ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-4486/2014

г. Вологда

07 февраля 2017 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 01 февраля 2017 года.

В полном объёме постановление изготовлено 07 февраля 2017 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Чапаева И.А., судей Писаревой О.Г. и                    Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу Меньшикова Владимира Александровича на определение Арбитражного суда Псковской области от 21 ноября 2016 года по делу № А52-4486/2014 (судья Дегтярева Е.Ф.),

у с т а н о в и л:

Арбитражным судом Псковской области 18 марта 2015 года принято к производству заявление о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Новеранд НРВ» (до реорганизации – общество с ограниченной ответственностью «Новеранд ПКВ») (место нахождения: 182440, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – должник, Общество).

Определением от 23.04.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждён ФИО3.

Решением суда от 18.09.2015 Общество признано несостоятельным (банкротом) и в отношении его введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждён ФИО3

Конкурсный управляющий на основании статей 61.2 и 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратился в суд с заявлением к должнику и ФИО2 о признании недействительным трудового договора от 28.01.2014 № 1 в части увеличения директору ФИО2 заработной платы за период с 01.07.2014 по 30.09.2014 на сумму 70 000 руб. в месяц, за период с 01.10.2014 по 31.12.2014 на сумму 170 000 руб. в месяц.

Определением суда от 21.11.2016 требования конкурсного управляющего удовлетворены.

ФИО2 с определением суда не согласился и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование жалобы её податель сослался на то, что судом сделан неверный вывод о возможности признания недействительным спорного условия трудового договора от 28.01.2014 № 1 применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве. Указал, что на момент заключения трудового договора он не был осведомлён о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, либо о наличии цели причинения вреда интересам его кредиторов. Кроме того, по мнению апеллянта, Закон о банкротстве не допускает возможности оспаривания трудового договора, а лишь предусматривает возможность оспаривания дополнительных соглашений к нему.

Конкурсный управляющий в отзыве возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ссылаясь на её необоснованность.

ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, поэтому разбирательство по делу произведено без их участия в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Обществом в лице председателя общего собрания участников и                ФИО2 28.01.2014 заключен трудовой договор № 1, согласно которому ФИО2 был принят на должность директора с оплатой его деятельности, установленной в порядке раздела 5 договора.

В соответствии со спорным пунктом 5.1 договора оплата деятельности директора складывается из должностного оклада и премиальных выплат. Должностной оклад установлен пунктом 5.2 трудового договора в следующем размере: с 28.01.2014 по 30.06.2014 – 30 000 руб. в месяц, с 01.07.2014 по 30.09.2014 – 100 000 руб. в месяц, с 01.10.2014 по 31.12.2014 – 200 000 руб. в месяц, с 01.01.2015 по 31.12.2015 – 30 000 руб. в месяц.

В ходе выполнения своих обязанностей конкурсным управляющим установлено, что в период с 28.01.2014 по 01.01.2015 ФИО2 начислена, но не выплачена заработная плата (с учётом налоговых вычетов) в общей сумме 921 177 руб.

Ссылаясь на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 и статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным трудового договора от 28.01.2014 № 1 в части установления директору ФИО2 заработной платы в размере, превышающем 30 000 руб. в месяц, то есть за период с 01.07.2014 по 30.09.2014 в сумме 70 000 руб. в месяц, за период с 01.10.2014 по 31.12.2014 в сумме 170 000 руб. в месяц.

Оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что на момент заключения трудового договора от 28.01.2014 № 1 должник отвечал признаку неплатежеспособности и ФИО2 был осведомлён об этом обстоятельстве; установление повышенной заработной платы директора в размере более 30 000 руб. в месяц причинило ущерб интересам должника и его кредиторов (часть 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем удовлетворил требования конкурсного управляющего. 

При этом суд первой инстанции указал на противоречивость текстов решения общего собрания участников Общества от 27.01.2014 об установлении размера вознаграждения ФИО2, поскольку в материалы дела представлены два протокола собрания от 27.01.2014 – с указанием отдельного абзаца об установлении выплаты заработной платы в спорном размере (том 29, листы 98-99) и без такого абзаца (том 26, листы 152-153), которые в оригиналах обозревались судом первой инстанции.

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, апелляционная коллегия не нашла оснований не согласиться с таким выводом суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат.

Исходя из разъяснений, изложенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться выплата заработной платы, в том числе премии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В абзаце третьем пункта 8 постановления Пленума № 63 указано, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Из материалов дела следует, что спорный трудовой договор от 28.01.2014 № 1 заключен его сторонами более чем за один год до принятия к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в настоящем деле (18.03.2015), в связи с чем его положения не могут быть оспорены применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии иных условий, предусмотренных пунктом 2 названной статьи Закона.

Согласно пункту 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 также разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Действительно, в материалах дела не усматривается наличие заинтересованности ФИО2 по отношению к должнику, в связи с этим бремя доказывания наличия осведомлённости ответчика о наличии признаков неплатежеспособности должника либо недостаточности его имущества возлагается на заявителя по настоящему спору – конкурсного управляющего (статья 65                  АПК РФ, пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемого трудового договора от 28.01.2014 у должника имелись неисполненные денежные обязательства, срок исполнения которых наступил и которые уже были подтверждены решениями арбитражных судов, перед физическими лицами (перед Шпиц Ю.В. в сумме 92 878 руб.; ФИО4 – 150 000 руб., ФИО5 – 1 160 000 руб.), а также перед юридическими лицами (OU Baltic Forest Group – 346 711 руб. 22 коп., открытым акционерным обществом междугородной и международной электрической связи «Ростелеком» - 7360 руб. 56 коп. задолженности). У должника на 01.01.2014 имелись неисполненные денежные обязательства перед бюджетом по уплате обязательных платежей, в том числе по налогам – 493 025 руб. 87 коп., из которых: основной долг – 426 418 руб. 65 коп., по взносам на обязательное социальное страхование – 15 049 руб. 27 коп., по пенсионным страховым взносам – 48 831 руб. 99 коп.

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что на 01.01.2014 Общество отвечало признаку неплатежеспособности.

Апелляционная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии в деле доказательств того, что ФИО2 на момент заключения трудового договора от 28.01.2014 был осведомлён о наличии признаков неплатежеспособности Общества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Действительно, как верно указывает апеллянт в жалобе, представленные в материалы дела договоры займа между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Агроснаб-Псков» (далее – ООО «Агроснаб-Псков») вопреки выводам суда первой инстанции не свидетельствуют об осведомлённости ответчика о признаках неплатежеспособности должника.

Из материалов дела следует, что ФИО2 в 2013-2015 годах исполнял обязанности директора ООО «Агроснаб-Псков». Между должником и ООО «Агроснаб-Псков» в лице директора ФИО2 были заключены два договора займа: от 11.03.2013 на сумму 1 000 000 руб. и 15.01.2014 на сумму 600 000 руб.

Вместе с тем, вопреки выводу суда первой инстанции, наличие на спорную дату (28.01.2014) задолженности по этим договорам займа перед                   ООО «Агроснаб-Псков» (991 000 руб. и 590 000 руб. соответственно) не подтверждает осведомлённость ФИО2 о неплатежеспособности Общества, поскольку согласно условиям вышеуказанных договоров займа, возврат заёмных денежных средств должен был быть осуществлён соответственно в срок до 25.07.2014 и до 30.12.2014, то есть гораздо позже 28.01.2014.

Ссылка суда первой инстанции на заключение 20.10.2014                ООО «Агроснаб-Псков» в лице директора ФИО2 и Обществом соглашения об уплате долга №1 (том 23, листы 55-56), в соответствии с условиями которого ООО «Агроснаб-Псков» исполнило обязательства должника по уплате налоговых платежей в сумме 589 597 руб. 65 коп., страховых взносов на пенсионное и обязательное медицинское страхование в сумме 581 678 руб. 81 коп., в связи с чем было прекращено производство по делу о банкротстве должника, возбужденному 22.07.2014 по заявлению Федеральной налоговой службы (определение Арбитражного суда Псковской области от 25.11.2014 по делу № А52-1938/2014), также не подтверждает обстоятельств осведомлённости ответчика о наличии признаков неплатежеспособности Общества, поскольку такие события как возбуждение производства по делу № А52-1938/2014, так и заключение соглашения об уплате задолженности 20.01.2014, произошли гораздо позднее заключения трудового договора от 28.01.2014.

Вместе с тем подателем апелляционной жалобы не учтено следующее.

Из текста представленного в материалы дела бизнес-плана на тему: «Создание лесопильного комплекса на территории п. Бежаницы с целью изготовления пиломатериалов: обрезных доски и бруса естественной влажности» от 20.01.2014 (том 29, листы 3-31) следует, что на дату его составления у Общества имелась непогашенная задолженность перед бюджетом в сумме 1 110 000 руб., погашение которой планировалось не ранее третьего квартала 2014 года, а также задолженность по заработной плате перед работниками должника в размере 610 000 руб., погашение которой было запланировано на второй-третий кварталы 2014 года (лист 3 бизнес-плана).

Таким образом, вышеуказанный бизнес-план от 20.01.2014 содержал сведения о наличии на начало 2014 года признаков неплатежеспособности должника.

Согласно отметке на первой странице бизнес-плана, ФИО2, был ознакомлен с ним 27.01.2014, то есть накануне подписания спорного договора.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об осведомлённости ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент подписания спорного трудового договора является обоснованным.

Как правильно указал суд первой инстанции, повышенная заработная плата в третьем и четвёртом квартале 2014 года увеличила размер требований кредиторов второй очереди на 607 977 руб., что ведёт к частичной утрате возможности кредиторов второй очереди получить удовлетворение своих требований, а также к ущемлению имущественных прав кредиторов, требования которых включены в третью очередь реестра требований кредиторов.

Материалами дела подтверждено, что предыдущие директора Общества получали заработную плату в размере 30 000 руб. в месяц, при этом в 2012 году (директор ФИО5) доход Общества от своей деятельности составил                  715 тыс. руб., в 2013 году (директор ФИО6) – 296 тыс. руб., в 2014 году (директор ФИО2) – 84 тыс. рублей.

Доказательств наличия каких-либо объективных предпосылок для установления повышенного размера оплаты труда директора Общества в третьем и четвёртом квартале 2014 года в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено.

Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что при заключении трудового договора с ним предполагалось, что основной объем деятельности директора будет приходиться именно на третий и четвёртый кварталы 2014 года, судом первой инстанции уже дана надлежащая правовая оценка. Как верно указал суд первой инстанции в материалы дела не представлено никаких доказательств действительного увеличения объёма работы директора в указанные месяцы, а представленные договоры не содержат доказательств их действительного исполнения (акты приёма-передачи, товарные накладные и т.п.). Более того, часть представленных в материалы дела договоров должника с обществом с ограниченной ответственностью «Орион» на оказание услуг по ремонту крыши здания, услуги по монтажу и демонтажу оборудования, установке и наладке оборудования вступившими в законную силу определениями суда по настоящему делу от 02.06.2016 признаны недействительными сделками, при этом судом установлено, что они были заключены без намерений создать соответствующие правовые последствия.

Указание ФИО2 на то, что именно в спорный период им осуществлялись частые деловые поездки от имени Общества в иные города России и за рубеж, не имеет отношения к рассматриваемому обособленному спору, поскольку вопрос о возмещении командировочных расходов не является предметом настоящего спора и при наличии таких расходов работник не лишён права на их предъявление к должнику. Одновременно суд апелляционной инстанции указывает на отсутствие в деле доказательств наличия понесённых ответчиком командировочных расходов, поскольку копии командировочных удостоверений не могут свидетельствовать о несении ответчиком каких-либо расходов.

Ссылка апеллянта на то, что конкурсным управляющим не оспорены положение об оплате труда от 20.01.2014 и приказ о приёме на работу от 28.01.2014, отклоняется апелляционной коллегией, поскольку указанные обстоятельства не препятствуют признанию недействительным пункта 5.2. трудового договора от 28.01.2014 № 1 в оспариваемой части.

Вопреки доводу апелляционной жалобы о невозможности оспаривания в деле о банкротстве отдельных условий трудового договора такая возможность предусмотрена пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, что также подтверждается вышеприведёнными разъяснениями подпункта 3 пункта 1 Постановления № 63.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования конкурсного управляющего, признав недействительным трудовой договор от 28.01.2014 в оспариваемой части.

Поскольку выплата заработной платы за спорный период ФИО2, не осуществлялась, положения статьи 167 ГК РФ о двусторонней реституции судом не применялись.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции полагает необоснованным вывод суда первой инстанции о заключении оспариваемой сделки при наличии признаков злоупотребления правом со стороны Общества и ФИО2                            (статья 10 ГК РФ).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Вместе с тем установленный факт заключения 28.01.2014 трудового договора с ФИО2, с условием установления повышенной заработной платы в третьем и четвёртом квартале 2014 года, даже при наличии обстоятельств недействительности оспариваемое его части применительно к положениям статьи 61.3 Закона о банкротстве, сам по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом в смысле положений статьи 10 ГК РФ.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

По смыслу приведенных норм для признания договора ничтожным заявитель должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих участников сделки.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Действительно, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 и в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную                        (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

На основании изложенного, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований квалифицировать оспариваемое условие трудового договора от 28.01.2014 как ничтожное применительно к положениям статей 10 и 168 ГК РФ,

Оснований для изменения или отмены определения суда, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на её подателя – ФИО2.

Руководствуясь статьями 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 21 ноября          2016 года по делу № А52-4486/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.А. Чапаев

Судьи

О.Г. Писарева

Л.Ф. Шумилова