ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

10.12.2019

Дело № А40-243525/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03.12.2019

Полный текст постановления изготовлен  10.12.2019

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.

судей: Закутской С.А., Мысака Н.Я.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 26.04.2-18

от ФИО3 – ФИО4 – дов. от 03.11.2017

от ФИО5 – ФИО6 – дов. от 25.03.2019

в судебном заседании 03.12.2019 по рассмотрению кассационной жалобы ФИО1

на определение от 09.07.2019

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 13.09.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлениям финансового управляющего ФИО3 - ФИО7 и ФИО1 к ФИО5 о признании недействительным договора дарения от 03.04.2015 и применении последствий его недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2017 принято к производству заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.02.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2019 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3, новым финансовым управляющим утвержден ФИО7  (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий и кредитор ФИО1 (далее – ФИО1) обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным и применении последствий недействительности договора дарения от 03.04.2015, заключенного между должником и ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Как установлено судами, 03.04.2015 между ФИО3 (даритель) и его дочерью ФИО5 (одаряемая) был заключен договор дарения, на основании которого должник передал в дар своей дочери квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, о чем 17.04.2015 в ЕГРН внесена соответствующая запись о прекращении права собственности должника на указанный объект недвижимости.

Финансовый управляющий и ФИО1, заявляя о недействительности указанного договора, ссылались на положения статей 10, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и утверждали, что оспариваемый договор дарения совершен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, является притворной сделкой, при совершении которой допущено злоупотребление правом, в результате чего нарушены права кредиторов и уменьшена конкурсная масса должника.

Суды обеих инстанций, отказывая в удовлетворении заявленных требований, указали на недоказанность противоправности цели совершения сделки, отметив, что сама по себе аффилированность одаряемого по отношению к должнику об указанном обстоятельстве не свидетельствует. Напротив, дарение имущества в пользу близкого родственника соответствует обычным условиям гражданского оборота.

Так, судами установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки должник признаками неплатежеспособности ли недостаточности имущества не обладал, отметив, что обязательства перед кредиторами ФИО3 перестал исполнять только 09.03.2016, то есть почти спустя один годы с момента совершения сделки.

Требования о досрочном погашении задолженности по существующим обязательствам должника на дату заключения оспариваемого договора кредиторами не направлялись.

Таким образом, суды пришли к выводу о недоказанности совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам интересов кредиторов.

Судами также учтено, что 03.06.2015 ФИО5 с малолетним сыном были зарегистрированы в спорной квартире, а также тот факт, что у должника отсутствовала возможность передать спорную квартиру в дар дочери в более ранний период в силу того, что застройщик препятствовал в оформлении права собственности на все квартиры в построенном доме - право собственности на квартиру можно было признать только в судебном порядке. Так, право собственности на спорную квартиру было признано за ФИО3 решением Кунцевского районного суда города Москвы от 16.12.2014, вступившим в законную силу 24.01.2015, и зарегистрировано на основании указанного судебного акта 04.03.2015.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 ссылается на нарушение норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что на дату совершения оспариваемой сделки должник уже должен был осознавать, что у него отсутствует реальная возможность исполнения заемных обязательств перед ФИО1 Так, по утверждению кредитора, начиная с 15.10.2016 ФИО3 начал массово продавать принадлежащее ему имущество и только после отчуждения всех объектов обратился в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

ФИО1 полагает, что у должника отсутствовала объективная необходимость в дарении спорной квартиры, поскольку у ФИО5 имелось иное пригодное для ее проживания с детьми жилое помещение.

На кассационную жалобу поступил отзыв от ФИО5, в котором она просит определение и постановление оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представители ФИО3 и ФИО5 возражали против удовлетворения жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к сделкам граждан, не являющимся индивидуальными предпринимателями, совершенным после 01.10.2015.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Также, пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и, установив, что с учетом даты совершения сделки оснований полагать, что целью ее совершения являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, не имеется, пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Суды, оценив представленные доказательства, указали на недоказанность порочности воли сторон при заключении оспариваемой сделки, как и ее притворности, учитывая, что Валовая М.М. была зарегистрирована с ребенком в спорной квартире с 03.06.2015.

Судами также было учтено, что спорная квартира была продана ФИО5 в связи с изменившимися семейными обстоятельствами (расторжением брака и болезнью ребенка). Судами установлено, что после продажи квартиры, Валовая М.М. с двумя детьми переехала на постоянное место жительства к матери.

Судами также установлено, что до совершения оспариваемой сделки у ФИО5 не было в собственности квартиры или иного жилья, она была зарегистрирована и проживала в квартире родителей.

Кассатором вывод суда об отсутствии признаком неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника на день совершения оспариваемой сделки не опровергнут. Судами установлено, что должник прекратил исполнять обязательства перед кредиторами только 09.03.2016.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии ФИО1 с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Как подтверждает сам заявитель кассационной жалобы, действия по продаже имущества должник начал совершать с 15.10.2016, в то время как оспариваемая сделка совершена 03.04.2015. При этом судами установлено, что в период заключения оспариваемого договора и после него должник не заключал иных сделок по безвозмездному отчуждению имущества.

Судами, с учетом разъяснений изложенных в пункте 10 Постановлении Пленума ВАС РФ № 32 от 30.04.2009 пришли к выводу о том, что доказательств совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов не представлено, отменив при этом, что презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагается.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019 по делу № А40-243525/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова

 

Судьи:                                                                                    С.А. Закутская

 

Н.Я. Мысак