ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-9611/2018

г. Киров

16 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2024 года.          

Полный текст постановления изготовлен 16 мая 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Дьяконовой Т.М., Кормщиковой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федотовой Ю.А.,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ООО «Русское купечество» ФИО1, по доверенности от 10.04.2023, 

генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русское купечество»  ФИО2, лично, по паспорту,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русское купечество» на определение Арбитражного суда Ивановской области от 26.02.2024 по делу № А17-9611/2018

по ходатайствам ФИО3:

-об исключении имущества из конкурсной массы, 

-об обязании передать имущество заявителю

и заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника, 

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Русское купечество»

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Русское купечество» (далее - ООО «Русское купечество», должник) ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил:

- привлечь ФИО3 к участию в обособленном споре в арбитражном процессе по делу о банкротстве ООО «Русское купечество» в качестве третьего лица, заявляющего требования,

- исключить имущество ФИО3 из конкурсной массы ООО «Русское купечество»,

- передать ФИО3 имущество, принадлежащее ему на основании договора купли-продажи от 20.12.2019 года. Оборудование незаконно удерживается ФИО4,

- включить требования ФИО3 в реестр требований кредиторов ООО «Русское купечество» в размере 379 271 рубль (неустойка за нарушение условий договора).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 06.02.2023 производство по ходатайству ФИО3 прекращено.

Постановлением Второго арбитражного суда апелляционной инстанции от 05.05.2023 по делу № А17-9611/2018 определение Арбитражного суда Ивановской области от 06.02.2023 по делу № А17-9611/2018 отменено в части, апелляционный суд постановил направить вопросы о рассмотрении ходатайства о привлечении ФИО3 в дело о банкротстве ООО «Русское купечество» в качестве третьего лица; об исключении имущества из конкурсной массы ООО «Русское купечество» и передаче имущества на основании договора купли-продажи от 20.12.2019 на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ивановской области. В остальной части определение Арбитражного суда Ивановской области от 06.02.2023 по делу № А17-9611/2018 оставлено без изменения.

Конкурсный управляющий должником ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора от 20.12.2019 купли-продажи оборудования, заключенного между ООО «Русское купечество» и ФИО3

Вышеуказанные обособленный споры по заявлениям ФИО3 и конкурсного управляющего объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 26.02.2024 признан недействительным договор купли-продажи оборудования, заключенный 20.12.2019 между ООО «Русское купечество» и ФИО3, в удовлетворении требований ФИО3 отказано, в привлечении к участию в деле в качестве третьего лица общества с ограниченно ответственностью «Торговый дом «Русское купечество» (далее – ООО «ТД Русское купечество») отказано.

ООО «ТД Русское купечество», ФИО3 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ООО «ТД Русское купечество» в жалобе просит определение суда первой инстанции отменить, привлечь ООО «ТД Русское купечество» в качестве третьего лица в обособленном споре.

В обоснование жалобы ООО «ТД Русское купечество» указывает, что на протяжении 2018-2020 гг. участвовало в деле №А17-9611/2018. О правах и интересах общества и ФИО2 неоднократно принимались решения и определения, в том числе решение ВС РФ от 10.07.2020. В обособленном споре рассматривается оборудование ФИО3, по которому в 2017-2018 гг. общество вело переговоры с должником о заключении договора купли-продажи. 

ФИО3 в жалобе просит определение суда первой инстанции отменить полностью, удовлетворить требования ФИО3, изложенные в исковом заявлении.

В обоснование жалобы ФИО3 указывает, что судом оставлен без внимания факт передачи наличных денежных средств ФИО5 ФИО6у (бывшему директору ООО «Русское купечество» по сделке купли-продажи оборудования в декабре 2019 г., что опровергает вывод суда о том, что сделка якобы не состоялась. Факт получения денежных средств от ФИО3 по сделке многократно подтверждён ФИО6 лично в заседании по делу, а также в многочисленных отзывах. Денежные средства, уплаченные ФИО3 по сделке, ФИО6 перечислил в счет погашения задолженности должника перед основным кредитором в деле о банкротстве - ФНС РФ. ФИО3 указывает на необходимость возврата денежных средств в сумме 3 792 718,00 руб. ФИО3 отмечает, что конкурсный управляющий не обращался в суд с письменным заявлением «о фальсификации» и проведении экспертизы в отношении конкретных документов (договор займа и ПКО). Суд прямо в двух определениях (№А28-11939/2021) указал почему право собственности ФИО3 не затрагивается, и передача поклажи никак не предопределяет имущественные права ФИО3 и тем более не наделяет или подтверждает право собственности общества в лице ФИО4 ФИО3 ссылается на несоответствие действительности вывода суда при рассмотрении доказательства из Слободского районного суда Кировской области от 16.06.2021 по делу№ 2-773/2021. Договор и акт, подтверждающие факт оплаты как ФИО3 покупателем, так и ФИО7 продавцом, никем не оспорены, а голословное заявление о фальсификации остались просто заявлением на домыслах и предположениях конкурсного управляющего. ФНС РФ представило отзыв, согласно которому ФИО6 представил чеки оплаты в сумме 11 682 027 руб. из личных средств за Общество в процедуре банкротства и отдельно из иных источников (купли продажи оборудования) оплатил 3 792 718 руб. ФИО3 отмечает, что оригинал договора займа находится у заимодавца ФИО8, суд имеет возможность привлечь ФИО8 третьим лицом как и истребовать все ее декларации которые у нее в порядке по источникам средств. Суд не принял во внимание аргументы ФИО3 и готовность представить подтверждение погашения займа перед ФИО8 от инвестиционного соглашения и софинансирования развития КФХ, перекредитования части средств на более выгодных условиях и получения дохода отражаемого в предстоящем периоде, что само по себе не может попадать в данные представленные из Владимирской ФНС РФ и деклараций предшествующих периодов. В рассматриваемом случае основаниями оспариваемых действий являлись конкретные правоотношения сторон по договору, что в силу положений гражданского законодательства предполагает их возмездный характер. Доказательства того, что спорный договор не основан на таких правоотношениях, а денежные средства были перечислены ошибочно или формально, а акт заключен формально - конкурсным управляющим не представлены. Суд не истребовал у ФИО3 источников погашения займа предоставленного ФИО8, а истребовал источники средств оплаты за оборудование. Факт получения оборудования ФИО3 подтверждён как организацией хранившей оборудование, так и продавцом в лице ФИО7 на тот момент директор ООО «Русское купечество». ФИО3 активно участвовал в деле №А28-11939/2021 с 20.09.2021 по 04.10.2022 когда ФИО4 истребовал оборудование как поклажу. Положение договора об оплате покупателем приобретаемой вещи в полном объеме имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иным документом. Договор, подтверждающий факт оплаты, имеется в материалах дела в оригинале и не кем не оспорен. Также ФИО3 ссылается на пропуск срока исковой давности для оспаривания сделки.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 19.03.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 20.03.2024.

В дополнениях к жалобе ФИО3 поддержал ранее изложенные доводы.

Конкурсный управляющий в отзывах на апелляционные жалобы просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Относительно жалобы ФИО3 конкурсный управляющий указывает, что ФИО7, ФИО3, либо их представители не принимали участия в судебных заседаниях по настоящему обособленному спору, в связи с чем ФИО7, вопреки доводу заявителя, не подтверждал лично получение денежных средств от ФИО3 ФИО7, как бывший руководитель ООО «Русское купечество», является лицом, заинтересованным в исключении спорного оборудования из конкурсной массы должника. Кроме того, все заявления и отзывы от имени ФИО7 подписаны ФИО9 на основании доверенности от 30.08.2021 сроком действия по 31.12.2023, составленной в простой письменной форме. Вопреки доводу заявителя представитель УФНС России по Ивановской области также не подтверждал и не мог подтверждать получение денежных средств ФИО7 от ФИО3, так как не являлся стороной спорной сделки, никаких отзывов по настоящему обособленном спору УФНС России по Ивановской области и ФНС России не представлялось. Вопреки доводам ФИО3 из решения Слободского районного суда Кировской области от 16.06.2021 по делу № 2-773/2021, решения Арбитражного суда Кировской области от 26.01.2022 по делу № А28-11939/2021 следует, что на дату принятия этих решений оборудование находилось в собственности ООО «Русское купечество», что неоднократно подтверждалось также ФИО7 06.08.2020 судебным приставом-исполнителем Слободского МОСП по исполнительному производству № 42289/18/37004-СД наложен арест на оборудование, принадлежащее должнику ООО «Русское купечество». Указанный арест произведен в период, когда ФИО7 являлся руководителем ООО «Русское купечество». Однако, ни ФИО7, ни ФИО3 в ходе ареста не заявляли о том, что оборудование уже не является собственностью ООО «Русское купечество». ФИО7 в 2020 и 2021 годах утверждал, что оборудование, об исключении которого из конкурсной массы должника просит ФИО3, является собственностью ООО «Русское купечество», ни о каких договорах купли-продажи оборудования ФИО7 не заявлял. Договор купли-продажи оборудования от 20.12.2019, акт приема-передачи от 20.05.2021 к договору купли-продажи от 20.12.2019, дополнительное соглашение от 20.05.2021 к договору купли-продажи от 20.12.2019 ни временному управляющему ООО «Русское купечество» ФИО10, ни конкурсному управляющему ООО «Русское купечество» ФИО4 бывшим руководителем общества ФИО7 не передавались, сведения об изменениях в составе имущества временному управляющему ФИО7 не предоставлялись. В составе документов переданных временным управляющим ФИО10 конкурсному управляющему ФИО4 документы о продаже оборудования отсутствуют. В ходе рассмотрения дела № А28-11939/2021 представлял копии договора купли-продажи оборудования от 20.12.2019, не содержащей информации о покупателе оборудования, не подписанной покупателем. Документов, подтверждающих внесение ФИО7 в кассу ООО «Русское купечество» или зачисление на расчетный счет общества 20.12.2019 суммы в размере 3 792 718,00 руб., как и документов, подтверждающих выдачу ФИО7 денежных средств в указанном размере 25.12.2019 не представлено. Суд первой инстанции также обоснованно указал, что ФИО3 не доказал наличие у него финансовой возможности приобрести спорное оборудование. Суд пришел к правомерным выводам о том, что срок исковой давности для оспаривания сделки не истек и признание сделки, на которой основано требование ФИО3 к должнику недействительной является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО3

Относительно жалобы ООО «ТД Русское купечество» конкурсный управляющий указывает, что в ходатайстве ООО «ТД Русское купечество» не указывает каким образом судебный акт, принятый по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора, может повлиять на права и обязанности ООО «ТД «Русское купечество» по отношению к ФИО3 или к должнику. Ссылки ООО «ТД Русское купечество» на иные судебные акты в рамках настоящего дела не могут быть приняты во внимание. Согласно решению Слободского районного суда Кировской области от 16.06.2021 по делу № 2-773/2021, вопреки доводу заявителя, ООО «ТД Русское купечество» не являлось истцом по делу. В обоснование иска ООО «Русское купечество» указывало, что на момент ареста (06.08.2020) оборудование не являлось собственностью ООО «ТД Русское купечество», находилось в собственности ООО «Русское купечество», что также подтвердил в судебном заседании директор ООО «ТД Русское купечество» ФИО2 В связи с чем иск ООО «Русское купечество» был удовлетворен, оборудование освобождено от ареста и исключено из акта описи и ареста имущества от 06.08.2020 по сводному исполнительному производству № 42289/18/37004-СД.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 14.05.2024. Информация о перерыве размещена информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»

В дополнении к отзывам конкурсный управляющий поддержал ранее изложенные доводы, отметил, что спорное оборудование не передавалось ФИО3 и не принималось им, несмотря на формальное подписание акта приема-передачи. В связи с чем, Арбитражный суд Ивановской области пришел к правомерному выводу о том, что у ФИО3 не возникло права собственности на оборудование. 

ФИО3 в дополнительных объяснениях поддержал ранее заявленные доводы. Полагает, что договор хранения заключенный между ФИО4 и ФИО12 имеет признаки подлога и ничтожности. В заседании 25.04.2024 представитель к/у ФИО4 Дербенева заявляла, что платежи по хранению оборудования производятся ежемесячно и безналичным путем. В то же время, отчёт конкурсного управляющего от 04.04.2024, содержит информацию, согласно которой движения по счету ООО «Русское купечество» за январь-март 2024г. равны 0 операций на 0 руб. Среди существенных сведений как реквизиты сторон, в новом договоре хранения отсутствуют реквизиты получателя платежей ФИО12. Согласно представленным фото, оборудование хранится в ненадлежащем месте фактически это навес в поле, несмотря на то что это дорогостоящее пищевое австрийское оборудование. Факт фактического доступа ФИО5 к оборудованию, факт фактической передачи оборудования ФИО5, помимо прочего подтверждается многочисленными фотографиями ФИО5 с оборудованием в помещении, где оно хранилось до незаконных действий ФИО4.

ООО «ТД «Русское купечество» в дополнениях ссылается на незаконные, по его мнению, действия конкурсного управляющего и ФИО11, поддерживает ранее изложенные доводы, полагает, что безналичных расчетов с якобы хранителем ФИО12 через счет должника за весь период конкурсного управления не производилось.

В судебном заседании (14.05.2024) представители ООО «ТД «Русское купечество» и  конкурсного управляющего поддержали вышеизложенное.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

ФИО3 заявлено ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное невозможностью обеспечить участие в судебном заседании

В соответствии с частью 1 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

Исходя из системного толкования указанной нормы права во взаимосвязи с частями 2 - 5 статьи 158 АПК РФ следует вывод, что в остальных случаях арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, при установлении соответствующих оснований невозможности рассмотрения дела.

Отложение судебного заседания является правом суда, а не его обязанностью.

ФИО3 не указаны причины объективной невозможности рассмотрения апелляционной жалобы в его отсутствие. Явка ФИО3 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не была признана обязательной; позиция ФИО3 подробно изложена в апелляционной жалобе; на необходимость предоставления дополнительных документов в суд апелляционной инстанции ФИО3 не ссылается; кроме того ФИО3 принял участие в судебном заседании 25.04.2024.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отложения судебного заседания.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд Ивановской области обратилась ФНС России с заявлением о признании гражданина ООО «Русское купечество» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 09.11.2018 заявление ФНС России было принято к производству, возбуждено дело №А17- 9611/2018 о банкротстве ООО «Русское купечество». 

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 23.04.2019 заявление ФНС России признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО10

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 15.06.2021 (резолютивная часть от 15.06.2021) ООО «Русское купечество» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство. Обязанности конкурсного управляющего ООО «Русское купечество» возложены на ФИО4.

20.12.2019, в период процедуры наблюдения, введенной в отношении ООО «Русское купечество», между ФИО3 (покупатель) и ООО «Русское купечество» (продавец) в лице бывшего руководителя ФИО7, заключен договор купли-продажи оборудования, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил:

1. Аппликатор этикеток на липкой основе INTREX (разукомплектованный)

2. ФИО13 аппликатора INTREX

3. Линия фасовки Lyson

4. Насос ВЗ-ОРА-10 (НР-10) в нерабочем состоянии

5. Бочка от линии Normit (неполная комплектность) (далее – спорное имущество).

Стоимость имущества по договору определена в размере 3 792 718,00 руб.

ФИО3 указал, что оплата за приобретенное оборудование произведена им путем передачи наличных денежных средств руководителю должника ФИО7

В соответствии с дополнительным соглашением от 20.05.2021 к договору купли-продажи от 20.12.2019 ООО «Русское купечество» остается поклажедателем по договору хранения, заключенному с ООО «СК-43» в интересах покупателя. При расторжении договора хранения ООО «Русское купечество» в качестве лица, которому из ответственного хранения должно быть возвращено имущество, обязано указать ФИО3

По акту приема-передачи от 20.05.2021 продавец – ООО «Русское купечество» в лице директора ФИО7 передано, а покупатель ФИО3 принял оборудование, являющееся предметом договора купли-продажи от 20.12.2019.

ФИО3, полагая, что должник неправомерно удерживает принадлежащее ФИО3 имущество, а конкурсный управляющий, указав на недействительность договора купли-продажи от 20.12.2019, обратились в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявления, признал договор купли-продажи от 20.12.2019 недействительной сделкой, в удовлетворении требований ФИО3 отказал, в привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «ТД Русское купечество» отказал.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. При этом защита не нарушенных прав и законных интересов законом не предусмотрена.

Исходя из статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

О вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение (часть 3 статьи 51 АПК РФ).

По смыслу указанных законоположений третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является потенциальная возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью с основным спорным правоотношением.

Таким образом, с учетом положений законодательства и указанной правовой позиции, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, привлекаются арбитражным судом к участию в деле, если судебный акт, которым закончится рассмотрение дела в суде первой инстанции, может быть принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Следовательно, суд вправе удовлетворить ходатайство о вступлении в дело третьего лица только в том случае, если установит, что судебным актом могут быть затронуты его интересы.

Исходя из вышеуказанного, заявитель должен обосновать, каким образом принятый судебный акт может повлиять на права и обязанности заявителя, а также представить соответствующие доказательства наличия правовой связи между рассматриваемыми исковыми требованиями и возможным дальнейшим возникновением спора между стороной по делу и третьим лицом.

Особенностью производства по делам о банкротстве является состав участвующих лиц. Статьи 34, 35 Закона о банкротстве содержат исчерпывающий перечень лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Как следует из пункта 15 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» непосредственными участниками обособленного спора помимо основных участников дела о банкротстве являются, в частности, при рассмотрении заявления об оспаривании сделки - другая сторона сделки или иное лицо, в отношении которого совершена сделка (пункт 4 статьи 61.8 Закона о банкротстве); при рассмотрении заявлений, ходатайств или жалоб - подавшее их лицо, а также лицо, права которого могут быть затронуты в результате их удовлетворения.

Оценив доводы ООО «ТД Русское купечество», суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В рассматриваемом случае в рамках настоящего обособленного спора к ООО «ТД Русское купечество» каких-либо требований не предъявляется.

ООО «ТД Русское купечество» не относится к числу основных участников дела о банкротстве и к участникам настоящего обособленного спора

Возможность ООО «ТД Русское купечество» представить доказательства по обособленному спору не является основанием для привлечения его в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Наличие у лица субъективного интереса в том или ином исходе спора, само по себе не свидетельствует о том, что принятый по результатам рассмотрения искового заявления судебный акт может повлиять на права и законные интересы ООО «ТД Русское купечество».

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «ТД Русское купечество».

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на день открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, из которой осуществляется удовлетворение требований конкурсных кредиторов должника.

По общему правилу с момента признания должника банкротом и открытия в отношении его конкурсного производства требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежные (пункт 1 статьи 126 Закона о банкротстве и разъяснения, приведенные в абзаце 2 пункта 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35). Такие требования подлежат денежной оценке, рассматриваются по правилам статьи 100 Закона о банкротстве и удовлетворяются в общем порядке, предусмотренном статьями 134 и 142 Закона о банкротстве.

Исполнением договора купли-продажи со стороны продавца является передача вещи (товара) в собственность другой стороне (покупателю) (пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ)).

По общему правилу право собственности у приобретателя движимой вещи по договору возникает с момента ее передачи (пункт 1 статьи 223 ГК РФ). Передачей же признается, в частности, вручение вещи приобретателю, причем вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (пункт 1 статьи 224, пункт 1 статьи 458 ГК РФ).

В материалах дела имеется акт приема-передачи спорного имущества от 20.05.2021 к договору от 20.12.2019.

Между тем, несмотря на подписание указанного акта, фактически спорное оборудование не было передано ФИО3 и в настоящее время включено в конкурсную массу должника.

Кроме того, решением Арбитражного суда Кировской области от 26.01.2022 по делу № А28-11939/2021 удовлетворено исковое заявление конкурсного управляющего ООО «Русское купечество» к ООО «СК43» об обязании последнего передать в ООО «Русское купечество» имущество, переданное по договору хранения от 21.10.2018, а именно: 

- аппликатор INTREX 100 - разукомплектован;

- станина аппликатора INTREX 100; 

- линия по фасовке Lyson. Производство Польша;

- бочка от линии Normit;

- насос роторный - в нерабочем состоянии.

Таким образом, до заключения договора купли-продажи от 20.12.2019 спорное имущество находилось во владении ООО «СК43» на основании договора хранения от 21.10.2018, впоследствии оборудование было передано ООО «Русское купечество» в лице конкурсного управляющего и в настоящий момент включено в конкурсную массу.

Как пояснил конкурсный управляющий, в настоящий момент в отношении спорного имущества должником с гражданином ФИО12 заключен договор хранения от 08.07.2022.

В материалы дела представлен акт приема-передачи от 08.07.2022.

Подпунктом 1.3. пункта 1 договора хранения от 08.07.2022 установлено, что Имущество, принятое от Поклажедателя на хранение, хранится в соответствии с требованиями пожарной и эпидемиологической безопасности в здании АВМ, общей площадью 591,3 кв.м., кад. № 43:30:430305:74, расположенном по адресу Кировская область, Слободской район, с. Ильинское. Здание АВМ кад. № 43:30:430305:74 принадлежит Хранителю на праве собственности.

В подпункте 3.3. пункта 3 договора хранения от 08.07.2022 Хранитель осведомлен, что в отношении Поклажедателя введена процедура конкурсного производства в рамках дела № А17-9611/2018. Оплата вознаграждения Хранителя осуществляется при наличии у Поклажедателя денежных средств, в соответствии положениями статьи 134 Закона о банкротстве как текущий платеж либо по окончанию срока хранения. Начисление процентов за нарушение сроков оплаты данным договором не предусмотрено.

Доводы ФИО14 о том, что спорное имущество находилось у него во владении надлежащими доказательствами не подтверждены.

Поскольку условия договора купли-продажи от 20.12.2019 о передаче имущества фактически не исполнены, а в отношении должника введена процедура конкурсного производства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что неденежное требование ФИО14 об исключении из конкурсной массы и передаче ему имущества должника подлежит трансформации в денежное требование о возврате суммы, уплаченной по договору купли-продажи.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Поскольку, согласно пояснениям ФИО3, оплата имущества произведена им наличными денежными средствами в кассу должника, при рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции правомерно руководствовался разъяснениями пункта 26 Постановления № 35, согласно которым при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

На запрос суда о доходах ФИО3 в период 2017-2019 гг., Управление ФНС России по Владимирской области в письме от 15.08.2023 (том.3 л.д.1) указало, что информация о доходах ФИО3 за 2017г., 2018г. отсутствует, в 2019 г. ФИО3 получил доход в сумме 49 138 руб. от налогового агента ООО «ПМБК» (ИНН 

<

***>).

Доказательств наличия у него вкладов в кредитных учреждениях, источника дохода в сумме, позволяющей оплатить спорное оборудование, ФИО3 не представил, в пояснениях указал, что денежные средства получил по договору займа от 19.12.2019 от ФИО8. В соответствии с указанным договором займодавец предоставил заемщику 3 790 000 руб. на срок до 19.12.2024 под 5% годовых с уплатой процентов единовременно при возврате суммы займа.

В ответ на требование суда о предоставлении подлинного договора займа, ФИО3 указал, что договор займа погашен им в полном объеме, в связи с чем оригинал договора возвращен займодавцу.

Указанные пояснения правомерно получили критическую оценку суда первой инстанции. Оценивая договор займа с ФИО8, суд первой инстанции принял во внимание, что заем предоставлен на нерыночных условиях: в отсутствие обеспечения, с уплатой единовременно по истечении пяти лет процентов одновременно с возвратом суммы займа. ФИО14, приобретя оборудование на заемные средства в 2019 г., до момента обращения в суд с рассматриваемым заявлением не предпринимал мер к его получению от продавца.

Кроме того, судебная коллегия критически относится к доводам ФИО14 об отсутствии у него подлинного экземпляра договора займа в связи с представлением в материалы дела нотариально заверенной копии договора займа от 19.12.2019 (заверена нотариусом 16.11.2023). При этом по смыслу статьи 70 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1), верность копии с копии документа свидетельствуется нотариусом при условии, если верность копии документа засвидетельствована нотариально или в ином установленном законодательством Российской Федерации порядке.

Доказательства наличия у ФИО8 финансовой возможности выдать заем ФИО14 в материалы дела также не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО14 не доказал наличие у него финансовой возможности приобрести спорное оборудование.

В подтверждение оплаты спорного оборудования в материалы дела представлены копия квитанция к приходному кассовому ордеру № 12 от 20.12.2019, копия приходного кассового ордера № 12 от 20.12.2019.

Между тем, письмом УФНС России по Ивановской области от 31.01.2024 № 26-26/0594дсп конкурсному управляющему ООО «Русское купечество» представлены копии налоговых деклараций ООО «Русское купечество» по НДС за 4 кв. 2019, 1 кв., 2 кв., 3 кв. 2020 (за 4 кв. 2020 декларация не представлена), 2 кв., 3 кв., 4 кв. 2021 (за 1 кв. 2021 декларация не представлена) с нулевыми показателями и указано, что книги продаж за 4 кв. 2019, 1 кв., 2 кв., 3 кв. 2020, 2 кв., 3 кв., 4 кв. 2021 отсутствуют, так как налогоплательщик представил налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость с нулевыми показателями.

Как справедливо отметил суд первой инстанции в настоящем деле позиции ФИО3 корреспондирует позиция бывшего руководителя должника ФИО7 Указанные лица синхронно представляют в суд документы и пояснения в подтверждение своих доводов: так одновременно с представлением ФИО3 электронной копии квитанции к ПКО № 12 от 20.12.2019, ФИО7 представил в суд электронную копию самого ПКО № 12 от 20.12.2019.

Между тем, ФИО7 не исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника, однако в настоящем споре необходимый кассовый документ был представлен.

При этом факт наличия в распоряжении ФИО7 документации должника и ее непередачи конкурсному управляющему был установлен судом в рамках обособленного спора о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности (определение суда от 13.10.2022). В данном деле суд пришел к выводу, что ФИО7 располагает документацией должника, поскольку представляет ее «дозированно» в зависимости от предъявленных ему требований, однако не исполнил обязанность, предусмотренную статьей 126 Закона о банкротстве о передаче документации конкурсному управляющему.

Указанные обстоятельства в совокупности порождают обоснованные сомнения относительно реальности оплаты по договору купли-продажи от 20.12.2019

Между тем, ФИО3 не исполнено требование суда о предоставлении подлинной квитанции к ПКО № 12 от 20.12.2019 и подлинного договора займа с ФИО8, о намерении заявить о фальсификации которых заявил конкурсный управляющий ООО «Русское купечество».

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Сведения о зачислении на расчетный счет должника денежных средств, поступивших в кассу по ПКО № 12 от 20.12.2019 в материалы дела также не представлено. 

Как указывает ФИО3 полученные денежные средства были направлены на оплату обязательных платежей, в подтверждение чего в материалы дела представлен чек-ордер ПАО СБЕРБАНК от 25.12.2019 по операции 93 на сумму 3 792 718 руб. По данному чеку-ордеру ФИО7 уплатил в УФК по Ивановской области НДС за 3 квартал 2017 г. за ООО «Русское купечество» (ранее данный чек был представлен самим ФИО7 при обращении в суд с заявлением о намерении произвести погашение задолженности по обязательным платежам, включенной в реестр требований кредиторов ООО «Русское купечество», как доказательство частичного погашения ФИО7 обязательств должника перед бюджетом).

Однако, как верно отмечает конкурсный управляющий, чек-ордер на сумму 3 792 718 руб. подтверждает внесение ФИО7 в бюджет обязательных платежей за должника, но не подтверждает оплату ФИО3 спорного оборудования.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности оплаты по оспариваемому договору.

Согласно абзацу 2 пункта 8 Постановления № 63 для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В порядке абзаца пятого пункта 8 постановления № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

По смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных в том числе сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме. По сути, такое условие соглашения о полном размере стоимости прикрывает (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) собою условие о фактической (меньшей) стоимости предоставления контрагента, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.08.2017 № 310-ЭС17-4012 по делу № А64-8376/2014).

Судом первой инстанции верно учтено, что поведение сторон сделки в период с даты ее заключения (20.12.2019) также не соответствуют поведению сторон действительной сделки: ФИО3 вплоть до 2023 года не предпринимал мер к получению имущества, ФИО7 при заключении договора купли-продажи не упомянул о том, что имущество по договору хранения в 2018 году передано в ООО «СК-43» и только 20.05.2021 в дополнительном соглашении к договору купли-продажи ознакомил с этим обстоятельством покупателя; не упоминал ранее о продаже имущества ни в настоящем деле, ни в иных делах по поводу спорного оборудования.

Как отмечает конкурсный управляющий, 06.08.2020 судебным приставом-исполнителем Слободского МОСП по исполнительному производству № 42289/18/37004-СД наложен арест на оборудование, принадлежащее должнику ООО «Русское купечество». Указанный арест произведен в период, когда ФИО7 являлся руководителем ООО «Русское купечество». Однако, ни ФИО7, ни ФИО3 в ходе ареста не заявляли о том, что оборудование уже не является собственностью ООО «Русское купечество».

Из решения Слободского районного суда Кировской области от 16.06.2021 по делу № 2-773/2021 следует, что в ходе судебного заседания по иску ООО «Русское купечество» об освобождении от ареста имущества (момент ареста- 06.08.2020), находящегося на хранении в ООО «СК43» на основании договора хранения от 21.10.2018, представитель истца ООО «Русское купечество» ФИО7 в судебном заседании утверждал, что спорное оборудование действительно продавалось ООО «ТД «Русское купечество», однако в 2017 и 2018 гг. договоры купли-продажи расторгнуты в связи с неоплатой, оборудование осталось в собственности ООО «Русское купечество».

Оценив представленные в дело доказательства, Слободской районный суд Кировской области пришел к выводу о том, что оборудование является собственностью ООО «Русское купечество».

Впервые ФИО7 упомянул об отчуждении спорного оборудования при рассмотрении дела № А28-11939/2021 в Арбитражном суде Кировской области по иску конкурсного управляющего об истребовании имущества с ответственного хранения ООО «СК-43», как аргумент об отсутствии оснований для передачи имущества в ООО «Русское купечество», однако в материалы указанного дела надлежащим образом оформленного договора не представил (был представлен проект договора без указания покупателя), в связи с чем суд при вынесении решения не принял во внимание указанное обстоятельство.

По каким причинам в материалы дела № А28-11939/2021 не был представлен оспариваемый договор от 20.12.2019, заключенный с ФИО3, разумных объяснений не представлено.

Таким образом, как верно заключил суд первой инстанции, информация о сделке была представлена после предъявления конкурсным управляющим требования к ООО «СК43» о передаче спорного оборудования в конкурсную массу должника с целью воспрепятствования этому требованию.

Таким образом, учитывая, что оспариваемый договор заключен после введения в отношении должника процедуры наблюдения в отношении ликвидного имущества должника, оплата по договору фактически не произведена, имущество по договору фактически не было передано покупателю, принимая во внимание, что сведения о заключении указанного договора длительное время не раскрывались бывшим директором должника в иных спорах, а также ФИО3 длительное время не принимал активных действий по получению приобретенного имущества, суд апелляционной инстанции приходит выводу о наличии у оспариваемой сделки признаков мнимой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

При этом, как верно отметил суд первой инстанции с учетом вышеуказанного анализа поведения сторон сделки, сделка заключена при наличии злонамеренной воли обеих ее сторон.

Поскольку в настоящий момент имущество находится в конкурсной массе должника, а доказательств оплаты ФИО3 спорного оборудования не представлено, оснований для применения последствий недействительности сделки не имеется.

ФИО3 в своем заявлении (поступило в суд в электронном виде 26.09.2023 (том 3 л.д. 10) указал, что конкурсным управляющим пропущен срок для оспаривания сделки.

В статье 195 ГК РФ определено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным законом.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий утвержден 15.06.2021, с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился 27.09.2023.

Доказательств того, что о существовании договора купли-продажи от 20.12.2019 конкурсному управляющему было известно до 27.09.2020, в материалы дела не представлено.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в материалы дела № А28-11939/2021 был представлен проект договора без указания покупателя, то есть конкурсный управляющий не мог знать о надлежащем ответчике по требованию о признании сделки недействительной.

Таким образом, срок исковой давности конкурсным управляющим пропущен не был.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционным жалобам относятся на заявителей жалоб. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 26.02.2024 по делу № А17-9611/2018 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русское купечество» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий 

 

Судьи

Е.В. Шаклеина

 

Т.М. Дьяконова

 

Н.А. Кормщикова