Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-13228/2020

20 января 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2022 года. 

В полном объеме постановление изготовлено 20 января 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе

председательствующего судьи Качукова С.Б.,

судей Кушнаревой Н.П., Яцкевич Ю.С. 

при участии в судебном заседании представителей акционерного общества «Красноярскнефтепродукт» ФИО1, ФИО2 и ФИО3 (доверенности от 14.12.2021 № 283, от 07.10.2021 № 244 и от 06.04.2021 № 106 соответственно) и представителя общества с ограниченной ответственностью «Сибирь Ойл» ФИО4 (доверенность от 26.12.2021 № 01/22-СО), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Красноярскнефтепродукт» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 04 февраля 2021 года по делу № А33-13228/2020 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2021 года по тому же делу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибирь Ойл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес юридического лица: г. Кемерово, далее также – ООО «Сибирь Ойл», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к акционерному обществу «Красноярскнефтепродукт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес юридического лица: г. Красноярск, далее также – АО «Красноярскнефтепродукт», ответчик) о признании незаконным одностороннего отказа последнего от исполнения предварительного договора от 16.01.2020 № 63/1-2/20, выраженного в уведомлении от 20.02.2020 № 001/1008, о взыскании обеспечительного платежа по указанному договору в сумме 3 080 100 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 26.02.2020 по 30.03.2020 в сумме 17 672 рубля 70 копеек с последующим их начислением по день фактической оплаты долга.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены финансовый управляющий ФИО5 – ФИО6 и публичное акционерное общество «Азиатско-Тихоокеанский Банк».

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 04 февраля 2021 года требования ООО «Сибирь Ойл» о взыскании с АО «Красноярскнефтепродукт» обеспечительного платежа и процентов выделены в отдельное производство. Делу по выделенным требованиям присвоен номер А33-1893/2021.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 04 февраля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2021 года по делу № А33-13228/2020, иск удовлетворен – суд признал незаконным односторонний отказ АО «Красноярскнефтепродукт» от исполнения предварительного договора от 16.01.2020 № 63/1-2/20, выраженный в уведомлении от 20.02.2020 № 001/1008.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество «Красноярскнефтепродукт» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило их отменить и принять новый судебный акт.

В поданной жалобе и дополнении к ней ответчик сослался на неправильное применение судами норм материального права (статей 183, 328, 431.2, 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и, как следствие, на ошибочность их выводов об отсутствии правовых оснований для заявления им (ответчиком) одностороннего отказа от исполнения предварительного договора. По мнению ответчика, в связи с непредставлением истцом в установленный срок удостоверенного нотариусом решения общего собрания участников общества об одобрении заключения предварительного договора и выявлением сведений о нахождении в процедуре банкротства бывшего участника этого общества ФИО5 (и наличия в связи с этим угрозы оспаривания в дальнейшем подлежащей заключению сделки) на основании указанных выше норм он (ответчик) вправе был отказаться от исполнения предварительного договора. Кроме того, ответчик указал на то, что судами не была учтена доказательственная функция задатка и, как следствие, не дана оценка предварительному договору на предмет его заключенности.

В настоящем судебном заседании представители АО «Красноярскнефтепродукт» поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и дополнении к ней.  

Представитель ООО «Сибирь Ойл» в представленном отзыве и в устных пояснениях указал на несостоятельность доводов ответчика, в связи с чем просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Третьи лица своих представителей в заседание не направили, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению от 08 октября 2021 года выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

На основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей третьих лиц.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, правильность применения судом первой инстанции и апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Сибирь Ойл» (продавец) и АО «Красноярскнефтепродукт» (покупатель) заключили предварительный договор от 16.01.2020 № 63/1-2/20, согласно которому стороны договорились заключить в будущем – в течение 11 месяцев с момента заключения этого договора (но не ранее даты получения согласия антимонопольного органа на приобретение покупателем имущества) – основной договор купли-продажи недвижимого имущества – автозаправочной станции площадью застройки 99,5 кв.м с кадастровым (или условным) номером 24:42:2404012:197, расположенной по адресу: Красноярский край, Шушенский р-он, р.п. Шушенское, ул. Крупской, д. 106, и земельного участка общей площадью 2 054 кв.м с кадастровым номером 24:42:2402009:4, на котором эта автозаправочная станция расположена (пункты 3.1 и 3.2 договора).

В соответствии с пунктом 5 предварительного договора цена продажи АЗС и земельного участка составила 23 520 000 рублей.

По условиям пункта 6.1 предварительного договора в качестве обеспечительного платежа покупатель уплачивает продавцу денежные средства в сумме 3 080 100 рублей. При этом обеспечительный платеж подлежит уплате продавцу до истечения 10 дней с даты государственной регистрации договоров залога имущества, обеспечивающих его возможный возврат, при условии предоставления нотариально удостоверенного согласия участников продавца (залогодателя) на заключение договоров залога.

В пункте 10 предварительного договора стороны предусмотрели положения относительно дальнейшей судьбы обеспечительного платежа. В частности, в случае заключения основного договора купли-продажи обеспечительный платеж должен был быть засчитан в счет оплаты цены имущества (подпункт 10.1); в случае незаключения основного договора по независящим от сторон обстоятельствам (в том числе неполучения согласия антимонопольного органа) или по обстоятельствам, зависящим от продавца, обеспечительный платеж подлежал возврату покупателю (подпункт 10.2); в случае незаключения основного договора по обстоятельствам, зависящим от покупателя, обеспечительный платеж подлежал оставлению у продавца (подпункт 10.3).

Согласно пункту 9.1 предварительного договора в течение трех рабочих дней с даты его подписания продавец обязался передать покупателю подлинный экземпляр решения его участников об одобрении заключения данного договора как крупной сделки.

Указанный договор являлся одним из двадцати предварительных договоров купли-продажи, заключенных АО «Красноярскнефтепродукт» и организациями (в том числе и ООО «Сибирь Ойл»), входящими в одну группу компаний, предусматривающих продажу двадцати АЗС, расположенных на территории Республики Хакасия, Республики Тыва и Красноярского края, входящих в сеть «Перекресток Ойл».

В установленный пунктом 9.1 предварительного договора срок ООО «Сибирь Ойл» не направило ответчику протокол общего собрания, отражающий решение его участников об одобрении заключения этого договора.

Указанный протокол общего собрания участников ООО «Сибирь Ойл» от 10.01.2020 об одобрении заключения предварительного договора истец направил в адрес ответчика письмом от 30.01.2020. При этом факт принятия решения, отраженного в этом протоколе, не был удостоверен нотариусом.

Одновременно с этим у ООО «Сибирь Ойл» имелся протокол внеочередного общего собрания участников от 10.12.2019, на котором участниками также было принято решение об одобрении предстоящего заключения указанного выше предварительного договора. Факт принятия решения по этому протоколу также не был удостоверен нотариусом.    

27 января 2020 года АО «Красноярскнефтепродукт» (залогодержатель),                         ООО «ЗапСиб Финанс» (залогодатель) и ООО «ЗапСиб АЗС» (залогодатель) заключили договоры залога № 75/3-1/20 и 76/3-1/20 соответственно, по условиям которых залогодержателю переданы в залог в качестве обеспечения исполнения ООО «Сибирь Ойл» обязательства по возврату денежных средств, внесенных залогодержателем в виде обеспечительного платежа по предварительному договору, АЗС № 40 и АЗС № 12 с земельными участками, на которых они расположены. Государственная регистрация залогов, возникших на основании указанных договоров, произведена 14.02.2020 и 11.02.2020 соответственно.  

В связи с выявлением сведений о нахождении в стадии банкротства бывшего участника ООО «Сибирь Ойл» ФИО5, произведшего отчуждение до возбуждение дела о банкротстве своей доли в этом обществе (дело № А32-39877/2018-4/139-Б), и непредставлением удостоверенного нотариусом протокола общего собрания участников об одобрении заключения предварительного договора, АО «Красноярскнефтепродукт», ссылаясь на подпункт 3 пункта 3 статьи 67.1, статьи 450.1 и 451 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункты 35 и 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49, уведомлением от 20.02.2020 № 001/1008 заявило об отказе от исполнения данного предварительного договора (указанное уведомление направлено ответчиком истцу по электронной почте 27.02.2020, заказным письмом – 20.02.2020 (получено последним 03.03.2020)).

Считая указанный отказ противоречащим закону, ООО «Сибирь Ойл» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о признании одностороннего отказа АО «Красноярскнефтепродукт» от исполнения предварительного договора от 16.01.2020 № 63/1-2/20 недействительным.

Удовлетворяя предъявленный иск, суд первой инстанции и апелляционный суд руководствовались положениями статей 67.1, 166, 167, 181.3, 429, 431.2, 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 46 Федерального закона                           от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями, изложенными в пунктах 34, 35 и 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», и исходили из неправомерности заявленного ответчиком одностороннего отказа от предварительного договора. При этом суды указали на то, что возможность отказа от предварительного договора не предусмотрена нормами статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиями договора, на то, что нахождение в стадии банкротства бывшего участника ООО «Сибирь Ойл» ФИО5 не может повлечь признание недействительным предварительного договора, на то, что этим договором не предусмотрены последствия неисполнения установленной пунктом 9.1 обязанности по предоставлению ответчику решения общего собрания участников истца об одобрении заключения указанного договора, а также на фактическое принятие участниками истца такого решения.     

Выводы судов об отсутствии у ответчика в рассматриваемом случае правовых оснований для одностороннего отказа от предварительного договора от 16.01.2020                      № 63/1-2/20 и, как следствие, о недействительности такого отказа являются правильными.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами. Одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных указанным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что предоставленное этим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено этим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу положений статей 153, 154, 310 и 450.1 Гражданского кодекса российской Федерации односторонний отказ от исполнения договора является односторонней сделкой. Для совершения такой сделки необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. 

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в случае отсутствия правовых оснований для одностороннего отказа от исполнения договора заявление стороны о таком отказе как сделка не влечет юридических последствий, на которые оно было направлено. Иными словами, соответствующая сделка по одностороннему отказу является недействительной (ничтожной).    

Принимая обжалуемые судебные акты, суды сослались на то, что ни законом                   (статьей 429 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни условиями заключенного сторонами предварительного договора от 16.01.2020 № 63/1-2/20 не предусмотрена возможность одностороннего отказа от его исполнения. 

Между тем в силу пунктов 2 и 3 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к предварительным договорам и возникшим их них обязательствам применяются соответственно правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 этого Кодекса, и общие положения об обязательствах, установленные главами 21 - 26 этого Кодекса, которые содержат различные основания для одностороннего отказа от договора, связанные с наличием тех или иных обстоятельств. 

При рассмотрении дела в обоснование правомерности отказа от исполнения предварительного договора АО «Красноярскнефтепродукт» сослалось на выявление им сведений о нахождении в стадии банкротства бывшего участника ООО «Сибирь Ойл» ФИО5, произведшего отчуждение до возбуждение дела о банкротстве своей доли в этом обществе, и непредставление истцом в нарушение пункта 9.1 предварительного договора удостоверенного нотариусом протокола общего собрания участников об одобрении заключения предварительного договора. В качестве правовых оснований отказа от договора ответчик указал на нормы пункта 1 статьи 183 и пункта 2 статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (заключение сделки со стороны истца лицом с превышением полномочий и предоставление истцом недостоверных заверений об обстоятельствах, имеющих для ответчика существенное значение).

В данном случае указанные ответчиком обстоятельства и нормы не могли являться правовым основанием для его одностороннего отказа от предварительного договора                     от 16.01.2020 № 63/1-2/20.

В частности, как правильно указали суды, признание бывшего участника                      ООО «Сибирь Ойл» ФИО5 банкротом не свидетельствовало о наличии судебных процедур в отношении имущества, являвшегося объектом продажи по предварительному договору, и не могло повлечь признание этого договора недействительным, поскольку факт неучастия названного лица в общем собрании участников общества по вопросу об одобрении заключения предварительного договора (по причине предшествовавшей этому продаже им доли участия в обществе) сам по себе не может являться основанием для вывода о недействительности этого договора. Более того, согласно отзыву финансового управляющего ФИО5 оснований для оспаривания сделки по отчуждению последним доли в уставном капитале ООО «Сибирь Ойл» не выявлено, соответствующая сделка никем не оспорена. 

Положения пункта 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающего право стороны на односторонний отказ от сделки, совершенной от имени другой стороны лицом с превышением полномочий, до одобрения этой сделки такой стороной, не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям. В указанной статье речь идет о последствиях совершения сделки при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий (о совершении сделки неуполномоченным лицом), тогда как в данном случае предварительный договор был заключен от имени ООО «Сибирь Ойл» его директором, который в силу подпункта 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998               № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» действует от имени общества без доверенности, в том числе представляет его интересы и совершает сделки. При этом согласно пункту 3.1 статьи 40 и пункта 4 статьи 46 этого Закона при совершении директором сделки без получения необходимого в соответствии с уставом общества или требованиями закона согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания участников общества на ее совершение такая сделка может быть оспорена обществом или его участниками в порядке и по основаниям, которые установлены соответственно пунктом 1 статьи 174 и статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответствующая сделка является оспоримой, односторонний отказ от нее второй стороной со ссылкой на пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустим. 

Ссылки ответчика на положения статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации как на основания для его одностороннего отказа от предварительного договора в данном случае также являются необоснованными.   

Нормами указанной статьи предусмотрено, что сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку (пункт 1 этой статьи). Сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон (пункт 2 этой статьи).

Как указано выше, в пункте 9.1 предварительного договора от 16.01.2020 № 63/1-2/20 стороны указали, что в течение трех рабочих дней с даты его подписания продавец обязуется передать покупателю подлинный экземпляр решения его участников об одобрении заключения этого договора как крупной сделки.

Исходя из содержания указанного условия предварительного договора, несмотря на использованную в нем формулировку «обязуется передать подлинный экземпляр решения», суд округа расценивает это условие в качестве заверения истцом ответчика об обстоятельствах, имеющих значение для заключения этого договора, поскольку смысловая нагрузка данного условия заключается в подтверждении истцом соблюдения при заключении договора корпоративных процедур – фактическом наличии или принятии в скором времени решения общего собрания участников общества об одобрении заключения договора и его представлении ответчику в максимально короткий срок от даты подписания договора.

Однако с учетом буквального толкования изложенных выше норм статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренные ими правовые последствия в виде возмещения убытков и уплаты неустойки, а также возможности одностороннего отказа от договора применяются в случае недостоверности предоставленных стороной заверений об обстоятельствах, то есть несоответствия действительности тех обстоятельств, о которых эти заверения даны. В этой связи применительно к настоящему спору правовое значение имеет не соблюдение истцом срока представления ответчику соответствующего решения общего собрания участников, а его фактическое наличие на момент заявленного ответчиком одностороннего отказа от предварительного договора.  

В рассматриваемом случае, как установили суды, на момент одностороннего отказа ответчика от предварительного договора общее собрание участников ООО «Сибирь Ойл» дважды принимало решение об одобрении заключения этого договора – 10.12.2019 и 21.02.2020. 

Так, решением внеочередного общего собрания участников ООО «Сибирь Ойл»                от 10.12.2019 было одобрено предстоящее заключение обществом предварительного договора с указанием характеристик подлежащего отчуждению имущества и необходимых параметров сделки. Факт принятия указанного решения не был удостоверен нотариусом, однако, вопреки ошибочным выводам суда первой инстанции, это не свидетельствует о его ничтожности по мотивам несоблюдения требований подпункта 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в истолковании, данном ему в пункте 2 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, поскольку в целях защиты правовой определенности и разумных ожиданий участников гражданского оборота, разъяснения, приведенные в названном пункте Обзора подлежат применению при рассмотрении споров только в отношении тех решений общих собраний участников, которые были приняты после даты утверждения указанного Обзора, то есть после 25.12.2019 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.12.2019 № 306-ЭС19-25147). В данном случае решение общего собрания участников от 10.12.2019 было принято до этой даты, в связи с чем оно является юридически действительным. 

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «Сибирь Ойл»                    от 21.02.2020, принятым после избрания участниками в установленном порядке альтернативного нотариальному способа подтверждения принятия решения и состава участников общества (решение общего собрания от 19.02.2020, удостоверенное нотариусом), также был одобрено заключение с ответчиком предварительного договора     от 16.01.2020 № 63/1-2/20. При этом, вопреки суждениям ответчика, указанное решение было принято до момента заявленного им одностороннего отказа от предварительного договора, так как в силу изложенного выше о правовой природе одностороннего отказа как односторонней сделки и пункта 2 статьи 154, пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ считается совершенным в момент выражения воли соответствующего лица, под которым следует понимать не только собственно изложение своей воли в объективной форме, но и доведение ее до второй стороны (в том числе посредством фикции уведомления). В рассматриваемой ситуации заявление ответчика об одностороннем отказе от предварительного договора было направлено истцу по электронной почте 27.02.2020 (и получено последним в эту дату), заказным письмом – 20.02.2020 (получено последним 03.03.2020). 

С учетом изложенного ввиду наличия решений общего собрания участников               ООО «Сибирь Ойл» об одобрении заключения предварительного договора предоставленные истцом заверения об обстоятельствах не могут быть признаны недостоверными, что исключает возможность применения нормы пункта 2 статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Каких-либо правовых последствий непредоставления истцом соответствующего решения общего собрания участников общества, в том числе связанных с возможностью ответчика в одностороннем порядке отказаться от договора, стороны, несмотря на наличие такой возможности, в предварительном договоре не установили.  

Ссылки ответчика при оценке условия пункта 9.1 предварительного договора на положения статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации несостоятельны, поскольку в данной статье идет речь о последствиях неисполнения встречного обязательства, то есть обязательства, составляющего саму суть договора, тогда как в рассматриваемой ситуации представление истцом протокола общего собрания участников об одобрении заключения договора не входит в основное содержание обязательства, а, как указано выше, направлено на подтверждение соблюдения при заключении договора корпоративных процедур. 

Доводы ответчика о незаключенности предварительного договора в связи с непредоствлением им истцу предусмотренных пунктом 6.1 этого договора денежных средств, фактически представляющих собой задаток, также подлежат отклонению.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», исполнение предварительного договора может быть обеспечено задатком (пункт 4 статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойкой за уклонение от заключения основного договора (статьи 421, 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. Последствия прекращения и неисполнения обязательства, обеспеченного задатком, определены в статье 381 этого Кодекса.

Исходя из содержания указанной нормы, задаток как способ обеспечения исполнения обязательства может выполнять три функции: обеспечительную (выступая как средство побуждения обеих сторон договора к надлежащему исполнению обязательства), платежную (являясь денежной суммой, засчитываемой при исполнении договора в счет причитающихся с должника платежей) и доказательственную (являясь доказательством заключения договора).

Между тем реализация доказательственной функции задатка зависит от воли сторон, включающих соответствующее условие в договор. В случае, если стороны связали момент заключения договора с предоставлением задатка, при его непредоставлении договор не может считаться заключенным. В случае же, если стороны не придавали оговоренному задатку такое значение, его непредоставление не свидетельствует о незаключенности договора.

В данном случае при заключении предварительного договора стороны не связывали факт заключения договора (вступления его в силу) с выплатой названной в пункте 6.1 договора суммы и не предусматривали таких последствий ее невыплаты как признание договора незаключенным.     

Более того, из поведения сторон, имевшего место подписания предварительного договора, следует, что они признавали этот договор заключенным и действующим (последующее заключение и регистрация договоров залога от 27.01.2020 № 76/3-1/20 и             № 75/3-1/20, переписка сторон, сам факт заявления ответчика об отказе от договора). Об этом свидетельствует также позиция ответчика в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции.      

Таким образом, исходя из установленных по делу обстоятельств, непредставление ответчиком названных в пункте 6.1 предварительного договора денежных средств в данном случае не свидетельствует о незаключенности этого договора. 

На основании изложенного, выводы судов об отсутствии у ответчика правовых оснований для одностороннего отказа от предварительного договора от 16.01.2020                      № 63/1-2/20 и, как следствие, о недействительности такого отказа являются правильными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

В этой связи в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 287 Кодекса обжалуемые решение Арбитражного суда Красноярского края от 04 февраля 2021 года и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2021 года следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понесенные ответчиком расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы подлежат отнесению на него.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 04 февраля 2021 года по делу № А33-13228/2020 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном             статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                  С.Б. Качуков

Судьи                                                                                               Н.П. Кушнарева

                                                                                                           Ю.С. Яцкевич