АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426008, 

<

...>

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 8843/2025

19 декабря 2025 года

г. Ижевск

Резолютивная часть решения объявлена 16 декабря 2025 года.

Решение в полном объеме изготовлено 19 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Мелентьевой А.Р., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Козьминых К.И., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств вебконференции дело по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к 1. Обществу с ограниченной ответственностью «Сникфреш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 2. Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о расторжении договора, взыскании долга, убытков,

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО3 – представитель (доверенность от 08.08.2025),

от ответчиков: ФИО4, ФИО5 – представители (доверенность от 01.09.2025),

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Сникфреш» (далее – ООО «Сникфреш») о расторжении договора, взыскании долга, убытков.

Определением суда от 29.07.2025 на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Индивидуальный предприниматель ФИО2.

Определением суда от 19.11.2025 ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве соответчика (статьи 46 АПК РФ).

В заседании суда 16.12.2025 судом на основании статьи 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований, а именно о взыскании с ИП ФИО2 900 000 рублей паушального взноса, расходов, понесенных в связи с осуществлением предпринимательской деятельности с применением КИП по Договору № 116/СФ23 от 14 августа 2023 года, расторжении договора коммерческой концессии 116/СФ23 от 14 августа 2023 года.

В порядке статьи 163 АПК РФ дело рассмотрено с перерывом в судебном заседании 08, 16 декабря 2025 года, о чем вынесено протокольное определение.

Истец требования поддержал, привел доводы, изложенные в иске.

Ответчики требования не признали по мотивам, изложенным в отзывах на иск.

Как следует из материалов дела, 14.08.2023 между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 был заключен договор коммерческой концессии №116/СФ23 от 14.08.2023, согласно которому Правообладатель представляет Пользователю право использования в его предпринимательской деятельности КИП, а Пользователь обязуется своевременно уплатить Правообладателю вознаграждение в порядке и на условиях, определенных настоящим Договором (п.1.1. Договора).

Пользователь вправе использовать КИП для открытия 4 Предприятий на территории использования КИП, указанной в п.1.3. настоящего Договора. При этом Стороны особо оговорили, что 1 Предприятие может быть открыто в формате (цех + пункт приема), 2 Предприятия могут быть открыты Пользователем исключительно в формате Точек Приема, а 1 Предприятие может быть открыто Пользователем исключительно в формате Постамата «Sneaknfresh» (п.1.5. Договора).

Согласно пункту 2.2. Договора размер Паушального Взноса составляет 900 000,00 рублей, без НДС, из них:

- 500 000,00 рублей за предоставление Пользователю права использования КИП для открытия 1 (первого) Предприятия;

- 200 000,00 рублей за предоставление Пользователю права использования КИП для открытия 2 (второго) Предприятия в формате точки приема;

- 200 000,00 рублей за предоставление Пользователю права использования КИП для открытия 3 (третьего) Предприятия в формате точки приема.

В силу п.2.7. Договора, роялти подлежит оплате Пользователем ежемесячно, не позднее 5-го числа месяца, следующего за отчетным.

Размер Роялти составляет:

- 15 000,00 рублей за 1 (первую) открытую Точку приема;

- 5 000,00 рублей за каждую последующую Точку приема.

Обязательства по оплате паушального взноса и роялти исполнены ИП ФИО1 надлежащим образом, что подтверждается платежными поручениями (представлены в материалы дела).

Стороны особо оговорили, что в случае если по истечении 4 (четырех) месяцев с Даты Открытия 1 (первого) Предприятия размер полученной Пользователем в 1 (одном) из 4 (четырех) указанных месяцев выручки не составит 300 000.00 (триста тысяч) рублей (или более), то Пользователь вправе отказаться от дальнейшего исполнения настоящего Договора, а Правообладатель (по запросу Пользователя) обязуется вернуть Пользователю уплаченный им Паушальный Взнос, а также возместить Пользователю следующие документально подтвержденные расходы, понесенные им в связи с осуществлением предпринимательской деятельности с применением КИП по настоящему Договору: расходы на аренду и ремонт Помещения, рекламу Услуг, найм Работников Пользователя, приобретение используемых в работе Предприятия мебели, инструментов, оборудования и расходных материалов. Указанные суммы подлежат уплате в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента получения Правообладателем соответствующего уведомления от Пользователя. Стороны пришли к соглашению о том, что существенным условием для возврата денежных средств будет являться обеспечение Пользователем непрерывного функционирования Предприятия, несение всех необходимых расходов, надлежащее исполнение всех обязательств по настоящему Договору, а также соблюдение всех обязательных указаний и рекомендаций Правообладателя (17.2. Договора).

Согласно пункту 17.3. Договора о своем намерении отказаться от исполнения настоящего договора в соответствии с п. 17.2 настоящего Договора Пользователь должен уведомить Правообладателя в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента окончания четырехмесячного срока, установленного в п. 17.2 настоящего Договора. Стороны особо оговорили, что предусмотренный настоящим пунктом срок реализации Пользователем права на отказ от исполнения настоящего договора в соответствии с п. 17.2 настоящего Договора является пресекательным. Пользователь обязуется приложить к указанному уведомлению документы, подтверждающие несение расходов (договоры, чеки, платежные поручения), а также документы, подтверждающие исполнение обязательных указаний и рекомендаций Правообладателя. Стороны пришли к соглашению о том, что без приложения указанных документов Правообладатель вправе не удовлетворять требование о возврате денежных средств.

В силу пункта 17.4. Договора в целях подтверждения факта недостижения Пользователем финансового результата работы Предприятия, установленного в п. 17.2 настоящего Договора. Правообладатель вправе запрашивать у Пользователя выписки по расчетному и (или) лицевому счету Пользователя, доступ к применяемым в работе Предприятия CRM- и ERP-системам и онлайн-кассам, отчеты по онлайн-кассе и иные документы. В случае непредоставления Правообладателю указанных в настоящем пункте документов / доступов Пользователь лишается права на отказ от исполнения настоящего Договора в соответствии с п. 17.2 настоящего Договора.

Между тем с момента открытия первого Предприятия (14.11.2023) размер полученной выручки в одном из четырех месяцев не превысил 300 000,00 рублей.

Уведомлением от 06.05.2025, истцу стало известно о том, что 30.04.2025г. между ООО «Сникфреш» и ИП ФИО2 был заключен Договор об уступке права требования (цессия) № 1, в соответствии с которым право требования уплаты задолженностей, возникших из заключенных между ИП ФИО2 и ИП ФИО1 договорам коммерческой концессии, иным договорам, предусматривающим использование товарного знака и предполагающим уплату периодических платежей, перешло к новому кредитору.

Направленная в адрес ООО «Сникфреш» претензия о прекращении действия договора, возврате уплаченных денежных средств, оставлена без удовлетворения.

Данное обстоятельство послужило истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Заслушав участников процесса, исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.

В заседании суда 19.11.2025 в соответствии со статьей 46 АПК РФ к участию в деле в качестве соответчика привлечен ИП ФИО2

Исковые требования истцом уточнены. Иск заявлен к ИП ФИО2, поскольку договором уступки права требования (цессии) № 1 к ООО «Сникфреш» передано лишь правотребования уплаты задолженностей, возникших из заключенных между ИП ФИО2 и ИП ФИО1 договорам коммерческой концессии, иным договорам, предусматривающим использование товарного знака и предполагающим уплату периодических платежей, перешло к новому кредитору.

В связи с чем исковые требования к ООО «Сникфреш» удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

Вознаграждение по договору коммерческой концессии может выплачиваться пользователем правообладателю в форме фиксированных разовых и (или) периодических платежей, отчислений от выручки, наценки на оптовую цену товаров, передаваемых правообладателем для перепродажи или в иной форме, предусмотренной договором (статьи 1030 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1031 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель обязан передать пользователю техническую и коммерческую документацию и предоставить иную информацию, необходимую для осуществления прав, предоставленных ему по договору коммерческой концессии, а также проинструктировать пользователя и его работников по вопросам, связанным с осуществлением этих прав.

К договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям главы 54 Кодекса и существу договора коммерческой концессии (пункт 4 статьи 1027 ГК РФ). В соответствии с пунктом 2 статьи 1233 ГК РФ к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307–419) и о договоре (статьи 420–453), поскольку иное не установлено правилами настоящего раздела и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

Таким образом, лицо, вступая в отношения, урегулированные нормами права, должно не только знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона.

Пунктом 1 статьи 1465 ГК РФ установлено, что секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В пункте 1 статьи 1466 ГК РФ указано, что обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Согласно пункту 1 статьи 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 450 ГК РФ договор может быть изменен или расторгнут по требованию одной из сторон по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно пункту 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с абзацем вторым пункта 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в определении от 28 февраля 2017 года № 430-О, подпункт 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ, указывающий в качестве основания расторжения договора по решению суда по требованию одной из сторон существенное нарушение договора другой стороной, предполагает определение судом в конкретном деле в рамках его дискреционных полномочий, является ли нарушение договора существенным по смыслу данной нормы, и направлен на защиту интересов одной стороны договора при нарушении договора другой стороной. Данный подпункт обеспечивает справедливый баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Истец, требуя расторжения договора, ссылается на следующие обстоятельства.

Согласно пункту 7.1. Договора Пользователь обязуется обеспечить открытие Предприятий с применением КИП по настоящему Договору в следующем порядке:

- Открытие 1 (первого) Предприятия не позднее «01» октября 2023 года;

- Открытие 2 (второго) Предприятия в формате точки приема не позднее «01» декабря 2023 года:

- Открытие 3 (третьего) Предприятия в формате точки приема не позднее «01» декабря 2023 года;

- Открытие 4 (четвертого) Предприятия в формате постамата не позднее «01» декабря 2023 года.

Однако в рамках заключенного договора была открыта только одна точка (14.11.2023) из четырех. Позднее открытие 1 предприятия было согласовано с ответчиком, в связи с чем в указанной части доводы ответчика судом отклонены, поскольку период начала работы первого предприятия никоим образом не связан с пунктом 17.2, в котором отсутствуют какие-либо сроки начала работы предприятия. Пункт 17.2 устанавливает только гарантию получения выручки, превышающей 300 000 руб. в одном из четырех месяцев работы предприятия с даты открытия точки.

Последующие точки открыты не были, в том числе из-за того, что истец не смог приступить к ведению предпринимательской деятельности, ввиду несогласования помещений со стороны правообладателя, а также ввиду нарушения срока поставки постамата, его непригодности к использованию. Указанные обстоятельства подтверждены перепиской сторон и не отрицаются ИП ФИО2

Из представленных истцом документов (чеки ККТ) следует, что выручка от работы предприятия истца в одном из четырех месяцев работы не превысила 300 000 руб., в связи с чем ИП ФИО1 воспользовалась предоставленным ей пунктом 17.2 договора правом на отказ от его исполнения, направив в адрес ответчика 27.08.2024 претензию о расторжении договора, возврате паушального взноса, возмещении понесенных убытков.

Не согласившись с направленной претензией, ответчик отказался от возврата паушального взноса и возмещении убытков, ссылаясь на нарушение истцом условий договора.

Между тем ссылка ответчика на то обстоятельство, что согласно представленным истцом данным CRM-системы часть заказов отмечена «закрыт неуспешно», что свидетельствует об искусственном занижении выручки, судом признана необоснованной и не подтвержденной документально.

Так согласно пояснениям истца указанная отметка проставлялась в случае невозможности исполнить заказ, а именно невозможности устранения загрязнений. Доказательства обратного ответчиком суду не представлены. Доказательства, свидетельствующие о каком-либо недобросовестном поведении истца, материалы дела не содержат. Более того даже в случае успешного исполнения заказов, которые были закрыты с подобной отметкой доход истца не превысил бы 300 000 руб. в установленный договором срок.

Также судом отклонены доводы ответчика о том, что гарантийные обязательства по пункту 17.2 договора действуют только при условии открытия пользователем всех четырех точек.

В пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» указано, что при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно п.17.2. Договора, стороны особо оговорили, что в случае если по истечении 4 (четырех) месяцев с Даты Открытия 1 (первого) Предприятия размер полученной Пользователем в 1 (одном) из 4 (четырех) указанных месяцев выручки не составит 300 000.00 (триста тысяч) рублей (или более), то Пользователь вправе отказаться от дальнейшего исполнения настоящего Договора, а Правообладатель (по запросу Пользователя) обязуется вернуть Пользователю уплаченный им Паушальный Взнос, а также возместить Пользователю следующие документально подтвержденные расходы, понесенные им в связи с осуществлением предпринимательской деятельности с применением КИП по настоящему Договору: расходы на аренду и ремонт Помещения, рекламу Услуг, найм Работников Пользователя, приобретение используемых в работе Предприятия мебели, инструментов, оборудования и расходных материалов. Указанные суммы подлежат уплате в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента получения Правообладателем соответствующего уведомления от Пользователя. Стороны пришли к соглашению о том, что существенным условием для возврата денежных средств будет являться обеспечение Пользователем непрерывного функционирования Предприятия, несение всех необходимых расходов, надлежащее исполнение всех обязательств по настоящему Договору, а также соблюдение всех обязательных указаний и рекомендаций Правообладателя.

Из буквального толкования указанного условия, суд не усматривает, что для реализации права пользователя необходимо функционирование всех предприятий, достаточно лишь одного из четырех, которое будет работать непрерывно. Указанное требование истцом было исполнено.

Так разрыв между открытием первого и открытием последующих точек составляет один месяц, в связи с чем предполагается работа одного предприятия в течение, по крайней мере, одного месяца.

При этом суд отмечает, что действующим законодательством Российской Федерации не допускается противоречивое и недобросовестное поведение субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Так согласно представленной переписке ответчик, являясь стороной договора, чья редакция была принята истцом, и который зная о наличии гарантийных обязательств, предусмотренных пунктом 17.2 договора, тем не менее согласился с тем, что срок открытия первого предприятия будет перенесен. Несмотря на согласование в договоре сроков ответчик тем не менее не настаивал на открытии последующих точек приема, а также просрочил поставку постамата, который к тому же оказался непригодным к использованию. Данные обстоятельства свидетельствуют о противоречивом и непоследовательном поведении правообладателя, которое попадает под действие принципа "эстоппель", а также положений части 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ и лишает ответчика права на судебную защиту соответствующей позиции.

Истец в настоящем споре является слабой стороной, в связи с чем все разночтения в отсутствие иных подтверждающих позицию ответчика доказательств, свидетельствующих о том, что данное условие подлежит толкованию в иной интерпретации подлежат толкованию в пользу слабой стороны, которая, подписывая договор, полностью полагалась на содействие со стороны ответчика, как профессионального участника этого рынка.

Доводы ответчика о том, что истцом нарушен срок на отказ от исполнения договора, предусмотренный пунктом 17.3 договора – в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента окончания четырехмесячного срока, который является пресекательным, судом также отклонен.

Несоблюдение срока направления претензии при наличии обстоятельств, свидетельствующих о наступлении гарантийных обязательств одной из сторон, по мнению суда, не может лишать слабую сторону права на защиту ее нарушенных прав.

Также судом отклонены доводы ответчика о том, что истцом не исполнены все требования о проведении маркетинговых мероприятий, рекламе предприятия, ведении социальных сетей, поскольку они противоречат представленным в дело доказательствам. Более того как пояснял сам ответчик в процессе в первые месяцы им осуществлялось постоянное сопровождение деятельности истца в соответствии со всеми рекомендациями.

Также несостоятельны доводы истца о том, что истец не вправе расторгать договор со ссылкой на пункт 17.2 договора в связи с наличием задолженности по оплате роялти. Между тем как установлено судом, суммы роялти оплачены истцом после получения от ответчика ответа на претензию, при этом сумма задолженности истца образовалась на момент, когда истец принял решение о расторжении договора в соответствии с пунктом 17.2 договора.

В части доводов сторон об отсутствии государственной регистрации договора, суд полагает, что факт отсутствия государственной регистрации не свидетельствует об отсутствии обязательственных отношений между правообладателем и пользователем, поскольку существенные условия договора сторонами согласованы.

Суд обращает внимание на то, что с момента получения претензии, договор сторонами фактически не исполнялся. Также суд полагает, что фактические действия сторон в ходе судебного разбирательства свидетельствуют о нежелании в дальнейшем исполнять условия договора. При этом соглашение о расторжении договора суду не представлено.

При изложенных обстоятельствах заявленные истцом требования в части расторжения договора коммерческой концессии №116/СФ23 от 14.08.2023 суд считает обоснованными.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

В рассматриваемом случае, учитывая вышеизложенные обстоятельства, основания для удержания перечисленных истцом денежных средств отпадают с расторжением договора. Получатель денежных средств (ответчик), уклоняющийся от возврата перечисленных денежных средств истцу, несмотря на отсутствие оснований для удержания, является лицом, неосновательно удерживающим денежные средства.

Факт оплаты истцом денежных средств в размере 400 000 руб. (на открытие 3 точек) подтвержден представленным в материалы дела платежным поручением от 28.08.2023 № 29.

Учитывая, что договор коммерческой концессии №116/СФ23 от 14.08.2023 признан судом расторгнутым, спорные точки приема не открыты (2-4), не функционировали, оснований для удержания спорной суммы, перечисленной истцом по указанному договору, у ответчика не имеется, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика 400 000 руб. неосновательного обогащения подлежат удовлетворению в соответствии со статьей 1102 ГК РФ.

В части требования истца о взыскании суммы паушального взноса в размере 500 000 руб. за открытие первой точки, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно правовой позицией, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Так истец, заключая договор с ответчиком и открывая первое предприятие, оплатил паушальный взнос в размере 500 000 руб., предполагая возместить паушальный взнос за счет доходов от предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 4.1 договора правообладатель обязан обеспечить пользователю содействие в использовании КИП путем консультаций представителей Пользователя посредством электронной почты, оказывать максимальное содействие Пользователю в вопросах повышения качества Услуг, увеличения выручки и минимизации расходов всеми не запрещенными действующим законодательством РФ способами.

На основании пункта 4.2 договора правообладатель имеет право осуществлять постоянный контроль за соблюдением пользователем обязательных правил и требований в ходе оказания услуг с использованием КИП правообладателя, а также контролировать качество оказываемых услуг или истребовать для этого у пользователя всю необходимую информацию, контролировать качество услуг, оказываемых пользователем путем постпродажной оценки клиентами качества услуг (посредством специального программного обеспечения), посредством методов «тайные покупатели», видеомониторинга, телефонного мониторинга и иными средствами.

Указанных действий, по мнению суда, ответчиком не осуществлялось, доказательства мониторинга суду не представлены. Кроме того, ответчик не предпринимал действий по выяснению причин неуспешных закрытий заказов, имея данные CRM-системы. Таким образом в действиях ответчика усматривается вина в нарушении принятых на себя обязательств по договору, что повлекло за собой причинение истцу убытков.

Между тем как указано в пункте 2 статьи 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела в действиях истца также присутствуют признаки наличия вины. Так истцом нарушены сроки на обращение к ответчику с претензией об отказе от исполнения договора, при этом в течение срока действия договора истец не обращался к ответчику с претензиями относительно того, что выручка от деятельности предприятия не соответствует установленной в договоре, с просьбой оказать содействие в повышении выручки.

Таким образом, поскольку судом установлено, что имеется факт ненадлежащего исполнения обязанностей, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, а также наличие причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и причиненными наступившими негативными последствиями суд полагает возможным распределить ответственность между сторонами договора поровну.

Учитывая, что ответственность ответчика следует определять с учетом виновных действий (бездействия) истца с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, суд считает, что ответственность ответчика должна составлять 50% от заявленных убытков истца, что составляет 250 000 руб. Оснований для возложения на ответчика ответственности в большем размере не усматривает.

Кроме этого, истцом также заявлены к взысканию расходы в размере 512 319 руб., состоящие из: аренда и ремонт помещения в размере 225 000 руб., реклама услуг в размере 162 108 руб., приобретение используемых в работе предприятия мебели, инструментов, оборудования и расходных материалов в размере 125 211 руб.

В силу положений части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем, истцом не представлено надлежащих доказательств несения расходов на аренду и ремонт помещения, а также на рекламу услуг.

В материалы дела представлен договор на ремонт квартиры от 28.09.2023. Пояснений в отношении взаимосвязи ремонта помещения для осуществления предпринимательской деятельности и квартиры истцом не представлено.

Также в материалы дела представлены платежные поручения №48 от 27.12.2023, №43 от 30.11.2023. Тем не менее суду не представлены первичные доказательства (договоры, счета на оплату, акты оказанных услуг), макеты реклам и др. Таким образом, суду не представляется возможным соотнести оказанные услуги с заключенным сторонами договором.

В части взыскания расходов на приобретение используемых в работе предприятия мебели, инструментов, оборудования и расходных материалов суд обращает внимание на то, что материалами дела не подтверждено использование указанной мебели, оборудования в предпринимательской деятельности истца. При этом требуя возмещения расходов в указанной части, истец не предлагает предоставить указанное имущество в распоряжение ответчика.

Более того суд соглашается с доводами ответчика о том, что при направлении претензии указанные расходы истцом документально подтверждены не были.

Таким образом, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в соответствии со статьями 65, 71 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде понесенных расходов в размере 512 319 руб.

С учетом принятого решения на основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 46 006 руб. 10 коп.

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 17 630 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании пункта 1 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).

Руководствуясь статьями 15, 49, 110, 167-171, 176, 181 АПК РФ, пунктом 1 части 1 статьи 333.40 НК РФ, Арбитражный суд Удмуртской Республики

решил:

Расторгнуть договор коммерческой концессии от 14.08.2023 № 116/СФ23, заключенный между Индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 250 000 рублей убытков, 400 000 неосновательного обогащения; а также 46 006 рублей 10 копеек в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета 17 630 рублей государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 22.07.2025 № 16.

Решение может быть обжаловано в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья А.Р. Мелентьева