Арбитражный суд Пензенской области

Кирова ул.,  д.35/39,  Пенза г., 440026

тел.: +78412-52-99-97, факс: ++78412-55-36-96, Email: penza.info@ arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Пенза            Дело № А49-9946/2020

 «16» марта  2021 г.                                                                

Резолютивная часть решения объявлена 10.03.2021г.

Полный текст решения изготовлен 16.03.2021г.

Арбитражный суд Пензенской области в составе  судьи Енгалычевой О.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бабаевой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску открытого акционерного общества «Пензенский комбинат хлебопродуктов» (ОГРН1025801105164, ИНН5834002580) к обществу с ограниченной ответственностью «Поволжский колос» (ОГРН1175835000384, ИНН5835121702), с участием третьих лиц: ИФНС России по Железнодорожному району г.Пензы, Финансового мониторинга в лице Межрегионального  Управления по Приволжскому Федеральному округу  

о взыскании 5 251 237 руб.

при участии:

от истца: ФИО1– представитель по доверенности

                ФИО2 – представитель по доверенности

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности

от третьего лица1: ФИО4 – представитель по доверенности

установил:

открытое акционерное общество «Пензенский комбинат хлебопродуктов» обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «Поволжский колос» с иском о взыскании имущественных потерь в сумме 5 251 237 руб., понесённых по вине ответчика, не сформировавшего по цепочке поставщиков с участием ООО «Поволжский колос» источник для возмещения истцом налога на добавленную стоимость. Исковые требования предъявлены на основании договора поставки №З-35 от 23.01.2020г. зерновых культур, заключённого сторонами, и заверений об обстоятельствах от 11.12.2019г., данных ответчиком истцу.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора была привлечена ИФНС России по Железнодорожному району г.Пензы, как налоговый орган, избранный согласно заверениям об обстоятельствах от 11.12.2019г для контроля за проведением операций по формированию источника для вычета НДС по сделкам, совершённым по договору поставки №З-35 от 23.01.2020г.

Ответчик требования истца о возмещении имущественных потерь не признал, настаивая на неправомерности отказа налогового органа истцу в вычете НДС на сумму 5 087 668 руб. по сделкам купли-продажи зерна 2019/2020 годов, совершённым сторонами на основании договора поставки.

ИФНС России по Железнодорожному району г.Пензы, не согласившись с возражениями ответчика, представило в материалы дела копии книг покупок и продаж общества «Поволжский колос», подтверждавшие начисление ответчиком в 1 квартале 2020г. НДС на сумму 552 004 руб., что свидетельствовало об отсутствии сформированного источника для вычета НДС для истца, доказательство понесённых расходов на производство зерна в количестве, приобретённом  истцом у ответчика по договору купли-продажи, книга покупок ответчика не содержала. По мнению третьего лица, ответчик фактически воспользовался одной из схем «теневой инкассации», указанной МРУ Росфинмониторинга по ПФО в письме от 26.03.2019г. №17-01-10/3105 от 26.03.2019г. 

Суд привлек для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований по делу, МРУ Росфинмониторинга по ПФО.

Истец исковые требования поддержал полностью.

Рассмотрев материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, третьего лица, арбитражный суд установил:  11.12.2019г. ответчик предоставил обществам, входящим в группу Черкизово, к числу которых относится и истец (см. л.д.49 т.1), заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договоров,  и их исполнения. Так, основываясь на положениях ст.431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, вступая в договорные отношения с любым обществом из группы Черкизово, ответчик заверил, что не будет осуществлять уменьшение налоговой базы в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения. Все действия по привлечению ответчиком к исполнению договора третьих лиц будут соответствовать настоящим заверениям. Все операции по продаже товара будут полностью отражены в первичной документации поставщика, в обязательной бухгалтерской, налоговой, статистической и любой другой отчётности. По операциям с участием ответчика  не имеется и в последующем не возникнет признаков несформированного источника по цепочке поставщиков товаров для принятия к вычету сумм НДС. В случае нарушения данных заверений Общество вправе требований от ответчика  возмещения имущественных потерь и (или) возмещения убытков в порядке ст.406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

23.01.2020г. стороны заключили договор поставки №З-35, предметом которого являлась поставка ответчиком истцу зерновых культур производства 2019 года. В п.5.8. договора  поставщик подтвердил действительность заверений об обстоятельствах от 11.12.2019г. при исполнении договора поставки.

За период с 27.01.2020г. по 20.03.2020г. ответчик передал истцу  пшеницу фуражную на сумму 55 964 349 руб., в том числе НДС 5 087 668 руб., в подтверждение получения пшеницы истец представил в материалы дела счета-фактуры, подписанные истцом и ответчиком (л.д.19-44 т.1). Факт полной оплаты полученного сельскохозяйственного сырья истцом на основании данных универсальных передаточных документов ответчик подтвердил.

Сумма налога на добавленную стоимость  5 087 668 руб. была заявлена истцом в составе налогового вычета за 1 квартал 2020г., что истец подтвердил налоговой декларацией  (л.д.45,46 т.1). В информационном письме от 19.06.2020г. №07-29/46 Инспекция Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г.Пензы  сообщила истцу о выявлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии несформированного источника НДС по цепочке поставщиков во взаимоотношениях с ООО «Поволжский колос». В связи с чем, налоговый орган сообщил истцу о необоснованном заявлении налогового вычета по НДС за 1 квартал 2020г. в сумме 5 087 668 руб. 

Во избежание ответственности, предусмотренной налоговым законодательством в связи с необоснованным заявлением налогового вычета, истец в силу ст.81 Налогового кодекса Российской Федерации добровольно устранил налоговое нарушение, перечислив в федеральный бюджет налог на добавленную стоимость за 1 квартал 2020 года в сумме 5087668 руб. пл. поручением №2976 от 13.08.2020г. (л.д.58 т.1). Также в соответствии со ст.75 Налогового кодекса Российской Федерации истец оплатил добровольно  в бюджет  пеню в сумме 163 568 руб. 53 коп. в связи с оплатой причитающихся сумм налогов в более поздние сроки (л.д.59 т.1).

Учитывая невозможность проведения налогового вычета по вине ответчика, истец обратился к ответчику с требованием о возмещении суммы налога на добавленную стоимость и оплаченной в бюджет неустойки в порядке возмещения имущественных потерь в соответствии с заверениями об обстоятельствах от 11.12.2019г., данными ответчиком, и условиями договора поставки №З-35 от 23.01.2020г.

Ответчик оставил требование истца без удовлетворения, что явилось основанием для обращения истца с настоящим иском.

Представитель ИФНС России по Железнодорожному району г.Пензы в судебном заседании подтвердил, что истец лишён возможности воспользоваться правом на вычет НДС по совершённым сторонами сделкам купли-продажи до добровольного исполнения ответчиком обязательства по перечислению НДС в бюджет, что явиться основанием для предоставления истцу права на вычет из бюджета суммы налога на добавленную стоимость. 

Ответчик не выразил намерения произвести перечисление в бюджет спорной суммы для предоставления истцу возможности получить возмещение НДС из бюджета в заявленной сумме. Возражая против иска, ответчик представил в материалы дела статотчёт о сборе им урожая сельхозкультур в 2019 году (л.д.67 т.3), в том числе, озимой пшеницы в количестве 121 500 центнеров, поставленной истцу, заявляя о ненадлежащей оценке налоговым органом сделок в целях предоставления налогового вычета.

Представитель налогового органа возражал против доводов ответчика, так как доказательства сформированного источника по цепочке поставщиков товаров, о чём ответчик заверял истца (п.1.14 заверений об обстоятельствах), по сделкам 1 квартала 2020г. не были представлены ответчиком с учётом данных книги покупок и книги продаж (тома 2, 3), к числу  первичных бухгалтерских документов данные статотчётности не относятся, другие доказательства, подтверждающие затраты ответчика на воспроизводство и сбор озимой пшеницы в сезон лета 2019 года ответчик сторонами и суду не раскрыл. 

По заявлению налогового органа, в результате проведённой камеральной проверки было установлено, что в 2019 году – 1 квартале 2020 года ответчик занимался приобретением мясной, чайной продукции и иной продукции и товаров, не связанных с производством зерна. Свои расходы на производство зерна ответчик книгой покупок не подтвердил. В то же время, ответчик в 1 квартале 2020г. исчислил НДС, подлежащий уплате в бюджет, от операций по реализации сельхозпродукции,  а налоговые вычеты, на которое общество уменьшило исчисляемый за 1 квартал 2020г. НДС, были заявлены в отношении операций по приобретению иных товаров. В связи с чем, налоговым органом был сделан вывод о разрыве в цепочке контрагентов ответчика при формировании НДС  по сделкам купли-продажи зерна и отсутствии источника для вычета НДС (см. отзыв л.д. 89-91 т.3).

В информационном письме от 19.06.2020г. №07-29/46 налоговый орган сообщил истцу, что ответчик в нарушение заверений приобретал фуражное зерно урожая 2019 года у иных лиц, которые применяют специальные режимы налогообложения (ЕСХН, УСН) и не являются  плательщиками налога на добавленную стоимость, в связи с чем, налог в необходимой к возмещению истцу сумме в бюджет не перечислен и, как следствие, не может быть возмещён истцу. Доказательств обратного ответчик суду не представил.

Истец обратился с настоящим иском о возмещении за счёт ответчика имущественных потерь в размере оплаченной в бюджет суммы НДС и неустойки согласно ст.406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и заверениями ответчика, данным согласно ст.432.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 431.2 Гражданского кодекса сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

В соответствии с пунктом 4 статьи 431.2 Гражданского кодекса последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 названной статьи, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон. В случаях, предусмотренных абз. 1 п. 4 ст. 431.2 Гражданского кодекса, предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъяснено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие либо воздержаться от совершения определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 Гражданского кодекса). При этом следует иметь в виду, что исчерпывающий перечень действий, совершение которых либо воздержание от совершения которых может быть предметом обязательства, статьей 307 Гражданского кодекса не установлен. В случаях, предусмотренных законом или вытекающих из существа обязательства, на сторону может быть возложена обязанность отвечать за наступление или ненаступление определенных обстоятельств, в том числе не зависящих от ее поведения, например в случае недостоверности заверения об обстоятельствах при осуществлении предпринимательской деятельности (пункт 4 статьи 431.2 Гражданского кодекса).

В п.5.8. договора поставки  ответчик подтвердил действительность заверений об обстоятельствах от 11.12.2019г., данных истцу до заключения договора поставки №З-35 от 23.01.2020г. В п.1.14 заверений ответчик гарантировал, что по операциям с участием  поставщика не имеется и в последующем не возникнет  признаков несформированного источника по цепочке поставщиков товаров для принятия к вычету сумм НДС. Одновременно в п.2 заверений об обстоятельствах ответчик  предусмотрел свою ответственность за недостоверность данных гарантий и заверений в форме возмещения покупателю имущественных потерь и убытков.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается факт поставки товара в счет исполнения обязательств по договору №З-35 от 23.02.2020г. и факт оплаты истцом ответчику спорных сумм налога на добавленную стоимость в размере заявленных исковых требований. В свою очередь, ответчик не исполнил частноправовое обязательство, предусмотренное условиями заверений и положениями статьи 431.2 Гражданского кодекса, в силу которой заверения были даны истцу.

Ответчик не подтвердил сформированный источник по цепочке поставщиков товаров для принятия к вычету НДС, тем самым, дав недостоверные заверения (гарантии) о том, что все операции продавца по покупке товара у своих поставщиков полностью отражены в первичной документации продавца, в бухгалтерской, налоговой, статистической и любой иной отчетности. 

Отказ налогового органа в вычетах на спорную сумму и невозможность реализации права на налоговый вычет подтверждается информационным письмом ИФНС по Железнодорожному району г.Пензы от 19.06.2020 №07-29/46 л.д.52 т.1). Из информационного письма налогового органа следует, что отказ в возмещении НДС по хозяйственным операциям истца с ответчиком связан с формированием ответчиком налоговых вычетов от стоимости мясной продукции, которые закупаются не интересах истца  и не используются самим ответчиком в финансово-хозяйственной деятельности, в связи с чем, налоговым органом сделан вывод о создании ответчиком схемы ухода от налогообложения.

При этом в п. 7 заверений поставщик признал достаточным доказательством, подтверждающим наступление обстоятельств, вследствие которых наступит обязанность ответчика по возмещению потерь, наличие информационного письма территориального налогового органа,  ответственность общества за недостоверность данных гарантий и заверений не ставилась  в зависимость от обжалования истцом в судебном порядке решений налоговых органов.

В рамках настоящего спора, исходя из бремени доказывания заявленных возражений (статьи 9 и 65 АПК РФ), ответчик не был лишен возможности представить достоверные и достаточные первичные документы, которые бы подтверждали реальность хозяйственных операций, которые могли быть учтены согласно п.1.14 заверений и опровергали бы выводы налогового органа, такие доказательства суду не представлены. Ответчик также не доказал, что истцом, как лицом, имеющим право на вычет, не соблюдены все требования законодательства для его получения.

При даче заверений продавец в п.5 указал, что размер имущественных потерь (убытков)  оценивается, как равный совокупности сумм  не подтверждённого вычета по НДС, доначисленного налоговым органом, пеней, штрафа за несвоевременную уплату  налога.

Размер заявленного иска соответствует сумме, уплаченной истцом в бюджет в виде доначисленного НДС и неустойки за его несвоевременную оплату, обязательной к оплате в соответствии со ст.75 Налогового кодекса Российской Федерации. Тот факт, что налоговые вычеты предусмотрены нормами налогового, а не гражданского законодательства, не препятствует тому обстоятельству, что сумма не полученных истцом налоговых вычетов может быть квалифицирована судом в качестве понесенных правомочной стороной убытков.

Суд оценивает заявленные истцом требования именно как требование о возмещении убытков в связи с нарушением ответчиком данных заверений в соответствии со ст.432.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, что прямо следует из содержания п.2 заверений. Суд не находит оснований для квалификации требований, как требований о возмещении имущественных потерь согласно ст.406.1 ГК РФ, так как соглашение о возмещении имущественных потерь сторонами заключено не было. Кроме того, в силу разъяснения п. 17 Постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в случае неясности того, что устанавливает соглашение сторон - возмещение потерь или условие ответственности за неисполнение обязательства, положения ст. 406.1 ГК РФ не подлежат применению. 

Заверения даны ответчиком со ссылкой на положения ст.431.2  и ст.406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следует подчеркнуть, что, даже при отсутствии в заверениях ссылки на положения ст.431.2 Гражданского кодекса РФ, условие заверений не подпадало бы под нормы ст. 406.1 Гражданского кодекса РФ, так как упоминание вины явно свидетельствует о праве истца на возмещение именно убытков. Указанная позиция нашла подтверждение в Определении Верховного Суда РФ №308-ЭС17-13430 от 28.09.2017г.

В то же время, ссылка ответчика на ст.406.1 Гражданского кодекса РФ не исключает упрощённую процедуру возмещения убытков, принятую ответчиком при даче заверений (сумма убытков – сумма уплаченного налога и неустойки, вина – по факту несформированного продавцом источника уплаты НДС, подтверждение наличия убытков – сообщение налогового органа в форме информационного письма).  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 431.2, 506 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, установив факт недостоверности заверений заявителя об обстоятельствах, имеющих значение для заключения и исполнения договора, повлекших возникновение убытков на стороне истца вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязательства по компенсации ему суммы налога на добавленную стоимость, уплаченной в составе цены поставленного товара, в возмещении которой истцу было отказано, суд признаёт требования истца подлежащими удовлетворению.

В связи с удовлетворением исковых требований судебные расходы по делу подлежат отнесению на ответчика в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд                          

Р Е Ш И Л :

1.Исковые требования удовлетворить, судебные расходы по  делу отнести на ответчика.

2.Взыскать с Открытого акционерного общества «Поволжский колос» в пользу Открытого акционерного общества «Пензенский комбинат хлебопродуктов»  сумму 5 251 237 руб., расходы по оплате госпошлины 49 256 руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

    Судья                                                                                              О.А. Енгалычева