АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-41600/21

01 августа 2022 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена   25 июля 2022 г.

Полный текст решения изготовлен            01 августа 2022 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Золотарёвой О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом  судебном заседании дело по иску Harman International Industries Incorporated

к ФИО2

о взыскании компенсации  за нарушение  прав на товарный знак,  на промышленный  образец,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

Harman International Industries Incorporated  обратилась в суд с иском к  индивидуальному  предпринимателю  ФИО2 с требованием о взыскании компенсации за нарушение прав на использование товарного знака № 266284 , за нарушение права на использование промышленного образца № 97967,    № 98697, № 113625, № 100858,  № 110909, № 111335 в общей сумму 266 540 руб.

В процессе рассмотрения дела представитель истца заявил ходатайство об  уточнении исковых требований, просил взыскать 83 490 руб. компенсации за нарушение прав на использование товарного знака № 266284 , за нарушение права на использование промышленного образца № 97967 в размере 53 302 руб.,    № 98697 в размере 53 302 руб., № 113625 в размере 53 302 руб., № 100858 в размере 53 302 руб.,  № 110909 в размере 53 302 руб., № 111335 в размере 53 302 руб.,  всего 350  000 руб. компенсации.

 Уточнение исковых требований принято судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, уведомленный о дате и месте судебного заседания надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представителя не направил.  

Ответчик в судебное заседание не явился, отзыв на иск не представил,  о месте и времени судебного заседания считается уведомленным надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку судебная корреспонденция возращена с отметкой Почтой России об истечении срока хранения, правила ее вручения соблюдены. 

Согласно отчету о публикации судебных актов информация о движении дела была своевременно размещена на официальном сайте арбитражного суда, что свидетельствует о надлежащем извещении ответчика о времени и месте судебного заседания  в порядке пункта 3 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах суд, в соответствии со ст. 156 АПК РФ, рассматривает дело в отсутствие представителей сторон.

Исследовав материалы дела, суд установил, что  Harman International Industries Incorporated (Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед) является правообладателем товарного знака №266284 «JBL» и промышленных образцов № 97967,    № 98697, № 113625, № 100858,  № 110909. 

Правообладателю стало известно, что на сайте 630630.ru размещено предложение о продаже контрафактной продукции, содержащей в себе объекты интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу. 

Представитель истца обратился к владельцу сайта 630630.ru., в ходе переписки продавец принял заказ, подтвердил возможность поставки контрафактного товара.

Согласно информации, предоставленной регистратором доменных имен, администратором доменного имени 630630.ru  является ФИО2 

Истцом, в порядке статей 12 и 14 ГК РФ, произведена фиксация сайта, а также, для удобства суда, предоставлена выжимка из протокола осмотра сайта 630630.ru и сравнительная таблица, предлагаемого ответчиком товара.

Скриншоты страниц сайта ответчика подтверждают факт размещения на нём предложения о продаже контрафактного товара. Так же факт размещения предложения о продаже контрафактных товаров подтверждается нотариальным протоколом осмотра сайта 630630.ru .

На основании вышеизложенного,  истец просит  взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 «JBL» в двукратном размере стоимости товаров, предложенных к продаже согласно заявке № 266284 года в размере 83 490 рублей, а также  компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 97967 в размере 53 302 руб.,    № 98697 в размере 53 302 руб., № 113625 в размере 53 302 руб., № 100858 в размере 53 302 руб.,  № 110909 в размере 53 302 руб., № 111335 в размере 53 302 руб.

В адрес ответчика была направлена претензия, которая оставлена без ответа и удовлетворения. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований. 

Изучив материалы дела, обозрев письменные доказательства, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению  по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, товарные знаки и знаки обслуживания.

  В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

   На основании подпункта 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

   Согласно статье 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

Статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (п. 1 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. 

В соответствии со ст. 1358 ГК РФ, патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

По смыслу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ и пункта 2 статьи 1358 ГК РФ, использованием промышленного образца или товарного знака считается, в частности: предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот продукта, в котором использован промышленный образец или на котором размещён товарный знак.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ, контрафактным считается материальных носителей, распространение которого влечёт за собой нарушение исключительного права на заключённый в таком материальном носителе результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Таким образом, продукт в котором, без согласия правообладателя, использован промышленный образец или товарный знак, считается контрафактным.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1358 ГК РФ, промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

Аналогичная по смыслу норма содержится в пункте 3 статьи 1484 ГК РФ в отношении товарных знаков. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16- 7224, вопрос о нарушении ответчиком исключительного права являются вопросом факта. На основании чего, вопрос о тождестве контрафактного продукта с промышленным образцом или товарным знаком может быть разрешен судом с позиции потребителя, без назначения экспертизы.

Аналогичный вывод в отношении товарного знака был сделан Президиумом ВАС РФ (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 года № 122), а в отношении промышленных образцов был сделан Судом по интеллектуальным правам (лист 13. абз.4 Постановления СИП от 19 декабря 2017 года по делу № А41- 64966/2014: лист 9. абз.2 Постановления СИП от 12 января 2018 года по делу № А32-653/2017).

Скриншоты страниц сайта ответчика подтверждают факт размещения на нём предложения о продаже контрафактного товара. Так же факт размещения предложения о продаже контрафактных товаров подтверждается нотариальным протоколом осмотра сайта 630630.ru.

Конституционный суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П  отмечал наличие системной связи между нормами, регулирующими ответственность за нарушение исключительных прав, в виде компенсации (ст. 1301 ГК РФ, ст. 1311 ГК РФ, ст. 1515 ГК РФ).  В связи с чем, ранее сформированный судами подход, в отношении оценки нарушений исключительных прав на товарные знаки, может применяться и при оценке нарушений прав на промышленные образцы.

  В качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства. К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линии, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца (пункт 1 статьи 1352 ГК РФ).

  Таким образом, оценке подлежат именно особенности внешнего вида изделия, а не особенности его технического устройства. Общее впечатление от восприятия совокупности признаков у информированного потребителя никак не зависит от отдельных элементов в спорном изделии, поскольку его узнаваемость предопределяется внешней формой, а не техническими характеристиками.

   Сравнение графических изображений промышленных образцов и изображений товаров, указывает на внешнее сходство реализуемых ответчиком изделий с промышленными образцами, принадлежащими истцу. 

Потребитель, при обращении внимания на изделия, которыми торгует ответчик, однозначно может воспринимать их именно как продукт из линейки товаров истца, что подтверждает тождество реализуемых ответчиком изделий с промышленными образцами, принадлежащими истцу. Кроме того, сходство реализуемых ответчиком изделий и промышленных образцов усиливается за счёт использования ответчиком товарного знака истца.

 Это свидетельствует о наличии в спорном товаре тождественных внешних признаков, присущих промышленному образцу истца, что, в свою очередь, создаст ассоциативный ряд между промышленным образном и спорным товаром.

    Потребитель, при обращении внимания на изделия, которыми торгует ответчик, однозначно может воспринимать их именно как продукт из линейки товаров истца, что подтверждает тождество реализуемого ответчиком изделия с промышленным образцом, принадлежащим истцу.

    Истец не заключал с ответчиком лицензионный договор, предметом которого являлась бы передача исключительных прав на товарный знак или промышленный образец и иным образом, права не передавал. Основания для внедоговорного использования товарного знака и промышленного образца у ответчика отсутствуют.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. Приказа Министерства экономического развития Российской Федерации и  Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24 июля 2018 г. N 128 "Об утверждении руководства по осуществлению административных процедур  и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов" (которым отменены Методические рекомендации по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197) сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение;  вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.);  сочетание цветов и тонов.

    Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

   Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

    В соответствии с пп. 3 п. 7 Приказа Министерства экономического развития Российской Федерации и  Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24 июля 2018 г. N 128, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

    При этом, необходимо учитывать, что обозначения являются сходными до степени смешения, если одно обозначение воспринимается потребителем за другое или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же обозначении, но полагает, что оба обозначения принадлежат одному и тому же изготовителю.

 Признаком контрафактности спорной продукции является тот факт, что на упаковке отсутствует информация о потребительских свойствах данного товара и правообладателе упомянутого товарного знака, лицензионная продукция, в виде, реализованном Ответчиком, не производится.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом, истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. 

  В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Размер компенсации  за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284 «JBL» определен истцом  в двукратном размере стоимости товаров, предложенных к продаже согласно заявке № 9443 от 20.10.2020 года в размере 83 490 рублей.

Размер стоимости  товара подтвержден материалами дела. 

Размер компенсации  за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 97967 -в размере 53 302 руб.,  № 98697 -в размере 53 302 руб., № 113625-в размере 53 302 руб., № 100858- в размере 53 302 руб.,  № 110909 -в размере 53 302 руб., № 111335- в размере 53 302 руб.

Компенсация за нарушение исключительных прав на промышленные образцы рассчитана истцом  с учетом следующих обстоятельств:

Ответчик осуществляет поставку товара по всей стране, что в свою очередь свидетельствует об масштабах нарушения.

Ответчик предлагает к продаже более 30 наименований товаров, в которых использованы промышленные образцы и товарный знак истца.

Нарушение прав осуществляется в сети «Интернет», что позволяет широкому кругу лиц получить доступ к предложению о продаже контрафактного товара.

Характера нарушения - без соответствующего разрешения правообладателя использован популярный и широко известный товарный знак в коммерческих (предпринимательских) целях;

Компания JBL была основана в 1946 году, продукция JBL — акустические системы высокого класса и сопутствующая им электроника. JBL по праву является ведущим поставщиком акустических систем для звуковой индустрии, их громкоговорителями пользуются известные рок-исполнители. Продукция JBL послужила основой для разработки стандарта ТНХ, использующегося для озвучивания в системах домашних кинотеатров. Кроме того, динамические головки JBL используются в виде базисной звуковой инсталляции в автомобилях ведущих автопроизводителей мира (https://ru.wildpedia.org): премиальный сегмент производимой техники, средняя стоимость на данный вид техники начинается от 5 000 (пять тысяч) рублей; формирование у потребителя мнения об продукции правообладателя, как о низкокачественном товаре (контрафактный товар - низкокачественный).

Само по себе наличие контрафакта на рынке снижает интерес потребителя и лицензиатов к лицензионному товару, что причиняет правообладателю убытки в виде упущенной выгоды.

Ответчик отказался от урегулирования спора в досудебном порядке;

Кроме того, согласно  письма от официального дистрибьютора и уполномоченного импортера портативной акустики на территории Российской Федерации ООО «Харман РУС СиАйЭс» минимальная сумма поставки при заказе товаров у официального дистрибьютера составляет 500 000 (пятьсот тысяч) рублей. 

Таким образом, вероятные имущественные потери истца от реализации оптовой партии контрафакта составляют не менее 500 000 рублей, поскольку именно столько истец мог получить, если бы ответчик приобрел лицензионный товар.

Ответчик о снижении размера компенсации не заявлял.

В соответствии с выводами КС РФ,  изложенными  в  Постановлении от 24 июля 2020 г. N 40-П "По делу о проверке конституционности  подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса  Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда"  в соответствии с нормами статей 1301, 1311, 1406.1 и 1515 данного Кодекса правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплату компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца, товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования соответствующего результата или средства либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (статьи 131 и 132 ГПК Российской Федерации, статья 125 АПК Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену; при невозможности представить доказательства истец вправе ходатайствовать об их истребовании у ответчика или у третьих лиц.

Сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе.

Рассмотрев требования о взыскании компенсации по 53 302 руб. за каждый промешенный образец, суд  также приходит к выводу об удовлетворении. 

В соответствии с п. 61 Постановления Пленума ВС РФ от 23 апреля 2019 г. № 10,  заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В соответствии со статьями 1515 ГК РФ и 1406.1 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере до пяти миллионов рублей.

В соответствии с пунктом 62 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 года    № 10 размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом, постановление Конституционного Суда Российской Федерации № 28-П от 13 декабря 2016 года (далее - Постановление) также содержит следующие положения относительно компенсации:

Правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности (абз.З п.3.1 Постановления);

Вводя штрафную по своей природе ответственность за нарушение прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, федеральный законодатель не только учитывал объективные трудности в оценке причиненных правообладателю убытков, но и руководствовался необходимостью - в контексте правовой политики государства по охране интеллектуальной собственности - общей превенции соответствующих правонарушений (абз.6 п.3.1 Постановления);

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение, (абз. 2 п. 3.2 Постановления);

Принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания (абз. 3 п. 4 Постановления);

Если использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации носит очевидно грубый характер, либо размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным правилам, сопоставим с размером причиненных правообладателю убытков, то тяжесть последствий применения данной меры ответственности должна презюмироваться соразмерной содеянному (абз. 4 п. 4 Постановления);

В соответствии с п. 4  Постановления  КС РФ  от 13 декабря 2016 г. N 28-П " По делу о проверке конституционности  подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного  суда алтайского края"  пункт 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся - с учетом обстоятельств конкретного дела - явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

В соответствии с абз. 3 п. 4 и абз. 2 п. 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 28-П от 13 декабря 2016 года, принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Учитывая изложенное, суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению в размере по 53 302 руб. за каждый  промышленный образец. 

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, состоящих из: 18 400 руб. расходов на оплату услуг нотариуса.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении (статья 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Указанные расходы понесены истцом в связи с собиранием доказательств и являются необходимыми  для реализации права на обращение в суд, ввиду чего суд считает их подлежащим удовлетворению и взысканию с ответчика в пользу истца в сумме  18 400 руб. расходов на оплату услуг нотариуса. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2  в пользу Harman International Industries Incorporated (Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед)  350 000 руб. компенсации, а также 18 400 руб. расходов по фиксации нарушения и оформлению нотариального протокола осмотра, 10 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через суд, вынесший решение, в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам, в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

       Судья                                                                                                    О.В. Золотарёва