СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-8755/2017-ГК

г. Пермь

21 июля 2017 года

Дело № А50-5928/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2017 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Назаровой В. Ю.

судей  Власовой О.Г., Масальской Н.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Корепановой Е.Г.,

при участии:

от истца ООО «Энергоэффект»: Ведерникова Т.Г. директор – на основании решения единственного участника № 6 от 08.02.2016, паспорта,

от ответчика ОАО "МРСК Урала": Кондакова Л.В. на основании доверенности от 30.12.2016, паспорта,

от третьих лиц: ПАО «Пермская энергосбытовая компания», ООО «Нооген», ИП Битнер Н.В. – представители не явились,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца, ООО «Энергоэффект», ответчика, открытого акционерного общества "Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала",

на решение Арбитражного суда Пермского края от 22 мая 2017 года

по делу № А50-5928/2017, принятое судьей Л. И. Лысановой

по иску общества с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» (ОГРН 1145958035046, ИНН 5904641166)

к открытому акционерному обществу "Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала" (ОГРН 1056604000970, ИНН 6671163413)

третьи лица: публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания», общество с ограниченной ответственностью «Нооген», индивидуальный предприниматель Битнер Нина Васильевна

о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости услуги по передаче электрической энергии,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Энергоэффект» (далее – истец, ООО «Энергоэффект») обратилось в Арбитражный суд Пермского края  с иском к открытому акционерному обществу "Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала"  (далее – ответчик, ОАО «МРСК Урала») о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости услуги по передаче электрической энергии за период с октября по декабрь 2016 в сумме 18 480 153 руб. 75 коп.

Ответчиком в порядке ст. 51 АПК РФ заявлено ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора РСТ ПК. Указанное ходатайство судом оставлено без удовлетворения, поскольку заявленные в обоснование ходатайства обстоятельства носят правовой характер, ответчиком не доказано, что вынесенный по делу судебный акт может повлиять на права или обязанности регулирующего органа. Также суд исходил из того, что в материалах дела имеется достаточная информация от РСТ ПК относительно тарифов ООО «Энергоэффект» на 2016 год (письма РСТ ПК от 09.02.2016 о составе тарифов ООО «Нооген», от 19.09.2016 о составе тарифов на услуги по передаче электрической энергии ООО «Энергоэффект», от 26.01.2017 о составе

имущества ООО «Энергоэффект»; о учете в необходимой валовой выручки ООО «Энергоэффект» расходов на содержание и эксплуатацию объектов электросетевого оборудования по договорам аренды от 15.02.2016 №1, 2 - л.д.

54; о пересмотре цен (тарифов) в течение периода регулирования от 27.12.2016 - л.д. 199-201; письмо ООО «Энергоэффект» от 24.11.2016 в РСТ ПК).

Также ответчиком на основании ст. 130 АПК РФ заявлено ходатайство о выделении требований о взыскании с ОАО «МРСК Урала» неосновательного обогащения в виде стоимости оказанных посредством использования электросетевого оборудования ПС «Нартовка» услуг по передаче электрической энергии в декабре 2016 года на сумму 3356947 руб. 06 коп. в отдельное производство. Суд удовлетворил заявленное ходатайство, о чем вынесено отдельное определение. 

Настоящее дело рассмотрено в отношении требований в сумме 15123206 руб. 69 коп. (18480153,75 руб. - 3356947,06 руб.).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22 мая 2017 года (резолютивная часть от 18.05.2017, судья Л.И. Лысанова) заявленные требования удовлетворены.

  От истца поступила апелляционная жалоба, просит исковые требования удовлетворить  в размере 18480153 руб. 75 коп.

 До начала судебного разбирательства от истца поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы.

В соответствии с ч. 1 ст. 265 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству арбитражного суда поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ был принят арбитражным судом в соответствии со ст. 49 настоящего Кодекса. 

Рассмотрев ходатайство истца, суд апелляционной инстанции в соответствии со ст. 49 АПК РФ не усматривает препятствий для принятия отказа лица, подавшего апелляционную жалобу, от этой апелляционной жалобы. Полномочия лица, заявившего соответствующее ходатайство, судом апелляционной инстанции проверены. Возражений на отказ от апелляционной жалобы не поступило. 

С учетом того, что отказ от апелляционной жалобы не противоречит действующему законодательству и не нарушает чьих-либо прав, отказ от апелляционной жалобы принят арбитражным апелляционным судом. 

На основании изложенного, производство по апелляционной жалобе истца подлежит прекращению в соответствии с ч. 1 ст. 265 АПК РФ.

Ответчик, не согласившись с принятым решением, подал апелляционную жалобу, в доводах которой указал на то, что судом не учтены положения п. 42, 47 Правил № 861, п. 49, 47, 15, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом ФСТ РФ от 06.08.2004 № 20-э/2, п. 1 ст. 424 ГК РФ, ст. 23, 23.1. Закона об электроэнергетике, Основы ценообразования № 1178, информационное письмо ФСТ РФ от 04.09.3007 № ЕЯ5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии». Указывает на то, что использование истцом с целью формирования объемов услуг, оказанных посредствам имущества, не учтенного при установлении тарифов направлено на получение сетевой организацией дополнительных необоснованных и не доказанных в ходе проведения тарифной компании доходов, в связи с чем, такие действия заявитель расценивает, как получение «сверхприбыли». Указывает на то, что неполученных доход,  в случае его доказывания, может быть скорректирован впоследствии мерами тарифного регулирования, которыми предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неполученных при осуществлении регулируемой деятельности в этот период регулируемых доходов.

Ссылаясь  на п. 37 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике утвержденных постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178, Приказ ФСТ от 17.02.2012 № 98-э «Об утверждении методических указаний по расчету тарифов на услуги по передаче  электрической энергии, устанавливаемых с применением метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки» указывает на то, что истцу гарантирован учет незапланированных расходов в последующем периоде регулирования, в то время, как для ОАО «МРСК Урала», с учетом применения к нему со стороны регулятора механизма сглаживания, такая перспектива сомнительна. Являясь профессиональным участником рынка по передаче электрической энергии и добровольно заключая договоры аренды оборудования, истец действовал в своих интересах, и не мог не знать особенности оказания услуг по передаче электрической энергии, поэтому, заключив в регулируемом периоде договоры аренды, принял на себя обязательства по соблюдению действующего законодательства в сфере электроэнергетике. Предъявление настоящего иска, по мнению заявителя, свидетельствует о совершении истцом действий в обход действующего в области ценообразования законодательства, поскольку требование заявителя о взыскании с ответчика расходов, подлежащих включению в НВВ, свидетельствуют о стремлении истца получить финансовое удовлетворение за счет ответчика в обход требований действующего законодательства о государственном регулировании цен на услуги по передаче электрической энергии.

Также обращает внимание на то, заявляя требование о взыскании неосновательного обогащения, истец обязан доказать, что заявленная ко взысканию сумма неправомерно получена и удерживается ответчиком, вместе с тем, учитывая положения п. 2, 15, 15(1), 38, 47 Правил № 861, п. 15, 47, 49, 51 Методических указаний, п. 1 ст. 424 ГК РФ, п. 23, 23.1.Закона об электроэнергетике, Основ ценообразования № 1178, а также того обстоятельства, что ответчиком не получены от гарантирующего поставщика денежные средства в размере, включающей в себя средства на содержание сетей истца, можно сделать вывод об отсутствии на стороне ответчика неосновательного обогащения.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной  жалобы поддержал, просил решение суда отменить,  в удовлетворении исковых требований отказать.

Находя решение суда законным и обоснованным, истец представил письменный отзыв.

В судебном заседании представитель истца доводы письменного отзыва поддержал, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с 01.09.2016 ООО «Энергоэффект» является территориальной сетевой организацией, осуществляющей деятельность в сфере услуг по передаче электрической энергии в г. Перми и Пермском крае. Общество владеет на праве собственности и аренды электросетевым имуществом, посредством которого оказывает услуги по передаче электрической энергии.

Постановлением РСТ Пермского края от 01.09.2016 № 9-э истцу утверждены индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии. 

Договор оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности между сторонами на спорный период не заключен. 

27.01.2017 истец с ПАО «Пермэнергосбыт» заключили договор №4023 купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь в электрических сетях.

В спорный период (октябрь - декабрь 2016) истец с использованием электросетевого имущества ПС КПД, КТП-00825, КТП-0056, КТП-0057, КТП Б544/400 кВА (СПК «Новая жизнь») оказал ответчику услуги по передаче электрической энергии для потребителей гарантирующего поставщика на сумму 15 123 206, 69 руб. (с НДС) (л.д. 18-20).

Факт оказания услуг и их объем подтверждаются актами электропотребления и актами разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности с потребителями. Количество переданной истцом электроэнергии, указанное в расчетах задолженности, подтверждено ПАО «Пермэнергосбыт».

Направленные в адрес ответчика документы об объеме и стоимости оказанных за период с октября по декабрь 2016 услуг по передаче электроэнергии оставлены без рассмотрения и возвращены истцу.

Наличие задолженности послужило истцу поводом для обращения в суд  с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности истцом факта оказания услуг в спорный период в заявленном объеме, отсутствия доказательств оплаты задолженности в сумме 15123206 руб. 69 коп.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав объяснения представителей истца и ответчика в судебном заседании, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии установлены Законом об электроэнергетике.

Согласно ч. 2 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон N 35-ФЗ) оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст. 3, пунктами 2, 3 ст. 26 Закона N 35-ФЗ услуги по передаче электроэнергии - это комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями.

На основании п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. При этом заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п. 1 ст. 781 ГК РФ).

В силу п. 34 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861) по договору между смежными сетевыми организациями одна сторона договора обязуется предоставлять другой стороне услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании объектов электросетевого хозяйства, а другая сторона обязуется оплачивать эти услуги и (или) осуществлять встречное предоставление услуг по передаче электрической энергии. Услуга предоставляется в пределах величины присоединенной (заявленной) мощности в соответствующей точке технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации к объектам другой сетевой организации.

В соответствии с п. 4 Правил N 861, услуги по передаче электрической энергии предоставляются сетевой организацией на основании договора о возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии. Порядок заключения и исполнения такого договора регулируется нормами Правил N 861.

В целях обеспечения исполнения своих обязательств перед потребителями услуг сетевая организация заключает договоры с иными сетевыми организациями, имеющими технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства, с использованием которых данная сетевая организация оказывает услуги по передаче электрической энергии (смежными сетевыми организациями), в соответствии с разделом III Правил N 861.

Отсутствие такого договора не является поводом для отказа в оплате фактически оказанных услуг по передаче электрической энергии.

Судом установлено, что ОАО "МРСК Урала" с 01.01.2008 является сетевой организацией, "держателем котла" в Пермском крае. С 01.01.2008 для потребителей Пермского края утверждены единые (котловые тарифы) на услуги по передаче электрической энергии. Держателем котлового тарифа (организацией, которая заключает договоры оказания услуг по передаче электрической энергии с территориальными сетевыми организациями Пермского края и оплачивает эти услуги) является ОАО "МРСК Урала", которое осуществляет  расчеты за услуги по передаче со смежными сетевыми организациями. 

Все потребители услуг по передаче электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации и гарантирующие поставщики оплачивают ОАО "МРСК Урала" стоимость услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций по единым "котловым" тарифам, в которые включены затраты на оплату стоимости услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций Пермского края. Единые (котловые) тарифы для оплаты услуг по передаче электрической энергии на 2016 год утверждены соответствующим Постановлением РСТ Пермского края.

Истец является сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии, с использованием принадлежащих ей на законном основании объектов электросетевого хозяйства.

Расчеты по заключаемому территориальными сетевыми организациями в соответствии с разделом III Правил N 861 договору осуществляются по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, который определяется в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов, в отношении каждой из сторон такого договора и носит индивидуальный характер (п. 42 Правил N 861).

Исходя из сложившейся на территории Пермского края схемы договорных отношений, связанных с оказанием услуг по передаче электроэнергии, получателем стоимости оказанных смежными сетевыми организациями услуг вследствие введенного «котлового метода тарифного регулирования» является ОАО «МРСК Урала». 

Полученная от потребителей Пермского края в составе утвержденных тарифов плата за оказание такими сетевыми организациями услуги по передаче электроэнергии, является при отсутствии договорных отношений для ОАО «МРСК Урала» неосновательным обогащением.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что из имеющихся в деле документов усматривается, что истцом в 2016 года принимались меры для учета принятого в аренду электросетевого имущества

после утверждения РСТ ПК тарифа. Регулирующий орган в ответе на обращение истца указал на то, что корректировка тарифа будет произведена не ранее 01.01.2018 (л.д. 199-201).

Таким образом, вопреки доводам жалобы, добросовестность действий истца подтверждается.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом верно указано на то, что действующее законодательство об электроэнергетике не содержит запрета на оказание услуги по передаче электрической энергии посредством имущества, не учтенного в тарифе, после его приобретения в периоде регулирования, а также не ставит возможность оказания услуг по передаче электрической энергии в зависимость от оснований владения объектами электросетевого хозяйства.

Изменение объектов электросетевого хозяйства у территориальной сетевой компании не оказывает влияние на наличие/отсутствие у нее такого статуса.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не учтенных при утверждении тарифа.

Действующее законодательство исходит из возможности оказания услуги по передаче электрической энергии посредством имущества, в том числе полученном в регулируемом периоде.

Сетевую организацию характеризуют в совокупности два основных критерия: наличие установленного тарифа на услуги по передаче электрической энергии и право законного владения и пользования электросетевым имуществом, посредством которого она оказывает услуги по передаче электрической энергии.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций их услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (п. 1 ст. 424 ГК РФ, ст. 4, 6 Федерального закона от 17.08.1995 N 147-ФЗ "О естественных монополиях", п. 4 ст. 23.1 Закона N 35-ФЗ, пункты 6, 46-48 Правил N 861, подп. 3 п. 3 Основ ценообразования N 1178).

Цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики (п. 35 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, далее - Правила N 1178).

В соответствии с Информационным письмом Федеральной службы по тарифам от 04.09.2007 N ЕЯ-5133/12 "О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии", в целях обеспечения каждой сетевой организации средствами в размере ее необходимой валовой выручки необходимо обеспечить перераспределение полученных по единому (котловому) тарифу средств между сетевыми организациями в соответствии с Методические указания по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке (далее - Методические указания N 20-э/2), утвержденные Приказом ФСТ России от 06.08.2004 N 20-э/2.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому "котловому" тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в "котел". Ввиду того, что фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее - НВВ) каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства (подп. 3 п. 3 Основ ценообразования N 1178, пункты 49, 52 Методических указаний N 20-э/2).

Как следует из Правил N 1178, принципов и методов расчета цен (тарифов), установленных в разделе III Основ ценообразования  N 1178, а также пунктов 43, 44, 47-49, 52 Методических указаний N 20-э/2, тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. При этом базовые величины для расчета ставок тарифов рассчитываются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа.

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу, сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Вместе с тем, применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения, ликвидация предыдущих сетевых организаций и т.п.) в связи с обычной хозяйственной деятельностью территориальных сетевых организаций и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования.

Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (п. 7 Основ ценообразования N 1178, пункты 19, 20 Методических указаний N 20-э/2).

Иной подход, с одной стороны, не обеспечивал бы возможности учета особенностей экономического оборота объектов электросетевого хозяйства, который происходит непрерывно, и, с другой стороны, означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу держателя котла.

Суд апелляционной инстанции применительно к рассматриваемой ситуации, с учетом представленных в дело истцом документов и пояснений, не усматривает злоупотребления либо недобросовестного поведения со стороны истца. К данному выводу суд пришел, в том числе в результате исследования обстоятельств, связанных с арендой сетей, целями принятия объектов в аренду для обеих сторон, о которых даны пояснения истцом, в связи с чем изменились точки поставки, но не изменились тарифные уровни напряжения (что не оспорено ответчиком).

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования. Объективно возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, которыми предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неучтенных расходов, понесенных по не зависящим от этих организаций причинам (п. 7 Основ ценообразования N 1178, п. 20 Методических указаний N 20-э/2).

При этом само по себе отсутствие при установлении тарифа тех или иных потребителей либо точек поставки автоматически не означает невозможность оплаты услуг по передаче электроэнергии во всех случаях. При рассмотрении спора об оплате услуг по передаче электроэнергии решающее правовое значение приобретают конкретные фактические обстоятельства дела. В частности, необходимо принимать во внимание, по каким причинам и вследствие каких обстоятельств в договоре на оказание услуг по передаче электроэнергии и (или) в индивидуальном тарифе отсутствуют конкретные потребители или точки поставки. При этом при рассмотрении конкретных споров необходимо учитывать схему договорных правоотношений, конкретные условия договора, а также добросовестность поведения сторон, как при его заключении, так и при его исполнении, а также добросовестность поведения сторон на рынке энергоснабжения при оказании услуг по передаче электроэнергии.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и иных сетевых организаций.

Вышеизложенная правовая позиция также изложена в определении ВС РФ от 26.10.2015 N 304-ЭС15-5139.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ) (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно п. 3 ст. 10 ГК РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные п. 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

С учетом указанных подходов судом апелляционной инстанции проанализированы доводы ОАО "МРСК Урала" о наличии в действиях ООО "Энергоэффект" признаков злоупотребления правом, выразившихся в обходе действующего законодательства о ценообразовании.

Договоры аренды подписаны сторонами без разногласий, электросетевое имущество фактически передано ООО "Энергоэффект" по актам приема-передачи; сделки реально исполняются сторонами; иное не доказано (ст. 65 АПК РФ). Указанные договоры в судебном порядке не оспорены, недействительными не признаны.

Кроме того, из пояснений представителя истца, не опровергнутых ответчиком, следует, что заключение подобных договоров не выходит за рамки обычной хозяйственной практики субъектов электроэнергетики. Иного ОАО "МРСК Урала" суду апелляционной инстанции не доказано (ст. 65 АПК РФ). Кроме того, из пояснений истца следует, что до передачи объектов электросетевого хозяйства по договору аренды арендодатели не обращались за установлением тарифа на услуги по передаче электроэнергии, соответствующую хозяйственную деятельность не осуществляли, поскольку лишь не препятствовали перетоку электроэнергии потребителям, присоединенным к объектам электросетевого хозяйства, статус сетевой организации не имели (ст. 3.1. ст. 70 АПК РФ).

С учетом изложенного приобретение истцом объектов электросетевого хозяйства по договорам аренды в течение тарифного периода не носило формальный характер, а преследовало цель реального использования данного имущества для оказания услуг по передаче электрической энергии.

В нарушение ст. 65 АПК РФ ответчиком не представлено доказательств возникновения убытков либо несения затрат, превышающих размер тарифа, установленного для расчетов между парой смежных сетевых организаций - ООО "Энергоэффект" и ОАО "МРСК Урала".

Кроме того, действующее законодательство не содержит запрета для организации, осуществляющей регулируемый вид деятельности, увеличивать вследствие совершаемых сделок состав электросетевого оборудования для осуществления своей хозяйственной деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии в текущем периоде тарифного регулирования.

Объективно возникающий дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, предусматривающими как возмещение, так и исключение экономически обоснованных расходов, не учтенных при установлении тарифов (п. 7 Основ ценообразования от 29.11.2011 N 1178, п. 20 Методических указаний N 20-э/2).

В силу п. 37 Основ ценообразования от 29.11.2011 N 1178 в течение долгосрочного периода регулирования регулирующие органы ежегодно осуществляют корректировку необходимой валовой выручки и (или) цен (тарифов), установленных на долгосрочный период регулирования, с учетом, в том числе, изменения не учтенного при установлении тарифов состава активов, используемых для осуществления регулируемой деятельности.

Действующее законодательство не возлагает в таких случаях на сетевую организацию обязанности по обращению к регулирующему органу за изменением тарифного решения.

Принятие отдельного тарифного решения на вновь принятое электросетевое имущество действующим законодательством также не предусмотрено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит правомерным предъявление ООО "Энергоэффект" к оплате ОАО "МРСК Урала" стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных с использованием спорного электросетевого оборудования (ст. 1102, п. 1 ст. 1107 ГК РФ). 

Доводы о недоказанности неосновательного обогащения, не принимаются, учитывая, что доказательств того, что услуги по передаче электрической энергии, оказанные истцом с использованием сетевого имущества, ответчику не оплачены гарантирующим поставщиком, материалы дела не содержат.

Доводы заявителя апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов арбитражного суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного решения.

Таким образом, решение соответствует нормам действующего законодательства, сделанные в нем выводы, соответствуют обстоятельствам дела.

С учетом изложенного решение отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает. Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

	Расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя (ст. 110 АПК РФ). 

Государственная пошлина в сумме 3000 руб., уплаченная за подачу апелляционной жалобы Ведерниковой Т.Г., подлежит плательщику возврату из федерального бюджета на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Принять отказ от апелляционной жалобы ООО "ЭНЕРГОЭФФЕКТ" на решение Арбитражного суда Пермского края от 22 мая 2017 года по делу № А50-5928/2017. Производство по апелляционной жалобе прекратить.

Возвратить Ведерниковой Татьяне Геннадьевне из федерального бюджета 3000 (три тысячи) руб. госпошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 02.06.17.

Арбитражного суда Пермского края от 22 мая 2017 года по делу № А50-5928/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

В.Ю. Назарова 

 

Судьи

О.Г. Власова 

 

Н.Г. Масальская