СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                       Дело № А67-8834/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2022 года  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей:

ФИО2,

 

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Воронецкой В.А.,, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (№ 07АП-11170/2021) на решение от 08.10.2021  Арбитражного суда Томской области по делу № А67-8834/2017 по иску общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 15 000 000 руб.,

встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Страховая

компания «Согласие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 №2028017-0403546/16ИМЮ незаключенным, недействительным, 

третьи лица - публичное акционерное общество «Страховая акционерная компания «Энергогарант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; Томский филиал 634021, 

<

...>; 634050, 

<

...>); ООО «Стройкомплект-2000» (ИНН 

<

***>; 634024, 

<

...>). Банк ПАО «ВТБ» в лице Томского филиала ООО «Промполимер», общество с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Статус» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 634062, 

<

...>, 146).

при участии в судебном заседании:

от ООО «СтройИндустрия» - ФИО4, по доверенности от 01.01.2022, ФИО5, по доверенности от 01.01.2022,

от ООО СК «Согласие» - ФИО6, по доверенности от 01.02.2022,

от ООО «ЧОП «Стастус» - ФИО4, по доверенности от 03.06.2021,

от иных лиц – не явились (надлежаще извещены), 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (далее – ООО «СтройИндустрия») обратилось в Арбитражный суд Томской области к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в лице Томского филиала (далее – ООО «Страховая компания «Согласие») с иском о взыскании суммы страхового возмещения по договору страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 № 2028017-0403546/16ИМЮ в размере 15 000 000 руб. (с учетом уточнения иска от 22.11.2017).

ООО «Страховая компания «Согласие» обратилось со встречным исковым заявлением к ООО «СтройИндустрия» о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 №2028017-0403546/16ИМЮ незаключенным. 

Определением от 15.01.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены публичное акционерное общество «Страховая акционерная компания «Энергогарант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; Томский филиал 634021, 

<

...>; 634050, 

<

...>); ООО «Стройкомплект-2000» (ИНН 

<

***>; 634024, 

<

...>).

Общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» обратилось в арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 № 2028017-0403546/16ИМЮ недействительным. Исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А67-1842/2018.

Определением суда от 20.03.2018 объединены дело № А67-1842/2018 с делом № А67- 8834/17 находящимся в производстве Арбитражного суда Томской области для их совместного рассмотрения, за объединенным делом оставлен № А67-8834/17.

Определением от 06.02.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Банк ПАО «ВТБ» в лице Томского филиала (

<

...> а); ООО «Промполимер» (634024 

<

...> (ИНН 

<

***>).

Определением от 25.05.2021 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью привлечено «Частное охранное предприятие «Статус» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 634062, 

<

...>, 146).

 Решением от 08.10.2021 Арбитражного суда Томской области первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме; в удовлетворении встречных исковых требований отказано. 

            Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Томской области отменить и принять по делу новый акт, в удовлетворении требований ООО «Стройиндустрия» отказать, признать Договор страхования № 2028017-0403546/16ИМЮ от 29.07.2017 незаключенной сделкой;  признать Договор страхования № 2028017-0403546/16ИМЮ от 29.07.2017 недействительной сделкой, в случае признания ее заключенной.

В обоснование апелляционной жалобы, апеллянт указывает на то, что судом не верно применены нормы материального права, а именно действующего законодательства    об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств а также не верно определены и не установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела; судом не учтена специфика предмета страхования, в связи с чем неверно распределено бремя доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания; суд в нарушении ч.2 ст.7 и ч.3 ст.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не обеспечил равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле, поставив своими действиями истца в преимущественное положение лишь потому основанию, что Страховщик не воспользовался своим правом на предстраховой осмотр, а потому для него «по умолчанию» наступают негативные последствия, а бремя доказывания обратного лежит на страховщике; суд не дал оценки содержанию инструкции о мерах пожарной безопасности на территории, зданиях и помещениях организации от 01.04.2015, утвержденной директором ООО «Стройиндустрия» ФИО7 и согласованной представителем трудового коллектива ФИО8 и фактическим действиям Истца с учетом соблюдения собственной инструкции; суд проигнорировал довод ответчика о наличии самостоятельного основания для отказа, предусмотренного п.5.1.21. Правилами страхования, предусматривающего страховое покрытие только, если очаг пожар возник на территории страхования; судом не установлено, а материалы дела не содержат доказательств того, что страхователь снаружи обслуживал арендуемые помещения внутри, более того, размещение склада снаружи не является обслуживанием объекта внутри; вывод суда о сообщении страхователем достоверных сведений в заявлении на страхование об отсутствии иных эксплуатантов здания, также противоречит материалам дела и иным выводам суда; суд указал в оспариваемом судебном акте, что выводы всех трех судебных экспертиз согласуются, а иное толкование их содержания ответчиком является ошибочным, что противоречит выводам суда, изложенным в определениях; судом необоснованно назначены пожаротехнические экспертизы; суд ошибочно истолковал содержание федерального закона, вопреки его буквальному содержанию установив, что ч.1 ст.100 Технического регламента 123-ФЗ применима лишь в случае второго здания на территории производственного объекта; суд ошибочно истолковал выводы пожаротехнических экспертиз; считает, что оснований для назначения повторной экспертизы у суда не имелось, зкспертиза ФГБУ СЭУ ФСП № 93 ИПЛ МЧС России эксперта ФИО10 является недопустимым доказательством; суд не дал надлежащей оценки, представленным ответчиком рецензиям на третью пожаротехническую экспертизу, назвав их ненадлежащим инструментом оспаривания результатов судебных экспертиз и отказал в назначении повторной или дополнительной пожаротехнической экспертизы; полагает, что отказывая в назначении повторной (дополнительной) пожаротехнической экспертизы и основывая судебный акт на тех доказательствах, которые суд сам признал порочными, суд вынес незаконное и необоснованное решение, выводы которого противоречат фактическим обстоятельствам дела; считает, что  экспертиза ТОККО – Аудит эксперта Храповой также является недопустимым доказательством; суд неверно установил момент течения срока исковой давности по признанию сделки недействительной.

Определениями от 21.01.20202, от 08.02.2022Седьмого арбитражного апелляционного суда судебное разбирательство откладывалось. 

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство о назначении повторной и дополнительной судебных экспертиз, протокольным определением отказал в его удовлетворении, за отсутствием правовых оснований.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт не подлежащим отмене или изменению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 29 июля 2016 года между истцом и ответчиком заключен Договор страхования имущества юридических лиц № 2028017-0403546/16ИМЮ, в соответствии с его условиями которого страховщик обязался за обусловленную договором страховую плату (страховую премию), при наступлении предусмотренного в договоре страхования страхового события (страхового случая), возместить страхователю в пределах страховой суммы, указанной в договоре, убытки, вызванные утратой (гибелью), повреждением застрахованного имущества в результате этого события.

В соответствии с пунктом 2.1. договора застрахованным имуществом является имущество, указанное в перечне застрахованных ТМЦ (приложение № 3 к договору), а именно: товары в обороте - переменный (изменяющийся) остаток, а именно: товарные запасы Экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), товарные запасы сырья для изготовления Экструдированного пенополистирола «СТРЭКС».

Под переменным (изменяющимся) остатком товаров в обороте при страховании товарно-материальных ценностей (готовой продукции, товарных запасов и т.п.) в рамках настоящего договора понимаются любые товары, в соответствии с номенклатурным перечнем, указанным в Перечне, находящиеся на указанной в п. 2.2 настоящего Договора территории страхования. При этом вновь помещенные на территорию страхования товары, считаются застрахованными с момента подписания документа, подтверждающего их помещение на территорию страхования, а изъятые товары с территории страхования перестают быть застрахованными.

Пунктом 2.2 договора страхования предусмотрено, что территорией страхования является место нахождения застрахованного имущества: 

<

...>, открытая площадка.

Как указано в пункте 2.3 договора страхования, застрахованным имуществом в рамках договора страхования являются товары в период их нахождения на территории страхования, в соответствии с перечнем застрахованных товаров в обороте (приложение № 3 к договору).

В соответствии с пунктом 3.1. Договора страхования страховым случаем является утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества, указанного в п. 2.1.1. настоящего Договора, вследствие следующих причин и опасностей: Пожар (п.4.2.1 Правил страхования); Удар молнии (п.4.2.2 Правил страхования); Взрыв (п.4.2.3 Правил страхования); Падение летательного аппарата, его частей или груза (п.4.2.4 Правил страхования); Стихийные бедствия (и.1.2.5 Правил страхования); Повреждение водой и» систем водоснабжения, отопления, канализации и кондиционирования (п.1.2.6 Правил страхования); Повреждение веществом из систем пожаротушения (п.4.2.7 Правил страхования); Противоправные действия третьих лиц (п.4.2.8 Правил страхования); Кража со ВЗЛОМОМ, грабеж; разбой (п.4.2.9 Правил страхования).

По договору, в соответствии с пунктом 4.1. установлена страховая сумма в отношении всей совокупности Страховых случаев, подпадающих под действие настоящего Договора, в размере: 15 000 000.00 (Пятнадцать миллионов рублей 00 копеек, состоящая из страховых сумм по отдельным категориям (объектам, предметам, группам, единицам) застрахованного имущества, указанных в Перечне.

Страховая стоимость застрахованного имущества, на основании пункта 4.1.1. договора, составляет: 15 000 000,00 (Пятнадцать миллионов) рублей 00 копеек, в том числе страховая стоимость по отдельным (объектам, предметам, группам, единицам) застрахованного имущества, указана в Перечне.

Пунктом 5.1 договора установлено, что договор вступает в силу с 00 часов 00 минут дня, следующего за днем оплаты всей Суммы страховой премии (при оплате страховой премии единовременно) или всей суммы первого страхового взноса (при оплате страховой премии в рассрочку), и действует до 24 часов 00 минут «09» 2017 г. (время местное).

В материалы дела представлено заявление на страхование от 29.07.2016, являющееся официальным запросом страховщика, в силу положений ст.944 ГК РФ, и п.6.8 Договора страхования его неотъемлемой частью.

В пункте 3 данного заявления указано, что договор заключается с 09.08.2016 по 08.08.2017.

В разделе 6 заявление «Описание места расположения имущества, принимаемого на страхование (территория страхования), в строке точный адрес (в т.ч. № помещений) указано: 

<

...>, открытая площадка. Далее указано: Функциональное назначение - складское/производственное, 1970 года постройки; Общая площадь здания: 2393,9 кв.м.; Площадь территории страхования (заполните, если не совпадает с общей площадью здания) 1200 кв.м. На каких этажах размещены объекты страхования: «1». Описание прилегающей территории – склады.

В разделе 7 «Пожарная безопасность на территории страхования» указано: Наличие исправной пожарной сигнализации - автоматическая; укажите тип датчиков: дымовые. Место вывода сигнала о пожаре: пост охраны. Пожарная сигнализация установлена во всех помещениях: да. Имеется исправная система автоматического пожаротушения (АУПТ): да. Режим запуска: автоматический. Для обеспечения водой для пожаротушения используются: гидранты. Все имеющиеся средства пожаротушения (огнетушители, гидранты и т.д.) исправны и отвечают требованиям Пожнадзора по количеству и расположению: да. Укажите наименование имеющихся средств пожаротушения и их количество: «10». Расстояние до ближайшей пожарной части, км: «2».

В разделе 8 «Организация охраны имущества, принимаемого на страхование»: Наличие физической охраны - да, в рабочее время 1 чел, в нерабочее - 1 чел. Охрана осуществляется - ЧОП, состоящим в договорных отношениях со Страхователем (укажите название): ЧОП Статус. Имеется договор об ответственности за утрату, повреждения объекта страхования (с охранной организацией, работником): да. Объект физической охраны: помещения (включая территорию страхования). Имеется исправная автоматическая охранная сигнализация на территории страхования: да, пульт вневедомственной охраны ОВД. Имеется тревожная кнопка: да. Имеется исправное видеонаблюдение с выводом на круглосуточный пост охраны: да, ведется запись с камер видеонаблюдения.

В разделе 9 заявления «Описание товаров, находящихся на территории страхования (заполните при страховании ТМЦ и/или складов) Горючесть товаров указано: горючие. Место хранения товаров: «в одном здании производство + склад» и «открытая площадка/навес».

На страхование принимается только часть имеющихся на территории страхования товаров: нет, страхуются все товары на вышеуказанной территории.

В разделе 10 Страхование имущества, расположенного на территории проведения производственных процессов (заполняется при страховании имущества, расположенного на указанной территории): в здании (помещении) ведутся производственные процессы: Да (поясните): изготовление продукта.

В разделе 11 «Дополнительные сведения» расстояние для ближайших зданий: 30-50м; Страхователь является единственным эксплуататором здания: да. Расположены на расстоянии менее 50 м объекты, представляющие повышенную опасность для объекта страхования (производство): нет.

Истец оплатил страховую паремию платежными поручениями № 4685 от 10.08.2016, № 4892 от 05.09.2016, № 5182 от 04.10.2016, № 5448 от 03.11.2016. Оплата была проведена до наступления страхового случая.

03.02.2017 по адресу: 

<

...> произошел пожар, в результате данного пожара был уничтожен товар и сырье, принадлежащее ООО «СтройИндустрия» хранившейся на открытой площадке, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.09.2017г., постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2019 вынесенными ОМВД России по Ленинскому району г.Томск: 03.02.2017.

Согласно материалам проверки и постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2017 следует, что проведенной по пожару проверкой установлено, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара явился аварийный режим работы электрооборудования.

06.02.2017 ООО «СтройИндусгрия» в лице своего представителя обратился с письменным заявлением о наступлении страхового события.

Сопроводительными письмами от 11.07.2017 №11/07, от 10.08.2017 № 10/08, от 28.09.2017 г.№ 28/09 ответчику были предоставлены все необходимые для выплаты страхового возмещения документы, в том числе дополнительные по запросу ответчика.

20.10.2017 в адрес ответчика была направлена претензия №20/10 о выплате страхового возмещения. Указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что явилось поводом к обращению в суд с настоящим иском.

ООО «Страховая компания «Согласие» в свою очередь обратилось со встречным исковым заявлением о признании договоров страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 №2028017-0403546/16ИМЮ, от 29.07.2016 № 2028017-0403546/16ИМЮ 

незаключенными, недействительными.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции принял по существу законный и обоснованный акт, при этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом иными правовыми актами, а также действий граждан и юридических лиц,

В соответствии со статьей 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Пунктом 1 статьи 942 ГК РФ предусмотрено, что при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: 1) об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; 2) о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.

В силу пункта 1 статьи 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему (пункт 2 статьи 943).

Согласно статье 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования»). Согласно ч. 2 ст. 6 Закона РФ «Об организации страхового дела в РФ» страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия. Кроме того, страховщик вправе выяснить у страхователя при заключении договора те сведения, которые необходимы для оценки страхового риска. Для этого при заключении договора страхователю предлагают ответить на определенные вопросы (заполнить заявление). Все сведения, оговоренные в договоре страхования, письменном запросе страховщика или в анкете, если на нее есть ссылка в договоре, считаются существенными.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Так, в материалы дела представлено заявление на страхование от 29.07.2016, являющееся официальным запросом страховщика, в силу положений ст.944 ГК РФ, и п.6.8 Договора страхования его неотъемлемой частью

В пункте 3 данного заявления указано, что договор заключается с 09.08.2016 по 08.08.2017.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отклонил  довод ответчика о том, что договор страхования является незаключённым по причине отсутствия указания в нем срока действия договора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в разделе заявления 6 (территория страхования) заявление в строке точный адрес (в т.ч. № помещений) указано: 

<

...>, открытая площадка. Далее указано: Функциональное назначение -складское/производственное, 1970 года постройки; Общая площадь здания: 2393,9 кв.м.; Площадь территории страхования (заполните, если не совпадает с общей площадью здания) 1200 кв.м.

В разделе 9 заявления «Описание товаров, находящихся на территории страхования (заполните при страховании ТМЦ и/или складов) Горючесть товаров указано: горючие. Место хранения товаров: «в одном здании производство + склад» и «открытая площадка/навес».

Учитывая установленные обстоятельства, суд первой инстанции, давая критическую оценку утверждениям ответчика о том, что он не производил осмотр территории страхования, при заключении договора, до момента пожара, в связи с чем, условие о территории страхования является несогласованным, либо к территории страхования не относится открытая площадка на которой был расположен товар истца, правомерно указал на то, что из материалов дела следует, что в период исполнения договора у сторон не было разногласий относительно территории страхования. Таких разногласий не было и после пожара, когда страховщик осмотрел территорию открытой площадки и составил соответствующий акт, в котором не было указано, что данная территория не подпадает под сферу действия договора. Иное материалами дела не подтверждается.

При этом, из материалов дела видно, что суд первой инстанции неоднократно предлагал ответчику представил сведения об осмотре территории страхования до момента пожара. Вместе с тем, в запросе направленном МЧС РФ от 07.10.2019 истец разместил фотографию спорной территории открытой площадки, указав, что на данной фотографии содержится изображение объекта страхований до пожара. 

Довод о ненадлежащем доказательстве, которым ответчик считает указанную фотографию, отклонен апелляционным судом, поскольку документально спорная фотография ответчиком не опровергнута.

Кроме того, как следует из материалов дела, ответчик в процессе заключения, исполнения договора, переписки с государственными органами, не выказывал сомнений относительно места расположения территории страхования. Таким образом, суд первой инстанции принимая во внимание, что доводы том, что территория сторонами не согласована, или находится в другом месте, не совпадающем с местом размещения товара истца, проводятся ответчиком только в рамках настоящего дела, обоснованно отметил, что они сделаны с единственной целью избежать выплаты страхового возмещения.

Оценив указанные обстоятельства, учитывая противоречивое поведение ответчика, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что требование ответчика о признании договора страхования незаключенным, удовлетворению не подлежит.

Кроме того, из материалов дела следует, что ответчиком было представлено толкование условий договора, согласно которому на страхование по договору №2028017-0403546/ИМЮ принята исключительно территория, находящая в пределах здания, расположенного по адресу: 

<

...>., либо исключительно территория за пределами этого здания.

В обоснование указанных доводов ответчик ссылается на сведений относительно здания по адресу: 

<

...> сообщенные в заявлении на страхование от 29.07.2016.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Согласно абз.2 ст. 431 ГК РФ если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон

Как было установлено ранее, в разделе заявления 6 (территория страхования) не указаны номера помещений на поэтажном плане здания в 

<

...>, а указано в качестве точного адреса - открытая площадка общей площадью 1200 кв.м. В разделе 9 данного заявления указано два места нахождения товара: 1. «в одном здании производство + склад»; 2. «открытая площадка/навес».

Следовательно, при заключении договора истец указал, что территорией страхования является часть здания в 

<

...>, и открытая площадка расположенная в близи этого здания, что нашло буквальное отражение в заявлении на страхование, которое как следует из материалов дела, никогда не вызывало сомнений у сторон в процессе исполнения договора. Указанное обстоятельство было также установлено страховщиком при осмотре территории страхования до пожара, что в частности подтверждается в запросе направленном МЧС РФ от 07.10.2019 истец разместил фотографию, спорной территории открытой площадки, указав, что на данной фотографии содержится изображение объекта страхований до пожара.

Из материалов дела также следует, что истцом страховщику был представлен договор аренды №01/16 от 01.07.2016, в соответствии с которым, в аренду была передано часть нежилого помещения, общей площадью 281 кв.м. Одновременно с передачей нежилого помещения в пользование передана - часть земельного участка с кадастровым номером 70:21:0100004:0106, необходимого для обслуживания Объекта (п.п. 1.6. Договора). Часть земельного участка, переданного по Договору аренды, подразумевает под собой участок земли, без строений, навесов и прочих обременении - «Открытая площадка».

Кроме того, при составлении акта осмотра после пожара, стороны также указали, что местом осмотра являются части помещений внутри здания арендуемые истцом и открытая площадка.

Суд первой инстанции, учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что заявление на страхование заполнено с использованием компьютерной техники сотрудниками ответчика, которые являются более осведомленными о правилах страхования, и должны были, осознавая, что открытая площадка вблизи здания является отдельной территорией страхования, правомерно указал на то, что сотрудники ответчика должны были предложить истцу заполнить соответствующее приложение к заявлению, следовательно, отсутствие такого приложения к заявлению само по себе не может рассматриваться как основание для отказа в страховой выплате.

Принимая во внимание такие обстоятельства, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что толкование ответчика территории страхования, противоречит цели данного договора, поскольку сторонами не оспаривалось, что на арендуемой территории внутри здания невозможно разместить товар, на сумму 15 000 000 руб.

Кроме того, суд отметил, что страхователь является потребителем страховых услуг и потому всякое условие договора страхования, не урегулированное ясным и недвусмысленным образом, и допускающее неоднозначное толкование, должно толковаться в пользу страхователя как слабой стороны правоотношения. Такой подход к толкованию условий обязательства между неравными по профессионализму в соответствующей сфере контрагентами соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (пункт 11 Постановления № 16, постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.10.2012 № 6040/12, от 10.06.2014 № 2504/14, от 24.06.2014 № 3853/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2015 № 307-ЭС14-4641, от 22.06.2015 по делу № 305-ЭС15-2155).

Все вышеуказанное позволило суду прийти к верному выводу о том, что территорией страхования является арендованное истцом помещения внутри здания по в 

<

...> и открытая площадка, расположенная на территории вблизи данного здания. При этом, указанные обстоятельства прямо следуют из текста заявления на страхования, следовательно, были известны ответчик в момент заключения данного договора и были установлены при осмотре территории страхования. Кроме того, сведения о наличии пожарной сигнализации, видеонаблюдения, электроснабжения, телефонной связи и др. характеристики здания были правомерно сообщены истцом при заключении договора страхования. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что для ответчика было очевидно, что открытая площадка находится вне задания, поэтому указанные в заявлении характеристики к ней не применяются. Это обстоятельство должно было быть установлено при осмотре территории страхования.

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Пунктом 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 части 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 72 Постановления № 25 разъяснено, что сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Норма пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации направлена на защиту права добросовестной стороны сделки от недобросовестных действий другой и отражает влияние принципа добросовестности на оздоровление порочной сделки. Положения названного пункта являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий.

Из материалов дела следует, что истец, являясь страховщиком, знал или должен был занять о характеристиках открытой площадки, осматривал данное имущество, при этом принимал исполнение от страхователя в виде уплаты страховой премии по заключенному договору страхования.

            С учетом положений приведенных норм, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что поскольку такое поведение страховщика объективно давало страхователю основание полагаться на действительность заключенного договора страхования, оснований для удовлетворения требования ответчика о признании договора недействительным на основании пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. 

Сами по себе действия истца, в течение длительного времени не оспаривающего достоверность предоставленных ответчиком при заключении спорного имущества сведений, и не предпринимавшего предусмотренных законом действий по проверке их достоверности, связанные с предъявлением встречного иска после наступления страхового случая и подачи ответчиком заявления о выплате страхового возмещения, не могут, в соответствии с положениями статей 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, быть расценены иначе, чем как злоупотребление правом, не подлежащим судебной защите.

При этом, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что страховщик, действуя добросовестно и разумно, на момент заключения оспариваемого договора страхования (09.08.2016) мог и должен был знать обо всех обстоятельствах, указанных в заявлении о признании договора недействительным, в связи с чем, на момент подачи искового заявления (27.02.2018) годичный срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, был пропущен истцом. 

          Кроме того, как правомерно указал суд первой инстанции, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2019 не имеет отношения к осведомленности истца об обстоятельствах указанных в исковом заявлении о признании договора недействительным.

Довод жалобы о том, что срок исковой давности не пропущен, был предметом рассмотрения суда первой инстанции и получил надлежащую правовую оценку. 

Кроме того, судом первой инстанции было учтено, что ответчик в иске о признании договора страхования недействительным указывая на то, что в пункте 5 «Дополнительные сведения» заявления на страхование Страхователь неверно указал на отсутствие на расстоянии менее чем 50 метров производства, в то время как оно там располагалось.

При этом ответчик не учитывает, что во всех иных пунктах заявления указано, что место страхования открытая площадка располагается в непосредственной близости с производственными, действующими помещениями, о чем страхователь указывал в заявлении на страхование не однократно (п. 6, 7, 8, 9). В разделе 11 заявления на страхование страхователь отметил, что расстояние до ближайших зданий составляет 30-50 м. В разделе 9 заявления отметил, что в одном здании находятся склад + производство. В разделе 10 заявления указано, что в здании ведутся производственные процессы.

Как было выше заявление на страхование заполнено с помощью компьютерной техники сотрудниками страховщика, по имеющимся документам, запрошенным и предоставленным страхователем для осуществления страхования. При осуществлении страхования представитель страховщика фотографировал здание.

При этом, из материалов дела следует, что третьи лица не имеют доступа на территорию страхования (открытую площадку) данный факт подтверждается материалами дела (показания свидетелей, письменными пояснениями директора ООО «АМП»). ООО «АПМ» является самостоятельным собственником части здания по адресу 

<

...>. Вход в часть его помещения отдельный и находится с противоположной стороны от открытой площадки. Кроме того, открытая площадка отделена со всех сторон высоким забором, что препятствует проникновению третьих лиц на ее территорию. Таким образом, ООО «АМП» не имеет возможности доступа к открытой площадке.

Как правомерно отметил, суд первой инстанции, из материалов дела так же следует, что на территории имелось исправное видеонаблюдение, что так же подтверждается показаниями свидетелей. Имеется круглосуточная охрана, что подтверждается договором об охранной деятельности, где указана вся территория 

<

...> и показаниями охранника, который пояснил, что камеры видеонаблюдения были расположены, в том числе за цехом на открытой площадке. Согласно договору №01-15 от 01.06.2015 об охранной деятельности, охраняемой территорией является вся огороженная территория по адресу 

<

...> включая строение №1. Заключение договора об охране территории не с истцом, третьим лицом, само по себе не является основанием для вывода о предоставлении истцом заведомо ложных сведений.

Наличие автоматической пожарной сигнализации и системы автоматического пожаротушения также подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. В наличии огнетушители и исправные гидранты. Данная информация подтверждается показаниями свидетелей, актом о срабатывании автоматической пожарной сигнализации в совокупности со справкой об опечатке.

Согласно п.5.3.7 Правил Страхования не являются страховым случае, утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества, если одной из причин (страховых) рисков наступления указанных события является: вследствие нарушения Страхователем (выгодоприобретателем) установленных законом или иным нормативным актом правил и норм пожарной безопасности, норм по безопасному ведению работ, за исключением случаев, когда отклонения от указанных норм согласованы с соответствующими органами государственного надзора.

В целях проверки доводов ответчика о том, что уничтожения застрахованного имущества произошло в результате нарушения истцом правил пожарной безопасности были проведены три судебные экспертизы, привлечены к участию в деле два специалиста.

Так, определением суда от 20.12.2018 по делу была назначена судебная пожарнотехническая экспертиза, производство которой поручено Эксперту ФБУ «РФЦСЭ» при Министерстве Юстиции Российской 

<

...>.

Согласно выводам  судебной экспертизы № 5989/18-3 от 23.05.2019:

По первому вопросу: зафиксированные термические повреждения в производственно-складском здании не позволяют установить очаговые признаки произошедшего 03 февраля 2017года пожара в нем (адрес объекта 

<

...>). Это обусловлено продолжительным открытым горением (не менее 5 часов), в ходе которого очаговые признаки пожара были уничтожены.

Очаг пожара (конкретная точка контакта источника зажигания и горючего материала) на основании имеющихся в материалах дела сведений, описывающих состояние строительных конструкций и вещной обстановки после пожара (по термическим повреждениям на объекте), установлен быть не может.

Установить очага пожара по показаниям свидетелей (очевидцев, технического персонала), которые необходимо использовать в соответствии с указаниями методик, не представляется возможным. 

По второму вопросу: поскольку очаг пожара, имевшего место 03.02.2017 в производственно-складском здании, расположенном по адресу: 

<

...>, в ходе проведения экспертных исследований не установлен (усматривается лишь очень большая по площади зона наибольших термических повреждений и возникших вследствие этого разрушений), то определить техническую причину пожара на этом объекте можно только в следующей формулировке: причиной пожара в производственно-складском здании могло послужить загорание горючих материалов, находившихся в очаге пожара, расположенном в неустановленном экспертным путем месте, от источника зажигания, обладавшего достаточной энергией для воспламенения какого-либо фрагмента экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», сырья для его производства (гранулы полистирола) и упаковки гранул, деревянных конструкций поддона или иных предметов из горючих материалов.

Источник зажигания (средство энергетического воздействия, инициирующее возникновение горения), вызвавший в конечном итоге пожар, в производственно-складском здании также установлен быть не может.

Развитее пожара было обусловлено наличием горючих материалов в производственных помещениях объекта, которое требовалось по условиям ведения технологического процесса и складирования готовой продукции.

По третьему вопросу: было установлено, что причиной пожара в производственноскладском здании могло послужить загорание горючих материалов, находившихся в очаге пожара, расположенном в неустановленном экспертным путем месте, от источника зажигания, обладавшего достаточной энергией для воспламенения какого-либо фрагмента экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», сырья для его производства (гранулы полистирола) и упаковки гранул, деревянных конструкций поддона или иных предметов из горючих материалов. Однако природа источника зажигания установлена не была.

Поэтому установить имеются ли нарушения правил пожарной безопасности, послужившие причиной возникновения пожара произошедшего 03 февраля 2017 г. по адресу: 

<

...>, не представляется возможным

Нарушений правил, связанных с распространением огня на товарные запасы экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола не усматривается. 

По четвертому вопросу, эксперт не усмотрел причинно-следственную связь между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЕКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЕКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: 

<

...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности

Согласно определения суда от 04.12.2019 эксперту было предложено судом: «представить подробные пояснения относительно его утверждения о том, что исследование вопроса о нарушении правил пожарной безопасности в части обеспечения проезда пожарного автомобиля к спорному зданию не влияет на выводы по четверному вопросу, поставленному перед экспертом об отсутствии нарушения правил пожарной безопасности приведших к распространению огня на спорные ТМЦ».

Эксперт в своем письменном ответе от 11.12.2019 с использованием фотоматериалов и ссылками на нормы СП 4.13130.2013 (системы противопожарной защиты) указал, что: «нарушений правил пожарной безопасности, связанных с наличием/отсутствием подъездов к производственно-складскому зданию для пожарной техники и приведших к распространению огня на спорные ТМЦ, не имеется».

На основании определения Арбитражного суда от 29.01.2020 принимая во внимание, что вопрос о расстоянии между зданием в 

<

...> и товарными запасами и влиянии данных расстояний на распространение огня при проведении экспертизы комплексно не исследовался судом по делу была назначена судебно-пожарнотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ СЭУ ФСП ИПЛ по Омской области.

Необходимость назначения дополнительной судебной экспертизы была как указана в определение суда обусловлена тем, что вопрос о расстоянии между зданием в 

<

...> и товарными запасами и влиянии данных расстояний на распространение огня при проведении экспертизы комплексно не исследовался.

По ходатайству сторон эксперт ФИО9 был допрошен судом первой инстанции, кроме того им представлены письменные пояснения по вопросам сторон и суда.

В тексте заключения на стр.7 эксперт делает вывод «в нормативно-правовых актах и нормативных документах к открытым площадкам как таковым не установлены отдельные обязательные требования пожарной безопасности». В тексте заключения эксперт делает выводы, согласующиеся с ранее сделанными выводами экспертов Российского федерального центра судебных экспертиз при Министерстве Юстиции Российской Федерации, а именно: установить нарушение требований пункта 350 ППР в РФ не представляется возможным, установить нарушение пункта 41 ППР в РФ не представляется возможным.

В выводах экспертизы ответа на поставленный судом вопрос нет. В исследовательской части на стр.11 содержится следующий однозначный вывод: «Из представленных материалов установить точно расположение секции (штабелей) готовой продукции и запасов сырья относительно друг друга и относительно производственно-складского здания не представляется возможным».

Вместе с тем эксперт ФИО9 при проведении исследования пришел к схожим в первоначальной экспертизой выводам относительно товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (именуемого в договоре страхования склад - «Открытая площадка»), как самостоятельного объекта охраны, отличного от здания в 

<

...>, указав, что в нормативно-правовых актах и нормативных документах к открытым площадкам как таковым не установлены отдельные обязательные требования пожарной безопасности». В тексте заключения эксперт делает выводы, согласующиеся с ранее сделанными выводами экспертов Российского федерального центра судебных экспертиз при Министерстве Юстиции Российской Федерации, а именно: установить нарушение требований пункта 350 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 15 заключения), установить нарушение пункта 41 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 16 заключения).

Однако эксперт пришел к выводу о том, что нарушены правила пожарной безопасности в части противопожарных расстояний между зданием в 

<

...> и каким либо иных зданием в г. Томске, не указав в заключении конкретное здание или задания в отношении которого допущено данное нарушение. Также эксперт пришел к выводу о нарушении привил противопожарного режима в части обеспечения проезда, не установив наличие причинно-следственной связи между уничтожением имуществом и указанным нарушением.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, определением от 29.10.2020 по делу была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФГБУ СЭУ ФСП № 93 ИПЛ МЧС России» ФИО10.

От ФГБУ «СЭУ ФСП № 93 ИПЛ МЧС России» поступило заключение эксперта № 56-2020 от 02.03.2021.

В ходе дальнейших судебных заседаний судом первой инстанции по ходатайству сторон эксперт ФИО10 был допрошен, кроме того им представлены письменные пояснения по вопросам ответчика.

Согласно заключению судебной экспертизы в данном случае нарушения правил пожарной безопасности (правил противопожарного режима), в том числе специальных, хранения на открытых площадках экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», связанные с распространением огня на товарные запасы экструдированного пеиополисторола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления пенополистирола «СТИРЭКС», расположенных согласно схеме расположения ТМЦ ООО «СтройИндустрия» от 03.02.2017 (т. 18 л.д. 118), при пожаре произошедшем 03 февраля 2017г. по адресу: 

<

...>, не установлены. На основании проведенного осмотра (09.02.2021г.) спорного объекта и прилегающей территории по адресу: 

<

...>, на основании представленных материалов, а также при отсутствии замеров между зданием и хранящимся товаром, между паллетами ТМЦ, определить факт нарушения норм и правил пожарной безопасности, в части соблюдения противопожарных расстояний, не возможно. Наличие причинно-следственной связи, между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: 

<

...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности, не усматривается.

При этом эксперт осмотрел территорию, где произошел пожар и не обнаружил здания в отношении, которого эксперт ФИО9 установил нарушение правил пожарной безопасности.

Оценив экспертные заключения № 5989/18-3 от 23.05.2019, 13- 8-2020 от 13.04.2020, № 56-2020 от 02.03.2021 с учетом дополнительных пояснений, данных экспертами в ходе судебного разбирательства, а так же приобщенные в качестве письменных пояснений, в соответствии со статьями 64, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно  указал на то, что они позволяют получить ответы на вопросы поставленные судом. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При этом само по себе несогласие ответчика с выводами экспертов не может свидетельствовать о неполноте и противоречивости проведенных экспертных исследований, их несоответствии закону.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что заключения экспертов в силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются одним из доказательств по делу и исследуется судом наряду с другими доказательствами.

Доводы относительно того, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы, поскольку в рассматриваемом случае отказ в назначении повторной экспертизы суд мотивировал отсутствием предусмотренных частью 2 статьи 87 АПК РФ оснований, так как несогласие с результатами экспертиз само по себе не свидетельствует о недостоверности заключений.

При этом суд первой инстанции обосновано указал, что представленные ответчиком рецензии на заключения судебных экспертиз, доказательством, достаточным для вывода о противоречивости выводов экспертов и обоснованности заявленных требований, не является, поскольку указанное рецензирование проведено ответчиком самостоятельно вне рамок судебного разбирательства, при проведении анализа рецензент не предупреждался об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Более того, заключение рецензента не опровергают выводов экспертов.

Таким образом, принимая во внимание, что факт нарушения истцом правил пожарной безопасности, находящийся в прямой причинно-следственной связи с возникновением и развитием пожара не был установлен и не нашел документального подтверждения, суд первой инстанции правомерно указал на то, что указанное лишает ответчика права ссылаться на п. 5.3.7 Правил страхования в качестве основания для отказа в выплате страхового возмещения.

Оснований не согласиться с указанными выводами апелляционной суд не усматривает. Доводы апеллянта об обратном надлежащим образом не подтверждены.

Определением от 03.04.2019 (резолютивная часть объявлена 27.03.2019) по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «АЙСИС» ФИО11, 

<

...>. 

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что в исследовательской части эксперт ООО «АЙСИС» ФИО11 указала на помещение товара на склад открытая площадка, но пришла к выводу о невозможности установления количества и стоимости данного товара, усматрел основания для назначения судебной экспертизы с целью установления на основании имеющихся в деле документов количества и стоимости такого товара.

Определением от 22.06.2021 по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено Эксперту ООО «ТОККО- Аудит» ФИО12 (634050, 

<

...> Ушайки, д.10., этаж 3. Тел/факс 8(3822) 51- 07-11, tokkoaudit@yandex.ru).

На поставленные судом вопросы были получены следующие ответы:

Стоимость товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола находившихся на открытой площадке по адресу: 

<

...> на 03 февраля 2017 года составила 23 923 327,12 рублей, объемом 103 994,641 единиц.

Стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года, находившихся на открытой площадке по адресу: 

<

...> составила 23 923 327,12 рубля.

Оценив представленное в материалы дела экспертное заключение, апелляционный суд не установил нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных ст. ст. 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в выводах эксперта. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности.

Указанное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, основано на материалах дела, является ясным, выводы полными, противоречия судом апелляционной инстанции не установлены.

Кроме того, из материалов дела следует, что эксперт был опрошен судом и подтвердил свои выводы.

В соответствии с пунктом 11.1.10.6 Правил страхования к документам, подтверждающими размер ущерба относятся (список закрытый): акты инвентаризации имущества (инвентаризационные описи и ведомости), составленные на дату ближайшую к дате страхового события, и составленные по факту утраты (гибели) имущества, документы по учету движения товарных запасов, готовой продукции - ведомости, расходные и приходные материалы, оборотно-сальдовые ведомости, акты, товарные накладные, транспортные накладные.

Размер причиненного пожаром убытка подтверждается следующими доказательствами, представленными в материалы дела и соответствующими перечню, предусмотренному Правилами страхования: оборотно-сальдовой ведомостью по сч.41 за период с 31.12.2016 по 03.02.2017, сформированной по месту учета товарного запаса - склад «Открытая площадка» по адресу: Россия, 

<

...>; материалами инвентаризации ТМЦ, проведенных до и по факту рассматриваемого события на открытой площадке по адресу: Россия, 

<

...>; приходными ордерами, отражающих оприходование ТМЦ на склад «Открытая площадка» по адресу: Россия, 

<

...>; складской книгой за период с 31.12.2016 по 03.02.2017 по Открытой площадке с адресом: Россия, 

<

...> д 44, стр.1

По результатам проведенной инвентаризации по факту пожара на складе открытая площадка выявлена недостача товарных запасов на сумму 25 038 410, 42 рублей. Подтверждено нахождения застрахованного товара на складе как до пожара, так и зафиксирована его недостача после пожара.

Проведенные по делу бухгалтерские экспертизы так же подтвердили выявленную недостачу товарных запасов на сумму превышающую размер страховой выплаты, установленной договором страхования - 15 000 000 руб.

Согласно заключению эксперта стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года, находившихся на открытой площадке по адресу: 

<

...> составила 23 923 327,12 рубля.

В силу правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункте 12).

Исходя из изложенного, истцу не может быть отказано в удовлетворении исковых требований только на том основании, что их точный размер установить невозможно. В этом случае суд должен исходить из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии со ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Оценив представленные доказательства, исходя из положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что ответчик доказательств, подтверждающих выплату страхового возмещения не представил, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что требования ООО «СтройИндустрия» подлежат удовлетворению в полном объеме. 

При таких обстоятельствах суд законно и обоснованно удовлетворил первоначальные исковые требования в полном объеме и отказал в удовлетворении встречного иска. 

Приведенные апеллянтом в апелляционной жалобе доводы выражают несогласие с судебной оценкой доказательств и не опровергают правильного применения к данным отношениям надлежащих норм материального права.

Новых обстоятельств, которые не были предметом исследования в суде первой инстанции, при рассмотрении дела в апелляционном суде не возникло.

Доводы о том, что судом первой инстанции не дана оценка всем доводам и доказательствам, представленным сторонами, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку суд, рассматривая дело, дает оценку всем доказательствам в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства, не свидетельствует о том, что оно не оценивалось судом.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства дела, собранные по делу доказательства, исследованы судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и получили надлежащую правовую оценку в судебном акте.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение в обжалуемой части является законным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции в обжалуемой части, установленные статьей 270 А Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В соответствии с частями 1, 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, апелляционный суд,          

ПОСТАНОВИЛ:

Решение от 08.10.2021 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-8834/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

Председательствующий  

               ФИО1

 

Судьи

              ФИО2 

 

ФИО3