ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс 

<

***> 

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула Дело № А09-8490/2024 05.11.2025 20АП-3963/2025, 20АП-3965/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 21.10.2025 Постановление в полном объеме изготовлено 05.11.2025 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Макосеева И.Н., судей Девониной И.В. и Волковой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Четокиной П.С., рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном путем использования системы веб- конференции, апелляционные жалобы ФИО1 и Астаповой (ранее – ФИО2) Анастасии Владимировны на определение Арбитражного суда Брянской области от 08.07.2025 по делу № А09-8490/2024, вынесенное по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО3 к ФИО1 и Астаповой (ранее – ФИО2) Анастасии Владимировне (г. Брянск) о признании недействительным соглашения от 30.10.2023 о разделе общего имущества между бывшими супругами и применении последствий недействительности сделки  

заинтересованные лица: 1) ПАО «Сбербанк России»; 2) нотариус Брянского нотариального округа Брянской области ФИО4; 3) ФИО5; 4) открытое акционерное общество КБ «Стройкредит» в лице конкурсного управляющего Государственная корпорация Агентство по страхованию вкладов (г. Москва),  

в рамках дела о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Таураге Литовская ССР; ИНН 

<

***>, адрес регистрации: 

<

...>), возбужденного по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ПКО «Эксперт Сибирь»,  

при участии в судебном заседании: 

финансовый управляющий имуществом ФИО1 ФИО6 (в режиме веб-конференции, паспорт, лично),  

ФИО7 (паспорт, лично), 

от ФИО7: представитель ФИО8 (удостоверение адвоката, допущена к участию в судебном заседании по устному заявлению ФИО7 в порядке части 4 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  

в отсутствие других участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,  

УСТАНОВИЛ:

ООО ПКО «Эксперт Сибирь» обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 30.08.2024 заявление принято к производству. 

Определением суда от 16.12.2024 (резолютивная часть объявлена 05.12.2024) заявление ООО ПКО «Эксперт Сибирь» признано обоснованным, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО3.  

Решением суда от 12.05.2025 (резолютивная часть объявлена 12.05.2025) индивидуальный предприниматель ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО3; признана утратившей силу государственная регистрация ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя.  

Финансовый управляющий имуществом ФИО1 Понаморенко Д.С. 24.12.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой соглашение от 30.10.2023 о разделе общего имущества между бывшими супругами, заключенное ФИО1 и ФИО9, и применении последствий недействительности сделки в виде:  

- возврата в единоличную собственность ФИО1 квартиры с кадастровым номером 32:28:0030902:2275, расположенной по адресу: 

<

...>, и возврата в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО9 земельного  

участка с кадастровым номером 32:02:0160413:167 и здания (жилого) с кадастровым номером 32:02:0160413:350, площадью 188,6 кв.м, расположенных по адресу Брянская область, муниципальный район Брянский, сельское поселение Супоневское, 

<

...>;  

- установить, что обязательства ФИО1 и ФИО9 перед ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2024 и договору ипотеки являются общими совместными независимо от заключения соглашения от 30.10.2023 о разделе общего имущества.  

Определением суда от 24.12.2024 заявление принято к производству. 

Определением суда от 08.07.2025 заявление удовлетворено: признано недействительным соглашение от 30.10.2023 о разделе общего имущества между бывшими супругами, заключенное ФИО1 и ФИО10, удостоверенное нотариусом – ФИО11, временно исполняющей обязанности нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО4. Применены последствия недействительности сделки в виде:  

- возврата в единоличную собственность ФИО1 квартиры с кадастровым номером 32:28:0030902:2275, расположенную по адресу: 

<

...>;  

- возврата в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО9 земельного участка с кадастровым номером 32:02:0160413:167 и здания (жилой дом) с кадастровым номером 32:02:0160413:350, расположенные по адресу: 

<

...>;  

- восстановления записи в ЕГРН о праве собственности на указанные объекты недвижимого имущества, имевшиеся до заключения соглашения о разделе имущества от 30.10.2023;  

- обязательства перед ПАО «Сбербанк России» как созаемщиков по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014, обеспеченному залогом недвижимого имущества, признаны общими обязательствами ФИО1 и ФИО9  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 и ФИО9 обратились в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.  

ФИО1 в обоснование своей позиции ссылается на то, что ФИО9 не была осведомлена о неплатежеспособности должника, поскольку на момент расторжения брака и прекращения введения совместного  

хозяйства хозяйственной (14.09.2021), а также на момент приобретения спорной квартиры (с января по октябрь 2023 года). При этом должник в период с 2019 года по дату заключения сделки продолжал расчеты с кредиторами, каких-либо мер (действий), направленных на сокрытие имущества, не предпринимал. Отмечает, что с 2019 года супруги не вели совместное хозяйство, ввиду чего ФИО9 не была осведомлена о неплатежеспособности должника. Указывает на то, что в отсутствие ограничений, запретов и арестов на представляемом в личную собственность бывшей супруге недвижимом имуществе следует полагать, что бывшая супруга должника проявила должную осмотрительность при совершении сделки, а действия самого должника по приобретению квартиры за счет собственных средств в свою личную собственность свидетельствуют об открытости действий должника и отсутствии цели причинения ущерба кредиторам. Указывает на то, что в результате оспаривания сделки отсутствует эффективное пополнение конкурсной массы, поскольку суд первой инстанции пришел к выводу отсутствии оснований проверки спорной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так как осуществленное между сторонами распределение недвижимого имущества являлось равнозначным. Отмечает, что в результате оспаривания сделки увеличена нагрузка на конкурсную массу должника, так как увеличен размер текущих платежей на сумму 207 397 руб., и предполагается возникновение требования на сумму 900 200 руб. Полагает необоснованным удовлетворение требования финансового управляющего в части признания общим обязательством супругов А-вых обязательства перед ПАО «Сбербанк России» как созаемщиков по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014, обеспеченному залогом недвижимого имущества.  

ФИО9 в обоснование своей позиции ссылается на то, что при рассмотрении спора финансовым управляющим не доказаны обстоятельства, предусмотренные пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63). Указывает на то, что единственной целью заключения соглашения о разделе имущества являлось окончательное завершение семейных отношений с должником и восстановление справедливого баланса имущественных прав бывшей супруги. Ссылается на то, что в результате совершенной сделки должник получил в единоличную собственность жилой дом площадью 188,6 кв.м и земельный участок, ранее являвшихся совместной собственностью бывших супругов. В результате сделки финансовое положение должника не ухудшилось, поскольку стоимость 1/2 дома  

и земельного участка даже с учетом остатка по кредиту превышает стоимость переданной бывшей супруге квартиры. Указывает на то, что после развода должник отказывался продавать дом для раздела сумм от реализации, так как хотел продолжать в нем жить; по размеру компенсации за долю имелись разногласия. После долгих переговоров пришли к договоренности, согласно которой должник покупает за свой счет квартиру взамен той, которую ранее ФИО9 продала, направив полученные от ее реализации денежные средства на приобретение дома и земельного участка. Отмечает, что ни финансовым управляющим, ни судом не оспаривается наличие равноценного встречного исполнения по сделке, в связи с чем судом отказано в проведении экспертизы. Считает, что наличие исполнительского иммунитета не может явиться самостоятельным и бесспорным основанием для признания недействительными сделок должника по отчуждению жилой недвижимости и не делает автоматически единственной целью заключения таких сделок причинение вреда имущественным правам кредиторов. Указывает на то, что за счет собственных средств производила улучшение дома, что подтверждается договором подряда № 2014/23 от 27.10.2014. После заключения соглашения о разделе фактически восстановлено то имущественное положение, которое было до брака, супруга получила в личную собственность квартиру взамен той, которую она реализовала. Отмечает, что оспариваемым определением лишилась права на единственное жилье. При банкротстве должника один из его объектов недвижимости получит исполнительский иммунитет и будет сохранен; однако такая возможность у апеллянта отсутствует, и фактически ФИО9 будет лишена жилья, останутся лишь обязательства по ипотеке в отношении чужого дома. Полагает, что бывшая супруга не является заинтересованным аффилированным лицом по отношению к должнику. Указывает на то, что супруги, в том числе бывшие, вправе по своему усмотрению не только изменять режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке, но и включать в брачный договор и в иное соглашение, определяющее имущественное положение его участников, в том числе в соглашение о разделе имущества, любые не противоречащие закону условия, в том числе и о распоряжении имуществом, являющимся личным имуществом каждого из супругов. Правовой режим сделки при выплате компенсации по соглашению деньгами, а не имуществом, никак не изменился бы. Данное обстоятельство не влияет на наличие либо отсутствие оснований для оспаривания сделки. Ссылается на то, что не могла знать о наличии признаков неплатежеспособности должника и потенциальной возможности ущемления интересов кредиторов, поскольку более двух лет не являлась его супругой. Полагает недоказанным наличие неплатежеспособности должника на момент заключения  

сделки, поскольку у должника имелся доход в размере 165 000 руб. При этом задолженность перед единственным кредитором ООО ПКО «Сибирь» в сумме 312 915 руб. 52 коп. не являлась для должника критической. Выражает несогласие с доводами о том, что в течение периода ипотечного кредита оплата производилась только процентов по кредиту, так как кредит имеет длительный срок погашения до 2039 года, по общему правилу в первые годы основную часть любого платежа по кредиту составляют именно проценты по кредиту; платежи осуществлялись своевременно в соответствии с графиком платежей до введения процедуры банкротства. У плательщика по кредиту отсутствует обязанность по внесению досрочных платежей; их внесение либо не внесение является правом заемщика и не может являться критерием неплатежеспособности.  

От финансового управляющего имуществом ФИО1 Понаморенко Д.С. в суд 17.10.2025 поступил отзыв на апелляционную жалобу, против ее удовлетворения возражает.  

От ФИО7 17.10.2025 в суд поступили возражения на отзыв финансового управляющего, апелляционную жалобу поддерживает.  

ФИО7 и ее представитель в судебном заседании апелляционную жалобу поддержали, настаивал на ее удовлетворении.  

Финансовый управляющий имуществом ФИО1 Понаморенко Д.С. в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве.  

Другие участвующие в деле лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.  

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 и 272 АПК РФ в пределах доводов жалоб.  

Изучив материалы дела и доводы жалоб, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены определения по следующим основаниям.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями,  

установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 состоял в браке с ФИО10 в период с 11.06.2014 по 14.09.2021.  

В период брака, между ФИО12 (покупатель) и ФИО13 (продавец) заключен договор купли-продажи от 25.09.2014, в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность покупателю жилой дом и расположенный под ним земельный участок, находящиеся по адресу: Брянская область, Брянский район, пер. 1-й Арсенальный, д. 8 (пункт 1 договора).  

В пункте 4 договора купли-продажи от 25.09.2024 указано, что объекты недвижимости приобретаются покупателем за счет кредитных средств, предоставляемых покупателю ПАО «Сбербанк России» в лице Брянского отделения № 8605. Кредит предоставляется согласно кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014 в размере 3 770 000 руб. на цели приобретения объекта недвижимости и оплату его улучшений, под условие нахождения объекта недвижимости в залоге у Банка в обеспечение исполнения всей суммы кредитного обязательства.  

Созаемщиками по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014 являлись супруги А-вы.  

Договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра по Брянской области 30.09.2014, а также в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН) в отношении указанных объектов недвижимости внесена запись об обременении ипотекой в пользу ПАО «Сбербанк России».  

Брак между ФИО1 и ФИО10 расторгнут 14.09.2021.  

Между ПАО «Сбербанк России» и созаемщиками ФИО1, ФИО12 заключено дополнительное соглашение от 26.10.2023 к кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014 о выводе из состава созаемщиков ФИО12, а также была аннулирована прежняя закладная к кредитному договору и оформлена закладная от 26.10.2023 в отношении жилого дома и земельного участка, согласно которой залогодателем является ФИО1  

Между ФИО1 и ФИО12 заключено соглашение от 30.10.2023 о разделе общего имущества между бывшими супругами 32 АБ 2163612 (т. 1, л.д. 11-12), по условиям которого жилой дом (32:02:0160413:350) и земельный участок (32:02:0160413:167), расположенные по адресу: Российская Федерация, Брянская область, муниципальный район Брянский, сельское поселение Супоневское, село  

Супонево, переулок 1-й Арсенальный, дом 8 будут являться личной собственностью ФИО1 (пункт 3 соглашения).  

В пункте 4 соглашения указано, что права и обязанности ФИО12, как залогодателя в отношении указанной недвижимости, переходят к ФИО1 с момента регистрации права собственности ФИО1 на указанный дом и земельный участок в Едином государственном реестре недвижимости. Также ФИО1 принимает на себя обязательства по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014.  

ФИО12 из числа заемщиков по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014 исключается (пункт 4.1 соглашения).  

В соответствии с условиями пункта 6 соглашения о разделе в качестве компенсации за полученное имущество ФИО1 передает ФИО12 принадлежащую ему на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 32:2860030902:2275.  

Соглашение удостоверено временно исполняющей обязанности нотариуса Брянского нотариального округа Брянской области ФИО4 – ФИО11.  

На основании указанного соглашения соответствующие записи внесены в ЕГРН:  

- о регистрации права собственности ФИО12 в отношении объекта недвижимости: квартиры, находящейся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 32:2860030902:2275 (от 01.11.2023 N 32:28:0030902:2275-32/074/2023-5);  

- о регистрации права собственности ФИО1 в отношении объектов недвижимости: жилого дома кадастровый номер 32:02:0160413:350 и земельного участка кадастровый номер 32:02:0160413:167, расположенных по адресу: 

<

...> (от 03.11.2023 № 32:02:0160413:350-32/084/2023-2 и № 32:02:0160413:167-32/084/2023-2 - соответственно).  

ФИО12 30.08.2024 переменила фамилию на Астапова (свидетельство о перемене имени 

<

...>).  

Ссылаясь на то, что соглашение о разделе имущества от 30.10.2023 заключено между заинтересованными лицами, сделка совершена в ущерб интересам кредиторов, в условиях неплатежеспособности должника и направлена на вывод из конкурсной массы должника имущества (пункты 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Оценив имеющиеся в материалах дела документы и объяснения представителей лиц, участвующих в деле с позиции статьи 71 АПК РФ, с учетом положений статей 61.2 Закона о банкротстве, разъяснений, содержащихся в Постановлении № 63, суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении заявления финансового управляющего.  

При этом суд области правомерно исходил из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

В силу статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.  

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником  

имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Оспариваемое соглашение заключено 30.10.2023, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом (30.08.2024), в связи с чем данная сделка может быть оспорена на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как следует из письменных пояснений финансового управляющего от 18.06.2025, возражая против ходатайства ответчика о назначении судебной оценочной экспертизы, финансовый управляющий указал, что рыночная стоимость спорных  

объектов недвижимого имущества, указанных в соглашении о разделе имущества, не ставится им под сомнение, соответственно и само соглашение не оспаривается по основанию отсутствия либо неравноценности встречного исполнения.  

Учитывая позицию финансового управляющего, суд первой инстанции определением от 19.06.2025 отклонил ходатайство ответчика ФИО7 о назначении судебной оценочной экспертизы в отношении определения рыночной стоимости спорных объектов недвижимого имущества.  

При этом финансовый управляющий указал, что основой оспаривания соглашения о разделе имущества является причинение вреда имущественным правам кредиторов в связи с выбытием имущества из конкурсной массы должника при одновременном увеличении обязательств должника.  

Таким образом, вопреки доводам заявителя жалобы, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (абзац четвертый пункта 9 Постановления № 63).  

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  

следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Как следует из материалов дела, на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства, перед кредиторами, в том числе перед заявителем по делу ООО «ПКО «Эксперт Сибирь» в сумме 423 499 руб. 02 коп., требования которого включены в реестр требований кредиторов и не погашены до настоящего времени.  

Указанные требования подтверждены решением Советского районного суда г. Брянска от 26.01.2016 по делу № 2-1105/2016, согласно которому с ИП ФИО1 в пользу ООО «ПКО «Эксперт Сибирь» (правопреемник – ОАО КБ «Стройкредит») взыскана задолженность 584 454 руб. 47 коп., в том числе: 312 915 руб. 52 коп. – основной долг, 101 538 руб. 95 коп. – проценты, 170 000 руб. – пени, а также расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в суд 9 044 руб. 50 коп.  

Определением суда от 16.12.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «ПКО «Эксперт Сибирь» в общем размере 1 149 262 руб. 68 коп., в том числе 312 915 руб. 52 коп. - основной долг, 657 302 руб. 61 коп. – проценты за пользование кредитом, 9 044 руб. 55 коп. – расходы по уплате государственной пошлины, 170 000 руб. – неустойка.  

Вопреки доводам ФИО7, в нарушение требований части 1 статьи 65 АПК РФ доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для погашения задолженности, в материалы настоящего спора не представлено.  

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что по состоянию на 30.10.2023 (дата заключения оспариваемого соглашения) должник отвечал признакам неплатежеспособности.  

Кроме того, судом области справедливо отмечено, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).  

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг.  

Действующим законодательством предусмотрена возможность заключения соглашения о разделе общего имущества между супругами либо бывшими супругами.  

Между тем, указанное обстоятельство, свидетельствует о том, что ФИО7, как заинтересованное по отношению к должнику лицо, знала или должна была знать о неисполненных обязательствах должника перед кредиторами по состоянию на дату заключения оспариваемого соглашения.  

Вопреки доводам ФИО7, требование конкурсного кредитора ООО «ПКО «Эксперт Сибирь» подтверждено вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Брянска от 26.01.2016 по делу № 2-1105/2016, которое принято и вступило в законную силу в период брака супругов А-вых.  

Таким образом, судом области верно указано, что на момент заключения оспариваемого соглашения должник знал о наличии у него неисполненных обязательств перед кредитором.  

Не могла не знать об этом и ФИО7, являвшаяся в этот момент супругой должника.  

Кроме того, информация о принятых в отношении должника судебных актах размещена в открытых источниках.  

Доводы ФИО7 о том, что она длительное время, как до официального расторжения брака, так и на момент заключения оспариваемого соглашения,  

находилась в неприязненных отношениях с ФИО1, совместное проживание с ним в спорном доме было невозможно, правомерно отклонены судом области, поскольку не подтверждены какими-либо доказательствами.  

В силу оспариваемого соглашения должник утратил права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами, а именно на квартиру, распложенную по адресу: 

<

...>, которая вообще не являлась совместно нажитым имуществом супругов, была приобретена ФИО1 после расторжения брака и являлась его единоличной собственностью.  

То недвижимое имущество, которое перешло в единоличную собственность должника, обременено ипотекой в пользу одного кредитора – ПАО «Сбербанк России», кроме того, стало единственно пригодным для проживания должника и в случае заключения должником и залоговым кредитором отдельного мирового соглашения (локального плана реструктуризации) вообще не подлежит включению в конкурсную массу.  

Иные кредиторы, в случае реализации указанного залогового имущества, не смогут получить удовлетворение своих требований.  

Таким образом, вопреки доводам заявителей жалоб установление оспариваемым соглашением режима собственности в отношении имущества супругов направлено на уменьшение конкурсной массы должника.  

При этом в результате заключения оспариваемого соглашения долг по кредитному договору перед ПАО «Сбербанк России» в полном объеме перешел в единоличное обязательство ФИО1, имевшего на тот момент признаки неплатежеспособности.  

Обязательства перед ПАО «Сбербанк России» должником погашены не были, в связи с чем кредитор обратился с соответствующим требованием к должнику в рамках настоящего дела о банкротстве о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размер 3 201 775 руб. 41 коп., как обеспеченных залогом недвижимого имущества должника.  

Определением суда от 30.09.2025 рассмотрение заявления ПАО «Сбербанк России» отложено на 30.10.2025.  

Как указал финансовый управляющий, платежи по погашению тела кредита за весь период кредитного обязательства, обеспеченного залогом недвижимого имущества, созаемщиками не вносились, уплачивались только проценты по кредитному договору.  

Судом области справедливо принято во внимание, что соглашение о разделе имущества супругов заключено спустя значительное время после расторжения брака – более двух лет.  

Вопреки доводам ФИО7, доказательств того, что при расторжении брака супругами инициировался спор о разделе совместно нажитого имущества в материалы настоящего дела не представлено.  

Пояснений по вопросу о том, рассматривалась ли возможность выплаты ФИО1 бывшей супруге денежной компенсации действительной стоимости ее доли в жилом доме и земельном участке, с использованием которой она могла бы приобрести собственное жилье, ответчиками суду также не представлено.  

Доказательства отсутствия у ФИО1 финансовой возможности выплатить бывшей супруге такую денежную компенсацию за передаваемую ему долю в общем имуществе в материалах дела отсутствуют.  

В тоже время судебная коллегия считает противоречивыми доводы ФИО7 о том, что супруги достигли соглашения, согласно которому должник покупает за свой счет квартиру и передает ее в обмен на отказ ФИО7 от доли в доме, поскольку договор купли продажи спорной квартиры заключен 23.01.2023, тогда как спорное соглашение заключено 30.10.2023.  

Согласно пояснениям ПАО «Сбербанк России» денежные средства в оплату кредита вносились через кассу банка наличными, и банк не располагает доказательствами того, кто именно вносил денежные средства.  

Согласно анкете ФИО12 от 12.09.2014, поданной в ПАО «Сбербанк России» перед получением кредита, ее ежемесячный доход составлял 25 000 руб. В подтверждение представлена справка 2-НДФЛ за 2014 год. Совокупный доход с супругом (ФИО1) был указан 115 000 руб. в месяц. ФИО12 в анкете указала, что испрашивает кредит на приобретение дома стоимостью 5 600 000 руб.  

Согласно анкете ФИО1 от 12.09.2014, поданной в ПАО «Сбербанк России» перед получением кредита, его ежемесячный доход составлял 90 000 руб., представлена справка работодателя, из которой следует, что он работает заместителем генерального директора ООО «Домино». В анкете также указано, что совокупный доход с супругой (ФИО12) составляет 115 000 руб. в месяц.  

ФИО12 18.05.2023 подает в ПАО «Сбербанк России» заявление о выводе ее из числа созаемщиков по кредиту с приложением проекта соглашения о разделе имущества. Также к заявлению прилагается справка от 11.05.2023, подписанная директором ООО НПО «Вектор» ФИО14, в которой указано, что ФИО1 работает в ООО НПО «Вектор» заместителем директора со среднемесячной зарплатой  

в 165 000 руб. Также к заявлению ФИО12 приложена копия трудовой книжки ФИО1, заверенная директором ООО «НПО Вектор», согласно которой ФИО1 работает в ООО НПО «Вектор» заместителем директора с 24.09.2020. Предыдущая запись в трудовой книжке – работа ФИО1 в должности заместителя директора ООО «Домино» с 19.01.2010 по 23.09.2020. Доход по данному месту работы, как минимум с 2014 года, составлял не менее 90 000 руб. в месяц.  

На основании изложенного суд области пришел к правильному выводу о том, что исполнение супругой должника, как созаемщиком, обязательств перед кредитором до заключения спорного соглашения о разделе имущества также не подтверждено какими-либо объективными доказательствами.  

Как верно указал суд области, из материалов дела однозначно усматривается, что недвижимое имущество (жилой дом и земельный участок) было приобретено на кредитные денежные средства, при этом супруги являлись созаемщиками по кредитному договору.  

Кроме того, кредитные денежные средства были предоставлены и на приобретение жилого дома с земельным участком и дальнейшее улучшение приобретаемого жилья (достройку, ремонт и т.п.), что следует из пункта 4 договора купли-продажи от 25.09.2014 и пункта 11 кредитного договора 

<

***> от 25.09.2014.  

Общая сумма кредитных средств, перечисленных ПАО «Сбербанк России» по договору 

<

***> от 25.09.2014, составила 3 770 000 руб.  

При этом общая стоимость приобретаемых объектов недвижимости по договору купли-продажи от 25.09.2014 составила 1 000 000 руб.  

В связи с изложенным судом области правомерно отклонены как несостоятельные доводы ФИО9 о том, что ею лично были оплачены подрядные работы по строительству дома.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в результате совершения оспариваемой сделки, имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, обладающего признаками неплатежеспособности, выбыл ликвидный актив в пользу аффилированного лица, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации отчужденного имущества по рыночной стоимости.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности конкурсным управляющим наличия совокупности всех условий, необходимых для признания оспариваемого соглашения от 30.10.2023 о разделе общего имущества между бывшими супругами недействительным по основаниям,  

предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: на дату заключения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника.  

Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел правильному к выводу о признании соглашения недействительным.  

Фактически ответчик ФИО7, получив в свою единоличную собственность квартиру, не относящуюся к совместно нажитому имуществу, освободилась от обязательств созаемщика перед кредитором ПАО «Сбербанк России» и залогодателя по ипотечному обязательству.  

При этом должник ФИО1 в полном объеме принял на себя данные обязательства, имея непогашенные обязательства перед иными кредиторами, в том числе подтвержденные судебными актами.  

В результате совершения оспариваемой сделки должник и ответчик изменили режим совместной собственности супругов: должник утратил право собственности на объект недвижимости, не являющийся совместно нажитым имуществом.  

Вопреки доводам заявителей жалоб, имущество, приобретенное одним из супругов (в том числе, если один из них – предприниматель) в браке, является их совместной собственностью независимо от того, на кого из них оформлено, поскольку иное не установлено брачным или иным соглашением, а также кем из них вносились деньги при его приобретении. Общая собственность супругов является разновидностью совместной собственности. Независимо от способа участия в формировании совместной собственности супруги имеют равные права на общее имущество. У участников совместной собственности нет определенной доли в праве общей собственности. Такая доля может возникнуть только при ее выделе или разделе, то есть в случае прекращения существования совместной собственности.  

Согласно пункту 1 статьи 254 ГК РФ раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть определены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество.  

В силу пункта 4 статьи 256 ГК РФ правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются законодательством о браке и семье.  

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество (далее – СК РФ) нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью,  

независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.  

Общая собственность супругов является разновидностью совместной собственности. Независимо от способа участия в формировании совместной собственности супруги имеют равные права на общее имущество. У участников совместной собственности нет определенной доли в праве общей собственности. Такая доля может возникнуть только при ее выделе или разделе, то есть в случае прекращения существования совместной собственности.  

Согласно статье 36 СК РФ не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.  

В силу пункта 2 статьи 38 СК РФ общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.  

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация (пункт 3 статьи 38 СК РФ).  

С учетом требований статьи 153 ГК РФ, статьи 38 СК РФ, а также положений вышеприведенных норм материального права, соглашение о разделе имущества является сделкой, к которой применимы положения гражданского законодательства о недействительности сделок.  

Как указано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве,  

обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).  

Если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.  

По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником.  

Таким образом, вопреки доводам заявителей жалоб, как правильно указано судом области, спорное имущество подлежит включению в конкурсную массу должника ФИО1  

Такой подход соответствует правовой позиции, сформулированной в пунктах 41, 42 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025.  

В то же время судом области справедливо указал, что согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 42 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, кредиторы, требования которых возникли после заключения брачного договора и которым могут противопоставляться его условия, не вправе  

получить удовлетворение из стоимости имущества, возвращенного в конкурсную массу в порядке реституции по итогам оспаривания брачного договора.  

Изложенное применимо по аналогии и в настоящем деле о банкротстве. 

При таких обстоятельствах суд области пришел к правильному выводу о признании недействительным соглашения от 30.10.2023 о разделе общего имущества, заключенного между бывшими супругами ФИО1 и ФИО9  

К дополнительным пояснениям от 03.07.2025 ответчик ФИО7 приложила доказательства несения ею затрат на неотделимые улучшения, связанные с ремонтом квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>.  

В апелляционной жалобе заявлены аналогичные доводы.  

Вопреки доводам ФИО7, затраты на изготовление корпусной мебели в сумме 900 200 руб. (квитанция к приходному кассовому ордеру № 4 от 15.01.2024), возникли по договору № В/15.01 от 15.01.2024, из которого невозможно установить, что данные услуги оказаны в отношении спорной квартиры, кроме того данные затраты не носят характер оплаты неотделимых улучшений.  

Также ответчиком были представлены доказательства оплаты ремонтных работ по договору подряда № 09/24 от 09.09.2024 на основании чека по операции от 13.02.2025 в сумме 207 397 руб. в отношении спорной квартиры.  

Как верно указал суд области, затраты понесены ФИО7 после возбуждения производства по делу о банкротстве должника ФИО1 и соответственно носят характер текущих обязательств в случае их предъявления к должнику, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для установления права требования ответчика ФИО7 к должнику в рамках настоящего обособленного спора.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего и признал оспариваемое соглашение от 03.09.2023 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Пунктом 1 статьи 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге)  

возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой подлежит возврату в конкурсную массу.  

Судом области установлено, что спорные объекты недвижимого имущества на настоящее время не выбыли из владения должника и ответчика, что подтверждается выписками из ЕГРН.  

С учетом признания оспариваемого соглашения недействительным, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде:  

- возврата в единоличную собственность ФИО1 квартиры с кадастровым номером 32:28:0030902:2275, расположенной по адресу: 

<

...>;  

- возврата в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО9 земельного участка с кадастровым номером 32:02:0160413:167, здания (жилой дом) с кадастровым номером 32:02:0160413:350, расположенные по адресу 

<

...>;  

- установил, что обязательства перед ПАО «Сбербанк России» ФИО1 и ФИО9, как созаемщиков по кредитному договору 

<

***> от 25.09.2014, обеспеченному залогом недвижимого имущества, являются общими.  

В абзаце втором пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРН.  

Ввиду изложенного в ЕГРН подлежат восстановлению записи о праве собственности на указанные объекты недвижимого имущества, имевшиеся до заключения соглашения о разделе имущества от 30.10.2023.  

Вопреки доводам должника, признание обязательств супругов общими не является основанием для возникновения солидарной обязанности по погашению общей задолженности.  

Последствием признания обязательства общим в силу положений пункта 2 статьи 45 СК РФ является возникновение у кредитора права на обращение взыскания на общее имущество супругов.  

Наличие судебного акта о признании обязательства должника общим обязательством супругов не является решением суда, подтверждающим требование кредитора по денежному обязательству бывшей супруги должника.  

Доводы заявителей апелляционных жалоб, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции. При этом они не опровергают выводы суда, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.  

Суд первой инстанции полно установил фактические обстоятельства дела, всесторонне исследовал доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, дал им правильную правовую оценку и принял обоснованный судебный акт, соответствующий требованиям норм материального и процессуального права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены определения суда.  

На основании статьи 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО7 расходы по уплате государственной пошлины за ее рассмотрение в сумме 10 000 руб. относятся на ФИО7 (уплачена по чеку по операции ПАО Сбербанк 01.08.2025 16:51:03 мск СУИП № 951664811008EVNG).  

При объявлении резолютивной части постановления от 21.10.2025 судом ошибочно указано на возвращение ФИО1 из федерального бюджета государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 10 000 руб.  

Как следует из материалов дела, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы должником не уплачивалась, поскольку в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации по  

делам, рассматриваемым арбитражными судами, граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), освобождены от уплаты государственной пошлины по обособленным спорам, связанным с формированием конкурсной массы, в деле об их несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.  

По смыслу названной нормы, указанные изменения могут быть внесены в судебный акт только в том случае, если исправления вызваны необходимостью устранить допущенные судом при изготовлении судебного акта несоответствия, но при этом не влекут изменения существа принятого судебного акта.  

Целью исправления описки (опечатки) в судебном акте является, в частности, устранение недостатков, а также препятствий к его исполнению.  

При этом соответствующие изменения могут быть внесены в судебный акт в том случае, если исправления вызваны необходимостью устранить допущенные судом при изготовлении судебного акта несоответствия, которые не приводят к изменению существа принятого судебного акта, что прямо предусмотрено частью 3 статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Поскольку указанная опечатка носит технический характер и не влечет изменения содержания принятого судебного акта, суд полагает необходимым исправить допущенную опечатку, исключив абзац второй резолютивной части от 21.10.2025: «Возвратить ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Таураге Литовская ССР; ИНН 

<

***>, адрес регистрации: 

<

...>) из федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 10 000 руб.».  

В с изложенным резолютивная часть постановления приводится с учетом исправления названной опечатки.  

Руководствуясь статьями 104, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 08.07.2025 по делу № А09-8490/2024 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1 и Астаповой (ранее – ФИО2) Анастасии Владимировны – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального  

округа в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме путем подачи  

кассационной жалобы через суд первой инстанции. 

Председательствующий судья И.Н. Макосеев  

Судьи И.В. Девонина Ю.А. Волкова