-Мемориальная компания» признаны недействительными сделками. Считает, что доведение должника до банкротства вызвано действиями бывшего руководителя должника Бригиды В.Ю. и единственного участника должника обществом «Военно-Мемориальная компания». Соловьев Д.В. поясняет, что в целях недопущения обращения взыскания на долю в уставном капитале общества  «Фирма «Статим» ввиду возбуждения в отношении Соловьева Д.В. исполнительного производства по взысканию личного долга, последний переоформил долю в уставном капитале должника на свою супругу Соловьеву П.А. (в настоящий момент Гилеву), которая в тот момент была беременна, во всем доверяла Соловьеву Д.В., реального участия в деятельности общества не принимала, документы общества не принимала, то есть являлась номинальным участником и руководителем должника, Соловьев Д.В. оставался контролирующим должника лицом. Обращает внимание на то, что предыдущий руководитель должника Бригида В.Ю. передал ему не всю документацию должника, из актов приема-передачи документов невозможно установить, какие именно документы переданы; все фактически полученные им по актам приема-передачи от Бригиды В.Ю. документы переданы конкурсному управляющему должника Шестерякову С.М., акт приема-передачи документов составлялся, однако за давностью составления документ утрачен; в подтверждение факта передачи документов Соловьев Д.В. ссылается на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.08.2011, согласно которому документы общества «Фирма «Статим» Соловьев Д.В. передал Шестерякову С.М., документы переданы в нескольких коробках; дополнительно о передаче документации должника конкурсному управляющему свидетельствует поведение последнего, который 31.10.2011 обращался в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника Соловьева Д.В. и Соловьевой (Гилевой) П.А. к субсидиарной ответственности ввиду утраты бухгалтерских документов, но после предложения суда представить доказательства вины ответчиков, конкурсный управляющий, получивший документацию должника, в судебные заседания не являлся, в связи с чем, суд определением от 13.03.2012 оставил названное заявление без рассмотрения. Соловьев Д.В. отмечает, что на момент вступления его  в должность руководителя должника по бухгалтерской отчетности не значилась дебиторская задолженность в размере 124 726 000 руб., в бухгалтерском балансе должника за 1 квартал 2010 отражена дебиторская задолженность в размере 11 962 тыс. руб., по итогам 2010 года – 10 875 тыс. руб., также отражены сведения по иным активам должника в значительно меньшем размере, чем в бухгалтерской отчетности за 2009 год (балансовая стоимость активов должника по итогам 1 квартала 2010 составляла 14 533 тыс. руб., в том числе основные средства - 545 тыс. руб., запасы 1 344 тыс. руб. прочие внеоборотные активы - 637 тыс. руб., на 31.12.2010 балансовая стоимость активов должника составляла 12 100 тыс. руб., в том числе основные средства - 506 тыс. руб., запасы 68 тыс. руб. прочие внеоборотные активы - 637 тыс. руб.); при этом из отчета конкурсного управляющего должника от 08.10.2012 им сформирована конкурсная масса на сумму 19 483 386 руб. в том числе основные средства - 1 540 769 руб., дебиторская задолженность - 17 942 267 руб., что, по мнению ответчика, свидетельствует о наличии у конкурсного управляющего документов об имуществе, обязательствах должника и их движении, возможность формирования конкурсной массы за счет взыскания дебиторской задолженности и реализации основных средств или их стоимости не утрачена. При указанных обстоятельствах ответчик Соловьев Д.В. считает, что основания для привлечения его и Гилевой П.А. к субсидиарной ответственности по всем заявленным конкурсным управляющим основаниям отсутствуют. При этом ответчиком Соловьевым Д.В. заявлено об истечении срока исковой давности для подачи заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности, также им заявлено об истечении названного срока и в отношении Гилевой П.А.

Ответчица Гилева П.А. на протяжении спора также указала на формальное переоформление на нее доли в уставном капитале должника и на номинальный характер ее руководства должником, сослалась на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности для подачи заявления о привлечении ее к субсидиарной ответственности.

Возражая относительно заявленных конкурсным управляющим требований, ответчик Бригида В.Ю. пояснял, что он назначен директором должника с 10.02.2009 и освобожден от соответствующей должности с 15.07.2010; единственным участником должника на тот период являлось общество «Военная мемориальная компания», которое фактически осуществлялщ управление должником; изначально Бригида В.Ю. являлся работником указанной организации, затем по просьбе директоров общества «Военная мемориальная компания» стал временным директором общества «Фирма «Статим»; таким образом, он назначен формальным руководителем должника и был подконтролен обществу «Военная мемориальная компания»; его основными обязанностями являлось: решение вопросов по текущей деятельности должника, связанной с решением вопросов по заработной плате, об увольнении части сотрудников, перевода в общество «Военная мемориальная компания», о передаче точек продаж из должника в общество «Военная мемориальная компания», решение мелких вопросов, связанных с основными видами деятельности; все решения по вопросам бухгалтерского учета и управлению должником принимались исключительно обществом «Военная мемориальная компания»; подписывать какие-либо документы без распоряжения общества «Военная мемориальная компания» Бригида В.Ю. не имел права; по поводу несостоятельности должника у Бригиды В.Ю. никаких вопросов не возникало, поскольку учредителем должника осуществлялось финансирование, с должником заключались контракты, что обеспечивало прибыль обществу. Пояснил, что в представленном им в суд первой инстанции отзыве на заявлении указано об истечении срока исковой давности для подачи заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, исследовав обстоятельства дела оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Бригиды В.Ю. не установил, пришел к выводу, что субсидиарная ответственность по обязательствам должника должна быть возложена солидарно на Гилеву (Спевакова) П.А. и Соловьев Д.В. При этом рассмотрев доводы о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции признал их необоснованными, исходя из того, что Закон о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, действовавший на момент рассматриваемых правоотношений (вменяемых деяний), не содержал положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд, установив безусловные основания для отмены обжалуемого судебного акта (отсутствие надлежащего уведомления лиц, участвующих в споре, о судебном заседании), определением от 21.05.2018 перешел к рассмотрению обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - АПК РФ) для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. 

Рассмотрев заявленные ответчиками ходатайства о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим по заявленным требованиям, в том числе со ссылкой на период совершения вменяемых деяний, осведомленности конкурсного управляющего об указанных обстоятельствах после введения в отношении должника конкурсного производства, со ссылкой на определение Арбитражного суда Пермского края от 13.03.2012, которым заявление конкурсного управляющего Шестерикова С.М. о привлечении к субсидиарной ответственности Соловьева Д.В. и Соловьевой П.А. по основаниям непередачи бухгалтерской документации оставлено без рассмотрения, ввиду непредоставления необходимых документов и информации со стороны конкурсного управляющего; определения Арбитражного суда Пермского края от 31.01.2012 и от 12.03.2012, согласно которым сделки должника по отчуждению активов признаны недействительными, апелляционный суд пришел к выводу, что срок исковой давности по привлечению к субсидиарной ответственности Бригиды В.Ю., Соловьева Д.В., Гилевой П.А. пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. При этом исходил  из следующего.

В период с 2009 по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчикам вменяются в вину конкретные деяния, совершенные в  2010-2011 годы, в том числе совершение сделок с контролирующим лицом – обществом «Военно-мемориальная компания» (дата совершения сделок 2010 год, дата признания их недействительными 2012), несвоевременная подача заявления о несостоятельности (банкротстве) (2010 год), непередача бухгалтерской документации конкурсному управляющему (2011).

В этот период применительно к заявленным основаниям вопрос о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности регулировался положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (далее – Закон № 73-ФЗ).

При этом по состоянию на 2010-2012 годы в Законе о банкротстве отсутствовали специальные нормы, предусматривающие специальный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности.

По общему правилу гражданского законодательства исковой данностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 29.06.2004, действовавшей в период с 1999 года до 2013 года, в том числе на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Согласно пунктам 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 23.07.2013, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В соответствии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, а десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктм 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

В силу пунктов 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в действующей в настоящее время редакции, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, а срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 года и применяться не ранее 01.09.2023 года (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 499-ФЗ).

Кроме того, впоследствии Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) в статье 10 Закона о банкротстве был введен пункт 5. Данный пункт содержал, в частности, норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Принимая во внимание, что из материалов дела усматривается и сторонами не оспаривается, что должник обладал признаками неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2009, данное обстоятельство также подтверждается состоявшимися по делу судебными актами о признании сделок должника недействительными (определение от 12.03.2012), апелляционный суд пришел к выводу, что данный факт, равно как и недостаточность активов должника для удовлетворения требований кредиторов уже являлись очевидными по результатам процедуры наблюдения.

Учитывая, что первоначально утвержденный конкурсный управляющий должника Шестериков С.М., являющийся также прежде и временным управляющим должника, был осведомлен о неисполнении ответчиками Бригидой В.Ю. и Соловьевым Д.В. обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, а также, что с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности вновь утвержденный конкурсный управляющий должника Пермяков С.Ю., являющийся правопреемником прежнего арбитражного управляющего, обратился 03.03.2016, в то время как должник признан банкротом решением от 25.05.2011, апелляционный суд пришел к выводу, что управляющим по данному эпизоду пропущен трехгодичный срок исковой давности, предусмотренный законодательством.

Определяя пропуск срока исковой давности относительно эпизодов несвоевременной передачи (непередачи) ответчиками документов должника и совершение сделок, направленных на вывод имущества должника, апелляционный суд исходил из следующего.

Учитывая, что передача документации должника конкурсному управляющему в силу положений ст. 126 Закона о банкротстве должна была быть исполнена в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего, первый конкурсный управляющий должника Шестериков С.М. должен был узнать о нарушении обязательств по передаче документов не позднее 03.08.2011.

Как указано ранее, 31.10.2011 конкурсный управляющий должника Шестериков С.М. уже обращался в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника Соловьева Д.В., Соловьевой П.А. именно в связи с непередачей, утратой бухгалтерской документации должника (определением суда от 13.03.2012 данное заявление оставлено без рассмотрения применительно к пункту  9 статьи 148 АПК РФ).

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что с заявлением о привлечении лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий Пермяков С.Ю. обратился в суд только 03.03.2016, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности и в этой части.

Из материалов дела следует, что 29.09.2011 конкурсный управляющий должника Шестериков С.М. обратился в суд с заявлениями об оспаривании сделок должника совершенных с обществом «Военная мемориальная компания» и Соловьевой П.А. (определениями суда от 31.01.2012 и от 12.03.2012 оспариваемые сделки признаны недействительными).

Исходя из изложенного, апелляционный суд установил, что уже в сентябре 2011 года конкурсный управляющий должника Шестериков С.М. имел полное представление о финансовой политике должника, в том числе о совершении сделок, направленных на вывод имущества, в связи с чем,  срок исковой давности по указанному эпизоду также пропущен.

Таким образом, соотнеся все фактические обстоятельства дела с материальным (право, действующее на момент совершения вменяемого деяния) и процессуальным (появление права на иск) аспектом начала течения срока исковой давности, в том числе с действующим в соответствующий момент времени законодательством, определяющим начало течения срока, при отсутствии доводов об уважительной причине пропуска срока исковой давности со стороны управляющего Пермякова С.Ю. (статья 65 АПК РФ), учитывая, что институт исковой давности имеет целью создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, и направлен на защиту участников гражданского оборота от необоснованных притязаний, при том, что в противном случае имело бы место ущемление охраняемых законом прав и интересов ответчиков, не имеющих возможность учесть необходимость сохранения значимых для рассмотрения дела документов, принимая во внимание, что сведений о наличии каких-либо обстоятельств, препятствовавших арбитражным управляющим, при добросовестном исполнении ими своих обязанностей, в пределах трехгодичного срока подать соответствующие заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о взыскании с них убытков, не имеется, возложение в данном случае всех негативных последствий, связанных с давностью обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего спора, на ответчиков, не соответствует положениям статей 195, 196, 200 ГК РФ, противоречит принципам равенства участников регулируемых отношений, является неразумным и несправедливым, апелляционный суд  пришел к выводу, что в рассматриваемом случае срок исковой давности по данному спору пропущен, что  силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

	По результатам рассмотрения доводов кассационной жалобы суд округа оснований для отмены обжалуемого постановления апелляционного суда не усматривает.

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина Е.В. Потоцкого»).

Исходя из позиции Европейского Суда по правам человека, установленные в законе сроки исковой давности защищают потенциальных ответчиков от просроченных требований и освобождают судыот необходимости выносить решения, основанные на доказательствах,которые со временем приобрели свойства неопределенности и неполноты; право на защиту своих прав в суде было бы скомпрометировано, если бы суды выносили решения, основываясь на неполной в силу истекшего времени доказательственной базе (Постановления от 22 июня 2000 года по делу«Коэм (Coeme) и другие против Бельгии» и от 7 июля 2009 года «Станьо (Stagno) против Бельгии»).

	Ссылка конкурсного управляющего должника на то, что он  был лишен возможности ранее обратиться с рассматриваемым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (не знал о своем праве на иск), поскольку конкурсная масса не была сформирована,  отсутствие возможности расплатиться с кредиторами являлась неочевидной, подлежит отклонению. 

      Какие-либо обстоятельства, объективно препятствующие такому обращению, начиная с 30.06.2013 (дата вступления  в силу Закона № 134-ФЗ, в силу которого управомоченные лица имели возможность заявлять требования о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, не дожидаясь определения точного размера ответственности) отсутствовали, к указанному моменту конкурсный управляющий  обладал сведениями о совершении ответчиками действий, которые легли в основу заявления о привлечении их к ответственности в виде убытков. Ранее (в 2011 году) конкурсный управляющий по эпизоду с передачей документации уже обращался с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. В рамках настоящего обособленного спора заявление было подано также ранее периода окончания формирования конкурсной массы  и расчетов с кредиторами (в 2016 году) и явилось основанием для приостановления рассмотрения заявления, что также свидетельствует о том, что конкурсный управляющий осознавал наличие оснований для обращения в суд с соответствующим заявлением. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2018 по делу № А50-26342/10 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма Статим» Пермякова Сергея Юрьевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						О.В. Рогожина 

Судьи						Ю.А. Оденцова 

                                             					 В.В. Плетнева