АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3718/2021

Дело № А65-29984/2018

г. Казань

21 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 мая 2021 года. 

 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Богдановой Е.В.,

судей Баширова Э.Г., Конопатова В.В.,

при участии:

ФИО1: представитель ФИО2, по доверенности от 05.08.2020,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.12.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021

по делу №А65-29984/2018

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Газводстрой» к ФИО1 о признании недействительной сделкой – договора купли-продажи транспортного средства от 01.04.2017 и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.10.2018 к производству принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Сыйфат» о признании общества с ограниченной ответственностью «Газводстрой» (далее – должник, ООО «Газводстрой») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.01.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2019 ООО «Газводстрой» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

20 июля 2019 года в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3, в котором (с учетом уточнения требования, принятого судом) конкурсный управляющий просил признать недействительной сделкой заключенный 01.04.2017 между должником и ФИО1 (далее – ФИО1) договор купли-продажи транспортного средства и применить последствия ее недействительности в виде взыскания с ФИО1 действительной стоимости спорного транспортного средства в размере 1 550 000 руб.; истребовать из незаконного владения ФИО4 (далее – ФИО4) спорное имущество.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2020 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.12.2020 заявление конкурсного управляющего ООО «Газводстрой» ФИО3 удовлетворено частично.

Признан недействительным договор купли - продажи транспортного средства от 01.04.2017, заключенный между ООО «Газводстрой» и ФИО1

Признан недействительным договор купли - продажи от 28.04.2017, заключенный между ФИО1 и ФИО4

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ООО «Газводстрой» следующее имущество: полуприцеп 99393, VIN: 

<

***>, 2012 года выпуска.

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.12.2020 отменено в части признания недействительным договора купли - продажи от 28.04.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО4, и применения последствий недействительности сделки; в отмененной части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4

Применены последствия недействительности договора купли ? продажи транспортного средства от 01.04.2017 в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Газводстрой» действительной стоимости транспортного средства в размере 1 200 000 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.12.2020 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 21.12.2020 и постановление апелляционного суда от 19.03.2021 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного конкурсным управляющим требования в полном объеме.

В обоснование жалобы приведены доводы о нарушении и неправильном применении судами норм материального и процессуального права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам; считает отсутствующими основания для признания оспариваемых сделок недействительными вследствие отсутствия у должника на дату их совершения признаков неплатежеспособности.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ? АПК РФ) судом округа объявлен перерыв в заседании до 16 часов 45 минут 18.05.2021, по окончании которого судебное заседание объявлено продолженным в том же составе суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил постановление апелляционного суда от 16.03.2021 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 21.12.2020.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Учитывая, что постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции было отменено, предметом проверки суда округа является законность принятого судом апелляционной инстанции постановления.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы в обжалуемой части и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.04.2017 между должником (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства, в соответствии с которым должник продал ФИО1 полуприцеп 99393, VIN: XWL 993930С0000014, 2012 года выпуска.

Согласно пунктам 2.1, 2.2, 2.3 договора стоимость отчуждаемого по нему транспортного средства составляет 100 000 руб. и оплачивается покупателем в течении 30 дней с момента заключения договора и передачи автомобиля наличными денежными средствами.

На основании указанного договора спорный полуприцеп 27.04.2017 был зарегистрирован (поставлен на учет) за ФИО1 в органах ГИБДД.

В последующем, на основании договора купли-продажи от 28.04.2017 указанный полуприцеп был отчужден ФИО1 ФИО4 

Согласно пункту 7 договора его стоимость составила 100 000 руб. 

04 мая 2012 года на основании указанного договора спорный прицеп был зарегистрирован (поставлен на учет) за ФИО4 в органах ГИБДД.

Полагая, что указанные договоры представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок (единую сделку), совершенных при злоупотреблении правом, с противоправной целью вывода активов должника без равноценного встречного предоставления, по заведомо заниженной цене, результатом совершения которых явилось безвозмездное выбытие в условиях неплатежеспособности должника из собственности последнего имущества, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании их недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ? ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворяя частично заявленные конкурсным управляющим требования, согласился с доводами заявителя о наличии оснований для квалификации оспариваемых сделок взаимосвязанными и признании их недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, учитывая незначительный период их совершения (в пределах одного месяца) и по очевидно заниженной цене, а также придя к выводу о фактической аффилированности ФИО1 и должника, «дружественности» ФИО1 по отношению к должнику, приняв во внимание данные его представителем в судебном заседании пояснения о том, что ФИО1 и один из учредителей общества-должника являлись компаньонами, и последующий, в пределах года с даты совершения оспариваемых сделок (на основании договора от 07.02.2018), выкуп ФИО1 у участников должника их долей в уставном капитале общества – должника, в результате чего он стал его единственным участником и был назначен его руководителем, в связи с чем счел необходимым применить последствия недействительности указанных сделок, конечным приобретателем имущества должника по результатам совершения которых является ФИО4, в виде обязания последней возвратить должнику спорное имущество.

При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения к спорным правоотношениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сочтя недоказанным заявителем факт наличия у должника в момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности/неисполненных обязательств.

Отменяя определение суда первой инстанции в части признания недействительным заключенного между ФИО1 и ФИО4 договора купли - продажи от 28.04.2017, а также применения последствий недействительности сделки (единой) по отчуждению имущества должника, и принимая новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО4, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для квалификации (признания) оспариваемых сделок купли-продажи: между должником и ФИО1, ФИО1 и ФИО4, как взаимосвязанных, составляющих единую сделку по отчуждению имущества должника.

При этом апелляционный суд исходил из того, что для квалификации нескольких последовательно совершенных сделок в качестве взаимосвязанных (единой сделки) необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки), обусловленной аффилированностью и заинтересованностью должника и конечного покупателя имущества, объединенных единым умыслом на вывод актива должника, в связи с чем, приняв во внимание пояснения ФИО4 относительно обстоятельств ее знакомства с ФИО1 ? обусловленного совершением между ними оспариваемой сделки купли-продажи, и обстоятельств получения ею информации по продаже спорного имущества – из публичных источников (публикации на интернет-сайте «Авито.ру» соответствующего предложения о продаже спорного имущества), относительно экономического обоснования заключения оспариваемой сделки по приобретению спорного имущества ? в целях его коммерческого использования хозяйственным обществом, учредителями (участниками) которого она и ее супруг являются, а также относительно отсутствия между ней и должником каких-либо взаимоотношений, общности интересов, при отсутствии доказательств обратного, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии в данном конкретном случае условий, необходимых для квалификации оспариваемых договоров в качестве взаимосвязанных сделок.

Также апелляционный суд признал ошибочными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для квалификации спорных правоотношений в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ, ввиду того, что, заявляя о недействительности оспариваемых сделок купли-продажи, как по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и статьями 10, 168 ГК РФ, управляющий ссылался на одни и те же обстоятельства (совершение сделок при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов), которые охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, вместе с тем, с выводами суда первой инстанции о недействительности совершенной между должником и ФИО1 сделки купли-продажи согласился.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о недействительности заключенного 01.04.2018 между должником и ФИО1 договора купли-продажи спорного имущества (полуприцепа), апелляционный суд, руководствуясь статьей 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), пришел к выводу о наличии необходимой совокупности обстоятельств для признания указанной сделки купли-продажи недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом апелляционный суд исходил из того, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях; отчуждение имущества по существенно (явно) заниженной цене очевидно свидетельствовало о совершении продавцом оспариваемой сделки с противоправной целью вывода ликвидного имущества и, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности такого отчуждения, а вкупе с его отчуждением должником в пользу аффилированного лица в отсутствие оплаты, выводы суда первой инстанции о чем были признаны апелляционным судом обоснованными и правомерными, является достаточным основанием для признания заключенного между должником и ФИО1 договора купли-продажи недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, основываясь на положениях статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве и установив отсутствие во владении ФИО1 спорного имущества (полуприцепа) на момент рассмотрения настоящего обособленного спора, апелляционный суд посчитал необходимым применить последствия недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 200 000 руб., составляющих действительную стоимость спорного имущества, приняв во внимание содержащиеся в заключении эксперта № 265-20 сведения о его рыночной стоимости на дату отчуждения.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 ? 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором ? пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В частности цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона и при этом посягающая на охраняемые законом интересы третьих лиц. ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункты 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки).

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исходя из конкретных обстоятельств дела, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для квалификации (признания) оспариваемых сделок купли-продажи: между должником и ФИО1, ФИО1 и ФИО4, как взаимосвязанных, в качестве единой сделки, направленной на вывод активов и признания таковой недействительной на основании положений статьи 170 ГК РФ.

Суд кассационной инстанции находит выводы апелляционного суда в указанной части не противоречащими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

При этом суд округа также отмечает процессуальное поведение ответчика ФИО4, которое не характерно для номинального собственника имущества: с момента привлечения ФИО4 к участию в деле в качестве соответчика она принимала активное участие в процессе, давала пояснения, представляла доказательства; мотивы приобретения ФИО4 у ФИО1 спорного полуприцепа для использования в коммерческой деятельности обществом, учредителем которого она является, также раскрыты перед судом, в подтверждение чего представлены соответствующие доказательства (договоры возмездного оказания услуг, акты оказания услуг, транспортные документы и пр.), и к видам деятельности которого отнесена, в том числе, деятельность автомобильного грузового транспорта, а также открытое владение ФИО4 спорным транспортным средством.

Таким образом, установленные обстоятельства, в том числе, отсутствие аффилированности ФИО4 как юридической, так и фактической, по отношению к должнику и ФИО1, не позволяют сделать вывод о наличии у ФИО4 умысла на совершение ничтожной сделки и квалифицировать договоры купли-продажи между должником и ФИО1 и между ФИО1 и ФИО4 как единую сделку.

Оценивая совершенную между должником и ФИО1 сделку купли-продажи, и установив отчуждение должником принадлежащего ему имущества в пользу аффилированного (связанного) с ним лица, в отсутствие встречного предоставления за него, по заведомо заниженной цене, по результатам которого должник лишился ликвидного имущества, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применении последствий ее недействительности.

Разрешая настоящий обособленный спор, апелляционный суд действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Приводимые в кассационной жалобе ФИО1 доводы об отсутствии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности вследствие начала образования кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника, после ее совершения (с 14.08.2017), подлежат отклонению как несостоятельные.

Как следует из сведений, размещенных в автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел», в реестр требований кредиторов общества «Газводстрой» включены требования уполномоченного органа на сумму задолженности по налогам и сборам, часть которой возникла в период, предшествующий совершению оспариваемой сделки ? начиная с 01.01.2017 (определение суда от 22.04.2019). 

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные налоговые обязательства. 

При этом, суд округа также отмечает, что конкурсное оспаривание осуществляется в интересах тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия (в частности, сделки) либо с большей долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем, к которым в силу их правовой природы относятся налоговые платежи.

Разрешая настоящий обособленный спор, апелляционный суд действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов апелляционного суда не опровергают, не свидетельствуют о допущении апелляционным судом нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной апелляционным судом оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов, и основаны на ином толковании норм законодательства, подлежащим применению при рассмотрении спора.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемого постановления апелляционного суда и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу № А65-29984/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                      Е.В. Богданова

 

Судьи                                                                                    Э.Г. Баширов

 

                                                                                              В.В. Конопатов