Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-7040/2024

06 февраля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 февраля 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А.,

судей Козловой Т.Д., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Щербак Д.А.,

при участии в заседании:

от истца: адвокат Куликова Ю.С., представитель по доверенности от 16.11.2023 (в режиме веб-видеоконференции);

от акционерного общества «Армада»: представитель ФИО1 по доверенности от 17.01.2025;

от общества с ограниченной ответственностью «Амурсталь»: ФИО2 по доверенности от 01.01.2025 №3/25,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на решение от 03.12.2024

по делу № А73-5285/2024

Арбитражного суда Хабаровского края

иску ФИО4 

к обществу с ограниченной ответственностью «Амурсталь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), акционерному обществу «Армада» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о восстановлении корпоративного контроля, признании недействительным решения об увеличении уставного капитала

третьи лица: Управление Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю, конкурсный управляющий обществу с ограниченной ответственностью «Скрап фар ист» ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

участник общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Амурсталь» ФИО4 29.03.2024 обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края к ООО «Амурсталь», акционерному обществу (далее – АО) «Армада» с иском о признании истца участником ООО «Амурсталь» с долей участия в уставном капитале в размере 25% номинальной стоимостью 25000руб.; определении соотношения доли в уставном капитале ООО «Амурсталь» участника АО «Армада» в размере 75% номинальной стоимостью 75000руб.; признании недействительным решения ООО «Амурсталь» об увеличении уставного капитала и изменении номинальной стоимости долей ФИО4 и АО «Армада», оформленного протоколами от 16.03.2021, 07.04.2021 (с учетом принятого в заседании 28.08.2024 на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) изменения предмета иска).

Определениями от 04.04.2024, 21.05.2024 на основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю, конкурсный управляющий ООО «Скрап фар ист» ФИО5.

Решением от 03.12.2024 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением от 03.12.2024, ФИО4 24.12.2024 обратилась в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме. Ссылается на процессуальные нарушения и полагает, что судом нарушены правила статьи 49 АПК РФ, поскольку в судебном акте не отражено принятие судом уточнения исковых требований со ссылкой на статью 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Отмечает, что на момент принятия решения постановлением Центрального районного суда г.Хабаровска от 09.03.2021 продлен арест принадлежащего истцу имущества: доли в уставном капитале ООО «Амурсталь»; уставный капитал не мог быть изменен в период действия ареста принадлежащей истцу доли. Обращает внимание, что из содержания статьи 25 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что в случае обращения взыскания на долю или часть доли участника общества в уставном капитале общества удовлетворение осуществляется исходя из действительной стоимости доли участника. Указывает, что судом не дана оценка положениям статей 115, 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также доводам истца об императивном характере указанных норм; доводам истца о том, что размер причитающегося к возмещению вреда, причиненного преступлением, определяется не номинальной, а рыночной стоимостью доли ФИО4, которая зависит от величины чистых активов общества, размера данной доли в процентах. Полагает, что суд необоснованно дал произвольную трактовку изложенному в постановлении Центрального районного суда г.Хабаровска от 09.03.2021 запрету любых регистрационных действий; запрет регистрационных действий не может быть ограничен указанными перечисленными судом действиями. Истец также не согласна с выводом суда о злоупотреблении истцом своим правом, поскольку суд не обосновал, на основании каких доказательств сделан вывод о том, что на момент проведения собраний истец располагала сведениями об аресте принадлежащей ей доли. Настаивает на том, что представитель ООО «Скрап фар ист» принимал участие в собраниях и подписывал протоколы от имени истца в отсутствие полномочий; в нарушение пункта 4.1 договора доверительного управления полученные от ФИО6 письменные распоряжения, на основании которых представитель доверительного управляющего допущен к голосованию, в деле отсутствуют; суд также не принял во внимание, что согласно пункту 1.6 договора доверительного управления от 30.09.2018 доверительный управляющий не вправе поручать третьим лицам исполнение обязанностей, возложенных на него договором, следовательно, представитель ООО «Скрап фар ист» не имел полномочий на участие в голосовании. Указывает на отсутствие доказательств направления истцу уведомлений, связанных с проведением общего собрания. Кроме того, истец не согласна с выводом суда о том, что отсутствие пометки «Д.У.» в документах, подписанных ФИО7 (представитель доверительного управляющего ООО «Скрап фар ист») не имеет правового значения; обращает внимание на содержание пункта 3 статьи 1012 ГК РФ. Также не согласна с выводом суда о пропуске срока исковой давности, поскольку в отношении требования о восстановлении корпоративного контроля применяется трёхлетний срок исковой давности, который исчисляется по правилам пункта 1 статьи 200 ГК РФ; о нарушении её права ФИО4 стало известно 14.04.2021 из сведений, размещенных в открытом доступе на сайте Федеральной налоговой службы (nalog.ru), иск подан 01.04.2023, в связи с чем полагает, что срок исковой давности не пропущен.

В судебном заседании, которое проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель ФИО4 поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, а также поддержал поступившее через систему «Мой арбитр» ходатайство о приобщении к материалам дела копий дополнительных документов: обращения следователя от 10.03.2021, сообщения Управления Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю от 16.03.2021, постановления судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. от 06.07.2023, ответа от 24.01.2025 на адвокатский запрос Куликовой Ю.С. от 14.10.2024. Настаивал на том, что факт ареста принадлежащей ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Амурсталь» стал известен истцу только в период производства по настоящему делу.

Представитель ООО «Амурсталь» просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы согласно письменному отзыву, считая арест имущества, принадлежащего ФИО4, установленный постановлением Центрального районного суда г.Хабаровска, связанным только с запретом распоряжения этим имуществом (мена, обмен, дарение, купля-продажа), поскольку он не содержит запрета на увеличение уставного капитала за счет внесения дополнительных вкладов участников и запрета на регистрацию таких изменений. Настаивает на том, что обществом полностью соблюдена процедура созыва общего собрания участников на 16.03.2021, 07.04.2021, все участники, в том числе доверительный управляющий имуществом истца, присутствовали на собрании и участвовали в голосовании. Также указывает, что договор доверительного управления от 30.09.2018 обществу не направлен, общество не могло знать, на каких условиях он заключен; в соответствии с пунктом 2.1.1 договора от 30.09.2018 доверительный управляющий вправе участвовать через своих представителей в работе органов управления общества; протоколы общего собрания имели отметку о том, что их подписывает доверительный управляющий. Ссылается на отсутствие доказательств неправомерных действий другого участника ООО «Амурсталь» и нарушения прав и законных интересов истца действиями АО «Армада». Настаивает на пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель АО «Армада» также просил оставить апелляционную жалобу без удовлетворения. Ответчик указывает, что уведомления о проведении общего собрания направлены доверительному управляющему имуществом истца, соответствующие доказательства представлены в материалы дела, доверительный управляющий присутствовал на собрании, принимал участие в голосовании; поддерживает доводы отзыва ООО «Амурсталь».

Суд определил отказать в удовлетворении ходатайства ФИО4 о приобщении дополнительных доказательств, поскольку не доказано отсутствие у истца возможности представить документы в суд первой инстанции (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Руководствуясь статьёй 156 АПК РФ, суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителей третьих лиц.

Исследовав доказательства по делу, выслушав представителей сторон, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, проверив правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого решения в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Амурсталь» (прежнее наименование ООО «Торэкс-Хабаровск) создано и зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 07.07.2016 с присвоением основного государственного регистрационного номера 

<

***>. Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками ООО «Амурсталь» являются ФИО4 (1/31804долей, запись от 14.04.2021) и АО «Армада» (31803/31804 долей, запись от 14.04.2021).

На внеочередном общем собрании участников ООО «Амурсталь» 16.03.2021 принято решение об увеличении уставного капитала с 10000руб. до 106010000руб. за счет дополнительных вкладов участников, которые участники вносят пропорционально размеру своих долей в следующем размере: АО «Армада» вносит дополнительный вклад в размере 79500000руб., ФИО4 вносит дополнительный вклад в размере 26500000руб.

Срок внесения дополнительных вкладов установлен в течение 20 календарных дней со дня принятия общим собранием участников общества решения об увеличении уставного капитала.

Дополнительный вклад в срок и в полном объеме внесён только АО «Армада» по платежному поручению от 31.03.2021 №22. ФИО4 дополнительный вклад в уставный капитал не внесла.

Кроме того на внеочередном общем собрании участников ООО «Амурсталь» 07.04.2021 принято решение об утверждении увеличения уставного капитала общества на 79500000руб., после которого уставный капитал общества составит 79510000руб., а номинальная стоимость долей каждого участника в уставном капитале составит: АО «Армада» - 79507500руб. (31803/31804 долей), ФИО4 - 2500руб. (1/31804 долей).

В связи с изменениями, связанными с увеличением уставного капитала ООО «Амурсталь» на общем собрании 07.04.2021 также принято решение об утверждении новой редакции устава общества и ее регистрации.

Вышеуказанные решения оформлены протоколами от 16.03.2021, 07.04.2021 и нотариально удостоверены нотариусом нотариального округа г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края ФИО8

ФИО4 утверждает, что о решениях ей стало известно из сведений, размещенных в открытом доступе на сайте налоговой службы, и ссылается на то, что в связи с принятием ООО «Амурсталь» решения об увеличении уставного капитала размер её доли сократился с 25% до 1/31804.

По доводам истца о проведении собраний она не уведомлена, на собраниях не присутствовала и не голосовала за вышеуказанные решения, в том числе по вопросам об увеличении уставного капитала, изменении размера долей участников, о внесении изменений в устав общества. Фактически изменение размера уставного капитала и соотношения долей участников приводит к тому, что спорная доля, ранее принадлежавшая утратившему ее лицу, перестает существовать в первоначальном виде, в связи с чем применение реституции в виде ее возврата невозможно. В такой ситуации надлежащим способом защиты является восстановление корпоративного контроля в виде установления такого состояния, при котором лицу, доля которого выбыла, должна быть возвращена доля, идентичная утраченной в процентом соотношении. Кроме того оспариваемые решения общего собрания приняты в нарушение установленного судебным актом запрета, в связи с чем не соответствует закону.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным указанным Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 43 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований указанного Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка принятия решения о проведении, порядка подготовки и проведения заседания общего собрания или заочного голосования участников общества, а также порядка принятия решений общего собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания. Решение собрания не может быть признано судом недействительным по основаниям, связанным с нарушением порядка принятия решения, если оно подтверждено последующим решением собрания, принятым в установленном порядке до вынесения решения суда (пункт 2 статьи 181.4 ГК РФ).

Согласно подпункту 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ в отношении общества с ограниченной ответственностью принятие общим собранием участников общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками единогласно.

Согласно пункту 2 статьи 17 Закона об обществах с ограниченной ответственностью увеличение уставного капитала общества может осуществляться за счет имущества общества, и (или) за счет дополнительных вкладов участников общества, и (или), если это не запрещено уставом общества, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество.

Пунктом 6.5 устава ООО «Амурсталь» (в редакции решения общего собрания участников от 04.09.2020, действовавшей в период принятия оспариваемых решений) установлено, что увеличение уставного каптала общества за счет дополнительных вкладов всех участников общества пропорционально размеру долей участников в уставном капитале принимается общим собранием участников общества большинством не менее двух третей голосов общего числа голосов участников общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 17 Закона об обществах с ограниченной ответственностью факт принятия решения общего собрания участников общества об увеличении уставного капитала и состав участников общества, присутствовавших при принятии указанного решения, факт принятия решения единственным участником общества об увеличении уставного капитала должны быть подтверждены путем нотариального удостоверения.

Суд установил, что 19.02.2021 принято решение №2/21 о проведении внеочередного общего собрания участников ООО «Амурсталь», назначенного на 16.03.2021, в повестку которого включен, в том числе, вопрос об увеличении уставного капитала общества.

В соответствии с пунктом 10.3 устава ООО «Амурсталь» в применимой редакции орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее чем за двадцать один день до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или путем вручения письменного уведомления каждому участнику лично.

Как следует из материалов дела, уведомление о проведении внеочередного общего собрания участников ООО «Амурсталь» от 19.02.2021 направлено 20.02.2021 в адрес ООО «Скрап фар ист», которое являлось доверительным управляющим принадлежащей ФИО4 долей по договору от 30.09.2018, что подтверждается представленной в материалы дела описью вложения почтового отправления.

В материалы дела также представлено уведомление о заключении договора доверительного управления долей в уставном капитале ООО «Торэкс-Хабаровск», в котором ФИО4 сообщает общейству, иным его участникам о заключении с ООО «Скрап фар ист» договора доверительного управления от 30.09.2018 и о том, что с момента заключения указанного договора доверительный управляющий приступает к реализации своих правомочий, вытекающих из указанного договора.

Суд правомерно отклонил довод истца, о том, что она не извещена о времени, месте проведения и повестке собрания, на котором приняты оспариваемые решения, как противоречащий содержанию уведомления о его проведении и доказательствам его направления доверительному управляющему истца.

Доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление (пункт 1 статьи 1020 ГК РФ). Таким образом в период действия доверительного управления доверительный управляющий вправе принимать участие в общем собрании участников общества и голосовать по всем вопросам повестки собрания. Следовательно, суд обоснованно расценил направление уведомления о проведении внеочередного собрания участников ООО «Амурсталь» доверительному управляющему как надлежащее извещение, и правомерно не принял доводы истца об отсутствии уведомления о проведении собрания.

На внеочередном собрании участников ООО «Амурсталь», состоявшемся 16.03.2021, участниками ООО «Армада». (75% долей в уставном капитале) и доверительным управляющим долей ФИО4 (25% долей в уставном капитале) принято решение по второму вопросу повестки собрания об увеличении уставного капитала общества за счет внесения дополнительных вкладов всеми участниками.

Доверительный управляющий принадлежащей ФИО4 долей, ООО «Скрап фар ист» в лице представителя ФИО7, действующего на основании доверенности от 05.03.2021, договора доверительного управления от 30.09.20218, при голосовании по во второму вопросу повестки (увеличение уставного капитала общества) воздержался от голосования.

В силу пункта 2 статьи 181.5 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Согласно пункту 8 статьи 37 Закона об обществах с ограниченной ответственностью решения по вопросам, указанным в подпункте 2 пункта 2 статьи 33 (изменение устава общества, в том числе изменение размера уставного капитала), а также по иным вопросам, определенным уставом общества, принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия такого решения не предусмотрена Законом или уставом общества. Решения по вопросам, указанным в подпункте 11 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (принятие решения о реорганизации или ликвидации общества), принимаются всеми участниками общества единогласно. Остальные решения принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия таких решений не предусмотрена Законом об обществах с ограниченной ответственностью или уставом общества.

Пункт 6.5 устава ООО «Амурсталь» в применимой редакции не содержит иных правил в части решения об увеличении уставного капитала.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1012 ГК РФ сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после имени или наименования доверительного управляющего сделана пометка «Д.У.».

Участие в собрании доверительного управляющего в лице представителя ФИО7 подтверждается протоколом от 16.03.2021, листом регистрации участников собрания, бюллетенями для голосования, нотариальным свидетельством об удостоверении решения органа управления юридического лица от 16.03.2021. Протокол внеочередного собрания участников ООО «Амурсталь» подписан указанным представителем, также напротив подписи представителя имеется отметка «ДУ», что соответствует пункту 2.2.2 договора от 30.09.2018.

Доводы истца о том, что в иных документах, подписанных ФИО7 отсутствует пометка «Д.У.», отклонены судом как не имеющие правого значения, поскольку ФИО7 являлся представителем ООО Скрап фар ист» и действовал по доверенности. Бюллетени для голосования и листы регистрации участников собрания не являются документами, выражающими содержание какой-либо сделки, представляют лишь внешнюю форму фиксации процедурных мероприятий голосования, в связи с чем апелляционный суд также признает указанные доводы несостоятельными и основанными на неверном толковании истцом норм права.

Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя. Законом или договором могут быть предусмотрены ограничения в отношении отдельных действий по доверительному управлению имуществом (пункт 2 статьи 1012 ГК РФ).

В пункте 2.1 договора доверительного управления долей в уставном капитале ООО «Торэкс-Хабаровск» от 30.09.2018 согласовано условие о том, что доверительный управляющий вправе участвовать через своих представителей в работе органов управления общества с правом решающего голоса; голосовать на общих собраниях участников общества всеми голосами, которые соответствуют управляемой по настоящему договору доле. 

Одновременно с этим в пункте 1.6 договора доверительного управления установлено, что доверительный управляющий не вправе поручать третьим лицам исполнение обязанностей возложенных на него настоящим договором за исключением случаев, когда получено письменное согласие от учредителя управления на такое поручение; возникли обстоятельства, в которых такое поручение необходимо для обеспечения интересов учредителя управления и доверительный управляющий не имеет при этом возможности получить указания учредителя управления в необходимый срок.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы истца об отсутствии у представителя доверительного управляющего полномочий по голосованию ввиду прямого запрета, предусмотренного пунктом 1.6 договора доверительного управления, апелляционный суд исходит из того, что доверительным управляющим является юридическое лицо, которое в обороте действует через своих представителей (пункт 1 статьи 182 ГК РФ, пункт 2.1.1 договора от 30.09.2018), чего не могла не понимать ФИО4 при учреждении доверительного управления. Договор от 30.09.2018 не содержит условий о том, что доверительный управляющий всегда должен действовать только в лице своего руководителя. Таким образом выдача управляющим доверенности ФИО7 от имении ООО «Скрап фар ист» не является поручением третьему лицу исполнения обязанностей доверительного управляющего применительно к пункту 1.6 договора от 30.09.2018, доверенность только подтверждает его полномочия в качестве представителя ООО «Скрап фар ист», которое на собрании фактически действовало самостоятельно.

16.03.2021 принято решение №3/21 о проведении внеочередного общего собрания участников ООО «Амурсталь», назначенного на 07.04.2021, в повестку которого включен, в том числе, вопрос об утверждении итогов внесения в уставный капитал дополнительных вкладов участников общества.

Указанное решение от 16.03.2021 направлено доверительному управляющему имуществом истца, ООО «Скрап фар ист», что подтверждается отчетом об отслеживании почтовых отправлений (почтовый идентификатор 68103557002986); документы получены 25.03.2021.

Доверительный управляющий ООО «Скрап Фар Ист» в лице генерального директора ФИО7 присутствовал на внеочередном общем собрании участников ООО «Амурсталь» 07.04.2021 и воздержался от голосования по вопросам утверждения итогов внесения в уставный капитал дополнительных вкладов и внесения изменений в устав общества, что подтверждается протоколом от 07.04.2021, листом регистрации участников собрания, бюллетенями для голосования, нотариальным свидетельством об удостоверении решения органа управления юридического лица от 07.04.2021.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что требования для проведения внеочередного общего собрания участников ООО «Амурсталь» в обоих случаях соблюдены, доверительный управляющий принадлежащей ФИО4 долей самостоятельно принимал участие в собраниях, кворум для принятия оспариваемых решений имелся, нарушений закона про созыве, проведении собрания и голосовании не допущено, решения приняты большинством не менее двух третей голосов, и при этом голосование доверительного управляющего в любом случае не могло повлиять на результаты голосования. Более того доверительный управляющий не голосовал против оспариваемых решений, что не предоставляет истцу права на их оспаривание в соответствии с пунктом 1 статьи 43 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В этой связи доводы об отсутствии у доверительного управляющего распоряжений ФИО6 суд обоснованно не принял как не имеют правового значения.

В соответствии с пунктом 4.1 договора доверительного управления от 30.09.2018 доверительный управляющий обязан руководствоваться письменными распоряжениями, полученными от ФИО6; при неисполнении/неполном исполнении распоряжения ФИО6 доверительный управляющий обязан выплатить учредителю управления штраф.

Как верно отметил суд, ненадлежащее исполнение обязательств ООО «Скрап фар ист» по договору доверительного управления, на что указывает истец, не является предметом спора по настоящему делу и в любом случае не влечет последствия в виде недействительности решений собрания. В этом случае для доверительного управляющего согласованы иные последствия.

Кроме того по данному требованию суд принял довод ответчика о пропуске срока исковой давности.

По правилу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В пункте 111 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 5 статьи 181.4 ГК РФ), если иные сроки не установлены специальными законами.

Как установлено пунктом 4 статьи 43 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, заявление участника общества о признании решения общего собрания участников общества и (или) решений иных органов управления обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным. Предусмотренный данной нормой срок обжалования решения общего собрания участников общества, решений иных органов управления обществом в случае его пропуска восстановлению не подлежит, за исключением случая, если участник общества не подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы.

Из материалов дела следует, что оспариваемые решения оформлены протоколами от 16.03.2021 и 07.04.2021, сведения об увеличении уставного капитала и изменении распределения долей внесены в ЕГРЮЛ 14.04.2021. С учётом участия доверительного управляющего в собраниях суд правомерно установил пропуск истцом специального срока исковой давности по требованию о признании решений, принятых 16.03.2021 и 07.04.2021, недействительными.

В апелляционной жалобе истец указала, что в отношении фактически избранного ею способа защиты в виде восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и корпоративного контроля действует общий трёхлетний срок исковой давности; изменение размера уставного капитала и соотношение долей участников приводит к тому, что спорная доля перестает существовать в первоначальном виде, в связи с чем в такой ситуации надлежащим способом защиты права является восстановление корпоративного контроля, и поскольку сведения об изменении доли истца в уставном капитале внесены в публичный реестр 14.04.2021, по состоянию на 29.03.2024 срок исковой давности не истёк.

По существу восстановление корпоративного контроля является одним из частных случаев восстановления положения, существовавшего до нарушения права (статья 12 ГК РФ).

Право на предъявление иска, направленного на восстановление корпоративного контроля, установлено пунктом 3 статьи 65.2 ГК РФ, в соответствии с которым если иное не установлено указанным Кодексом, участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли. Суд может отказать в возвращении доли участия, если это приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия. В этом случае лицу, утратившему помимо своей воли права участия в корпорации, лицами, виновными в утрате доли участия, выплачивается справедливая компенсация, определяемая судом.

На такое требование о восстановлении корпоративного контроля распространяется общий трехлетний срок исковой давности, при этом он исчисляется с момента, когда лицо, обращающееся за защитой, узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Однако иск о восстановлении корпоративного контроля должен рассматриваться не как требование заявителя, а как правовые последствия удовлетворения иска, в результате которого у лица восстанавливается его корпоративный контроль.

Доказательств того, что истец является лицом, утратившим по вине ответчиков помимо своей воли права участника корпорации, в том числе путем уменьшения доли в уставном капитале, не представлено. В настоящем деле требование о восстановлении корпоративного контроля (признание ФИО4 участником с долей в размере 25% уставного капитала и определение доли второго участника в размере 75%) основывается на требовании о признании недействительными решений общего собрания, признаков недействительности которых не установлено при рассмотрении дела.

Основания для вывода о неправомерных действиях АО «Армада», повлекших утрату истцом корпоративного контроля, не имеется, в связи с чем удовлетворение иска в данном случае повлечет несправедливое ущемление прав второго участника общества, который фактически внёс дополнительный вклад в уставный капитал.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что истец на протяжении трёх лет не участвует в управлении (деятельности) общества, с 2021 года ни ФИО4, ни ее доверительный управляющий не принимают участия в общем собрании участников, в связи с чем доводы о лишении корпоративного контроля не подтверждают действительное нарушение прав истца.

Таким образом даже с учётом обоснованности доводов истца о том, что срок исковой давности на предъявление требования о восстановлении корпоративного контроля не пропущен, результат рассмотрения спора не изменится.

Вместе с тем исходя из поведения истца в целом, с момента проведения собрания участников 16.03.2021 и 07.04.2021 не интересовавшейся судьбой принадлежащей ей доли, апелляционный суд считает возможным считать начало течения срока исковой давности с 16.03.2021, когда принято решение, по доводам истца послужившее в итоге основанием лишения корпоративного контроля. В связи с подачей искового заявления 29.03.2024 срок исковой давности на восстановление корпоративного контроля пропущен.

Относительно доводов о том, что оспариваемые решения приняты в период действия ареста доли истца в уставном капитале, суд установил следующее.

Постановлением Центрального районного суда г.Хабаровска от 30.12.2020 в рамках уголовного дела №12002007706000089 наложен арест, в том числе на долю в уставном капитале ООО «Амурсталь» в размере 25%, принадлежащую ФИО4

Постановлением Центрального районного суда г.Хабаровска от 09.03.2021 арест продлен в пределах срока предварительного следствия по уголовному делу до 09.07.2021.

По мнению истца, уставный капитал общества не мог быть изменен с учетом ареста её доли, в связи с чем оспариваемые решения являются недействительными на основании пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ, согласно которому сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Отклоняя указанные доводы, суд исходил из того, что в резолютивной части постановления Центрального районного суда г.Хабаровска от 30.12.2020 конкретизированы действия, запрещающие истцу распоряжаться долей путем совершения перечисленных сделок, и не содержится запрета на увеличение уставного капитала ООО «Амурсталь» за счет внесения дополнительных вкладов участниками общества.

Апелляционный суд принимает во внимание, что в постановлении от 30.12.2020 суд запретил совершать любые регистрационные действия с принадлежащей ФИО4 долей. Указанный запрет включает и запрет регистрации изменения размера доли.

Однако решение об увеличении уставного капитала путем внесения участниками дополнительных вкладов направлено главным образом на перераспределение корпоративных прав участников, и после уменьшения принадлежащей истцу доли до 1/31804 её номинальная стоимость осталась прежней, 2500руб.

Суд обоснованно принял во внимание, что в последующих постановлениях о продлении срока ареста на имущество, в том числе постановлении от 05.07.2021, размер доли истца в уставном капитале ООО «Амурсталь» указан уже как 1/31804 номинальной стоимостью 2500руб., то есть у следователя имелись сведения об изменении размера доли.

ФИО4 не согласна с выводом суда о том, что она знала об аресте принадлежащей ей доли, не сообщила об этом второму участнику ООО «Амурсталь» на момент проведения собрания 16.03.2021 и в последующий период до предъявления иска по настоящему делу, в связи с чем имеется злоупотребление истцом своими правами путем ссылки на вышеуказанные обстоятельства как основание нарушения её прав.

По пояснениям представителя истца об аресте ФИО4 узнала только в период производства по настоящему делу. Доказательств обратного в деле не имеется. Вместе с тем на момент принятия решения об увеличении уставного капитала сведений о вышеуказанном аресте не имелось и у АО «Армада» и ООО «Амурсталь», и поскольку истцом пропущен срок исковой давности, а также не установлено противоправных действий ответчиков по лишению истца корпоративного контроля ссылка истца на арест принадлежащей ей доли не влияет на итог рассмотрения спора.

Возражения ФИО4, связанные со стоимостью её доли при обращении на неё взыскания с целью компенсации вреда, причиненного преступлением, также не влияют на законность обжалуемого решения, поскольку одновременно с уменьшением доли увеличился и уставный капитал ООО «Амурсталь», что будет влиять на стоимость доли истца, которая однако свою обязанность по внесению дополнительного вклада не исполнила в отличие от второго участника.

Истец также указала, что суд нарушил статью 49 АПК РФ и не отразил в обжалуемом решении принятие изменения основания иска в виде дополнительной ссылки на статью 174.1 ГК РФ. Однако доводы в данной части суд рассмотрел, оценил и обоснованно отклонил, что нашло отражение в судебном акте.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края от 03.12.2024 по делу №А73-5285/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Ю.А. Воробьева

Судьи

Т.Д. Козлова

С.Б. Ротарь